электронная
72
печатная A5
414
12+
Ох уж эти еноты!

Бесплатный фрагмент - Ох уж эти еноты!

Жизнь и проделки енотов в семье человека

Объем:
202 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4490-7502-4
электронная
от 72
печатная A5
от 414

Эта книга для всех, кто неравнодушен к енотам: Поближе узнать объект своего поклонения.

Эта книга для всех, кто мечтает завести енота: Узнать как это: жить с енотом.

Это книга для всех, у кого был енот: Приятно вспомнить его проказы.

Эта книга для всех, у кого давно есть енот: Интересно сравнить.

Эта книга для всех, у кого недавно есть енот: Полезно узнать о нём как можно больше.

Эта книга для всех: Читая эту книгу, вы точно будете очень много улыбаться!


В чём секрет небывалой популярности енотов?

Может быть в том, что енот — животное, наделённое невероятной харизмой?

Его проделки и проказы вызывают смех и улыбки даже у людей с тяжёлой депрессией.

В этой книге собраны реальные истории из жизни енотов в семье человека.

Хотя уже к середине книги начинает казаться, что это люди живут в семье енотов.

В чём причина такой невероятной популярности енотов?

Возможно, прочитав эту книгу, вы найдёте свою версию ответа:).

Приятного чтения!


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав

Вступление или Почему — еноты?

Еще совсем малышкой, практически с самого рождения, со слов моих родителей, я и животные были неразлучны. Хотя в семье их никогда не содержали.

По рассказам родителей, стоило им отвернуться от коляски, как на мне уже сидел и мурлыкал свои песенки какой-нибудь облезлый дворовый кот. Поставишь коляску, оглядишься, что рядом псов или котов нет, и шмыг быстро в магазин. Спустя несколько минут выглядываешь и всё: или пёс сидит у коляски, или кот в коляске. И не было объяснения такой вот странной любви.

Всё стало ещё сложнее, когда я освоила свои ножки. Теперь я гонялась за всем, что движется: кошки, собаки, бабочки, жуки, рыбки…

Становясь старше, я полностью игнорировала кукол. Моими игрушками были зайки, кошечки, щеночки. Плюшевые или резиновые.

В наше детство уже лет с 5 дети бегали без родителей по улице. И теперь было полное раздолье: компании дворовых кошек и собак заменили мне друзей. Даже в школу и со школы меня сопровождали мои лохматые приятели.

Город наш был пограничный, и рядом с моим домом была площадка обучения служебных собак. Любимым зрелищем для меня были их занятия. А когда пограничники уходили, я брала дворовую кошку Муську и лезла через забор на площадку. Ну, не знала я тогда, что кошка и служебная собака сильно отличаются.

Да и Муська была совсем не против за кусочек мяса из супа поработать Мухтаром. Когда все команды послушания были выучены до идеала, пришлось идти уговаривать соседского мальчишку побыть «нарушителем», чтобы Муська поучилась задержанию. И когда уже и эта наука была полностью пройдена, этот самый помощник рассказал всё родителям. А они — моим. Строжайший запрет на лазание через забор, «перевод мяса» и «непотребное для девочки поведение» был дополнен ссылкой в деревню к бабушке. А эпизод с «пограничной кошкой» стал любимым рассказом в нашей семье.

Потом были соседские собаки, бабушкины козы и куры с гусями, бесконечные уличные кошки, и даже воробей.

Я не знала тогда даже такого слова «дрессировка». Считала, что мы просто играем, что они меня понимают и слушаются, когда им это интересно. А мясо из супа, спрятанное от родителей в карман, просто небольшая еда и перекус.

И вот, научившись читать, я впервые оказываюсь в библиотеке. И, конечно же, меня интересуют книги о животных. Я читаю их запоем. Они переносят меня в мои мечты о своем зоопарке и цирке. Только без клеток и без наказания животных. Мне это кажется глупым: ведь мои уличные мохнатые друзья без всяких клеток и поводков бегут ко мне на «репетиции» и без всякого принуждения и наказания, придумывают вместе со мной интереснейшие выступления.

Уже став старше, я до хрипоты спорю с учителями биологии на тему инстинктов и разума у животных. Ну, несогласна я с их теорией! И сейчас несогласна. Жизнь ведь доказывает совсем иное, не то что в учебнике.

