электронная
216
печатная A5
502
16+
Легенда

Бесплатный фрагмент - Легенда

Средь сонма звёзд


5
Объем:
316 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4483-7567-5
электронная
от 216
печатная A5
от 502

Пролог

Кружась в безумном танце, сорванный лист авинии вспыхнул в бронзовом свете заката, рвущемся тонкими иглами сквозь густые кроны. Шурша опавшей листвой, косолапый рыжий нар подобрал пожухлый орешек и принюхался, водя острой мордочкой. Раскисшие небеса хныкали дождём, с океана тянуло сыростью. Чихнув, нар недовольно фыркнул, поскрёбся когтистой лапкой и скрылся в норе, под старым замшелым деревом.

Приближался халаш — сезон дождей и ледяных ветров. Яркие краски выцвели, невзрачный лес затих в болезненной тоске. С последними лучами угас короткий день. Сине-зелёный туман полз клубящейся волной по безмятежной ртути озера. Ночь заботливо укрыла планету чёрной шалью, расшитой серебром звёзд.

Блеск разноцветных самородков заиграл в больших голубых глазах мальчишки, что застыв в восторге, смотрел на темнеющие небеса. Ажурные крылья грёз несли к мирам, манящим неразгаданными тайнами и красотами. Угрюмо хохотнув, в темноте протяжно завыл ночной охотник тархон, и пугающая тень мелькнула средь ветвей. Пошелестев листвой, холодный ветер всполошил костёр. Синеватое пламя заворчало, бросив в небо горсть мерцающих искр. Мальчонка осмотрел сидящих рядом людей, зябко поёжился и подался ближе к костру, обхватив руками колени. Всполохи огня осветили полное, немного грустное лицо и рыжие, вьющиеся волосы.

Сидящий в сторонке мужчина, с грязным серым лицом, устало вздохнул и достал кисет. Ловко перебирая пальцами, набил трубку — закурил. Пустил с блаженством кольца сизого дыма, подбросил пару деревяшек в костёр. Нервно поёрзал, тайком взглянул на незнакомца и тихо спросил:

— Должно быть, ты многое повидал Странник, в каких мирах довелось тебе побывать?

Незнакомец молча поднял голову и лёгким жестом снял капюшон. Люди ахнули, увидев яркий огненный блеск, вспыхнувший глазах. Слабея, пламя затихло и угасло вовсе. Осталось лишь тёплое бирюзовое сияние, мерцающее в бездонной глубине, да слабые отблески костра.

— Так ты, — дрогнувшим голосом выдавил другой, похожий тучной маленькой фигурой на бочонок с копной растрёпанных волос. — Один из НИХ?!

Улыбнувшись, Странник кивнул.

— Да, один из тех, кто может смотреть на вечность, не отводя глаз. Я видел сотни миров, расцвет и бесславную гибель многих цивилизаций. Подобно вспышкам метеоров, они рождались и исчезали. Снова и снова…

— Что же привело тебя сюда?

— Нас привёл зов и, его вопросы, — после короткой паузы ответил он, указав посохом на подростка.

Вздрогнув, мальчишка испуганно шарахнулся, и голубые заспанные глаза наполнил ужас.

— Не бойся, — спокойно произнёс незнакомец, — нет ничего предосудительного в стремлении к знаниям. Твои поиски позволили наконец отыскать тебя. Я расскажу историю, и возможно в ней ты найдёшь ответы. В прошлом быль, а ныне укрытая пылью времён скорее легенда, — тихонько чему-то усмехнулся, вспоминая былое. — Когда-нибудь в твоём пересказе легенда станет сказкой. В далёкие времена эта планета носила другое название — Царнея. Планета, населённая существами не такими как вы. Существами, живущими в сумраке и незнающие света…

— Разве возможно такое? — искренне удивился мальчишка, забыв про усталость и сон.

Серолицый курильщик кашлянул и как болванчик закачал всклоченной головой, укрытой клубами сизого дыма.

— Терпение мой друг, терпение, — продолжил Странник. — Каждому ответу — своё время. Слушай, историю родов небесных…

Вечность — невообразимо бесконечное пространство. Истинный, величественный размах не постичь и не уместить в сознании. Бесчисленное количество галактик, звёздных систем и планет. Пространство, пронизанное жизнью до самых глубин!

