электронная
360
печатная A5
395
12+
Кому и чем Россия не по нраву?

Бесплатный фрагмент - Кому и чем Россия не по нраву?

Или Рublic Rеlations

Объем:
56 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4490-3478-6
электронная
от 360
печатная A5
от 395

1. О выгодном существовании

Очевидно, речь о таком, которое выделяется на общем фоне человеческого бытия извлечением максимально возможной пользы из бытия — для собственного здоровья, безопасности, свободы и иных гарантий (условий) для постоянного роста, развития и процветания.

Вообще-то говоря, извлечение пользы для каждого живого организма заложено самой природой и начинается от самого рождения — известным врождённым инстинктом систематического потребления питательной энергии. Но осознанное решение этой проблемы приходит только с развитым мышлением или рассудком (разумом).

Что и означало переход не только к разнообразию способов извлечения выгоды для каждого, но и заставило задуматься над вопросами: что за источники, из которых она извлекается, не наносит ли твоя выгода ущерба окружению и как успешнее и перспективнее справляться с поддержанием здоровья, безопасности и свободы — в одиночку или совместно с другими, с которыми (хочет кто этого или нет) придётся шагать по жизни.

И тогда появилось понятие о взаимовыгодных отношениях с взаимовыгодным существованием. Простейшие примеры: — не только вырубать лес на пользу человека, но и немедленно обеспечить вырубленные места новыми саженцами. Взаимовыгодно обмениваться тем, что производишь (имеешь) — с теми, у кого этого недостаёт, но готовы обменяться на собственно произведенное (имеющееся) в излишке. Не только коптить небо вредными отходами, но и внедрять технологии очистки неба от вредных отходов.

Другой пример, когда одни готовы по своей профессии строить жильё, в том числе и для педагогов (медиков, энергетиков, коммунальщиков и т.п.), а эти в обмен — учат, лечат, обеспечивают светом и теплом, обслуживают жилищную инфраструктуру и т. п. И так по каждой профессии, и лишь окончательным приведением к равно-взаимной выгоде посредством денежных расчётов. Для стартового начала дальнейшего развития — вполне приемлемо. И «цивилизованный» Запад начинал когда-то не с небоскрёбов и далеко не по божественным заповедям.

К тому же, сокращение оборота денег — естественно ведёт к сокращению коррупционных денежных схем, точно так же, как оплата не за сданный под ключ объект, вместо инвестиций всего лишь в будущий проект объекта. И точно также по товарам, продуктам и услугам: мало кто видел, чтобы на общем рынке платили деньги, не видя продукта в готовом виде.

А каждый товар тут же обменивается на деньги (или другой товар), а уже на вырученные деньги каждый свободно выбирает дополнительно — какое ему приобрести жильё, выбрать учёбу, лечение и другие платные услуги и товары по своему размеру капитала.

Разумеется, и от этого человек свободным не становится, потому как зависимость от людей всего лишь меняется на зависимость от денег, а проблема свободы лишь переходит в иное русло — какая и для кого зависимость выгоднее: от бездушных и безликих денежных знаков, или своих же сограждан — живых разумных людей. К тому же товарно-денежный обмен далеко не адекватен: покупая товар лишь расширяешь комфорт, на деньги же приобретается всё, включая свободу, власть и самих людей.

=====

Зависимость от людей, в сущности, определяется требованием подчинять себя общечеловеческим нормам и правилам, которые вполне описываются известными божественными заповедями, и за нарушение которых в светских обществах установлена персональная ответственность различного рода, вплоть до лишения свободы и даже самой жизни.

Зависимость от денег предоставила возможность и без соблюдения этих норм — становится свободным путём законного расширения своей свободы посредством обмена денег не только на товары, но и на земли, иную собственность и платные услуги, на рабочую силу и обслугу из живых людей, с возложением на них всей чёрной (второстепенной) работы, тормозящей расширению состоятельной свободы, и, конечное же, на власть над всеми остальными.

И тогда во всей системе деловых отношений — выгодное существование принялись измерять не товарами, а именно безликой денежной прибылью и доходами, полученными от их сбыта покупателю (потребителю).

=====

Любое общество людей на нашей планете различается множеством индивидуальных уровней развития и понимания происходящего по множеству социальных и иных признаков в общении между собой, властью и государством, в религиозном или светском представлении. Но независимо ни от каких признаков и различий — оно однозначно подразделяется на производителей и потребителей материальных и духовных благ, определяющих рождение, рост и развитие каждого из нас.

А, впрочем, не всё так однозначно: потреблять главным законом живого существования — предписано всем без исключения, а производить способен далеко не каждый, не всегда и в прямой зависимости от способностей и талантов.

