электронная
108
18+
Хроники Эриона

Бесплатный фрагмент - Хроники Эриона

Роза для короля

Объем:
704 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-6147-9

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

«Дорогой Эстар,

прости, что не задержался и не поговорил с тобой лично. Но у меня нет времени больше ждать, и потому я оставляю тебе свои старые записи. Прочти их. Тебе давно пора всё узнать.

Помнится, ты спрашивал меня, всё ли в изданных «Хрониках» правда. Увы, я не могу этого подтвердить. Ответ на свой вопрос ты найдёшь в этой рукописи. Она многое тебе объяснит. Это единственная правдивая и беспристрастная версия произошедших в Эрионе событий. Не удивляйся, но в ней я буду говорить с тобой о людях, хотя почти два века прошло с тех пор, как король Эфистиль изгнал их из эльфийского мира. Кровь стынет, как вспомню то тёмное, страшное время. Такой безжалостной и кровавой войны наша земля прежде не видела. Как ты знаешь, после неё в нашем королевстве не осталось ни одного человека. Силами своих магов и чародеев король Эфистиль закрыл для них все порталы в тринадцатое измерение. Жители Эриона не особо любят вспоминать тот период своей истории.

Когда-то эти два народа были дружны. Люди жили на юге королевства, вели с эльфами торговлю, вместе выращивали урожай и возводили города. Кто-то скажет тебе, что все люди были алчными и злыми, и что кроме эльфийского серебра и драгоценных зелёных алмазов Эриона их ничего не интересовало. Но я знаю, что это не так. Среди людей были и щедрые, и великодушные, достойные воины и верные союзники короля Эфистиля. Я лишь хочу восстановить справедливость.

Впрочем, я не жду, что ты одобришь мои решения, и не пытаюсь оправдаться. Когда я привёл в Эрион эту маленькую, испуганную девочку, я не думал, что всё так закончится. Я лишь хотел, чтобы несправедливое обвинение короля Эфистиля было снято с людей, и их союз с эльфами был восстановлен. Открывая перед ней портал, я желал помочь. Да, я знаю, что это не моё дело вмешиваться в ход истории, я лишь записываю её. Я всего лишь скромный наблюдатель, который ведёт «Хроники» эльфийского мира, как до меня вели их мои отец и дед. Но если не Элион, то кто другой должен был всё исправить? Я лишь дал ему возможность, я дал ему Эли.

Ты спросишь, зачем я оставляю тебе свои рукописи сейчас? Что ж, позволь мне объяснить это при личной встрече. Надеюсь застать тебя в доме Синуэль завтра.

Эстар, мне жаль, что тебе приходится узнавать правду из моих записей. Прости меня.

Любящий тебя Филиан»


Глава первая

Когда весенний ветер срывал с белых яблонь нежные лепестки, которые ещё только начали дышать тёплым, пропитанным светом воздухом, вся страна затаила дыхание в ожидании коронации нового правителя. Каждые несколько сотен лет, по весне Эдельвейса, короли сменяли друг друга. Правившая династия Эльхаран королевства Эрион век за веком продолжала традиции Великих Эльфов, которые были далёкими предками эльфийских королей, а также покровительствовали этому роду. Каждый правитель этой династии был справедливым и великодушным королём. На престол вступали уже в довольно зрелом возрасте, когда уже прекрасно разбирались в делах войны и мира, и были достаточно мудры в своих суждениях и поступках. Хотя правители Эриона оставались у власти не меньше пятисот лет, действующий король Эфистиль не мог больше ждать. Он принял твёрдое решение передать правление государством своему сыну раньше срока. Эрион под его властью был больше двух веков. Эфистиль выиграл не одну войну против орков и горных троллей и расширил границы королевства на севере. Он немало сделал, чтобы укрепить союз всех эльфийских земель, заключил несколько выгодных для Эриона торговых соглашений с соседними королевствами Литрилиеном и Реолдоном, поддерживал дружеские отношения с феями Руара. За его плечами были долгие годы не только процветания, но и войн. Своим же главным достижением за время правления Эфистиль считал изгнание из эльфийского мира людей. Кровавая, изнурительная для короля, хоть и недолгая война против бывших союзников стала последней, что он вёл, и забрала у него очень много сил. Он чувствовал себя уставшим и разбитым. Впрочем, дело было даже не в войне, а в том, что стало её причиной. Эфистиль так и не смог оправиться от потери жены, в смерти которой он винил людей. Он больше не мог выдержать ни дня в Эрионе, где всё напоминало о ней. Вечно цветущий Яблоневый сад, тени горных хребтов на востоке Сильтурина и этот дворец, что когда-то был её домом, и где они были так счастливы. Тоска по погибшей жене съедала сердце короля. Эльфы жили вечно, если только болезнь или война не забирали их из этого мира. Но Эфистиль не видел больше смысла в этой вечной жизни, жизни без Селены. Особенно когда он смотрел на сына, король испытывал щемящую, мучительную душевную боль. Элион был безумно на неё похож. Он был высоким, статным, со светлыми прямыми волосами, ясными голубыми глазами и тонкими губами, как и у его матери. Как же невыносимо для Эфистиля было смотреть на сына и каждый раз вспоминать, что он никогда не сможет прижать свою любимую к груди, запустить свои руки в её мягкие волосы и прильнуть к её тёплым губам. Эфистиль понимал, что Элион слишком молод и ещё не готов к той ответственности, что возложит на него королевский титул. Но его это не особо заботило. К тому же, хоть принц и был ещё неопытен в политических делах, он уже показал себя прекрасным полководцем в войне королевства против орков Рахтора, а также проявил себя как храбрый воин на полях сражений. Весь эльфийский мир уважал его за сильный характер, храброе сердце и добрый нрав. Жители Эриона видели в нём достойного приемника отца и готовы были преданно служить будущему королю.