Прислушайся к дыханию света, идущего из самого сердца. Эхо слышно в каждом космическом объекте, будь то планета или живое существо. Оно звучит и в тебе, нужно лишь научиться слушать. А это — гул разумной жизни, населяющей многие и многие миры. Миры, пугающие смертоносностью, и всё же манящие красотой и великолепием. Всюду свет и в нём мельчайшая песчинка несёт семена жизни!

Но в симфонии света и ныне слышен плач боли и страданий. Сотни миров затерялись в сумраке безумия, или угасли, покрытые пеплом. Уничтоженные огнём войны, многие исчезли навсегда. Города стали руинами, мрак поглотил прах павших, и только стоны душ слышны в пустоте средь воющего ветра.

Случилось так, что языки адского пламени достигли самых отдалённых уголков вечности. Галактика Туманной реки, находящаяся близ рубежа света и сумрака, стала новым полем битвы. В лето восемьдесят тысяч четырнадцатое на Деи вспыхнула война. Затихая и разгораясь вновь, она длилась столетия, прежде чем настал недолгий, хрупкий мир.

Казалось, с враждой покончено, но однажды война меж тремя народами запылала с новой, невиданной яростью. Это встревожило многие миры, и ещё больше жителей Ореи — планеты, соседствующей с Деей. Совет не мог открыто вмешаться в войну родственных племён, заняв чью-то сторону. Стараясь уберечь мир от гибели, он посылал Наставников, но для перемен требовалось время, ибо родовая память впитала горький яд ненависти.

Искоренение агрессии и зла, ставших частью плоти и крови, требовало долгих лет и постоянного контроля. Именно тогда было принято решение обосновать поблизости колонию. Рассматривалось несколько вариантов, но выбор пал на планету названную — Земля. В те далёкие времена её населяли дикие, первобытные существа — плод долгой эволюции приматов. Косматые гиганты селились небольшими группами и ближе к экваториальной части планеты. В целях безопасности и соблюдая закон невмешательства, колонии строили у полюсов.

Первая колония, что впоследствии выросла в большое поселение, появилась на метрике близ северного полюса. Поселенцы с различных миров называли материк — Даарией. То была красивая, цветущая земля окружённая океаном. В людской памяти, она появляется под разными именами, как сказка. Это понятно, учитывая прошедшие века и события. Но именно здесь, на окраине города, жила семья…

Часть первая

Миг вечности

Глава 1

Дар богов

Зыбкая тень пронеслась по колышущемуся морю заливного луга, усыпанного мелкими гроздьями жёлтых цветов. Метнувшись в синеву небес, сокол с криком поднялся над долиной, залитой тёплым светом стоящего в зените солнца. С заоблачной высоты, где безмятежно брели потрёпанные хлопья облаков, виднелась лента извилистой реки, разделяющая долину на две ровные части. В радужных бликах, воде кивали растущие по берегам ивы. Берёзовые рощи шептались с дряхлеющими дубами, обсуждая игравших меж замшелых валунов лисят. За чередой зелёных холмов возвышались высокие горы, обступившие долину с нескольких сторон. Пологие склоны заросли буйной растительностью, а на вершинах темнели шапки лесов. За ними до самого горизонта простирался бескрайний океан, бьющий волнами по гранитным утёсам.

Слева за перелеском раскинулся город. В большинстве двух — трёхэтажные дома с широкими террасами и маленькими балкончиками. По резным карнизам тянулись вьющиеся растения, усыпанные ярко-оранжевыми бутонами. У порога и вдоль дорожек, крупные вазы с пёстрыми цветами. Изогнутые синие крыши плавно перетекали в овальные транспортные площадки. Круглые пятна газонов сменяла голубизна прудов. Белые арки диковинных строений, сливались с висячими мостами через многочисленные каналы. Бесшовным ковром, сквозь который виднелась зелёная трава, плотный материал покрывал петляющие улицы. Местами расширяясь, становился небольшими площадями, а сужаясь, поднимался красивыми мостами.

На улицах неторопливой симфонией текла повседневная жизнь. Молодая женщина в красочной одежде мечтательно остановилась. Вдохнув витающий аромат свежего хлеба и сладкий запах цветов, прикрыла глаза, слушая пение птиц. Неподалёку, в радужных брызгах фонтана, с громкими криками резвилась детвора. Пробившись сквозь листву, солнечный луч коснулся русых волос.

