электронная
180
печатная A5
574
12+
Книга под твоей подушкой

Бесплатный фрагмент - Книга под твоей подушкой

Сказки на ночь

Объем:
450 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-8575-9
электронная
от 180
печатная A5
от 574

СКАЗОЧНЫЕ СКАЗКИ

Город незабудок и ландышей

Она была очень красивой. И очень богатой. Король ее умер давно. Детей у них не было. И она жила в свое удовольствие. С утра ей несли кофе в постель. Она требовала, чтобы корицы в нем было столько, сколько она любит. Ни больше ни меньше. Иначе она просто выплескивала горячий напиток в лицо слуге. Она здесь хозяйка, и все должно быть так, как она хочет.

Она наказывала всех за любую, даже самую мелкую провинность. И ей было не важно, что некоторые министры были в возрасте ее родителей. Королева могла грубо оборвать говорящего и даже ударить его перчаткой по лицу. При всех.

— Как вы смеете давать мне советы? Я лучше знаю, как поступать. Я королева!

Ее единственная подруга Катрин, которая переехала с ней из другого королевства, чтобы поддержать ее в чужой стране после свадьбы, все чаще плакала. Она посвятила свою жизнь королеве, а сегодня та была груба с ней и не замечала, что ей бывает грустно и одиноко. Что она совсем одна в так и не ставшем ей родным королевстве.

После очередной ссоры Катрин тихонько собрала свои вещи и отправилась домой. Пешком. Она не стала просить помощи. «Ничего, мир не без добрых людей, доберусь сама. Зачем я еще раз буду выслушивать, как меня облагодетельствовали, забрав с собой?..»

Катрин прошлась по замку, с каждым душевно попрощалась. Поблагодарила старых министров за мудрость и поддержку, поваров, что баловали ее вкусными пирожными, садовника — за прекрасные растения и цветы, которые так часто ей дарили радость, красоту и покой.

Выходя из замка, Катрин три раза поклонилась дому, приютившему ее, и отправилась в путь.

Королева узнала о том, что ее подруга ушла, только через несколько дней, когда ей вдруг захотелось сыграть с ней в шахматы, и заскучала.

— Как она посмела уйти без моего разрешения?! Что это такое?! — Разгневалась королева. — Ничего, еще попросит помощи, да поздно будет.

И она в бешенстве раскидала шахматные фигуры по комнате. От страха те забились в самые дальние уголки ее опочивальни.

А ночью случилась буря. Она ломала деревья в старом парке, срывала крыши с дворцовых строений, уничтожала посевы. Три дня и три ночи шел непрерывный ливень. Непогода разрушила запруду на реке. Королева укрылась в каминном зале. Стены не пропускали дождь и ветер, но вода просачивалась под дверь и уже поднялась до уровня стола.

Испуганная королева сидела на столешнице, подложив под себя указы и старинные фолианты. Она уже не кричала, потому что сорвала голос. Она вся съежилась от страха и ждала смерти. Она не молилась. Потому что не умела. Ведь раньше у нее не было нужды молиться, ей казалось, что она такая же могущественная, как Бог, и ей не нужна его помощь.

Сейчас она вспомнила о Боге и умоляла оставить ее в живых.

— Ты не можешь позволить, чтобы я умерла. Ты не можешь позволить.

А дождь продолжал хлестать в окна, ветер шумел так страшно и жутко, что казалось, мир превратился в ад.

Королева совсем обессилела и потеряла сознание.

Она пришла в себя от звука плещущейся воды.

Она открыла глаза. Она сидела все там же, в том же каминном зале, на той же столешнице, вокруг была вода. Ярко светило солнце. Буря закончилась.

«Странно, я жива, — подумала королева. — Надо что-то делать».

Она соскользнула со столешницы и по пояс в воде побрела к дверям. С трудом открыла их. То, что она увидела, привело ее в ужас. Буря и вода разрушили все, что попалось на их пути.

Не было ее любимого замка, ее сада, не было гостевых построек и ее любимых беседок, не было служебных помещений, где варили-стряпали, стирали, готовили, чистили, мыли, шили. Не было ничего. И никого.

