электронная
144
печатная A5
364
18+
Князь

Бесплатный фрагмент - Князь

Объем:
166 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-5054-0
электронная
от 144
печатная A5
от 364

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1

Медленно уплывало за горы солнце. Утих полуденный зной, оставив приятное тепло. В воздухе пахло свежескошенной травой. Протяжно мычали коровы, возвращающиеся с пастбища. Со звонкой хрипотцой кричала старая аварка Саида. С несвойственной для ее возраста проворностью, она носилась по склону горы, призывая, к себе своих овец. Никто не знал, сколько ей лет, она и сама путалась в датах. Но, судя по ее детям преклонных лет, Саида в 90 лет сохранила гибкость и зоркость. Селяне, кто поливал огород, кто вычищал двор, кто полдничал под навесом. Разливалась вечерняя прохлада. Две подружки, Оля с Ликой лежали на широком стоге сена. Мечтали о далеком городе, куда они собрались поступать в медицинское училище вместе. Пушистые облака плыли над ними замысловатыми фигурами.

— Пойдешь сегодня картошку печь? Там Паша будет — мечтательно подкатила глаза Лика.

— Расскажи еще про эту твою тетку.

— Какую?

— Ну, про эту. У которой мы жить будем в городе — тревожно посмотрела на Лику Оля.

— Ты опять. Не дрейфь. Нормальная она. Я ее с детства знаю. Каждый год у нас отдыхала. По горам лазили. Маринка, дочка ее тоже ничего такая.

— Эта взбалмошная деваха? Одними матами разговаривает.

— Ну, есть немного.

— Немного — скривилась Оля. — На Пашку вешалась. Хотя знает, что он тебе нравится. С Витькой всю ночь на мотоцикле гоняла. Здесь так нельзя. Здесь аварцы живут. Мага предупреждал, что ей ноги выдернут за такое поведение.

— Да. Конечно. Я ей говорила. Бесполезно. Хохочет. Ей нравится всех раздражать. В городе почти все такие. Там люди другие.

— Вот из-за этого не хочется уезжать. С другой стороны, тут тоже делать нечего. Хочется мир посмотреть.

— Вот именно — подхватила Лика. — В нашей дыре ловить нечего. Поедем, другой мир посмотрим. Цивилизация. Майя Филипповна хорошая. Директор школы. Такая красивая, грамотная. Маринка тоже не плохая. Добрая. Котят бездомных подбирает, выхаживает, потом в добрые руки отдает.

— Не знаю. Вдруг не поступим.

— Поступим. Майя Филипповна уже договорилась, что бы к нам не придирались. Она всех там знает. Так пойдешь сегодня картошку печь?

— Конечно — улыбнулась Оля.

Ласковый вечер предвкушал посиделки у костра с друзьями детства. Всем предстояло разлететься из родительского дома. Кому учиться, кому работать, кому возвращаться домой. Каждое лето братья Михалевы приезжали к бабушке на каникулы. Спортивный, коренастый Вадик нравился всем девочкам на улице. С неторопливой вальяжностью, потряхивая белым чубом, он выходил на крыльцо, любуясь в зеркале умывальника на свое отражение. Причем, волосы у него были темные, а широкая полоса впереди была белой. Это придавало ему дополнительного шарма. Не говоря уже о джинсах,

которые никто из здешних ребят даже в глаза не видел.

— Батя из-за границы привез — хвастался своим отцом дальнобойщиком Вадик.

Все девочки тайно мечтали прогуляться с ним где-нибудь на полянке леса. Но он со всеми был одинаково мил и корректен. Участвовал во всех играх и посиделках. Один раз с каждой из них прогулялся, до дома проводил. Но только раз. Все терялись в догадках, кто же все же нравиться Вадику. Оля тоже было повздыхала о нем летними ночами. Но, будучи не глупой девушкой, решила оставить все как есть. Не прогадала. Они сдружились. Лика, почувствовав себя отверженной, заняла неприязненную позицию.

— Бесит меня этот индюк. Строит из себя непонятно кого.

Противоположностью был его младший брат Никита. Хулиган и оторвила, он регулярно обносил чужие сады. Но на посиделках у костра, куда Вадик всегда брал его, становился тихим и послушным. Слегка побаивался старшего брата. Вот и теперь ребята располагались на поляне среди сосен. Извлекая из пакетов картошку, лук, помидоры, яйца, любовно нагруженные мамами и бабушками. Отовсюду тащили хворост. Девочки накрывали на «стол» из пакетов, ребята жгли костер, пекли картошку. Окружив костер, обжигали руки готовой картошкой. Разговор не клеился, всем было грустно.

