электронная
252
печатная A5
503
16+
Контора изобретений

Бесплатный фрагмент - Контора изобретений

Объем:
232 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-0840-6
электронная
от 252
печатная A5
от 503

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

***

Когда Вольдемар Мендельсон — директор конторы изобретений, забрался в гроб, он и не предполагал чем, а главное где, всё это закончится. Главу изобретателей ждала жизнь, полная опасностей и приключений. В которой перемещения во времени чередуются спасением галактик, проникновением в параллельные миры и попаданием в самые невероятные ситуации. А иногда и просто попаданием.

Попаданцам всех времён и измерений посвящается.

В поисках

ЧАСТЬ 1

Гроб Времени

ГЛАВА 1

Всю ночь Вольдемару Мендельсону — главе предприятия «Контора Изобретений», замещавшему также своего зама, всех остальных служащих (включая уборщицу), снились цветные полнометражные кошмары. Лишь утром его мучения были прерваны дробным стуком в дверь, с последующим воем сирены полицейской патрульной машины. Но в этот раз к нему не ломилась полиция, столь характерный звук издавал звонок, недавно приобретённый Мендельсоном у своего постоянного клиента Димы Грейзера. Звонок Вольдемару очень нравился, но почему-то нервировал соседей по кварталу.

Голова бухла, звонки становились всё продолжительнее, но Мендельсон не сдавался, упорно зарываясь в ком, сплетённый из подушек, простыней и одеяла. К исходу пятой минуты он не выдержал, нервы сдали. Да и не мудрено, кто хоть раз слышал сирену полицейской машины: знает, что это такое.

Мендельсон затравленно сполз с дивана и, поминая всех чертей, вместе с их преисподней, кроша всё на своём пути, кинулся на дверь. За дверью воцарилось настороженное молчание.

Добравшись, наконец, до двери Вольдемар вступил в переговоры.

— Кто там? — крикнул он, ещё не привыкнув к наступившей тишине.

— Почтальон, — еле слышно донеслось из-за двери.

Мендельсон засуетился, торопливо отпирая запоры всевозможнейших конструкций, которыми была усеяна дверь. Провозившись с полчаса, ему всё-таки удалось высунуться наружу.

На пороге стоял бледный почтальон. Он быстро сунул кипу корреспонденции и опрометью кинулся прочь. Начался обычный трудовой день конторы.

Совершив утренний туалет, Вольдемар принялся за разбор почты, но сделать это ему не удалось. День выдался на редкость урожайный, изобретения тащили как на пожар. Чего тут только не было, начиная от тапочек с электромассажем и заканчивая грандиозным проектом сквозного туннеля «Россия — США». В довершение всего, один солидный гражданин (в солидно потрёпанном смокинге) даже предоставил аппарат для воскрешения мёртвых. После того как Мендельсон несколько засомневался в работоспособности аппарата, потрёпанный гражданин предложил умертвить Вольдемара, с последующим воскрешением. Мендельсон поблагодарил за оказанную честь и вежливо отказался. Потрёпанный в ответ на это раскричался и ушёл, пригрозив, напоследок, оживить всех покойников на городском кладбище.

Мендельсон едва успевал сваливать одно изобретение со стола в кучу образовавшеюся за его спиной, как появлялся новый посетитель. Такого наплыва изобретений контора не знала со дня своего образования. Куча росла час от часу и к вечеру достигла потолка.

Поздним вечером, уставший, издёрганный Мендельсон покоился на куче изобретений, помышляя лишь о том, чтобы как-то доползти до вожделенного дивана. Вдруг, дверь сама собой распахнулась, и в проёме возник человек в чёрном. Он стоял, придерживая гроб.

Внутри у Мендельсона всё оборвалось и с похоронным звоном упало. Мгновенно в памяти всплыла угроза обтрёпанного гражданина. Лицо Вольдемара самопроизвольно исказилось от леденящего душу ужаса, нижняя челюсть отвисла, глаза вылезли из орбит, из горла вырвался неопределённый хрип.

