электронная
440
печатная A5
495
18+
Король Смерти

Бесплатный фрагмент - Король Смерти

Ужасы


Объем:
58 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-2666-0
электронная
от 440
печатная A5
от 495

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1

Автор: 13.07.2018 года, в одном из российских полицейских участков, допрос подозреваемого по уголовному делу. В кабинете у следователя сидел молодой мужчина лет тридцати, некоторое время он задумчиво молчал, и вот у него уже стали брать отпечатки пальцев, чтобы приобщить их к делу.

Следователь: Ну что подозреваемый. Вы готовы сотрудничать со следствием?

Допрашиваемый: Хочу, чтоб моё дело назвали Король Смерти.

Следователь: Почему именно Король Смерти?

Допрашиваемый: Вы даже не представляете, кого вам сегодня удалось задержать. Я расскажу всю историю этого ужаса, и вы поймете, почему именно Король Смерти.

Следователь: Хорошо, я вас внимательно слушаю.

Допрашиваемый: Абсолютно у каждого человека, рано или поздно в этой жизни, будет свой ужас. При рождении попадая в этот мир, мы словно приобретаем билет, и плата за этот билет будет его ужас. И у каждого человека ужас будет разный. К примеру, у кого-то смерть близкого, у кого-то разбитая любовь, или бедность. Кто-то не может иметь своих детей, у кого-то не излечимая болезнь типа как Рак. Кому то жизнь испортит алкоголь, а кому-то наркотики. Кому-то сидеть в тюрьме, кому-то суждено попасть на войну, а кому-то попасть в руки маньяку убийце, и такие случаи можно перечислять бесконечно. Всему этому есть доказательство, фраза из Библии, когда Бог изгнал Адама и Еву из Эдемского сада, со словами — За то, что ты послушался голоса жены твоей и ел от дерева, о котором я заповедовал тебе, сказав: Не ешь от него — то проклята земля за тебя, со скорбью будешь питаться от неё во все дни жизни твоей. В поте лица твоего будешь есть хлеб до тех пор, пока не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься! Мой ужас начался с самого моего рождения. Отца я своего совсем не знал, знаю только что, он обрюхатил мою мать и бросил беременную, он был алкоголиком и когда я родился, через два года он умер от цирроза печени. Он даже не пришёл в роддом, чтобы узнать и посмотреть, кто у него родился. Что касается моей матери, она была психологически подавлена поступком моего отца, она стала часто пить, гробить свои молодые годы выпивкой. Совсем не заботилась обо мне, я рос вечно голодным, рад был каждому кусочку хлеба, даже сухому сухарю, бегал на улице грязный, не умытый, в рваной одежде, в той, что давали соседи пожалевшие меня. Люди, проходившие мимо, часто смотрели на меня с призрением, я же был не из благополучной семьи, и своим детям не разрешали играть со мной, боялись, что вдруг я заражу их какой-нибудь заразной болезнью, или научу плохому, поэтому у меня не было друзей. Жили с матерью в однокомнатном, маленьком разваливающемся доме. Точнее больше всего жила там мать, которая водила туда разных мужиков, тех, что могли купить ей водку, а я всё скитался по соседним улицам, чтоб не видеть её новых мужиков и всего этого разврата и позора, то, что происходило дома. Так она совсем запилась, нервы стали сдавать, она уже не контролировала свои поступки, могла нагрубить кому-нибудь, кто сделает ей хоть малейшее замечание по поводу её поведения, и даже плюнуть этому человеку в лицо, от чего у неё иногда были на лице синяки. Что ещё я помню о ней, это её запах перегара водки и сигарет, и то что каждый день она меня не за что, ненавидя бранила матом, и била, да била так сильно, что практически не оставляла мне живых мест, на моём теле. Я помню горечь в горле и свои слёзы, которыми я заливался изо дня в день, от её побоев, и то, как я ненавидел отца, которого ни разу не видел, свою мать и себя, за то, что родился. Это продолжалось до моих шести лет. В шесть лет, она не собиралась отдавать меня не в садик не в школу, она продала меня на вокзале цыганам, за бутылку водки в рабство. Цыганам я нужен был, чтобы у проходящих людей клянчить деньги. Так продолжалось полгода, через полгода меня поймали два милиционера, отвели в участок, навели обо мне справки, и оказалось что я теперь совсем сирота. Месяц назад мою пьяную мать, которая переходила дорогу, сбила на смерть машина, и самое интересное, что её убийцу до сих пор не нашли. Меня отдали в детский дом. В детском доме меня умыли, одели, накормили, была своя кровать, не то, что в том маленьком доме, где