— Ну что, сестренки — грустно смотрел Магомед на Олю с Ликой. — В городе если кто обидит, пишите мне. Урою любого. В городе, пацаны борзые.

— Да ладно. Ничего с ними не будет. Девчонки нормальные, если с катушек не съедут — успокаивал Вадик.

— А помните, как мы бабку Семениху наказали — разбавил беседу заразительным хохотом обаятельный верзила Пашка.

— Не мы, а ты — поправила Лика.

— Будет знать, как жадничать. Скупердяйка — осторожно вставил Никита.

— Не понял, а ты тут причем? — угрожающе повернулся к нему Вадик.

— Нормально все. Брат, не быкуй. Никитос на шухере стоял — похлопал по плечу его Пашка.

— А что за история? — робко спросила худенькая Земфира. Ее редко выпускали из дома, но сегодня родители сделали исключение. Благодаря Вадику, который подошел к ее отцу, объяснил все и поклялся, что с его дочерью ничего не случиться.

— Об этом я готов говорить вечно — хохотнул Пашка. — Короче, знаете же, что у Семенихи самый большой и красивый цветник в селе. Наши девочки, Оля и Лика решили на последний звонок попросить у нее букетик. Она их выгнала, чуть ли не с позором. Мне обидно стало, ночью я залез к ней, аккуратно сорвал несколько цветочков. Отнес Лике. Что вы думаете, эта старая скряга приперлась в школу на линейку, чтобы найти свои цветы. Она их пересчитывает, что ли каждое утро? Такой скандал устроила. Потащила девчонок к директору. Говорит, мол, попросили бы по-хорошему, да нешто бы не дала. А тут так, воровски. Вызвали родителей. Тут незадача. Лика болела в тот день, в кровати провалялась. Оля тоже из дома не выходила. Так она даже не извинилась. Через некоторое время, летом, у тети Люды, Олиной мамы день рождение. Наивная Оля пошла к Семенихе, попросить букетик. Раз та сама сказала, что можно по-хорошему попросить. Значит так и будет. Карга чуть ли собак на нее не спустила. Ах ты. Крышу у меня сорвало. Пошли мы. Никитос на шухере, я выдрал все цветы прямо с корнем и на крыльцо у нее сложил.

— Это было жестко — покачала головой Оля.

— Да, я бываю жесток. Ради справедливости.

— И что?

— Ничего. До сих пор ищут, кто это сделал. Лично я у дядьки был в городе. Я ему все рассказал, он меня прикрыл. Вот такой он у меня мужик. Мировой

— Ты пиши мне, ладно? — попросил сидящий рядом с Олей Вадик.

Не отрываясь, смотрел на костер, вороша угли длинной палкой.

— Ладно.

Земфира с еле скрываемой завистью бросала быстрые взгляды в их сторону. Она была влюблена в Вадика. По утрам, выгоняя корову на пастбище, делала крюк, чтобы пройти мимо дома бабушки парня.

— Интересно, как будет теперь.

— Сильно ничего не изменится. На каникулы же так же будем приезжать.

— Не факт. Столько денег ни у кого нет, чтобы кататься туда-сюда.

— Честно, у меня таких друзей, как тут, даже дома нет. Один только, Виталик. Мы с ним в прошлом году приезжали — задумчиво сказал Вадик.

— Помню, нормальный такой. Качок — обнял за плечи Вадика Магомед.

— Он не просто качок, мастер спорта по бодибилдингу.

— Братан, не заводись — остановил его Пашка. — Мы о твоем друге много хорошего слышали. Представляю, что с ним творится, когда ты отсюда приезжаешь. Видать, он первую неделю из дома не выходит. От твоих рассказов отмахаться не может.

— Примерно так — хмыкнул Никита. Тут же получил подзатыльник от Вадика.

— Это с ним ты в школу на Новый год приходил за мной? — спросила Оля.

— Не только с ним, и не только за тобой. Вечно по нашей школе шляется. Его все там знают, учителя привет ему передают. Такому воспитанному и приятному мальчику.

— Ты чем-то недоволен? — широко улыбался Вадик.

— Я всем доволен. Только куда теперь ты будешь ходить, нас искать?

