электронная
72
печатная A5
455
6+
Мишкин ковчег

Бесплатный фрагмент - Мишкин ковчег

Объем:
376 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-4474-8447-7
электронная
от 72
печатная A5
от 455

Моей любимой семье

Предисловие

Эта книга — о приключениях. О море, кораблях, дикарях, пиратах и летучих голландцах. А ещё о дружбе

и доме. Потому что дом — это место, куда мы возвращаемся с друзьями после всех странствий.

Но должен сразу предупредить, книга получилась довольно необычной. Дело в том, что я хотел угодить сразу всем читателям — и маленьким, и большим. Взрослым обычно бывает скучно читать детям книжки вслух. И я решил им помочь — написать книгу, в которой они найдут что-то забавное и для себя. Но взрослым угодить трудно, к тому же они любят длинные и умные слова.

Так что я хочу попросить у самых юных друзей прощения за то, что в этой книжке много сложных и непонятных слов. Чтобы детям было легче читать её, к большинству сложных слов даны пояснения. Кто хочет, может эти пояснения читать, а кто не хочет — может и не читать.

А теперь — полный вперёд!

Глава 1. Лосик

Лосик жил в доме всегда. Миша не помнил, как и откуда он появился. Сам Лосик говорил, что пришёл с Севера.

— А где это, Север? — спрашивал маленький Миша.

— Север — там! — отвечал Лосик и показывал лапой назад, так что север всегда оказывался у него за спиной.

У Лосика были длинные мягкие рожки. Сам Лосик называл их «рóги». Миша объяснял ему, что надо говорить не «рóги», а «рогá», но Лосик отвечал, что у других зверей это могут быть и рога, а у него «рóги». На ногах у него росли мягкие копытца. Вообще-то у лосей четыре копыта, но у Лосика их было только два, поэтому он ходил на задних ногах. А сверху у него были короткие лапы, которыми он еле-еле мог охватить свой животик. И ещё у него была большая морда с носом на конце. Лосик очень любил нюхать всё вокруг своим носом.

Цвета Лосик был белого. Особенно в молодые годы. Со временем он немного посерел, но всё равно постоянно говорил о себе: «Я — Лосик, я маленький и беленький». Хотя совсем маленьким он тоже не был, вместе с «рóгами» он доставал Мише до носа.

Лосик носил голубую курточку с капюшоном, которая еле доходила ему до середины живота. Курточка была украшена белым мехом, и Лосик ею очень дорожил. Он почти никогда ее не снимал, только тогда, когда шёл купаться. А купаться Лосик не любил. Он боялся намокнуть и не высохнуть. Поэтому купался он только один раз в месяц, да и то не залезал в воду целиком, а растирался мягкой белой губкой с детским шампунем. А потом целый день сох на батарее, закутанный в чистое махровое полотенце.

Вообще-то Лосик был хороший, но очень мнительный. Он боялся простудиться и заболеть. Как только на улице начинался дождь, Лосик залезал под одеяло и говорил, что гулять не пойдет, поскольку может застудить «рóги» и промочить копыта. Миша к этому уже привык и никогда не приглашал Лосика гулять в дождь.

Миша и Лосик очень дружили и никогда не ссорились. Ну, разве что очень редко. Если же Лосик обижался на Мишу, он надувал щеки, залезал на диван и прятался под пледом вместе с рогами. Миша сразу шёл к нему извиняться и говорил: «Лосик, прости меня, пожалуйста!» Лосик высовывал морду из-под пледа, выпячивал нижнюю губу и ворчал: «Вот, обидели меня, маленького, беленького! И вообще, я не Лосик, а Фёдор Оленьевич».

Это у него полное имя было такое. Но Лосик им почти не пользовался. То есть, оно было про запас, на случай, если кто-нибудь его обидит. Или наоборот, если ему захочется поважничать. Откуда взялось это имя, Миша не знал. А Лосик тоже не мог объяснить как следует и говорил: «Ну, зовут меня так, вот!»