Королева еще раз огляделась по сторонам и побрела прочь от тех развалин, что когда-то были ее замком.

Она обессилила и очень хотела есть. Она не знала, куда идет, что будет делать. Но она хотела жить, и потому была уверена, что будет жить. И шла, шла…

На пути ей попалась молодая мама с малышом. У младенца в руках была корочка хлеба. Королева вырвала ее из рук ребенка и начала жадно есть.

— Я королева, мне положено, — сказала она изумленной матери, которая выглядела еще более истощенной, чем она. Ребенок плакал, а королева уходила прочь, не оборачиваясь.

Через некоторое время стали попадаться разрушенные бурей строения. Она видела, как обессиленные и голодные люди раскапывают остатки урожая на полях, чтобы приготовить еду и как-то выжить.

Королева подходила к кострам, где готовилась пища, и требовала накормить ее, потому что она королева и ей все положено в первую очередь. Люди пытались объяснить ей, что сейчас нет королев и господ, что можно выжить только сообща. Но королева фыркала и шла дальше

Еще чего? Не будет она делать грязную работу!

Совсем без сил она добралась до какой-то пещеры. И упала у ее входа.

Теряя сознание, она услышала: «Если я спасу тебя, то ты будешь мне служить три года и три дня и не вымолвишь за это время ни одного слова. Согласна?»

Королева хотела ответить, но уже не смогла.

Проснулась она абсолютно здоровой. Перед ней сидел страшный старик. Его борода была длинной и нечесаной. Кое-где из нее торчали колючки репейника. Одежда дурно пахла, казалось, что ее никогда не стирали. И сама пещера была в ужасном состоянии. Такой грязи королева никогда не видела.

— Очнулась, королева? Помнишь наш уговор? Я спас тебя при условии, что ты мне будешь служить три года и три дня и при этом не произнесешь ни слова, что бы я тебе ни приказывал и чего бы я ни требовал. Если не угодишь мне, ты погибнешь. А ведь ты хочешь жить, я знаю. Для начала расчеши мне бороду!

Королева хотела возмутиться, закричать, даже толкнуть старика, но вспомнила про уговор и начала приводить бороду старика в порядок.

Сначала она пыталась убрать репейные колючки. Какое же это было тяжелое занятие! Они цеплялись за ее пальцы, кололи нежные подушечки, они царапали ее мягкие ладошки. Через некоторое время ее руки были в ссадинах и в крови, но она продолжала убирать их.

В душе она возмущалась, кричала, бесилась, но молчала. Старик с ухмылкой наблюдал за ее работой. Более пяти часов ушло у королевы на это задание.

Зато когда он дал ей краюху хлеба и кувшин с водой, ей показалось, что ничего вкуснее она никогда не ела.

На следующий день она стирала вещи старика в холодной ключевой воде рядом с пещерой. Ее руки, исколотые репейником, покраснели и опухли, но королева молчала и продолжала работать.

Вечером она чистила котелки и прочую кухонную утварь, которая валялась в пещере в страшном беспорядке. Потом мыла жилище и замазывала белой глиной облупившиеся стены.

Утром, пока не проснулся старик, она готовила ему целебный освежающий напиток, для которого на заре собирала траву на высоком холме далеко от пещеры. Королева очень уставала, но терпела. Иногда старик впадал в гнев, он всем был недоволен и даже мог вылить непонравившийся ему ужин прямо на пол.

Королева училась приспосабливаться к нему, по звуку голоса и по движениям определять его настроение и предупреждать все его капризы. Через год она была уже очень хорошей хозяйкой. Она полюбила вставать на заре, собирать целебные травы, готовить чай, наводить порядок. Ей даже удалось разбить цветник рядом с пещерой. Ей нельзя было говорить, но в мыслях она вела бесконечные беседы с цветами, расспрашивала их о самочувствии, приносила живительную воду из дальнего родника, потому что она была полезна для растений. Это ей сказали птицы, речь которых она со временем стала понимать. И, вы не поверите, она даже полюбила старика, который хоть и бывал капризен, но научил ее многому. Это он показал ей, какие травы и в какой день нужно собирать, чтобы от них была наибольшая польза. Он познакомил ее с одолень-травой, которая спасает от самых страшных недугов, с волшебным папоротником, цветы которого исполняют желания. А главное — он научил ее выполнять любую работу с душой и удовольствием.

