электронная
80
печатная A5
530
18+
Миллиард в обмен на счастье

Бесплатный фрагмент - Миллиард в обмен на счастье

Объем:
506 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-1847-3
электронная
от 80
печатная A5
от 530

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Предисловие

Книга — пространство интимное. Сюда кто попало не зайдет. Когда она оказывается в твоих руках, в этом маленьком мире происходит настоящее волшебство. Великий Юнг был прав со своим законом синхроничности. Ты только что его подтвердил. Мысль довольно избитая, но уж больно соблазнительная. Ведь если элементарно допустить, что мы с тобой не родственники и не соседи по фейсбуку, то эта книга могла попасть к тебе только с помощью магии. Так и знай, она существует. Для меня так точно, ибо я сейчас пишу это предисловие и мечтаю о том моменте, когда мой скромный труд в какой-нибудь модной обложке отправится в путешествие по миру.

Более всего я хочу верить, что это читаешь ты, мой сын, моя дочь, мой друг, мой близкий человек. Все ради того, чтобы мой простецкий опыт лег в копилку твоей жизни тихим шелестом страниц. Надеюсь, книга, которую ты держишь, сделана из бумаги и еще пахнет типографской краской. Ну а если она была найдена под слоем пыли подобно древнему фолианту, то это можно смело считать доказательством существования Бога. Но прежде чем утомить тебя всей этой патетичной чепухой, хочу спросить: кто ты? Просто представь себя с этой книгой, и я даже из прошлого увижу тебя, вглядывающегося в написанные мной строки. А что между ними? Есть ли в них отголоски той вечности, о которой грезят все бесталанные поэты? Но, поверь, мне ничего от тебя не надо. Ведь ошибиться просто невозможно. Не знаю почему, но я буду благодарен тебе, если ты захочешь прожить со мной в первой четверти двадцать первого века несколько сумасбродных лет, где я любил — неистово, всем сердцем, где возводил одни мосты над тысячей пропастей и тут же сжигал другие.

Все просто: это банальная история о том, как заработать миллиард. Или о том, как его не заработать. Несколько раз в этой книжной жизни, казалось, наступал хеппи-энд, но вновь и вновь ускользал, как кусок размокшего хозяйственного мыла. И все же это точно не мыльная опера. Это сочинение старшеклассника — в нем он коряво выводит свою формулу успеха, критерии которого им самим до конца не определены.

Родившийся в эпоху капитализма ребенок вырастает с долларом на устах. Нам ведь нужно все. А это все, как нам кажется на первый взгляд, спокойно продается в магазине. Мне довелось занять очередь в самых разных отделах этого супермаркета. Я поспешил сразу застолбить место в самой длинной очереди за счастьем. Были и другие: за сексом, за семьей, за любовью, за здоровьем и даже за детскими воспоминаниями. Купить можно все, и воспоминания в том числе. Память — это великий дар. Если мы забудем, как жили вплоть до этого мгновения, мы перестанем быть собой.

Думай что хочешь, а я жив. Пространство книги — это мой островок свободы. Я буду говорить отсюда, и, может быть, твоя душа вспомнит тот таинственный зов, который уже не раз побуждал тебя к новым свершениям.

Глава 1. Огонь внутри

Я стою под душем уже больше часа. Греюсь. А потом сажусь на пол душевой кабины и закрываю лицо руками. Стараюсь думать о хорошем, и мне это удается. Пришло время больших перемен и успеха — а они требуют максимальной концентрации. В конце концов, у каждого идиота должна быть мечта. Я бы мог никуда не идти, но я пойду. Не знаю, как назвать мою очередную затею, но пока оставлю рабочее название — «Очерки бессознательного». Бессознательный здесь прежде всего автор — на начальном этапе. Надеюсь, легкая ирония не заставит читателя усомниться в серьезности замысла.


Уже тридцать минут я сижу на пятой точке, прислонившись спиной к холодной стене из оникса, которым выложена душевая моей съемной квартиры, и размышляю, кто же вдохновил меня на написание этой истории. То ли Довгань, то ли Сомерсет Моэм, а может, и вовсе постановка по Шекспиру, которую я посмотрел накануне в набирающем популярность театре «The САД» в Аптекарском переулке. Потоки горячей воды обнимают, словно теплые руки. Наверное, счет за воду придет внушительный.

О мое рабское сознание! Умение смеяться над своими же шутками — это то, что в любой ситуации поддерживает на плаву.

Когда я выйду на улицу, мои мысли не иссякнут. Я буду идти по проспекту Мира и обернусь на хорошенькую студентку близлежащего вуза, опаздывающую к девяти утра на первую пару факультета промышленного дизайна. Не знаю почему, но я всегда считал, что на каком-то таком факультете должна учиться модно одетая девушка из обеспеченной семьи, которая, как это ни парадоксально, умеет жарить рыбные котлеты и три раза в месяц ездит в World Class на собственной машине. С другой стороны, у меня есть девушка модельной внешности, и она ангел.

Весь этот табун мыслей пронесется со мной между домами тридцать шесть и тридцать восемь, пока я не войду в стеклянную дверь Федерации мира и согласия. Далее, поздоровавшись с непритворной радостью, которую я в себе воспитал, с охранниками и консьержем, я нажму кнопку вызова возле дальнего лифта. О его существовании знают пока немногие, и это моя маленькая хитрость, как избежать утомительных остановок на каждом этаже федерации.

Куда же я попаду? Разумеется, в офис. У нас скоро переезд с пятого на шестой этаж, и вся наша команда с волнением ожидает этого момента. Наш наставник Павел, почти как апостол, позволил всем без исключения сотрудникам поучаствовать в таинстве божественного деяния и нарисовать свое видение отделки и обстановки будущего пространства тотального успеха. Так, должно быть, создавался мир, и точно так, я тому свидетель, создавалась новая компания Reputazzia.


На данный момент у меня ничего нет. Я сижу на крышке унитаза, и мне лень выходить на вышеописанный маршрут, но, как уже было сказано, я пойду. Как альпинист, восходящий на Эверест… Последние двести метров самые трудные, кислорода в воздухе буквально несколько молекул, и он идет по флажкам, расставленным через каждые десять метров. Дойдя до очередного флажка, хочется упасть и умереть, но проходит какое-то время, мы поднимаемся и движемся к следующему. Так, шаг за шагом, покоряются самые недосягаемые вершины.

В данном случае все намного проще и намного сложнее. И в этом нет никакого парадокса. Просто давайте в реальном времени проживем непростые этапы создания и взросления бизнеса.

Это абсолютный интерактив. Чтобы вы понимали, я сейчас нахожусь в точке ноль. И вместе со мной вы можете пережить уникальную трансформацию на миллиард. Возможно, это звучит слишком самонадеянно. И даже отдает популизмом. Допустим, что так. Но если замысел в чем-то и не удастся, мы вместе узнаем, каково это, когда мечты не сбываются.

А пока я скажу просто. Я всегда знал, что буду успешным. Ну вот знал — и все! На самом деле все очень серьезно, и если я позволяю себе говорить о многих вещах с юмором, то это лишь потому, что в моем арсенале есть техника «Веселое сердце»: всегда улыбайся, как бы ни складывались обстоятельства.

Сейчас я уйду в этот день и забуду о тебе до вечера, дорогой читатель. Уверен, к концу дня я буду совсем другим, ибо я — вода, текущая по рекам жизни, повторяя ее изгибы и формы, неотвратимо бегущая навстречу океану. Пора.


Закончив дела, я отправился в мое любимое кафе неподалеку — «Братья Караваевы». Вот уже три месяца, как я ежедневно здесь завтракаю, обедаю и ужинаю. На часах больше семи вечера, и это значит, что на все блюда действует 20-процентная скидка. Звонок от Алексея застал меня за оставшейся половиной котлеты из судака и пригоршней гречневой каши. Немного поколебавшись, я ответил.

Иногда один непринятый вызов может коренным образом изменить нашу жизнь. Но на этот раз я был открыт ко всем внешним сигналам и просто позволил Вселенной нести меня в своем заботливом потоке.

— Приезжай в «Шанти», если есть желание, — услышал я голос Алексея.

— А что это?

— Ну, брат, ты даешь, еще москвич, называется. Это интересное место, тебе понравится. Здесь есть о-о-очень любопытные сорта чая.

— Чай я люблю, скоро буду. Почему бы и нет?

— Давай, жду. Обнял.

Я не стал допивать свой зеленый чай и поволок поднос к тележке для грязной посуды. Встреча с Алексеем всегда представлялась мне чем-то познавательным, и, пожалуй, общение с ним могло стать хорошим контрастом к недавней ссоре с Настей, о которой я так тщательно старался не думать последние несколько часов.

С Алексеем мы познакомились в прошлом году на учебном курсе известного бизнес-тренера Михаила Федоренко под названием «Самолет. Философия Масштабного Мышления». Всего нас было десять учеников, и каждый заплатил около полумиллиона рублей за месяц интенсива. Занятия проходили всегда в разных местах, то в старинных особняках, то в закрытых специально дня нас художественных галереях. Многие приезжали с личными шоферами, которые по восемь-десять часов ждали, дымя выхлопными трубами на морозном воздухе. Я был одним из самых молодых участников наряду с Алексеем, но были и ребята под пятьдесят, прошедшие в бизнесе огонь и воду, но желавшие выйти на новый уровень, масштабироваться, так сказать. Причем предполагалось, что ключом к финансовому результату будет служить изменение глубинных аспектов личности. На наши заседания, проходившие за большими овальными столами из дорогих пород дерева, периодически приглашались эксперты из разных областей знаний — искусства, психологии, образования, даже, помню, был эксперт по танго, объяснявший нам тайные знаки современного высшего общества. Голова кружилась от открывавшихся перспектив, когда в качестве домашнего задания мы должны были скрупулезно разложить на бизнес-процессы не просто отдельно взятую Олимпиаду в Рио, но все олимпийское движение, возрожденное Пьером де Кубертеном в конце девятнадцатого века. Или скажем нас проводили на круглый стол в Государственную Думу, где каждому давалось задание познакомиться и обменяться контактами с кем-то из депутатов. И все в этом духе. Мы учились думать, как наиболее масштабные личности со времен Византии и до наших дней, чтобы переформатировать свой бизнес и личные отношения. Мой тогдашний относительно небольшой бизнес откровенно тонул, и нужно было что-то менять не только в работе и окружении, но и в собственном мировоззрении. Казалось, это именно то, что мне сейчас нужно.

Слякотная погода конца ноября гармонировала с моим настроением. Политые реагентами дороги, жидкая грязь на тротуарах, неоновые огни и сталинские высотки с волшебной подсветкой. Во мне жило ощущение медленно вызревающего праздника, которое тут же подхватывалось пока еще редкими гирляндами московских магазинчиков, и, казалось, они приветствовали меня из уютных переулков.

Мой старенький X6 был похож, скорее, на серый БТР. Намотавший со мной не одну сотню тысяч километров, верный товарищ, он, будто ребенок, хлюпал по лужам со снегом пухлыми подошвами зимних шин, которые носил уже четвертый сезон кряду и ни разу не заикнулся об обновке.

У входа в «Шанти» припарковаться было негде, и я оставил свой вездеход за углом, введя номер парковки 2007 в мобильное приложение «Моспаркинг». Довольно удобно, надо сказать, и к тому же парковочных мест в городе стало чуть больше благодаря отсутствию множества иногородних машин. До дверей было метров триста, и я воспользовался случаем, чтобы немного прогуляться, — еще триста шагов в копилку штатного шагомера моего Galaxy Note.

Из витрин ресторана на меня смотрел сам Будда. Мне захотелось скорее попасть внутрь. Пройдя через гардероб по витиеватой, но пологой лестнице, уставленной фигурами ведических божеств, я вошел в полумрак чайного зала. Горели свечи, приятная музыка обволакивала, в многочисленных нишах притаились фигурки богини Шанти.

В индуизме о шанти упоминается в древних Ведах. В адвайта-веданте это слово обозначает состояние, не включенное в ситуацию дуализма, который предполагает взаимодействие двух противоположностей для существования целого. В других ведийских текстах упоминается Шанти — богиня спокойствия, умиротворения. В этом пространстве ощущение покоя было так очевидно, что заведение мне сразу понравилось.

Зал состоял из череды изолированных мини-кабинетов со входом, занавешенным вуалью. Найти Алексея оказалось нетрудно. Возле второй от меня кабинки я увидел знакомые элегантные замшевые ботинки и, разувшись, проник внутрь. На столе уже стояли всевозможные колбы с кипятком и типоты с разными сортами чая. Неуклюже поместив ноги в неожиданное углубление под столом, я крепко пожал руку товарища.

— Все-таки поездка на Байкал многое изменила в нашем восприятии действительности, — пригласил меня к диалогу Алексей, — как на одной из известных картин Антонио Менегетти, где олень выпрыгивает из воды и летит к чему-то неизведанному. Наверное, это некий символ квантового скачка, который происходит с нами. Но пока нет устойчивости. После того как мы все познакомились на «Самолете-5», жизнь уже не могла остаться прежней.

— Да, я с тобой согласен, Алексей, жизнь круто поменялась в сжатые сроки, и трансформация эта только-только началась. Еще неизвестно, куда она всех нас заведет, но я убежден, что все будет хорошо. Пока не знаю, как и когда, но уверенность — сто процентов. Сам не понимаю, откуда она берется. Вокруг такие уникальные люди, и каждый по-своему ценен. Но мы не можем взять и начать делать бизнес все вместе, сначала нужно научиться работать в двойках и тройках, как тогда, во время учебы. А потом наступит момент — и мы соединимся. Но прежде скажи, удалось ли посмотреть квартиру, о которой ты говорил вчера, и когда ты наконец переедешь в Москву?

— Слушай, перееду в ближайшее время, это решено. Обратной дороги у меня нет. Сейчас я уже не смогу заниматься тем, чем раньше. Мне всегда хотелось какого-то масштаба, а работать с партнером, который не разделяет с тобой общие ценности, как-то некомфортно. Внутри неуют.

Официант принес чай гуани. Я такого никогда не пробовал. Мой друг молча налил кипяток из металлической колбы в заварник, и янтарные капли стали падать на дно емкости. Когда процесс был окончен, мы разлили напиток по расписным пиалкам и сделали первый глоток. Чай оказался довольно мягким на вкус, с грибным оттенком. Очень необычно и приятно.

— Знаешь, а я ведь всегда интересовался чайной культурой, и китайской в частности, — сказал я. — Помнишь, ты меня познакомил с Анатолием? Неслучайно у него квартира в «Москва-Сити». Меня тогда поразило, что он знает китайский и как это «распаковалось» в его жизни, в работе с корпорацией Huawei. Мы тогда вместе ходили в «Азия Спа» в «Москва-Сити». Хороший был день. А как он заплатил за всех нас, хотя в этом не было никакой необходимости! Красивый жест, и человек масштабный. Был еще момент — ты тогда уехал в Саратов, — мы встретились на общей пробежке. Тоже здорово было. Все приехали на Красную площадь, Сергей Волос — с сыновьями, и бежали по набережной в сторону Нескучного сада. И ведь было это, кажется, еще до Байкала. Для меня это уникальный опыт: вот так запросто встретиться и бежать пять километров. Самое смешное, что эту пробежку затеял Муслим, но в назначенный час к собору Василия Блаженного он не явился. Может, кого-то оперировал в тот день, а может, просто забыл.

Алексей улыбнулся и кивнул.

— Но мы бежали, — продолжал я. — И идея была прекрасная. Помню, как мы с Пашей отстали и, кряхтя и охая, держась за бока, наблюдали, как в районе «Музеона» Сергей с сыновьями уходит за горизонт. Мы тогда еще не были так дружны, как теперь, и с того июньского дня, кажется, прожили не одну, а несколько жизней… От группы лидеров мы были уже далеко, и Паша предложил перейти на шаг. Заданный темп явно не соответствовал нашему, и я откровенно обрадовался. «Пусть бегут», — решили мы, пытаясь отдышаться. У каждого свои возможности. А мы добежим до мостика, который через триста метров, и ускоримся. Главное — получить удовольствие от бега и прийти к цели. Волос в отличной форме. Нам просто надо чаще тренироваться. А сейчас применим искусство маленьких шагов. Незачем спешить. Прибавим темпа до аллеи и свернем к Нескучному саду. Мои часы показывали неприлично высокий пульс и пройденную дистанцию в четыре километра. Казалось, мы проигрываем. Но это было невозможно, ведь мы пытались что-то доказать только самим себе.

Алексей слушал меня, не перебивая.

— И надо рассказать об одном забавном моменте. Финиш был назначен в Нескучном, на площадке для пинг-понга. И туда мы с Павлом прибежали первыми. Непонятно, как это вышло, ведь отставали мы здорово. Видимо, где-то срезали, так как в какой-то момент заплутали и пришлось пересечь несколько оврагов. Внутренне мы достойно приняли свое потенциальное поражение. Нужно было видеть лицо Сергея, когда он осознал, что мы уже купили всем воду и взяли теннисные ракетки в прокате, пока ждали наших главных спортсменов на финише! Хохотали мы с Пашей до упаду, поскольку такого расклада совершенно не ожидали, а Волос так вообще молчал весь вечер. Отлично провели время! «Веселое сердце» помогает на любом пути. Мы сами намечаем себе финиш и сами выбираем траекторию. Проиграть нельзя. Все происходит ровно так, как и должно быть.


Кажется, это была уже третья чашка необыкновенного чая. Обстановка очень расслабляла, в зале, кроме нас, никого не было. Лишь неподалеку шепотом переговаривались официанты.

— Я не боюсь смерти. Да, я люблю жизнь, но смерти не боюсь, — вернул меня в «здесь и сейчас» Алексей. — Вчера я вылетел на встречку по дороге из Саратова, на моем новом Kia Quoris, — не рассчитал мощность при обгоне. Когда понимал, что не успеваю уйти вправо, и смотрел на идущую в лоб «газель», я был спокоен. Водитель фуры справа ушел на обочину, насколько мог, и мы разошлись с «газелью» в каких-то сантиметрах. Но следом тоже ехал грузовик… Все это длилось мгновения. А ведь у меня пассажир: старый товарищ напросился в попутчики до Москвы. И я как раз вчера вытащил заглушки от ремней — знаешь, бывают такие, чтобы не пищал сигнал. Первый раз, можно сказать, ехал пристегнутый, сам не знаю с чего это вдруг. Когда увидел фуру прямо перед собой, мне не хватало каких-то метров, чтобы закончить маневр и уйти вправо. И снова на скользкой дороге грузовики раздвинулись, как могли. Сантиметры. Помню, только друг закричал: «Ле-е-е-ха-а-а-а!» Когда все было позади, я первым делом поблагодарил ангела-хранителя. Попутчика моего сильно трясло, прям колотило. А я, ты знаешь, был спокоен. Я не боюсь смерти, а вот прожить невнятную жизнь — боюсь.

***

После знаковой встречи за обедом в моей любимой «Каравашке», как прозвала это заведение Алена, Алексей, как мне показалось, выглядел подавленным. Может, он как-то не так воспринял дневной разговор… Впрочем, не знаю.

Звонок раздался в ту самую секунду, когда я собирался ему звонить, поэтому я без подготовки заговорил первым:

— Алло, привет, как дела?

— Все хорошо, вот сижу в ресторане Юлии Высоцкой, Food Embassy, пью вино, очень интересное место, надо сказать. А ты чем занят?

— Только поужинал «у Караваевых» и пришел домой, поработать немного над очерками. Хочу через межличностные отношения показать, как происходит трансформация человека — и в бизнесе, и его самого. Процесс непростой. Ну а твои какие дальнейшие действия — ты решил?

— Сейчас хочу подбить, сколько денег на счетах. Решить, продавать технику — не продавать. Все эти встречи за последние четыре дня надо как-то осмыслить. Формат взаимодействия мне понятен, и встреча с тобой и с Пашей была полезной. Думаю, стоит сделать агрегатор транспортных услуг. С чего-то надо начинать. Дальше можно расширяться и включаться в это дело больше или меньше. А там посмотрю, как я проявлюсь. Надо реальность перестроить. Саратов держит еще. Тот уровень жизни, конечно, здесь сохранить сложно.

— И наверное, уровень собственной значимости тоже? — заговорщически уточнил я у Алексея.

— И это тоже, наверное. Но хочется общения в нормальном окружении. Дела вместе делать. У Игоря тоже есть идеи, и они построены на длинных трендах. Но конкретики нет. А пока ее нет — чего вату катать? Сегодня были с ним на конференции по экономике на 2016 год. Приезжал Макшанов из питерского института планирования. Смотрели, в какие ниши деньги уйдут, — ты знаешь, очень интересно.

— Мне кажется, на два лагеря будет трудно работать, но мы неизбежно потом соединимся в какой-то точке, и с Игорем тоже, неплохо бы это заранее простроить, чтобы еще эффективнее действовать уже сейчас.

— Да знаешь, это Паша как-то, мне кажется, на лагеря делит. Я нет. Повторю, формат взаимодействия мне понятен. Давайте идею — будем работать, дальше смотреть. У меня запас по финансам есть, и я спокоен. Может, продам один грузовик за пять миллионов, чтобы подушку создать. Сейчас будет много такого, чего я не могу предположить и ты не можешь.

— Как раз про лагеря — это моя гипотеза, от Паши я такого никогда не слышал. Но объективно надо просчитать, чтобы все потом оптимально соединились, а на первом этапе рассеивать внимание может быть неэффективно.

— Ну посмотрим. Вернусь в Москву, поговорим, обсудим. Если вы мне будете интересны и я вам буду интересен, станем взаимодействовать. Пока конкретики никакой нет. Спасибо за сравнение с желе за обедом, кстати.

— Надеюсь, тебя это не задело? Я так увидел твое состояние.

— Наоборот, обратная связь. Это действительно близко к моему состоянию. Я буду присматриваться сейчас к проспекту Мира, мне понравился этот район, и до Игоря на «Алтуфьево» недалеко. Ты звони, Евгений Олегович, не пропадай.

— Ты тоже. И напиши, пожалуйста, пару строк о том, как ты сейчас проживаешь эту ситуацию. Про раздел имущества с партнером, про то, как тебя меняют встречи, которые происходят. Я хочу написать очень понятную и реальную историю о том, как мы станем миллиардерами. Давайте все в этом поучаствуем. Павел тоже включился в процесс.

Алексей сказал, что это ему давно интересно. Я подумал, вместе у нас может получиться нечто ценное, а главное, полезное. Это же не тренинг, где учат, как сделать лендинг, запустить «Директ» и стать олигархом. Все ведь намного сложнее. Я считаю, это прежде всего путь личной трансформации.

— Сейчас как раз собираюсь работать над главой «Звонок Потанину», — продолжал рассказывать я.

— Что значит — звонок Потанину?

— Ну, это ситуация, когда ты случайно получаешь контакт человека, который в какой-то сфере — будь то личностная или финансовая — объективно находится на несколько эшелонов, в твоем понимании, выше тебя. И визитка эта пылится, ты смотришь на нее и не звонишь.

— Ага, я тоже замечал, что из-за предубеждений мы зачастую не отрабатываем контакты, которые периодически получаем. Паша в этом плане молодец, у него нет никаких предубеждений.