— Подожди немного, Сати — сказала подруга, не сводя глаз с лавки, откуда шёл чарующий аромат. — Зайду, возьму пару булочек, уж больно манящий аромат.

Согласно кивнув, Сати с улыбкой проводила плывущий над дорогой транспорт и помахала рукой. Скрывшись за поворотом, машина двинула к окраине, где на широкой площади, окаймлённой рядами скамеек и зелени, величественно возвышалась малахитовая пирамида. Острая вершина терялась в нежно розовом сиянии, поднимающимся тонким лучом в небо. С едва уловимым звуком вальяжно проплыл летательный аппарат, и стремительно разогнавшись, исчез за вершинами гор.

Заметив добычу, птица камнем кинулась вниз. С криком пронеслась над крышей дома, и затерялась в высокой траве.

На лужайке у дома стоял низенький транспорт, стального цвета и красными ломаными линиями на бортах. Спереди коротенькие стабилизаторы, приподнятые вверх, а сзади изогнутые дуги, похожие на острые лапки насекомого. Опершись на откинутое сиденье, над аппаратом склонился молодой мужчина. Немного выше среднего роста, коренастый. Волевой чисто выбритый подбородок и широкие, ярко выраженные скулы. Загорелое, и возможно излишне правильное, но характерное для расинов лицо, испачканное маслеными разводами. Немного мечтательный с неуловимой хитринкой взгляд карих глаз. Слабый ветерок трепал густые тёмно-русые волосы. В раскрытый ворот ярко-оранжевого комбинезона выглядывал деревянный оберег. Задумчиво прищурившись, он осмотрел кривую деталь в открытом отсеке и, размазывая грязный след, вытер нос.

Бесшумно подплыв, рядом замер полупрозрачный шар.

— Дарий, — послышался голос, с лёгким металлическим эхом, — элемент питания в порядке, его можно не менять. А дефект, — подлетел к вмятине на корпусе и сложился кубом, — живой метал, устранит сам.

— Знаю, Ар, — коротко бросил Дарий, но опомнившись, взглянул на шар застывший рядом. — Опять ты здесь!

— Я только хотел помочь, — отозвался он, издав звук, похожий на смешок.

Дарий наигранно сдвинул тёмные брови.

— Думаю, ты просто издеваешься! Помоги лучше Александре.

— Она занята цветами в саду, а у меня нет конечностей, чтобы их собирать, — Ар спешно отлетел, заметив, как Дарий тянется за гаечным ключом, лежащим на откинутом сиденье. — Пожалуй, посмотрю, чем занимается Радомир.

— Хорошая идея.

Поднявшись выше и насвистывая какой-то марш, Ар направился к дому.

— Мелкий зануда, — бросил вдогонку Дарий, вернувшись к прерванному занятию: задумчивому созерцанию детали с множеством проводов и переливающихся огней. Именно созерцанию, так как с первых минут понял, что скат не требует ремонта. Однако уже несколько минут, он неподвижно таращился на машину и благодарил небеса за то, что сберегли Александру.

Встречи с огромными грязно рыжими гризами в здешних местах были редки, но случались. В такие минуты обезьяноподобные существа проявляли невиданную агрессию. Понимая недоразвитость, их старались не убивать, но порой встречи заканчивались трагически. Впрочем, с такой же животной яростью обезьяны убивали и сородичей, не брезгуя потом обглодать до костей ещё тёплую плоть. Дарий в ужасе содрогнулся и спешно прогнал неприятные мысли. Всё обошлось и позади. Устало вздохнул, закрыл отсек машины.

«Прости, не думала, что они могут подбираться так близко, — средь неспокойных мыслей, прозвучал тихий женский голос.

Дарий обернулся. Перед ним стояла стройная молодая женщина с букетом синих роз. Милые ямочки и здоровый румянец на щёчках придавали обворожительную изюминку нежным чертам красивого лица. Длинные светлые волосы, с лёгким золотистым отливом, волнами спадали на плечи. Он оценивающе осмотрел длинное жёлтое платье. Лукавый взгляд задержался на приоткрытых, гордо расправленных плечах. Скользнул по чувственным губам и остановился на зелёных глазах, с густыми тёмными ресницами. Почему-то смутился под ласковым взглядом, потёр пальцем висок.