Ел Лосик только ягель. То есть, он ел всё — и овощи, и фрукты, но называл их всех ягелем. Например, яблоки были «яблочным ягелем», морковка — «морковным ягелем». А завидев на столе, например, дыню, он кричал: «Это ягель, дынный ягель!» Потом он добавлял: «Ягель ест только Лосик, поэтому это — мне!» Но Лосик не был жадным, он всегда делился с Мишей кусочком «ягеля», а иногда давал ему даже два или три кусочка.

Миша удивлялся, почему Лосик звал любую еду ягелем. Ведь он же не был северным оленем. Лосик вроде был лосиком. И рога у него были почти как у настоящего лося.

Однажды Миша решил выведать у Лосика, что он делал до того, как попал в их дом. Как-то вечером, когда Миша уже принял ванну и почистил зубы, Лосик пришёл к нему постель.

— Лосик, Лосик, расскажи мне что-нибудь про себя! — попросил Миша. — Что ты делал до того, как попал к нам?

— Я кочевал, — коротко ответил Лосик.

— А где ты кочевал? — спросил Миша.

— Там, на Севере, — Лосик показал лапой назад, на стенной шкаф.

— А там, на Севере, что там было вокруг? — не отставал Миша.

— На Севере там была тундра, — сказал Лосик и уточнил: — Я кочевал в тундре!

— А что ты там делал? — поинтересовался Миша.

— Я добывал ягель, — объяснил Лосик.

— А как ты его добывал?

— Я копал копытом снег, разгребал его, а потом кушал ягель из-под снега.

— А ты там кочевал один?

— Нет, — сказал Лосик, — я кочевал в стаде.

— В стаде лосей?

— Нет, в стаде северных оленей.

— А ты тогда был Лосиком?

— Нет, — ответил Лосик, — тогда я был северным оленем.

— Лосик, — удивился Миша, — а как же ты превратился из северного оленя в Лосика?

— Никак я не превращался, — сказал Лосик, — я просто вырос и стал Лосиком.

— А потом ты ещё в кого-нибудь превратишься? — немного подумав, спросил Миша.

Лосик помолчал.

— Нет, — ответил он, — наверное, не превращусь.

Миша задумался.

Он думал о том, может ли всамделишное животное превратиться в другое животное. Он думал, что будет, если Лосик вырастет ещё и станет не лосиком, а слоном. Какого он будет размера, и куда его можно будет поселить? И ещё он представлял себе, как Лосик роет своим мягким копытом жёсткую ледяную корку, чтобы добыть ягель, что Лосик бродит по тундре в полярную ночь и не боится застудить «рóги». И ещё он решил подумать, кто были у Лосика мама и папа? Но подумать он не успел, потому что заснул.

Глава 2. Верблюд

В день перед самым Новым годом в доме появился верблюд. Он сидел на полу под ёлкой и внимательно оглядывал комнату маленькими глазками из-под кудрявых бровей. На голове у него красовалась небольшая вязаная шапочка, из-под которой выбивались клоки рыжих волос.

В комнату вошёл Миша. Тут было темно, только горела гирлянда на ёлке, да светилась звезда на её макушке.

— Мама, папа! — закричал Миша. — Бегите скорее, посмотрите, что мне Дед Мороз принёс!

— Подожди, Мишка! — ответил папа, не выходя из кабинета. — Я сейчас занят.

И тут неожиданно заговорил верблюд. Он немного гнусавил и произносил слова слегка нараспев.

— Во-первых, молодой человек, не «что», а «кого». Во-вторых, ваше предположение о Деде Морозе позвольте оставить без комментариев. Теперь же позвольте представиться: Верблюд, Дромадер, что означает «одногорбый верблюд».

Миша выпучил глаза и открыл рот. Он почти ничего не понял из того, что сказал ему Верблюд.

