электронная
436
печатная A5
589
18+
Кома

Бесплатный фрагмент - Кома


Объем:
112 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-7179-8
электронная
от 436
печатная A5
от 589

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Жанна

Проведу я рукой —

Листья с бликами играют.

Я совсем неземной,

Я глубоко, я это знаю…

DJ Бойко

Зачем я нужен тебе?

Почему ты каждый день ждёшь,

Что я приду, ложь волоча за собой?

Что я значу для тебя?

Ты отвечаешь: «Всё»…

«Многоточие»

ОСЕНЬ

Я манекен. Без сердца и мозгов. Французский речитатив Manes обдает атмосферу моего пустого нутра унынием и мраком. Мое сознание расползлось в ноябрьскую тишь.

Я сгусток пульсирующих нервов. Все мои взлетевшие на воздух города беззвучно и медленно опускаются на землю. Озона нет — сплошной туман из каменной пыли и пепла. Скоро ночь — океан серной кислоты, где я растворюсь до последнего атома.

Осеннее солнце спрятало свой прощальный блеск в моих умирающих зрачках. Я смотрела на него, перед глазами появлялись чёрно-зелёные пятна. А я смотрела… Осень, ты уходишь, я с тобой… Свое откровение я отдала тебе, сделала это в последние часы жизни здесь…

Знаешь, я не скажу ненавистной зиме ни слова. Того не стоит, со своими седыми и холодными ландшафтами она не стоит ни гроша. Ты тоже не стоишь. Я забуду тебя. Ты останешься в её фригидной утробе один. Сегодня ночью ты наконец-то потеряешь меня навсегда.

Та женщина сказала мне, чтобы я не делала аборт, если беременна. Нет, нет, конечно, нет! Никто и никогда не тронет твоего ребёнка, моё чудо, мою тайну! Мы умрём вместе сегодня.

Помнишь, ты говорил мне, что у нас ничего не получится? Это у тебя не получилось! Это ты не смог быть счастливым со мной! А у меня получится. Я уйду в минус бесконечность вместе с твоим нерождённым ребёнком. И ты уже никогда не увидишь нас.

Я исчезла. Душа взорвана. Какой-то твоей подружкой?! Нет. Твоей нелюбовью. Мне предпочли! Это нарциссическая война эгоцентрика. Разве может кто-нибудь любить тебя так?! Господа, я закрываю все свои сто тысяч дверей. Мне нужен чёрный цвет. В омут боли надо уходить под траурные фанфары…

Маленькой влюбленной Жанны больше не существует. Есть я, молчаливая Жанна, которой больно. За окном — гардины снега и, казалось бы, ещё лишь полдень, а холодное, уже зимнее небо придает им синеватый оттенок и потому кажется, что на улице ранний вечер.

Вторую ночь снится Влад. Хорошо, что он не один. Это отрезает мне все пути. Я люблю его. Молча, обхватив руками голову, и — всем сердцем. Всё это чудовищно.

Во мне сейчас такая чёрная пропасть… Отвесная, высочайшая, покрывающая меня со всех сторон. Ах-ах, как долго буду тебя забывать? Не знаю. Стиснув зубы. В одиночестве. В дьявольской пропасти депрессии.

Придёт зима. Зима без меня. Я мечтаю в последний день моей мистической осени уйти утром и потеряться в холодных голубых аллеях парка… Утонуть в своих воспоминаниях… Думая о тебе… Видя вокруг лишь голубой свет, голубой тон, голубую непроглядную тьму…

Утонуть в голубом цвете, словно это последнее утро осени — прощальный взгляд твоих голубых глаз… Пронзительно сердце прощается с этой осенью. А ты словно ушёл и потерялся там. В тишине бесконечного холодного парка, навсегда.

Ты приснился мне. Мы целовались, ты был таким страстным, сильным, сокрушающим… Эти «эскизы сна», пепельно-голубые, стоят перед моим внутренним взором. В городе — зима, снег валит с самого утра. Всё вокруг — белое сейчас. И холодное — холодное беспредельно.