— Да, для меня самого было сдвигом парадигмы допустить, что можно вот так просто взять и позвонить приближенному к Потанину человеку, визитка которого завалялась в машине. Думаю, это будет хорошим кейсом, полезным для читателей. Тем более интересно, что все будет происходить в реальном времени и даже в случае неуспеха мы расскажем об этом и пойдем дальше, к своему миллиарду. И будет здорово, если мы на все эти ситуации посмотрим под разными углами. Мы с Пашей много сегодня говорили об этой книге. Пока не определились с форматом. Может, блог начнем вести. Представляешь, как здорово, если вот так спонтанно, прямо с сегодняшнего дня, Паша начнет рассказывать, как он все это видит?!

— Слушай, это прям откликается, я сам сегодня уже начал пометки делать.

— Вот видишь, процесс запущен, и нам надо вместе прикинуть, как все это соединить.

Нам обоим показалось, что похожая идея раскрывалась в спектакле, на который «всем Самолетом» мы ходили в театр «Практика». Тогда фраза, что «любовь бывает только взаимной», навсегда впечаталась в мою память. В той постановке отношения двух пожилых пар проживались глазами каждого из супругов. Я подумал, что это применимо и к бизнесу. Хотя тут много неочевидного, для нас это путь развития. Только поэтому мы решили по нему пойти. Мы хотим измениться к лучшему, и, возможно, это поможет кому-то еще. Тот самый знаменитый принцип РТП (Развитие — Творчество — Польза). С легкой руки Павла он вошел в повседневный лексикон каждого из нас, когда мы сидели в кают-компании зафрахтованного судна, на котором отправились в экспедицию по Байкалу. В той поездке мы увидели реликтовые озера, посетили таинственные Шумакские источники — знаменитое место силы, затерянное в горах Бурятии, куда можно было добраться только на стареньком вертолете МИ-8 компании Utair. Одно из самых загадочных мест Сибири, где были зафиксированы тысячи случаев исцеления от самых разных недугов. Такие поездки, боготворимый нами коуч, организовывал чуть ли не каждый год, собирая по 350 тыс. с носа, не считая авиабилетов, питания и проживания в отелях. Все было масштабно, дорого и безоговорочно амбициозно. Некоторым приходилось занимать эти деньги и брать кредиты, чтобы вписаться в эту бизнес-элиту. Купания в Байкале, водопады, нерпы, разговоры о высоком у костра — все это пленяло нас ароматом надежды на новую жизнь и наполняло неведомой ранее силой ощущения превосходства.

Настя так и не звонила. Очень гордая и сильная.

Я поехал в Сбербанк пополнить кредитку. Нужно было перевести деньги Севе — нашему самому молодому сотруднику, сыну моего близкого товарища по «Самолету» Сергея Волоса. Сева занимается аудитом сайтов, созданием макетов (не путать с дизайном) и отчасти настраивает «Директ» для небольших проектов. На испытательном сроке мы с Павлом решили платить ему 30 тысяч рублей. Еще надо перевести около десяти тысяч за переводы с русского на английский для нашего масштабного гостиничного проекта.

Ресурсы ограниченны, и подобные затраты довольно ощутимы. Скоро Новый год, и нужно оплатить путевки в Сочи, приготовить подарки, да и новое пальто пришлось бы очень кстати. На переговорах внешний вид можно считать неотъемлемой частью презентации. Этому обучают продажников во всех сферах. Есть вещи, очевидные и старые как мир, но в суете мы о них зачастую забываем.

Глава 2. Бросок вперед

На сегодня план простой. Выйти из дома. Позавтракать в «Каравашке». Закажу крок-мадам — поджаренный тост с сыром и помидором, поверх которого кладется одноглазая яишенка. Запью черным чаем с бергамотом. Он поможет взбодриться. Все это обойдется мне ровно в 150 рублей. Может, побалую себя круассаном. Тогда в ежедневную тетрадь расходов придется внести запись, что я потратил на еду 250 рублей. Эти записи я веду в приложении Monyfy — очень удобная штука, между прочим. Можно каждый день или каждый месяц анализировать структуру своих расходов.

Финансы всегда были моей слабой стороной, и я решил прибегнуть к помощи технологий. Сейчас работаю над дисциплиной внесения записей. Иногда записывать лень, но если не сделать это сразу, потом очень трудно восстановить хронологию. Поэтому я приучаю себя все фиксировать не отходя от кассы, так сказать.

Вообще для меня это небольшая, но важная практика. Я никогда не умел копить деньги или контролировать расходы. Всегда принимал решения о покупках эмоционально, по принципу «гуляй, рванина, до последнего рубля». Но сейчас приходится действовать расчетливо. Это чем-то напоминает мультик про Скруджа Макдака, который я любил в детстве. Иногда внутренний голос мне говорит: «Фу, ты стал скрягой!» Но я знаю: это от лукавого. Настоящий миллиардер наверняка очень точен в финансах и не принимает необоснованных решений. Трезвый расчет и воля удерживают ось устойчивости. Мне так кажется. Буду и дальше работать над этим.

Сейчас время обеда, но я завтракаю. В расходы внесена запись: 250 рублей. Круассаны здесь отменные. Удивляюсь Павлу, как ему удается держать пост. В следующий раз присоединюсь к нему. Уверен, что такие маленькие аскезы — верный путь к просветлению. Порой мы спешим менять мир вокруг себя и забываем об одной замечательной фразе: измени себя, и хватит с тебя. Ею, кстати, вчера со мной поделился Павел.


Только что позвонила юрист Олеся, и нужно бежать в офис: она сейчас настраивает клиент-банк. У нас пока нет бухгалтера, и мы попросили Олесю помочь с запуском расчетного счета в ВТБ24. Нужно же куда-то складывать будущий миллиард.

Подойдя к машине, я поискал в бардачке визитку высокопоставленного сотрудника «Интерроса» и не нашел. Вот досада, ведь собирался посвятить этому звонку целую главу. Но я не расстраиваюсь по пустякам: как известно, то, что не нужно, не происходит. С Сергеем Александровичем мы познакомились в Swiss Hotel на званном вечере торгово-промышленной палаты Великобритании, куда меня позвали по знакомству, вместо какого-то знаменитого дирижера. Весь вечер мы пили шампанское и говорили почему-то о Великой Отечественной Войне и, в частности, об особенностях конструкции танка Т-34. Мой собеседник, лет шестидесяти на вид, был знатокам истории и крайне удивился моей незаурядной эрудиции в этих вопросах.

— А что у вас за проекты, молодой человек? — поинтересовался мой новый знакомый, когда мы приговорили уже по пятому бокалу игристого в прикусу со свежайшей осетриной.

— У меня соцсеть взаимопомощи, но никто не хочет в это вкладываться, а я уже потратил несколько последних миллионов на это дело, — со вздохом сожаления честно признался я.

— Вот что, Евгений, ты умный парень, звони мне без всякого стеснения и мы посмотрим, что можно сделать, я переговорю об этом с Володей Потаниным, для таких целей у нас имеется специальный фонд — и с этими словами протянул мне красивую, но сдержанную визитку:


Добудько Сергей Александрович, начальник паспортно-визового отдела. ИНТЕРРОС. Управление внешних связей.


В офисе шла планомерная работа над текущими проектами. Дизайнер Николай и пять талантливых программистов сосредоточенно занимались решением своих задач в рамках шести из них. Самых больших усилий требовал наиболее сложный — агрегатор отелей JetHotel. По нашим оценкам, этот продукт должен будет в течение нескольких лет заместить голландский booking.com и тем самым сократить импорт услуг, а значит, и отток капитала к «нашим западным партнерам».

Неделю назад к нам обратился один из старых клиентов — компания по обслуживанию российских самолетов Superjet 100, которой вновь потребовалось где-то размещать бригады техников и обеспечивать им трансфер из аэропорта до отеля и обратно. Во многом это совпадало с тем, чем я занимался последние четыре года. Зарабатывать удавалось на комиссии с каждого номера, но для этого нужна была мощная реклама, собственный транспорт со штатом водителей и, разумеется, call-центр.

Когда-то все начиналось с работы за домашним компьютером и развоза гостей на личном автомобиле, а спустя какое-то время — на первом стареньком микроавтобусе Renault Trafic. Однако после быстрого взлета компания стала медленно загибаться, и в 2014 году обороты уменьшились втрое. Начались массовые сокращения. В этом бизнесе нет ничего гениального, сделать такой мог бы кто угодно, и тем не менее он давал по триста-четыреста сотен тысяч рублей чистой прибыли на каждого из двух закадычных компаньонов ежемесячно. Доллар тогда стоил около 30 рублей и мы, мягко говоря, ни в чем себе не отказывали. В офисе я появлялся не слишком часто, предпочитая путешествовать, а моя личная помощница Мила, сошедшая с регионального подиума, в строгой юбке карандаше и блузке обтягивающей внушительного размера бюст, частенько лично заходила ко мне в апартаменты для подписи документов на своих неизменных лабутенах. Я откровенно дышал ей в ее идеальный пупок, но в горизонтальной плоскости все как раз-таки было с точностью наоборот. Прекрасная молодая и преданная женщина, верный друг, которого я ценил тогда лишь, как выставочный экспонат в своем кабинете. При всем при этом по большей части жил я с основной своей пассией Мариной, несколько раз украшавшей обложки Play Boy, в ее шикарной квартире, подаренной бывшим ухажером из ФСБ. Больше своей карликовой наитупейшей Чихуахуа она любила только секс и путешествия со мной в тропические страны. Целых два года мы усердно строили планы о будущей свадьбе, от которой я уворачивался, как уж на сковородке, пока наконец ей это не надоело.

Постепенно я терял к текущему бизнесу интерес, прекрасно понимая, что успех на 80% завязан на интернет-продажах и получать хороший результат можно совершенно в любой нише, если во всех тонкостях овладеть ремеслом продвижения в поисковиках и совершенствования сервиса в плане простоты и удобства. Как и у многих, нашему успеху предшествовал труд, и даже нужна была определенная дерзость, надо было пройти через бессонные ночи во время разработки и продвижения сайта, провести переговоры с отелями для получения скидки и много чего еще. Последним вопросом, кстати, занимался мой друг и партнер Альберт, хитрый и очень душевный татарин, мастер коммуникаций и прагматичного подхалимажа, в целом очень приятный и порядочный человек, любящий порою приврать и приукрасить факты, за что он сам себя постоянно корил.

Мы объездили полмира за те годы, когда продажи номеров исчислялись тысячами. Но несколько месяцев назад поделили совместно нажитое имущество компании и разошлись как в море корабли. До сих пор переживаю этот момент, ведь вместе мы многое преодолели и как человек Альберт, может быть, один из лучших, кого я встречал. Однако наше видение и приоритеты не совпадали. Кадровая политика и стратегия развития различались коренным образом. Мне было тесно в узкой рыночной нише и хотелось двигаться дальше. В какой-то момент, после обучения у Михаила Владимировича, я почувствовал, что на моих ногах как будто гири и взлететь с ними не удастся. Нужно было что-то менять.

С тех пор мы с Альбертом ни разу не созванивались, хотя еще два года назад были неразлучны как сиамские близнецы и даже одежду покупали одинаковую. Хотя, по правде сказать, это Альберт обычно покупал то же самое, что и я. У него родились замечательные сыновья, потом появилась любовница, вскружившая ему голову. Он пропадал с ней сутками, в то время как фирма шла ко дну. Я не виню его, я и сам становился рабом своей страсти, но непонятно было, насколько это затянется, так что пришлось делать выбор.


Знаете, как бывает? Каждую минуту и каждый день мы делаем большие и маленькие выборы, и только нам с ними жить — до самого конца. Невозможно прожить две жизни и узнать, куда вели те или иные пути. Только внутренний компас показывает заданное направление, и не видать берегов у этого океана.


Из потока рутины меня выдернула Наташа Порик, элегантная блондинка, с которой мы тоже познакомились на «Самолете». Скольких замечательных людей я там встретил! По неслучайному совпадению мы оказались соседями по новому офису, куда активно затягивал участников тренинга Павел, некогда возглавлявший отдел продаж ИНКОМ-Недвижимости. Условия аренды были самые щедрые и дружественные разумеется, даже с учетом кризиса. Основная специализация этой бизнесвумен — GR, то есть работа с государственными органами, получение грантов и субсидий на крупные отраслевые проекты. Наташа прославилась тем, что о ней ходили слухи, как однажды она привлекла миллиард инвестиций на строительство завода в Алтайском крае, который производит белковый концентрат для животноводческих комбикормов. А еще она пишет книгу и всерьез занимается в литературном кружке. Почему-то очень много внимания она уделяла всяческим экстровагантным нарядам и почти жила в ленетах фэйсбука, создавая впечатление светской особы с обширными связями, сдабривая посты цитатами из популярного политического сериала «Карточный Домик». Она сразу же меня очаровала.

— Женя, я за тобой уже два дня как девочка бегаю, мне надо с тобой поговорить, наконец.

— О, как приятно, за мной блондинки по офису бегают! Конечно, пойдем пообщаемся.

Мы прошли в переговорку, очень уютную, с белым длинным столом на десять человек и такими же белыми стульями с кожаной обивкой. В углу стоял непременный обитатель таких помещений — флипчат для рисования схем.

Двумя днями раньше Наташа по-дружески попросила меня сделать обзор сайта ее знакомого — доктора-уролога. Сайт был симпатичный, но слишком агрессивные формы захвата клиента отдавали дешевизной, совершенно не гармонирующей с заслугами популярного профессора. Приходится избегать слова «врач», так как Муслим на недавней лекции, куда он меня позвал, рассказал, что на самом деле «врач» — от слова «врать». И это говорил владелец двух многопрофильных клиник в Москве. Мне нетрудно было оперативно сделать видеоаудит сайта. К этой задаче я привлек Севу, и он справился минут за пятнадцать.

Я решил, что сейчас меня снова попросят об услуге, и я, в силу действительно большой занятости, буду вынужден отказать. Но речь, к моему удивлению, пошла совсем о другом.

— У меня есть одно интересное предложение. Я выиграла грант для своего нового проекта. Это капли для регуляции pH-состава воды. А, как ты знаешь, микроорганизмы и грибки развиваются в организме человека именно при нарушении баланса. Это, собственно, одна из причин онкологических заболеваний, по мнению медиков. Поэтому, так же как когда-то стало нормальным пить бутилированную воду, скоро станет нормальным пить «правильную» бутилированную воду.

— Наталья, я очень рад за тебя, это прекрасная новость, и здорово, что ты с Муслимом затеяла такое дело.

— Это верно, но мне нужны партнеры, которые могли бы закрыть вопросы IT.

— В чем именно ты видишь мое участие? Я сейчас работаю с Павлом, и нам лучше обсудить это вместе с ним, поскольку мы партнеры пятьдесят на пятьдесят де-юре и де-факто.

В эту минуту, извинившись, в переговорку зашел Павел и, увидев, что у нас с Наташей серьезный разговор, развернулся и деликатно пошел на выход. Всегда восхищался его чувством такта. При том что пятый и шестой этажи офисного центра принадлежали ему, это вызывало еще большее уважение всего персонала. От охранников до уборщицы абсолютно все любили его за открытость и исключительно вежливое обращение как с равными по статусу, так и с подчиненными.

— Подожди, Паша. Мы как раз говорили о тебе, — произнес я и вопросительно посмотрел на Порик.

Она кивнула, давая понять, что готова ввести в курс дела моего наставника и компаньона.

Работать с человеком и профессионалом такого масштаба, как Павел Анатольевич, — одно удовольствие. Это настоящий мастер переговоров, а главное, чрезвычайно целостный и порядочный человек. Наталья коротко рассказала о своем проекте. Он быстро все сообразил, и пояснять ничего не пришлось.

— И знаете, — многозначительно посмотрела на нас собеседница, — я окружаю себя людьми, с которыми приятно быть рядом, даже если это твой последний день. Жизнь ведь проходит, и ты на кого-то ее тратишь. Если люди высасывают из меня энергию — что от меня останется? Мне хочется работать с вами, но это может понравиться не всем, хотя этот вопрос я улажу сама. Мне нужно двигаться быстро, и с вами это обязательно получится.

Паша посмотрел на меня и, мгновенно уловив мое согласие и желание работать с Наташей, сказал:

— Мы в деле. Наше участие в прибыли — двадцать пять процентов, или озвучь свое предложение — и начнем работать сразу после Нового года.

— Натали, у нас к тебе тоже дело, — вклинился я в беседу. — Мы решили написать книгу в реальном времени о том, как мы из ничего сделаем миллиард. Давай с нами.

— О, у меня как раз вышел очерк в «Русском пионере». Это журнал, который можно найти в «Кофемании» и других модных местах. Сейчас я работаю над книгой и не хочу отвлекаться, но идея мне нравится. Главное, начинайте прямо сразу с эмоции, иначе все теряется. Только так можно сделать что-то стоящее. Бывает талант от Бога, как у Толстого и Достоевского, а есть такие, как мы, — у нас он тоже наполовину от Бога, а остальное просто технология и помощь редакторов.

Пока шло обсуждение нюансов, у меня зазвонил телефон. Неизвестный номер. Я извинился перед коллегами и вышел в коридор, на ходу сняв трубку.

— Добрый день, меня зовут Ксения, я из издательского дома «АСТ». Звоню вот по какому вопросу. Вы же знакомы с Кириллом Меньшиковым? Он сейчас заканчивает книгу и указал ваш благотворительный фонд как получателя роялти от продажи всех тиражей.

— Кирилл — человечище, потрясающий человек, — непроизвольно ответил я, опешив от неожиданности.

— Это точно. Я звоню, чтобы получить от вас согласие и, если можно, логотип фонда для размещения на последней странице обложки.

— Разумеется, если Кирилл посчитал, что так нужно, я не могу не согласиться. Это будет просто замечательно. Спасибо ему и вам.

— Отлично, тогда пришлите адрес вашей почты, пожалуйста, я отправлю необходимые бумаги.

Вернувшись в переговорку, я не удержался и перебил коллег на полуслове:

— Представляете, мы только что говорили о писательстве и нашей книге, и вот мне позвонили из издательства «АСТ». Наташа, ты знаешь такое?

— Да, это одно из самых крупных в России. А что?

— Парень, с которым я познакомился на Первом канале у Малахова, куда меня пригласили экспертом по благотворительности от молодежи, был главным героем передачи. Его зовут Кирилл, и у него рак. Но он не отчаивается и живет полной жизнью, ездит по стране и помогает трудным подросткам, наркоманам и суицидникам. Потрясающий человек, а ему всего двадцать лет. Именно для него мы сделали опцию по сбору пятидесяти рублей с каждой брони на нашем гостиничном проекте JetHotel, ведь у нас везде заложен принцип Пользы. Мы верим, что, отдавая миру что-то хорошее и от чистого сердца, взамен получаем бумеранг добра. И вот уже идет процесс взаимного опыления.

Завтра в 9:45 утра встреча с представителями авиакомпании в гостинице «Меридиан». Неделя переговоров и согласований. Завтра мы должны подписать договор на проживание в десяти номерах ежесуточно в течение года. Для нас это означает прибыль около 10 тысяч рублей в сутки. Нам очень нужна эта сделка, чтобы легче было платить зарплаты. Пока что ни один из наших проектов не начал давать прибыль. Именно поэтому мне пришлось продать однокомнатную квартиру.

Иногда приходится выйти из зоны комфорта и поставить на кон все, если ты веришь в себя и в людей, с которыми идешь по избранному пути. Вырученные три миллиона — это сумма, которой едва хватит на три месяца работы нашей команды. Нет никаких гарантий, что мы успеем выйти на прибыль. Но мы обязаны выйти. Нет выбора. И может быть, именно такая экстремальная бизнес-школа создает будущих миллиардеров.

Ближе к полуночи мне написала Анастейша.


Настя: Сегодня была восьмичасовая съемка… Устала, выпила немного, дома, ложусь спать, и так одиноко.


Дальше шли фотографии, где она, с микрофоном в руках, в идеально белом строгом пиджачке с золотыми пуговичками, обтягивающей юбке до колен и волосами, спадающими чарующими волнами до подчеркнутой талии, что-то вещает в объективы телекамер. Образ дополнили неизменные каблучки, делающие ее походку особенно притягательной.


Настя: Неужели ты понял, что я говно, а Алена для тебя все, и не хочешь ей больше врать?

Я: Да я же объяснил — только из-за некоторых нестыковок. Сложно это все. Ты для меня невероятный магнит. И мои мысли часто обращены к тебе. Даже немного жутко.

Настя: Да не верю.

Я: Может, я до Алены просто еще не дорос.

Настя: Это она не доросла до тебя.

Я: Нет, я до нее. Она чистый и преданный человек. Любящий и нежный. А я тупица, состою сплошь из пороков, вот меня и тянет на себе подобных. Я не хочу никому изменять, быть сволочью или, что еще хуже, портить кому-то жизнь. А выходит, порчу, и свою в том числе. Это не жалость к себе, а попытка разобраться. Я готов к изменениям.

Настя: Так живи свободно. Не бойся быть одиноким.

Я: Боюсь. Настя, мне тридцать. Я о семье думаю. У меня много успешных друзей, и у всех разные судьбы в плане отношений. Некоторые обрели счастье в семье и, не отвлекаясь, идут к большим целям. А некоторые, как и я, маются. Это отнимает энергию. Отношения должны давать ее, а не отнимать. Тебя я боюсь как огня. А кто попало мне не нужен. У меня теперь есть только один друг. Но он семейный человек, и встречи мы чуть ли не через секретарш назначаем. Может, я в тебе друга вижу? Тогда и проблем нет. Не знаю. Я пьяный и то трезвее мыслю. Как вообще таким дебилам, как я, дают людьми руководить и проектами?! Я в себе разобраться не могу, в двух соснах заплутал. Что мы делаем со своей жизнью?

Настя: Я — начало твоей новой жизни. Счастливой. Да, ты мечешься. Я понимаю тебя, Женечка. Я не кто попало. Я не могу быть другом.

Я: Да можешь ты все. Я сам, может, не могу. Ты иногда такую чушь порешь, что хочется бежать без оглядки. А порой, наоборот, кажется, адекватнее тебя еще не придумали. Давай я буду любить тебя тайно и издалека? И ждать, когда ты наконец выйдешь замуж?

Настя: Не выйду! Я так спать хочу, сегодня спала пару часов. Может, после съемок заеду? Поболтаем, позанимаемся любовью, и я отправлюсь восвояси?

Я: У меня завтра китайский, а потом надо ехать в область. Можно повидаться на следующей неделе.

Настя: Но завтра я могу подъехать после семи, поговорим по душам. Обещаю, просить на бензин не буду. Просто ты такой родной, помочь хочу…

Я: Да уж, та еще помощница. Как обычно, трахнешь и уедешь. Останется только легкий аромат на губах и гондоны под раковиной. Ну, решим завтра. Будешь у меня в книге тусоваться, и там, если захочешь, я по сюжету на тебе женюсь.

Глава 3. Миллиард

Почему именно миллиард? Все очень просто. Ну не будоражат давно миллионы. Тем более в нашей с вами валюте это вообще несерьезно. Цель в том, чтобы наглядно показать иной концепт восприятия реальности. Ведь наверняка, когда уже случится какой-то значимый успех, найдутся те, кто скажет, что все это инсценировка и т. п. Мы-то знаем, что скептики всегда будут пытаться палить из рогатки по самолету, озлобленные на то, что сами бессильны взлететь. Не знаю, кто ты, дорогой читатель, но у тебя все получится, — нужно только верить и делать.