— Тебя зовут Драма… как? — спросил Миша.

— М-да, — ответил Верблюд, — вижу, что Вы, молодой человек, пока не готовы воспринимать сложные лексические конструкции. Поэтому вынужден повторить, что меня зовут Верблюд Дромадер.

— Верблюд, — сказал Миша, — я не совсем понял твои слова. Можно я буду звать тебя просто Дрëма?

Верблюд сложил перед собой все четыре копыта, положил голову сверху и задумался.

— С одной стороны, — начал Верблюд, — обращение Дрëма звучит несколько фамильярно. С другой стороны, если хочешь остаться в доме и заслужить положительную репутацию, не стоит привередничать. Поэтому, молодой человек, я не возражаю, чтобы вы называли меня Дрëмой.

Миша стал кое-что понимать из того, что говорил Верблюд.

— А я — Миша! — сказал Миша. — Пожалуйста, называй меня Мишей.

— Очень приятно, Миша, — ответил Дрëма, — однако, позвольте заметить, что употребление имени в краткой форме не слишком удобно при обращении на «вы».

— А ты зови меня на «ты», — сказал Миша, — я ещё не взрослый.

— Хорошо, — проговорил Верблюд, — я буду обращаться к тебе на «ты». Хотя подобное обращение предполагает наличие дружеских связей между сторонами.

— А мы уже почти друзья, — сказал Миша, — у нас в доме все друзья. Давай с тобой дружить!

Верблюд немного задумался.

— Хотя данное предложение может показаться преждевременным, оно всё же весьма лестно для одинокого верблюда. Поэтому, — Верблюд поднял голову на Мишу, — я с радостью его принимаю. И позволь мне в ознаменование начала нашей дружбы называть тебя «мой юный друг»!

— Ну, зови, если тебе нравится, — сказал Миша, — я не против.

Миша взял Верблюда на руки и посадил его на диван.

— Дрëма, дорогой, — сказал Миша, — а почему ты так странно говоришь?

— В чем ты находишь странность моей речи, мой юный друг? — спросил Верблюд.

— Ну, ты говоришь как-то очень сложно. Не мог бы ты говорить попроще?

Верблюд опять задумался.

— Я постараюсь, — коротко ответил он, — но я не могу обещать.

Мише хотелось узнать как можно больше о своем новом знакомом.

— Откуда ты приехал, Дрëма? — спросил он.

— Я приехал из Африки, из пустыни.

— А что ты там делал?

— Когда-то я работал в караване верблюдом.

— А как ты работал верблюдом?

— Я перевозил на своем горбу разные тяжёлые вещи через пустыню, — ответил Верблюд.

— А где ты научился так говорить?

— Я долго учился и окончил курс прикладной лингвистики Александрийского университета, где получил диплом почётного магистра.

— Чего «чётного»? — спросил Миша, который уже знал про чётные и нечётные числа.

— По-чёт-но-го, — по складам произнес Верблюд, — значит, с по-чес-тя-ми, со славою!

— А! — сказал Миша. — Я понял, значит, не сразу, а по частям.

— А где он теперь, этот Слава?

— Мой юный друг, — ответил Верблюд, — мне нелегко даётся разговор на твоём примитивном языке. К тому же, я несколько утомился с дороги. Не найдётся ли у тебя веточки саксаула?

— А что такое сиксаул? — спросил Миша.

— Не сиксаул, а саксаул, — поправил верблюд, — это растение семейства амарантовых, представляющее из себя кустарник или небольшое дерево, которое верблюды употребляют в пищу.

Миша подумал и сказал:

— Ты, кажется, хочешь кушать, Дрëма. Но дерево у нас в доме только одно, это новогодняя ёлка, а её сейчас есть нельзя. Там висят игрушки. И саксаула у нас тоже нет.

— Может быть, у вас в доме найдётся немного верблюжьей колючки? — спросил Верблюд.