был лишь коврик, на котором я спал, даже не было одеяла, и часто от холода я спал, прижавшись к полу и к этому коврику. Ведь на кровати спала моя мать и очередной её мужик. Впервые я сказал спасибо, правда про себя, этому детскому дому за тепло и заботу. Там было много сирот, я помню маленького мальчика трёх лет, который каждое утро вставал на подоконник, и плача в окно звал свою маму, а она так и не приходила. Мне было жаль его, и для себя я решил что, как бы больно мне не было, в жизни я не пролью больше не одной слезы. Жизнь в детском доме, была не так уж и сладка, те дети, которые жили там с самого рождения, относились плохо к тем, которые появились там недавно. Хоть мне и было шесть лет, те дети, которые были моего возраста, и старше на год, на два и три, ненавидели меня, что типа я уже вырос с мамой, и потом уже попал в этот приют. А они не видели своих родителей, от рождения. Какие же они были глупые мальчишки, ненавидели меня за то, чего не знали. Ненавидели меня за то, что им здесь на много лучше жилось, чем мне, с моей мамой, которая ненавидела меня. За то, что их здесь хорошо кормили, а я в основном кроме хлеба, сухарей и воды, практически ничего и не пробовал. Конечно, они мою жизнь не знали, поэтому я их сильно за это не осуждал. Они часто вылавливали меня в коридоре, запирали в одной из комнат, и били кулаками и ногами, что было сил. Я часто сидел и плевался собственной кровью. Да мне было больно, и душевно, ведь я не понимал, за что мне постоянно достаётся, и телесно, так как часто были разбиты брови, губы, и побои по всему телу. Но я не плакал, я же обещал, хоть мне и было всего шесть лет. И когда меня снова собирались избить, я первым наносил удар в голову, первому попавшемуся, я знал что я прав, а они нет, и мне было всё равно, что после, они меня забьют. Зато на душе было спокойно, зная, что хоть раз, но я ударил того, кто пытался меня обидеть, и сломать. И так было ещё пару лет, я не собирался становиться, чьей-то грушей для битья. Как то я взял, заточил отвёртку, и когда меня снова пытались избить, я дважды, воткнул эту заточку в живот, одному из своих обидчиков. Так я первый раз пролил чужую кровь. Его отправили в больницу, на скорой помощи, ему повезло, он выжил. Милиция разбиралась, поэтому поводу, пытались выяснить причину, этого происшедшего, ужасного поступка и узнать имена моих обидчиков, но я так не одно имя и не назвал. Эти милиционеры, чтобы выбить из меня показания, издевались надо мной, пугали ребёнка пресс камерой, обещали, что отправят к зекам, и сделают меня питухом, хотя я в те года и не знал что это такое. Говорили, что сейчас ты узнаешь, что такое слон, одевали противогаз на мою голову, и перекрывали воздух, я задыхался, и от этой мучительной пытки, два раза терял сознание, даже чуть не умер. Но они били мне по лицу ладошками, и я снова приходил в сознание, возвращаясь к жизни в этот мир, который ненавидел. Но на каждом допросе, я сидел молча, так и не ответил им, не на один из их вопросов, словно язык проглотил. Эти мальчишки, стали бояться меня, и уважать, за то, что я был такой правильный, не боялся толпы, бил первым, и не настучал милиционерам. С тех пор всё изменилось, они относились ко мне, как к лучшему другу. Приняли к себе в компанию, и уже не смели пытаться меня избить, или оскорбить. Мы стали жить мирно, делились секретами, и помогали друг другу. Когда я немного подрос, стал ходить с приютскими друзьями в качалку и на бокс, я научился сильно и точно бить. В мои пятнадцать лет, мой тренер восхищался моими успехами, он гордо верил, что из меня выйдет чемпион мира по боксу, как же он ошибался. Как-то я решил, что раз у меня есть талант в борьбе, то этим можно воспользоваться, как говорят, сила есть ума не надо. Я решил попробовать заработать свои первые деньги грабежами. И как-то тёмным вечером гуляя по городу, в безлюдном переулке, я увидел свою первую цель, это был на вид богатенький парень, лет восемнадцати, хорошо одетый, золотая цепь на шее, и на руке часы. Он просто должен был пройти мимо меня, не знача ничего в моей жизни и судьбе. Но выбор был сделан, и я решил действовать, проходя мимо него, я как бы случайно толкнул его плечом. Конечно, он не смог промолчать, остановился и стал высказывать всё, что ему первым пришло в голову. Он сказал — ты что козёл, краёв не видишь? Может тебя разукрасить? Конечно худой паренёк не вызвал у него не капли страха. Я лишь в ответ спросил — Как ты меня назвал? И нанёс ему первый удар в голову, я попал ему в бровь, ударом моего кулака я рассёк ему бровь, по его лицу потекла кровь. Он слегка пошатнулся, его глаза, будто на несколько секунд потеряли жизнь, будто такой секундный нокаут. Шатаясь, он рухнул, наверно ему показалось этого мало, его наглое лицо посмотрело на меня, с него капали капли крови на землю и он спросил — И это на всё что ты способен? Этими словами он спровоцировал у меня агрессию, и я нанёс ему второй удар. Второй удар его вырубил, словно я выключил настольную лампу, это был нокаут. И он упал без сознания, развалившись на земле. У меня было чувство адреналина, то чувство победы, будто я хозяин этого мира, я снял с него кожаную куртку, золотую цепь, часы, нашёл в кармане не большую сумму денег, снял и дорогую обувь. Так я научился грабить силой, я ломал людям носы, челюсти. Выбивая зубы, чувствовал, как они хрустят, от удара казанков. Забирал у парней, деньги, часы, кольца, перстни, цепи и золотые и серебряные. Этими грабежами я неплохо добывал себе деньги на всякие покупки. Так я и прожил в детском доме, меня отучили в школе, затем в техникуме, в восемнадцать лет выдали однокомнатную квартиру. Но ещё в шестнадцать лет, я встретил девушку, которая была на год меня младше. Можно сказать, что это было обычное знакомство. Гуляя по городским улицам, я увидел её, а она меня. Вообще я был скромным парнем, не такой, как мои детдомовские друзья, которые были наглые, бессовестные, не знающие приличия. Ведь они, увидев понравившеюся девушку, могли спокойно заговорить с ней на любую тему, я же был в этом плане стеснительным, скованным, закомплексованным. Всегда боялся познакомиться с какой-нибудь девушкой, думая, что вдруг я ей не понравлюсь, и она посмеётся надо мной. Но когда увидел её, влюбился с первого взгляда. И было понятно, что если я не подойду и не познакомлюсь с ней сейчас. То возможно потеряю её и больше никогда не увижу. Ну, или на долгие годы. Мне было стыдно, будто я в чём-то виноват, но пришлось перебороть в себе весь страх, пытаясь объяснить сам себе, что под лежачий камень вода не течёт, что если я это не сделаю, то это сделает другой, и заберёт себе моё счастье, а я такой трус, останусь у разбитого корыта. Я вдохнул воздух, что было сил, выдохнул его, сорвал из клумбы цветок, спрятал его за спину, и отправился на встречу к ней. И вот, всего один шаг, до того как мы столкнёмся, я остановился и сказал ей — Здравствуй, прости конечно, что отвлекаю, но если, я это не скажу тебе, то я этого никогда себе не прощу. Конечно, мне стыдно это говорить, ведь я это говорю впервые, но уверен, что это стоит сказать. Ты так прекрасна, опрятна, мила и красива, у тебя шикарный вид. Увидел тебя и понял, что влюбился, и знаешь, я никого ещё никогда не любил, и только сейчас понял, что это за чувства, когда любишь. Я испугался, что сейчас мы пройдём мимо друг друга, и больше не встретимся. Поэтому я здесь с открытым сердцем и чистой душой, стою и описываю тебе, свою любовь и то, чего я боюсь. Конечно, красивых слов я не знаю, но поверь, это чистая, правда, и если ты позволишь, я с тобой и в огонь и в воду и на край света. И протянул ей цветок, я сгорал от стыда, думая, что она не возьмёт его, посмеётся и уйдёт. А она улыбнулась, протянула руку, взяла цветок и сказала — Здравствуй, спасибо, это было очень мило. Она взяла меня за руку, и спросила — Погуляем вместе? У неё была такая тёплая, нежная рука, я готов был держать за эту руку, всю жизнь, и никуда её не отпускать. Я ей ответил — Да конечно принцесса, ведь с тобой я и в огонь и в воду и на край света. И вот по улицам, стали каждый день гулять, два влюблённых человека, приютский хулиган и его принцесса, которая была из богатой, благополучной семьи. Она была хорошей, доброй, умной и воспитанной девочкой. Мы безумно сильно влюбились, и я стал с ней встречаться. И знаете следователь, она убила во мне зверя, я перестал грабить силой, стал добрым, мягким мальчишкой, который полюбил этот мир. Во имя любви я решил очистить свою карму, решил, что буду совершать только добрые поступки, и больше никогда, никого не ударю. В восемнадцать лет, в армию меня не взяли, обнаружили болезнь сердца, признали ограниченно годным, оставили в запасе на случай войны, и выдали военный билет. Моей девушке не пришлось целый год ждать меня из армии. Каждый день мы с ней встречались, гуляли по улицам, ходили в парк, и различные кафе, я