Про «делать» вообще отдельный разговор, так как, по моим наблюдениям, это, пожалуй, самое сложное. К примеру, мне сейчас хочется спать, на часах 8:41, за окном начало декабря. Теплая постель предпочтительнее заморозков, бесспорно. Но уже в 9:45 я буду на успешной сделке, которая должна добавить двести-триста тысяч чистой прибыли ежемесячно для компании «Джет Партнерз».

Писать нужно быстрее, время стремительно истекает, но вот так, шаг за шагом, эта история обретает жизнь.


Только час назад я проснулся, и первое, что увидел, — улыбающееся лицо Алены, которая, стоя в дверном проеме, посылала мне воздушные поцелуи. Высокая блондинка на каблуках и в черной норковой шубе с наброшенным на голову капюшоном, она заливалась задорным детским смехом.

— Просыпайся! Я поехала на учебу, там тебя ждет половинка омлета. Буду тебя будить по вайберу, знаю, ты все равно сейчас уснешь.

— Да нет, я уже встаю, надо ехать на встречу. Хорошего дня, Лялечка.

Переговоры прошли довольно успешно. Когда я приехал на место, Павел на своем удлиненном Hyundai в версии Limousine уже ждал у подъезда. Водитель дремал за рулем. Мы вышли из автомобилей и обнялись, как закадычные друзья.

Нас ждал очередной раунд бизнес-переговоров. Это ведь искусство — продать номера в отеле на год вперед и получить дисконт, который позволит платить половину зарплат в нашей компании. На самом деле ничего грандиозного, и для разных читателей это прозвучит по-разному. Вспоминая себя еще лет семь назад, когда я только закончил университет, сумма в 10–15 тысяч рублей в сутки, наверное, показалась бы мне запредельной. Но сейчас это была капля, с которой начинался путь к миллиарду. А ведь, как говорится в известной индийской пословице, по капле наполняется океан.

Атмосфера сложилась спокойная и доверительная. Каждая сторона выдвигала свои требования. Проговаривали множество нюансов, вроде того, как часто можно будет постояльцам пользоваться бассейном и баней, сколько бесплатных парковочных мест возле отеля, чем и кого кормить на завтрак, как доставлять обеды в ланч-боксах. Кстати, на вопрос о качестве самолета Superjet 100 нам был дан категорический ответ, без всякой иронии, что это отличная машина. Уж кому как не начальнику ремонтной бригады авиакомпании, с которым мы пили чай за круглым столом, судить об этом. Я порадовался за наш авиапром. Загвоздка оказалась в том, что с учетом требований к питанию маржинальность с каждого номера была невысокая и нам надо было согласовать тариф 4000 рублей в сутки вместо 3250. Задача не из простых. Кроме того, собственник отеля Роман всячески пытался перетянуть одеяло на себя. Ему заранее было сказано, что не стоит даже пытаться действовать в обход нас. Но с точки зрения владельца частного отеля, видимо, не вполне очевидно, что таких отелей десятки и мы можем пойти в любой. Вполне возможно, что сегодня этот бизнес чем-то напоминает риелторский, но в нашем случае процент от сделки мы получали за весь срок аренды.

Для первого миллиарда чистой прибыли нам было нужно не менее двух тысяч таких сделок. Но это только если оставаться в парадигме данной бизнес-модели, чего мы совершенно не собирались делать.

Завтра у меня второй урок китайского, и мне нужно выполнить мое первое домашнее задание.

Приехав в магазин на Полянке, нужного учебника по китайскому я, увы, не обнаружил. Почти девять вечера, и час, прожитый в пробке, израсходован впустую. Выйдя в морозный город, я стал звонить в другие книжные магазины. Удача мне улыбнулась, и искомое издание было найдено с третьей попытки на Лубянке. Видимо, китайский пока не пользуется массовым спросом в России. Но это ненадолго. На планете живет семь миллиардов человек, они говорят на семи тысячах языков. И без малого полтора миллиарда — на китайском.

Очевидно, что из-за сворачивания связей с Западной Европой, США и Турцией ставка неизбежно будет сделана на Китай. И не готовиться к этому было бы признаком близорукости. Те, кто сталкивались с китайцами, знают, что они редко говорят по-английски, да и то плохо. Поэтому, чтобы комфортно отдыхать на курортах Поднебесной и заниматься торговлей, пора изучать культуру и язык наших влиятельных друзей. Для себя я определил задачу за три года довести знание китайского до уровня Advanced в более привычной британской классификации.

Учебник обошелся мне в немалую сумму — 3000 рублей, и это была лишь первая ступень из четырех. Кроме того, я приобрел случайно оставленную кем-то на кассе книжку «Китай без вранья» и двинулся в сторону проспекта Мира.

Путь был недалекий. Погода хорошая. Машина грязная, не мытая месяца три. В районе Садового я резко прижался к обочине. Мое внимание привлекло кафе с уже примелькавшимся названием — «Китай». Что ж, пора попробовать Китай на вкус. Пусть это будет некий эффект погружения.

В заведении кормили неплохо, но из всех блюд, которые я выбрал для дегустации, больше всего мне понравилась обычная лапша. На фоне пряного островатого бульона с зеленым луком ее мягкий и пресный вкус воспринимался как очень необычный.

Тихо играла китайская музыка, и я даже скачал композицию азиатской группы LMF. Буду слушать в машине. Надо скорее ехать домой и заняться китайским, не то одним Ni hao я завтра не отделаюсь. Уверен, профессор Ли Лян будет разочарован, если я не проявляю должного усердия.

На десерт я съел китайское печенье с предсказанием, едва не проглотив вложенную в него бумажку с такими словами: «Ваш денежный поток продолжит наполняться за счет творческой деятельности».

***

Открыв глаза, я нащупал пульт от телевизора. На бегущей строке было 11:02, и я понял, что проспал. В телефоне ни одного сообщения. Дикторша модельной внешности почти загробным голосом вещала о войнах и терактах. Чтобы встать и начать собираться, не было сил. Интуитивно было принято решение сегодня никуда не спешить и попробовать простроить себя заново самостоятельно.


Вчерашний поток энергии бесследно улетучился. Будто кто-то невидимой рукой выключил рубильник. Тяжело думать, сложно концентрироваться. Я отвечаю на почту грамотно и четко, но без огонька. Интересно, в чем механизм такого состояния? Вроде ничего особенного вчера не произошло. Даже наоборот — скорее, есть повод к воодушевлению. Первая мысль: это из-за отсутствия любви. И хотя на моем уровне развития, видимо, еще недоступны ее более высокие формы, я продолжаю думать о простейшей и в то же время сложнейшей любви между мужчиной и женщиной. Однако вскоре ощущаю пустоту и блокировку на эти мысли. Делаю еще одну попытку прояснить свое состояние, обратив внимание на то, что это синдром офисных сотрудников, которые в конце рабочей недели пишут заявки на радиостанции, чтобы подбодрить остальных перед долгожданными выходными. Но все это не состыкуется с моими наработками в области проактивности — модное нынче понятие среди почитателей Стивена Кови, взятое на вооружение десятками бизнес-тренеров.

Ох, в коня ли пойдет весь этот психосоматический корм? Попробую прояснить за обедом с Павлом. А пока, как настоящий психопат, сижу на полу в ванной и слушаю аудиокнигу Джидду Кришнамурти «Свобода от известного».

Меня занимает мысль о вчерашнем опыте, который ограничивает нас в том, чтобы исследовать и изменять самих себя, находясь «здесь и сейчас». Это явление того же порядка, что и груз многовековой истории беспрерывных войн, рабства и тирании, который давит на человечество.


Когда к моему столику подошел Павел, я уже принялся за винегрет.

— Ну привет, как ты? — сказал он.

— Привет, Паша. — Я встал, чтобы обнять товарища. — Знаешь, у меня с самого утра какой-то бардак внутри. Даже прослушивание Кришнамурти не помогло, а сейчас вот полная ясность. Мне неудобно, что тут стол ломится от еды, а ты держишь пост. Силища, конечно. Я тоже так хочу, — искренне восхитился я силой воли товарища, принимаясь за свой любимый круассан с шоколадом.

— Все нормально, я уже привык, не обращай внимания, — отозвался Павел.

— А ты хоть что-то ешь?

— Утром ел гречку без соли и сахара. Нормально. Пробежал пять километров, есть ясность ума. Хорошо себя чувствую.

— Удивляюсь тебе. У меня, видимо, центр удовольствий слишком развит. Люблю поесть, и женщин люблю.

— Ну а кто не любит? — Павел по-доброму и слегка иронично улыбнулся.

— Понимаешь, это может показаться странным, но большинство наших текущих проектов на финише, и я не знаю, куда двигаться дальше.

— Неужели на финише? — переспросил Паша.

— Понимаю твое удивление, но это так. И мне надо спланировать дальнейшие действия.

Мой компаньон молча взял салфетку и начал перечислять по пунктам наши проекты:

1) агрегатор деревянных домов;

2) электронный менеджер по продаже дорогих спортсменов;

3) CRM для управления поселками;

4) сертификация всех видов продукции;

5) культурно-просветительский проект Like Russian;

6) маркетплейс для всех видов кормового протеина;

7) орешки в меде для «Азбуки Вкуса»;

8) агрегатор переговорок и коворкингов SferaDela.

Салфетка оказалась исписанной сверху донизу. В верхней части были проекты на стадии формирования, в нижней — близкие к запуску. Раньше всех планировался старт JetHotel. Была проделана большая работа, и я волновался, до конца не понимая уровень спроса. Разумеется, бизнес-модель была мне хорошо знакома, но ситуация на рынке казалась совершенно непредсказуемой.

Как заметил на одном из тренингов Олег Пронин, глава легендарной «Пересвет-Инвест», сейчас не кризис, как в 2008-м, а новая реальность. И посему непонятно, чего ждать. К тому же декабрь — традиционное дно сезона. Нет никаких гарантий, что труд последних шести месяцев окупится. Однако наш продукт был полон инноваций: и передовой flat-дизайн, и юзабилити, которое учитывало все требования и тенденции «Яндекса», и эксклюзивные цены, которые мы с таким трудом согласовали в отелях, и, конечно, видеообзоры каждого средства размещения. И — да, чуть не забыл самое главное: от каждой брони перечисляется 50 рублей на благотворительность.

По всем параметрам, кроме широты выбора, мы превосходили booking.com. Что ж, дорогой читатель, скоро мы вместе узнаем, каков будет результат работы команды из семи человек и инвестиций в районе 4 млн рублей. При этом больше половины из них — это моя квартира. Надеюсь, сейчас стало яснее, насколько это важно для меня, ведь на кон поставлено все. Но я полностью доверяю Вселенной. И не боюсь. Кстати, первые пробные пуски в «Директе» показали слабые результаты. Так что остается надеяться, что проведенная работа над ошибками и особая ценовая политика дадут искомый результат. Очень нужно, чтобы была прибыль не менее пятисот тысяч в месяц.

Сегодня я перевел сорок тысяч на операцию Кириллу. Она стоит три миллиона, но государство субсидирует бо́льшую часть. Нужно собрать триста. Он отказывался от денег, но я настоял. Для меня сорок тысяч сейчас — это большая трата, но хочется помочь очень хорошему человеку. Верю, что он выздоровеет. Конечно, рак — страшная болезнь, но даже Муслим, будучи достаточно прагматичным доктором, видел невероятные истории исцеления. Все возможно — и все получится.

Настя уехала в 21:30. Хотел пойти с ней в кино, но передумал. Сказал, что на неделе сходим.

Захотелось написать пару строк. Чем и занялся по дороге к Алене. Не знаю, как она терпит этот гостевой гражданский брак. Я приезжаю к ней по выходным, и мы неплохо проводим время. Но все же она часто скандалит и требует переезда на проспект Мира.

Я принял душ, чтобы от меня не пахло. Секс был очень неплох, и отрицать это было бы бессмысленно. Настя — великолепная любовница. Меня все же немного мучит совесть, но я разрешаю себе делать то, чего просит душа. Звучит смешно, наверное, ведь еще пару часов назад я думал другим местом. Не понимаю всего этого. А пока на два фронта. Боюсь одиночества. Я долго был один.

Сегодня Алексей мне прямо сказал: «Соберись, мужик! Мое мнение: если ты стоишь перед выбором — значит, не то и не то!»

Глава 4. Мастерская успеха

Город мастеров располагался в ближнем Подмосковье. Мы зашли в дом, из трубы которого струился слабый дымок. Огромная печь в центре улыбалась и потрескивала раскаленными углями. Привкус металла молниеносно коснулся кончика языка. Из-за занавески вышел бородатый кузнец двухметрового роста с чумазым лицом. Он вытер угольные руки о кожаный фартук, и моя рука на мгновение скрылась в ладони гиганта.

— Здравствуйте, я бы хотел изготовить собственную монету, — выпалил я.

— Разумеется, выбирайте, — пробасил мастер и протянул мне лист с популярными монетами свадебной и новогодней тематики.

— Нет, вы не совсем поняли, мне нужна собственная монета. Как ее изготовить? Предполагаю, сначала нужна чеканная форма. Вы можете помочь с этим?

Кузнец удивился, но быстро собрался с мыслями и с еле заметной улыбкой произнес:

— Возможно все что угодно. Одна форма стоит четыре тысячи рублей. Для монеты их нужно две. А сама чеканка — еще две тысячи за монету.

— Великолепно. Надеюсь, я смогу чеканить каждую монету самостоятельно?

— Разумеется, вы сможете изготовить сами столько монет, сколько сочтете нужным.

— Давайте я оставлю предоплату пять тысяч, чтобы мы с этим не затягивали. Мне, я так понимаю, надо прислать векторный файл с дизайном и размерами монеты?

— Совершенно верно. Но я не знаю, как оформить сделку: у меня нет бумаг.

— Ничего, слово кузнеца столь же весомо, как и слово купеческое. Но я попрошу вас дать мне что-то взамен. Что-то такое, что я верну вам, когда приеду за пресс-формой.

Мгновенно поняв ход моих мыслей, великан извлек из медной вазы розу из металла. И отдал это изящное изделие Алене.

— Надеюсь, этого достаточно?

— Более чем. Благодарю.

Пройдя метров сто по мокрой жиже из снега и промочив ноги, мы зашли в дом гончаров, который и был нашей главной целью. Вот уже несколько недель мы работали над своими первыми поделками. Алена уже закончила миниатюрную вазу с полосатым рисунком, который опоясывал горлышко, будто кольца Сатурна, — темно-зеленым, коралловым, темно-синим, лиловым, оттенками охры и мяты.

Мое же скромное изделие представляло собой обыкновенный подсвечник, который, признаться, я вылепил не без помощи Елизаветы, дочери гончара. Через неделю мы специальным инструментом прорезали на нем выпуклую полосатую фактуру. Сегодня мне предстояло покрыть свое творение амальгамой — эмульсией из белой глины и окислов металлов.

Вращая левой рукой крутящуюся подставку, правой я, словно станок с ЧПУ, медленно двигал кистью по ребристой поверхности своего подсвечника. После того как первый слой на удивление быстро просох, мне вручили губку для мытья посуды, и ее жесткой стороной я принялся натирать изделие, создавая эффект состаривания. Посмотрев на результат, я решил добавить этой вещи еще лет тридцать-сорок и принялся тереть ее еще усерднее. Готово.

Когда длинноволосый худощавый гончар Николай посмотрел на то, что получилось, мне показалось, он глубоко задумался. А затем взял предмет, похожий на миниатюрное шило с деревянной ручкой, и предложил написать что-нибудь на поверхности нижнего блюдца, которое служило подставкой всей конструкции. Идея родилась мгновенно, и в основании подсвечника образовались три слова: «ОГОНЬ ТВОЕЙ ДУШИ».

На этом сегодня можно было закончить. Пока я упражнялся с подсвечником, Алена слепила на электрическом гончарном круге с каким-то иностранным логотипом на боку новую мисочку — то ли для супа, то ли для салата.

— Николай, — обратился я к гончару, — как мне получить такой перелив красок, как здесь? — И я указал на удивительной красоты кувшин с беломраморными прожилками на коричнево-зеленой глазури.

— Все получится, друг мой, просто нужно после покраски обжечь твой подсвечник в печи, и там огонь сделает свое дело.

А дальше он произнес фразу, которую я почему-то помню до сих пор:

— Огонь — великий мастер.

Всю обратную дорогу мы ругались. Во мне все бурлило. Очень хотелось после лепки пойти в домик пекаря и вместе приготовить пиццу. Но Алена сказала, что там, скорее всего, много народу и вообще, ее ждет клиентка в маникюрном салоне. Я стоял в нерешительности.

— Ну хорошо, едем в сторону дома.

— Нет, если ты хочешь, пойдем.

— Но я же вижу — ты не хочешь, поэтому идем к машине.

— Ну, я и так дома готовлю, вам, мальчикам, не понять.

— Так я бы сам испек пиццу для нас. И потом — я проголодался, а ты не даешь мне делать, что я хочу.

— Но если ты хочешь, то почему мы идем к машине?

— Потому что ты не хочешь и мы уже промочили ноги.

— Так чего ты тупишь, пойдем за пиццей.

— Послушай, у тебя трудности с принятием решений. Это то самое, что разрушает наши отношения. То хочу, то не хочу. Определись. Весь этот день я посвятил прежде всего тебе и твоему творчеству. Но сейчас настроение испорчено из-за ерунды. Зачем ты это делаешь?

— Ты великий манипулятор, хочешь, чтобы все было по-твоему!

— Да, хочу. И хочу, чтобы женщина подчинялась мужчине, у меня патриархат, и по-другому не будет. Не знаю, как там принято у тебя в семье, а у меня будет так, поскольку я считаю, что так лучше прежде всего для тебя самой!

Ситуация была накалена до предела. Тогда я быстрым движением сорвал с ее шапки пушистый помпон, пристегнутый на пуговицу. Эту смешную шапку со сменными помпонами мы купили в Кельне прошлой осенью, еще до санкций и обвала рубля.

— В знак того, что твое состояние сейчас непотребно, я срываю с тебя этот помпон и прицеплю его только тогда, когда ты успокоишься, — торжественно произнес я.

Она сразу перестала кричать. А потом озарилась улыбкой:

— Отдай помпон.

— Нет, не отдам.

Уже дома, после ужина, я незаметно прицепил пушистый шарик на его законное место. Возможно, это голод сделал меня таким агрессивным.

Надо думать, голод заставляет человека настигать другого и отнимать добычу. Сделал себе пометку изучить этот вопрос.

Оставшийся вечер я решил посвятить просмотру фильма 1996 года «Джерри Магуайер», пять раз номинированного на «Оскар», — я его очень люблю. Именно о нем я говорил Павлу, когда тот предложил создать электронное спортивное агентство. Ведь многомиллионные контракты игроков — это золотая жила. Они платят по 25% своим агентам, которые находят им выгодные контракты.

Наша идея была проста и очевидна. Создать сайт, где любая команда сможет подобрать себе лучшего игрока или тренера без посредников. А игрок — найти команду с более выгодным контрактом, чем у него есть. Для этого планировалось сгенерировать инструмент, который позволит любому игроку заполнять собственный профиль по следующим параметрам:

1) о себе;

2) увлечения, интересы, хобби, семья;

3) этапы карьеры;

4) фото красивых моментов;

5) фото из прошлых рекламных кампаний (если есть);

6) видео лучших моментов в карьере;

7) подборка комментариев из СМИ;

8) личные новости игрока.

Гипотеза такова, что доступ к этим данным предоставляется всем и это интересно даже широкой публике. Однако стоимость игрока и контакты будут закрыты. И откроются только по специальному запросу. А переговорный момент мы могли бы взять на себя.

Понятия не имею, что из этого выйдет, но попробовать стоит. Ведь если не пробовать, ничего не узнаешь наверняка. Для начала мы решили запланировать встречу с товарищем Павла, который очень хорошо зарабатывал на торговле игроками баскетбольной лиги. А мне уже виделось, как мы будем представлять звезд моего любимого хоккея. Поглядим, куда приводят мечты. В любом случае по масштабу и суммам сделок это вполне укладывается в канву нашего миллиарда.

А пока ситуация была точь-в-точь, как ее описал Джерри Магуайер в своей знаменитой речи: «Клиент у нас только один, но зато большой клиент. Он вытащит нас из дерьма. Успех придет. Главное — в это верить».

Клиент по отелям был только один, зато крупный. Финансы стремительно таяли, и мне нужна была эта сделка. Поэтому, услышав вышеприведенную фразу, я поставил на паузу и записал то, что вы сейчас прочитали. Не то чтобы я люблю разыгрывать сцены из фильмов, но все же тут есть нечто, что оценит любой будущий миллиардер. Когда спортивный агент Джерри безуспешно пытается пристроить игрока Рода Тидуэлла в крутую команду по регби «Аризонские кардиналы», будущая звезда футбола говорит: «Да, я лучше всех. Но у них есть куча денег и успех. У них есть кван?» — «„Кван“ — твое слово?» — «Да, мое. Пусть у этих придурков есть все, но квана у них нет». — «А что это?» — «Престиж, любовь и деньги. Все, ради чего стоит жить, это и есть ква-а-а-ан». — «Здорово».

На будущее выписываю в блокнот мысль отца главного героя по поводу торговли спортсменами: «Пока ты их не полюбишь, продать ты их не сможешь».

Блеск! Только ради этого стоило пересмотреть этот фильм. Да и вообще кино в выходной — это приятно. Можно расслабиться и ни о чем не думать.

***

Сегодня совсем другое состояние. Очень вкусная овсянка с бутербродами с сыром, ароматный чай из «Азбуки Вкуса». Алена поехала в Измайлово на выписку племяшки из роддома и повезла в подарок картину с нежно-розовыми тюльпанами, которую недавно нарисовала.

Мне очень нравятся эти воскресные островки домашнего уюта и спокойствия, помогающие перебраться через бурные воды повседневности, в которых в последнее время мы идем на пределе прочности наших мачт и парусов. Но стихия манит. Снова и снова, как настоящего моряка, пропитанного солью и грехами, меня зовут туманные дали и розовые закаты над пурпурной водой.


Все чаще замечаю, что стал жалеть время на соцсети. Лишнюю минуту предпочитаю потратить на написание чего-то стоящего, что оставит след в бесконечной смене эпох. Каждый раз, когда я мысленно благодарю кого-то из глубины времен, того, кто смог донести частичку себя до сегодняшнего момента, будь то Пушкин, Ремарк или Сент-Экзюпери, кажется, что в ответ мне кто-то улыбается. Спасибо им всем, кто создал меня с моим порядком мыслей и беспорядком противоречий.

Сейчас во мне звучно отзываются слова Джидду Кришнамурти из книги «Свобода от известного»: «Мудрость начинается с познания себя». И еще одна мысль: зависеть от опыта вчерашнего дня ничем не лучше, чем жить по шаблонам тысячелетней давности.


Каждый новый день — это целая жизнь, и сегодняшнюю жизнь я посвящаю тебе и просмотру документального фильма Human, который пробирает до мурашек с первых минут. Его премьера состоялась на Генеральной Ассамблее ООН. Фильм состоит из нескольких частей и посвящен тому, как понимают жизнь и любовь с их радостями и невзгодами простые люди по всему миру. Первый герой — чернокожий со скорбным лицом и глазами, полными слез благодарности. Он рассказывает свою историю. Как хорошо, что я понимаю по-английски без перевода, ведь одна только эта короткая история достойна того, чтобы годами учить иностранный язык.