— Нет, — грустно сказал Миша, — колючки у нас только на кактусе.

— Ладно, — вздохнул Верблюд, — неси кактус! Приходится приспосабливаться к новой среде обитания.

Глава 3. Как познакомились Верблюд и Лосик

Как-то утром Миша отправился погулять, а Верблюд остался дома. Он слонялся по комнате взад и вперёд, не находя себе места. Иногда он останавливался, садился на ковёр, складывал четыре копыта перед собой и пристраивал сверху голову. Потом он вытаскивал одно копыто, чесал им за ухом, тяжело вздыхал, кряхтел и произносил протяжно «м-да» или «так-так».

И вот когда Верблюд в пятый раз произнёс «м-да» и в третий раз почесал за ухом, из-за кресла раздался шорох. Большой клетчатый плед на полу зашевелился, и из-под него появился Лосик. Он только что проснулся и пытался почесать морду своими короткими лапками, однако это у него получалось не очень хорошо. Он тщательно подумал и стал тереться мордой о ножку кресла, как вдруг заметил Верблюда. Оба зверя уставились друг на друга.

— Ты кто? — первым спросил Лосик.

Верблюд тщательно осмотрел Лосика, и не спеша произнёс:

— Вижу, что моё представление о жителях этого дома оказалось неполным. Тут водятся и прочие виды парнокопытных.

— Что ты сказал про мои копыта? — спросил Лосик.

— Про ваши копыта я ничего не говорил, — ответил Верблюд, — я лишь заметил, что в этом доме живут разные травоядные звери из отряда парнокопытных, о чём я раньше не был осведомлён.

— Да, — сказал Лосик, — я тут живу, а ты как сюда попал?

— Давайте вынесем за скобки реальные факты моего появления в этом доме и останемся в рамках гипотезы о Новом годе и Деде Морозе, — сказал Верблюд.

— А-а… — сказал Лосик, успокаиваясь, — так тебя Дед Мороз принёс. А где же Скобка, Факта, Рамка и Пóтеза? Они все вместе с тобой пришли?

Верблюд пару раз прянул ушами, пошевелил бровями и неодобрительно посмотрел на Лосика.

— Да, — протянул он, — весёлая у меня тут компания, нечего сказать!

— Да-да, а где эта весёлая компания? — спросил Лосик.

Но Верблюд ничего не ответил. Тогда Лосик спросил:

— А что, Новый год уже пришёл?

— Позвольте вам заметить, — сказал Верблюд, — простите, не имею чести знать вашего имени, что Новый год пришёл двое суток, одиннадцать часов и двадцать пять минут назад. А вы, насколько я сумел понять, почивать изволили?

— Волиличивать по чему? — спросил Лосик.

— Я сказал, что вы, видимо, спали, — ответил Верблюд.

— Да, — сказал Лосик, — я немного заснул. Я хотел посидеть на кресле, но упал за спинку и заснул. А меня почему-то никто не разбудил. И вот, я проспал весь Новый год!

— Не велика потеря, — сказал Верблюд, — одним Новым годом больше, одним меньше. Всё течёт, всё меняется! «Сик трáнзит глóриа мýнди», что в переводе с латыни означает: так проходит мирская слава.

Лосик немного помолчал, а потом спросил:

— А как тебя зовут?

Верблюд медленно понял брови на Лосика.

— Простите, забыл представиться. Меня зовут Верблюд Дромадер, хотя недавно я приобрел новое имя — Дрëма. Позвольте полюбопытствовать и о вашем имени.

— Меня зовут Лосик, — сказал Лосик, — я маленький и беленький.

Верблюд ещё выше поднял брови, привстал, обошёл вокруг Лосика, оглядел его с рогов до копыт, а затем ещё раз в обратном направлении.

Потом он, не торопясь, вернулся на прежнее место, сел на ковёр и сказал:

— Древнеримский философ Сенека как-то заметил: «Эрáре хумáнум эст», что значит «человеку свойственно ошибаться», однако про лосей он в данном случае не упоминал.