Эфистиль же хотел, как можно скорее отправиться вверх по реке Параэль, где за Высокогорьем лежала Долина Благодати. Туда эльфы уплывали в поисках покоя и полного забвения, когда уставали от вечной жизни. После смерти жены и войны с орками на юго-западе за свободу эльфийского государства Ильтур Эфистиль передал Королевское Слово своему сыну. Таким образом, он отрёкся от власти и вверил Элиону то знание, которое подтвердит его законное право на трон. Издавна это слово знал только правящий король и передавал его приемнику только перед предстоящей коронацией. Теперь ничего больше не держало Эфистиля в Эрионе. И только старый советник Миолин не унимался в своих попытках уговорить короля дождаться полной готовности сына к службе народу.

— Он ещё слишком молод, — недовольно качал головой советник. — Не думаю, что ты можешь взвалить это на его плечи и просто уплыть по реке за горы. Ещё не время.

— У него есть ты, Миолин, — безразлично отвечал Эфистиль, отрешённо глядя в окно своего кабинета. В эту минуту его сын тренировался с генералом Гриэром в Яблоневом саду. — Ты поможешь ему справиться с трудностями и проследишь, чтобы он не наделал глупостей.

— Элион очень способный, — продолжал Миолин. — Но, Эфистиль, он ещё так горяч и безрассуден. В нём слишком много страсти. И он не сдержан. И даже неуправляем порой. Помнишь, что они с Сильдиорилем учинили в королевских конюшнях? Нет, Ваше Величество, ещё слишком рано.

— Я уплываю завтра, сразу после коронации, — невозмутимо ответил король. — Твои опасения и доводы ничего не изменят. А дерзость и пылкость у него от Селены, тебе придётся над этим поработать. Просто не позволяй ему заходить слишком далеко.

Эфистиль отошёл от окна.

— Я оставляю ему сильное процветающее королевство. Я и так сделал для Эриона достаточно, когда освободил его земли от присутствия людей. Я так устал, Миолин. И я не желаю больше говорить с тобой на эту тему. Я уже всё решил.

Он тяжело вздохнул и опустился в кресло возле письменного стола. Советник молча поклонился и вышел из кабинета, чтобы отдать последние распоряжения по подготовке к коронации. Оставалось меньше суток до одного из самых важных событий в королевстве, а приготовления ещё не были закончены.

                                                * * *

На праздник уже начали прибывать эльфийские правители со всех концов тринадцатого измерения. Они съезжались в столицу Эриона Сильтурин, и каждого было необходимо встретить с должным почётом и с удобствами разместить во дворце. Эфистиля уже давно не заботило мнение окружающих о нём и его гостеприимстве. Он вышел в тронный зал лишь к вечеру, где с неохотой поприветствовал прибывших королевских особ. Король Эриона выглядел усталым и отстранённым. Его взгляд блуждал по лицам гостей, а улыбка была вымученной. Все уже знали, что это последний приём, который устраивал Эфистиль для своих друзей и союзников.

