электронная
320
печатная A5
579
18+
Любовь и последняя тайна Апокалипсиса

Бесплатный фрагмент - Любовь и последняя тайна Апокалипсиса

Космическая фантастика

Объем:
404 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-5176-9
электронная
от 320
печатная A5
от 579

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Андреев Олег Александрович

Эта книга отличается от основной массы текущей литературы. Цель книги - подсказать человеку, как  изменить свои планы, свои намерения, свою судьбу в лучшую сторону. В этом её  необычность.  И хотя это жанр фантастики, но в книге много реального, интересного из той новой, необычной жизни, в которую входит нынешнее поколение. Эта книга наполнит человека оптимизмом и уверенностью в себе, в свои возможности и силу

Глава 1. В поисках единственной и неповторимой

Сц. 1

ххххххххххххххххххх


В помещении Хранилища перед большим экраном в кресле сидел мужчина лет сорока вполне приятного вида. Одет он был в особую форму, защищающую организм от жесткого излучения внешней среды, что простиралась на тысячи и миллионы световых лет за бортом космического корабля.

— Наверняка могло быть и такое, — говорил вслух Павел, — а мужчину в помещении рубки звали именно так, — что кто-то двадцать, а то и сорок лет назад вот так же открыл картотеку Хранилища с историей моей жизни. Остановился, может быть, случайно, из праздного любопытства. Вытащил мои данные на экран Хранилища, стал делать какие-то выводы. Что-то вызвало у него одобрение, над чем-то человек посмеялся… Я же просматриваю картотеку для того чтобы найти женщину, которая могла бы стать моей женой, спутницей, подругой жизни. Стать для меня единственной и неповторимой.

Космолёт был почти необитаем. И поэтому, как и прочие члены экипажа, Павел давно уже привык разговаривать с самим собой.

Играющей походкой в помещение Хранилища зашел Антон. Рослый молодой мужчина, лет тридцати, спортивного телосложения.

— Салют, хранителю сокровищ! — радостно шумел Антон.

— Привет, привет, Антон… Ты прав, сокровища, что мы везём в Хранилище, бесценны.

— Я многих вижу на экране.

— Среди всей театральной публики меня интересует молодая женщина в светло-голубом пеньюаре. И сидит она в первых рядах партера.

— Неужели ностальгия по Земле заела?.. По тем местам, где ты любил, мечтал? — воскликнул Антон.

— Какая ностальгия может быть?!.. К тому же до Земли парсеки и парсеки, — пожал плечами Павел.

— Как будто всё вчера произошло. Огромный космодром, прощанье, слезы. По эскалатору спешим в корабль. Затем анабиоз в полвека… Что смотрим на экране? Похоже, КВН?

— Так точно. Вот у них всё хорошо, — сказал Павел.

— Над чем парят остроты?.. Или опять — протухшие стихи?

— А ты послушай. Сам оценишь юмор.

Со сцены в это время звучали пародии про известных артистов:

— Наши звёзды светят всем. А греют только себя.

— На кого похожа примадонна?

— На жар-птицу.

— Жар-птицы стаями не летают.

— А можно взять перо на память?..

— Это почти про нас, — заметил Антон. — С нами летит полтора миллиона переселенцев.

— А среди них — краса жар-птица, вот эта барышня в партере в нарядном пеньюаре.

— Красивая девица.

— Огромный парадокс. Народ скакал по сцене вроде бы вчера. Десятки лет с тех пор уже минули.

— Полвека мы проспали в биочипах, как та царевна в сказке, — уточнил Антон.

— Чудеса современной техники! И машина времени не нужна. Ты — в биочипе, биочип — в кассете, кассета — в Хранилище, а Хранилище — в космическом корабле.

— А это уже программа из архива юмористической передачи «Кривое зеркало», — указывал Антон на новые сцены на экране. — На Земле я всегда восхищался игрой актеров этого театра; а сейчас, почему-то, даже больше. Будем надеяться, что среди полутора миллионов переселенцев будут и пародисты, и талантливые сценаристы.