Тем временем покойник, прислонив гроб к косяку, медленно направился прямо на Мендельсона. Этого Вольдемар уже выдержать не смог и впал в обморочное состояние.

В чувство его привёл испуганный голос: «Вольдемар Геннадьевич, Вольдемар Геннадьевич». Мендельсон открыл глаза и увидел вошедшего человека. Это был высокий, худощавый молодой человек одетый скромно, даже немного бедновато, в чёрный, видавший виды, костюм. Лицо его обрамляла небольшая бородка. Большие глубоко посаженые глаза выражали растерянность.

— Кто вы? Что вам нужно? — спросил, поднимаясь, Мендельсон.

— Меня зовут Евгений Чертоногов, — ответил молодой человек.

— Что?

— Фамилия, говорю, Чертоногов. Мне к вам посоветовал обратиться Дмитрий Грейзер, я принёс своё изобретение, — сказал Чертоногов и кивнул в сторону гроба.

— Что гроб новой конструкции? — живо поинтересовался Мендельсон.

— Нет, что вы. Не обращайте внимания на корпус, — ответил Чертоногов, — дело в том, что я изобрёл и сконструировал квадросинтезатор гиперполя с монолоидно-альфаобразной структурой, или попросту машину времени.

«Ну, вот ещё один бедняга, — с горечью подумал Вольдемар, — тоже свихнулся». На прошлой неделе к нему заявился такой же горе-изобретатель, волоча за собой огромнейший проект вечного двигателя. Для его перпетуум-мобиле необходимо было лишь три условия: полный вакуум, отсутствие силы тяжести и субсветовая скорость. Мендельсону с большим трудом удалось его выдворить.

Понятно, почему он и с этим Кулибиным хотел поступить также. Но в это время молодой человек начал объяснять непонятные вещи: «Это моя первая конструкция, пока что пробная, она была задумана как пентосинтезатор с квадролоидно-гаммаобразной структурой и побочными фероинными взаимодействиями, предполагающими большую свободу перемещений в гиперпространстве, да и не только там. Но в связи с финансовыми затруднениями пришлось ограничиться моноструктурой без ферроинов».

Чертоногов ещё долго что-то говорил, но у Мендельсона осталась лишь одна мысль: как бы поудобнее устроиться на куче и уснуть. Он попытался это сделать нечеловеческим усилием воли, но от одного неловкого движения не удержал равновесие, и вольдемарово тело, нелепо размахивая руками и ногами, скатилось с кучи и ударилось головой об пол. Удар положительно повлиял на мозговую деятельность Мендельсона, и он возобновил разговор.

— А что, эта штуковина и вправду действует? — задал он коварный вопрос.

— Что? — прервал свои объяснения Чертоногов.

— Я говорю, этот гроб времени на самом деле действует? — повторил Вольдемар.

— Должен действовать, — не совсем уверенно подтвердил Чертоногов, — хотя… Я ещё только вчера закончил сборку и не испытывал аппарат в работе, но можно попробовать.

И с этими словами он решительно направился к гробу времени.

— Что вы! Что вы! — испуганно закричал Мендельсон, — я верю, верю.

Но Чертоногов всё равно попытался подтащить Вольдемара к гробу и на нём испробовать тот в действии. Глава конторы изобретений с проворностью макаки вскарабкался на кучу и оттуда, с высоты своего положения, начал переговоры.

— Давайте лучше отложим испытания на завтра, — предложил он неугомонному изобретателю, — часов на одиннадцать утра.

— Хорошо. Завтра в одиннадцать ноль-ноль произведём испытания, — ответил Чертоногов и направился к выходу, — квадросинтезатор я оставлю у вас.

— Да, послушайте, сколько вы хотите за своё изобретение?

— Для продолжения исследований над структурой гиперпространства мне необходим миллион.

«Миллион! — ужаснулся Вольдемар, — вот вызову сейчас психиатричку, там тебе покажут миллион». Но вслух он произнёс: «Ну что ж, я подумаю».

Изобретатель попрощался и ушёл. Дверь хлопнула. Все замки и запоры начали с ужасным треском и грохотом автоматически запираться.