— Все же отлично. Чего приуныли. Сейчас главное образование получить — произнесла красивым голосом хорошенькая Злата. Она с братом Ярославом тоже все каникулы проводила у бабушки. Красивая блондинка интересовала все мужское население поселка. Но молчаливый Ярослав всюду следовал за ней. Практически ни у кого шансов не было. Хотя на свидания она все же бегала, под неусыпным оком Ярослава, который всегда был где-то рядом.

— Я вот тоже поступаю в архитектурный. В саму Москву еду. И ничего. Слезами обливаться не собираюсь.

— Тебе нравиться архитектура? — осторожно спросила Оля.

— Пока не знаю. Родители устроили, говорят, что это самое теплое местечко. Зарплаты большие. Если честно, работать я не буду. Это не для меня. Получу образование, выйду выгодно замуж, открою свой бизнес в индустрии красоты.

Все молча переваривали странную для них информацию. Поглядев на Злату, все дружно кивнули.

— Не слушайте ее. Она дура — весомо изрек Ярослав.

— Ну почему сразу дура. Это реалии нового времени. Это вам не хвосты коровам крутить. Здесь конечно горы, природа, воздух. Не более. Конечно, надо уезжать. Компашка у нас хорошая. Не спорю. Но мы ведь сможем встречаться и дальше. Сюда приехать. В конце концов пригласить друг друга к себе в гости. Не надо терять связь. Ленка, а тебе вообще валить надо, не раздумывая. Как тебя твои родители позорят. Мама не горюй. Пьют, скандалят, дерутся.

Худенькая Лена сжалась в комок. Стала еще меньше.

— Как я их брошу. Они пропадут без меня.

— Они о тебе хоть раз подумали? Когда ты их ищешь, а потом на себе домой волочишь.

— Они прощения у меня всегда просят.

— И что? Опять то же самое.

— Они не плохие. Мама, когда не пьет, очень хорошая. Готовит вкусно, цветы любит.

— Это верно. Самые красивые окна у них. Таких цветов я нигде не видел — вступился Вадик. — Где она их берет. У нас они в магазинах очень дорогие.

— В город едет, в поликлинике просит. Ей дают отростки — с гордостью сказала Лена.

— Когда трезвая, конечно не скажешь, что она пьяница — согласилась Злата. — Симпатичная, чистоплотная. Дом побелен, огород в порядке. Ни одного сорняка.

— Вот — взглядом просила у друзей поддержки Лена.

— Что вот — взорвалась Лика. — Ты там все сама делаешь, корячишься. Пока твои предки от запоя отходят, да фингалы друг другу ставят. Правильно Злата сказала. Уезжай. Ты учиться на ветеринара хотела. С детства мечтала. Вот и давай.

— Я же еще в школе учусь — смахнула слезу Лена.

— Вот доучишься. Год остался. Готовься. Ветеринарное в соседнем городе. Далеко ехать не надо.

— А ей надо. Куда подальше. Тут она и замуж выйти нормально не сможет — не унималась Злата. — Не в моем характере жалеть. Но тебя мне жалко.

— Хорош, девки разкудахтались — крикнул Пашка. — Она сама решит, что ей лучше. Не ваше дело. Тебе бы сказали, что твой пахан дерьмо, как бы ты себя чувствовала. А дядька Степка не плохой мужик. Сторожем работает, безотказный. Руки золотые. Всем соседям поломки чинит. Бесплатно, между прочим.

— Леночка, не плачь — погладила по спине ее Оля. — Все хорошо будет.

— Не будет — хныкала Лена. — Они меня уже за бутылку продавали. Не знаю, что дальше будет. Но и бросить их не могу.

— Мы тебя в обиду не дадим, сестренка — подбрасывал хворост в огонь Магомед.

Время за полночь, тревожно посматривали на огонек костра родители ребят. Опираясь на дубовую палку, поднялся к ним отец Земфиры. Сел рядом. Рассказал несколько историй из своей армейской жизни, вспомнил старых друзей. Теплота разлилась по лицу этого, казалось бы, грозного и строгого человека. Ребята боялись его, но теперь, узнав по-новому, тесно окружили, ловили каждое его слово.

— Я желаю не растерять эту хорошую дружбу в жестоком мире. Где подонки и негодяи на каждом шагу. И жизнь не раз испытает вас на прочность. Уважайте и помните, друг друга — грустно закончил пожилой горец. — Сейчас нужно все аккуратно убрать, потушить костер. Горы не простят не уважения.

Лика ночевала у Оли. Девочки всю ночь не спали. Строили планы на жизнь, мечтали.