Производителями товаров и продуктов (а тем более свободными) физически не могут быть все объективно нетрудоспособные, но полноценные потребители. И те, кто уже отработал установленный законом трудовой стаж. Те, кто занят благороднейшим делом на решении общих для всех государственных задач. Те, кто оказывается в нужде из-за социальных и природных потрясений.

Значит, вся эта армада общества находится, по сути, в иждивенческой зависимости от свободных производителей, позволяющей таким образом манипулировать ценами на спрос, далеко не по обоюдному желанию и удовлетворению!

Как же обеспечить баланс в отношениях между теми и другими? Проблема решается двояко: в системе с централизованной экономикой функции регулирования — в ведении государственной власти, с охватом всех без исключения граждан страны.

В системе с частной свободно-рыночной экономикой применяется понятие о частной прибыли, с предварительным анализом ситуационного состояния общественности, и буквально означает продвигать в массы особые методики рекламы и технологического подхода к целевым контингентам населения через частные маркетинг и менеджмент (изучение, создание, продвижение, управление людьми посредством контроля и регулирования рыночных процессов), которые позволяют предоставлять товары и услуги в образе, выгодном для организации, занимающейся пиаром.

Пиар (P.R.) — распространённое сочетание аббревиатур от «Рublic Rеlations», что переводится на русский, как связь с общественностью с целью изучения и оптимального решения проблем, с упорядочением всего, что требуется производить для населения — с тем, на что имеется спрос населения и наоборот. А, таким балансом и продвигать общее благоденствие через возрастающее качество и количество товаров и услуг.

=====

Значит, если всё же «Рublic relations» перевести ещё и с абстрактного языка на конкретный, то выходит не простая связь с общественностью, а заведомо целенаправленное информационное воздействие на вполне определённые контингенты людей, вполне определёнными частными организациями, для вполне определённых задач извлечения частной выгоды, с целью дальнейшего, ещё большего приумножения капитала всего лишь отдельных успешно пиарящих организаций.

Но ведь это уже само по себе означает, что свободные рыночные отношения регулирует не» невидимая рука» по А. Смиту (с чего и начинается оболванивание населения теорией свободно-рыночной экономики), а эти, вполне реальные организации, вплоть до достижения ими финансовых высот, позволяющих манипулировать уже всем обществом по своему узко-прагматическому усмотрению — вопреки расхожему мнению о том, что состоятельные персоны никак не мешают существовать и развиваться всем остальным согражданам.

И тогда спрашивается, пиар — это что: связь с общественностью с целью только изучения спроса и предложений на всеобщее благо? Или и давления на общественность с целью извлечения из неё выгоды всего лишь отдельным частным организациям? А не менее существенное — насколько пиар-образы товаров правдоподобны самим товарам? Особенно если учесть, что рост частной прибыли обеспечивается отнюдь не расширением производства количества и качества товаров для всего общества, а свободными частными ценами на товары для всего общества.

Ведь именно эти, свободно растущие частные цены, хотя бы и по объективному (без контрафакта) росту качества товаров — прекращают доступ к социальным благам и направлениям развития всех, мало состоятельных, сограждан!

Значит, вместо распространяемого убеждения в том, что состоятельные никак никому не мешают продвигаться в такие же состоятельные — на самом деле образуется ступор развития для большинства сограждан в стране, если только вместе с ростом свободных цен не растут и жизненные уровни всех остальных граждан.

В какой-то мере этот рост обеспечивается, но лишь членам частных корпоративов или акционерных обществ, успешно способствующим росту частной прибыли. Для всех остальных поддержка тоже предусмотрена, но путём прибыльного кредитования из тех же частных банков. То есть, ещё больше способствующего росту частной прибыли.

И если это так, то частная финансовая состоятельность отдельных участников свободного рынка не только не мешает всем остальным продвигаться к ней же. Она прямо заинтересована в том, чтобы рядом с ней было как можно больше нуждающихся в деньгах, сама генерирует нужду в деньгах свободным рынком и, как правило, имеет место за счёт снижения уровня жизни преобладающих масс населения, занятого на благороднейшем поприще общих для всех государственных задач. Прибыль с неба манной не падает, а больше просто неоткуда.

2. Недобрая функция денег

Пожалуй, нет необходимости напоминать о позитивной роли денег, которыми обеспечиваются все жизненные процессы и в обществах и для каждого человека в них — в качестве всеобщего условного эквивалента ценности товаров и услуг и в тоже время как платёжного средства за товары и услуги.