— Другой партер, но барышня всё та же в кресле. Ты обратил вниманье на неё?

— Роскошны локоны у дамы! И — рыжие… как пламя. Но слишком чопорная тётя, — давал оценку Антон.

— Так заразительно хохочет. Так может быть именно эта девушка жар-птицей для меня когда-то станет?

— В ней гонора на тысячу ампер. Таким мы не чета. Кто, Павел, мы с тобой? Всего-то — инженеры. Хотя и высшего разряда.

— Не нужно принижать себя. Уровень жизни населения, технологический прогресс всегда зависел от инженерных кадров. На этом космолёте, кстати, мы с тобой главные. И вообще тут всё зависит только от нас.

— Согласен, Павел. Вся жизнь переселенцев в наших руках… Какие качества тебя прельщают в жёнах с высот прожитых лет?

— Когда тебе уже сорок лет, то ищешь кроткую смиренность. Разумной быть она должна.

— Хозяйственная, обворожительная, домоседка, однолюб…

— Обязательно. А ещё…

— Притормози-ка, Павел! Не то от счастья разрыдаюсь!

— А что не так, Антон?

— Мы на Земле не встретили таких. А в космолёте точно обнаружим?

— В мои сорок и в твои тридцать запросы к девушкам должны быть максимальны.

— Я как-то слышал эту сказку. Была такая памятка: «Как выбирать жену?» Там было десять главных пунктов.

— Вот и тебе найдем приличную подругу жизни. В Хранилище их пруд пруди, — мечтательно сказал Павел.

— Заманчиво. Мы прилетаем на Планету, а нас там ждёт толпа невест и брачные венцы!.. А что, Павел, главное для тебя? Семья или карьера?

— Разумеется, семья. Без семьи, без детей ни деньги, ни карьера не сделают тебя счастливым.

— А кстати в Библии написано: «не хорошо быть человеку одному». Бог повелел людям плодиться и размножаться, наполнять землю и обладать ею.

— Землю мы освоили. А теперь летим заселять другую планету. А кстати, откуда ты знаешь слова Библии?.. От Сергея?

— Угадал. От нашего навигатора.

— Надеюсь, не сболтнешь командиру, что я просматривал биочипы из Хранилища. Так сказать, выполнял задание Всевышнего, — просил Павел.

— Ну, если изредка не думать о себе, то можно тут свихнуться от однообразия. А нам еще пилить и пилить на этом космолёте. Целых три года… Потом опять вернёмся в спячку… А командир?.. Зачем ему секреты знать?!

— Вот именно. Начнет нудить и требовать отчет.

— Не будем портить настроенье человеку.

— Антон, а с чего вдруг ты решил податься в переселенцы? — спрашивал Павел. — Всё тот же Апокалипсис?

— Апокалипсис тут ни при чём. Я видел сны про звёзды. Я летал между звёздами, и даже садился на них. Они были яркие, красивые. Желто-оранжевого цвета, желто-голубого цвета. Звёзды испускали из себя разноцветные лучи. И эти лучи не обжигали. Они были ласковые, тёплые. И почему-то звёзды не были бесконечно огромными. Уютные, компактные. Побывал я и на разных планетах Солнечной системы. Во снах я всегда ощущал себя жителем вселенной. И поэтому после школы я поступил в технический институт на радиолокационный факультет, чтобы хотя бы так быть ближе к звёздам. А чем дальше, тем вся эта земная суета и планов громадьё представлялись всё более мелкими и незначащими.

— В шестидесятые-восьмидесятые годы прошлого века наши деды романтиками ехали в Сибирь за туманом и за запахом тайги. А теперь через десятки лет за каким запахом галактик и звёзд летим мы?

— Не знаю, какой там запах. Но то, что в других звёздных системах совсем иная жизнь, это — точно. События других масштабов и порядка. Ведь не зря же они сотворены, светят, вращаются. Вот и отправился я в поисках своей единственной и неповторимой. Но — не женщины, как ты, а — планеты, — объяснял Антон.