Смотрела наши фотографии за год. Весна — счастье. Лето — страсть. Осень — откровение. Неужели всё?..

Мы в разных измерениях. Всё нормально. Я в пустоте. Под снегопадом многоточий. Вспоминаю его лёгкие стройные ноги. Его губы… Нежные, властвующие… Я могу сказать — мечта сбылась, и сбылась далеко за пределы. Завтра начинается рабочая неделя. Проблемы, заботы. Его на горизонте — НЕТ. И я тихо умираю.

Описывать мои душевные сумерки длиной в месяц — дело гиблое. Слишком многогранно всё, страстно и спрятано в глубину синего цвета.

«Я не в силах позвонить тебе и нащебетать пожеланий. Меня вырвет своей же болью. Ты прав. Любить меня противопоказано. Слишком велика бездна. Будь счастлив…»

Я не смогла поздравить по-человечески. Обдать позитивом утопических пожеланий. Я — гораздо. Я — много больше. Поэтому и не смею.

Между мной и тобой… Три года разницы… Моя любовь чистоганом. Твоё… что? НЕ ЗНАЮ. Но сколько боли… Сознание не зависло — оно просто не ловит больше сигнал. Я не перезагружаюсь — я тихо сгорела.

Ты просто позволяешь любить себя, любить издалека, уже ничего не скрывая. Мы в упор не видим друг друга online. Сегодня весь вечер живу со странным ощущением, что сижу с ним на крыше, высоко-высоко… Куда бежать мне, живой, из этой мёртвой оглушающей пустоты… В какую ложь, в чьё равнодушие?..

Ольга говорит, что если бы ему было плевать, он бы давно послал. Ха. Ему плевать настолько, что даже послать в падлу. А между тем месячных нет.

«Ты тест, конечно, не делала?!» — машет руками Верка. У сидящей рядом Ольги округлились глаза и поползла улыбка: «Жанет… Да?!!»

«Да ладно, — говорю. — Просто задержка».

«А вдруг — да? Тогда аллилуйя!!!» — Верка почти ликует.

Девчонки мои…

Тёмно-синие сумерки ноября. Полуголая я. За окном шелестят машины, отбрасывая светотени на холодный асфальт. У тебя сегодня день рождения…

К вечеру поднялся ветер… Квартира пуста без тебя, изгибы комнат тонут в темноте… Я одна. Мысли наползают, как ночь за окном. Они так же неотвратимы и кромешны. Я не смогу позвонить. Твой голос, любимый и тёплый, резанёт по сердцу…

Слёзы похожи на судороги, Manes топит меня в печали, я набираю тебе свое откровение. Я — пружина, спираль, алая лента… Красивое ничто в твоей жизни…

Завтра твою стену завалят поздравами и зальют мёдом. Завтра я иду покупать тебе подарок. Ночь малодушно шепчет мне: «Он того не стоит…» Она кричит мне: «Ты для него ничего не значишь, пустое место, нуль! НЕТ, ТЫ НЕ СДЕЛАЕШЬ ЭТОГО!!!»

Но я просыпаюсь и думаю: «Завтра у него день рождения! Ах…»

Время до его дня рождения исчисляется часами. И плюнуть бы, но чашу весов перевешивают воспоминания о нём, какой он, зараза, невероятный и как я его люблю. Знаю, что его слова были кинуты в меня с моей подачи. Однако как быстро он кинул их, как горячо и легко…

Сегодня — десятый день задержки, живот всё время болит и тянет, и я боюсь поверить в счастье. Припухла грудь. Внутри меня — тишина и умиротворение.

Месяц. Не видела, не слышала, не целовала, не… Месяц. Его молчание ненавязчиво провоцирует на какие-либо действия. Только я знаю, что они излишни. Умираю без него.