— Дрёма, — сказал Лосик после некоторой паузы, — а ты не рассердишься, если я тебя понюхаю?

— Это ещё зачем? — спросил Верблюд. — Позвольте уточнить, с какой целью?

— Ну, чтобы нам лучше познакомиться и подружиться.

— У меня в этом доме уже имеется один друг, — сказал Верблюд. — Впрочем, если вам так угодно, то извольте, нюхайте себе на здоровье.

Лосик потянулся своей большой мордой к морде Верблюда и тщательно обнюхал его. Верблюд не удержался и тоже понюхал Лосика. Потом Лосик радостно фыркнул Верблюду прямо в нос в знак окончания обнюхивания.

— Вот, — сказал Лосик, — мы с тобой друг друга понюхали, значит, мы теперь друзья!

— Да… — протянул Дрёма, — нечего сказать, снюхались!

Глава 4. Строительство корабля

Всё началось с того, что папа подарил Мише новую книгу. Каждый день после школы Миша приходил домой, снимал и пальто ботинки, забирался с ногами на диван, и сразу же принимался читать книгу.

— Что это он там читает? — спрашивал Лосик у Верблюда.

— Посмотри внимательно на обложку, — отвечал Дрема, — там написано: «Жюль Верн». Это книга про путешествия и опасные приключения.

— Жюльвер, это такое опасное приключение, да? — спросил Лосик.

— Жюль Верн, мой сохатый друг, это имя писателя, сочинившего эту книгу, — объяснил Дрема.

— А в этой книге ничего не говорится про маленьких и беленьких лосиков? — спросил Лосик.

— Насколько я помню, нет, — ответил Верблюд.

Прошла целая неделя. Миша так увлекся книгой, что, казалось, позабыл своих плюшевых друзей. Лосик и Верблюд томились от скуки в ожидании.

И вот однажды в один прекрасный день Миша перелистнул последнюю страницу, захлопнул книгу и блестящими глазами посмотрел вокруг.

— Мы отправляемся в кругосветное путешествие! — неожиданно сказал он.

— Позволь узнать, мой юный друг, цель и состав экспедиции, а также тип транспортного средства, — поинтересовался Дрема.

— Мы поплывем на корабле, на большом парусном корабле, — ответил Миша. — Мы построим корабль и поплывём на нём все вместе!

— Ты хочешь вовлечь меня в морское путешествие? — спросил Верблюд. — Но да будет тебе известно, что верблюд — животное сухопутное, в воде не плавает и склонности к этому не имеет. Да, иногда меня называют кораблём, но кораблём пустыни, в противоположность обыкновенному морскому судну.

— Не бойся, Дрëма, — сказал Миша, — мы же поплывём на корабле, тебе не придётся самому плавать в воде.

— До тех пор, пока мы не потерпим кораблекрушение, — заключил Верблюд. — Заманчивая перспектива, не правда ли? Впрочем, — продолжил он, — я лишь сделал своевременное предупреждение и настоятельно прошу принять его к сведению. И всё же, мой юный друг, ты ещё не сформулировал задачу столь рискованного предприятия.

— Неужели ты не понимаешь, Дрёма? — горячо сказал Миша. — Это же так интересно! Мы увидим разные страны, познакомимся с их обитателями.

— Следовательно, путешествие будет носить развивающий и познавательный характер, — подвел итог Дрема. — В таком случае, я приветствую твои благородные намерения.

— А как же я? — озабоченно сказал Лосик. — Я тоже не умею плавать, я могу свалиться в воду, намокнуть и утонуть!

— Ничего, Лосик, не бойся, я тебя обязательно спасу! — сказал Миша.

— Лося надо привязать рогами к непотопляемому предмету, например, к спасательному кругу, тогда его плавучесть повысится, — добавил Верблюд.