— Мы бежали из пасти неумолимого Апокалипсиса. Бежали от ненасытных всадников Апокалипсиса. Пятьдесят лет и два года минуло с тех пор, как мы вместе с остальными переселенцами покинули Землю.

— Полетели и не прогадали. Останься я на Земле, мне было бы уже восемьдесят лет. Старик стариком. На пятнадцать лет больше, чем нашему коменданту. Когда моя душа находилась в биочипе, я фактически отсутствовал в этом мире. И потому теперь мне всего тридцать. Хотя по паспорту — все восемьдесят! Просто — класс! В голове не умещается!

— Я как-то не думал об этом, — сказал Павел. — Но мне тоже было бы не сорок лет, как сейчас, а уже целых девяносто два. Дряхлый старичок с клюшкой.

— И так у каждого. Нашему командиру пятьдесят. А по паспорту — все сто. Бррр и ужас!

— Хранилище на космолёте служит вроде машины времени.

— Точнее, отсутствия всякого времени.

— Вот они безграничные чудеса современной техники! — умиротворённо говорил Павел. — И теперь мы можем расслабиться, благодушно взирать на мирные картины, которые остались в очень и очень далёкой земной жизни, благо экраны телевизоров позволяют воскрешать кадры давно минувших дней.

— Планы строительства лучезарного будущего временно отменяются, — остужал пыл Павла Антон.

— Это почему?!

— Вот я и пожаловал к тебе, чтобы сообщить об этом.

— Плохая новость?!

— Исчезла связь на космолете!

— Кто у нас инженер связи? Вроде бы — Антон. Вот и выполняй, Антон, свои обязанности!

— Пытался выполнить. Пока не получилось.

— Ты командиру сообщил об этом?

— Пока что только навигатору сказал.

— Навигатору Сергею? Но почему, Антон?

— А ты бы тоже побежал вначале к командиру?

— К начальству на прием с плохими новостями, что на рожон идти. Начнет изображать всезнайку. Песочить, унижать. Как будто сам безгрешен.

— Вот-вот… Я обежал два яруса, зал отдыха, коридор с аквариумом для рыбок. Везде — могила. Динамики молчат. Ни шороха, ни скрипа, — сообщал Антон.

— Действительно, Антон, хорошего тут мало.

— А с навигатором все можно обсудить спокойно.

— И что Сергей сказал тебе? — спросил Павел.

— «Подумаю, спрошу у Бога».

— Очень конструктивно.

— «Всё взвешу. К Богу обращусь. Что мне Всевышний скажет — ту истину приму». Вот, что сказал Сергей, — продолжил Антон.

— Ну, наш Серега — фантазер и чудик… Хитрюга!.. Если, что не так, то всё свалить на Бога…

— В прошлый раз он правду предсказал.

— Случайность, совпаденье, — скептически пожал плечами Павел.

— Когда мы только начинали вахту, также сбой случился. Зависла некая программа. Я — так и этак, — ничего. Но хорошо, что навигатор рядом оказался. Он помолился Богу. Всего-то несколько минут. А через полчаса всё точно показал, что нужно делать. Связь заработала исправно.

— Пророком быть неплохо… Ты сам хоть пробовал искать причину нынешней аварии? — спросил Павел.

— Разумеется. Но всё напрасно. Я побегу к Сергею. Вдруг Бог уже ответил. Тогда и капитана навещу.

— Привет там навигатору Сергею.

— А ты передавай привет своей единственной и неповторимой, — говорил уже в дверях Антон.


ххххххххххх

Сц. 2


За плечами Павла возник командир космолета. Немного мрачный и серьезный дядя лет пятидесяти. Бодрый, крепкий. И в тоже время несколько медлительный. Продолжительные паузы между слов. Значительный во фразах, возможно, чтобы вызвать уважение к себе.

— Здравствуй, Павел, — медленно, с расстановкой произнес командир.

— Приветствую вас, товарищ командир!

— Ищу Антона. Как сквозь стены испарился.

— Антон недавно ускакал к Сергею.