С 14 лет я обучаю соседских собак послушанию, а пограничных — задержанию и следовой работе. В 15 лет открываю для себя ипподром и влюбляюсь в лошадей.

Нет ни одной книги или журнала о животных, в местных библиотеках, которые я бы не прочла (да-да, в то время ещё не было интернета).

По окончании школы я мечтаю стать ветеринаром. С восьмого класса помогаю в местной ветеринарной клинике, и сама лечу дома обречённых. Но когда приходит время поступать, вмешиваются родители: «Не будет наша дочь коровам хвосты крутить». Я жутко боялась отца и не смела перечить, слёзы и уговоры, увы, никогда не помогали мне в семье отстаивать свое мнение. Я поступила в педагогический.

Прошло несколько лет. Комната в общежитие, дочь 5 лет… а мне почти каждую ночь снятся животные, особенно овчарки.

Однажды утром у меня началась самая настоящая истерика: с криками, воплями, слезами до обессиливания. Я не могу больше, я хочу собаку! Взрослая женщина и такие капризы.

Да и куда собаку? В общежитии животных заводить запрещено. И вдруг приходит озарение. Я пойду служить кинологом в армию. И там у меня будет собака. Собаки. Много собак.

Отдельной книги заслуживает история моей службы, но сейчас не будем о ней. Это были самые счастливые 2 года моей жизни.

В это время я поступаю на зооинженерный факультет в ТСХА. Узнаю о зоопсихологии. Увлекаюсь ей до самозабвения. Уже через год кажется нет такой статьи или книги, по этой науке, которую я бы не изучила досконально. Постоянные занятия с собаками на службе, открытие своего кабинета зоопсихолога, победы в различных соревнованиях и конкурсах с моей воспитанницей — немецкой овчаркой Ирмой.


Мне казалось, что я уже не узнаю ничего нового. И вот на новогодних каникулах веду свою дочь в «Уголок Дедушки Дурова». Все трюки и номера просты и понятны, и я даже начинаю дремать.

— Мама, мама, смотри — енот, — сквозь дрёму я слышу требование дочки и открываю глаза…

А вы верите в любовь с первого взгляда? Она существует! Две чёрные бусинки глаз, казалось, заглянули в самую душу, забрались в сердце, и крепко-накрепко обняли его своими лапками-ручками.

Все остальные животные — это любимые животные, питомцы. А енот стал для меня моим ребёнком. И с фанатизмом матери, ищущей своего дитя, я бросилась на поиски своего енота.

2000 год. Зверофермы и зоопарки в упадке. Енотов нет. Если и есть, то взрослые и не продаются. Полгода я объезжаю зоофермы и зоопарки, пишу письма в другие города, даю объявления во всевозможных газетах и везде, где только можно. Все безрезультатно.

И вот когда руки уже совсем опустились, я открываю газету объявлений, чтобы проверить своё объявление о дрессировки собак. И прямо под ним: «Продаётся енот, возраст 1 год». Цена была равна моей зарплате за несколько месяцев, но об этом не думалось совсем. Срочно, пока не купили другие, надо ехать за ним.

Лезу в долги, отпрашиваюсь со службы, прошу подругу забрать вечером дочь из школы.

И бегу за енотом, за своим енотом. За своим первым енотом.

Добро пожаловать в наш ДОМ

Есть в Подмосковье, всего в часе от Москвы, уникальное место. С виду ничем не примечательный дом, каких в любом пригороде несчётное множество. Но стоит заглянуть во двор, как начинается совсем другая действительность.

Отовсюду на вас смотрят еноты, тянут к вам рукоподобные лапки, строят рожицы.

Скульптуры в розарии, изображения енотов на стене дома и даже указатели в виде енотов.

Но самые весёлые, конечно же, настоящие, живые еноты — питомцы этого дома.

Вот несколько с виду пустых беседок. Но стоит подойти поближе, и к вам со всех лап помчатся полосатохвостые разбойники в темных масках.

Хватая вас своими ловкими пальчиками, они будут настойчиво тянуть вас к себе и требовать, чтобы вы немедленно вошли в их обитель.

А стоит переступить порог, множество крохотных ручек обыщут все ваши карманы, заберутся на плечи и будут всячески привлекать ваше внимание, соревнуясь в этом с друг другом.