— Нет, — сказал Лосик, — это плохая идея, если я окажусь в воде с кругом на рогах, то моя морда окажется под водой, и я утону.

— Кажется, у нашего сохатого друга проявляются зачатки интеллекта, — проворчал Верблюд.

— Какие початки на мне выявляются? — испугался Лосик, крутя головой и стараясь оглядеть себя со всех сторон.

— Он хочет сказать, что ты стал лучше думать, — ответил за Верблюда Миша, — но давайте скорее строить корабль!

— А из чего мы будем строить корабль? — спросил Лосик.

— Из дивана, — не задумываясь, ответил Миша, — а мачты сделаем из хоккейных клюшек. У нас будет парусный корабль!

— Когда собираешься строить корабль, следует тщательно изучить материальную часть, — Верблюд внимательно посмотрел на Мишу и добавил, — надо узнать, из чего он состоит.

— Конечно, — сказал Миша. — У меня есть атлас парусных кораблей, и там можно найти всё–всё.

Миша сбегал в детскую, принес атлас и стал его листать. Лосик и Верблюд придвинулись к нему поближе.

— Вот! — воскликнул Миша. — Глава называется «типы парусных судов». Какое судно у нас будет?

— Судя по тому, что у нас есть только две клюшки, — сказал Дрëма, — судно будет двухмачтовым. Остается определить: будет ли это шхуна, бриг или бригантина.

— А как это узнать? — спросил Миша.

— Смотри внимательнее, мой юный друг, — сказал Верблюд, — вот тут написано, — Дрёма повозил копытом по странице, — что у брига паруса прямые, то есть квадратные, у шхуны косые, что значит треугольные, а у бригантины смешанные, то есть разные.

Миша лёг на ковер и стал внимательно рассматривать картинки. Потом он встал и воткнул две клюшки в диван вверх ногами, одну у «кормы» дивана, в другую у «носа».

— Я могу повесить на каждую клюшку по своей футболке, — сказал Миша, — тогда у нас получатся прямые паруса. А корабль будет — бриг!

Дрëма посмотрел на торчащие клюшки и покачал головой.

— Я бы тебе посоветовал, мой юный друг, — сказал он, — использовать для мачты другой материал. Хоккейные клюшки будут плохо нести прямое парусное вооружение.

— А что ещё сюда можно воткнуть? — спросил Миша.

— У меня есть идея, — сказал Дрëма, — но я не готов делить ответственность за последствия её реализации.

Лосик, который к этому моменту несколько устранился от беседы, поднял голову и спросил:

— Я не понял. Что ты и с кем не готов делить?

Верблюд повернул голову к Лосику и сказал:

— Мой сохатый друг, позволь дать тебе один небольшой совет, чтобы… ну, как бы это помягче сказать, выглядеть… поумнее.

— Какой совет? — спросил Лосик.

— Если тебе непонятно какое-то слово, не задавай глупых вопросов, а просто говори «угу». И я постараюсь тебе объяснить.

— А если мне непонятны два или три слова? — снова спросил Лосик.

— Тогда говори «угу-угу» или «угу-угу-угу»! — пояснил Дрëма. — Договорились?

— Угу, — сказал Лосик.

— Так, что тебе сейчас непонятно? — уточнил Верблюд.

— Всё понятно, — сказал Лосик, — я просто сказал «угу», что мне всё понятно.

Верблюд глубоко вздохнул, а затем продолжил:

— Так вот, я предлагаю использовать в качестве передней мачты швабру для мытья полов, а качестве задней — большую щётку для подметания. Но если в результате этого мероприятия кто-то получит хороший нагоняй от родителей, я бы не хотел, чтобы он потом жаловался и предъявлял претензии.

— Угу, — сказал Лосик.

— Я понял, — добавил Миша, — не беспокойся, ты будешь ни при чём!

— Я только хотел сказать, — заключил Дрëма, — что лучше обо всём договориться на берегу.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 455