«Нет, с этим надо кончать, сегодня они гробы таскают, а завтра всё остальное кладбище с надгробиями приволокут», — думал Вольдемар, пробираясь к долгожданному дивану.

Уснул он сразу. Проснувшись, никак не мог понять, где находится, и решил, что наступил конец света. Оказывается, ночью куча обвалилась, засыпав Вольдемара вместе с диваном. Мендельсон с трудом выбрался и его взору предстал гроб времени.

Сейчас, в лучах утреннего солнца гроб не казался уже таким зловещим, и глава конторы изобретений, сам по своей натуре изобретатель и первооткрыватель, решил его исследовать. Доберясь до гроба, Мендельсон попробовал откинуть крышку, та не откидывалась. Тогда он тщательно обследовал весь агрегат, который был сделан из лёгкого, но прочного пластика, и нашёл сбоку небольшую кнопку. Мендельсон надавил на неё и крышка плавно, с характерным шипением воздуха, откинулась. Внутри обнаружился пульт управления, на нём находилось множество различных клавиш, переключателей, табло. Изнутри гроб времени был отделан мягкой зелёной тканью.

«Интересно, а я в него влезу, — мелькнула мысль у Вольдемара, — дай-ка, попробую». И он встал внутрь. Обратно горе-исследователь выйти уже не смог. Крышка вдруг захлопнулась, и Вольдемар оказался в полнейшей темноте.

«А-а-а, — тихо заорал Мендельсон, но ему никто не ответил. Тогда он заорал громче, и вновь тишина». «Всё, — подумал незадачливый экспериментатор, — это конец». Он стал торопливо на ощупь нажимать на все кнопки подряд. Послышалось лёгкое гудение, и зажёгся свет. Мендельсон почувствовал, что гроб падает. После падения, и последующего за этим удара, погас свет, и крышка откинулась.

«Ура! — обрадовано закричал Вольдемар, — наконец-то я на свободе». Но радость его была преждевременной. Вместо знакомой, уютной обстановки конторы изобретений и ставшей уже привычной кучи, Мендельсон увидел джунгли.

Он стоял в центре небольшой поляны, по колено в траве. Кругом был лишь девственный, нетронутый цивилизацией тропический лес. В ногах промелькнуло гибкое тело змеи. Где-то неподалёку раздался душераздирающий вопль (вероятно, кого-то ели). Рядом оглушительно затрещали ломаемые деревья, прошло стадо крупных животных.

Мендельсона охватил ужас, и он кинулся обратно в гроб. Но в это время чьи-то сильные руки схватили Вольдемара за ноги и потащили. Он судорожно задёргался, что есть мочи вцепившись в крышку гроба времени. В этот момент на главу конторы изобретений навалилась целая куча живых тел, он затих, вынужденно выпустив крышку из рук. Вольдемар почувствовал, что куча подняла его на деревья и куда-то потащила. Он приготовился ждать конца разыгравшейся драмы.

Ждать пришлось недолго. Толпа живых существ ещё некоторое время потащила первооткрывателя просторов времени и остановилась. Мендельсона усадили, и он смог, наконец-то, по-хорошему осмотреться.

Вольдемар Мендельсон, действующий директор конторы изобретений, оказался на высоте нескольких десятков метров, в большом гнезде, в обществе человекообразных обезьян, карикатурно похожих на людей. Везде, кругом на ветвях сидели обезьяны, и только одни обезьяны. Они ужасно визжали, вопили и кричали ещё что-то непонятное.

«Ну и в историю же я влип, — подумал Вольдемар, и что есть мочи стал проклинать Чертоногова, в частности, и всё изобретательское племя, вообще».

От обезьян отделился крупный, мощный обезьянин и прыгнул в гнездо Мендельсона.

— Ау фау му, — серьёзно сказал обезьянин.

— Чего? Чего? — не понял глава конторы изобретений.

Тогда обезьянин стукнул Мендельсона по голове.

— Хау дую ду, — быстро ответил Вольдемар.

