электронная
180
печатная A4
732
6+
Легенда о настоящей силе

Бесплатный фрагмент - Легенда о настоящей силе

Объем:
158 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-0050-4663-5
электронная
от 180
печатная A4
от 732

Глава 1. Знакомство с Волшебным Лесом

Эта история произошла в удивительном месте — прекрасном цветущем Волшебном Лесу с необыкновенно красивой природой и необычными жителями — зверями, одарёнными сверхъестественными для животных способностями. Они ходили на задних лапах, говорили, мыслили, рассуждали и общались между собой. Лес находился очень далеко, в укромном уголке, о котором не знал никто из людей.

В самом сердце этого заповедника стоял огромный, извилистый старый дуб, ему было больше тысячи лет. Именно от него здесь зародилась жизнь, и появились первые обитатели. У самого основания дуба, в сплетении мощных корневищ пугающе чернело круглое дупло. Это была дверь между мирами, нашим и сказочным…

Среди жителей Волшебного Леса ходила легенда, что когда-то, очень-очень давно, один маленький бурый медвежонок из Другого Мира отстал от мамы и забрёл в густую непроходимую чащу. На его беду началась гроза. Вымокнув и замёрзнув, малыш случайно наткнулся на большое, крепкое дерево, в углубление которого виднелось спасительное от дождя убежище. Вот так, сам того не ведая, он нашёл дорогу в таинственный лес.

Оказавшись в дупле, медвежонок словно провалился в какую-то бездонную яму. Он то падал вниз, то его подбрасывало и крутило как на карусели, вокруг мелькали яркие, огненные вспышки. Когда всё затихло, он смог выбраться наружу и оказался в солнечном, красивом заповеднике. Его интеллект вырос до человеческого уровня, тело стало гибким, послушным, и удивлённый маленький медвежонок уверенно зашагал на задних лапах, исследуя новое пространство.

Мама-медведица долго искала детёныша. По его следам и запаху она добралась до магического дерева и тоже залезла в темноту дупла, надеясь найти там своего малыша. Так и она перенеслась в сказочный мир, а потом папа медведь и несколько их детишек. Поэтому считается, что первыми жителями этого прекрасного места были именно медведи. Здесь их особенно уважали и даже изобразили на лесном гербе. Старый дуб до сих пор стоит на своём месте, огороженный небольшим красивым забором. Рядом несут караул служащие в полиции звери, охраняя проход в дупле.

Постепенно жизнь Волшебного Леса приобрела черты государства: появлялись законы и порядки. Был и свой суд, где решали споры и ссоры, а также определяли наказание провинившимся. Самым страшным преступлением считалась охота. Если кого-то из хищников уличали в этом, его немедленно изгоняли в Другой Мир. Делалось это публично, чтобы другие жители видели, как поступают с нарушителями и боялись даже думать о своих низменных охотничьих инстинктах.

Связанного убийцу тащили к старому дубу, который моментально проглатывал его и переносил за пределы чудесного заповедника. Провинившийся тут же становился диким животным, теряя все свои сверхъестественные способности навсегда. Таким образом, полиция избавлялась от тех, кто не хотел следовать закону. Главный девиз Волшебного Леса гласил: «Мир и свобода для всех! Никакой охоты, никакого кровопролития!».

Чтобы помочь уравновесить права всех зверей, один очень умный учёный барсук придумал новые гибридные продукты. Они обладали вкусом мяса, были так же питательны и полезны, но выращивались на грядках. Так появились биф-капуста, стейк-томат, беконный кабачок и многие другие мясо-овощи, которые помогли хищникам получать необходимую еду, не нарушая при этом правил и не убивая невинных зверьков. Теперь все были довольны! В Волшебном Лесу установилось спокойное и дружное сосуществование травоядных и хищных соседей.

Это удивительное место стало пристанищем для тех, кто хотел вести счастливую жизнь, где правит любовь, добро и справедливость. Здесь всегда царило лето — это был один из подарков чудесного леса. В густой чаще росли могучие крепкие сосны и ели, устремив свои макушки высоко в небо. В полях и рощах, в окружении красивых цветов, царствовали мощные дубы, стройные берёзки, приветливые осины, извилистые серебристые ивы. Встречались прозрачные и гладкие, словно зеркала, озёра и глубокие чёрные пруды, обрамлённые камышами и большими жёлтыми кувшинками. Были тут и виды деревьев, растений и цветов, которых в нашем мире не существует, это придавало Волшебному Лесу ещё больше загадочности и красоты. Во всём этом великолепии хотелось наслаждаться гармонией, жить и радоваться.