Элион был весел и чересчур любезен со всеми, но никто, казалось, не замечал наигранности в чрезмерно весёлом поведении будущего короля. Он улыбался своей лучезарной улыбкой, покоряя гостей своим обаянием и учтивостью. Он шутил и смеялся, танцевал с дамами и горячо спорил о политике с их кавалерами. Лишь в редкие минуты, когда гости оставляли его наедине с собой, и их внимание не было направлено на принца, он мрачнел. Улыбка сползала с его лица, и он с грустью и ожиданием смотрел на отца. Но чего именно он ждал от этого уставшего и разочарованного в жизни эльфа? Ведь Элион знал, что Эфистиль не передумает. Он видел, что отца уже давно ничего не радовало и не заботило, и замечал, как тот часто погружался в свои размышления и не обращал на сына ни малейшего внимания. Они редко говорили, и Элион не помнил, когда в последний раз видел, чтобы отец искренне улыбался. Кажется, это было так давно, ещё когда он был совсем маленьким, а королева Селена была с ними. Теперь они были чужими. Элион чувствовал, как отец отстранился от него после смерти матери. Придворные заменили принцу родительскую заботу — Миолин учил его политике и дипломатии, а генерал Гриэр военному делу. Эфистиль совсем перестал проводить с ним время, а вскоре книги и тренировки и вовсе заменили принцу редкие разговоры с отцом. Юный эльф все силы отдавал освоению военного дела, читал наставления по стратегии и искусству войны, целыми днями пропадал с Гриэром на тренировках. Он учился всему быстро и легко, всегда брался за всё самое сложное и хотел во всём быть лучшим. Ему казалось, что если он станет лучшим, то отец наконец-то обратит на него внимание. Элион стал превосходным стрелком из лука, а от грации и уверенности, с которой он управлялся в бою со своими мечами, у эльфов, наблюдавших за ним, захватывало дух. Благодаря упорной работе и изнурительным тренировкам он стал сильным, метким и быстрым, а главное непредсказуемым в битве. Каждый его поединок походил не на бой, а танец, который завораживал всех вокруг, даже противников Элиона, которые не могли не заметить точности и лёгкости всех движений принца. Казалось, он сливался в единое целое со своим оружием в смертельной пляске.

Гриэр гордился своим воспитанником и ни минуты не сомневался, что Элион станет прекрасным военачальником. Он часто вспоминал, как принц вернулся из своего первого военного похода, глаза его горели. Он возглавлял армию Эриона в войне против орков Рахтора, захвативших земли союзного королевства Ильтур на юго-западе. Несколько месяцев эльфы вели сражения за каждую пядь своей земли с жестокими и кровожадными орками, пожелавшими расширить свои неплодородные владения до реки Хьярсириль. Король Ильтура Алиадон попросил военной помощи у Эфистиля. Ведь его армия в одиночку не могла больше удерживать на своих северных границах превосходившее её числом войско Рахтора. Столица королевства, город Ренсирин, была осаждена, а жизнь самого короля Алиадона, как и его дочери, наследницы престола Ильтура принцессы Сеариэны, была в опасности. Эфистиль отправил на юго-запад Элиона. И не ошибся в своем выборе — тот одержал победу в десятке схваток с орками, разбил армию троллей и вернул свободу королевству Ильтур.

Казалось, лишь на войне Элион чувствовал себя уверенно, там он был смелым и сильным. Но во дворце, встречаясь взглядом с убитым горем и тосковавшем по жене отцом, Элион вновь ощущал себя одиноким и забытым всеми ребёнком. Он хотел, чтобы Эфистиль гордился им, чтобы обратил на него внимание и похвалил, но король оставался равнодушным к его успехам. Со временем Элион научился терпеть его безучастие ко всему, что он делал. Его сердце очерствело, и печальный вид отца больше не огорчал его так, как раньше. И всё же иногда ему становилось так тоскливо, что казалось, это чувство никогда его не покинет. Он перестал бороться за одобрение, внимание и любовь отца. Все свои чувства Элион научился хоронить так глубоко и так надёжно, что никто и не мог догадаться о его терзаниях. Этому умению отстраняться и контролировать свои эмоции принца научил его наставник, генерал Гриэр. Тот часто повторял, что голова у воина должна быль холодной, а сильные чувства лишь заставляют руки дрожать. Элион, сражавшийся двумя мечами, вовсе этого не желал, и потому научился отстраняться в бою от своих внутренних переживаний. Он стал лучшим воином в эльфийской армии, а вскоре и во всём королевстве.