В детстве этого человека мучил и нещадно избивал отец. Когда маленький мальчик сквозь боль и слезы кричал: «Папа, зачем ты причиняешь мне боль?!» — отец отвечал: «Потому что я люблю тебя». Так продолжалось годами, пока отец не умер. Спустя много лет этот человек сел в тюрьму за убийство женщины и ребенка. У него никого не осталось, и он страдал, угнетаемый своим страшным грехом и одиночеством. Но однажды к нему пришла женщина — мать и бабушка тех, кого он убил. Они стали проводить время вместе. Суровый на вид мужчина на экране не мог сдержать слез, и они ручейками струились по рытвинам и шрамам на его лице, и знаете, ни один актер в мире никогда не смог бы повторить это. Он говорил простые вещи, с трудом подбирая слова: «Я не знал, что такое любовь. Эта прекрасная женщина показала мне ее. Я ведь никогда этого не знал. Все мои отпуска я проводил с ней, и она обращалась со мной, как с сыном. Великая женщина, о которой никто не знает. Я благодарю Господа, что он показал мне это».

Пока продолжался фильм, мне на почту пришло сообщение от одного из моих «спящих» проектов. Бывают спящие вулканы, а у меня есть спящие проекты, запустить которые мне не хватило силы воли. Это было уведомление о заказе месячного запаса продовольствия с сайта Dobroedoff. Когда-то мы с Аленой проделали большую работу, составив полноценный и разнообразный продуктовый набор из непортящихся продуктов и полуфабрикатов, которые могли храниться без холодильника и обеспечить полноценное питание на целый месяц, за 990 рублей. В графе «Заказчик» стояла знакомая фамилия. Мой товарищ по учебному курсу «Самолет». У меня был только телефон его жены, Евгении Роньжиной, и я перезвонил ей. С первых дней тренинга у нас с Евгенией установились дружеские отношения. Она возглавляла многочисленное сообщество предпринимателей России, прошедших обучение в модном инфобизнесовом проекте «Бизнес Молодость», или просто БМ. Ее контакты и связи с крупными предпринимателями по всему миру были предметом интереса многих моих знакомых, но мне была очень симпатична она сама — как неординарная и яркая личность.

— Решили протестировать мой проект, о котором мы говорили полгода назад? — начал я.

— Привет-привет! Подожди, Вася вырывает трубку.

— Вот ты меня спалил, брат! — признался Василий.

— А что случилось?

— Да я уже год с тетей не созванивался. Она в деревне живет, под Чебоксарами. Хотел гостинцев отправить.

— Понимаю, самому это знакомо, — сказал я. — Вроде надо бы позвонить, но и поговорить особо не о чем. А как-то проявить заботу и что-то сделать хочется.

— Точно. Нужный у тебя проект, — похвалил Василий. — Я-то думал, он действующий. Надо по соцсетям о нем рассказать. Уверен, что пойдет.

— Мне тоже кажется, он нужный, — согласился я. — Но все как-то времени нет. Помню, запустил на один день, заказы пошли. Но некогда ездить на почту отправлять коробки. У меня всегда так: довожу дело до высокой готовности, а потом не знаю, как все это обслуживать.

— Ну ладно, что-нибудь придумаем. Поговорю со знакомыми, может, кому-то станет интересно. Это же явный соцпроект.

— Он таким и задумывался — посмотри на название.

— Заезжай в гости. Надо это все обсудить.

— И ты заглядывай на проспект Мира, всегда тебе рад.


Однажды Павел спросил:

— Неужели я сам всему виной? Эти войны, насилие и нищета — неужели это все во мне? Я молюсь, чтобы исправить это, и вот я уже не один, вместе у нас все получится.

Мы все часть этого мира. И все, что вам в нем не нравится, это часть вас самих, ибо вы — часть этого общества и волей-неволей признаете существующую тиранию и авторитет власти, а также знания, полученные из вторых рук. Мы легко верим незнакомцам, которые говорят, что за тем холмом ничего хорошего нет, но единицы не верят никому на слово. Нужно постигать все самостоятельно, проникать всюду, куда зовет жизнь, и не верить никому, даже себе прежним, ведь уже сейчас мы не такие, как минуту назад.

В понедельник будет совещание. Пора двигаться вперед. Подвести итоги уходящего месяца и прояснить наше новое направление. Ясность помогает видеть горизонт событий. Спокойствие дает устойчивость и равновесие на натянутом канате жизни. Не верьте волнению, оно лишь поражение разума. Ошибиться невозможно, ибо ошибок не существует. Вы всегда получаете тот опыт, который подсознательно ищете. И в этом я убеждался сотни раз на своем примере. Танцевать на граблях нужно ровно столько, сколько вам это нужно. Разрешите себе быть несовершенным. Разрешите себе ошибаться. Как говорил основатель IBM Watson, успех — это обратная сторона неудачи.


Мне давно не давал покоя один потенциально выгодный проект по сертификации. А именно — все было согласовано, и пора было вступать в активную фазу разработки. И вдруг меня озарило, что проект мне не интересен и делать его я буду без огонька. Тогда я просто переслал все вводные данные Севе со следующим комментарием: «Сева, привет! Готовь прототип. Ты локомотив проекта сертификации. Изучи данные материалы и составь mind map по аналогии, как делали для Rosprotein.

И я вернулся к просмотру фильма.

Не так давно я был на лекции БМ, где лейтмотивом стало делегирование. Вот как это работает. Ты сидишь на диване, и тебе не хватает энергии начать делать записи, рассылать письма, настраивать рекламные кампании и т. п. И ты обращаешься к тому, кто полон энергии сделать это за тебя. Делишься с ним своей энергией, которая пришла к тебе в виде денег от другой, более масштабной, точки приложения усилий, из-за которой ты и оказался сейчас лежащим пластом на диване. При этом ты восстанавливаешься, а кто-то получает возможность расти и развиваться. Не будьте эгоистами, делитесь задачами с другими, возможно, они сейчас только этого и ждут.


Пожалуй, ты, читатель, мой самый лучший учитель и психотерапевт. Иногда я часами сижу, вглядываясь в ничто. Смотрю на людей и предметы и не понимаю, что все это такое. Смотрю на свое отражение в зеркале и подмигиваю ему. Эта внутренняя фрустрация как анабиоз — на мгновения я отсоединяюсь ото всего.

Я ничего не чувствую и ничего не слышу. Просто смотрю. Ведь ты тоже не думаешь, как и почему смотришь на предметы. Просто смотришь — и все. Но самое удивительное не в том, что это может звучать как мысли безумца, а в том, что этим ничто можно заполнить много страниц любой книги. Ничто безгранично и мудро, его трудно уловить и легко упустить. Пусть у каждого будет свое ничто, и только тебе решать, дружить с ним или бороться.


Только что пришло сообщение от девушки, с которой мы позапрошлым летом работали волонтерами в лагере беженцев: «Я взялась помогать одной семье. Бабушка с тремя внуками, мать алкоголичка, отца убили, живут в доме на бабушкину пенсию. Газ отрубили за неуплату. Дом не отапливается. Холода. Давайте не дадим детям замерзнуть. Мне нужно собрать 28 307 рублей. И будет малышам тепло. Даже 100 рублей — это помощь. Мы уже помогали этой семье с получением бесплатного молока (спасибо Кате Юдиной за наводку) и со сбором теплой одежды вместе с волонтерским движением „Москва — Донбасс“. Я познакомилась с ними на ВДНХ, и Валентина Васильевна (бабушка) в отчаянии, не знает, что делать. Обращается к вам за помощью. Я больше не пишу нюансов, она все написала сама. Ей 71 год, и ей очень тяжело. Прикрепляю ее просьбу».

Сейчас таких писем — полный интернет. Я хорошо знаю эту отважную и бескорыстную девушку — Марию Янчеву. Когда мы вместе помогали выбираться из насквозь простреленного автобуса из Донбасса отчаявшимся старикам и детям, я сделал для себя выводы о ее личности. Это стопроцентно правдивая история, и где-то там реально мерзнут дети. Вообще страдания в мире хоть отбавляй, но я не собираюсь это игнорировать. Если слышишь — звонит колокол, знай: он звонит по тебе.

Ни секунды не мешкая, перевожу с телефона 1000 рублей — знаю, они пойдут строго по назначению. Раз запрос пришел мне, значит, так нужно. Тридцать секунд размышляю, что написать в комментарии к платежу, и в итоге пишу только два слова: «Мы вместе».


Знаете, помощь — очень непростая вещь, и порой она может навредить человеку. Как часто говорит Менегетти в своих трудах, нельзя потворствовать регрессу, каждый должен получить свои уроки, и это путь развития.

Много я думал об этом. И знаете, для меня это стало чувством момента. Решение о таких вещах нужно принимать исходя из внутреннего ресурса и потребности. Но лично я убежден, что, имея желание отдавать и получая запрос от Вселенной, это нужно делать. Бумеранг энергии вернется, и она приумножится. Но никогда не стоит оглядываться на мнение окружающих, иначе вся магия окажется безвозвратно утерянной.

Пишу об этом сугубо доверительно, дорогой друг. Иногда нужно просто действовать, а сомнения придут позже, когда волшебство уже произойдет.

И все ближе мы подступаем к «клятве дарения», которую дали Билл Гейтс, Владимир Потанин и многие другие. Мало кто об этом знает, но мы обязательно поговорим на эту тему чуть позже.


Сегодня воскресенье.

От Севы приходит ответ по сертификации: «Принято. Приступаю к работе!»

Если бы вы знали, как я хочу деревянный домик с камином. В нем я допишу свои очерки не унылым бородатым старцем, а когда буду делать только первые большие шаги в своей жизни. Мне тридцать, и первая седина тронула мои виски полгода назад.

Время вновь постучалось и напомнило о себе. Вокруг меня столько прекрасных людей, и это большое счастье — учиться у них и идти вперед.

Мы сели пить чай, и Алена, видя, как я погружен в просмотр фильма, подняла руку.

— Говори, девочка.

— Знаешь, почему я люблю холодные шоколадные конфеты? У меня есть две версии. Когда папа или мама зимним вечером возвращались домой через магазин, я доставала из пакета холодные конфеты. Либо их купили на рынке, а там было холодно. А у прабабушки конфеты могли храниться на балконе. Они всегда вкуснее, когда холодные. Особенно в новогодних подарках с работы.

— И что тебе нравится в холодной конфете?

— Как она тает во рту. И нравится запивать ее горячим чаем.

Она звонко смеется и отправляет в рот оставшуюся половинку холодного советского «Мишки на севере». Я улыбаюсь всем сердцем и нажимаю Play.

Президент Уругвая говорит об обществе потребления. Пока он сидел в тюрьме семь лет, не открыв ни одной книги, у него было время подумать о сущности человеческой жизни, говорит он. Платя деньги за какую-то вещь, мы платим временем своей жизни, которое нужно, чтобы ее получить. Если счастья нет в твоей голове, то его негде больше взять. Человеческое общество создало целую гору потребностей. По сути, мы продаем жизнь в обмен на вещи. А жизнь проходит. И это ужасно — прожигать свою жизнь, теряя свободу.

Дальше идут кадры ночного Нью-Йорка с высоты птичьего полета. Первый раз я посмотрел на это другими глазами. Инопланетная цивилизация. Апофеоз потребления. Бетонные небоскребы с плазменными панелями, озаряющими небо. Площадки для вертолетов и многоуровневые дороги — мегалитические сооружения по сравнению с иными регионами планеты. Завораживающее зрелище — и ужасающее одновременно.

Роботы-андроиды из фильмов уже существуют, и их активно используют дружественные японцы, которых облучили двумя ядерными вспышками. Вопрос цивилизации — это не новый вопрос. Надеюсь, передел мира не будет столь же кровопролитным, как это было всегда.

***

Уже второй день никак не приходит в голову формат валюты, но я чувствую, что идея скоро ляжет на бумагу. Бывает так, что вроде пустота внутри, а магия письма делает свое дело. Когда-то я заявил Павлу, что буду работать вместе с ним при условии, что он инвестирует в благотворительный проект «Мы вместе» ровно 1 млн рублей. Конечно, он при этом становился соучредителем, и мы могли бы сообща развивать дело Пользы. Тогда я никак не мог взять в толк, что Павел, при всей кажущейся харизме, вовсе не был готов ни к какому «служению обществу». Что уж говорить обо мне, сметливом молодом человеке, отчаянно ищущем свой пусть, свою форму выражения, свой бросок к космической гармонии в бурных потоках жизни. Этим мечтам не суждено было сбыться. Слишком еще было рано, еще очень незрелой была наша поэзия. В бизнесе наш общий почерк напоминал юного Есенина, адскую смесь страсти, томительной тоски и порывистого таланта. Даже сам Бог не мог бы тогда уберечь меня от моих же ошибок!

Неожиданно в комнату, где я работал, ворвалась Ляля и с детским смехом прыгнула на меня. Отложив записи в сторону, я улыбнулся и сказал, что она мешает мне работать над важной мыслью. Ляля поджала губы и демонстративно отвернулась.

— Не обижайся, Аленка, мне просто нужно кое-что закончить.

Я встал с кровати и заперся в туалете.

Итак, на одной стороне монеты будет орел — логотип моего проекта «Мы вместе». Почему так? Да сама судьба подсказала решение: ничего лучше двуглавого орла с сердцем посередине и не придумаешь. Разумеется, над орлом каймой пойдет надпись: «Мы вместе». Но самое главное — это оборотная сторона. На ней я думаю написать: «1 кван удачи». И по кругу мелким шрифтом что-то вроде: «Ресурс, в котором ты нуждался». А на ребре — «каждая отлита и выкована вручную * всего создано 10 шт.* mivmeste.pro».

Это было время, когда биткоин стоил около трехсот баксов. И пока весь мир вовсю создавал разнообразные криптовалюты, я трудился над тем, чтобы отчеканить свои первые монеты. С годами приходит понимание, что, пока мы строим грандиозные, по нашим меркам, планы, кто-то уже кардинально меняет мир, прямо в это мгновение. Как попасть в авангард? Просто надо помещать себя в ту среду, где идет охота на все самое передовое. Существуют целые государства, которые завоевывают экономическое господство, просеивая и синтезируя лучшие технологии со всего света. Многое из того, что мы делаем в России, на последние копейки, в условиях бесконечной вереницы финансовых кризисов, в США было бы всячески поддержано целой системой социальных и экономических институтов, не дающих потонуть молодым инноваторам. Нет-нет, я не говорю, что там молочные реки, а у нас нефтеугольный тлен, просто это разные модели развития и восприятия реальности. Здесь мы проходим закаливание в прямом и переносном смысле. Учимся ловить каждый лучик надежды и доверять людям, которым, возможно, доверять и не стоило бы. Мне было больно наблюдать, как гибнет мой благотворительный проект. Ни телеэфир на ОТР, ни огромная статья в «Новой газете» — ничто не помогло мне найти единомышленников. Я потратил два миллиона рублей на дело служения обществу и не встретил никакой государственной поддержки. Ошибка была в том, что я надеялся на какие-то субсидии или, может быть, гранты. Моя незрелость выбросила меня на берег. Нужно реально оценивать условия, в которых мы действуем. А нынешние говорили о том, что рассчитывать можно только на себя.

Только что меня остановили на пересечении Каширки и МКАД сотрудники ГИБДД. Молодой лейтенант с автоматом наперевес попросил документы. Оказалось, у меня просрочена страховка. Надо же, каждый год одно и то же, хотя мне совершенно не нравится нарушать закон. Было стыдно, и я не возражал, чтобы понести заслуженное наказание. Меня пригласили в машину начальника. Он проверил мои штрафы. На фотографии в его планшете я был в гавайской рубашке и выглядел сильно моложе.

— Какая ужасная рубашка у меня на этом фото, — сказал я.

— Какая есть.

— А штрафов у меня много?

— Немного. Есть два за парковку, но срок оплаты еще не истек. Так страховку дома забыл?

— Да. Хотя нет, вру. Прошляпил просто. Останавливают редко в Москве теперь — вот и забыл. Стесняюсь спросить, можно по старинке? Мне совсем некогда за номерами бегать. Работаю с утра до ночи.

Видимо, мои слова произвели какой-то непонятный и для меня самого неожиданный эффект. Инспектор протянул мне документы и вежливо попрощался. А я в тот момент решил, что это вернулась денежка, которую я отправил в помощь замерзающей бабушке с внуками.

Чудесная ночная Москва впустила меня. Уже на Садовом я вдруг осознал, что еще в прошлом году жил и работал за МКАДом и вот теперь разом преодолел два кольца и вплотную подобрался к Садовому. В районе проспекта Мира я подумал, что скоро и этот психологический рубеж будет пройден и надо поискать спортзал по ту сторону.

Глава 5. Поиск формулы

Дешевый ламинированный стол с разбухшей от влаги столешницей завален видавшими виды журналами Forbes и Maxim годовалой давности. Круглые следы от кофе из вендингового автомата и синяя омывайка в дальнем углу комнаты отдыха — все на своих местах. Здесь уже много лет ничего не меняется. Да и зачем? У автомобилей сменяются владельцы, у владельцев — автомобили, но декабрьская грязь — величина постоянная.

Уже больше трех месяцев моя машина не видела мойки. Помню, в студенческие годы я намывал свою красную «Пежо 206» чуть ли не каждый день. И вообще, ценил ее больше, чем свою верную X6. Кроме меня, автомобиль на нашем курсе был только у моего друга Саши по прозвищу Мурзик. Как-то мы сдавали задом на парковке перед универом и с жутким скрежетом процарапали всю бочину его «форд фокуса» о бетонную клумбу. Это был фейл. Мы тогда переживали за каждую царапинку, а сейчас, спустя более десяти лет, мне это кажется невероятно глупым.

Владелец мойки знал меня еще с тех времен, когда у меня была черная «вольво» купе-кабриолет, купленная в рассрочку у олимпийской чемпионки по легкой атлетике Ляйсан Утяшевой. Он всегда горячо меня приветствовал с отчетливым армянским акцентом и крепко жал руку. Я уважаю труд автомойщиков: сам еще в семнадцать лет неплохо подрабатывал этим нехитрым, но энергоемким ремеслом.

Решение о мытье машины в моем случае могло означать только ощутимые перемены. Если в юности я делал это перед каждой вылазкой в кино или «МакАвто» с новой подружкой, то теперь визит на мойку мог означать по меньшей мере новый этап в жизни. О, это чувство, когда видишь давно забытый цвет собственного автомобиля!

Чуть позже я буду ехать под умный и проникновенный рэп Гуфа, постукивая по рулю в такт припеву: «Я устал от звона фальшивых монет, я устал от модных парней на волне…» Кажется, вкупе с легкой гангста-меланхолией басовый ритм из колонок сливается с плывущими огнями спальных районов, где происходило так много всего, чему уже не осталось места в моей памяти. Наверное, сейчас я помолодел лет на семь. Легкий драйв и таинственный воздух с едва ощутимым привкусом волшебства, как в следующем треке — «Марселя». Представляю, как какой-нибудь американский миллиардер, рассказывая историю своего восхождения на вершину, написал однажды нечто вроде этого: «Пьянящий воздух, рассекаемый папиным „шевроле“, задувает в затылок, вздымая волосы… Модная пластинка Фрэнка Синатры и дым сигареты уверяли меня в том, что больше нет ничего невозможного. Совершенно ничего». И это была автобиография Билла Гейтса.


Никогда не мог подумать, что так непросто рождаются строки на страницах жизни. Хочется верить, что лучшая непременно будет вписана в эту пьесу и что эти листы ждет триумф. Вот-вот. Уже совсем скоро.


А пока я включаю рэп громче и качу на Красную площадь по ночной набережной с грязноватыми островками снега. Да, у меня же просрочена страховка. Пофиг. Значит, сегодня я гангста.

Мысли рикошетом отскакивают от мостовых. Пути неисповедимы. Сейчас в колонках — «Моя игра» Басты, и мне понятно, что, когда ты будешь читать это, подобная музыка станет уделом эстетствующих пенсионеров. Пускай. Пускай по ветру единицы своего сознания. Никто и никогда не проживет за нас наш собственный опыт бытия. Мне просто необходима история успеха, и я ее добуду.

Вчера до четырех ночи производили с Олесей калибровку РК (рекламных кампаний), настроили РСЯ (Рекламную сеть «Яндекса»), написали довольно агрессивные УТП (уникальные торговые предложения). Всего собрали больше 15 тысяч ключей (поисковых фраз). Подключили систему автоматизированного управления ставками. Месячный бюджет рассчитали в районе 300 тысяч рублей.

Позади шесть месяцев работы. В субботу реклама дала только одну бронь за неполный день. А нам нужно хотя бы двадцать-тридцать. Пару лет назад и пятьдесят не было пределом. Но — экономический кризис, спад туризма на 70%. Все сделано правильно, применен весь лучший опыт. Совесть спокойна. Образ жизни пусть и не идеален, но совсем другой, и я не скрываю, что есть вопросы по взаимоотношениям. Однако это небо и земля в сравнении с тем, что мы вытворяли с Альбертом три года назад, когда на наших расчетных счетах показались первые миллионы. И во многом я благодарен, что это остановилось. Стрип-клубы, марихуана, виски, понты, пустота. Ведь это было буквально вчера, но река стремительно унесла те воды. Все это меня больше не тревожит.

Конечно, моя вера в успех небезосновательна. Вчера, например, мне снились тараканы. Более того, я попал на фабрику по их разведению. Это безоговорочно сулило неплохой доход в самое ближайшее время.

Суеверие? Какая разница, если это работает. Моя мечта — преподавать, нести пользу, возможно, отчасти я ищу любовь публики. Мотивация не линейна, но точно наполнена глубоким осознанием и смыслом. Волнуюсь. Доверие команды и партнеров — что на кону?

Не нужны все эти спутанные мысли. Просто все вот-вот произойдет. Жди. Скоро все прояснится.

Перед сном я сделал две вещи. Во-первых, перевел остатки денег с обеих карт на рекламную кампанию. Получилось пополнить ее на 2018 рублей. Во-вторых, наконец почистил свои замшевые ботинки Bugatti, которые купил год назад в Германии. Боюсь представить, сколько они стоят по нынешнему курсу.

Московские реагенты быстро выступили белыми разводами, и целый год очень неплохая обувь лежала, обреченная на утилизацию. Но что-то во мне взбунтовалось. На ютьюбе, на каком-то украинском канале, я нашел народный метод выведения разводов с замши, заключавшийся в последовательной протирке сначала нашатырем, а потом уксусом.

Несколько дней я закупал компоненты для этой спецоперации. По дороге из аптеки нашатырь протек у меня в кармане. Резкий запах ударил в нос. Бодрит, надо сказать.

Дома, разбавив нашатырь водой в пропорции один к пяти, я протер ботинки губкой. Несколько раз кружилась голова, и я бежал к открытому окну, чтобы отдышаться. Затем, разведя столовую ложку уксуса, купленного в «Перекрестке» за 25 рублей, в литре воды из биде, повторно обработал влажные ботинки круговыми движениями. Как и положено, набил носки газетой и поставил подальше от батареи.

В своем сознании я наполнил все эти манипуляции глубоким символическим смыслом. Давно пора было достать сапоги-скороходы из чулана своего прошлого. Успех намеченного предприятия я напрямую связывал с некими химическими реакциями, которые требовались, чтобы после реновации давно уже созданный механизм снова встал на рельсы успеха.

***

Это фиаско. За первую половину дня ни одной заявки. Потрачено еще 2000 рублей. Итого за четыре тысячи мы получили одного клиента.