— Маруся, пошли домой! Слазь немедленно! — зовёт хозяйка маленькую проказницу, удобно разместившуюся на ветке берёзы. Увлекательно играя листьями, енот не обращает внимание на зов. И только глазки — бусинки украдкой неотрывно следят за каждым движением женщины.

Маруся это енот — полоскун, одна из обитателей этого странного дома. Животные попадают сюда по различным причинам и с разными судьбами, но Маруся родилась здесь. Но пусть она расскажет сама свою историю.

— Знаешь что, это все-таки мои заметки, а ты уже совсем читателя своими серьёзностями утомила, — возмутился енот, спускаясь с дерева.

— Я сама всё расскажу, а ты лучше иди, вкусняшек всяких заготовь, обед скоро. А то я уже, вон, берёзовыми листьями питаться начала, — и Маруся, довольная собой, начала свой рассказ.

Рождение

Меня зовут Маруся. Давайте знакомиться. Я — енот-полоскун. Живу я со своими друзьями — енотами и двумя мамами и папой-енотом в Доме Енота. Это место такое. Здесь живём мы — еноты, а люди нам прислуживают. Сбылась-таки мечта всех енотов: завоевать человеческий мир. Ну, допустим, весь Мир пока не получилось, но один домик с небольшим участком и прудиком всё же удалось захватить. Здесь нас любят, холят, кормят, развлекают, защищают от всех и всего. Но лучше я о домике расскажу позже. А пока мне хочется рассказать о том, почему у меня две мамы.

У всех — одна, а у меня — две! Да-да, именно две мамы. Одна меня родила на свет. Это моя мама-енот Варя. Теперь мы с ней — лучшие подружки. Но в первые часы рождения это было совсем не так.

Меня и мою сестричку очень ждали. Выделили моей маме Варе целую просторную комнату. Там было совсем тихо, уютно и тепло.

Но все равно что-то не устроило молодую родительницу, и она решила больше не интересоваться своими детишками: мной и сестрёнкой. Хорошо, что это заметила моя вторая мамочка — мама Наташа. Она — обычный человек. Просто очень-очень любит нас, енотиков. И прощает нам все наши капризы и шалости. А мы, енотики, ох, как любим безобразничать.


Мама Наташа увидела, что мы лежим вдали от основного домика, где сидит наша мама-енот. Мы почти уже совсем замёрзли. Не шевелились и даже уже не могли пищать. Ох, она и испугалась за нас! Я была размером меньше большого пальца на её руке. Большая рана шла через всю мою голову. На тельце тоже были видны несколько крупных ранок: мама-енот не очень-то церемонилась, вытаскивая и выбрасывая нас из домика.

Увы, ранки на моей сестрёнке были еще больше, и она уже не дышала. Как не старалась мама-Наташа вернуть её к жизни, сколько ни плакала, ничего не помогло. Так осталась я одна.

Чтобы спасти меня, срочно вызвали сразу несколько врачей. Даже для Наташи пришлось вызвать её врача.

Укол, который мне поставили был огромным, но должен был не позволить мне умереть от моих ран и боли, помочь выжить.

Я очень старалась жить! Ох и нелегко пришлось нам с новой мамой!

Чтобы я не заболела, температура должна была быть вокруг всегда одинаково тёплой, а специальных инкубаторов не было. И новая мама должна была строго следить за моей грелкой. Ведь, если заснуть и проспать, я замёрзну и могу умереть.

Но не только из-за температуры в моем домике ей нельзя было спать. Чтобы моё совсем крошечное тельце росло и не погибло, меня надо было каждый час кормить специальной смесью. Всего 1—2 капли, но каждый час. И взвешивать. Ведь если я не наберу хотя бы немного веса, надо будет срочно вызывать врача.

Только представьте, как страшно смотреть на весы и волноваться. И так и днём и ночью.

Первая неделя была самой тяжёлой. И даже сильная усталость не побеждала тревогу за меня: даже если мамина помощница Настя могла заменить маму, Наташа не могла спать.

Через неделю меня уже можно было кормить через 1,5 часа, и Настя все чаще могла дать Наташе отдохнуть. Но какое волнение было в глазах у моей мамы, когда она подходила ко мне после этого короткого сна. Ей было очень страшно заглянуть в мою спаленку — вдруг со мной что-то случилось. Ох и долгим был тот первый месяц моей жизни.