«Ал, ты знаешь, что мне не нравится подобное общение, — подумал он, подавшись ближе.

«Извини, — улыбнулась она в ответ, — не хотела беспокоить»

Посмотрела на транспорт и добавила вслух.

— Ар просто сказал, что тут полная катастрофа.

— Да, ничего страшного! — Дарий небрежно махнул рукой, бросив быстрый взгляд на скат. — Его всегда можно исправить, главное с тобой всё в порядке. Ар хоть и машина, но частенько привирает, и ты это прекрасно знаешь!

Аккуратно, дабы не испачкать платье, он обнял её за талию и привлёк.

— Ну-ну, грязнуля, — игриво фыркнула она. — Сначала умойся, испачкался весь, ремонтник. Если только…

Александра мечтательно прикрыла глаза и Дарий ощутил тёплое, нежное прикосновение на губах. Будоражащая волна хлынула по телу, отозвавшись неровными ударами сердца. На мгновение перехватило дыхание и в ушах зашумела кровь.

— Опять твои фокусы, — выдохнул он, охваченный жаром.

Склонив голову, Александра спряталась за букет, хитро поглядывая на мужа.

— Ты получил, что хотел…

Пихнув руки в карманы, он задумчиво посмотрел под ноги.

— Не совсем то, но, где-то совсем рядом. Может, ещё разок попытаемся?

— Нет, сначала умойся. Скоро будем обедать, — подмигнув, она пошла к дому. — Ах, да… сегодня праздник, сына очень хотел посмотреть фейерверк.

— Конечно, сходим, — ответил он, обтирая ветошью руки. — Может, в этом году будет что-нибудь интересное. Пойду, умоюсь, а то ведь с таким лицом и за стол не пустишь.

Рассмеявшись, она послала воздушный поцелуй.

Выйдя на каменистый берег, Дарий присел у воды. Ветер гнал мелкую волну и средь лощёных кувшинок плескалась форель. Появившись из пустоты, по реке заскользила светящаяся лодочка. Покачавшись на волнах, величаво развернулась и неожиданно растаяла. Набрав в ладони воды, Дарий умыл лицо и посмотрел на террасу.

Болтая ногами, на тёсаных досках сидел светловолосый мальчуган лет шести-семи. Ар оживлённо кружился вокруг, и карие глаза ребёнка внимательно следили за манёврами машины. Смуглое лицо засияло озорной улыбкой. На пухлых щёчках проявились ямочки, раздался звонкий смех. В озорном порыве, Радомир ударил ногами по воде. Искрящаяся радуга брызг окатила висящий шар. Крякнув, Ар вытянулся овалом и завертелся юлой, вызывая безудержный смех проказника.

Умывшись, Дарий направился к террасе и ловко запрыгнув, сел рядом.

— Вижу, балуетесь опять, — сказал он, вытирая руки о штаны. — Посмотри, мокрый весь. Как полетишь к деду, если простынешь. Ох, что с тобой делать.

Радомир весело посмотрел на отца.

— Ар, почему не следишь за порядком? — добавил он, глядя на шар, парящий над водой. — Или ты соучастник?!

— Я!? Не-е-т! — запротестовала машина. — Я неспособен на такое!

Дарий засмеялся.

— Понятно, вы разбойники ещё и покрываете друг друга!

— Ар показывал, какие бывают корабли на Шалсен 34, — ответил Радомир, закатывая мокрую, сползшую штанину.

— Да, — поддакнул шар, начертив в воздухе тонким лучом образ парусного судна. — Учитывая природные условия, корабли можно использовать на этой планете.

— Но здесь хватает кораблей надводных и подводных, — произнёс Дарий, изучая висящий макет.

— Пап, но эти намного красивее, — глядя в одну точку, сын смешно наморщился.

Через мгновение возник яркий шар, переливающийся радугой. Присвистнув, Ар отлетел в сторону. Шар дрогнул и вытянулся, обретая вид корабля.

— Неплохо, — одобрил Дарий, — но не совсем корабль с Шалсен 34, а где мачты и паруса.

Радомир улыбнулся.

— Пап, мачты и паруса ещё не построили. Вначале строят корпус.

— Не жульничай!

— О, мама, — обернулся на лёгкие шаги Радомир.

Александра оценивающе посмотрела на Дария и присев, нежно коснулась губами щеки. Длинные волосы закрыли лицо, пахнув свежестью и ароматом полевых цветов. Повернувшись к сыну, с трепетной нежностью погладила по голове и серьёзно заметила.