Все вчерашние манипуляции с обувью оказались тщетны. Пятна никуда не делись. Мне не хотелось выходить из дома. Казалось, что почти шесть месяцев я вел команду в никуда. Не знаю, как смотреть им в глаза. Ведь, как написано у Стивена Кови, лидер — это тот, кто влезает на пальму и указывает, куда идти. Неужели я ошибся?

Ближе к часу дня я наконец убедил себя встать с пола душевой кабины. Мантры и звуки природы немного привели меня в норму. Что ж, я обещал принимать и описывать все как есть. Так тому и быть. Придется все рассказать Павлу.

По дороге в сторону «Каравашки» я, по своему обыкновению, пытался вызвать солнце. Но обычно откликающееся светило кряхтя завалилось за дом в начале проспекта, и лишь легкий золотистый нимб окаймил свинцовую тучу.

— А что, ведь у тебя почти получилось, — сказал Павел, дружелюбно похлопывая меня по плечу.

Я рассказывал ему о том, что попробовал вызвать солнце.

— Странно, видимо, оно чувствует мое состояние, — с нескрываемой досадой ответил я. — И скандалы с Аленой не наполняют меня силами за выходные. Скажи, ты дома получаешь энергию?

— Конечно, ведь в этом главный смысл. Дом — это твоя крепость и твоя опора в жизни.

— Ясно, — кивнул я. — Зато я вчера помолодел. Колесил на чистой машине по Москве и слушал рэп. Я не понимаю, все ли мы сделали правильно. У нас много проектов, но я все еще чувствую себя неустойчиво. Наверное, из-за нехватки денег. Да и твои финансовые трудности — порой я думаю, что это из-за меня. Моя жизнь совсем не такая, как прежде. Раньше я тусил и прожигал жизнь. Сейчас все не так. Далеко от идеала, но все же абсолютно иначе.

— Скажи, мы разве делали что-то плохое или нечестное? — спросил Павел.

— В том-то и дело, что нет.

— Ну, тогда расслабься и дай проекту пожить своей жизнью, не насилуй его.

— Верно, запустил ночью в выходные и расстроился, что только одна бронь, — согласился я.

— Нужно делать экстранет, добавить еще сто отелей и спокойно встречать Новый год. Не волнуйся, все получается. Нас тренируют и прокачивают.

— Да уж, пожалуй. А ты знаешь, кстати, что такое мнемотехника?

— Нет, не слышал.

— Помнишь, мы говорили, что сложно запомнить имена с первого раза? Это у нас общая проблема. Я тут копнул в ютьюбе и нашел несколько простых техник, — стал рассказывать я. — Весь секрет — в создании ярких и устойчивых ассоциаций. Что касается имен, то тут все просто. Нужно при знакомстве сфокусировать внимание на имени собеседника. Да, это кажется очевидным, но зачастую мы пропускаем его мимо ушей, а потом неловко переспросить. Итак, в разговоре сразу начинаем употреблять имя. Можно попросить визитку и подсмотреть, если забыл. Или заранее составить список ассоциаций к именам, а затем пользоваться ими методом фотошопа. Например, имя Борис похоже на конфету «Барбарис». Нужно представить очень реальную, объемную и цветную барбариску и «прицепить» ее мысленно к лицу того, с кем разговариваешь. Тогда, глядя на него, будешь помнить, как зовут человека. Тебе это вообще интересно?

— Очень, продолжай, — отозвался Павел.

— Хочешь прямо сейчас легко запомнить список из десяти покупок для магазина?

— Хочу.

— Итак, давай его составим: первое — бананы, второе — яблоки, третье — мука, четвертое — кофе, пятое — хлеб, шестое — молоко, седьмое — йогурт, восьмое — торт, девятое — петрушка, десятое — вода. Теперь создай ассоциации к числам от одного до десяти. Ну предположим: один — кол, два — гусь, три — грудь, четыре — стул, пять — пятиконечная звезда, шесть — чертик, семь — земля, восемь — пропеллер, девять — беременная женщина, десять — мишень. Запомнил?

— Да.

— А теперь соединяй образы: банан на кол, гусь в яблоках, большая грудь в муке, пакет кофе на стуле, хлеб застрял в звезде, чертика макают в молоко, земля измазана йогуртом, торт залетает в пропеллер и разлетается на куски, беременная ест много петрушки, в бутылку воды стреляют из лука. Все. Попробуй теперь — воспроизведи список покупок с первой по десятую.

Паша безошибочно, одну за другой, перечислил все покупки.

— Очень круто, — подытожил он.

— Я теперь хочу так китайский попробовать учить, — признался я. — Если практиковаться, начнешь соединять образы за доли секунд. Это тайное мастерство римских ораторов, которые считали дурным тоном читать по бумажке.

Я вернулся в офис, а Павел, вежливо попрощавшись, поехал отмечать совершеннолетие старшего сына.

Текущие дела и общение за обедом немного успокоили меня, и я просто продолжал работать. Ближе к вечеру сел просматривать вебвизор JetHotel. Кто не знает, это инструмент «Яндекса», позволяющий в реальном времени увидеть сессии пользователей. Я отсматривал их десятками. Люди из разных уголков страны и СНГ с разных устройств и через разные браузеры нажимали на кнопки и читали тексты, которые мы создавали долгие месяцы. В глазах рябило. Они смотрели и уходили прочь.

— Долбаные серферы, — сказал я вслух. — Чего им не хватает? Да, отелей мало, но это ведь лучшее из того, что есть. Трансферы мы делаем бес-плат-но, неужели все они не понимают, что это выгоднее, чем платить за такси по тысяче двести в каждую сторону?!

Дизайнер Николай молча наблюдал мою ярость.

— Евгений, то, о чем ты сказал, нигде не указано.

— В смысле? — И тут я, держась за волосы, откинулся на стуле. — Бли-и-и-и-н. За всем этим наведением лоска я забыл о главном. Это же наши особенности. Зачем мы пошли в лобовую атаку на «Букинг»? Мы совсем другой сервис. Мы не витрина, а реальный продавец. Ведь витрина не подаст платье на размер больше. Наши менеджеры помогают организовать экскурсию, шопинг. Советуют разные вещи. Когда люди забывают кошельки или телефоны в номерах, они рысью мчатся в аэропорт бесплатно, чтобы это отдать. Каждого гостя мы сопровождаем на всех этапах, подгоняем такси, носим чемоданы, подбираем оптимальные варианты и т. п.

— Отлично, и мы ничего об этом не говорим, — вернул меня к реальности Коля. — Нужно придумать слоган о том, что мы из себя представляем. Ведь мы не «Букинг» и не отель. Нужно найти такое слово, которое отразит всю суть. Такое, которое легко будет распиарить в соцсетях.

Весь оставшийся вечер мы перебирали варианты. Даже по дороге домой, из метро, Николай слал их мне. Я снова ожил, на языке крутились слова, мысли лихорадочно шарили во всех уголках подсознания. И вдруг я смог наконец написать в вайбер: «Есть! Благодаря тебе родилось, офигеть. Прям звучит в голове». — «Говори». — «JETHOTEL — ТВОЙ НАВИГАТОР КОМФОРТА». — «Класс!!!»

***

Последние несколько ночей я засыпал ранним утром. Строго по центру кровати. Звездочкой. В сторону мечты.

Удивительные результаты показала мнемотехника Николая Ягодкина из малоизвестной, по крайней мере в моих кругах, питерской организации Advanced Club. Сегодня за две с половиной секунды я смог запомнить пятнадцать наименований продуктов, которые диктовала мне Алена. Записал ради шутки в долговременную память. Могу воспроизвести в любой последовательности — и по порядку номеров, и наоборот.

Короче говоря, на ближайшее время планирую поездку в Питер. Пожалуй, это будет один из важнейших шагов после прохождения курса «Самолет» и параллельного окончания Института инновационных психотехнологий Сергея Викторовича Ковалева. Кстати, туда ходит несколько человек с нового потока «Самолета». А теперь в этот институт удалось затащить и Муслима. Этот добрый плут везде поспевает. Ему, конечно, такие занятия будут очень полезны. Еще никогда я не видел столь выраженной и неприкрытой жажды власти и желания увеличить собственную значимость. После тренинга он на эмоциях писал мне, что весь семинар Сергей Викторович смотрел прямо на него из пятисот человек и они, мол, устроили энергетическую дуэль. Читателю, незнакомому с подобными техниками, это может показаться странным, но они доступны совершенно любому человеку, а уж спецслужбы давным-давно взяли их на вооружение.

Что касается китайского, то мой словарный запас с написанием иероглифов сейчас составляет тридцать — тридцать пять слов. Чтобы общаться с местными жителями в Китае, достаточно знать тысячу слов. А чтобы слушать лекции на китайском — около двух тысяч. Такими темпами, как сейчас, за месяц я выучу пятьдесят слов. Значит, осваивать язык придется двадцать месяцев. Это долго. Поэтому нужно повысить интенсивность изучения китайского в два раза.

Есть несколько базовых вещей, которые надо помнить, когда учишь язык. Синоптическая связка в головном мозге возникает только после трехкратного повторения. Для запоминания также важно создание яркого и желательно цветного образа слова и звука. Например, чтобы запомнить цифру пять на китайском, которая звучит как wu («ву-у»), достаточно представить ву-у-л-кан, а точнее, как ты стоишь среди пяти вулканов в красной долине и все вулканы разом издают звук «ву-у-у-у», собираясь извергнуться. Всё! Если это представить и ярко прожить, с этого момента вы навсегда запомните, как по-китайски пять.

Включив душ, я снял носки и продолжил поиски своего нового квана удачи, сидя на крышке унитаза. Казалось, что прямо здесь и сейчас может прийти новое понимание всего происходящего, — и оно пришло.

Пятью часами ранее Павел сидел напротив меня за длинным столом в переговорке. Мы беседовали тихо, за окном пятого этажа федерации мелькал сотнями огней зимний проспект, неоновые вывески «Шоколадницы» и «Ваби Саби» оставляли блики на стеклах. Снег выпал совсем недавно, хотя до Нового года осталось пятнадцать дней.

У меня уже давно не было новых песен. Обычно я пишу их в канун праздников, чтобы запечатлеть свои эмоции. Талант мой скромен, и треки частенько ложились в стол. Пускай. Я всегда делал это только для себя. Конечно, когда-то я мечтал, что смогу петь или кто-то узнает мои песни.

Иллюзии — это то, что дает идти вперед и развивать навыки, иначе можно было бы ничего не делать. Как писал Томас Эллиот, мы не должны останавливаться в своих поисках, и в конце этих поисков мы прибудем в то место, с которого начали, и увидим его словно впервые.

Когда я открывал книгу и пытался читать, Алена просовывала голову между книгой и моим животом, как кошка, и утыкалась мне в лицо. Я не мог заниматься, мне нечем было дышать. Приходилось гладить ее и обнимать. Это могло повторяться до бесконечности. Терпеливо отложив книгу, снова и снова я говорил с ней на интересующие ее темы. Тем было немного, и девять из десяти касались того, что ей мало моего внимания, или того, что я изменник, лжец и манипулятор.

Она мой лучший учитель дзен-буддизма. Хотя все эти детские приставания могли показаться и жалкими, и милыми, и какими угодно еще, они выходили за рамки разумного поведения. Пробовал ли я с ней говорить? И очень терпеливо говорить, и обнимать, и целовать то и дело — в ход шли все методы регулирования. Толку никакого. Как ледокол вспарывает ледяной покров, так трещали по швам наши отношения.

— Почему ты меня не целуешь? — спрашивает она.

— Я целую. Я вижу, что ты хочешь ласки, и стараюсь давать ее тебе.

— Да, но надо больше целовать и обнимать. Неужели так трудно?

— Я никого и никогда не обнимал столько, сколько тебя, — объясняю я. — И мне непонятно, почему этого всегда мало. Это предел моих ресурсов внимания.

— Просто мы мало разговариваем об этом, а когда ты говоришь со мной, мне легче.

— Так я же говорю с тобой. Посмотри мне в глаза. Я сейчас говорю только с тобой. И это точно не похоже на то, что мне все равно, согласна? — пытаюсь я ее убедить. — Все мое внимание — с тобой.

— Да, но это не внимание. Внимание — это целовашки и обнимашки, — вдруг звонко смеется Алена, вытирая слезы.

— Понимаю, что это, может быть, месячные и переизбыток солей в организме, но, надеюсь, ты, кроме себя, услышишь и меня. Сейчас четыре часа утра, и мы просто ходим по кругу. Я бы очень хотел, чтобы ты расслабились, отпустила все свои плохие мысли и засыпала. Тебе вставать рано. Засыпай, милая. — Я поцеловал в очередной раз ее плечо и макушку. — Спи, девочка, и не тревожься, все хорошо, просто будь спокойна и не сомневайся в себе.

— Принеси мне водички.

— Конечно, сейчас принесу.

Я вылез из постели и пошел на кухню, собирая по дороге растраченное спокойствие.

— Спасибо за воду. Давай поцелуемся и будем спать.

— Давай мы прекратим разговоры, ты выключишь свет и уснем, наконец, я очень-очень устал.

— Прости, что достаю тебя. Сама знаю.

— Все хорошо, засыпай.

— Сама не знаю, зачем это делаю и все порчу.

— Я тоже не знаю, но прямо сейчас можно начать заново. Расслабься и засыпай — это будет самым лучшим для нас обоих.

— Просто меня в детстве не научили, как справляться с негативом, а тебя научили.

— Ляля, уже четыре тридцать, я сплю. Засыпай.

— Ты меня игнорируешь опять.

— Я не игнорирую, я сплю.

— Вот когда мы жили вместе, я не понимала, что нельзя тебя доставать, а сейчас поняла.

— Не очень похоже, особенно если учесть, сколько сейчас времени. Но хорошо, если поняла, значит, все может быть замечательно. А теперь спи уже, а то об одном и том же — я устаю.

— Принеси мне пирожок, я проголодалась.

— Знаешь, мне кажется, ты издеваешься, но я не буду создавать из этого проблему и сделаю, как ты хочешь.

— Спасибо!

И она даже взвизгнула от удовольствия.

Любовь во мне угасла, а может, ее никогда и не было. Не знаю. Сейчас уже трудно сказать. Есть огромное тепло к слабому существу и сострадание. Но, вероятно, в какой-то особой форме. Какой-то урок так и не был осознан до конца. В моих силах было давно все это прекратить, но сковывала смесь жалости и страха одиночества. Эта хрупкая и красивая девушка от меня зависела. Ее забота во многом была точкой опоры. Глаженые рубашки ждали меня в шкафу.

Не знаю даже, как докатился до такого. Было много попыток уйти. Но любые разговоры об этом всегда приводили к ее слезам и извинениям. Во мне звучало два голоса. Один говорил, что если любви нет, то мы зря тратим время. Ей уже двадцать девять, и пора завести ребенка, это очевидно, но я не мог решиться. Голос твердил: это не твое. Но тут же звучал другой, он говорил: возможно, это в тебе самом что-то не так и ты не понимаешь, что такое любовь, нужно в себе прорабатывать это. Какому из них доверять, я не знал.

На эмоциях мне часто хотелось все прекратить. Но ведь эмоции заставляют людей делать глупости. С другой стороны, я прекрасно знаю, что разум в состоянии интерпретировать любую ситуацию, чтобы оправдать собственное бессилие. Не понимаю, почему нет цельности в этом вопросе. Причем когда я доходил до точки кипения, она начинала делать все мыслимое и немыслимое, чтобы меня удержать. А я прислушиваюсь к внешним сигналам Вселенной: раз человеку так сильно от меня что-то нужно, значит, все это для чего-то необходимо.

Мои друзья и знакомые, зачастую мудрые люди, разводили руками, когда я неловко пытался просить совета. Да и что тут можно советовать? Очевидно, что это зона ответственности только двоих людей. Однако я все больше склонялся к мысли, что это только моя, личная, зона ответственности.

***

Как легко присваивать чужие мысли. Бесконечные ленты соцсетей, лайки, репосты. Все эти легкие информационные наркотики, упраздняющие мое творческое начало. Инфотейнмент, или, иначе говоря, эмоциональный туризм — самое модное сейчас течение, которое вооружилось глубоким знанием человеческой психики. Котики, ми-ми-ми, ржаки, ужастики. Не буду сварливой бабушкой, которая хает все «эти ваши инт-ерн-еты», ни в коем случае. Да я и сам сейчас работаю в Сети. Даже немного не по себе осознавать, как стремительно и глубоко я провалился в эту информационную бездну вместе со всем человечеством.

Читая разного рода статьи, делясь видео, ловлю себя на мысли, как же мне дороги печатные книги, как несоизмеримо богаче они сделали мой мир. Бурлящая информационная пена, накрывающая с головой в фейсбуке, буквально зомбирует меня. Так и хочется оторвать глаза от экрана, робко окинуть взглядом не сводящих с меня глаз вымышленных «коллег по несчастью», встать со стула и после неловкой паузы признаться: «Я инфоголик».


Дописав абзац, я решил, что этот очерк идеально подходит для того, чтобы выложить его в Сеть. Сказано — сделано. Буду ждать лайков, а пока, опаздывая, бегу на планерку по агрегатору переговорок, конференц-залов и тренингов, которую назначил вчера всем ребятам.

Проект не случайно носит название «Сфера Дела». Он объединит не только бизнес-площадки, но и сами деловые мероприятия. Кроме того, я делаю ставку на идею с мини-офисами, которую предложил Павел. Суть в том, что в стране миллионы квадратных метров в разных офисах простаивают, не находя долгосрочных арендаторов. Либо сами арендаторы располагают рабочими местами, которые можно сдавать в аренду. Одним словом, идея вполне здравая и масштабная. Посмотрим, что из этого выйдет.

Планерка прошла успешно. Общее воодушевление команды молодых программистов не разделил только Сергей, которого я прочил в руководители отдела. Могу сказать точно: руководителем может быть только человек, способный воодушевить других, иначе все будет двигаться медленно и с трудом. И это видно по глазам. У кого-то они горят, а у кого-то нет. Присмотритесь, это не просто фигура речи. Внутренний огонь в первую очередь выдают глаза.

Закончив планерку, я возвращаюсь домой, чтобы в тишине подготовить коммерческое предложение для контрагентов по JetHotel. После провального запуска рекламы было внесено несколько существенных дополнений на сайт в области маркетинга. Через каждые два слайда в шапке мы начали показывать наши главные преимущества. Посмотрим, как это скажется на конверсии. Текст коммерческого предложения дается на удивление легко, и через десять минут я отправляю на корпоративную почту моей помощнице письмо следующего содержания:

«Уважаемые коллеги!

Туристическая отрасль переживает не лучшие времена. Но, разумеется, все будет хорошо! Мы все вместе станем еще намного эффективнее. Неизбежно.

Именно эффективность — это то, что мы можем предложить уже сегодня всем компаниям, у которых пассажиропотоки проходят через аэропорты МАУ (Московского авиационного узла).

Мы полностью закроем вопросы по трансферам и размещению ваших туристов, едущих транзитом через МАУ.

Вы сможете решать все эти задачи оперативно прямо со своего смартфона. Это очень удобно!

Но главное — это уникальная выгода! С каждого размещения в отеле и трансфера вы будете зарабатывать от 12,5% и больше.

Кроме того, мы обеспечиваем услуги мирового уровня. С нами надежно и комфортно.

Присоединяйтесь и зарабатывайте.

Мы готовы обслуживать от 1 до 10 000 человек ежемесячно. Условия гибкие и прозрачные. Любые способы оплаты, никаких штрафов.

Если мы вас заинтересовали, без всякого стеснения звоните нам или пишите.

И конечно, мы приглашаем ознакомиться более подробно с презентацией компании. Будем рады знакомству!

JETHOTEL — ВАШ НАВИГАТОР КОМФОРТА».

В понедельник сверстаем красивое письмо и сделаем рассылку через UniSender. За годы работы накоплена солидная база контактов, поэтому интересно, каков будет результат.

Через час должен начаться китайский. Неожиданно для себя я понял, что безумно устал. Сил хватило поставить будильник на 17:00. А потом я свалился на диван прямо в пиджаке и уснул поверхностным и беспокойным сном.

Пока я собирался, раздался звонок от Эдуарда. Ему был нужен адрес электронной почты. Скоро они пришлют все доступы к метрике сайта «Строй Хауз». Эта компания — лидер по строительству премиальных деревянных домов в России. Кажется, наша недавняя встреча убедила этого пятидесятилетнего мачо на новеньком «Порше 911» в нашей компетенции.

Деревянные дома меня интересовали уже давно. И дело не в том, что я хотел стать очередным посредником, продающим лиды, — просто я сам уже два года мечтал об уютном деревянном доме с камином. Даже купил очень симпатичный участок за 1,7 млн рублей по Симферопольке, в поселке «Петрухино». Замечательное место, с прудом, велодорожками, кафе, магазином, конным клубом, охраной и т. п.

Но денег на дом заработать пока не получалось. Был момент, когда они были, но я принял непростое решение и вложил все средства от продажи квартиры в наш совместный с Павлом бизнес. И хотя результатов как таковых все еще нет, я не сожалею и не сомневаюсь, правильно ли поступил. Невозможно качественно изменить свою жизнь в одночасье, это большая и кропотливая работа. Работа над собой — остальное лишь антураж, декорация к пьесе, которую разыгрываете именно вы.

Сижу с учебником китайского и пью чай с Аленой. На столе стоит упаковка вкусного и полезного десерта «СвитМонк» — «Орехи в моде» с перечеркнутой буквой О в слове «мода» и буквой Ё над ней, как будто учитель исправил орфографическую ошибку.

Эту остроумную находку нашего дизайнера отметили все. Персонаж на коробке — добрый улыбчивый монах — смотрел на меня с благодарностью за то, что я подарил ему такую сладкую и яркую жизнь. Под ним красовалась надпись: «Вкусная энергия». А на обороте — «Изысканное лакомство гурманов». Как все-таки удивительно волшебство творения.

С месяц назад к нам пришел клиент с просьбой как-то обыграть старинные армянские сладости, упакованные в целлофановый пакет. А теперь передо мной проект европейского уровня, готовый в ближайшие недели занять свое место в сети супермаркетов «Азбука Вкуса».

Это был первый и впечатляющий опыт работы по упаковке продуктов в стиле «99 франков» Бегбедера. Чтобы сделать этот проект, мы скупили все виды упаковок похожих товаров и создали свою формулу, которой только предстоит выход на широкую публику.

***

Выключаю телевизор. Диван. Мысли вразброд.

На днях Алена дала мне тест на шизофрению. С ребяческой ухмылкой я честно отвечал на вопросы примерно следующего содержания: «Часто ли вы принимаете решения, слушая как бы не ваш внутренний голос?»

— Да я только так и делаю!

Читаю дальше: «Вы часто говорите сами с собой?»

— Постоянно!

«Вы боитесь резких громких звуков ночью и порой пытаетесь выяснить их источник?»

— Пипец как боюсь!

Алена, все это время косившаяся на экран, в нетерпении теребила свою любимую игрушку. Белый плюшевый Нерпыч, которого она постоянно гладила, положив на грудь, и регулярно целовала в черный пластиковый носик, невозмутимо наблюдал за этой сценой.

— Ну что там, что?! Только чур не мухлевать, честно отвечай! Я тебя давно заподозрила, но ты не переживай, ответь еще на два вопроса — и все.

Я решил доиграть в ее игру до конца.