покупал ей морожено, конфеты, чтобы жизнь казалась не много слаще. Денег, конечно, было не много, я же завязал с разбоем и вымогательством, и я не мог позволить каждый день покупать ей розы, и на тот случай, когда не было денег, я рвал цветы из клумб, получалось как бы цветочное разнообразие, и каждый день с цветами. Я считал её ангелом, и благодарил Бога, за то, что дал мне её повстречать. Она была голубоглазой блондинкой. Когда я смотрел в её глаза, я словно попадал в Рай, её улыбка сводила меня с ума, и когда я целовал её сладкие губы, и чувствовал прикосновения наших языков, я чувствовал, как меня это возбуждает. За неё я бы отдал свою жизнь, если бы в этом была необходимость, да отдал бы, даже не задумываясь. И если, к примеру, ей нужна была бы операция, пересадка сердца, я бы отдал ей своё сердце. Когда мы вновь встречались, я, словно батарейка заряжался её доброй и тёплой энергией. Я впервые чувствовал что, кому-то нужен в этой жизни и что, кто-то любит меня по настоящему, я был благодарен ей за это, любил и ценил её. Я считал что, она моя судьба, и мы созданы друг для друга, и что я не поступлю с ней никогда, так как поступил отец с моей матерью. По ночам мы залазили на крышу пятиэтажного, квартирного дома, где я жил, это было наше тайное место, для двоих, смотрели и любовались звёздами и луной. Я обещал ей, что когда-нибудь покажу ей не только эти звёзды, а весь космический планетарий. На крыше мы клялись в любви и верности, и ждали когда упадёт с неба звезда, и мы загадаем, чтоб мы были вместе и на всю жизнь. Но звезда так ни разу не упала. Ещё мы сидели в обнимку и мечтали, какая будет наша свадьба, представляли как она в белом платье, а я в чёрном пиджаке, как она мне произносит свою клятву, а я свою, что и в горе и в радости, вместе на всю жизнь. Как одеваю ей обручальное кольцо, а она мне. Спорили, сколько у нас будет детей. На этой крыше я поставил столик и лавочку, ставил каждый раз для неё новый букет цветов в вазу, зажигал свечи, пили вино и шампанское, целовались и мило беседовали на разные темы, наверно это и есть романтика. И как настоящий романтик я сочинял для неё стихи, о моей любви к ней, они ей безумно сильно нравились, она часто говорила, что из меня вышел бы прекрасный поэт, если бы я продолжал в том же духе. У нас появилась одна идея, мы решили, что в будущем, когда накопим денег, мы с ней откроем свой ресторан. И назовём его — Ресторан Романтика. В этот ресторан смогут приходить влюблённые пары, сидеть за столиком при свечах и цветах, слушать романтическую музыку, беседовать, пить вино или шампанское, и пробовать, наши приготовленные блюда. Таким образом, хотели зарабатывать себе на жизнь. Моя жизнь казалась мне сказкой, когда она была рядом. Так мы провели с ней четыре года, с шестнадцати лет, до двадцати. Да и секса у нас не было, я хочу, чтобы вы следователь, понимали, что я любил её, всем сердцем, а не членом, и что у меня не было мыслей, как у других парней затащить ее, скорее в постель, и переспать с ней. Ведь я любил её по настоящему, и наслаждался ею, будто она мой последний глоток воды, в не выносимую, жаркую погоду. Мы мечтали, что наш первый секс будет, в день нашей свадьбы в брачную ночь, типа всё как у правильных, порядочных людей. Но в наших отношениях был и минус, этот минус был её друг детства, который вместе с ней вырос. Она считала его просто лучшим другом, даже братом. А он к ней испытывал любовь, но он этого, ей не говорил. Но это было заметно, как он за ней ухаживал. И он, и я ревновали её, я часто хотел врезать ему по лицу, или вогнать ему заточку куда-нибудь, когда он находился рядом с нами, чтобы не пускал слюни, на мою девочку. Но я бы выглядел глупо. Ведь о своей любви, он ей ничего не говорил. Прикидывался просто другом, а сам думал как бы скорее увести её у меня. И тем более я хотел, чтобы моя любимая девушка видела меня только с хорошей стороны, а не плохого парня избивающего её друга детства. Я полностью доверял своей красавице, я знал, что она никогда не променяет меня, ни на друга детства, не на кого-либо другого. Да конечно у моей ревности не было границ, и я попросил её лишь об одном условии, чтобы без меня она с ним не виделась, и не встречалась, я, будто чувствовал, что их дружба к добру не приведёт. И пообещал, что я никогда не буду встречаться с другими девушками, если её не будет рядом. Она согласилась, и пообещала что без меня, она не будет встречаться не с