— Серьёзное ЧП! На космолете связь пропала! А человек болтается по кораблю. Наверняка пошел чаи гонять, — возмущался командир.

— Да всё нормально, товарищ командир. Антон надеется, что именно Сергей поможет связь наладить.

— Сергей?.. А он с какого боку?! Он вроде не связист у нас.

— Как говорит Антон, наш навигатор близок к Богу. С небес надеется истребовать ответ.

— Как дети малые… Ну, пусть потешатся фантазией своей… Без связи, как без рук… Как настроенье экипажа, Павел? — строго спросил командир.

— Да, как всегда, товарищ командир. Почти бодрое и деловое. Надеюсь, что дотянем вахту до конца.

— Пока прошло два года. Осталось ещё три.

— Да, товарищ командир, осталось три года. А дальше Консерватор вновь свернет нас в биочипы и будем почивать среди других переселенцев,

— И только лет через пятьдесят посадка колонистов на Планету.

— Все данные души и тела человека записаны на биочип, который затем отправляется в Хранилище. А как приходит время — нажал на кнопки и процесс восстановления души пошел… Один, второй, третий переселенец, — информировал командира Павел.

— Насколько помню, в биочипах сосредоточена вся информация о каждом переселенце. С Консерватором мы разобрались в прошлый раз. Как командиру космолета мне положено знать основные параметры агрегатов, которые ты обслуживаешь. И в этом ты поможешь мне.

— С удовольствием, товарищ командир, — ответил Павел.

— Подробности мне, кстати, ни к чему. Я — не технарь… Надеюсь, что Хранилище и Консерватор надёжно защищены от жесткого излучения космической среды?

— Разумеется. Защита мощным слоем. К тому же Хранилище находится в центре космолета. А сами биочипы — в кассетах с толстой оболочкой, — отвечал Павел.

— О Восстановителе ты инструктировал меня в прошлый раз. Применяется технология так называемого биопринтинга.

— Совершенно верно, — согласился Павел.

— Будь на Земле мы, я штабель дров предложил бы тебе, чтоб хорошенько поразмяться топором, — без перехода вдруг сказал уже о другом командир Павлу.

— Дрова? Топор? Размяться?.. Загадка не по мне.

— Главный герой очень старого итальянского фильма своё томление по женскому телу гасил, рубя поленья дров. Вот и тебе б не помешало… В спортзале космолёта есть тренажеры, штанги. Есть комната для релаксации души. Есть зона отдыха.

— Что дальше? — интересовался Павел.

— Но нет! Зачем нам быть как все?! Ведь мы — особые, крутые. И правила нам не указ… Гламуры и «клубничка» — наша пища! Использовать для собственных утех сложнейшую технику? Это преступление — нарушать должностные инструкции.

— Сейчас я объясню, — Павел пытался остановить словесный поток начальства.

— Инструкция категорически запрещает без служебной необходимости включать экран Хранилища. Об этом знают все на космолёте… Происходи такое на Земле, я мигом вышвырнул бы нарушителя. Но тут приходится терпеть… Пока я ограничусь строгим выговором в ваш адрес, Павел.

— Антон накапал на меня.

— Ознакомьтесь с приказом, Павел. Распишитесь, что получили.

Командир вручил навигатору приказ.

— А что касается Антона… Сокрыть серьёзное преступление члена экипажа. Плюс к этому — пропажа связи… Мы все в ответе здесь за космолет, за жизнь переселенцев.

— Учту, исправлюсь… И всё-таки хочу просить вас об исключении из общих правил, — учтиво произнёс Павел.

— Это ещё, почему?! — возмутился командир.

— Искренне надеюсь, что великодушие и доброта большого сердца проникнутся сочувствием ко мне.

— У меня сердце обычного человека. У меня очень маленькое и чёрствое сердце. Его не растопить дешевой лестью.

— Вы очень добрый человек.

— Ближе к теме.

— Я смотрю кадры про женщин не из праздного любопытства. Я ищу среди них свою единственную и неповторимую.