— Мокрый весь, сорванец!

— Мы… — начал было Радомир, но смолк.

— Знаю, что ты хочешь сказать, — посмотрев на кораблик, она сделала лёгкий жест рукой и у корабля появились мачты. — Корабли без мачт не бывают.

Судно спустило алые паруса, подхватило ветер и поплыло.

— Ну-у-у мама, — простонал Радомир, — я сам хотел.

А кораблик тем временем поднялся выше и, обернувшись голубем, взмахнул крыльями. Рванув в синеву небес, птица поднялась к облакам и пропала, а вместо неё ярко вспыхнуло — ЛЮБЛЮ. Сложившись в сердечко, оно лопнуло и осыпалось гроздьями крохотных искр.

— Не-а, такого я не хотел, — пробубнил Радомир, глядя на розоватый свет, тающий в кучерявых облаках.

— Идёмте обедать, — поднявшись, она потянула мужа за руку.

— Пошли, разбойник, — подняв на руки, Дарий посадил сына на плечи и зашагал следом.

Замедлив шаг, Александра взяла его под руку.

— В городе прошёл слух, что царнеанцы пробрались на одну из лун, — глядя на сына, она старалась скрыть волнение. — Странно, что я ничего не почувствовала.

Дарий усмехнулся.

— Не почувствовала, потому что такое едва ли возможно. Не думаю, что они решатся появиться в звёздной системе, зная, что она под наблюдением Совета. Если бы существовала такая вероятность, я не стал бы подвергать вас опасности и привозить сюда.

— Да, я знаю, — она улыбнулась, но в глазах мелькнула тревога. — Просто, не хотелось бы улетать отсюда. Мне нравится здесь. И потом, тут прекрасно прижились розы с Кармеи.

— Не только цветы чувствуют себя прекрасно, — ответил он, задержав на ней взгляд, — в лучах здешнего солнца и ты зацвела ярче.

— Ох, льстец, — смутилась она, отмахнувшись.

— Вовсе нет!

— А что такое льстец? — звонко спросил сын, запустив пальчики в волосы отца.

— Ты у папы спроси, — хихикнула Александра. — Мне кажется, он лучше знает.

— Пап?

Задумавшись, Дарий наморщил лоб.

— Наверное, человек, говорящий людям слова, которые им приятны и которые, они хотят слышать. Ну-у, человек, который… как бы сказать…

— Хм, ничего не понял! — быстро отрезал Радомир. — Запутано как-то, очень. А ты говорила, он знает. Я лучше у деда потом спрошу. Вот он, точно знает!

— Умный ребёнок, — согласился Дарий и, опустив сына с плеч, усадил за стол.

Глава 2

Праздник Дарующий

Вечернее солнце катилось за вершины, очертив розовыми красками лесной силуэт. Лёгкие сумерки опустились на город. На центральной площади зажглись светлячки жёлтых летающих фонарей. В воздухе витала музыка и голоса, запахи выпечки и вечерней свежести.

Держа сына за руку, Дарий не спеша шёл мимо лавочек сделанных прямо на машинах, висящих над землёй. Торговцы предлагали массу различных товаров: какие-то горшочки, с быстро распускающимися, светящимися цветами; украшения, сверкающие чистым золотом и драгоценными камнями; детские игрушки, музыкальные шкатулки с завораживающей музыкой; ярко расшитая одежда и электронные безделушки. Надувные шарики, с искрящимся воздухом. Печенье, ватрушки, конфеты…

— Подходите, смелее, — бойко зазывал лавочник. — Живые сердечки для всей семьи!

— Миленькие, — заметила Александра, чуть задержавшись.

— Это не просто сердечки, — оживлённо протрещал он, подёргиваясь пружинкой. — Они особенные. Возьмите веточку.

Женская, мужская и детская руки, взяли веточку с крупными ярко-оранжевыми листьями. Какой-то миг ничего не происходило, но вот появилось три бутона. Наливаясь красками, быстро разрослись и раскрылись ярко-алыми цветами. В самом центре, пульсируя и переливаясь, виднелись небольшие сердечки. Собрав цветы, лавочник извлёк сердечки, и каждое надел на тонкую золотую цепочку.