парнями, не со своим другом детства. За все четыре года мы с ней ни разу не поругались, и не оскорбили друг друга, и все было бы прекрасно, если бы не один ужасный случай, происшедший в моей жизни. В двадцать лет я решил, что пришло время сделать ей предложение, сыграть свадьбу и жить вместе, хоть пока и в однокомнатной квартире, подаренной мне государством, как раз ей уже девятнадцать лет, вроде как не плохой возраст для её замужества. Я зашёл в ювелирный магазин, купил обручальные кольца, затем в цветочный ларёк за букетом красных роз, и помчался к ней, делать скорее предложение. Я бежал и представлял её счастливую улыбку, и как она, на моё предложение отвечает — Да, я согласна. Ведь, скорее всего каждая девушка мечтает, чтобы её любимый парень сделал ей предложение, выйти за него замуж. Но всё оказалось иначе, будто сам дьявол сыграл надо мной, и над моей жизнью, злую шутку. И вот я захожу в её подъезд, стучу в дверь, и вот та самая минута, я стою, жду и переживаю, как маленький ребёнок, вдруг ответит, нет. И вот она открыла дверь, и словно молния меня ударила, на её лице, не та радостная улыбка, что я ожидал, а заплаканное лицо, и размазанная тушь, по её нежным щекам. Я спросил — что случилось? А она бросилась в объятия, стала реветь, прижимаясь губами к моей шее, и целуя её, со словами — Прости меня, я виновата перед тобой, виновата, что не послушала тебя, прости, прости. Она ещё сильнее начинала рыдать, захлебываясь с каждым новым словом, прости. Вначале я подумал, может это какой-то страшный сон, но когда её тёплые слёзы стали течь по моей шее, стало уже понятно, что это, к сожалению, ни какой не страшный сон, а реальность. Я поцеловал её в дрожащие губы и спросил ещё раз. Что произошло? Она сказала, что у этого её друга детства, вчера было день рождение. Он, конечно же, её пригласил. И сказал, что если она не придёт, то его день рождение будет испорчено. И он ей никогда это не простит, и он вычеркнет её из своей жизни. Она сказала что помнит, что обещала мне, с ним не видеться, просто не хотела разочаровать друга детства, ведь он был ей как родной брат. И она не хотела потерять его и меня, что я бы её не за что не отпустил, на его день рождение, и не пошёл бы сам с ней, так как она знала, что я к нему отношусь с отвращением. И она решилась и пошла к нему. Там на именинах, он предложил выпить за его здоровье рюмку водки, конечно, отказывать было не прилично, а там ещё одну и ещё и она уже не заметила, как перепила, как перестала чувствовать пол под ногами. А дальше было, что она совсем от него не ожидала, ведь она доверяла его воспитанию и приличию, а он, словно превратился в зверя, сорвал с неё одежду и изнасиловал её. Она рассказывала, что пыталась вырваться, выбиться из его рук, но он был сильнее, а она практически беспомощна в пьяном состоянии. Он был сыном судьи, нашего города, пьяный решил, что ему всё сойдёт с рук и воспользовался случаем. Я слушал и не хотел верить ни одному её слову, я готов был со зла разбить все свои кулаки, об бетонные стены, но я не подал и вида, будто ничего не случилось. Моё сердце будто остановилось в этот момент, или просто стало биться очень медленно и не заметно. В глазах потемнело, я вновь возненавидел, этот проклятый мир. Теперь уже с моих глаз готовы были вырваться слёзы, но я вспомнил того трёх летнего мальчика, который плакал и звал свою маму, и как я клялся что не одна моя слеза, больше никогда не упадёт, чтобы не случилось, и она не упала. И в голове стояла лишь одна фраза — Она ослушалась меня, и предала. Может я конечно не прав, и должен был войти в её положение, что она была лишь жертвой обстоятельства, и мне стоило простить её, успокоить её, и быть дальше с ней вместе. И вы следователь, наверно, как и любой другой человек подумаете, что если я любил бы её, по настоящему, я бы простил её. Но что бы вы ни думали, это была настоящая любовь, до этого момента. Она предала меня, ослушавшись, не выполнив всего лишь одну просьбу. Есть вещи, за которые человека нельзя простить, наверно это и есть так называемые принципы, и я не смог. Своим печальным рассказом она убила мою психику, вырвала мне сердце, разрушила до каждой песчинки мой мир, сожгла каждое любовное чувство к ней. Я лишь слегка оттолкнул её от себя, сделал шаг назад от неё, бросил букет этих красных роз и наши обручальные кольца ей под ноги, развернулся и ушёл. Вам наверно интересно узнать. Хотел ли я отомстить сыну судьи?