Многие гости Дома Енота в то время видели странную шатающуюся женщину, в полудрёме обнимающую шапку-ушанку. И невдомёк им было, что в этой шапке лежит крошечное существо, жизнь которого зависит от того, выдержит ли эта уставшая женщина. Без сна и отдыха 28 дней. Глаза впали, походка шатается. И она смогла!

И поэтому она для меня вторая мама. И самая-самая лучшая мама на свете. Потому дальше в своих рассказах я именно её буду называть Мамой. Ну, иногда — хозяйкой (так принято у животных) или просто Наташей. Ну чего ты, Мама? Откуда опять эта солёная водичка в уголках твоих глаз? Ведь я уже взрослая, и ты можешь совсем за меня не волноваться.

Учимся ходить

Вообще-то, ходить енот умеет даже в первые секунды после рождения. Куда и как — еще неясно, но уже быстро и целеустремлённо. На мордочке еще не раскрылись глазки, шёрстки еще почти нет, а мы уже бежим, торопимся, стремимся.

В природе самка — енот первую неделю совсем не покидает своё убежище. Запасы жира на талии позволяют ей и самой голод не чувствовать и потомство молоком кормить. И следит она день и ночь, чтобы чады её, неразумные ещё, из укрытия не выбежали или не вывались.

И эту же работу пришлось выполнять моей новой Маме. Только она хитрее енотов оказалась. Соорудила из мягкого полотенца гамачок у себя на груди и меня в него уложила. И тепло мне, и безопасно, и лазать есть где. А проголодалась, достаточно пискнуть тоненько, и тут же меня накормят да массаж живота сделают.

Так уж природа устроила: пока животик не погладят, малыши енотов в туалет сами сходить не могут. А то быстро бы испачкали своё жильё в природе. А ведь, где грязно, там и болезни ходят. Да и хищники опасные по запаху нас бы нашли. Вот природа и позаботилась: пока мама-енот нас язычком по животику не помассирует, мы сами оправиться-то и не можем.

Видно, Наташа язычком, так, как енот, управляться не умеет, потому живот мне массировала после еды просто пальчиками с тряпочкой, да пеленкой вытирала под хвостиком.

Так я и росла: каждый час взвешивание, кормление, массаж и новая грелка. Побегаю минут десять да опять спать, набираться сил.

Уже на двадцать восьмой день от рождения начали мои глазки открываться. Как, оказывается, много вокруг интересного!

Теперь уже лапы знали куда идти и бежали туда очень быстро. В гамачке сидеть стало скучно, но и самой ходить страшно.

Стоит только проснуться и поесть, требую, чтобы несла меня Мама куда-нибудь и показывала что-нибудь. А если занята и не хочет, кричу погромче и так жалобно, что никто устоять не сможет.

Ох, не знала я тогда, что ночью спать, а не гулять и играть полагается. Самое любимое время для игр было с 3 часов ночи до 5 часов утра.

Задремлет только хозяйка, я её цап за кончик носа. Зубов-то нет, но челюсть сильная. Так она с синим носом весь месяц и ходила. Пока не объяснила мне, что за нос кусать не надо. Сама меня пару раз за нос укусила — ох, как страшно было, хоть и не больно. И понятно сразу — кусать нос — совсем не игры.

Вообще-то, в природе самки-еноты учат всему своё потомство очень строго. Полезешь не туда — так хватят за шкирку, что ранки потом неделю болят. А уж если укусишь в игре сильнее, чем разрешено, вообще трёпку устроят. Да такую, что потом шкурка месяц болеть будет.

Наташа тоже пробовала меня воспитывать как еноты. Да где её зубам с моей енотовой толстой кожей сладить. Только обмусолит всю.

Но вот нашла же местечко моё слабое — ушки мои маленькие. Укушу её побольнее, она за ухо меня зубами своими прихватит. И смешно мне от этого, и немного страшно. И понятно сразу, что именно не нравится маме. Вот так и учимся мы понимать друг друга. Она у меня умненькая, быстро научилась понимать, когда я кушать прошу, а когда играть и гулять хочется.

Вот и я стараюсь не отставать, учусь понимать её. Хотя, ох, и странные эти существа — люди. Но это уже совсем другая история.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 414