Всё, что мне от него осталось, — строчка, нет, даже слово online. Он уже начисто искажен моим восприятием, я уже забыла его первозданного. А мысль о ребёнке стала тем чипом, который не удалишь из сознания.

Я хочу уже отчаянно… хочу ТВОЕГО ребёнка. Сегодня ночью снится мне… Ты звонишь мне и говоришь похмельным, низким голосом, типа, был занят, поэтому пропал из вида. Я слушаю тебя и ухмыляюсь — голос выдает, ты бухал не одну ночь. И ты говоришь вдруг: «Я приду, ты только жди меня…» Я бы предпочла заблудиться в этом сне навсегда.

«Держи масть! У меня предчувствие, что всё будет… Перестань себя накручивать. Пусть всё медленно идёт своим чередом…» — Люда, как всегда, подбадривает меня, «тормошит». Так странно — человек, живущий за тысячи километров, так чувствует меня. После её кратенького письма дышится легче.

Влад уже начисто искажен моим восприятием, я уже забыла его первозданного… Но ведь будет ещё случай? Ведь не может не быть…

Невыспаная инопланетная Жанна сидит и грустно смотрит на монитор. Или тупо. Или безразлично. Короче, хрен пойми, как. У меня снова время Х.

«Ты такая светлая на фото! Депрессия вон! Вон тяжёлые цвета и краски! Ты — весна!» — откомментировал мою фотографию приятель. Удивляюсь, что получается «красиво улыбнуться» для объектива. Мне бы оно — нафиг не надо. Автоматически, никак иначе.

Я словно впаялась в янтарь. Сижу там и смотрю на происходящее через призму. Ничего такого не произошло. Я ему просто пожелала успеха и попросила беречь себя — он вчера зажигал в новом клубе.

Кинула, да и всё. А он ответил. Через пару минут от Влада пришло: «Спасибо!»

Я поначалу не придала значения, но когда это произошло в четвертый (!!!) раз, даже испугалась. Мне регулярно начали снится СНЫ СО СМЫСЛОМ.

Первый был про Влада и меня. Дальше — гадалка. Дальше — дорога непонятно куда. Сегодня видела во сне крест из облаков, а вокруг — ночь, и идёт дождь, и вообще такая крутоверть…

Толковать эти сны сложно, потому что, во-первых, там намного больше всего было, чем я помню, во-вторых, толкования двоякие и, в третьих, чувствую я, что понимать их надо мне, через собственную интуицию, и поэтому висну в тихом ужасе. Мне даже страшно, мне ой, как неспокойно…

Он выходит «В контакт», торчит здесь по часу — наверное, пишет кому-то — и ничего у себя не меняет. А я тихо вешаюсь. Ненавижу себя — от прежнего Влада во мне ничего не осталось, сейчас он — мой палач.

Я в огромной комнате. Где-то рядом какой-то мужчина, но я его не вижу. Комната красивая, золотистые гардины и всё такое прочее. В моих руках — шкатулка. Я открываю её, а в голове мысль, что я открываю дверь. Я открываю её с мыслью о том, что открываю дверь ДЛЯ НЕГО.

И внезапно я оказываюсь в этой шкатулке! А она огромна, красива, золото и зелень внутри, а я не хочу, я бью кулаками в её стены, мне бы на волю!

Не я маленькая — шкатулка становится размером с комнату, но небольшую. И я начинаю бить в стены кулаками, пытаюсь докричаться, чтобы кто-нибудь вызволил меня. Примерно такой сон…

Рассказала его Ольге, а она в ответ: «Ты заманила себя в ловушку из Влада».

Я ведь тоже так истолковала сегодняшний сон… Ему-то оно зачем?! Ощущение из сна было — что кому-то ЭТО надо.

Сказала себе: «Хорош, Жанна!» И живу себе тихо… Весь наш вчерашний разговор — чисто приятельский, бла-бла-бла. У меня в последнюю неделю — карусель.