«Вам часто не хочется выходить на улицу и общаться с людьми?»

— Да постоянно!

На все вопросы я ответил максимально честно.

«Ваш результат 58 баллов, норма от 50 до 65, все показатели в норме».

Алена с явным разочарованием обвинила меня в мухлеже, а я не то чтобы расстроился — скорее, не мог понять, кто же такие шизофреники. Судя по всему, это бегающие по улице совершенно опустошенные люди, которые ничего не боятся и действуют, как машины. Может, и так, я в этом не разбираюсь.


Мои опасения в какой-то степени были развеяны. Оказывается, мой читатель, наш с тобой разговор — это совершенно нормальное явление и санитары нам пока не понадобятся.


Идет подготовка к новогодней поездке в Сочи, которая уже несколько лет как стала доброй традицией. Есть что-то притягательное в этом постоянстве. Некая опора, которая каждый год позволяет сверить калейдоскоп прошедших лет с тем сокровенным мгновением, кода мы снимаем свои венецианские маски, когда рядом те, с кем ты связан какими-то особыми нитями. И пожалуй, показательно, что уже много лет это не мои родители, сестра, племянники, с которыми мы будто из разных миров.

Самый счастливый семейный, классический Новый год я запомнил, когда еще учился в школе. Бабушка готовила свое фирменное мясо по-французски. Дедушка пил водку и, румянясь, пел добрые песни. Все были в сборе. Собаки грелись у камина, пользуясь папиной индульгенцией на собачью вседозволенность. Все это есть где-то на старых видеокассетах. Там я наверняка смотрю в зеркало на самого себя с камерой в руках и ничего не знаю о том, над чем буду работать, что встречу красавицу Альбину на фиолетовом Mini Cooper или сердцеедку Анастейшу, что буду качком, объезжу Индию на мотоцикле, поступлю в МИФИ, что мой лучший на тот момент друг и сосед уведет мою первую девушку, что бабушка умрет от рака в семьдесят два года, а неделю спустя — дедушка, что я побываю в Куршевеле и на Байкале, что буду жить на проспекте Мира, в то время как на Украине и в Сирии будет идти война, сделаю обрезание, научусь играть на фортепьяно и стану изучать китайский. В том зеркале стеснительный мальчик с черными как смоль глазами, в желтой рубашке в серую клетку, которая ему велика на два размера, смотрит на свое отражение и думает, кем он станет, как прекрасен этот момент в кругу родных и как важно запечатлеть неповторимые мгновения, чтобы когда-то дать себе самую большую подсказку в жизни.

Сегодня я полдня не выходил из дома. Начались испытания нашего тандема с Павлом. Не знаю, какая это будет страница в книге, но подозреваю, что не так уж далеко от начала.

Мои финансовые результаты равны нулю. Это первое испытание моей веры. Впервые зарплаты коллективу задерживаются. Мне нечем платить за аренду квартиры. У всех прошу отсрочки.

Страх тонизирует, ум, когда речь идет о биовыживании, становится острее, фокус внимания смещается. Всю ночь делаю поисковую оптимизацию, стараюсь сдвинуть с места самые приоритетные процессы. Выполняю серьезный объем работы, который раньше не мог осилить. Может, это пойдет мне во благо. И как бы я ни хотел написать о тотальном успехе в очередной главе, буду писать правду.

Прошлые гипотезы на данный момент не подтвердились. JetHotel ничего не дал. Проверив историю запросов, я убедился, что декабрь — это дно спроса, а с поправкой на падение ВВП…

Сейчас вся команда работает над «Сферой Дела». Все больше убеждаюсь, что на падающем рынке совсем иные тренды. Так организм, пребывающий в изобилии, резко меняет стратегию поведения и метаболизм в состоянии голода. Страх и агрессия обостряются. Бережливость и прагматизм доминируют в потреблении. Минимум передвижений для экономии энергии.

Хм, пожалуй, надо изучить успешные стратегии в истории мировых кризисов. В наших руках опыт поколений, и странно, что я до сих пор к нему не обратился. Уверен, наши долгосрочные стратегии себя оправдают, но нужна краткосрочная, чтобы перед выходом на пастбище всегда была тарелка риса.

Все контакты с Настей я прекратил ввиду нерациональности размывания фокусировки на главном.

Если бы вы слышали, как я кричал на Алену сегодня в машине, когда по дороге на встречу с одним знакомым знакомого, у которого в целях экономии я договорился взять горные лыжи, она вдруг заявила, что вообще-то хотела бы кататься на сноуборде! Конечно, это глупость и непонимание, насколько это опасно. С ее ростом и не самой идеальной координацией — очень сомнительная затея. Однако она верещала, что сама найдет сноуборд, а также где и с кем кататься. А за два дня до этого потребовала шубу. В «Снежной Королеве» скидка 40%, и ей срочно нужна шуба за сто десять тысяч. Я попытался объяснить, что сейчас трудности с деньгами и это не лучшая идея — покупать шубу, учитывая, что весь декабрь льют проливные дожди, но она обозвала меня жлобом и решила дожать меня, бесконечно напоминая о шубе.

Я пробовал честно сказать, что при первой возможности куплю все, что она захочет, в том числе шубу и все что угодно, и вообще, я сам этого хочу. Но как об стенку горох. Она, должно быть, думала, что у меня есть деньги.

Очень трудно, когда человек не чувствует тебя и не слышит что-то важное в твоих словах. Наверное, это касается многих из нас и я так же глух к каким-то ее откровениям, которых не заметил. А может, она просто не мой человек.

Глава 6. Пазл жизни

Парковочное приложение не работало. Пришлось прикрыть номер салфеткой, чтобы не схлопотать 2500 рублей штрафа. До ресторана оставалось пройти метров четыреста. В голове проносились зарисовки уходящего дня. Алена уже была там. Ничего удивительного, что Алексей решил праздновать день рождения в день переезда. Точнее, наоборот, он специально совместил обновление годового цикла с новым начинанием. Ему предстояло покорить Москву.

Теплый ветер декабря 2015 года обдувал свежеуложенные в салоне волосы. От утреннего смятения не осталось и следа. Все во мне улеглось. Внутренний надлом исчезал на глазах.

Не знаю, что мне помогло. Может, звонок Павла, который еще днем заметил, что я не в своей тарелке.

Долги давили на меня, и я немного сердился на Павла, поскольку он не вернул мне деньги, которые одолжил больше недели назад на один день. Это заставило меня понервничать. Я хотел изготовить подарочные монеты и купить подарок Алене, плюс оплата поездки в Сочи. Конечно, у меня не было серьезных оснований обижаться на Павла. Все эти месяцы финансовые вопросы фирмы лежали на его плечах. И конечно, затянувшийся ремонт офиса давал о себе знать. Прибыли пока не было. И его подвели партнеры.

Тем не менее было очевидно, что нужно пройти этот момент, что только так можно достичь чего-то стоящего. Это небольшое испытание. Еще один флажок на пути к вершине. «Жизнь любит тебя», — повторял я себе, вспоминая слова Михаила Федоренко, которые он однажды сказал мне на палубе, приложив сразу обе руки к моему сердцу. Не знаю, почему он начал такой разговор, но мне это очень помогло. Он произнес простые слова, которые отзываются во мне до сих пор: «Ты как коробка с сокровищами, в которой есть все. Там даже уже слишком много, и из нее сыпется наружу. Успокойся, осмотрись, ты все успеваешь». Как тонко он уловил мое состояние и как метко попал в цель. В мои тридцать я чувствовал тотальную нереализованность. Мой внутренний голос настаивал на гораздо больших результатах. Причем во всех сферах жизни, и тем более в отношениях.

За низким столиком в позе лотоса сидели мои ставшие довольно близкими друзья. Их было человек десять. Это были выпускники «Самолетов» четвертого, пятого и шестого потоков. В основном пятого, как и я.

Павла с его женой Еленой я заметил в дальнем углу, и, встретившись взглядами, мы непроизвольно подмигнули друг другу. Лена была очень элегантна в простом темно-бордовом платье с невероятно красивыми бусами, видимо, привезенными из Мексики или какой-то другой страны. Наверное, они были куплены у аборигенов — ничего подобного я никогда не видел. Алена уже уплетала шоколадный торт, и я, пробравшись к ней, сел в позу лотоса.

Чайная церемония была в самом разгаре. Я пришел вовремя и легко включился в беседу. А когда попросил минуту внимания, ответом мне была мгновенная тишина за столом. Так действовал «Самолет», прививший взаимное уважение, без которого всякое общение утрачивает смысл.

— Алексей, мы познакомились одни из первых на потоке, многое прошли вместе, и нас связала поездка на Байкал. Я несколько недель работал над одной вещью и теперь хочу, чтобы она помогала тебе и освещала твой путь.

Я протянул пакет, в котором, любезно завернутый в крафтовую бумагу и перевязанный тонкой зеленой тесьмой дочерьми гончара Николая, был мой подсвечник. Только сейчас я увидел, что они еще и вставили свечу в мое изделие, и мысленно послал им квант благодарности. Подсвечник переливался серебристой глазурью на верхушке, боковины растекались зелеными мраморными узорами, а белая лакированная чаша основания декларировала ту самую надпись, которую я нанес с помощью шила: «ОГОНЬ ТВОЕЙ ДУШИ».

Вокруг зазвучали возгласы удивления и одобрения. Но я снова попросил внимания.

— Раз у всех по пиалам разлит чай, самое время сказать слова пожеланий. — У меня было много времени в пробке, и я успел подобрать слова. — Ты настоящий поэт, и многим это известно. Но ты еще и творец. Причем не просто творец, а творец мысли, что, на мой взгляд, уникально. Совершенно очевидно, что ты уже подключен к тому источнику, откуда сам сможешь взять и здоровье, и любовь, и успех, к которому ты устремлен. Но к тебе придет не просто успех, а успех заслуженный. И наверняка ты тот самый человек, который тонко различает понятия успеха и заслуженного успеха. Поэтому служи своей мечте, и она обязательно ответит взаимностью.

Леша, все это время внимательно меня слушавший, крепко сжал мою руку и приобнял за плечи. К моему удивлению, раздались аплодисменты. Я был польщен, ведь все было сказано от чистого сердца.

Я наслаждался вкусом улуна. Алена слева от меня увлеченно поглощала мраморную лапшу с морковью и мясом краба и казалась вполне довольной. Беседа продолжалась.

— Был в Китае один мудрец по имени Лунь Юнь, — начал рассказывать Алексей. — Он написал знаменитый трактат о чае. Так вот, в нем говорится, что каждый должен найти свой чай. Чайная церемония — это особая традиция. У чая есть четыре главных свойства, которые нужно понять: Цвет, Запах, Вкус, Действие. Для этого, — он высыпал на ладонь немного чайного листа, — сначала надо трижды вдохнуть его запах и передать эту горсть по кругу.

Мы начали нюхать чай, рассматривать и передавать друг другу. Немного землистый аромат выдавал элитный тридцатилетний пуэр.

— Чай дает ощущение момента, «здесь и сейчас», и помогает находиться в осознанном состоянии, — продолжал Алексей.

— Да мы так чайными пьяницами станем, — посмеялся я вместе со всеми.

Алена дернула меня за рукав и попросила еще шоколадного торта. Вдруг появился Муслим. Этого мало кто ожидал, поэтому мы наперебой стали здороваться и обнимать друга. Он преподнес Алексею коллекционную книгу о Наполеоне в кожаном переплете. Быстро завладев общим вниманием, взял слово и произнес тост, суть которого сводилась к тому, что он видит Алексея в контексте трех цветов: синего, когда активна душа, зеленого — на уровне разума — и красного, на социальном уровне. И что хотя взаимодействие на красном уровне у них складывалось не совсем гладко, на других он рад иметь такого товарища в своем окружении. И так далее. Все это было сформулировано так складно и глубоко, что мне даже трудно передать его мысли своими словами. Мы захлопали, все шло замечательно, мне было уютно в кругу открытых и необычайно глубоких людей, с которыми меня связала судьба.

Интересная беседа завязалась с Михаилом, выпускником шестого потока. Родом из Питера, бывший галерист, в свои сорок два он прекрасно разбирался в искусстве. Мы встретились глазами с Леной, когда он заговорил о чит-коде к творчеству Серова. Как раз сейчас, оказывается, проходила выставка этого художника в Третьяковской галерее, и туда привезли его работы из всех музеев страны. Всемирно признанный мастер портрета, Серов учился у лучших живописцев с шести лет. Талант мальчика был так очевиден, что его родители сразу это заметили. В девять лет он уже ездил по России, учился у разных художников, а потом поступил в Академию художеств по протекции самого Репина. Но Серов не стал доучиваться, поскольку академики разводили руками, видя его мастерство. И по сей день он остается одним из величайших портретистов в мировой истории живописи. Уникальность портретов Серова в том, что, подойдя к любому из них, ты будто смотришь на человека в упор. Абсолютно живые глаза говорят о его характере. Представьте, если бы вы подошли к какому-то известному человеку вплотную и разглядывали его, а он бы лишь молча, с полуулыбкой или безразличием, смотрел на вас. Такой секрет известен не каждому художнику. Серов раскрывает личность через зеркало души — глаза. А поскольку он был очень известен, на его портретах оказывались лучшие люди того времени — Мамонтов, Морозов и другие крупные деятели ушедшей эпохи.

— Потрясающий опыт, — подтвердил Алексей, который успел побывать на выставке с Михаилом. — Всем очень рекомендую, я был глубоко впечатлен.

— Поймите, это то, что дает понимание искусства любому обывателю. Если вы хотите глубже проникнуть в живопись как таковую, лучшего проводника, чем Серов, не найти. Вы после этого всегда отличите искусство от мазни, — подытожил Михаил. — А еще я хочу произнести тост. В масштабах Вселенной наша жизнь ничтожна, это маленькая вспышка, краткий миг. Сейчас тебе тридцать один. Мне сорок два. Я вообще не заметил эти десять лет, которые нас разделяют. Однажды я разговаривал со знакомым, которому шестьдесят пять, так он сказал, что до сих пор не поймет, как так быстро стал стариком. Он говорит, что ему так же снятся девки по ночам и он, просыпаясь со стояком, силится, чтобы чары сна его не покидали, так как ощущает себя пятнадцатилетним и совершенно не помнит, что он старик. Подойдя к зеркалу, он вдруг видит свое отражение и вскрикивает от удивления. Так вот, представь на секунду, что тебе уже восемьдесят, а ведь это случится довольно быстро. Ты сидишь за столом, и вокруг твои дети и внуки, бурный поток жизни остался позади, и ты уже спокойно предчувствуешь приближение конца. Что-то у тебя получилось, что-то нет. Ты стал кем-то или не стал, но это неизбежно произойдет. Прочувствуй эти мгновения и пожелай сам себе, какую жизнь ты хочешь прожить, чтобы с улыбкой вспомнить о ней в восемьдесят лет.

Алексей внимательно слушал. Он представил. Ему восемьдесят. Даже осанка изменилась. В полумраке чайного зала, среди огней, его взгляд застлал туман.

— Знаете, а ведь получилось, я представил и хочу поделиться своими ощущениями. Я больше никуда не спешу, будущее меня уже мало заботит, я с радостью смотрю, как возятся малыши, и ни о чем не сожалею. Спасибо, Михаил, за этот опыт.

Мой друг явно был потрясен, мы все вдруг на секунду стали стариками, и это было важно и интересно. Алексей будто очнулся ото сна и произнес:

— Главное — не просрать воплощение!

Все заулыбались. Здесь можно было говорить о чем угодно, все были свои.

***

Неожиданно заметил, что моя любимая стала от меня прятаться, когда я прихожу с работы. Вдруг зазвучали подзабытые словечки «озабоченный», «опять на меня набросился» и т. п. Недавно она задала как бы в шутку вопрос:

— Ты случайно ничего такого не принимаешь, откуда столько энергии?

И тут меня озарило! Последнее время я подсел на вкуснейшие орехи в медовых сухофруктах. Стал гуглить, и первая же статья повергла меня в шок. Это работает. Точно.

Если и есть преувеличение, то незначительное. Я быстро убедился, что мыслю в верном направлении. Вот что я прочитал.

Оказывается, в вопросе сохранения потенции важную роль играет рацион питания. Зная, какие орехи полезны в этом случае, можно составить особое меню, включив их в состав многих блюд. Так мужчина будет стимулировать свою сексуальную активность, ведь орехи — естественные афродизиаки, то есть они усиливают и продлевают половое влечение.

Лучше всего употреблять орехи с медом, так как он также является одним из продуктов, повышающих потенцию и стимулирующих сексуальную активность. Сочетание двух этих компонентов обеспечивает максимальный эффект!

Часто советуют есть орехи с сухофруктами (курагой, изюмом, финиками), добавлять их в салаты с яблоками, бананами, абрикосами, морковью, свеклой. Такие поливитаминные комплексы бесценны для здоровья мужчины.

У меня закружилась голова от возбуждения, правда, сугубо эмоционального. Ведь мы только что закончили работу над проектом «СвитМонк», или «Сладкий Монах», — это были разные орехи в нежных кисло-сладких сухофруктах, политых горным медом. Мы разработали несколько видов упаковок для тестирования спроса: ярко-красную детскую с мультяшными девочкой и мальчиком, белоснежную новогоднюю с Дедом Морозом и обычную сине-зеленую с буддийским монахом. Продукт получился стильный и современный. Полный цикл от разработки концепта упаковки и сайта до получения расфасованных «модных вкусняшек» занял не больше месяца. Паша немного сомневался в правильности выбранного приоритета, но мне этот проект нравился гораздо больше, чем предложенная нам сертификация.

— Думаю, денег в нише сертификации больше, но «СвитМонк» получился прикольный, — сказал мне недавно компаньон.

— Паша, он всем нравится. Специально в качестве подарков я заказал каждому по новогодней упаковке и уже подарил и нашим сотрудникам, и соседям по офису. Посмотрим, какие отзывы будут после Нового года.

— Как ты догадался! Я хотел сделать то же самое и заказал у Бори десять пачек. А ты меня опередил!

— Синергия, дружище, синергия, — ответил я, похлопав старшего товарища по плечу.

— Одиннадцатого числа у нас встреча с коммерческим директором «Азбуки Вкуса», думаю, стоит поехать и познакомиться. Это для нас уникальный опыт вывода продуктов в сети, который еще может пригодиться. Кроме того, у нас десять процентов со всех продаж.

— Да, на разработку мы пока потратили где-то пятьсот тысяч своих средств, — заметил я. — Думаешь, окупится?

— Думаю, контакт с «Азбукой» на высшем уровне того стоит. Мы и раньше говорили о том, что экспорт продуктов в Европу сейчас очень перспективен. А для этого нам потребуется и сертификация.

Пазл начинал складываться, но я еще не знал наверняка, куда это приведет. Очень интересно понять, по какому принципу распределяются ресурсы во Вселенной. В каждом поколении есть и успешные люди, и откровенные неудачники, и «кое-какеры», как саркастически классифицировал середнячков лучший, по мнению многих, психотерапевт страны Сергей Викторович Ковалев. Его метод интегрального нейропрограммирования позволял буквально «перепрошить» мозг человека в считаные минуты. И ваш покорный слуга не раз становился тому свидетелем. Более того, эти методики я применял сплошь и рядом в повседневной работе. Например, в момент атакующих действий контрагента на деловых переговорах достаточно было мысленно нарисовать над головой оппонента белочку или мышонка, а над собой спроецировать льва, и неожиданно темп и характер разговора начинали меняться. А техник в ИНП бесчисленное множество. Нас учили общаться не только с умершими родственниками, но и заново проживать опыт своего рождения. Мы умели возвращаться в самые трудные моменты своей жизни и перекадрировать их так, чтобы никакие психотравмы не омрачали наше нынешнее состояние. Крайне увлекательными для меня были и опыты с построением образов будущего. Помню, как-то мы призвали свои архетипы, чтобы глубже выстроить отношения с собственными защитниками, и каково было мое удивление, когда рядом со мной на сцене, где мы отрабатывали эти психотехники в парах, вдруг появилась сама смерть в капюшоне. Я опешил от неожиданности. Девочка из Питера, которая была моей напарницей по этому эксперименту, затряслась от страха:

— О боже, боже, что делать? Я не знаю, как взаимодействовать с такой сущностью, мы этого еще не проходили! — Она судорожно перелистывала конспекты, теряя самообладание.

— Юля, мы пока просто постоим здесь, а ты беги к куратору, — сказал я, спокойно разглядывая нового таинственного товарища, которого в нашем мире принято бояться.

Через минуту явился Сергей Викторович собственной персоной. Он умел видеть любые сущности, которые генерировало наше сверхсознание, и тотчас понял, в чем дело. Посмотрев на всю эту картину, он с легкой иронией произнес:

— А что, очень сильный архетип, считай, тебе повезло. Это совершенно нормальное явление. Люди слишком однобоко воспринимают некоторые вещи. У тебя мощный защитник.

Думаю, он также увидел и белокурого ангела с изумрудной диадемой, и тевтонского рыцаря с желтыми перьями на глухом металлическом шлеме. Одним словом, заурядные будни для нашего волшебного института…

Сидя в ресторане «Высота» в самой высокой точке «Роза Хутор», 2320 метров, я наблюдал в окне белоснежную вату. Густой туман заволок горы с самого утра. Заказав «наваристый борщ с пампушками, салом и горчицей», я продолжал блуждать в недрах своего подсознания, периодически отвлекаясь на внешние раздражители. Такие, например, как боль в районе копчика, который я все-таки отбил при падении на туманной трассе, где видимость не превышала пятнадцати метров. Сегодня новая доска Burton Custom мне не понравилась: не слишком стабильная и не слишком маневренная. Возможно, в этом виноваты метеоусловия, и все же с доской что-то не то. Постановка ног вчера была полностью симметричной, однако сегодня переднее крепление оказалось повернуто на пять градусов в сторону склона.

На веранде играл тяжеловатый хаус, отдаленно имитирующий настроение Куршевеля. Впрочем, это мое сугубо личное восприятие.

Сало с хреном удачно дополняло вкус борща. Подарок Алене так и не был куплен по экономическим соображениям. Однако прямо сейчас подумалось, что можно в качестве знака внимания подарить ей какую-то спа-программу в отеле. Суперидея: массаж после катания оценит любой.

Принесли знаменитый местный чай «Краснополянский сбор». Всем рекомендую. Вкус у него какой-то «травяной», очень мягкий и глубокий. На десерт я выбрал эклер «Вкус детства». В итоге мне принесли два эклера с белой и карамельной глазурью на подставке из плоского куска местной скалы. Ягоды малины и кусочки апельсина красиво обрамляли лакомство за 400 рублей. Не знаю почему, но мне захотелось себя побаловать, и я ни секунды не сомневался, что вполне это заслужил.

Вкус был действительно прямиком из детства. Все это сразу перенесло меня в квартиру моей покойной бабушки Эли, у которой я рос до шести лет и с которой проводил каждое лето в доме отдыха. Это были дни, полные волшебства, тянувшиеся, как годы, и среди приокских сосновых лесов меня встречала и брала за руку сама жизнь. Бабушка по маминой линии великолепно готовила, пожалуй, ее вполне можно было назвать гурманом. Изысканно и точно она воплощала рецепты русской кухни, которая навсегда осталась для меня эталоном. И понял я это, откусив от второго эклера. Спасибо моей бабуле — по возвращении обязательно навещу ее могилу, на которой не был со дня похорон. Ком подкатил к горлу на вершине лучшего горнолыжного курорта страны. Несколько лет назад я мог позволить себе гораздо больше и раскатывал по Европе с миллионом рублей в кармане с моим тогдашним компаньоном Альбертом. Это были совсем другие деньги, ибо наши деревянные с тех пор обесценились в два раза. И все же мне тут нравится, всего вполне достаточно, хорошо и спокойно.