Глава 2. Семья медведей

Ну, а теперь я расскажу вам о наших главных героях — это семья медведей, которая жила рядом с красивой берёзовой рощей в добротной и уютной берлоге.

Главой семьи был крупный бурый медведь Агафон-силач. В детстве он наткнулся на острую корягу и ободрал себе морду, остались шрамы, и вид от этого выходил ещё более угрожающий и хмурый.

А вот медведица, Марфа-кудесница, наоборот, обладала приветливой улыбкой и лёгкой грациозной статью. Её шёрстка от природы была бурая, но Марфа подкрашивалась соком луковой шелухи, благодаря чему шубка получалась золотисто-рыжего оттенка. Да, не удивляйтесь, звери в Волшебном Лесу хотели быть красивыми и придумывали разные способы себя преобразить. Вот и Марфа-кудесница следила за собой, стараясь быть женственной и ухоженной. У неё были удивительные глаза цвета спелой черники, и золотистая шёрстка как нельзя лучше их подчёркивала.

У Марфы и Агафона рос сынок Таптыжка. Добрый, весёлый медвежонок, которого обожали родители и друзья семьи. Марфа-кудесница души не чаяла в сыне! Всё свободное время она проводила с ним, занималась воспитанием своего малыша и хлопотала по дому. Это была её работа.

В их берлоге каждый день было чисто выметено и вкусно пахло выпечкой и свежим наваристым супом. Марфа была замечательной хозяйкой! Соседи и друзья нахваливали её стряпню, частенько забегая пообщаться и перекусить. Она сажала гостей за большой, круглый, деревянный стол, устланный безукоризненно-белой скатертью, и подавала всё самое вкусное, что имелось в доме.

А вкусного всегда было очень много: к чаю всевозможные варенья, обязательно пирог с ягодами, ещё горячий и очень ароматный и, конечно же, сладкий душистый мёд, бочонок которого доставали из кладовки. Если гость заходил в обеденное время, то Марфа-кудесница выставляла вкуснейшие щи с грибами и капустой, сдобренные ложкой густой сметаны. На второе часто были котлетки из мясной тыквы, чудно пахнущие и тающие во рту. Никто не уходил голодным, это было просто невозможно, ведь Марфа от души накладывала огромные, сытные порции. За радушие и хлебосольство все соседи любили и уважали медведицу.

По утрам Марфа ходила на рынок, выбирая самые свежие продукты для Таптыжки, баловала его вкусненьким, придумывая новые рецепты.

Агафон-силач приходил поздно. Уставший и раздражённый, он не обращал внимания на чистоту и порядок в доме, не ценил аппетитный ужин, заботливо подогретый к его возвращению. Случалось, он придирался по пустякам, ворчал, что пирог с биф-капустой пересоленный или, наоборот, слишком пресный. Ему было так сложно угодить!

Агафон разговаривал густым баритоном, лишних ласковых слов жене не дарил, скупясь на нежности и прочие сентиментальности. Иногда он мог пошутить, но юмор его выходил колючим и не всегда уместным. Часто он уходил по своим мужским медвежьим делам, оставляя семью. Но Марфа любила мужа и думала, что так и должно быть, ведь у них рос Таптыжка — её радость, её счастье.

Самой верной подругой Марфы-кудесницы была зайчиха Василиса-краса, маленькая, белошубая, с выразительными черными глазками-бусинами. Совсем не похожие внешне, они одинаково смотрели на мир, обе имели доброе сердце и покладистый нрав. Дружба их завелась ещё с раннего детства и тем дороже стала.

По воле судьбы Василисин сынишка, зайчонок Мирон, родился в тот же год и месяц, что и Таптыжка. Когда малыши подросли, они стали вместе баловаться на лесной лужайке, собирать сладкую малину с куста и придумывать разные весёлые мальчишеские игры. Василиса частенько навещала медведицу. Ей нравилось посидеть на её уютной, светлой кухне и, пока их ребята играют, выпить чашечку ароматного чая с мятой и мелиссой, отведать земляничного пирога или шоколадных пряничков с орешками. Подруги, как обычные женщины, говорили о детях, о новых рецептах, о моде, иногда немножко сплетничали — куда ж без этого! — весело смеялись и шутили. Им было интересно и радостно проводить время в компании друг друга.