Утром, вся компания ребят, улыбчивая мама Оли, строгая и молчаливая мама Лики проводили девочек на автобус. Им предстояла длинная дорога в новую жизнь. В огромный город, который падет к их ногам, который они покорят, где их ждет счастье. Изрядно измученные дорогой, девочки пребывали в волнительном ожидании. Наконец-то показался город. Забилось трепетной птичкой сердце Оли. Вышли на станции, огляделись. На стоянке автомобилей им махала рукой дородная женщина в широкополой шляпе.

— Ой, Майя Филипповна — взвизгнула Лика. Они пошли к ней. — Вот это жизнь. Ты не представляешь, какая у нее квартира. Так шикарно. И мы там жить будем.

— Девочки, садитесь. Некогда. Еле вырвалась с работы, что бы вас встретить — Майя Филипповна бегло оглядела подруг. Села за руль, машина тронулась с места. — Значит так. В мед. училище вас зачислят, только на экзамене нужно будет показать хоть какие-то знания. Надеюсь, вы что-то знаете. Пока поживете у меня. Там посмотрим. Готовьтесь. В общежитие можно попасть. Не много позже. Там сейчас все забито. Через месяц люди съедут.

Девочки смотрели с не скрываемым восторгом на эту роскошную женщину. Она улыбнулась мягкой улыбкой.

— Ну, ну. Рано благодарить. Но можно. Все складывается удачно.

Подъехали к высотке из желтого кирпича. Быстро вошли в чистый подъезд с широкой лестницей. У Оли голова пошла кругом от увиденного.

— Элитный дом — шепнула ей Лика.

— Маринка — крикнула Майя Филипповна с порога. — Встречай гостей. Накорми девчонок. Я на работу — с грохотом захлопнула дверь.

— А, привет — выплыла из комнаты Маринка. — Шмотки в этот шкаф. На кухне все есть. Чего-нибудь перекусите и дуйте сюда. Будем фильм по видику смотреть.

— О — многозначительно посмотрела на Олю Лика. Наскоро съели по салатику на кухне, девушки расположились на диване с Маринкой. На экране телевизора Брюс Ли крушил все на своем пути.

— Курить будете? — предложила Маринка. Удивленная Оля покачала головой.

— Как хотите. Я курить. В туалет. Матери только не заложите.

Вернулась с большой пачкой кукурузных палочек. Так проведя время до вечера, подружки решили прогуляться по улице.

— Я не пойду. Ко мне Генка скоро придет.

— Парень твой — улыбнулась Оля.

— Парень — захохотала Маринка. — Деревня. Любовник мой. Парень. Вот тупая.

— Пошли. Ну, ее — отмахнулась Лика.

На улице было свежо после дождика. Пахло цветами с клумб, которые были повсюду. Сели на резную лавочку, на площади, у фонтана.

— Оль, постарайся не удивляться. Ты как дикая. Чего ты вылупилась на женщину? У нее даже сигарета выпала, как ты смотрела. Ну, курила, что такого.

— Что такого? Она молодая, рядом малыш бежит. А у нее в руках бутылка пива и сигарета.

— Ты не понимаешь. Тут все так живут. Все другое. Без сигареты можно увидеть только бабушек. И то не всех. Таких, как мы. Приезжих. В чужой монастырь со своим уставом не ездят. Принимать надо.

— Не знаю. Не уютно как-то. У нас редко кто из мужиков курит. Те, кто намаз не делают. Женщины не должны курить.

— Согласись, не тебе это решать.

— Согласна — потупилась Оля.

Глава 2

Девушки усердно готовились к экзамену. Зубрили все, что им приносила Майя Филипповна. Однажды, она осторожно вошла в комнату и тихо сказала.

— Девочки. Мне очень неудобно. Необходимо начать ремонт в квартире. Вам придется переехать. Но я обо всем позаботилась. Вы поживете в школе, где я руковожу. Там есть пустой класс. Раскладушки тоже есть. Там сторожа раньше жили. Я велела привести комнату в порядок. На день придется замыкаться. Вам там будет удобнее готовиться. Экзамены через неделю. Времени мало. К тому же, можно будет обратиться за помощью к преподавателям. Согласны?

— Конечно. Спасибо большое — захлопала в ладоши Лика.

— Не бойтесь. Там есть сторож. Хороший, порядочный человек. Еще там живет Виктор Маняев. Художник. Вернее, студент художественного института. Очень талантливый парень. Попросил меня выделить ему класс. Дома ему мешают творить. К нему приходят девушки. Но не думайте плохое. Это натурщицы.