— Это ваше, — сказал он, подавая одно Александре. — Это вам, а вот и твоё. Они особенные! В них заключена сила ваших сердец. Сияние показывает все ли в порядке с близкими, здоровы ли, печалятся или радуются. Вы всегда будете знать об этом.

— Благодарю, — сказала Александра, когда Дарий повесил цепочку на шею и застегнул замочек.

— Поверим на слово, — Дарий протянул пару монет.

— Сердечки с Алевии никогда не лгут, — почему-то обиженно ответил лавочник.

— С Алевии? — переспросила Александра, разглядывая сердечко.

— Да, с Алевии. Некогда сказочная планета в созвездии Северной Росы, ныне покрыта пеплом и руинами…

— Очень жаль.

— Да, но прошлого не вернуть. От удивительной культуры сашлеров мало, что удалось сохранить.

— Алевия, — задумчиво повторила она, отходя от лавки и беря за руку Радомира. — Кажется, это планета где пропал Одир?

Лицо Дария помрачнело. Опустив голову, он сделал вид, что не услышал вопроса. Почувствовав напряжение, Александра коснулась его плеча.

— Знаю, мы договорились это не обсуждать, но…

— Ал, у меня нет желания говорить сейчас об этом. Война на Алевии не принесла ничего кроме смертей — ни победы, ни наград, ни мира.

Перед внутренним взором Александры возникло обветренное, уставшее мужское лицо. Длинные растрёпанные волосы, пышные чёрные усы. Образ колыхнулся и растворился в пустоте. Глубоко вздохнув, она огляделась и попыталась мысленно уцепиться за ускользающее видение, но тщетно.

С минуту Радомир рассматривал полученное сердечко, но тут внимание привлекли громкие аплодисменты и детский смех. На маленькой лужайке, примыкавшей к пруду с жёлто-белыми звёздами лотоса, расположился детский театр. Окружённый плотным кольцом детворы, сидевшей прямо на траве, в центре стоял невысокий щуплый старичок, одетый в разноцветный длинный халат. Висящие в воздухе фонари освещали публику, создавая таинственную игру теней, а выше, на фоне темнеющих небес, светились образы представления. Создаваемая стариком иллюзия не отличалась от реальности. Герои, словно живые, пели, плясали, вели смешные диалоги. Рассказывали истории, вызывая бурный детский восторг.

— Пап, можно я посмотрю? — спросил Радомир, не в силах сдержать порыв эмоций.

— Сходи, посмотри, — согласился Дарий.

Прыгнув на месте, мальчуган пулей помчался к театру, не отрывая глаз от мелькавшего меж ветвей представления.

— Идём, потанцуем, — предложила Александра.

За невысокой изгородью из цветущих кустов жасмина искрились всполохи большого костра и в жёлто-красных отблесках танцевали многочисленные пары. Держась за руки, супруги обогнули изгородь и присоединились к танцам.

Прижавшись к мужу, глядя в глаза, она обняла шею. Руки Дария скользнули по изгибам, ладони легли на спину. И боги, наблюдая с небес, остановили быстротечное время. Мир и музыка — остались внизу. Дарий утонул в шёлковых прядях волос, в волнительном аромате тела. Закрыв глаза, растворился в ощущениях, чувствуя касание волос и тёплую нежность сладких губ. Трепетная волна накрыла с головой. В такие мгновения он не мог ничего поделать, чувствуя каждой клеткой дыхание, тепло и биение сердца единственной. Огромную невыразимую любовь, исходящую подобно солнечному свету.

— Опусти, — вдруг прозвучал нежный голос.

Вернувшись в реальность, Дарий не сразу разобрал слов. Нежно глядя в глаза, она улыбнулась, ласково провела рукой по щеке.

— Опусти.

Наконец он понял, что они тихо парят над землёй, прижавшись, друг к другу.

— Но, это не я, — ответил Дарий, смеясь.

Прищурившись, Александра посмотрела вниз.

— Радомир! — твёрдо обратилась к сыну, стоящему неподалёку и сосредоточенно глядевшему на родителей.

— Что?! По-моему, вы о чём-то забыли! Скоро будет фейерверк. Спускайтесь, я хочу посмотреть.

— Он прав, — согласилась она.

— Не спорю, — коснувшись земли, ответил Дарий выпуская из объятий супругу, — фейерверк, дело святое. Идём.