Завязалась оживлённая беседа. Оказалось, мощный обезьянин никто иной, как альфа-самец, а по совместительству вожак обезьяньего стада, и что Мендельсон принят в сообщество на правах рядовой обезьяны.

После плодотворной дискуссии альфа-вождя с Мендельсоном обезьяны не долго им интересовались и быстро разошлись, по своим обезьяним делам, бросив директора конторы на произвол судьбы.

Вольдемар, после того, как его оставили в покое, было, затих в гнезде, но голод, как говорится, не тётка, а дядька. Всемогущий голод выволок новоявленного члена обезьяньего содружества из уютного жилища и бросил на поиски пищи.

«Чего бы такого съесть», — думал глава конторы изобретений, карабкаясь по лианам. Съесть не дали. Самого чуть было, в течение одного часа, пару раз не съели. Здесь, в джунглях существовали свои законы — законы естественного отбора. Всё поедалось всем, но размером побольше. Мелкие животные съедались животными покрупнее, те, в свою очередь, животными ещё крупнее, и всех их съедал крокодил.

«Надо приспосабливаться к окружающей среде», — решил Вольдемар и воровато огляделся. В соседском гнезде виднелись запасы зеленоватых плодов. Через некоторое время плоды уже там не виднелись. Проблема с пропитанием была решена.

Гнездо, которое объел злополучный пионер времени, оказалось гнездом вождя. Обнаружив пропажу, озверевший альфа-предводитель схватил первую попавшеюся обезьяну и принялся её лупить. «Так тебе и надо», — злорадствовал Вольдемар Мендельсон, хотя обезьяна ни в чём перед ним не провинилась. С тех пор в стаде начались постоянные ссоры и склоки, зато Вольдемар был всегда сыт.

В эту ночь Мендельсону не снились кошмары. Ему, вообще, ничего не снилось. Едва только погасли последние лучи солнца, как начались настоящие кошмары. Вольдемаровские кошмары выглядели просто смехотворно по сравнению с тем, что началось. Со всех сторон что-то кричало, стонало, вопило, квакало, орало, ревело и смеялось, так что у Вольдемара как встали с вечера дыбом волосы, так и не опустились до утра. Заснуть удалось лишь с первыми лучами солнца, когда всё вокруг стало понемногу затихать.

Глава изобретательской конторы проснулся, когда солнце стояло уже в зените. Вокруг не было ни души. Обезьяны, вероятно, ушли на поиски пищи. Сделав очередной рейд по обезьяним запасам, Мендельсон, как человек интеллигентный и цивилизованный, решил благоустроить своё жильё. Залатал все дыры в гнезде и сплёл циновку из лиан. Но этого ему показалось мало, и он соорудил дополнительно навес из листьев, на случай дождя.

Вечером возвратились обезьяны, и цивилизованный первоиспытатель машины времени был выпнут из своей модернизированной квартиры. В его жилище переселилась семейка альфа-вождя. Предводитель обезьян очень обрадовался, обнаружив вольдемаровы запасы продовольствия.

Мендельсон не пал духом. Справедливо рассудив: «на то оно и начальство», быстро оборудовал новое жилище, как прежнее, добавив, ко всему, небольшой тайник для сохранения припасов.

Во вторую ночь пребывания среди сообщества предков человека Вольдемару даже удалось немного поспать. Он начинал постепенно привыкать к обезьяньей нелёгкой жизни, но смиряться со своим теперешним положением прародителя человека не собирался. Мысль отыскать гроб времени ни на минуту не покидала его. С каждым разом Мендельсон всё дальше уходил в джунгли вслед за обезьянами, расширяя круг поисков, но все его старания были тщетны.

Постепенно обрастая бытом, глава конторы изобретений, спустя некоторое время, даже обзавёлся женой, первой красавицей стада. Когда Вольдемар её впервые увидел, то очень испугался, потом, ничего, привык, тем более что молодая жена была альфа-сестрой вождя.