— А еще кто там живет? — осторожно спросила Оля.

— Нет. Больше никого — замахала руками Майя Филипповна.

Школа находилась в центре города. Недалеко располагался ночной клуб. Они смотрели из окна, как туда стекалась нарядная молодежь. Ночью любовались на огни города, светящиеся рекламные вывески. Бегали, смеясь по коридорам, прыгали через скакалку. Временами к ним, на третий этаж поднимались сторож, Василий Иванович. Пожилой, интеллигентный человек. По-отечески наставлял.

— Вот, плясуньи. На уши всю школу подняли. По тише, не то приму меры.

— Василий Иванович, вас никто не боится. Таких сторожей не бывает. Слишком вы добрый — смеялась Лика.

— Какой же я должен быть? Школу сторожу. Детей.

Виктор Маняев частенько приходил к ним. Рассказывал об учебе в институте. Здесь комнату он снимал. Майя Филипповна сдавала дешевле, чем остальные.

— Но это же школа. Разве можно тут сдавать комнаты? — возмущалась Оля.

— Ну и что? Все жить хотят. Я Майе Филипповне очень благодарен.

Он вскидывал пепельной гривой, пристально смотрел на Олю взглядом с поволокой.

— Запал на нее? — осведомилась Лика.

— Чисто профессиональный интерес. Можно я тебя нарисую? Мне такой типаж нужен.

— Не соглашайся. Придется раздеваться. Я видела его типажей. У него дверь, приоткрытая была, а я мимо проходила. Там девка голая лежала.

— Как это? — густо покраснела Оля.

— Можно и не голой позировать. Если не хочешь — удивленно округлил глаза Виктор.

— Я не хочу об этом говорить — в диком смущении Оля удалилась в комнату.

— Что с ней? Я ее обидел?

— Просто ей сложно пока. Только из села приехала, столько всего. Я хоть бывала в городах. А она только выехала. А ты «позируй, давай».

— Нет. Я не знал. Не хотел обидеть. Буду впредь аккуратней.

— Ну и че. Как мы тут? — шумно распахнула двери Маринка. Немного пьяненькая, в руках бутылка шампанского. Из объемной сумочки достала три фужера, с плеском налила пузыристой жидкости.

— Лох, домой иди — крикнула Виктору. — Мы побухаем.

— Зачем ты так. Обидела человека — одернула ее Лика.

— Ха. Человеком он будет, когда картины начнет продавать за баксы. А сейчас обычное чмо — громко ответила Маринка.

— Ты откуда. Двенадцать ночи.

— У Валеры была, в клубе была, к вам зашла, ночевать буду у Лерки проститутки. Одноклассница моя.

— Надеюсь, ты сама этим не занимаешься? — деланно возмутилась Лика.

— Чего такого? Не учите меня жить, помогите материально. Нормально тут?

— Как ремонт?

— Какой ремонт?

— У вас же дома ремонт?

— Ремонт? У меня дома? Не знаю. Может быть. Я три дня дома не была.

— Как это? — ужаснулась Оля. — А мама? Волнуется. Ты что же это делаешь?

— Тихо, тихо. Мама не волнуется, а налаживает личную жизнь. У нее мужик появился. Мы друг друга понимаем. Вы сюда ушли жить, готовиться. Я к подружке, тоже готовиться. Все понятно? Вопросов больше нет? Щас, докурю и пойду.

— Куда?

— Какая разница. Слава Богу есть друзья, а у друзей есть шпаги. Селяви.

Она, распевая что-то, выскочила на улицу. Девушки прильнули к окну. Подъехала темная машина, Маринка прыгнула в нее, и уехала.

— Какая она смелая — выдохнула Оля.

— Отчаянная — поддакнула Лика.

Незаметно наступили экзамены. Девушки выполнили все задания. То ли влияние Майи Филипповны, то ли знания самих девушек сыграло роль, но в списках, поступивших красовались их фамилии. От нервного напряжения последних дней, не могли даже радоваться. Из школы они переехали в общежитие. Им отвели чистую, маленькую комнату, где жила странная, щуплая девочка. Она затравленно посматривала на подруг, уткнувшись в религиозные книги.

— Как зовут? — подскочила к ней Лика.

— Надя я. Староверы мы — испуганно буркнула Надя.