— Ну, Павел, ты совсем того… Смеёшься надо мной? Я понимаю: нас так мало. Всех вместе — пятеро мужчин. Общенье очень минимально… Ну выберешь её, а дальше?

— Как прилетим мы на Планету, я сразу к ней навстречу побегу.

— Опять я не пойму твой юмор, Павел. Не юмор, а — абсурд. Там на Земле достойных холостячек было море. Соцсети в интернете, десятки сайтов всяческих знакомств. Возможностей не счесть для поиска подруги. А ты — в Тьму-Тара-кань за счастьем киселя хлебать.

— Не получилось на Земле найти.

— Наверняка, капризный человек ты, Павел. Тогда и на Планете ждет тебя провал.

— Надеюсь, что не зря лечу.

— Как складывалась твоя жизнь там на Земле? — неожиданно спросил командир.

— Какая ее часть?

— Конечно, личная. Семья, жена…

— Да, больше кувырком.

— Начало очень интригует.

— Зачем вам это знать, товарищ командир?

— Я командир. Чтоб разуметь мотивы их поступков, учитывать слабые места и в чем, напротив, сила, я должен знать о подчиненных всё.

— Мужчина… женщина… их отношенья… Да, сложно это всё… Вначале шло всё гладко, сладко. Любовь небес, общенье, близость. Ну, думаешь: приплыл, блаженство на века! Затем сплошные недомолвки, споры. Становится всё хуже и мрачней. И вдруг — всё в дребезги, семья распалась. И так уже не раз. Истории как под копирку.

— Как семьянин со стажем, вот что подскажу…

— Я слушаю, товарищ командир.

— Не господствуй над женой. Не будь начальником: ведь ты не на работе.

— Старался угождать, Не помогло.

— Еще подсказка про семью и про единство в доме.

— Что за подсказка?

— Никогда не говори: «ты», «я». Только — «мы». «Мы» — одно целое. «Мы» — вместе. Ошибся я — ошиблись мы. Она ошиблась — мы в пролёте. Я на волне успеха — и она на высоте. Она ликует и поёт — и моё сердце прыгает от счастья. Ну, словом, — только вместе, рядышком во всём. И в мыслях, и в делах.

— Спасибо за совет! Надеюсь, пригодится в жизни, — благодарил Павел.

— А, если каждый за себя, согласия не жди ты дома. Лебедь, рак и щука растянут одеяло на куски.

— Учту я пожеланья ваши…

— Глупые разрушают любовь критикой, гневом и обидами. Умные созидают свой дом улыбкой и прощением.

— Мудрые слова.

— Она должна быть самой замечательной. А сам?.. Сморчок сморчком мужик, а жаждет паву. Запросы, будто принц. А ты спросил её? Хотят тебя?

— Согласен с вами… А кем вы были до полёта? — спросил Павел.

— Прекрасно знаешь, что все командиры корабля это бывшие кадровые офицеры старшего звена ФСБ, или внешней разведки. Понятно почему. Гражданский человек не сможет грамотно, оперативно осуществлять необходимую дисциплину и порядок на корабле. Нужна твердая рука, чтобы не допустить разгильдяйства, нелепой демократии и гнилого либерализма… На космолете везде автоматика и еще раз автоматика. Но всё может погубить человеческий фактор..

— Согласен. Должен быть порядок жесткий.

— Я много лет служил в разведке… Как вычислить враждебных резидентов, как информацию собрать о зашифрованных агентах давно не тайна для меня.

— Как интересно быть в разведке!.. И сколько вражеских шпионов вы сдали в ФСБ России?

— Достаточно, чтоб получать награды и звёзды на погонах изредка менять.

— Раскройте пару случаев успешного разоблачения шпионов, — попросил Павел.

— Рассказчик никудышный из меня.

— Я с нетерпеньем буду ждать историй о погонях.