Ольга говорит тоном мудрой учительницы: «Выкинуть тебе надо дурные мысли. Ты себя доводишь сильно, Влад реально стал центром твоей вселенной, ты для него вывернула всю себя, а он? А он, по большому счету, ничего от тебя не хочет. Сколько, бля, уже можно?»

Вот и я думаю — если ему всё равно — о чём здесь заморачиваться? А если нет — держите меня семеро, какого чёрта тогда ломать комедию? Это бардак. Я просто не жму на тормоза.

Если бы он ХОТЬ КАК-НИБУДЬ сигналил мне… Мы в тот вечер оказались сначала сидящими рядом. Минут через 30 я вышла на балкон. Минуты через три — и он. Мы остались вдвоем. Никаких особенных тем…

— Как дела?

— Дел выше крыши, устал… Кстати, какие планы на вечер?

— Неопределенные…

Потом нас «свиснули», мы сели на свободные места и оказались по диагонали, через стол. Был чисто деловой ужин, а не пьянка. Раза два я ловила на себе его долгий взгляд. Раньше он так не смотрел на меня.

А в завершение вечера он стал резко со всеми прощаться, типа полетел по делам дальше. Ну да, ему звонил какой-то мужик… Я вышла в другую комнату. Переваривать происходящее. Мы не попрощались.

Феноменальный парень… Я думала, в наше время с его разболтанными нравами таких нет в принципе. Наверное, раньше никто не склонял его так напролом. Я отличилась, да… А ведь так и закомплексовать можно запросто. Ругать себя: «Какая же ты bad girl, ай-яй». Чёрт знает, что происходит.

На выходных я уезжала отдыхать с подругами на турбазу. И ночью в субботу у нас развернулся диалог SMS-ми. Он пишет мне:

— Я всегда один…

— А я иду, затаив дыхание… Хрупко, прекрасно, драгоценно…

— Береги свое счастье, хрупкое, прекрасное, драгоценное!

— А оно будет резать мне вены. Мое счастье…

— Настоящее, твое счастье так не поступает…

— Как же поступает настоящее счастье? Теряюсь в догадках.

— Оно любит тебя!

Пока я протирала глаза — уж не привиделось ли мне ЭТО?! — он желает мне спокойной ночи и «уходит из эфира».

«Наутро мёртвой встану…» Глаза болят от слёз, голова — в тумане, сердце исчезло. Вдруг, в один момент, сразу все планы и задумки стали одним словом — NEVER. Глаза болят от слёз, голова — в абстрактности, сердце исчезло. Я убита. Я мертва. Во мне сейчас одна пустота.

Я писала ему и захлёбывалась слезами. Ни одного лишнего слова. И никакой экзальтации — это непростительно, ненавижу женский пафос. Длить дальше этот невнятный бред июня не вижу смысла. Мы в тупике. Мы сузились до SMS-ок. Выход один — похерить всё и сразу.

Эту ночь я не забуду. Когда я — один на один со своими чувствами, они водят моей рукой. А я исполняю их волю — набираю письмо и лью слёзы. Зная, что иду не ва-банк даже — ведь других вариантов нет — зная, что просто убиваю всё.

«Помнишь, я говорила, что если тебе будет хорошо и БЕЗ меня, я не потревожу тебя ни словом, ни жестом. В каких застенках живу я БЕЗ тебя — по умолчанию. Я писала тебе сегодня вечером и плакала, целое большое письмо. Душу наизнанку, много слов…

Любовь душит меня, любовь, которая не нужна тебе. Я в тупике, Влад. Жизнь сделала повтор и мне снова 15 лет. Слёзы снова жгут глаза. Я не хочу драматургии. Это жизнь. Жизнь жестока. Я сейчас сижу и рефлекторно зажимаю себе рот. Мне дико и больно, но, наверное, так лучше — ни на что не надеяться и ничего не ждать. Жить в пустом мире. Просто знай — Я ВСЕГДА БУДУ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ».