— Староверы еще существуют? — дружелюбно спросила Оля.

— Конечно — обиделась Надя. — Были, есть и будут.

— Будут, будут — подмигнула Лика Оле. — Хоть курить тут не будет.

На электороплитке, которую заботливо дала Майя Филипповна, сварили зеленый борщ, накрыли стол, который поставили посередине комнаты. Стало по-домашнему уютно.

— Надя, садись с нами.

— Нет, я не хочу. Спасибо.

— Ты оставишь нас голодными. Мы без тебя не сядем — грустно сказала Оля.

Надя нехотя поднялась, с опаской села за стол.

— Вот и хорошо. Предлагаю жить дружно. Мы ведь ближайшие соседи — торжественно сказала Оля.

Справившись со своей скованностью, Надя тихо спросила.

— А вы верите в Господа нашего Иисуса Христа?

— Не знаю — неопределенно ответила Лика. — Это все народный фолкнер. Чушь собачья.

— Не говори так — испугалась Надя. — Он все слышит и видит. Накажет тебя жестоко.

— Ты как бабка Нинка. У нас в поселке живет бабка. Шепчет вечно молитвы. Смешно так. Ты же молодая девчонка. Очнись. Внушили тебе родители ерунду, ты и поверила. Теперь ты от них оторвалась. Живи свободно.

— Курить, пить, блудить? — возмущенно вскинулась Надя.

— И мы не собираемся курить, пить и блудить. Зачем впадать в крайности? Но и эта фигня зачем?

— Важнее Бога ничего нет — упрямо сказала Надя.

— Девочки, не ссорьтесь. Пусть верит, во что хочет — остановила их Оля.

— Но это же глупость.

— Для тебя. Но не для нее.

— Пойдешь с нами город посмотреть?

— А можно — смущенно посмотрела Надя.

— Привет. Егор тут? — распахнулась дверь, в комнату бесцеремонно ворвалась красивая, густо накрашенная девица. — Чего жрете? Класс. Мне тоже борщика налей — она уселась на кровать, резко подвинула к себе стол. — Давно жидкого не ела.

От неожиданности, Оля поднялась, налила ей борщ.

— Вкуснота. Кто так варит? Ты? — посмотрела на Олю. — Додельница.

— Я, Маня — протянула ей руку в кожаной перчатке с отрезанными пальцами. — Псевдоним. Гы. А так, я, Гуля. Из Узбекистана. Учусь в летном.

— А тут что делаешь? — с неприязнью спросила Лика.

— Егора ищу — грубо ответила Гуля, она не сводила глаз с Оли.

— Кто такой Егор?

— Какая разница? Сюда он точно не заходил, и не зайдет — бегло скользнула взглядом по Наде. — Как тебя зовут? — спросила у Оли.

— Оля.

Гуля лучезарно улыбнулась.

— Меня Лика, ее Надя.

— Ну, давайте — равнодушно глянула на Лику, коротко махнула рукой, ногой открыла дверь, и вышла.

— Стать такой, как она? Исчадие ада — посмотрела на Олю Надя.

— Думаю, она не стала такой, она всегда такой была.

Оля не могла забыть эту девушку. Настолько необычна она была. Даже взбалмошная Маринка не поразила ее настолько. Она была точно ветер свободы. Оля никогда бы не позволила себе вести себя так. Это будоражило, интриговало. Из Узбекистана, и такая. Загадка.

Они пошли в парк, катались на качелях. Окончательно освоившись, Надя рассказывала о своей жизни среди староверов. Жизнь ограничений и правил.

— Как же ты поступила сюда? Как тебя отпустили?

— Я способная. Совет собирался, там решили отпустить меня. С детства медицину люблю. Травы, отвары знаю. Животных лечить умею. Также людей выхаживала. В прошлом году Михаила медведь ранил. Я его подняла.

— Тогда конечно, тебе явно сюда — внимательно слушала ее Лика. — А кто такой Михаил?

Надя покраснела и отвернулась.

— Понятно. Он тебе нравится.

— Нет. Просто он хороший человек. И все.

— Когда ты получишь образование, надеешься приехать домой. И этот хороший человек тебя заметит и женится.

— Нет. Что ты? — замахала руками Надя. — Я и мечтать об этом не смею.

— Но действовать уже начала. Молодец — не унималась Лика. — Мне бы твою целеустремленность.

Надя молча улыбалась. Они вышли на широкую улицу, вымощенную красными плитами.

— Как тут красиво. Пошли к фонтану.