Если бы королеве было можно, то она бы давно уже начала петь. Но ей было запрещено и говорить, и петь. И она начала записывать свои мысли на листах старой книги, что хранилась в пещере. Буквы там давно выцвели, поэтому королева могла писать поверх них угольком из костра.

Прошло три года. Королева почти дописала книгу. Осталась одна пустая страница. В последний день она написала на ней: «Я благодарю мир за его красоту, я благодарю мудрого старца, которого мне послал сам Бог, я благодарю всех, кого когда-то встретила в своей жизни. И я у всех прошу прощения за мою черствость, злость, гордыню, неуважение и бессердечие. Простите меня!»

Она попрощалась со старцем со слезами на глазах и поблагодарила его за науку. Она в последний раз расчесала его белую бороду и убрала невидимую пылинку с плеча. Ей хотелось так много сказать ему, но сейчас в этом не было необходимости. Он все давно понимал без слов.

— Ну, ступай с Богом. Теперь я спокоен за тебя. Возьми котомку с целебными травами и, конечно, твою книгу. Все это тебе еще пригодится. А в подарок тебе — цветок папоротника. Он исполнит лишь одно желание. Помни об этом. Всего одно.

Королева отправилась в обратный путь. По дороге она лечила людей, помогала тем, кому требовалась поддержка, пела колыбельные малышам, давая уставшим мамашам вздремнуть, показывала садовникам, как правильно разбивать клумбы, чтобы каждому цветку было вольготно; она шла навстречу каждому, если чувствовала, что она ему нужна.

По вечерам она читала отрывки из своей книги. И многие приходили ее послушать, потому что от этих слов шла волшебная энергия, от которой расцветала радуга.

Слава о ней разнеслась по всей стране. Все говорили о простой женщине, что вершит чудеса. Словом и делом.

Так королева добралась до своего бывшего замка. Здесь по-прежнему царило запустение.

Сердце королевы заныло от боли. Она вспомнила счастливые дни, проведенные здесь, и в то же время ее охватил стыд за ту себя, которая превратила эту волшебную землю в пустыню.

«Даже Бог не выдержал моей гордыни и наказал меня. И поделом! Ну ничего, еще есть время. Я восстановлю замок». И королева начала с посадки цветов. Это она умела очень хорошо. Каждый день кто-то подходил полюбоваться цветами и оставался помогать женщине, о мудрости и доброте которой говорила вся страна.

Постепенно нашлись и столяры, и плотники, и кузнецы, и маляры. Работа закипела. Замок рос прямо на глазах. Королева, сейчас ее звали просто Генриеттой, успевала помочь всем, всех ободрить и поддержать. И всегда работала сама.

Через год замок и город вокруг него были заново отстроены. На празднике в честь окончания строительства люди предложили Генриетте: «Будь нашей королевой. Умней и мудрей тебя мы не найдем».

Генриетта поднялась из-за стола и попросила тишины.

— Прежде чем ответить вам, я хочу признаться и попросить прощения. Я та самая королева, которая жила здесь когда-то. Это я погубила вас, это на моей совести беды нашей страны. Я прошу у всех прощения. А особенно у моей подруги Катрин, которая была мне самым лучшим и верным помощником и с которой я так жестоко поступила. У меня есть волшебный цветок папоротника. Он исполняет лишь одно желание. Мое желание — вернуть Катрин и сделать ее королевой. Если она меня простит. И если простите меня вы.

Вначале была тишина. Потом раздался крик: «Мы не помним ту королеву, мы знаем тебя! И мы согласны с твоим решением!»

Генриетта подбросила цветок папоротника в воздух, и перед ней появилась ее подруга Катрин.