Примеру Мендельсона в деле благоустройства жилищ последовали многие прародители человека. Обезьяны быстро учились. Вождь по достоинству оценил умственные способности первооткрывателя глубин времени и Вольдемар поднялся с последних ступеней иерархической лестницы до звания правой руки вождя стада. Ни один жизненно важный вопрос не решался без участия Мендельсона: был ли это поход в дальние джунгли или набег на враждебное племя обезьян.

Шло время, и глава конторы изобретений стал подумывать, что так и состарится, окончив свои дни в обществе предков человека. Но однажды, случилась беда. На мендельсоновское стадо напало могущественное племя враждебно настроенных обезьян. Ставшее уже родным, сообщество родственников Вольдемара было разогнано по всем обозримым джунглям в считанные минуты. За самим главой конторы изобретений долго гнались два здоровенных предка человека, с озверелыми лицами, потерявшими всякий предчеловеческий облик. Директора конторы от неминуемой расправы спасла лишь река. Мендельсон и в нормальных условиях плавал неплохо, а в экстремальных перемахнул водную гладь в несколько гребков, и улёгся довольный на берегу, наблюдая, за тем как бесятся обезьяны, гнавшиеся за ним. Они не умели плавать, и река для них оказалась непреодолимой преградой.

Покорчив рожицы предкам человека, Вольдемар совсем было собрался уходить, как вдруг увидел, что на середине реки всплыло длинное зелёное бревно и поплыло прямиком к нему. Когда бревно подплыло ближе, Мендельсон увидел, что это вовсе не бревно, а довольно-таки большой крокодил метров пятнадцати длинной. Крокодил проворно выполз на сушу и странно посмотрел на пионера глубин времени. Пионер попятился. Тогда крокодил нездорово улыбнулся и рысью кинулся на Мендельсона. Вольдемар испуганно закричал и бросился прочь.

Страх гнал главу конторы изобретений через джунгли напролом, пока он не выскочил на поляну, где паслось стадо носорогов. Мендельсон, поняв свою опрометчивость, попятился назад и, споткнувшись, упал прямиком в квадросинтезатор гиперполя или попросту гроб времени.

За время нахождения в джунглях, гроб нисколько не попортился. Крышка автоматически захлопнулась, зажегся свет, послышалось гудение, и гроб времени благополучно возвратился в первоначальную точку времени, откуда и начал своё движение. Секунда в секунду. Но не в ту же точку пространства. Квадросинтезатор материализовался на краю оживлённой улицы, в нескольких кварталах от конторы изобретений.

Крышка откинулась. Мендельсон радостно выскочил наружу и замер поражённый.

Вокруг был враждебный ему мир. Мимо, с ужасным грохотом, проносились какие-то чадящие чудовища. Толпа странных существ, карикатурно похожих на обезьян, быстро собралась вокруг.

Мендельсон осатанел. Он издал боевой клич индейцев и кинулся сквозь толпу, с всёвозрастающей скоростью несясь по улицам города. Последний раз его видели, когда он переплывал реку.

По городу поползли слухи о снежном человеке.

Вперёд в будущее

ГЛАВА 2

Продержали Вольдемара Мендельсона, директора фирмы «Контора изобретений», в лечебнице для душевнобольных недолго. Всего каких-то два месяца. Он вышел из этого заведения отдохнувший, бодрый, полный радужных надежд отыскать машину времени, внешней своей формой напоминающую гроб.

Как только здравомыслие вернулось к Вольдемару, он первым делом осознал, какие выгоды и преимущества сулит возможность перемещаться во времени. Сбылась, наконец-то, мечта человечества о возможности путешествий во времени, которую осуществил никому не ведомый изобретатель со странной фамилией Чертоногов. Кстати об изобретателе. Мендельсону показалось, что он видел профиль гения-одиночки, когда однажды, ненароком высунулся в окно. Непризнанного изобретателя вели в смирительной рубашке в здание напротив для больных с патологией два здоровых санитара. Тот что-то усиленно объяснял сопровождающим его лицам. До Вольдемара донеслись обрывки фраз типа: «генератор гиперполя» и «альфаобразная структура».