— Кого я вижу? — впереди шла кошачьей походкой Гуля. В кожаной мини юбке, обнажившей красивые, длинные ноги. Черные туфли на широкой танкетке, колготки в сеточку смотрелись агрессивно. Жесткие, как щетка, кудрявые волосы торчали разноцветными прядями. Красивые губы, густо накрашенные красной помадой растянулись в дерзкой улыбке.

— Господи, только не это — шепнула Надя.

— Да уж, особа не из самых приятных — тихо ответила Лика.

— Гуляете? — она махала на себя каким-то каталогом. — Жарко. Сука. Куда собрались?

— Мы уже погуляли. Идем в общагу — в тон ей ответила Лика.

Гуля прищурилась, презрительно поморщилась.

— Вот и ладушки. Мы с Ольгой погуляем еще. Надеюсь, никто не против — она схватила Олю за руку и потянула за собой.

— Оля, недолго — неуверенно крикнула вслед Лика.

— Ты что, ее мама? — бросила, не оглядываясь, Гуля.

— Хватит, отпусти — рывком вырвала руку Оля. — Мне больно.

— Извини. Я не хотела. Пошли, я тебе покажу город.

— Пошли.

— Девочки, садитесь. Куда вам надо? Мы в вашем распоряжении — высунулся из машины смуглый парень. Он широко улыбался. не сводя с Гули взгляда.

— Не поместимся — буркнула Гуля. — Вас там слишком много.

— Ради таких девочек мы потеснимся.

— Даже выкинем кое-кого — заорали из машины.

— Пошли на хрен — миролюбиво сказала Гуля.

— Она еще и дерзкая — громко захохотал парень. — Короче, прыгайте — он распахнул дверцу.

— Ты че, не понял? — она ногой захлопнула дверцу. — В задницу идите — с остервенением стала колотить сумочкой по машине.

— Психованная — машина с визгом умчалась прочь.

— Зачем ты так? — спросила Оля.

— С ними только так и надо. Гады. Нравится мне так выглядеть. Вот и все. Это не значит, что я снимаюсь — она села на низенький заборчик и закурила. — Знаешь, тяжко мне. Арсен мой женится. Выть хочется.

— А где этот Арсен?

— В Самарканде. Любовь у нас была. Обещал сюда, ко мне приехать. Пожениться собирались. Теперь его женят родители.

— Откуда знаешь?

— Домой звонила. Его родители всегда против меня были.

Оля оглядела Гулю с головы до ног, осторожно сказала — их понять можно.

— Может быть — согласилась Гуля. — Кому нужна такая невестка, как я? Но и я хочу жить по-своему. Бесят все эти порядки, законы. Я здесь жить начала. Небо люблю. Пилотом стану. С парашютом прыгала. Кайф. Тату набила. Смотри — она отвернула рукав футболки. На предплечье красовалась маленькая птичка.

— Колибри. Прикольно? Да? Знаешь, как больно.

— Зачем тебе это?

— У Артема такая.

— Что за Артем?

— Клевый Мэн. Вместе учимся в одной группе. Когда твои курицы поедут к мамашкам погостить?

— Не поняла.

— Просто однажды мне понадобится комната на пару часов. Понимаешь, о чем я?

— Даже не думай. Наглая ты, ей богу — замахала руками Оля.

— Все, все. Забыли. Пошли. Познакомлю тебя со своими друзьями. Потом на дискотеку.

Они прошли пару красивых квартала, вышли на пустырь. На мощных мотоциклах сидели люди в кожаных куртках.

— Темыч, хай! — звонко крикнула Гуля.

Люди обернулись, широко улыбались девушкам.

— Хай, герл — ответил красивый, статный парень. — Какие новости на стане?

— Охренеешь. Мой Арсен меня бросил.

— Шутишь? Это невозможно.

— Сто раз пожалеет — присоединились остальные.

— Спасибо, братья. Это Ольга. Прошу любить и жаловать.

— Рады тебе. Гуля в людях не ошибается. Дерьмо не подбирает — рассматривал Олю пузатый коротышка.

— Ты ее с дерьмом сравнил? — Гуля угрожающе наступала на него. Глаза в ярости налились кровью. — Ты че? Какого ты так разговариваешь?

— Все, хорош — встал между ними Артем. — Он не то хотел сказать. Ты не поняла.

— Да пошли вы. Оля, нам тут не рады — она быстро устремилась в сторону города.