Конечно, он не сказал в ответ ни слова.

Я не могу ни с кем спать, я не могу нормально есть. На других смотрю — вижу его. Читаю все эти амурные сопли на страницах — и схожу с ума. Эта дура и грамма не умеет любить так. А он мне душу выворачивает.

Как только я начинаю ДУМАТЬ о нём, я невольно начинаю плакать. Как же исковеркано он воспринимает меня, как же плоско и однолинейно то, что — с миллионами граней.

Я думала, что давно сдала себя на предмет того, что схожу от него с ума. Ведь я всю весну исходила кровью и срывалась. Он что, думал, я шутки шучу? Какое дичайшее заблуждение — вся наша история…

За этот год я навсегда полюбила голубые сумерки утра. Голубой пепел… Твои глаза — это сияние, солнечное сияние бездны неба…

С недавнего времени я озаботилась такой темой, как «Первые признаки беременности». До месячных осталась неделя. А у меня повышенная утомляемость, частенько поламывает голову и тянет низ живота…

Тебе совсем скоро 25. А я так много думаю об этом, словно это у меня через час — день рождения. Как я люблю твои красивые лёгкие ножки… И твой голос, и твой смех, и как ты дышишь, как ешь…

Я одинока. Одинока тотально. Изолирована — намеренно и упрямо. Я чудовищно, я нечеловечески устала. Ничто не греет, ничто не радует. За окнами уже полмесяца — — 20. Вот и я уйду однажды в холодную, мёртвую зиму.

Я говорю с ним, и душа рыдает — сейчас связь отключится, его тёплый голос станет воспоминанием.

Я одуревала эти несколько дней. А ты молчал, молчал, а я тихо жила себе… За окном — солнечный холод, ветер, влажный асфальт. В голове — будничные заботы, в сердце — ты.

И вот вечером — опять два часа обмена SMS-ками. А. Ля. Люблю тебя. Разговор можно было обрезать в любой момент, и я с каждой SMS-кой ждала этого. А ты писал… А я замирала с телефоном в руках…

Ночью мы SMS-лись. Острие ножа, обнаженные нервы, голые чувства… Ты говоришь, я слишком увлеклась «всем этим»? Бери выше, выше, до неба…

Я люблю тебя, в этой любви слиты воедино и космические предчувствия. И земное притяжение.

Перед ним я котенок месячный. Слепой и ранимый. И он это знает.

Утром заявился ко мне Андрей. После ночи в клубе, естественно, хмельной. Зачем и почему — потолковать по душам. Что он мне собирался сказать — не знаю, поскольку минут через 20 позвонил Влад. Ему надо было обсудить со мной чисто профессиональные вопросы.

«Найдёшь для меня минут 15?» Он ещё спрашивает… И вот вскоре на пороге — Влад собственной персоной. Андрей резко встал, как только услышал его голос. Влад смотрит на своего друга в недоумении. Ну, да, рояль в кустах!

Андрей ему: «Да не ругай ты меня…» Влад: «Протрезвеешь, ПОГОВОРИМ». Чудовищно серьёзный, а я смеялась, как идиотка.

Причем уходить Андрей не собирался, он ещё час вертелся рядом, вёл себя, как дурачок, лез к Владу целоваться, а тот каменел. Мне казалось, что он просто врежет своему пьяному другу.

Нашла стихи. Месяца два назад я на них бы и внимания не обратила, посчитав, что эти строки банальные. Но не сейчас.

Всегда найдётся женское плечо,

Чтобы в него дышал ты горячо,

Припав к нему беспутной головой,

Ему доверив сон мятежный свой.

Но есть такая женская рука,

Которая особенно сладка,

Когда она измученного лба

Касается, как вечность и судьба.

Но ведь ты не хочешь меня — в свою судьбу. А я — приговорена к тебе, приговорена.