Но как-то так — стереотипно, повелось, что состоятельность финансовая одновременно означает состоятельность лидерскую, достигаемую высоким уровнем знаний (образованием), неординарными личными способностями и организаторскими талантами. Казалось бы, без всех этих преференций невозможно добиться и финансовой состоятельности. Однако, это не так, а если точнее — совсем не так.

И прежде всего речь о том, что процесс лидерской состоятельности осуществляется на виду у общества, в то время, как к финансовой — открыто множество способов, как легальных, так и нелегальных (вплоть до откровенно преступных и бесчеловечных).

=====

Разумеется, правоохранительные органы прикладывают немало сил и народных средств для ликвидации негативных последствий от подобных проявлений. Но ведь и они действенны только тогда, когда правонарушитель схвачен за руку, вина доказана, приговор вынесен и реализован. И, выходит, что до этого-то разрешено всё, что не запрещено законом и что категорически запрещено!

Но даже если природа денег известна и не вызывает сомнений — решающее значение приобретает принципиальная неадекватность товарно-денежного обмена. Накапливая купленные товары — обеспечиваешь всего лишь комфорт, а накопление денег от продажи товаров — ведёт практически к неограниченным возможностям обретения любых, по личному выбору, товаров и услуг и всего, что только продаётся на свободном рынке.

Например, неограниченную жилую площадь, в которой так остро нуждаются менее состоятельные сограждане — купить, изъять из обращения по предназначению и хранить как складской товар вплоть до того момента, пока не дождётся лучшей конъюнктуры на свободном рынке для его продажи с максимальной денежной выгодой. Точно также извлекается прагматическая прибыль из любого товара длительного использования, с изъятием из общественного оборота.

Кроме того, спрос на жизненно важные товары и продукты массового потребления никогда не был свободен, поскольку диктуется самим законом живого существования. И здесь ловкачам предоставляется возможность повышать цены и прибыль по кощунственному принципу: «Хочет жить — куда он, покупатель, денется!»

А тут открывается ещё одна, не очень привлекательная общественная грань финансовой состоятельности.

Условно говоря — накопить денежный капитал можно и на банальной торговле мясными изделиями, с минимумом образования и торгашескими способностями. Но он даёт широкие возможности становиться владельцами или продюсерами в совершенно незнакомых сферах науки, культуры, искусства и художественного творчества. И если когда-то известный баснописец всего лишь осмеивал сапожников, принимающихся выпекать пироги, а пирожников тачать сапоги, то сегодня впору высмеивать его самого с прочно закреплённой позиции денежных профанов над безденежными профессионалами.

=====

Либо они же скупят рекламные места и авторитетов-звёзд для того, чтобы двигать нужные для их обогащения продажи, хотя те звёзды заслужили авторитет совсем в другой сфере деятельности, далёкой от рекламируемой. Или не поскупятся на покупку иностранных легионеров, якобы только и способных прославить российский спорт, а никак не ту, выходцем из которой набирался таланта. Либо организуют сеть частных банков, чтобы совсем уж легально продолжать наращивать свой капитал возвратными процентами прибыли от обывателей.

И конечно же, весьма обрадуются, если при формировании демократической власти — сбор подписей заменят внесением денежных залогов. Как, впрочем, и таких же залогов, временно покупающих свободу от заключения под стражу или денежных штрафов, которые для финансово-состоятельных — что тот комариный слону укус. И много чего ещё — денежного и выгодного продажно-покупного.

Оказалось, что подобное стало возможно ещё и потому, что удалось промыть мозги ещё одним стереотипом мышления, согласно которому — как только не государственный, а частный, так непременно честный, добропорядочный и законопослушный, в то время как при государственном централизованном регулировании — таковых и быть не может!

Так ведь подтверждается ущерб наносимый государству и его гражданам не идеологической риторикой, а сравнительной статистикой того и другого. Где она?

И если бы частный менеджмент оказался добропорядочным — не было бы государству никакой надобности тратить немалые народные средства, достойные лучшего применения, на множество надзорных и правоохранительных сил.

=====

Но может быть справедливость восстанавливается правовыми Судами, перед которыми на словах равны все, независимо в том числе и от финансовой состоятельности? Возможно и восстанавливается. Только как обеспечить равенство сторон обвинения и защиты для объективного вердикта, если на стороне неимущего истца один бесплатный защитник, а имущий ответчик волен нанять хоть десяток самых матёрых и свободных адвокатов? И тогда денежная состоятельность переплавляется в юридическую уже совершенно легально, без всяких криминальных подкупов.