Все молча смотрели вслед на гордо выпрямленную Гулю и семенящую следом Олю.

— Сегодня же извинишься — сказал Артем.

— Угу — согласился коротышка.

Гуля увлекла Олю за собой в подвальчик высотки. Внутри за гремящей светомузыкой было ничего не видно и не слышно. Девушки с трудом пробирались к барной стойке сквозь пляшущие тела.

— Олежа, нам пива — крикнула Гуля.

— Будь сделано — отозвался высокий бармен.

На утро встревоженная Лика разбудила Олю.

— Что это было? Вставай, расскажешь.

— А что такое?

— Что такое? Ты явилась в два часа ночи. Пьяная. Ты с ума сошла. Как тебя пропустили в общежитие? Эта Гуля плохо влияет на тебя. Зря ты с ней связалась.

— Мы пошли на дискотеку. Танцевали, я попробовала пиво.

— Видно не только пиво.

— Нет, только пиво. Ушли в девять. Там встретили ребят из нашего общежития. Они на третьем курсе учатся. Пришли сюда в девять. И продолжили веселиться у них в комнате на первом этаже.

— А Гуля как вышла?

— В окно.

— Ужас. Содом и Гоморра — ахнула Надя. — Не губи душу. Не ходи больше с ней.

— Надеюсь это только пьянкой и закончилось.

— А чем еще может закончиться? — удивилась Оля.

— Откуда я знаю — смутилась Лика. — Завтра уезжаем в деревню, на картошку. Может эта Гуля о тебе забудет. Я узнавала. Летное училище туда не едет.

— Она нормальная. Просто выглядит вызывающе — засунула голову под струю воды Оля.

— Не будь наивной. Втянет тебя в дурную историю, век не отмоешься.

Глава 3

Утром девушки сели в оранжевый автобус. Долго за окном плыли поля с подсолнухами, гречихой, пшеницей и кукурузой. Ребята с курса оказались веселые, беззаботные. Пели песни под гитару, парни кривлялись под хохот девушек. Наконец автобус остановился на стоянке перед воротами с глухим забором.

— Никто ничего не нарушал? — пошутил прыщавый шатен. — Нас не в тюрягу привезли под видом уборки урожая?

— Типун тебе на язык — огрызнулась рыжая девушка.

Молодежь высыпала на площадку. Подъехали еще несколько автобусов. Все пошли к воротам. За ними их встречали улыбающиеся воспитатели, молодая директриса. Взору открылись деревянные, опрятные домики с навесами. Чистые дорожки, посыпанные галькой. Клумбы с цветами, кусты сирени и голубые сосны.

— Признаю, был не прав. Похоже, тут жить можно — шепнул шатен.

— Приветствую вас, дорогие ребята — крикнула директриса. — Спасибо, что приехали помочь в уборке урожая.

— Кто нас спрашивал? — снова шепнул шатен.

— Хватит комментировать. Надоел — одернула его рыжая девушка.

— Будут сформированы отряды. В каждом отряде свой вожатый. Который будет следить за порядком. В домиках будете жить по три человека. Там есть все необходимое. Все вопросы к вожатому, он донесет их до моего сведения. На работу будете уезжать в девять утра. Сбор здесь же. Возвращаться в пять вечера. Выходной суббота, воскресенье. В выходные будет проводиться дискотека, также другие мероприятия на территории лагеря. Выходить за территорию запрещается. Питание трехразовое. Прошу не опаздывать. Если нет вопросов, располагайтесь.

— А курить и водку пить можно? — крикнул шатен.

— За это вы будете отправлены обратно. К тому же будет поставлен вопрос о вашем отчислении из училища — невозмутимо ответила директриса.

Повисла гнетущая тишина. Вожатые повели ребят к домикам.

— Привет. Как зовут? — с Олей поравнялся высокий, огненно — рыжий парень. Он был атлетически сложен, от него просто веяло силой богатыря.

— Оля — проблеяла девушка от неожиданности.

— Я, Иван. На кого учишься?

— В медицинском.

— А я в педагогическом. Физруком буду. Это мои друзья, Рома и Вова. С ними жить буду. А ты с кем?

— Вот. Надя и Лика.

— Привет девчонки — дружелюбно улыбался Иван. Он с ходу располагал к себе. Как будто были давно знакомы. — Давайте сегодня прогуляемся. Не против? Вечером.

— Я не против — закивала Лика.

— Я никуда не пойду — буркнула Надя.

— Мы с Олей выйдем.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 364