Обогнув площадку с цирковыми представлениями, где лихо жонглировал скоморох, они вышли к реке и расположились на полянке, в ожидании ежегодного фейерверка. Сидя рядом, Александра прильнула к мужу, склонив голову на плечо. Послышался звонкий женский смех и вторящий громкий бас, с необычным шепелявым акцентом. С визгом промчалась детвора, догоняя друг друга. Зазвучали неторопливые песни. По реке поплыл венок, сплетённый из полевых цветов. Подгоняемый слабым ветерком, он тихо плыл по течению, покачиваясь на мелкой ряби. Следом появился ещё один. Затем ещё и ещё. И вот уже более десятка веночков, с мерцающими огоньками разбрелись по реке.

Любовь я в сердце сберегу, для милого,

Что ждёт в чужом краю.

Веночек для него сплету,

И по воде его пущу.

Пусть жёлтый огонёк свечи,

как мотылёк летит в ночи.

Через леса, через моря, укажет

путь ему сюда…

Голос Александры звучал мелодичным журчанием ручейка. Взглянув на Дария, она улыбнулась и спросила.

— Помнишь?

— Помню, — кивнул он. — Едва ли я могу забыть…

Взлетела пылающая стрела красной ракеты и, достав до неба, раскрылась разноцветным зонтом. Застыв, вытянулась полосой, и нескончаемый переливающийся водопад звёздочек обрушился вниз. Следом взлетела новая, заметалась по небу, закружилась со свистом, рисуя огнём бегущего оленя. Громыхнула музыка. Ракеты одна за другой наполнили небеса. Взрыв восторженных криков и смех. В небе чертили огненные переливы. Двигающиеся животные. Огненные цветы, распускающиеся невероятно красочными бутонами. Бьющие фонтаны. Сверкающие звёздные гроздья бесконечным потоком сыпали вниз.

Дарий видел, как в широко раскрытых глазах Радомира искрятся блики фейерверка. Как застыв, он смотрит на игру красок и всполохи огней. И в этот миг вечности, сердце замерло от счастья. Счастья — столь крохотного для мира, но необъятно огромного для простого человека.

Глава 3

Расставание

Северная белая ночь спустилась в долину. В шепчущей на ветру траве не смолкали цикады. Александра и Дарий молча шли по дорожке, мощённой сиреневой плиткой с белыми крапинками. Устроившись на руках отца, Радомир спал, тихо посапывая. На террасе, в гостиной и на лестнице, ведущей на второй этаж, зажёгся свет. Выскочив из-за угла, подлетел Ар и, выпустив яркий луч, осветил дорогу.

Лёгким жестом, Александра раздвинула стеклянные двери и вошла в дом.

— Совсем забыла о цветах, — протянула она, заметив букет синих роз на диване. — Уложи Радомира, я сейчас поднимусь. Я быстро.

Посмотрев на супругу, Дарий кивнул и направился к лестнице. Уложив ребёнка в кровать, укрыл одеялом. Тихо погладил и, выходя из комнаты, прикрыл дверь. Притушив свет, прошёл к лестнице, но остановился на ступеньках.

Александра сидела на полу в центре гостиной. В слабом свете и полной тишине, розы кружились хороводом и одна за другой ставились в большую фаянсовую вазу. Неожиданно вздрогнув, она закрыла лицо руками и цветы с шорохом упали на пол. Повисшая тишина показалась беспредельной холодной пустотой. Сердце гулко стукнуло, но почувствовав Дария на лестнице, она выпрямила спину и быстро обернулась. Спустившись в гостиную, он присел рядом, положил руки на плечи.

— Ну, что ты, — шепнул, прижимаясь щекой к волосам. — Всё хорошо, ты просто устала.

— Да, наверное, — вздохнула она, прибывая в растерянной задумчивости.

Поднявшись, собрала разбросанные цветы и поставила в вазу. Небрежным быстрым жестом поправила волосы и села на диван. Вздохнув, усилием воли попыталась успокоить растревоженное сердце. Прикрыла глаза, отогнала мысли. Смутный, леденящий душу страх отступил.

— Что тебя беспокоит? — Дарий присел рядом.

Отодвинувшись, она легла, положив голову на колени.

— Хочешь успокоить?

— Делаю попытки.

Взглядом полным любви и нежности, она посмотрела ему в глаза.