И всё же, глядя сейчас на отца, Элион вспоминал, как тот заботливо укладывал его спать и как читал ему на ночь о драконах и феях. Отец нежно взъерошивал ему волосы, когда мама его только причесала. Это так злило Селену, а Эфистиль лишь улыбался и заговорщицки подмигивал сыну. Да, когда королева была жива, всё было по-другому. Элион знал, что в гибели его матери виноваты люди. Они жестоко убили королеву Селену, и это разбило отцу сердце, ведь когда не стало любви всей его жизни, не стало и самого короля. Почему это именно так, навряд ли принц мог ответить, но то, что вместе с матерью отчасти погиб и его отец, он ощущал всем своим сердцем. Он часто вспоминал, как в свой последний вечер во дворце мать сидела с ним на полу в библиотеке и складывала мозаику из цветных кусочков стекла. Тогда отец зашёл в комнату и, остановившись в дверях, печально улыбнулся. Эфистиль какое-то время молча наблюдал за женой и сыном, прежде чем окликнуть свою королеву.

— Милая, вам пора, — сказал король. Он казался обеспокоенным и напряжённым. — Солдаты ждут вас с Элионом в тронном зале.

Селена обернулась и грустно посмотрела на мужа большими голубыми глазами.

— Ты уверен, что не хочешь поехать? — спросила она. — Ты мог бы остаться в Борге на несколько дней и провести их с нами перед тем, как отправиться на север.

— Прости, — тяжело вздохнул тот. — Я не могу. Гриэр сражается там с орками Пепельных гор совсем один. Моя армия должна прибыть как можно скорее. Литрилиен захвачен, и король Фриор просит нас о помощи. К тому же, разведчики доложили, что отряды орков короля Дорхдула замечены и в лесах Эриона, к северу от столицы. Вы должны уехать. Здесь становится слишком опасно.

Королева с пониманием кивнула и поднялась.

— Ну что, малыш, хочешь поехать в путешествие? — спросила она сына, нежно улыбаясь ему и с любовью гладя его по светлым волосам.

Элиону было около десяти. Сам он давно уже не считал себя «малышом», но мама всегда звала его так. Даже при его друге Сильдиориле, с которым Элион иногда играл в войну у озера Афмин за Яблоневым садом. Он послушно кивнул матери и улыбнулся.

— Миолин настаивает, что будет лучше, если вы отправитесь порознь, — нехотя сообщил жене Эфистиль.

— Я не отпущу Элиона одного, — возразила королева.

— Он будет не один. С ним поедет Миолин. И я отправляю с ними своих гвардейцев.

Селена недовольно нахмурилась и поджала губы.

— Мне не нравится эта идея, — сказала она, обнимая сына за плечи и прижимая его к себе. — Почему нам непременно нужно ехать по отдельности?

— Так лучше для вашей безопасности, — пояснил король, подходя к жене и заглядывая ей в глаза. — Тамошний лес кишит врагами, и я лишь хочу, чтобы вы были под защитой. А два отряда лучше одного.

Эфистиль взял сына на руки и с нежностью посмотрел на жену. Она вздохнула, покорно кивая мужу, и поцеловала его.

— Береги себя, Эфистиль, — сказала она. — Я не смогу без тебя жить, если что-то случится.

— Ничего не случится, — заверил её тот. — Милая, это не первая моя война, поверь.

— Постарайся, чтобы она стала последней, — робко попросила его Селена.

— Сделаю всё, что от меня зависит, — ответил король и улыбнулся. — А теперь, вам пора. Вы выезжаете, как только стемнеет.