— Это в шпионских фильмах постоянно стреляют, кого-то успешно ловят, от кого-то прячутся. Пистолеты не главное оружие разведчика. Основные средства нашего успеха это психологический расчет, отличное знание языка страны пребывания. В моем случае это был английский. Разговаривать исключительно только на нем, думать только на английском круглые сутки. Обязательное знание местных обычаев. Органично вжиться в образ человека данной страны. Там твоя жизнь строго регламентирована. Ты всегда под прицелом множества глаз. Соседи, сотрудники офиса… Там у тебя четкая цель до конца твоей службы. Она не дает сбиться с пути. Я — слуга своей страны и точка. И, конечно, огромная помощь от центра.

— Я бы не потянул такую роль.

— Мало кто проходил такие испытания.

— Это каким железным нужно быть!..

— А знаешь. Павел… Что касается твоей единственной и неповторимой… Вдруг ты найдешь её. Ведь тема очень важная; семья — основа всех основ и жизни продолженье. Отсутствует семья — сплошные общежития тогда. А ты — серьёзный человек. Конечно, поищи свою зазнобу. А на Планете мы сыграем свадьбу.

— Спасибо, командир, за пониманье! — радостно воскликнул Павел.

— Чем занимался ты в Хранилище сегодня, считай, что я забыл. Моё неведенье продолжится недолго, недели полторы.

— Огромное спасибо, товарищ командир! Вы очень добрый и хороший человек!

— Павел, у меня есть предложение к тебе, точнее — небольшая просьба, — сменив тон, почти заговорщицки произнес командир.

— Говорите, товарищ командир.

— Я думаю, ты согласишься… Тем более, что это, в сущности, — пустяк, формальность. И в наших общих интересах… А кстати, вот смотри: я аннулирую сегодняшний приказ о строгом выговоре тебе. Я рву бумагу в клочья. На первый раз прощаю.

— Спасибо! Вы добрый человек!

— В команде нашей разные ведь люди. Ну, может кто-то замышляет что… Интриги, всякие подставы.

— Чтоб я докладывал про это?

— На корабле должна быть полная открытость, — строго ответил командир.

— Нас в экипаже космолета всего пять человек. Народ порядочный, надежный. За кем тут наблюдать? К тому же доносить как будто неприлично.

— А безопасность космолета? Сохранность биочипов?.. Об этом не подумал, Павел?!

— Да все мы друг у друга на виду. К тому же Апокалипсис расставил точки. Плохие люди все в огне сгорели, — недоумевал Павел.

— Не путай, Павел. Тайфуны, войны, ураганы, пламень набрали полную силу Апокалипсиса лишь тогда, когда наш космолёт уже оказался между орбитами Марса и Юпитера.

— И продолжались эти катастрофы долго. Когда Юпитер наш остался позади. Я это как-то упустил.

— Известно, человек такое существо, что и себя порой не понимает.

— Мне нравится наш экипаж, — сказал Павел.

— Пока поглубже не копнуть. Тревожит, что команда не сплотилась.

— Ну, вероятно, потому, что мы тут временно собрались. Как только ступим на Планету — все разлетимся кто куда.

— Случайные собрались люди. Психологическая совместимость минимальна. И это очень плохо.

— Да, всё нормально, командир. Три года пролетят как в сказке.

— А что касается хороших человеков, Павел. То вот, что я скажу. Ведь в каждом прячется змея. Её не слышно и не видно долго. Вдруг просыпается гадюка и, ну, давай крушить. Конечно, не она, а человек, которого змея успешно отравила. И все тогда разводят руки: такой прекрасный человек, и вот сорвало крышу.

— Совсем недавно я просматривал журналы корабля. Там и намёка нет на бунты. Всё гладко было, тихо. Сплошная благодать, — сказал Павел. — Привычка бывшего чекиста. Она вас заставляет плохо спать.

— А твой поступок как назвать?.. Ошибка глупого ребёнка?

— Да я же объяснял причину… Отбросим нас двоих, так остаются только трое. Сергей навигатор. Антон ответственный за связь. И распрекрасный дядя комендант… Какие могут быть интриги между нами?!..

— Ну, хорошо, открою тайну… Все командиры экипажей ведут особый спец журнал. В журнале том — отчёты о разных происшествиях за все года с начала старта. Так вот там есть прелюбопытный материал.