Глава 3. Таптыжка

Агафон-силач, как и полагается добытчику-мужчине, ходил на работу и получал каждый месяц зарплату в шестьдесят пять золотых шишечек — такая была денежная единица в Волшебном Лесу. Уже много лет он занимал должность дежурного полицейского, ему нравилось красоваться в чистой нарядной форме и следить за порядком. Особенно важно он смотрелся в сине-зелёной фуражке. Таптыжка обожал примерять папин рабочий головной убор. Он тоже делал важный вид, подходил к маме и серьёзным, тонким голоском спрашивал:

— Мамочка, скорее посмотри, я ведь похож на полицейского? Когда я вырасту, буду, как папа, сильным и смелым, и мне тоже выдадут такую фуражку!

Марфа с умилением смотрела на сына и ласково отвечала:

— Конечно, похож! Ты обязательно вырастишь отважным богатырём! А ещё добрым и честным, чтобы защищать своих друзей. Ведь сила, прежде всего, в нашем сердце и в добрых поступках.

Марфа-кудесница любила сына и всей душой хотела, чтобы из него получился добропорядочный житель Волшебного леса. Она занималась с ним, читала сказки, объясняла вещи, которые он сам пока не понимал. Они лепили из пчелиного воска разные интересные фигурки, рисовали ягодными красками.

Агафон-силач, напротив, пытался взращивать в Таптыжке крепость характера. Он хотел, чтобы сын стал мужиком, а не «тряпкой», и все эти лютики-цветочки, обнимашки и нюни-разводяшки считал глупостями. Во время их совместных игр он учил Таптыжку борьбе, заставлял давать сдачи, да бить посильнее. Если медвежонок падал или ушибался и от обиды и боли начинал плакать, отец вытирал ему одной лапой сопли, а другой хлопал по спине, повторяя:

— Не реви! Ты медведь или мышь!? Терпи, мужики не ревут!

Если с Таптыжкой случалась беда, он прибегал к маме, обнимал её, уткнувшись в пушистое рыжее плечо, получал поцелуй и кусочек сладкого сахара в утешенье. Когда папа был рядом, Таптыжка себе этого не позволял. Он с трудом сдерживал слёзы, тихо шмыгал носом и уговаривал себя быть стойким, потому что очень боялся потерять любовь и уважение отца, боялся разочаровать его.

Таптыжка очень любил своих родителей, но с мамой ему было проще. С ней он был настоящий: весёлый, открытый, жизнерадостный, иногда немножко капризный, иногда чуть-чуть бука. А чаще всего — просто ласковый маленький плюшевый мишутка, которому хотелось нежности и заботы. Ведь он был ещё малышом и, если перевести на наш человеческий возраст, ему выходило не больше пяти лет.

Медвежонок чувствовал трепетное отношение матери. Она жалела и поддерживала его, когда ему была нужна помощь, играла с ним и бесконечно слушала, если Таптыжке надо было что-то рассказать или поделиться новым открытием.

С отцом было иначе. Он казался таким суровым и терпеть не мог слабаков! Иногда из-за этого Таптыжке приходилось притворяться, чтобы угодить ему. И медвежонок покорно шёл на спортивную поляну, боролся там с другими зверятами, бил, да посильнее, и давал сдачи. Хотя гораздо веселей и интересней ему было играть в догонялки с зайчонком Мирошей, запускать высоко в небо воздушного змея и по-детски дурачиться, валяясь на мягкой зелёной лужайке. Но папа всё время подшучивал над его другом, называл малахольным и прибавлял:

— Да и вообще, не гоже медведю с трусливым зайцем водиться. Это всё мать твоя, привадила заячью семейку, спасу теперь от них нет. Вот лучше бы с волчонком каким дружбу завёл, польза бы была для воспитания характера.

Таптыжка наивно возражал:

— Пап, да ведь Мирон совсем не такой! А знаешь, как быстро и ловко он бегает, когда мы в догонялки играем! Мне его, бывает, не поймать!

Агафон подшучивал:

— Ну, вот только и умеет твой трусоватый дружок быстро бегать, а если схватить его за горло, то одно мокрое место останется. Был заяц и нет зайца!