Это был последний раз, когда Элион видел мать живой, а отца с улыбкой на губах. Королева не доехала до крепости Борг. Солдаты людей, которые встречали её отряд в лесах у крепости для сопровождения в город, предали доверие эльфийского короля. Они убили Селену. Узнав о смерти жены, Эфистиль обезумел от горя. Одержав победу над орками Пепельных гор на севере, король тут же начал другую войну — против людей, на юге. Он повёл свою армию, разрушил города людей и сжёг их деревни. Он был так зол, неистов и беспощаден в своей мести, что остановился лишь тогда, когда в измерении больше не осталось ни одного человека. Но и этого королю оказалось недостаточно. Он собрал со всех пяти эльфийских королевств семь лучших волшебников и чародеев, чтобы закрыть все ведущие в миры людей порталы. Короли Литрилиена, Ильтура, Хиласа и Реолдона вместе с Эфистилем, его придворной прорицательницей Синуэль и её очень способной ученицей Аравеной навсегда преградили для людей путь в тринадцатое измерение, мир эльфов. Но и это не помогло Эфистилю заглушить боль от потери жены. Он страдал, он не находил себе места во дворце, он даже не мог смотреть на сына. Боль, ненависть и отчаяние наполнили его некогда доброе и любящее сердце. И теперь, когда Элион был достаточно взрослым, чтобы занять место на троне, король желал лишь одного — забвения. Он оставлял Эрион и отправлялся в северные долины, лежавшие далеко за Высокогорьем. Там эльфы находили своё последнее пристанище и обретали вечный мир и покой.

Сам же Элион мало что помнил о людях. Синуэль, придворная прорицательница, которая заботилась о нём после смерти матери, осуждала жестокость Эфистиля и не поддерживала военные походы короля против людей. Она часто рассказывала Элиону о том, каким прекрасным и процветающим был Эрион в те времена, когда эльфы и люди жили в мире. Ей нравились люди. Она ценила их храбрость, верность и благородство, их искренность и добродушие. Она верила, что деяние одной группы не определяет суть всего народа. Эльфийка рассказывала столько хорошего о дружбе двух народов, что маленький принц не мог понять, почему же люди предали эльфов и убили его мать. Как случилось, что бывшие союзники вдруг стали врагами? И хотя его отец яростно сражался с людьми и злился, когда Синуэль вставала на их защиту, Элион вырос не с ненавистью к людям в сердце, как у отца, а с верой, что люди не могут быть настолько ужасными, что все они заслуживают смерти. Впрочем, это было уже не важно, ведь в королевстве, как и во всём измерении, не осталось ни одного человека. После окончания войны Эфистиль прогнал Синуэль из дворца, и больше в Сильтурине никогда не было придворной прорицательницы.

О людях остались лишь записи и книги. Желая узнать о них как можно больше, Элион расспрашивал советника Миолина и генерала Гриэра о минувших временах, но они без особой радости говорили об этом с принцем. Эльфы хотели всё забыть. Ведь так пожелал их король. Миолин никогда не поощрял любопытства Элиона в этой теме. Советнику не нравилось заставать принца за чтением книг о людях в королевской библиотеке. Эльф злился и бранил любознательного юношу.

— Люди жестокие, коварные и алчные, — сквозь зубы цедил советник. — Они не принесли Эриону ничего хорошего. Оставь это.

Однако генерал Гриэр говорил о людях совсем другое. Эльф, пусть и без особого энтузиазма, рассказывал Элиону о совместных военных походах против гномов Гордула и орков Рахтора и Пепельных гор. Он говорил о преданности и смелости людей, о храбрости их солдат и их верности своему командиру.

— Я не знаю, Элион, — пыхтел Гриэр. — Это всё так давно было. И зачем тебе ворошить прошлое? Королю это не понравится, если он узнает.

Принц так и не получил ответов на все свои вопросы. Он не мог определиться со своим мнением о людях. Ему казалось, что что-то важное от него скрыто временем. Если они были друзьями эльфов, то почему напали на королеву? Если они были надёжными союзниками, то почему же предали короля Эриона? Были ли люди на самом деле такими коварными и злыми, как говорил Миолин? Или же они были верными и преданными союзниками эльфов, как вспоминал Гриэр? Но если так, то что же произошло? Почему дружба двух народов закончилась войной? Зачем они убили его мать? Элион терзался сомнениями и вопросами, не зная, чьим рассказам ему следует верить. Но ведь люди убили королеву Селену, об этом все знают. Со временем принц прекратил свои поиски истины и смирился с тем, что никогда не узнает всей правды. Он решил, что люди, скорее, предатели и враги, чем некогда надёжные союзники. В конце концов, они забрали у него семью. Сначала мать, а потом и отца. Король Эфистиль был так поглощён своим горем, что вовсе потерял интерес к сыну.