— И что там, интересно?

— В обоих случаях речь идёт о навигаторах.

— И что сделали эти навигаторы?

— Это произошло на стыке двух недавних вахт. Каждый навигатор был уличён в преступных намерениях. Нам повезло, что эти навигаторы не успели осуществить свои зловещие замыслы…

— А что они хотели?

— Вернуть корабль на Землю.

— Очень странное желание, — удивился Павел.

— Тоска по Родине. На том стояли твёрдо. Хотя — большой вопрос.

— И кто пресёк коварный план злодеев?.. Конечно, бдительные командиры космолёта, — поспешил сам же и ответить Павел.

— Ты угадал. А почему раскрыли заговор?.. Не только потому, что бывшие чекисты. Офицеры вели себя очень ответственно и достойно. И свои ушки держали на макушке… Видите ли, этих навигаторов ностальгия одолела. Вершить судьбу переселенцев! Решать за всех единолично! Это как?!.. Вот тебе — тишь и благодать…

— Возмутительно!.. Летишь, стремишься к цели. И вдруг всё перечёркнуто каким-то сумасшедшим!

— Факт сговора этих навигаторов был зафиксирован при смене экипажей корабля. Не буду ворошить деталей дела. Это был критический момент для космолёта. Коту под хвост труд многих экипажей.

— Остаться у разбитого корыта после всех усилий! — возмущался Павел.

— Забыл ты что ли?! В России уже с 19 века существовала пятая колонна всяких террористов, народовольцев, революционеров. Потом это движение переродилось в большевиков, либералов. Осколки их проникли на корабль.

— Опасные люди. С ними всегда нужно быть начеку.

— Я не сказал о главном. На днях наш космолёт попал в газо-пылевое облако от взрыва ближайшей звезды. Я полностью не утверждаю это. Но у меня такое ощущение, что в это газопылевое облако нас привёл навигатор Сергей. Всё с той же целью, что и у тех двоих: развернуть корабль к Земле. Ведь не было этого облака. И вдруг откуда-то появилось. Хотя совсем недавно горели тысячи звёзд вокруг.

— Не верится, что наш Серёга мог так поступить!

— Я тоже не хочу в такое верить. Гипотеза пока как предположение. А нужно доказать и подтвердить. И ты поможешь в этом.

— Помочь готов… Надеюсь, навигатор не причина. Излучение жестких гамма-лучей могло нарушить связь.

— Я подпишу приказ о вынесении строгого выговора за незаконный просмотр нерабочего материала в помещении Хранилища.

— Как на качелях, командир. То — «да», то — «нет»; и вновь — опять обратно. Мы вроде бы проехали эту тему. Приказ вы разорвали сами, — недовольно произнёс Павел.

— Меняется ситуация — меняются подходы к её решению. Не вешай носа, Павел! А копию приказа раздай всем членам экипажа. Пусть знают все, что ты у нас наказан.

— Иезуитство, право, — бормотал Павел.

— Цель теперь совсем иная. Сбить с толку навигатора Сергея. Этот приказ подтвердит, что ты у нас в опале. Мы сеть сплетём с тобой! Хорошую такую металлическую сеть…

— Да он отличнейший мужик! К тому же верит в Бога.

— Порой, и люди Бога сбиваются с пути.

— Чтобы сказать потом: «вот бес попутал»? — сказал Павел.

— Вот именно — свалить на беса всё. А сам он — где-то сбоку. Всё также с ангелом на дружеской ноге.

— Но если нет доверия к Сергею, вопрос решается довольно просто. Вернуть в Хранилище человека и восстановить замену. Вызвать из Хранилища другого навигатора. А дело прекратить. Всё очень просто.

— Просто, да не очень.

— Но почему?

— Прямых доказательств пока что нет.

— А как появятся, то будет поздно. А тут: подписано и с плеч долой. Зачем концовки ждать печальной?

— Мы ангелочку крылышки сожжём, чтоб перестал порхать… Но нет! Пока умолкнем. Восторги раньше финиша опасны. Пока что только старт объявим, — возбуждённо говорил командир.