Тут он начинал громко хохотать, считая свою шутку очень забавной, и прибавлял:

— А ты у меня медведь и должен не убегать, а нападать и защищаться.

Таптыжка удивлялся:

— Пап, так на кого нападать, меня ведь никто не обижает?

— Ладно, — махнул лапой отец, — балуйтесь пока, а подрастёшь, нечего тебе с зайцем водиться. Всё. Я так решил.

Глава 4. Агафон-силач и его увлечения

Агафон-силач часто уходил из дома, ссылаясь на свои мужские медвежьи дела.

— Куда ты так поздно, Агафонушка? — тревожилась Марфа-кудесница.

— Надо. Скоро буду, ложитесь спать, не ждите меня, — сухо отвечал ей муж.

Марфа знала, что Агафон увлекается борьбой и посещает большую спортивную поляну, где собирались мужчины, поэтому она никогда не задавала лишних вопросов. Это был настоящий физкультурный зал под открытом небом, сюда приходили звери со всего леса. Каждый занимался, как хотел. Медведи чаще всего поднимали тяжёлые бревна и забирались, кто быстрее, на высокие крепкие сосны. Так они тренировали свои лапы и становились сильнее. Волкам нравились борьба и бег, бобрам — боксировать привязанные к деревьям пуховые подушки, лисам — крутиться на брусьях и бегать на скорость. Однажды пришёл хвастливый заяц и пытался упражняться наравне с волком. Но потом не выдержал и свалился, получив растяжение обеих задних лап. И смех, и грех с этим зайцем!

Раз в год на поляне проходили спортивные турниры. Крепкие и выносливые звери со всех уголков заповедника заранее записывались на участие. Было несколько номинации: «Самый ловкий», «Самый быстрый» и «Самый сильный». Победитель получал сто золотых шишечек в награду — немалые деньги по меркам Волшебного Леса. А главное, целый год счастливчик носил почётное звание и блестящую именную медаль.

Агафон мечтал стать первым. Ещё бы, ведь он — мужик, ведь он — медведь! Он хотел славы, хотел всеобщего признания. Но ни разу не смог победить. Только однажды получил второе место и вместе с тем разочарование, ведь мечта была совсем близко, а он её так и не осуществил.

Помимо спортивной поляны Агафон-силач частенько ходил в баню, это было ещё одно из его мужских медвежьих дел. Возле красивого лесного озера бобры соорудили двухэтажный банный комплекс, звери приходили сюда мыться, бодриться, да и просто общаться. Кто-то после парилки нырял в прохладный водоём, кого-то тянуло за дубовый стол к кружке сладкой дурманной медовухи. Агафон-силач не употреблял расслабляющих напитков, считая это всё уделом дураков. После душной и жаркой парной он мигом прыгал в озеро и наслаждался сменой температур. Лягушки квакали и восхищались его смелостью и мощными лапами. Агафон был рад. Хоть лягушки оценили его — не то, что все остальные слабаки и тупицы.

Иногда Агафон-силач возвращался со своих мужских медвежьих дел очень поздно, когда густая ночь уже во всю охватывала Волшебный Лес. Взъерошенный и возбуждённый, он вваливался в берлогу и спешно ложился спать, не притронувшись к ждавшему на столе ужину. Его маленькие глазки горели огнём, и сам Агафон в такие моменты выглядел как настоящий дикий зверь. Иногда рубаха была подрана или испачкана следами свежей крови. Это ещё больше настораживало и пугало Марфу, она взволнованно смотрела на мужа, не узнавая его.

— Где ты так долго пропадал?! Что-нибудь случилось? Почему на тебе кровь? Ты поранился? — сквозь слёзы спрашивала она.

— Все в порядке. У-у-у-устал о-очень. Задер-р-р-ржали меня мужики-медведи, долго тр-р-р-ренир-р-р-ровались на поляне. В темноте наткнулся на колючую ветку и р-р-р-р-расцарапал себя, — отговаривался он рычащим басом.

Марфа-кудесница привыкла доверять Агафону, но в такие моменты в её сердце закрадывались подозрения, что он говорит ей неправду. Медведица не устраивала скандалов и истерик, но постепенно отдалялась от мужа. Разочаровываясь в своём супружестве, она погружалась в материнство и домашние хлопоты, ища счастье в Таптыжке. Марфа развивала своё кулинарное мастерство, общалась с друзьями и всё реже проводила время с Агафоном, ведь он постоянно был занят работой или своими очень важными медвежьими делами.