***

Идея пришла, когда я лежал в ванне. Дверь пришлось оставить открытой, чтобы Алена не беспокоила меня лишний раз: проще было сразу ее впустить, чтобы избежать стуков и поскребываний.

Все это время я продолжаю искать. Полет мысли остановить невозможно. Сложно сказать, откуда берутся идеи и каков механизм их зарождения, но творческая энергия, надо думать, пробуждается по каким-то неведомым нам законам.

Последние два дня прошли наиболее плодотворно. Дело в том, что мы больше не ездили в Красную Поляну. И стало очевидным, что брать чехол и покупать ботинки и лыжи абсолютно бессмысленно. Это яркая зарисовка о том, что не стоит действовать с оглядкой на чужую картину мира.

Мой друг Саша, по прозвищу Снус, и его девушка очень любят кататься. Каждый день они исправно вставали в семь утра, чтобы сразу после завтрака отправиться в сорокаминутную поездку к горнолыжным склонам на старенькой Toyota RAV4, которую Снус, будучи талантливым механиком, привел в очень хорошее состояние. Он даже раздобыл где-то на разборке оригинальную магнитолу с приводом для CD-дисков и умудрился поставить ее вместо штатной кассетной версии с помощью переносного ящика инструментов, пока мы осваивали серфинг в районе Адлера в сентябре.

Теперь же мне хватило двух дней жизни по собственному расписанию и в соответствии с моими личными побуждениями, чтобы понять, что ни одна чужая модель не может быть мною заимствована в полной мере. Сашина личная и экономическая эффективность базировалась совершенно на чуждой мне парадигме мелких и вроде бы рациональных решений, которым я на самом деле так и не научился. Он покупал всю амуницию — и не только ее, а в принципе все — по самым выгодным акциям заранее, выгадывая лучшую скидку. Билеты в Сочи он взял за несколько месяцев до вылета. Я это обычно делал с мобильного телефона по дороге в аэропорт. Допускаю, что два столь разных способа экономического поведения в каком-то смысле притягивали нас друг к другу. К примеру, если бы Снус узнал, что я продал квартиру ради инвестиции в какие-то эфемерные, на его взгляд, масштабные проекты, он бы пришел в ужас и преисполнился презрением к моему легкомыслию, но при этом в глубине души поразился бы моей смелости.

Вообще-то мне легкомыслие ближе. Мне нравится мыслить легко. Не отягощаться сомнениями. Ошибаться и снова идти вперед. Для меня такой путь неизменно оказывается короче и эффективнее. Минимум предубеждений и максимум творчества. Однако заземление через «хозяйственников», к коим я безусловно относил Саню, жизненно необходимо для достижения баланса.

В первый день, как только мы отцепились от чужого паровоза, началась настоящая жизнь. Я проснулся довольно поздно, и мне было лень идти на завтрак. Зато Аленка сбегала и принесла мне несколько тарелок — с омлетом, блинами и запеканкой. В номере отеля был чайник, и я с комфортом позавтракал, не выходя из комнаты. Затем мы пошли гулять. Спросив дорогу до «Сочи Парка» у встречных прохожих, мы взяли верный курс к олимпийским объектам.

Начали мы с музея Да Винчи. Деревянные конструкции средневековья опередили свое время и явились прообразами самых современных устройств. Первый в истории вертикальный подшипник был создан Архимедом…

***

По телевизору показывают «Карнавальную ночь». Фильм Эльдара Рязанова, который ушел от нас в этом году. Не то чтобы я был слишком сентиментален, но ощущение смены эпох становится все отчетливее. Скоротечность. Ритм, заданный самой Вселенной. Наполненность нашей жизни — это уже зона сугубо личной ответственности. И не вздумайте угодить в ловушку чужой жизни. Живите только своей, совершайте свои собственные ошибки и находите уникальные способы личностной трансформации без оглядки на какие-либо авторитеты.

В моем ближнем окружении десятки успешных и эффективных товарищей. Все они сейчас со своими семьями. Многие отправляют в Сеть замечательные поздравления, искренние и глубокие. Делятся своими достижениями, строят планы, радуются новой точке отсчета.

Сегодня мы будем отмечать праздник в компании Саши с Катей и его друзей, с которыми мы мало знакомы. В почту сыпятся шаблонные новогодние рассылки от партнерских организаций. Вчера был чудесный день в Абхазии, и сегодня после завтрака мы с Аленой опять уснули под очередной фильм…

Вдруг распахнулась дверь ванной, где Ляля делала прическу к торжеству, и полилась модная песня:

И только лишь со мной она так уникальна.

Она мой алкоголь, что берет моментально.

Мое внутреннее состояние совершенно спокойно. Никакого ликования нет.

Впечатляющий выдался год на самом деле. Запущено около десятка новых проектов. Интересно, каким же из них суждено стать успешными?


Новый год прошел сумбурно и быстротечно. С чем можно сравнить праздник в разношерстной компании плохо знакомых людей? Разве что с музыкой, которую играет напропалую фальшивящий оркестр. Под бой курантов кто-то курил на балконе, чей-то ребенок, побитый чьим-то другим, вспотевшим мальчуганом лет шести, громко рыдал. На столе в пятизвездочном люксе с большой кухней без микроволновки красовались две рыбы в фольге, подогретые на сковородке, холодное хачапури, сладковатая сельдь под шубой и две миски оливье, приготовленного Аленой. Среди напитков фигурировали темное пиво, коньяк, белое вино, шампанское, персиковый сок. Несмотря на то обстоятельство, что каждый, по сути, пил свой напиток, большинство мужчин опьянело очень слаженно, а остальные находились в своей парадигме.

Настроение у меня было приподнятое. Чтобы не раскиснуть в компании новых людей, я сразу решил заняться благотворным ручным трудом и весь вечер исполнял роль то няни, то повара, то посудомойщика. Надо сказать, это был удачный ход, и мы с Аленой сумели гармонично провести время среди хаоса. Все было хорошо, внутреннее спокойствие и принятие ситуации позволили получить удовольствие от самого беспорядочного праздника на моей памяти.

Первого числа в год Обезьяны, прогуливаясь по набережной, мы наткнулись на двух крошечных обезьянок. Озорник Джонни носил синие, расшитые серебряными узорами брюки, красные ботиночки с белыми отворотами и красную стеганую фуфайку с синим отливом. Вторая обезьянка была в классическом наряде Снегурочки из атласной голубой ткани с блестками и широким капюшоном с белой меховой окантовкой. В считаные секунды Джонни оказался на руках у Ляли и тревожно залопотал. Через мгновение раздался пронзительный крик:

— А-а-а! Он меня укусил! Больно!

Видимо, Алена не слишком удачно попыталась погладить зверька. Кажется, ей действительно было больно. Я осмотрел палец, но крови не увидел.

— У них все прививки есть? — спросил я у дрессировщицы.

— Да-да, все разрешения и паспорта.

— А они умные?

— Да, совсем как люди. Просто он испугался, наверное. Лучше поменяйтесь, девочка поспокойнее.

Я взял «мальчика» на руку, он сидел смирно. Фото получилось замечательное, так как я был в сине-красном костюме Bosco трехлетней давности, а Алена в голубом, стильном и бюджетном, Qucksilver. И тот и другой перекликались с нарядом обезьянок.

— С вас восемьсот рублей за два фото с двумя обезьянками.

— Вы же сказали — триста?

— Так это же за одну.

— Больше пятисот не дам, — отрезал я.

— За укус скидка, — жалобно мяукнула Алена.

Женщина взяла купюру и пожелала нам счастливого нового года. Всю оставшуюся дорогу до отеля Алена рассуждала, что это может значить: первого января в год Обезьяны ее укусила обезьяна.

— У меня болит палец, перешли фотку, сейчас пожалуюсь маме, чтобы она меня пожалела. Не понимаю, хороший это знак или плохой?

— Конечно, хороший! — Внутренне я сразу решил, что он действительно хороший.

Вернувшись, мы пошли в кинотеатр. В отеле он появился недавно, и там были все новинки проката. В зале — примерно шестьдесят комфортабельных посадочных мест, но при этом уже несколько дней на сеансах нас было только двое, что мне, безусловно, импонировало. Создавалось ощущение, что мы ВИП-персоны или крупные деятели культуры, для которых устраивают эксклюзивные кинопоказы. При этом билет стоил всего 200 рублей.

Встретившись с Сашей и Катей, которые только что вернулись с экстремального катания по «пухляку», мы сели в лобби-баре и заказали десерты. У меня был изумительный миндально-шоколадный торт с ромашковым чаем.

— Ну, как вам фильм? — спросила Катя.

— Алена три раза плакала, — ответил я смеясь.

— Что, неужели такое сильное кино? — обратилась Катя уже напрямую к Алене.

— Да, были моменты. Женек тоже пару раз хватался за голову и прикрывал лицо руками, я видела! — С довольной и хитрой улыбкой Алена покосилась на меня. — Наверняка сам слезу пустил.

— Нет, нет, просто в какой-то момент ко мне пришло озарение, — сказал я спокойно. — Я придумал обратный алгоритм поиска.

— Чего-чего ты придумал? — включился в разговор Саня.

— Ну, это как бы поиск наоборот. Катя, ты часто ищешь что-нибудь в интернете? — обратился я к Сашиной спутнице.

— Конечно, постоянно.

— Что из последнего ты искала?

— Например, надувной противолавинный баллон для рюкзака.

— А как ты искала — сначала смотрела все предложения и выбирала, где дешевле? — поинтересовался я.

— Ну, я просмотрела первые тридцать предложений в «Яндексе», а потом обзвонила тех, кто ближе и дешевле.

— Супер. И сколько у тебя это заняло времени?

— С полчаса, наверное.

— Хорошо. А представь, что ты вводишь то, что тебе нужно, в строку поиска и просто ждешь, пока поступят реальные предложения — с ценами, сроками и расстояниями. Тебе было бы удобно выбрать из них наиболее оптимальное?

— Пожалуй, да, — не задумываясь ответила Катя.

— Так идея очень проста. Просеивать информацию в поисковиках становится все утомительнее. Приходится вычитывать сайты, звонить, узнавать цену и наличие, кроме того, не всегда очевидно, насколько тот или иной сайт «живой». Представь, что ты хочешь найти тайский массаж на 23:30 в районе «Павелецкой». Придется искать, звонить. Долго и нудно.

— Верно, особенно за рулем это неудобно, — согласилась Катя. — Мне очень нравится идея. Неужели такого еще нет?

— Наверное, нет, иначе мы бы знали. Хотя, может, что-то подобное существует. По крайней мере в разных отраслях точно есть сервисы On demand, или «по запросу». К примеру, тот же Uber или «Яндекс. Такси». Есть твой запрос — и поставщики услуги сами на него реагируют.

— Мне как поставщику услуг по ремонту некогда сидеть и пялиться в экран в ожидании заказа, — заметил Снус. — А так, конечно, найти «массаж с продолжением» по этой схеме — милое дело, — саркастически закончил он свою мысль.

— Фу, Саша, какой ты пошлый, давайте лучше завтра поедем на горку кататься. Я все думаю насчет пальца: у обезьянки точно не было бешенства? — немного не в тему подхватила Алена.

— Это ты вообще к чему сейчас? Мы о другом совсем говорим, — заметил Саша.

— Да просто мне надо телефон зарядить, а то мама меня пожалеть не сможет, — щебетала Алена как ни в чем не бывало.

— Женек, она всегда такая балаболка? — спросил Саша.

— Да, всегда. Точнее, я бы сказал, трясогузка.

Мы дружно рассмеялись.

— Обожаю этих маленьких птичек, я тоже бегаю, как они, и чирикаю, — развеселилась Ляля.

— Точно, назовем поисковый сервис Трясогузка.ру. Эта птичка щебечет на всю округу и носится в поисках добычи. — Все одобрительно засмеялись. — А тебе, Саша, если нет времени лопатить в интернете запросы, будут просто приходить push-уведомления по темам, которые тебе интересны, и тогда, когда тебе удобно. Скажем, только «мотоциклы БМВ ремонт». Если тебе это нужно, ты нажимаешь кнопку «интересно». Автор видит, что его запросом заинтересовались, положим, пять поставщиков товаров или услуг, их описания, расположение, цену и прочее. Нажимает на понравившемся поставщике «проконсультироваться», и система соединяет их звонком на телефон, указанный при регистрации.

— О, нормально, — прокомментировал Снус.

— Кроме того, вы знаете, как назойливы продавцы. Если оставляешь заявку на консультацию, они потом названивают и достают. Такова современная школа активных продаж. Тут же есть явные преимущества. Во-первых, ваши контакты никто не видит, но вы получаете персонифицированное предложение по актуальному запросу, и это психологически не обязывает к покупке. Во-вторых, продавец может предложить именно по вашему конкретному запросу более низкую стоимость, чем в общем порядке. Ведь на сайте нужно держать среднюю цену, а тут, как на китайском средневековом рынке, конкуренты и другие покупатели не видят сумму вашей сделки. Помните, почему у китайцев на традиционной купеческой одежде широкие рукава, а счет до десяти ведется особыми жестами на одной руке? Чтобы можно было торговаться незаметно для других и для каждой сделки находить гибкое решение, не сбивая цену на рынке.

Оставалось придумать, как информировать и вовлекать поставщиков товаров и услуг. Впоследствии, когда сервис наберет популярность, активные игроки сами будут в нем регистрироваться.

Еще предстоит исследовать Сеть на наличие подобных сервисов.

Все это пришло мне в голову 1 января 2016 года. После встречи с проказницей-обезьянкой, которая, к моей радости, на фото показывала язык, что в наступившем году по всем приметам было очень хорошим знаком.

***

«Как и Стив Джобс, Хаггерти был способен спроектировать искажение пространства реальности, позволяющее ему подвигнуть людей совершить то, что они считали невозможным». Эта цитата из книги Уолтера Айзексона «Инноваторы» попала в точку. Еще раз спасибо за такой подарок моему товарищу по Самолету Сергею. Ведь своевременно подарить книгу, которая будет вдохновлять и обогащать человека по интересующим его в данный момент вопросам, — большое искусство.

Из всех этих кирпичиков я продолжаю выстраивать фундамент своих неизбежных побед. Задача получить миллиард вопреки жутковатым экономическим прогнозам и паническим настроениям на мировых фондовых рынках становится еще интереснее. Даже самому немного неловко невозмутимо двигаться к цели, невзирая на уныние широких масс. Возможно, мой пример однажды вдохновит хотя бы одного человека на нечто большее, чем сидеть в зрительном зале и смотреть пьесу собственного уныния. Ведь, как известно, есть люди, которые катят этот мир, а есть те, что бегут рядом и кричат: «Куда же этот мир катится?!»

Для меня теперь самый большой риск — никогда не рискнуть. Слишком высоки ставки, и краток миг, пока окно возможностей распахнуто настежь. Мое окно сейчас открыто для одной маленькой, но очень важной птички. Это я ощущаю кожей. Непрерывное осознавание текущего момента и своего состояния неплохо ресурсирует.

На пути к миллиарду я избрал для себя несколько приоритетных векторов:

1) концентрация;

2) самоконтроль;

3) дисциплина;

4) осознанность;

5) профессиональный рост.


Встав в шесть утра в субботу, зажигаю свечи на фортепьяно и на столе. Незамерзающая жидкость с индексом –20 в бачке омывателя моей БМВ уже несколько дней упрямо хранила твердое агрегатное состояние. Звезды на хрустящем морозном небе подрагивают в безмятежной вышине. Правильно настроить свое восприятие мне опять помогает Сергей Викторович Ковалев, к которому я вновь и вновь интуитивно обращаюсь. Открываю его канал на ютьюбе, на который подписан несколько лет, и черпаю вдохновенную мудрость из первоисточника:

Развиваемся. Растем над собой.

Мысль должна прийти из безмыслия.

Из безмыслия начинается поток воспоминаний — это сон, увиденный несколькими часами ранее. Ставлю видео на паузу, чтобы записать следующее: «Я расхаживаю по огромной и прекрасной старинной усадьбе, расположенной в живописном предгорье неизвестной, но интуитивно знакомой мне местности. Со мной ходит отец, но потом мы разделяемся. Гуляя по аллеям, я натыкаюсь на большую собаку. Неожиданно для себя самого я ее не пугаюсь и начинаю гладить. Она податливо тыкается в меня большой мордой и жмурится от удовольствия. Пройдя дальше, у больших ворот я встречаю целую процессию, сопровождающую некоего важного человека. Отец представляет меня ему. Дальше мы проходим в гостиную с диванами, обитыми тканью, напоминающей зеленые занавески в старой бабушкиной квартире. Начинается довольно откровенная беседа. Этот некий влиятельный человек явно устал, он добился многого, однако есть еще задача, на которую нет энергии. Входит его сын. Я узнаю в нем мальчика из параллельного класса частной школы. Дружески хлопаю его по плечу:

— Ну привет, Сева! Как ты, дружище? Школу «Наследник» помнишь?

— Помню.

Мы садимся в большую машину. Впереди гаишники неожиданно перекрывают дорогу, но мы чудом успеваем проскочить по левому ряду. Обернувшись на водителя, я понимаю, что он в полицейской форме».

Не знаю, к чему такой сон, и не буду даже пытаться его разобрать, просто приму как данность и зафиксирую. Возвращаюсь к просмотру передачи и отмечаю для себя мысль, которая впивается в голову когтями актуальности: «Я не собираюсь контролировать длину юбок и количество кур на крестьянском подворье».

Дело в том, что только вчера я заснул на том самом моменте «Инноваторов», где лауреат Нобелевский премии 1956 года Уильям Шокли, руководивший исследовательской группой по созданию четырехслойного полупроводника в компании Bell Labs и ставший основателем Кремниевой долины, разрушает взаимоотношения с самыми лучшими инженерами своего времени из-за неадекватно хамского и директивного общения с изначально лояльными к нему людьми. Он одержим конкуренцией не только вне компании, но и внутри нее: приписывает себе все заслуги и повсюду видит заговоры против себя. Айзексон пишет, что Шокли после получения Нобелевской премии стал еще большим параноиком и самодержцем. Успех ослепил его, и в дальнейшем начался стремительный регресс, в котором талантливого ученого победило его собственное эго.

Возвращаясь в свой нынешний день, я невольно наблюдаю за самим собой. Нефть упала ниже 33 долларов за баррель. А ведь бюджет нынешнего, 2016 года сверстан исходя из значения 50.

Сергей Викторович Ковалев, будто читая мои мысли, объясняет с экрана элементарные постулаты:

Учитесь быть «здесь и сейчас». Если вы пьете чай, то пейте чай, а не думайте о растущем курсе доллара.

Делаю глоток прекрасного абхазского черного чая, купленного в одном из самых экологически чистых регионов, где мне довелось побывать, — в Абхазии. Потрясающая природа, горный воздух, смешанный с морским, полное отсутствие промышленных производств и климат, близкий к тропическому, позволяют выращивать лучшие сорта китайского чая, а также персики, фейхоа, киви, фундук и, конечно, знаменитые абхазские мандарины. Помню, мы купили сразу три килограмма по 30 рублей, в то время как в Москве мандарины гораздо более худшего качества стоят около ста! Абхазский мандарин во много раз лучше марокканского или турецкого. Он сладкий, легко чистится, и в нем нет косточек. Я не фанат цитрусовых, но по дороге, в автобусе, съел не меньше десяти штук.

Продолжаю обдумывать идею обратного поиска, и на мгновение мной овладевает сомнение: «Получится ли это сделать?» Но и здесь С. В. как нельзя кстати произносит с экрана моего смартфона:

Как говорят самураи, решение нужно принимать между пятью вдохами и выдохами, а не пережевывать жвачку. Не принял — значит, пойди полюбуйся на лютики-цветочки, цветущую вишню или полную луну. Когда наконец отключишь мозги, придет гениальное решение.

Далее он развивает мысль о том, какими качествами должен обладать действительно взрослый человек:

Что сделано — то свято. Или принимай, или меняй.

И не придирайтесь к фразам. А то некоторые любят вцепиться в палец, забыв, куда я указываю.

Я не убеждаю и не доказываю. Просто рассказываю то, что я прочитал, прожил, познал.

Есть еще качество по-настоящему взрослого человека: не брать на себя ответственность за выбор, сделанный кем-то.

Если есть источник плохих вибраций, то его легко увидеть, посмотрев на себя в зеркало.

Нормальный человек не выносит оценок и не вешает ярлыки. Он заинтересован в развитии себя, а значит, и развитии других, но он не играет в спасателя.

Предпочитает общаться с более развитыми и умными людьми. Либо только с собой, книгами и т. п.

Отказ от решения — это тоже решение. Но это не взрослое решение.

Автономность — это инициатива. Не ждите, пока вас откроют, открывайтесь сами.

Если хотите что-то сделать невозможным, делайте это невозможным. Если же хотите чего-то нового, делайте это по-новому!

Но только умоляю, не делайте из меня какого-то там гуру. В переводе с санскрита гу ра — «разгоняющий тьму». А мне ближе понятие Пандид (так похожее на русское «бандит»), которое означает «духовный искатель».

Записав эти мысли моего преподавателя метода интегрального нейропрограммирования, лекции которого я посещаю уже три года, я ощущаю тотальную ясность. Понятно, что и как делать. Поэтому спустя минуту натыкаюсь на интересную книгу о создателе «ВКонтакте». Имя Лев Дуров слышали многие, но никакие подробности о нем широкой публике неизвестны. Книга называется, как мне кажется, несколько патетично. Впрочем, взрослые люди оценок не дают — с громким беззвучным смехом отзывается голос внутри меня. «Код Дурова» с первых страниц интригует великолепной мыслью главного героя, которую я сразу беру на карандаш: «Я боюсь не новых идей, а старых».

***

После очередной бессонной ночи с выяснением отношений с Аленой мой завтрак начался в 14:00.

Вчера ночью я почти на ходу выскочил из красного Opel Corsa посреди дороги, дернув ручник, когда, вместо того чтобы везти меня домой, Ляля стала разворачиваться в сторону центра. А мне нужно было лишь забрать мою машину и поехать обратно на проспект Мира. Ей, как обычно, не хотелось меня отпускать, и все это выливалась в истерику с целью манипулирования моей личностью. В последние месяцы это стало некой нормой, и я все чаще стал задаваться вопросом: почему я должен жить по навязанным мне кем-то правилам и совершенно не иметь возможности общаться спокойно и конструктивно? Скандальный формат меня изматывает.

Риторический вопрос был адресован Алексею, с которым мы решили изучить местные фитнес-центры.

— Видимо, у тебя много энергии, раз ты продолжаешь во всем этом жить, — справедливо заметил мой товарищ, подливая себе зеленого чаю с жасмином.

В голове моментально пронеслась мысль, что он прав. В моей власти все это прекратить, но по какой-то причине я упорно выбираю столь мучительный опыт нездоровых взаимоотношений.