Однако, и это ещё, что называется, всего лишь цветочки. Самое кощунственное заключается в том, что по стереотипу, очевидно укоренившемуся от самых дремучих времён с рабами, которых и за людей-то не считали, покупая и продавая как тривиальный товар — точно то же правило продолжает иметь место и на современном свободном частном рынке, с куплей-продажей живых людей (теперь это называется — нанять), как тривиального товара, вместе со всеми общечеловеческими ценностями — свободой, умами, правами, телесами для наслаждений и самими жизнями. А за ненадобностью избавляться от них на попечение государства.

Значит, деньги, так когда-то облегчившие громоздкий натуральный обмен — оказались ещё и недобрыми и даже зловещими. На свободном от вмешательства государственных властей рынке укоренилось убеждение в том, что в нашем мире можно купить всё, включая честь и достоинство Человека и вопрос лишь в том, какую сумму предложить. А если кому-то потребуется — то и самих производителей-торговцев продавать с потрохами. Весь процесс свободной купли-продажи — есть во всех смыслах продажный процесс.

Производство товаров и услуг, как естественный источник денежной массы — уступает место добыче самих знаков любыми способами, дабы приобретать готовые товары и услуги, производимые другими — второстепенными странами и народами.

А в том и загвоздка, что если не интересоваться способом обретения денег — они вполне способны обращаться в самое изощрённое зло, которое на законы и мораль не реагирует и тем не менее считаются вполне законным и моральным. Но разве возможно одновременное сочетание прямо противоположных качеств добра и зла, исключающих одно другим.

=====

Оказывается, возможно! Только для этого требуется принять очевидное — все деяния и отношения между людьми происходят в двух ипостасях. Одна открытая, на свету, видимая как для общества, так и для властных законов, а другая — укрытая от глаз людских всем, что именуется подпольным (теневым, нелегальным).

И казалось бы — что из того, если ответственность перед законом при этом никак не снимается? Да, не снимается. Но только при условии, если подпольное зло извлечь-таки на свет. А если нет?

А если нет — оно само извлекается, легализуется и становится безупречно законным через результирующую оценку одной и той же светлой, официальной банкнотой.

Никто не способен отличить, от каких она деяний — ведь такая банкнота отнюдь не фальшивая. И сумей талантливо укрываться от закона в подполье — как всё зло через одну и ту же светлую банкноту начинает обниматься с добром на равных с ним правах, маскируя зло под добро и добро под зло.

А в том и дело, что на общем рынке никто этого не замечает, обмениваясь по известному рыночному принципу: за какие продаётся, за такие и покупается.

Значит, первая и главная задача «Рublic Rеlations» — пиарить преимущества исключительно свободного рынка на частной собственности.

3. Пиар — увертюры

Вряд ли Шекспир, поднимая философский вопрос» быть или не быть», имел в виду — как именно быть: свободной Личностью или в тесном сотрудничестве с теми, с кем (хочешь или не хочешь) придётся шагать по жизни? И вот это последнее раскололо и разумную преференцию на два направления.

Одни умные — с накоплением опыта становились мудрыми, понимая, что исходить следует из тесного сотрудничества, с концентрацией общих сил и средств для более успешного развития, и предлагали морально-этические нормы поведения для обеспечения совместных успехов.

Другие тоже за сотрудничество, но выуживая из общих сил и средств, прежде всего, собственную прагматическую выгоду, ловко пользуясь пиаром неизбывной веры человека в слова, в добро и разум, и вооружившись началом попрания всех норм — обманом. Тоже умные, полностью вменяемые с позиций медицинских и психических показаний, весьма талантливые — только несколько сдвинутые по фазе трёхмерного мышления.

Мудростью принялись считать хитрость, обеспечивающую более успешные, чем общественным способом, личные и частные преференции.

К традиционным вопросам прибавился более конкретный — как не быть обманутым, оскорблённым и униженным — несмотря на то, что все моральные ценности из разряда менторских уже давно зафиксированы в светских законах с персональной ответственностью за нарушения или пренебрежение ими и требуется лишь настойчивое проведение законов в практику. Но….

Но так упрощённо рассуждать можно, если как раз и не придавать особого значения той непреложной правде, что вся человеческая деятельность осуществляется в двух противоположных ипостасях — в той, что на свету и на виду для оценок и выводов. И в той, что в тени, в подполье, во мраке ночей, без свидетелей.

А значит, не видна ни обществу, ни законам — свободно осуществляясь и передаваясь из поколения в поколение до тех пор, пока не проявляется и не пресекается. Собственно хитрость в том и заключается, чтобы после свершения тёмных дел без свидетелей — талантливо предстать перед обществом ярым радетелем за мораль, за закон, за народ и страну.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 395