Генриетта встала перед ней на колени:

— Прости меня! Я знаю, что не достойна твоего милосердия, но я прошу не одна. Со мной все, кто строил этот город. Будь нашей королевой, а я буду помогать тебе.

Катрин ничего не ответила, она подняла Генриетту с колен, обняла ее и заплакала.

И все поняли, что у их города начинается новая жизнь. Счастливая и справедливая.

Сейчас этот город знают как город незабудок и ландышей. Эти цветы здесь повсюду. И первое правило в указе королевы, что выбит прямо на воротах замка, гласит: «Приезжая в наше королевство, не забудь попросить прощения у всех, кого ты когда-то обидел, склони голову перед тем, кто мудрее тебя. И тогда цветы в нашем городе никогда не завянут».

По книге Генриетты сейчас учатся дети королевства, ведь в ней она собрала всю мудрость мира, которая необходима для счастья и процветания.

По вечерам Генриетта и Катрин выходят на прогулку. Они говорят о новых сортах незабудок и ландышей, о мудрости прочитанных книг, о соседском мальчике, что приходит кормить золотых рыбок в пруду.

А иногда они могут просто сидеть и молчать. И тогда замирают даже ночные бабочки, потому что наступает та счастливая тишина, при которой не надо слов. Именно про такие моменты говорят: ангел пролетел. И это настоящие минуты счастья. Незабудки начинают светиться в темноте, а ландыши еще ниже опускают свои колокольчики и тихо-тихо звенят. Это и есть музыка души.

Музыка полного приятия и прощения.

Как звери баню построили

Случилось так, что в лесу заповедном Грязь-грязюка поселилась.

Жила она привольно в дальних-предальних странах, делала, что хотела, чудеса свои грязные творила. То дождь чернильный пошлет, то реки илом замутит. Ходят тогда все чертыхаются, а ничего сделать не могут. Все грязное вокруг. Но наука в тех местах далеко пошла, и выселили люди Грязь-грязюку. Цеплялась Грязюка за прежнюю свою родину, ан нет: где что ни натворит, тут сразу же ее и смоют! Порошки всякие синтетические изобрели. А у Грязюки на них аллергия. Вот и двинулась она туда, где леса много, где хулиганить можно, и про науку где никому не ведомо.

Добралась Грязь-грязюка до сибирского леса и давай чудить!

Все деревья черной пылью покрыла, ягоды-грибы грязью перемазала, всех зверей, что высовывались, тут же золой посыпала. Радость!

Все серо-грязное стало. А Грязь-грязюке от этого только счастье. Ходит, своим пыльным подолом трясет. А еще лучше — танцевать примется. И тогда хоть совсем из леса беги! Такая пыль поднимается, что дышать нечем.

Приуныли звери. Лиса свой хвост поджала, жалуется: «Такая я рыжая и пушистая была. А сейчас на кого похожа? Меня уже от волка серого не отличить. Страх страшный».

А сорока ей вторит: «Кто поверррит, кто поверррит, что я сорррока, а не ворррона, где моя белая грррудка? Вся грррязная, серррая! Стрррах!»

Волку-то что: он был серым, серым и остался. Но как теперь его от собак отличить, что в лес забегают? Раньше-то они разноцветные были. А сейчас, как в лес попадут, тут же серыми, что волк, делаются. Как жить?

Медведь тоже из коричневого и блестящего в серого и замусоленного превратился.

Да и противно всем. Шкура чешется, аж жить не хочется.

Сидят звери на поляне, тоскуют. Про беды свои рассказывают.

Только Грязь-грязюка вокруг свои танцы танцует да рожи им корчит. Обещает еще грозу с грязью и глиной прислать.

Ох-охо-хонюшки!

Случайно из деревни собака бежала. Заскочила на поляну и даже испугалась. Шерсть дыбом, зубы оскалила. Потом видит: не до нее. Подошла тихонько.

— Что за беда?

— А оно не видно? — Это бывший белый аист спрашивает.