Вернувшись в контору, Мендельсон первым делом решил составить план поиска гроба. План не составлялся, учитывая то, что времени прошло всё-таки немало. Он обзвонил всех знакомых в надежде на то, что им что-нибудь известно. Но, очевидно, наслышанные о состоянии здоровья главы конторы изобретений все знакомые как один отвечали односложно, что-то вроде: «ничего, скоро поправишься».

Одна мысль не давала покоя Вольдемару: «где найти гроб?», точнее, гроб времени. Через несколько дней беспорядочных поисков он совсем потерял надежду. Никто не мог ничего сообщить о предмете, интересующем директора. Мендельсон растерял остатки знакомых, которые теперь шарахались от него, как от чумы. Даже Дима Грейзер, давешний клиент и приятель, на все рассказы Вольдемара только задумчиво покачал головой и ответил: «Где искать гроб? На кладбище где же ещё».

«Действительно! Где же ещё?» — здраво, несмотря на диагноз, полученный в психдиспансере, рассудил Вольдемар и, не говоря ни слова, кинулся в контору обзванивать все кладбища и им подобные мемориальные заведения, включая крематории, терпеливо разъясняя служителям венка и лопаты свою проблему.

Удача долго не улыбалась ему, заведений подобного рода оказалось гораздо больше, чем можно было предположить. У Вольдемара создалось впечатление, что жители города только за тем и рождались, чтобы умереть. Наконец, фортуна показала свой очаровательный оскал. В муниципальном предприятии «Гробы и принадлежности» Мендельсону сообщили: «Да, действительно, гроб такой есть. Попал к ним каким-то странным образом, кажется, привезли санитары из психоневрологической больницы». Те же самые санитары попытались его открыть, но не смогли. С тем и оставили. «И слава богу», — облегчённо вырвалось у Вольдемара.

Он, сломя голову, не разбирая дороги, кинулся в гараж, где находилось последнее слово отечественной и импортной инженерной мысли, опережающее на десятилетия, да что там — на века, развитие техники — автомобиль конторы. Машина чем-то напоминала Вольдемару бэтмомобиль. В ней воплотились в жизнь практически все изобретения и рацпредложения конторы. Изобретения были натыканы в бедный автомобиль, как иглы в подушку. Невозможно было чихнуть, чтобы не сработало какое-нибудь экстравагантное устройство.

Мендельсон с разбегу влетел в кресло пилота и попытался завести двигатель. Вместо этого в директорову голову впилось автоматическое устройство для стрижки волос и принялось добросовестно стричь вольдемарову лысину наголо. Только ему удалось отмахнуться от назойливого парикмахера, как тут же из передней панели, словно чёртик из коробочки, выскочила печатная машинка и принялась отстукивать текст, почему-то на древнеарабском языке. Напечатав последнее слово в трудночитаемой вязи древних арабов, машинка вдруг, словно робот-трансформер, превратилась в статую Свободы, которая вместо факела, положенного той по штату, держала в руках аппарат по производству поп-корна. Статуя злорадно ухмыльнулась, и из аппарата, словно из рога изобилия, посыпался поп вместе с корном.

Мендельсон в ужасе заметался по кабине, пытаясь выкарабкаться из гения человеческой мысли, но ноги Вольдемара внезапно были подвергнуты эротическому массажу, который завершился омовением оных в горячей воде, затем в холодной и, наконец, в горчичечном душе. С каждой минутой напряжённость в салоне автомобиля возрастала: в ход вступали всё новые и новые полчища изобретений человеческой мысли, которые пытались подстричь, массажировать, дегустировать и даже обучить разговорному английскому (по методу двадцать пятого кадра) бедного Вольдемара. В апофеозе всего, в воздушном пространстве кабины залетали модели самолётов АН-2, больше известных как кукурузники, и принялись распылять освежители воздуха, с едким запахом дуста. Один из кукурузников внезапно спикировал прямо на голову Вольдемара, выпустив при этом очередь зубной пастой в лоб директора конторы. Мендельсону показалось, что лётчик покричал ему что-то обидное, ехидно ухмыляясь. Конец наступил внезапно, Вольдемар случайно нажал на красную кнопку и кресло пилота, с резким выхлопом, катапультировалось, выбросив незадачливого водителя формулы-1 вон.