Накануне я звонил Снусу, который наблюдал несколько истеричных Алениных сцен в Сочи, и он искренне удивлялся, «как я это терплю». И все же это просто мнение, и многое ему неизвестно. Ведь она очень нежный и добрый человек по своей сути. Конечно, ей многого не хватает, чтобы вести себя осознанно. Однако причина ее состояния и порой невыносимого поведения в том, что она попросту чувствует, что я ее не люблю. Очень-очень хотел полюбить, но не смог. Не могу. Не понимаю, как все это превратилось в ужасную муку. Гремучая смесь жалости, страха одиночества и чувства вины за то, что эти два года я забрал у нее и у себя. Ужасная инвестиция двух лет в бессмысленные мучительные отношения.

Вероятно, эта моя черта проявлялась и в бизнесе — в неэффективных вложениях сил и времени во что-то навязанное извне, когда несколько лет ты концентрируешь внимание, например, на магазине штор, а потом в одночасье понимаешь, что у тебя нет никакого желания этим заниматься. Пора принимать более взвешенные и долгосрочные решения. Жизнь — это довольно большой проект, и самой дорогой валютой в нем является время.

Пора было возвращаться в спорт, и начать я решил с малого, а именно надо было найти хороший спортивный зал. В этом деле мне давно нужен был компаньон, и с переездом Алексея таковой наконец появился в моей жизни. Почему-то одиночная игра мне всегда нравилась меньше. Мне ближе тандемы, в которых есть место сотворчеству и взаимовыручке. Все попытки к единоличному стилю в работе и спорте почему-то неизбежно приводили к потере интереса с моей стороны. Не знаю, с чем это связано, но в этом направлении я еще поищу ответы.

«Зебра» на Каланчевке приятно удивила красивым вестибюлем при входе в бизнес-центр довольно высокого класса, в подвале которого она располагалась. Менеджер Ирина, с которой было приятно общаться, сама преподавала королевскую йогу.

— А что такое королевская йога? — поинтересовался Алексей.

— Это йога власти, — ответила Ирина.

Мы с Алексеем переглянулись и засмеялись: такой ответ ничего не объяснял. Ирина верно интерпретировала нашу реакцию и пояснила, что власть над телом и разумом дает власть и в окружающем пространстве — посредством выработки непоколебимой воли. Пожалуй, в этом есть своя логика. Со стен зала йоги на меня взирал улыбчивый Ганеша. Это мне очень понравилось и подсказало, что в общем и целом я двигаюсь в правильном направлении. Не в том смысле, что именно этот спортзал мне подходит, но в том, что я веду свои поиски в нужном русле и что Алексей с его инициативой заняться випассаной находится в фарватере моего пути. Цена абонемента составляла 48 тысяч рублей, а помещения были не слишком продуманны, так как не проектировались изначально как спортивное пространство, а, скорее всего, были обусловлены планировкой конкретного подвала. Да и заниматься в зале с низкими потолками тоже не слишком хотелось, я бы предпочел оказаться на высоте, и мой друг был полностью со мной солидарен. Бассейн всего лишь с двумя дорожками был оборудован как попало. Обшарпанные душевые с разбухшими панелями из ДСП представляли собой жалкое зрелище.

На выезде с загруженной парковки мы ненароком создали пробку. Шлагбаум на въезд и выезд был один, а за прошедшие полчаса полагалось заплатить 100 рублей. Пока Леша бегал оплачивать паркинг, впереди и позади нас нервничали офисные сотрудники, которым не терпелось уехать.

— Не самый плохой зал, — сказал я, — но лишь одно слово приходит на ум в качестве резюме: непродуманность.

— Точно, — согласился Алексей. — Именно непродуманность.

Следующий зал в шаговой доступности находился в «Олимпийском», до которого от федерации было не больше десяти минут пешком. На просторной парковке «World Class Олимпийский» стояли в основном дорогие автомобили. Контраст был очевиден. Мы зашли внутрь, и мне сразу показалось, что вокруг какой-то неприятный «совковый» свет. Именно освещение, белое и тусклое, напоминало школьный спортзал. Да и само оборудование и стилистика не имели ничего общего с уровнем сети World Class. Это мне сразу не понравилось. Из вежливости мы прошли по всем помещениям. Бассейн был довольно обветшалый, и что-то не так с вентиляцией. Нас заверили, что качество воды очень высокое и содержание хлора минимально. Девушка, проводившая экскурсию, даже предложила попробовать ее на вкус. Я оглядел степенных «тортил» преклонного возраста, бороздивших вторую дорожку, и вежливо отказался. Стоило все это удовольствие ни много ни мало сто восемь тысяч в год. За что именно, мне было не очень понятно.

Качалкой я увлекся еще в студенчестве, и тогда вместе с однокурсником Кириллом мы проводили там много времени. Надо сказать, в МИФИ она хоть и пропахла советским потом, но все же была бесплатной. Грубые тренажеры с торчащим отовсюду поролоном позволяли быстро набрать внушительную форму. Хотя в двадцать лет и вскапывая огород на даче можно заполучить рельефную фигуру.

На старших курсах был «Альфа-фитнес». Там я занимался довольно долго. С тем залом связано много воспоминаний. Это была почти семья — все знали друг друга по имени. Там я познакомился с Мариной, вместе мы прожили два года. Позже ходил туда с Альбертом, и частенько мы на «мерседесе» с водителем после тренировок ездили по ночной Москве, по излюбленным стриптиз-клубам. В столице, надо сказать, они отменные. Во многих странах мы посещали подобные заведения, как в Европе, так и в Азии, но все это не шло ни в какое сравнение с Москвой. У нас в дорогом клубе концентрация роскошной женской красоты выше, чем где бы то ни было. И к тому же одинокие красотки любили уезжать со мной. Совершенно бесплатно. Почти каждая искала настоящую любовь.

Полтора года назад я занимался в Love Fitness. И по сей день я считаю этот клуб абсолютным эталоном в индустрии. А после встречи с Аленой перестал. Напрочь пропала мотивация. Ей больше нравилось лопать сладости и валяться в постели. Я быстро перенял эти заразительные привычки. Конечно, в моей фигуре еще оставались признаки спортивного прошлого, но все же я не чувствовал себя комфортно в теле ботаника. Нужно было решительно возвращаться в спорт, и теперь это желание стало проявляться в действиях.

Итак, в шаговой доступности по-настоящему классного клуба не обнаружилось. И мы отправились в Москва-Сити, чтобы изучить Фитнес-клуб «Небо» на 61 этаже башни «Федерация». Вежливая администраторша по секрету рассказала, что клуб лично проектировал опальный ныне олигарх Сергей Полонский и поэтому денег на него он не пожалел. Было очень необычно мочиться в писсуар прямо в одном метре от гигантской прозрачной стены с панорамным видом. Наверное птицам тоже невероятно приятно так делать. Клуб был небольшой и прекрасный. Нам предложили цену в 300 тыс. в год, но через неделю перезвонили и уже готовы были отдать абонементы за 100 тыс. по акции. Мы всерьез рассматривали это предложение, но парковка и транспортная доступность оставляли желать лучшего.

Будем искать дальше. Я написал искушенной в этом вопросе Насте, и она посоветовала Dr. Loder. Что ж, на днях съездим туда и посмотрим.

Через час у нас назначена встреча в клубе чайной культуры.

Глава 7. Испытания

Нет, жалоб и нытья здесь не будет, как можно было бы подумать по названию главы. Моя энергия уже долгое время на достаточно низком уровне. Что это означает? В принципе все как всегда, каждый день есть деловая активность, кроме того, продолжается сбор информации из всех доступных источников. Ну не думаю я, что тот самый «успешный успех» — это какой-то запредельный недоступный опыт. Но раз пока не идет — значит, не идет. Хотя как посмотреть, конечно.

За первые десять рабочих дней 2016 года было несколько интересных подвижек.

1. «СвитМонк» принят в «Азбуке Вкуса». Паша рассказал, что встреча прошла на очень высоком уровне. Генералитет ФСБ и т. п. К сожалению, меня он взять не смог, но в следующий раз обещал.

2. Договорились об обслуживании компании «Строй Хауз». Пришлось срочно разработать вариант договора на продвижение в фейсбуке. Если честно, никогда этим не занимался, но читал пару статей и уверен, что справлюсь с задачей.

3. Созрел Муслим — отдает нам сайты своих клиник для продвижения в «Яндекс. Директ».

4. Урегулировали проблему с проживанием первого крупного клиента в гостинице «Меридиан». Получили сегодня еще шестьсот тысяч на счет. Из них отдать надо четыреста.

5. Получили заказы на разработку презентаций от Натальи Порик и Сергея Волоса.

Еще совсем чуть-чуть — и постоянный доход компании будет около пятисот тысяч в месяц. Знаю, это не бог весть сколько. Но нам нужен базовый доход, который позволит двигаться дальше. И он должен составить примерно миллион.

На шестом этаже продолжается ремонт. Если кто-то затеял ремонт, то к его плановому окончанию можно смело плюсовать два месяца. Кстати, на днях приезжал художник, которому наша дизайнер, сделавшая дизайн сети «Братья Караваевы», поручила расписать стены. Паша пригласил меня принять участие в этой встрече:

— Пойдем сходим со мной, пообщаемся, там как раз креатив нужен.

— Пойдем, — с радостью согласился я.

На миниатюрной офисной кухне теснились Ирина, Павел и молодой художник с модной стрижкой и татуированными пальцами — ему предстояло с помощью баллончиков с краской разрисовать пространство шестого этажа. Он показал набросок для кухни. На нем был изображен мчащийся на старинном скутере человек в шлеме, с развивающим шарфом. Скутер был ярко-красный, а вся картина черно-белая, нарочито европейская по стилю.

Все, глядя на рисунок, полуодобрительно кивали. Мне же он сразу не понравился.

— Коллеги, простите за прямоту, но рисунок вообще никакой, совсем нейтральный и заурядный. Больше подойдет для итальянской пиццерии, нежели для инновационной компании.

— Но ведь это просто кухня, здесь будут находиться самые разные люди, поэтому мы и добивались нейтральности, — вступилась за эскиз Ирина.

Тогда я обратился к автору, который выглядел гораздо креативнее, чем его набросок:

— Можешь показать еще какие-нибудь свои работы?

Парень оживился и начал листать айфон. Увидев машину времени из фильма «Назад в будущее», вылетающую из гиперпространства, я даже вскрикнул:

— Стоп! Ты же офигенно рисуешь, чего же нам сделал такую обыденность? Вполне мог бы в своем стиле нарисовать ненасытный бургер, пожирающий часы. Это будет напоминать работникам о приоритетах!

— Да, я бы мог такое сделать, у меня давно есть пара идей с поджаркой часов на сковородках в стиле Сальвадора Дали, — парень, будто пригретый солнцем, растекся в улыбке, а у Ирины глаза округлились от испуга.

Она вопрошающе посмотрела на Павла.

Тот помолчал и сказал:

— Слушай, ты рисуешь замечательные штуки, но почему-то не нам. Сделай что-то стоящее на твое усмотрение. Эта стена — твоя. Жги!

У парня засияли глаза. В них в одно мгновение вспыхнуло пламя страсти. И с почти маниакально веселым выражением лица он произнес:

— Я все понял, я знаю, что надо делать. Дайте мне пять тысяч, и я сделаю новый эскиз. Уже в понедельник он будет у вас на столе.

— Держи, — протянул ему купюру Павел.

За пару минут мы согласовали, что на дверях в туалеты, которые предполагалось разрисовать пальмовыми ветвями, неплохо бы изобразить пару букашек, причем желательно букашек-роботов. Художник, который уже чувствовал себя как рыба в воде, сразу сказал:

— А, да, букашки-пришельцы в скафандрах! Или — еще лучше — я изображу их в костюмах химзащиты.

Мы все закивали, как будто это было одно из наиболее ожидаемых решений, и разошлись по своим делам.

Творчество — величайшая сила Вселенной. Остановить творение — значит остановиться самому. Давая возможность творить другим, мы только усиливаем этот процесс и в то же мгновение становимся соавторами и проводниками вселенской воли.

А еще между делом, в первые дни после праздников, Павел встречался с венчуром. Обстановка в России сейчас не лучшая, по заверению неизвестного мне эксперта. Но продать любой проект нетрудно, если он дает прибыль. Чтобы рассчитать его стоимость, годовой доход умножается на три.

По предварительным оценкам, JetHotel оценили в 22 млн рублей. До миллиарда далековато, конечно. Зато «Сфера Дела» заинтересовала венчура куда больше, и он попросил неделю на сбор данных. Время покажет, что из этого выйдет. Мне бы хотелось, чтобы все это имело какие-то прямые или косвенные масштабные последствия. А пока остается только жить и шаг за шагом двигаться к цели.

Был еще такой случай. «Мерседес», который я берег для работы с гостями отеля «Меридиан», напрочь сломался. Мистическим образом в нем заклинило двигатель. И это на свежей немецкой машине премиум-класса, которая просто стояла на парковке! Вероятно, мотор придется менять. Это очень дорого. И все же я увидел и в этом хороший знак.

Этот автомобиль нам не нужен, и водитель тоже. Все работает и так. А ведь машина с водителем — это, с учетом зарплаты и амортизации, не менее ста двадцати тысяч в месяц. Так что, пожалуй, в итоге поломка окупится. Когда-то я настоял на договоре с Get Taxi, и они дали нам хорошие цены. Выстраивать бизнес-модель с собственным автопарком очень трудно. Это как гиря на ноге, которая никогда не позволит взлететь. Я это уже проходил: наш водитель на нашем же микроавтобусе Toyota Hiace насмерть сбил женщину. С тех самых пор я понял, что услуг такси по приемлемым ценам вполне достаточно. Иначе этим надо заниматься углубленно и профессионально.

Последние недели были также омрачены скандалами с Аленой. В пятницу я даже выпил бутылку вина в одно лицо. Сейчас буду исцеляться медитацией. При этом вчера мы с ней хорошо провели время. Она не истерила. Вообще, когда она спокойна, все прекрасно. Но ее ревность приобрела маниакальный характер. Вероятно, в этом есть и моя вина. Конечно, есть. Отношения без любви строить так же непросто, как возводить башню без подъемного крана.

Как раз звонит Алена и кричит в трубку:

— Китя-я-я!

— Ну чего ты, Ляль?

— А знаешь, что я делаю? Я рисую Будду, которого ты мне показал в «Шанти»! Ну, тогда, на дне рождения Леши.

— Умничка, девочка, это просто чудесно! И не забудь читать мантры, пока будешь рисовать, включи их «ВКонтакте» и зажги благовония. Тогда рисунок будет еще прекраснее, я тебя уверяю.

— О-о-о, я поняла, спасибо за совет.

— А потом можешь нарисовать льва с гривой из радуги.

— О-о-о, точно, будет кяси-и-и-во.

— Конечно. Занимайся. А я доем сушки с молоком и буду медитировать. У меня спад творческой энергии, и поможет только глубокая медитация. Телефон я отключу, чтобы ничто не могло меня отвлечь от моих мыслей.

— Ладно, я, если закончу все это, пришлю тебе фото. Пока-а-а.

***

Дорогой друг, искренне ценю твое усердие в изучении сего скромного труда. Меньше всего мне бы хотелось показаться поверхностным и никчемным волюнтаристом, прослыть пустомелей или потратить твое время попусту. Мои душевные резоны порой заводят меня не на ту стезю, и отклонения маятника настроений могут быть расценены как некое околопатологическое состояние, а быть может, это всего лишь тот самый момент рождения новой личности, который неизбежен в процессе усердной внутренней работы.

Давайте знакомиться. Сейчас без пяти дней конец января. И после окончания предыдущей главы для меня прошла вечность. Очень надеюсь, что в том, что я пишу, никто не увидит заурядный дневник или, избави боже, очередной интернет-блог.


О моих прадедушках и прабабушках свидетельств осталось маловато. Да, пожалуй, просто мизер. Если бы они жили в эру цифровых носителей, мир литературы для меня отличался бы от нынешнего коренным образом. Уже сейчас молодежь почти не читает печатные книги. Они вызывают безотчетный страх и скуку. Слишком долго и слишком много читать. Настала эра УТП и ярких заголовков, океанов контента и информационного фастфуда. Никогда не думал, что в тридцать лет буду брюзжать на такие темы, но — вуаля!


Несколько месяцев я не общался с родней. Ни с кем. Вообще. Звонил только бабушке на Новый год. Ей девяносто два года, а может, девяносто три. Не помню. Вчера Алена принесла на хвосте вести из дома. Мой почтовый голубь, которого я так упорно каждый раз не впускаю в окно.

Нашу бабулю по папиной линии мы с сестрой с детства называли Билиза. Пожалуй, она любила и любит меня больше прочих внуков и уже правнучек. Сейчас я живу к ней ближе, но навещаю реже. Так вот, на днях Алена делала маникюр моей маме, и та поведала, что бабушка упала. И теперь у нее ежедневно дежурит сиделка. В прошлые несколько раз такие падения заканчивались больницей. Помню, как она позвонила мне однажды в шесть или семь утра:

— Сынок, я упала и не могу встать, не знаю, что мне делать…

Разумеется, была скорая, больница, замена шейки бедра. Когда ее рвало в больничной палате, я стоял рядом с пакетом и вытирал ей рот.

До сих пор помню, как в детстве она пела мне перед сном. Не думал, что такие вещи могут с ясельного возраста остаться в памяти на всю жизнь. Для нее я научился играть на пианино. Хотел удивить и порадовать, стряхнув пыль с бракованного лакированного немецкого «Вагнера» на трех ножках, историю покупки которого я слышал раз пятьдесят. За него пришлось отдать почти половину денег, вырученных когда-то за родительский дом в Мичуринске.

Да, это люди другой эпохи. И каждый из нас, хочет он того или нет, становится продуктом эпохи. Даже Паша, с которым у нас разница всего десять лет, сильно отстает в понимании технологий и сам это знает, так же как я отстаю в некоторых аспектах от Севы Волоса, которому сейчас двадцать. А ведь в каждом десятилетии есть своя мудрость. Что-то порой еле уловимое, но вполне очевидно отличающее нас друг от друга.

Теперь посмотрим на цифры тридцать и девяносто. Нам не так просто общаться. К тому же возраст влияет на речь и на слух. Бабушка едва в состоянии открыть мне дверь, передвигаясь в ходунках, и мне каждый раз не хочется ее беспокоить. Звонить и слышать, как десять минут шоркают четыре ножки ходунков о паркет. Еще как будто совсем недавно мы пололи с ней грядки на даче, играли с собаками, носились по детским магазинам в поисках вожделенной игрушки для меня, которую она так хотела подарить, или спускали грошовую пенсию в парке Горького, когда там еще были аттракционы. На лавочке я уминал до сих пор любимые мной пирожки с капустой и жмурился от летнего солнца.

Зима нашей жизни — старость — приходит на смену размеренному созерцанию шелеста листьев, готовых стать легче и унестись на ветрах осени. Наступает тишина.

Поеду завтра и, хрустя снегом, войду в до боли знакомый подъезд пятиэтажной сталинки, запыхавшись, поднимусь на последний этаж, отдышусь. Нажму трескучий старинный звонок возле двери слева от чердачной лестницы и больше всего на свете захочу услышать, как долго шоркают ходунки по паркету, а столь милый моему сердцу слабый голос спрашивает:

— Кто там?

Делаю глубокий вдох. Сижу спокойно минут десять. Надо перейти от личного к тому, что происходит на внешнем событийном контуре.

В компании начались первые серьезные испытания на прочность. Проекты не выстрелили. Да и не стреляли мы ими, по сути. Все доработки да устранение багов.

Кстати, понятие «баг» появилось после того, как в один из первых прототипов компьютера Harvard Mark II, на котором в 1946 году работала одна из немногочисленных в то время женщин-программистов, залетела бабочка и он вышел из строя.

Бабочку извлекли и вклеили с помощью скотча в технический дневник с сопроводительной подписью: «Первый реальный случай обнаружения жучка» («баг» — по-английски «насекомое» — можно перевести и так).

Так термин «баг» прочно вошел в лексикон компьютерщиков.

Первым программистом, с которым мы расстались, стал Алексей. Очень странный и вполне безобидный тип. В свои тридцать пять он, наверное, не так многого добился, как мог бы. Знаю только, что раньше он занимался получением фотоизображений со спутников в одном из российских НИИ. На корпоративе перед Новым годом он единственный все делал невпопад. Так потом и вышло: почти весь его код по проекту «Сферы Дела» нам пришлось «перепиливать». Ни одну задачу он не выполнил в срок, но при этом просиживал за работой все выходные, был вежлив и оптимистичен. А на днях ко мне подошел Павел с немного встревоженными глазами:

— Надо поговорить.

Мы прошли в переговорку. Я всю ночь перед этим плохо спал. Было ощущение, что грядут не самые приятные перемены.

— Нам нужно сократить расходы с миллиона до пятисот тысяч, — начал Павел.

— Да, я понимаю. Хотя это не то, о чем мы договаривались. Нам будет сложнее двигаться вперед.

— Знаю. И знаю, что это неприятно, — согласился Павел. — Но скажи, с кем мы можем расстаться, а кому можно снизить зарплату?

— Слушай, нам надо идти дальше, расширяться, а не скукоживаться! Это моя позиция. Давай искать инвесторов. Нельзя останавливаться. Ты хотел десять проектов, а у нас их реально только пять. Мы сделали при этом семь сайтов. Ни один проект еще в принципе не мог себя показать. И для этого существуют венчурные инвестиции. От слова adventure — приключение.

— Ни один проект не сдан в срок, — не поддержал разговор Павел.

— Космодром Восточный тоже не сдан в срок, — парировал я. — Я на сто тысяч жить не смогу. И, наверное, снимать квартиру тоже. Можно распустить команду и просто работать с проектами, которые готовы. Но тогда мы не воплотим то, ради чего встретились.

— Если тебе это не надо, то мне тем более. Я готов закрыть проект.

— Закрывай, если хочешь, — сказал я. — Я от своих целей не отступлюсь и в любом случае буду воплощать в реальность идеи и мечты.

— Послушай, нам надо продержаться три месяца, закончить ремонт, я веду переговоры с инвесторами, но без приличного офиса продать наши продукты будет трудно, — попытался объяснить Павел.

— Понимаю. Но почему ты ведешь переговоры без меня? — спросил я. — Мне это непонятно. Я ведь хорошо разбираюсь в продукте.

— Все переговоры отныне я буду проводить с тобой, — пообещал он.

— Ладно. Что поделать. Будем выживать. Не представляю, как жить на сто тысяч.

— Ну, на еду этого хватит, а потом ситуация выровняется, и должники со мной рассчитаются наверняка. В конце концов, у меня в Новосибирске недвижимости от них на тридцать миллионов, но лучше бы они отдали деньгами. Мне вся эта ситуация не в радость.

— Блин, у меня на «мерседесе» движок накрылся. Его чинить надо. Уже три месяца я не брал денег, понимая, что ситуация сложная. Мы нашли мотор б/у, но он стоит двести двадцать тысяч! А ремонтировать надо, а то ни продать, ни в работу отдать машину. Просто замороженные деньги.

— Понимаю. Найду, значит. Буду выдергивать по ситуации, — вошел в положение Павел. — Увольнять-то кого?

— Алексея. Ладно, пошли работать. Ты сам с ним поговоришь? Он очень расстроится, — сказал я.

— Хочешь ты?

— Нет.

— Мне это тоже не улыбается, но выбора нет. Да и другим, может, будет наука, шевелиться начнут. А то все сопли размазывают, — закончил разговор Павел.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 80
печатная A5
от 530