— Полюбуйся, какие мы красивые. Все грязные да замусоленные. Все Грязь-грязюка играется. Что делать, не знаем. Скоро от грязи и умрем.

Собака удивилась, а потом говорит:

— А вам что, слабо баньку построить? У вас в лесу все для этого есть! Речка рядом. Как печку сложить — так я вам хозяина моего приведу.

— Да как мы сможем? Мы же звери обыкновенные. Нам бы своим делом заниматься, еду промышлять, вон, экологию лесную поддерживать…

— Ага-ага, — залаяла собака. — О какой экологии речь? Скоро вы вымрете от грязи, а потом и лес. Вот это радость будет Грязюке. Она тут на веки вечные расположится. Вот что, давайте распределите, кто за что отвечает, а я пока за хозяином сбегаю. Не дело это, раньше времени сдаваться и Грязюке угождать!

— А что, дело! — Почесал лапищей голову медведь. — Я вот могу кругляка натаскать, дятлы бревна от коры очистят, бобры по размеру подгонят. Птицы лыка надерут, чтобы пазы забить, аисты соломы натаскают для глиняного замеса, чтобы печь сложить, лиса поход в соседний лес организует, чтобы веников березовых набрать для первого пара. Крышу еловыми ветками покроем…

Тут все звери-птицы разом заговорили. Каждый предлагал что-нибудь, что он для будущей бани сделать может. Оказалось, что каждый способен свою лепту внести.

И закипела работа.

Собака с хозяином пришли, а весь строительный материал уже собран, звери и птицы дальнейшего указания ждут.

Пётр Ефимович сильно удивился.

— Вот бы нам, людям, у зверей такой организованности поучиться! Звери, а как толково все придумали.

И стал он командовать, кому и что делать.

И пяти дней не прошло, как баня была готова. Трудились и день и ночь. Незадача только с окнами вышла. Ну нет в лесу стекла.

Пришлось Петру Ефимовичу в деревню возвращаться.

Вернулся не только с окнами, что сосед со своей старой баньки отдал, но и с помощниками. Печник вызвался помочь да дочка его. Настя мыла целую корзину взяла, шампунь городской да квасу жбан. Как после бани без кваса?

Пока Грязь-грязюка, довольная тем, что натворила, в дупле старого дерева спала, звери баню и достроили.

Ох, и ладная получилась! С большим предбанником, чтобы зверь любого размера вошел, с парилкой, где полки аж до потолка, с бочкой для холодной воды.

Конечно, для первой бани воду издалека пришлось таскать, потому что все рядом было загажено. Но тут уже звери из соседнего леса помогли, узнав про беду великую.

Запыхтела труба, задымила…

Вот и мишка уже в баню пошел. За ним волки, потом лисички. И так все от мала до велика. Даже лягушки прибежали, чтобы грязь болотную с себя смыть…

А остатки воды тоже в дело пустили. Давай всё вокруг отмывать.

Не баня с помывкой, а праздник получился.

Так дружно звери еще никогда не жили.

Грязь-грязюка проснулась от того, что в ее дупло вода мыльная попала.

Выскочила как ошпаренная, а ее уже ждут. Кто из ведра воду льет, кто из клюва, кто веником мокрым машет. Все подолы ее юбок отсырели, стала Грязь-грязюка в размерах уменьшаться, еще чуть-чуть — и совсем бы смыли Грязюку. Чуть живая уползла, в болото грязное нырнула, притаилась. Авось, с силой соберется и снова вылезет…

В лесу же началась новая жизнь. Красавицу лису, что после бани еще пушистей и краше стала, поставили управляющей при бане. Расписание составили, каким зверям в какой день приходить и кто за что отвечает.

Зайцы вокруг бани беговую дорожку соорудили, для здоровья очень полезно. Умная сова клуб для малышей организовала. Родители в баню — она с ними жизненной мудростью делится, хорошим манерам учит. Сороки теперь всех желающих иностранным языкам обучают.

Строили баню, а получился клуб по интересам.

На бане табличку повесили для будущих поколений. «Спасибо трудностям, они делают возможным невозможное».