До «Гробов и принадлежностей» Мендельсон добрался обычным способом. На автобусе.

До интересующего его предмета добраться оказалось посложнее. Выяснилось, что данный гроб (инвентарный номер SVP-130666) состоит на балансе и поэтому продан быть не может. Но поскольку в своё время на него не была составлена приходная накладная, он не числится на учёте. В тоже время, состоя на балансе в основных средствах, которые в свою очередь «не продаются ни за какие деньги», является частью имущества компании «Гробы и принадлежности». «И я не позволю первому попавшему авантюристу растаскивать имущество компании», — закончил свою эпическую речь глава вышеперечисленного концерна по производству гробов и аксессуаров к ним. Вольдемар был выдворен из кабинета начальника гробокопателей под возмущённые вопли их директора.

Всё то время, пока Мендельсон спускался, (несколько быстрее обычного) при помощи группы сотрудников, по лестнице заведения, до него доносились обрывки восклицаний, вроде: «не позволю…» и «всякие авантюристы…»

Вольдемар вылетел на улицу как ошалелый и засел в ближайших кустах для рекогносцировки. Рекогносцировать пришлось недолго. Закончился трудовой день, и служащие повалили из дверей с такой скоростью, словно в конторе объявился налоговый инспектор, или, на худой конец, Джек-потрошитель. В мгновение, пока око Вольдемара моргало, здание опустело, так, словно никогда и не заселялось, оставив один на один сторожа муниципального предприятия «Гробы и копыта», (то есть «Гробы и принадлежности») с этими самыми гробами.

Сторож вышел на крылечко, потянулся, задумчиво сказал: «Твою мать» и удалился в свою каморку спать, перед этим основательно закрыв двери предприятия.

Директор конторы изобретений ещё некоторое время полежал в кустах (часа три-четыре не больше) пока, наконец, не стемнело, и принялся действовать. Действовать пришлось на ощупь в кромешной темноте. Фонари вокруг заведения атрибутов последнего успокоения, принявшим с наступлением ночи зловещий оттенок, не горели. Мендельсон крадучись, осторожно, словно воин племени ирокезов на тропе войны, обошёл здание гробовщиков, ища способ проникнуть внутрь. Потом обошёл ещё и ещё. На пятнадцатом круге Вольдемар случайно заметил, что одно окно на первом этаже раскрыто настежь, очевидно, какой-то олух-служащий, разморённый дневной жарой раскрыл его, да так и забыл закрыть. Не веря своему счастью, глава конторы изобретений молниеносно подпрыгнул и уцепился за раму. Рама выдержала, но дальше этого дело не пошло. Вольдемар, нелепо размахивая куцыми ножонками и толстеньким телом, пытался проделать невероятный акробатический кульбит — влететь в окно. Через пятнадцать минут бултыханий и ругательств Мендельсон понял что, акробатика не его профиль и придётся искать другой путь попадания к долгожданному гробу. Глянув вниз, перед тем как спрыгнуть, Вольдемар обомлел.

Прямо под ним, на расстоянии вытянутой ноги, сидел собакообразный зверь, клацал зубами и готовился к прыжку, собираясь впиться в драгоценную вольдемарову задницу. Как глава изобретателей попал внутрь заведения, и что было дальше, он не помнит. До конца жизни это осталось для него загадкой. Очнулся Мендельсон уже на втором этаже в выставочном зале, где взору доморощенного домушника предстала великолепная экспозиция предметов, сопровождающих человека в последний путь. Лёгкий свет взошедшей луны нежно освещал данные предметы искусства. Но самое главное было то, что квадросинтезатор гиперполя, венчал сию коллекцию. Он находился в самом центре на постаменте, очевидно, представляя собой гроб будущего.