Следователь: Да конечно, для раскрытия дела, важна каждая деталь.

Допрашиваемый: Нет, я не думал о мести, мне было абсолютно всё равно, тем более кто он, сын судьи, и кто я, а я никому не нужный сирота. Я зашёл в магазин, купил пару бутылок водки и пачку сигарет. До этого момента я не пил водку, и не курил сигареты. Я пришёл на крышу, сел и стал пить эту водку, стакан за стаканом, и курить сигарету за сигаретой. У меня вновь стояла горечь в горле, как в тот момент, когда мать зверски била меня, но слёзы не текли ручьём, я же обещал. Погода изменилась, полил сильный дождь, будто природа оплакивала за меня, мою неудачную любовь, мои счастливые четыре года, будто она знала, что это конец, и что я не вернусь к ней. Капли дождя падали мне в стакан, будто разбавляли мне водку с водой, чтобы хоть как то смягчить горькость водки и горечь в горле. Я сидел все сильнее и сильнее промокал, на крыше было холодно и сыро, но я не чувствовал холод, дым сигарет будто грел меня при каждой новой затяжке. Выпив одну бутылку до дна, я встал на один конец крыши, и стал кричать, я ненавижу этот мир, и каждый раз, когда я кричал эту фразу, била молния. Я хотел сброситься с пятого этажа, ведь в этой жизни у меня теперь нет ни счастья и нет любви. Я расправил руки и хотел порхнуть в воздух, и словно не умеющая летать птица, разбиться об асфальт. Но пьяным своим шатанием, я поскользнулся, и свалился в обратную сторону, ударил голову об крышу, почувствовал, как из головы стала сочиться теплая кровь, как она плавно сливается с дождевой холодной водой, накопившейся на крыше. И тут я потерял сознание, и очнулся лишь утром, погода изменилась, дождь прошёл, тучи разошлись, и мои глаза, стало слепить солнце. Я приподнялся, добрался до лавочки, голова сильно болела, толи от водки, толи от того что я ударил её при падении. Но к счастью на столе была ещё одна бутылка водки, я наполнил стакан и стал пить. Чёртовы сигареты, от дождя совсем промокли, а мне так хотелось закурить. Да кстати, вы не могли бы угостить сигаретой? Курить хочется, если у вас, конечно, это не запрещено.

Следователь: Да конечно, угощайтесь, в этом вам повезло, я сам курящий.

Автор: Следователь положил пачку сигарет и зажигалку, пододвинул пепельницу. Обычно следователь вёл себя строго с другими допрашиваемыми, и никаких бы сигарет точно не дал бы. Но история допрашиваемого так растрогала его, что он не смог отказать. Допрашиваемый достал сигарету, закурил её, и продолжил свой рассказ.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 440
печатная A5
от 495