Глава 5. Законы Волшебного Леса

Волшебный Лес продолжал развиваться и всё более походил на государство. Сложные вопросы разрешал суд с присяжными заседателями и верховным судьёй. Судью выбирал лесной народ. Право голоса имели все, даже полевая мышь и воробей. Кандидаты предлагались из самых умных, честных и беспристрастных зверей и птиц, которые защищали интересы каждого жителя и могли бы поддержать мир и порядок. Два раза подряд на эту почётную и важную должность утверждали старого ворона Вольдемара-мудреца. Он был мудрым и справедливым, и благодаря своему немолодому возрасту многое повидал.

Говорили, что его прапрадед жил ещё в те времена, когда Волшебный Лес только начал обустраиваться и походил скорее на общину. Звери пытались найти компромисс в отношениях друг с другом. Попадались хищники, которые не хотели оставлять дурные инстинкты, они жаждали охоты, крови и настоящего мяса. На счастье, их было не так много, всё-таки чудесный заповедник преображал животных не только физически, но и духовно. С тех пор было введено строгое табу на охоту.

Среди старого поколения ходила легенда, которая передавалась детям и внукам. Она гласила, что Волшебный Лес даёт возможность зверям обрести истинное счастье. Здесь не будет гонки за выживание и жестоких, кровавых законов, как в Другом Мире, где сильный уничтожает слабого, поэтому хищники должны навсегда отказаться от своих охотничьих инстинктов, научиться любить и принимать своих травоядных собратьев. Если равновесие нарушится и начнутся бесконечные кровопролития, то природа умрёт. Легенда гласила, что существует Дух Волшебного Леса — невидимая сила, которая бережёт это место, его гармонию и покой. Он добрый и светлый, но, несмотря на это, будет беспощадно наказывать своих обитателей, если они осмелятся ломать справедливый порядок. С каждым убитым зайцем и растерзанным мышонком магия начнёт угасать, заповедник погрузится в кромешную тьму, вечное лето сменится на суровую холодную зиму, природа увянет и погибнет.

И действительно, лесной народ замечал, что каждый раз, когда происходило убийство или попытка нападения, природа отвечала бурными катаклизмами. То вдруг начиналась сильнейшая гроза, после которой все огороды были затоплены и урожай оказывался погубленным. То поднимался невиданной силы ветер, срывающий крыши домов. Или вдруг среди бела дня солнце резко пряталось за чёрные тучи, и становилось очень темно и страшно.

Надо сказать, что в большинстве своём жители заповедника были радушными и доброжелательными. Они уважали друг друга, помогали друзьям и соседям, создавали крепкие семьи и жили счастливо, радуясь каждому дню. Но иногда встречались жестокие и лживые обитатели, воры и охотники-убийцы. Обычно полиция разоблачала преступников, наказывала, навсегда изгоняла в Другой Мир, и на какое-то время снова у всех на душе становилось спокойно и радостно.

Хотя преступления случались крайне редко, но всё же они происходили. Полиция так и не смогла поймать виновников трёх жестоких нападений. Служить закону и порядку чаще всего шли сильные звери — медведи и волки, которые могли легко справиться с дебоширами в случае хулиганства, драки или других нарушений. В ночные смены, под покровом глубокой темноты, им помогали совы и филины.

Был случай, когда один храбрый мышонок пришёл устраиваться на работу в полицейский участок. Его, конечно, подняли на смех! Но он оказался такой настырный и требовательный, что ему решили дать шанс. Мышонок поначалу только путался под ногами и всех раздражал, но потом ему удалось выйти на след одного хищника, который замышлял кровавый разбой. Мышонок был маленький, но при этом очень ловкий, благодаря чему смог незаметно и быстро преследовать преступника. Убедившись в его страшных намерениях, юркий зверёк тут же передал информацию дежурным полицейским медведям, и они сразу осуществили захват опасного бандита.

С тех пор в полицию иногда стали устраиваться мелкие, но шустрые животные, такие как полевые и летучие мыши, белки и даже воробьи. Они имели отважный нрав, мастерски делали свою работу и помогали разоблачить нарушителей.

Глава 6. Лесное хозяйство

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A4
от 732