А про Грязь-грязюку давно забыли. Да она больше в этих местах и не появлялась. Может, и нет ее больше? А может, где-то в других местах балует?

Вы ее не встречали?

Волшебный цветок

Жила-была принцесса. Настоящая, сказочная. И столь же прекрасная, как в книжках описывают. Белокурая, с осиной талией и большими голубыми глазами. В королевстве, где она жила, все только и говорили о неземной ее красоте. Но принцесса была вечно чем-то недовольна. То трон ей поставили жесткий, то шоколад слишком уж горький. И ворчала круглыми сутками.

А еще она услышала как-то от мальчишки, бежавшего за ее каретой, громкие слова. Бранные слова, злые, но присутствовала в них какая-то странная сила. Смекнула принцесса: если станет их употреблять, то ее точно все в королевстве будут бояться. А значит, и любить больше будут.

С той поры так и повелось. Что не по ней, тут же кричит: «Ты урод, скотина безмозглая!», — и слуги в страхе расступаются, а батюшка сразу спрашивает, не изволит ли доченька чего особого. Больно уж сердится потому что. Убедилась принцесса, что в злых словах кроется сила великая, и стала раздавать их налево и направо.

Но однажды случилось вот что. Направилась белокурая принцесса, по пути браня и коря всех, в свой любимый сад. Здесь она могла побыть одна и полюбоваться на плавающих в пруду лебедей. Проходя знакомой дорогой, она неожиданно заметила цветок, который раньше не видела. Необычный цветок, экзотический, красоты неземной. Принцесса над ним наклонилась, вдохнула его запах и вымолвила: «Откуда ты, диво-дивное?» А цветок ей в ответ человеческим голосом: мол, прилетело его семечко с далекой галактики, чтобы помочь землянам решить их проблемы, которых с каждым годом все больше накапливается. Советник и советчик — такая у него, дескать, благородная миссия.

Подружились принцесса и цветок. И король-батюшка стал в сад захаживать, совета у цветка испрашивать, как дела государственные вести разумно и правильно. И стало королевство, что называется, образцово-показательным. Со всего света понаехали сюда послы, чтобы ума-разума набраться да научиться, как жить правильно. Вот только о принцессе стали говорить меньше. И о красоте ее тоже. Хотя она по-прежнему была прекрасна. Стала обижаться принцесса. Придет к цветку и начинает: «Я думала, ты только меня любить будешь, мне одной помогать. А вижу, что скоро для меня ты и времени не найдешь. Ну к чему тебе все эти послы да бездельники из других стран?..»

И так стало повторяться изо дня в день. Принцесса все больше и больше была недовольна, все громче хулила тех, кто ее любовь, ее цветок у нее отнимает.

Однажды она проснулась в дурном настроении.

— Ах, я проснулась, а кофе еще не готов? Где эта бездельница служанка? А где мое новое платье, которое отец вчера велел этим негодяям расшить бисером? И что это сегодня за тучи такие грязные наползли, весь замок будто в чернилах потонул?

Принцесса ворчала и чертыхалась. Всем с утра от нее досталось. Кому-то и тумаки прилетели.

«Да что это со мной сегодня? — подумала принцесса. — Пойду-ка посоветуюсь с этим гадким цветком. Из-за него меня стали меньше любить. Все теперь только им восхищаются».

Шла принцесса по саду, и ничего-то ее не радовало. Ни изумрудная трава, ни золотые рыбки, ни грациозные лебеди. А ее чудесный цветок, когда она подошла ближе, оказался увядшим и безжизненным.

— Что с тобой?

— Я твоя душа, — отвечал цветок. — Сегодня ты убила меня. Я больше не смогу никому помочь. Единственное, что я еще в состоянии — это сохранить твою красоту, если… Но сначала посмотри на себя в зеркало.

Принцесса взглянула и обомлела от ужаса. Из зеркальца на нее смотрела злая страшная ведьма, вся в морщинах и с перекошенным ртом.

— Кто это?! — вскрикнула принцесса.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 574