Мендельсон, словно сомнамбула, вытянул руки и двинулся к машине времени. Перед его мысленным взором предстали видения будущего. Вольдемар увидел, словно наяву, каким образом направит созидательную силу квадросинтезатора времени на построение лучшей жизни для себя, ну и для всего остального населения Земли. Попав в будущее и раздобыв передовые технологии, он мог воспользоваться лучшими изобретениями человечества. Оросить Сахару, растопить льды Антарктиды (можно, заодно, и Антарктики), проникнуть в неизведанные глубины космоса.

«Это чего ж тут можно наворотить», — восхищённо подумал Мендельсон.

И наворотил. Проходя мимо крайнего гроба, он совершенно случайно, находясь под влиянием эйфории охватившей его мозг, легонько зацепил тот. Так же легонько, без особого шума и помпы, экспозиция посыпалась и погребла, в буквальном смысле этого слова, собой главу лиги изобретателей.

Гробы сыпались словно орехи, венки разлетались подобно листьям во время бури, стеллажи с аксессуарами валились, как карточная колода. Даже вороны закаркали во всё воронье горло, взвившись тучей на близлежащем кладбище. Грохот ещё разносился по залам, кабинетам и коридорам муниципального предприятия «Гробы и принадлежности», а Вольдемар уже выполз из-под останков экспозиции, которая представляла сейчас бесформенную кучу, состоящую из древесины (в основном дуба), бумаги и стекла. Венчал эту абстракционистскую коллекцию квадросинтезатор гипергроба, который, всё также невозмутимо возвышался на постаменте.

Медлить Мендельсон не привык и, словно альпинист-высокогорец, покоряющий вершины Альп, пополз по куче к постаменту. Через каких-нибудь полчаса машина времени была перед ним. Вольдемар профессиональным движением нажал клавишу с правой стороны корпуса, крышка откинулась, показав электронные внутренности квадросинтезатора гиперполя. Мендельсон счастливо улыбнулся и повалился в гроб времени. Крышка закрылась, зажёгся свет и Вольдемар остался один на один с различными табло и переключателями, нашпигованными в крышке. Все эти табло с лампочками плавно перемигивались и перемаргивались. Мендельсон попытался, было, понажимать на кнопочки и клавишки для изучения способа управления гробом времени, но вовремя вспомнил чем, а точнее каким заведением, закончились в прошлый раз его эксперименты. Единственное, в чём он сумел разобраться, так это в том, как отсюда выбираться. Кнопочка имела зелёный цвет и при нажатии на неё крышка плавно открывалась и закрывалась. Закрыв гроб, Вольдемар, разморённый поисками и приключения предыдущих дней, успокоенный своей невиданной удачей, спокойно уснул внутри.

Спал он ровно, без сновидений. Лишь один раз за ночь его спокойствие было нарушено осторожным стуком по крышке. Мендельсон недовольно отворил своё убежище и увидел ошарашенного сторожа. Тот, услышав грохот падающей экспозиции, долгое время не решался проверить в чём дело и добрался в выставочный зал лишь тогда, когда Вольдемар уже спал. Из единственного уцелевшего гроба доносился душераздирающий хрип (или храп?). Движимый любопытством сторож Афанасий постучал по крышечке гроба, гроб и открылся. В зелёном сиянии, окутывающем гроб, находился покойник. Покойничек потянулся и, недовольно проворчав: «Чего тебе надо, старая образина?» захлопнул крышку гроба.

Сторож с минуту постоял изумлённо, потом сказав: «Твою мать», бросился бежать. Афанасий бежал долго, остановившись лишь у дверей ближайшего храма Господня, что на другом конце города. Упёршись в двери богоугодного сооружения, он сказал: «Христа ради», и принялся истово молиться. С тех пор его часто видели местные прихожане во время молебнов, праздничных литургий и других мероприятий подобного рода. Афанасий ходил среди паствы, вещая слово Божие, говорил, что на него снизошла благодать Божия, но почему-то склонял всех к мусульманству, хотя осенял себя крестом.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 252
печатная A5
от 503