— Ему нравится смотреть, как ты умираешь перед ним, — отрезал сегодня Серёжа, порвавший с Владом отношения ещё год назад. — Твоя история очень завораживающая, интригующая… Но уже хочется гадости сказать ему, честное слово! Он того не стоит, Жанна.

Серёжа, как всегда, прав. Но я не могу иначе.

Третий день холода. Ближе к утру снился Влад. Проснулась с чётким ощущением этого сна, но каков он был — не помню, всё утонуло в глубинах подсознания. Сегодня мы впервые после той ночи были online вместе. Разумеется, обоюдный игнор.

По-дурацки у нас тогда получилось… Сама виновата, знаю. Не надо было лезть к нему, причем так пошло. Это напоминало тупейшую провокацию и к моим истинным чувствам не имело никакого отношения.

Что он скажет мне послезавтра? Захочет ли говорить вообще? Кто я для него? Хороший человек, талантливая художница, друг, любовница? Я чувствую связь с ним, и близость наша, она… видоизменилась.

Ничего не потеряв, обрела множество нюансов и новые тона. Я что, обманываю саму себя? Не может быть. Он так серьёзен. И так любим.

Неделя нашего глубокого аута. Я хочу разорвать это страшное пространство и не могу. Он мне столько наговорил за эту осень!

Сегодня ночью выпал первый снег. Хотя не снег — так, мелкая холодная крупа. За окнами — унылый и плоский пейзаж. Пять месяцев без тепла… Стиснув зубы, забываю его… Пытаюсь забыть…

Отключила сотовый — мне НИКТО не нужен. Я словно укрыта теплом его рук, их силой, их близостью. И пусть взрываются пучины и горят леса. Его красивая сильная волосатая нога и моя, смуглая, стройная, гладкая… Они рядом, и это так невероятно прекрасно…

Будни поглощают нас. Он не любит меня. Я молчу. Никого не хочу. Никто не нужен. За что я цеплялась весь этот год? За свою любовную горячку? Он не любит меня. Он никого не любит. Он играет моим сердцем, как мячиком для пинг-понга. Это не встряски. Это мучительная боль и чудовищная серая грусть.

«Ты меня понимаешь?» «Да… понимаю…» Я утыкаюсь губами в его шею, пониже затылка. Линия его спины столь прекрасна, этот изгиб торса будоражит, сводит с ума…

Любимый… Когда же ты дашь знать о себе? В жизни нет никакого смысла, кроме тебя. Мысль о ребёнке от тебя стала мучительной…

Вчера вечером случилась ломка. Воспоминания о его тепле, его горячем теле исполосовали меня. В сотый раз читаю разные форумы. Всё же когда в подобной ситуации оказывались сотни девчонок, это психологически поддерживает.

Сотовый в отключке. Я сейчас close to, я сейчас far away… Секс с кем-то другим отпадает автоматически. Вообще амурные флюиды в любых микродозах. Мне сейчас этого не надо, я очищаю пространство вокруг себя и живу так, как велит мне сердце. Он — единственный, и это не жертва, это сила чувства.

— Жаль, что ты не видишь за деревьями леса. Я думала, недавно мы услышали друг друга, поняли важное, истинное. А мы просто обменялись репликами в никому не нужном спектакле. Моя душа была реквизитом…

— Может, ты хочешь, чтобы я поверил в то, чего нет?! Не тебе решать, что я вижу! Опираясь на свои домыслы, ты обманываешь, в первую очередь, саму себя…

Мы стоим посреди улицы, холодный ветер добавляет романтизма нашей мимолетной встрече. А ведь «домыслы» мои касались не любви, а как раз наоборот — НЕЛЮБВИ.

Да, знаю, мои SMS были бредом. Мало того, набирая «Я хочу тебя», я хотела одного — спать. Но, чёрт возьми. Классику «мы вместе, всё прекрасно — тотальное молчание» на сей раз я не смогла бы пережить. И я начала злить его. Пошло и навязчиво.