— Ты сам на взводе.

Устало проведя ладонью по лицу, он вздохнул.

— От тебя трудно что-то скрыть.

— Я достаточно хорошо тебя знаю, — задумчиво произнесла она и добавила: — И потом, не забывай, откуда я родом.

Помолчав, Дарий взял её руку.

— Я вижу тревогу в глазах. Можешь даже не пытаться спрятать её от меня… нас учат этому с детства. Ты прекрасно знаешь об этом, но почему-то каждый раз забываешь. Это касается Одира?

Смутная, непонятная тоска закралась в душу. Дарий попытался понять, чем она вызвана, но не смог.

— Нет, не думаю.

— Тогда что?

Посмотрев на супругу, он поправил ей чёлку.

— Не знаю. Что-то смутное, неуловимое.

— Если оно смутное, не стоит воспринимать всерьёз. Ни всё имеет шанс проявиться. Думаю, есть способ развеять пустые тревоги, — взбодрившись, она поднялась и потянула за руку.

Когда она шагнула на лестницу, Дарий заметил изменившуюся походку: она словно стала легче и плыла по ступенькам. Каждый шаг, каждое движение руки, стали смазанными, медленными, как в застывшем времени.

— Разве можно устоять перед очарованием ведьмы, — заметил он, поднимаясь следом.

Александра обернулась. В зелёных глазах вспыхнул бирюзовый огонёк, и он почувствовал неудержимую волну, пробежавшую по спине. Сердце замерло в предвкушении и захлебнулось ударами.

Вечность вздрогнула от крика миллиона душ. Крика, что родился и растаял во мраке космоса. Тёмная пустота, шёпот чьих-то голосов. Тающий огонёк, среди сверкающих звёзд…

Вскочив, Дарий испуганно оглядел комнату, где в углах дремали ночные тени. Облокотившись рукой о подушку, ощутил ладонью влажную наволочку. Посмотрел на спящую Александру, поправил одеяло и тихо скользнул с кровати. Приоткрыв глаза, она промолчала, и когда за дверью затихли шаги, поднялась. Не торопясь обернулась одеялом и вышла следом.

Стоя у окна, Дарий смотрел на позолоченный диск месяца, тающий за вершинами гор. Приблизившись бесшумным призраком, она раскрыла одеяло и прижалась к нему, закутавшись вместе. Он вздрогнул, но ощутив нежный бархат тела, успокоился.

— Да, — вдруг с грустью произнесла она, отвечая на никем не заданный вопрос.

— Я ошибся, привезя вас сюда, — с горечью произнёс он, глядя в окно. — Меня просто убивает это бессилие!

— Не вини себя, — шепнула она, прижимаясь, — ты ни в чём не виноват. А бессилие оттого, что пытаешься изменить то, что не под силу. Знаю, любовь заставляет заботиться о нас и беречь, но ты не можешь укрыть нас в ладонях. Радомир и я, мы всегда с тобой, здесь, сейчас. Мы часть тебя и всегда будем рядом. Но у нас есть свой путь… Именно его ты не можешь изменить, мы сами должны его пройти. Это нужно, для нас. Мы как разные краски на одном холсте, ни один из цветов не меняет друг друга, а только дополняет. Так достигается гармония. Пытаясь уберечь нас от судьбы, ты терзаешь себя.

— Может ты и права, — согласился он. — Но как ты сказала — вы часть меня. От меня ничего не останется, если я вас вдруг потеряю.

— Этого не произойдёт.

— Ты тоже слышала? — немного помолчав, спросил он.

— Да, их больше нет. Они уничтожили свой мир. Скоро тебе нужно будет идти, а я с трудом могу видеть, что будет дальше.

Тишину нарушил мелодичный сигнал.

— Не вздумай включать живую связь, — хихикнула она, прячась в одеяло.

Дарий невольно усмехнулся.

— Думаю, меня поймут. Не каждому выпадает счастье, быть женатым на ве… — он осёкся от лёгкого удара под рёбра.

— Я тебя убедила?

На стекле окна засветился квадрат, покрытый рябью помех.

— Дарий, — прозвучал властный, мужской голос, — что-то я тебя не вижу.

— Да… передатчик барахлит, Ар сейчас как раз занимается, — быстро ответил он, чувствуя на рёбрах маленький кулачок. — Что случилось?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 216
печатная A5
от 502