— Вам нравится процесс погони за врагом?

— Возможно. Порой люблю тряхнуть я по старинке. Наверно раб привычек я.

— Мне кажется, привычки иногда вредны.

— Я чувствую себя опять в седле!.. Ловить мы будем этого Серёгу! Рыть под него ходы. Мы не дадим ему нас околпачить, — глаза командира возбуждённо горели.

— Загадками вы кормите меня, — возмущался Павел. То выговор, а то — союзник я.

— Еще раз повторю. Я выговор тебе затем даю, чтоб вся команда знала, что командиру ты — не друг, и ты у нас в опале. Всё это сочиненье для Сергея. Он точно будет знать, что ты наказан, не любимчик. А значит — ты не за меня. Тем проще ты войдешь к нему в доверье. Вполне возможно, он предложит принять участие в коварной авантюре… Я выговор даю тебе для дела. Чтоб облегчить твою задачу. Чтоб принял он тебя в свои друзья. Чтоб сам тебе доложил о своей затее… Веди себя учтиво, но, порой, и строго, чтобы от него инициатива шла. Чтоб навязался сам в товарищи, в друзья… Я думаю, всё понял, Павел. Должны мы вместе победить!

— Ну, после нашего общенья я буду и себя подозревать, — произнёс Павел.

— Так это хорошо! Я своего добился… Расслабимся мы только на Планете… А факт измены был!.. Ты положил начало.

— Еще раз извините.

— Ты изумишься, Павел, сильно, Но то прелюдия была. Как бы просмотр черновика. Теперь о главном приготовься слышать. История на час и два. Для этого пройдём в мой кабинет; надёжней там вести беседу тет-а-тет, чтобы никто нас не подслушал.


хххххххххх

Сц. 3


— Располагайся, Павел, поудобней в кресле. Мой кабинет — гарантия от разглашенья тайн…… Никто не должен нас услышать. Вот эти тайны, что раскрою я, хранятся не в бумагах сейфа, не в электронных файлах. Будущие командиры экипажей, получили эту информацию в устном инструктаже буквально за несколько часов до старта с матушки Земли уже на космодроме. Настолько эти сведения секретны.

Командир встал из-за конторского стола и прошелся по комнате. Обвёл всю её глазами, словно бы в поисках скрытой камеры или жучка. Видно было, что ему не доставляло удовольствия делиться той информацией, которую он собирался выложить Павлу. Но сложные обстоятельства вынуждали командира вынести часть сверхсекретной тайны на белый свет.

— Наверно слышал, Павел, что наш корабль преследует «акула»?

— Откуда в космосе акула? Не в океане мы..

— Не слышал… Это хорошо… Рабочее название ракеты, которая должна настигнуть нас и уничтожить. Вот это есть та самая «акула»… Но точно мы не знаем: запущена она, или остался тот проект лишь только на бумаге?

— Кто должен запустить ракету? Кому мешаем мы? Кому дорогу перешли? — взволнованно спрашивал Павел.

— Об этом — позже. Сейчас нам точно нужно знать: запущена ракета зверь, которая «акулою» зовётся? И где она? Или осталась греться на Земле? Когда мы покидали Землю, о ней ходили только слухи… И вдруг пропала связь на корабле. А может быть к тому причастна эта самая «акула».

— Связь исчезла из-за газопылевого облака, в которое мы попали.

— А я больше склоняюсь к мысли, что связь утрачена именно из-за этой ракеты.

— Каким образом? — спросил Павел.

— Ракета послала серию мощных лазерных радиоимпульсов, которые и парализовали радиолокационную систему нашего корабля вместе с электроникой связи.

— Такое вполне допустимо.

— И возможно им удалось так ловко парализовать нашу электронную защиту, что мы уже не видя, думаем, что видим. Видим те картины, которые подсовывает чужая система навигации и радиолокации.

— Командир, к чему эти панические фантазии?!.. Ведь вы не комендант, который всюду сыпет анекдоты, и каламбурами играет на ходу.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 320
печатная A5
от 579