Уже после его первой SMS-ки «Успокойся…» надо было окститься. А я увлеченно начала дразнить его. Я впервые сменила тактику. Зато он реально разозлился! А ведь он мне дважды посигналил — осторожней, не лезь. А я, в пылу отчаяния, залезла.

Проснувшись утром, закуталась в одеяло. На душе — недосказанность. Она подкатывает к горлу, и я набираю ему SMS. Эпилог, любимый.

…Солнце неумолимо близится к горизонту, я впитываю. Я сканирую глазами его прощальное сияние. Сегодня я призналась ему в любви. Сегодня я выболтала свой главный секрет. Мне светит расстрел?..

Я херею — и это мягко сказано — над его привычкой убегать за 100 км. Ночью он был со мной, он откровенничал, метался, грузился. Уже утром отдалился, стал отчужденным и говорил со мной так, как будто я никто и зовут меня никак. Если я для него zero, одна из сотен — ЗАЧЕМ писать-звонить-приходить-любить?!

Если мне плевать на кого-то, я, пожалуй, и на звонок не отвечу! Мне будет западло! Это я, девочка гибкая, а он-то!!! На таран… Так в чём же дело, господа?! Ладно, живём. Меня будет ломать, знаю. Выворачивать, гнуть, убивать. Любовь — моя война… Зато сколько СЧАСТЬЯ!!!

Кино. Давайте «Золотой Глобус» — нам обоим, сразу. Фаллический месяц ноябрь. Я крашу губы гуталином… За окнами гудят дурацкие свадьбы, только что приезжали в гости подружки, а я так одинока, так чудовищно одинока…

Я сейчас реально — в грёбаном Нигде. Но последнее слово осталось за ним. И кто? И когда сподобится выйти на связь? Ужели я, ужели только через одиннадцать дней, когда НЕ поздравить его просто не смогу?

Он не любит никого, вчера мне было сказано: «Я не люблю тебя». Куда уж дальше лес валить? Душа моя изранена, но, что дико, — из ран благоухают цветы…

Я живу и думаю — что он решил для себя? Что?!! Ой, несладко мне… Да, прекрасно, что он убедился-таки, что он поверил — всё не блажь, не флирт, не дурное кокетство. Что всё очень серьёзно.

«Что происходит, Жанна?.. Откуда это?!» И я понимаю, что он об этом думает. Но он не любит меня, нет.

Не знаю, в какую нору залезть, чего накуриться и чего наглотаться. У меня ломка. Он ничего не обещал.

«Не теряйся…» — почти шёпотом, обнимая.

«Ну, конечно», — он открывает дверь. Легко сбегает по ступенькам в холодную ночь.

Как много счастья он подарил мне! Пьяный стройный мужчина — один, любимый, потерявший нужное пространство. Его бархатный голос, хлестанувший меня в темноте: «Жанна!.. Где ты?.. Жанна!..»

Я рванула в кухню, прыжком забралась на окно, выглядываю в форточку — стоит краса моя ненаглядная, смотрит вверх.

«Я здесь, хэй!..» — мой голос звучит негромко, но в тишине утра Влад слышит меня.

Он зашёл в подъезд и был первым за эти сутки. Я ведь, несолоно хлебавши, притулилась на диване. Заснуть я не в силах, как бы ни старалась. Малейший шорох колет психику. Хотя не жду. Кого ждать?! Полтора часа прошло, уже раннее утро!

Но мои нервы настроже, слух ловит каждый звук в ночи. И вдруг — громкий удар входной двери подъезда. Я подскочила, как от выстрела. Прислушалась. Шаги, но где-то ниже. Какие-то голоса, потом чья-то дверь закрывается и снова хлопает входная.

«Ну да, пять утра, уже ходят люди…» — устало и потерянно думаю я. Стою в кромешной темноте и тишине, не спавшая почти всю ночь, и вдруг слышу крик: «Жаннаа!!! Жаннааа!!!»

Мой бог, девятый вал счастья и потерянный Влад, один на всю улицу в утренних сумерках. Мой долгожданный и уже нежданный Влад!!!

Всё-таки это был он, просто стучать он начал в дверь этажом ниже. Разбудил соседей. «Здесь такие не живут», — зло ответили ему, и он растерялся. Он уже собрался уходить. Решил, что приехал не туда. Какое счастье, что он начал звать меня…

Это долгий рассказ… Как он пришёл, взял гитару: «А можно, я спою?» «Ну конечно…» Наше свидание только началось, я сажусь в кресло, слушаю песню. Переползаю на диван. Он играет и поет песню о любви. Не касаюсь его. Всё сейчас как-то обострено, мы вообще ВПЕРВЫЕ тотально один на один. И мы оба хотим поговорить.

«Сумасшедший…» — я смотрю на него, он поднимается по лестнице и уже в трёх шагах от меня. Сумасшедший, как я люблю тебя…

«Я подонок и дебил, я не стою этих чувств», — Влад сейчас серьёзен донельзя. Я обнимаю его.

Он спрашивал, о чём я мечтаю. «Только не говори про семью… детей…» Я ответила, что именно об этом. И ещё сказала, что смысл жизни для меня — любовь. Для меня она — самое важное, определяющее. «Я уже понял…»

Сказал, что скоро два месяца, как ему реально плохо, что-то происходит в душе.

— У меня скоро день рождения… — он словно мои мысли читает.

— Знаю…

Когда он позвонил среди ночи, мы говорили минут семь. Июльский голос, июльская горячка, дежа вю… Я не думала, что когда-нибудь услышу эти обнажённые нервы ещё раз…

«Я обидел тебя? Жанна, не держи на меня зла… Я не могу, когда зло…»

А потом он сказал: «ЧТО происходит?! Твои SMS переворачивают меня!..» Мучительно он всё это говорил, отрывисто, плавя пространство.

Полусонная, я слушаю его страстный голос и наслаждаюсь. Он плавит пространство и будоражит сознание. От такого неожиданного мятежа в ночи я просто потеряла все слова.

И после 10 минут вопросов-ответов-восклицаний я слышу: «У меня сейчас кончатся деньги… Жанна, я приеду».

С ним всегда, как в кино. «Я приеду! Через час я буду у тебя!»

«Ты… уверен?» — к такому повороту я не готова.

На часах начало четвёртого, мне на работу к девяти, но думаю ли я об этом в такую минуту?.. Плохо соображая, что всё-таки происходит, и почти не веря в его обещание — да вообще не веря, что слышала ТАКОЙ его голос, такие слова — я жду его. Как жду? Разумеется, придаю себе сексуального шарма. Мини-юбка, лёгкий макияж, атомат.

В пять он входит в квартиру. В девятом утра мы падаем в тиски горячего секса. В шестом вечера он уезжает.

Я помню свой астрал в сентябре. Он вдруг голый, мы вдруг вместе… Вчера (уже вчера? А мне кажется, что этот день длится, длится…) я уже спокойно взирала на его наготу.

Когда он уснул, я гладила его, целовала… У него красивое тело… У него мятежная душа… Сказал, что никого не любит. Что три года назад была девушка, но всё давно прошло. Внутри него — копание, анализ, тысячи вопросов.

Ага, факт в судьбе — как в два ночи мне позвонил Скорпион и обещал приехать через час. Час прошёл. Я не сплю. Я накрасилась, оделась и, думаю, очень зря. Надо было ложиться спать дальше, а я…

Новый виток крышесъезда? Любимый спит на постели в чём мать родила, а моё сердце уже тихо ноет старую, как мир, тему — он уйдёт, уйдёт, ты будешь одна…

За окнами — мягкий ноябрь, рабочая неделя близка к завершению, а я сегодня просто послала всё подальше и живу это время в одном пространстве с ним.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 436
печатная A5
от 589