Мысли о матери и детстве, воспоминания и переживания минувших дней снова захватили Элиона, пока он украдкой наблюдал за отцом, безучастно сидевшим за праздничным столом в тронном зале. На своей коронации Элион впервые увидел Великих Эльфов, о которых так много слышал. Они появились в зале внезапно, словно из воздуха. Принц никогда до конца не верил в их существование, думая, что это лишь легенда, рассказанная советником, лишь фигура речи. Но они были реальны, хотя и походили внешне больше на призрачную дымку, чем на создания из плоти и крови. Пятеро великих правителей, некогда восседавших на престолах пяти эльфийских королевств, были облачены в белоснежные плащи, а в волосах их сверкали серебряные диадемы. Их прибытие обозначало, что торжество, наконец-то, приближается к своей цели — коронации. По всем правилам, они первым делом спросили у принца, владеет ли он Королевским Словом и может ли доказать своё законное право на престол. Элион гордо и уверенно им ответил. Хотя отец передал ему это знание очень давно, но забыть его было просто невозможно. Оно несло в себе печать сильной эльфийской магии и врезалось в память навсегда. Великие остались довольны его ответом. Настал момент, когда принц мог попросить у своего предка обо всём, чего пожелает — о любой силе, умении или даре — в качестве подарка новому королю. Эта давняя традиция переходила из коронации в коронацию. Только одно желание, только одна просьба к покровителю рода Эльхаран, некогда и самому сидевшему на троне Эриона. Элион помнил, что отец в своё время попросил стать непобедимым воином, но принц и без того был лучшим в бою. Он подумал о том, как мало он говорит с отцом, как они отдалились друг от друга и как плохо он понимает Эфистиля. И тут он понял, чего именно он хочет больше всего. Элион попросил у Великих Эльфов способности читать мысли по глазам.

— Не самый полезный дар, — усмехнулся правитель Литрилиена.

— И не всегда самый надёжный, — согласился с ним король Хиласа.

— Зато довольно редкий, — проговорил правитель Реолдона. — Дай ему это, если он так хочет.

Предок Элиона, правитель Эриона, улыбнулся будущему королю и приложил руку к его лбу.

— Владей им мудро, мой мальчик, — сказал он.

Элион поблагодарил Великих Эльфов, и они исчезли так же внезапно, как и появились. Молодой король, принимая поздравления, искал среди гостей своего отца. Он хотел ещё хоть раз заглянуть в глаза Эфистилю перед тем, как тот уйдёт из его жизни навсегда. Но эльф уже давно покинул дворец и больше никогда не возвращался в Эрион.

Глава вторая

Река Параэль, как и река жизни, продолжала бежать вперёд, задорно перескакивая пороги, искрясь и играя в блеске солнечных лучей. Весна входила в свои права, а с ней и молодой правитель понемногу осваивал новую для себя роль. Быть королём было куда труднее, чем он себе представлял, более ответственно и изнурительнее. Каждому требовалось его внимание, каждый приказ должен был быть подписан им лично. Элиону обязательно необходимо было присутствовать на всех заседаниях и совещаниях совета эльфийских старейшин, проходивших во дворце. Кроме того, он постоянно следил за боеготовностью своей армии, тренировал свою личную гвардию, и время от времени объезжал королевство, чтобы удостовериться, что в Эрионе всё в порядке. Помимо этого, присутствовавшие на его коронации эльфийские правители требовали от него ответных визитов. Рассмотрение документов, издание указов, встречи и заседания совета, а также частые разъезды по эльфийским землям и обсуждения новых торговых договоров и военных союзов с другими правителями наполняли дни и недели молодого короля. Поначалу это очень изматывало Элиона. У него ни на что не хватало ни времени, ни сил. Но шли годы, и король постепенно научился справляться со своей ролью и окончательно привык к этому. Элион правил уже сто десять лет. Теперь он стал старше, мудрее и перестал постоянно куда-то торопиться. Он даже научился находить немного времени, чтобы посидеть в своей библиотеке и спокойно почитать. Руководство армией он передал Гриэру и его помощнику, своему другу Сильдиорилю. Элион знал его с детства, и за это время они не раз сражались плечом к плечу против орков и горных троллей. Что же касалось государственных дел, то рядом с королём всегда был его надёжный и незаменимый советник.

Миолин был мудрым старым эльфом, который немало веков провёл в Эрионе. Он был королевским советником ещё при деде Элиона, короле Эсноларе. Миолин был рядом с правителем с давних пор, ещё с тех времён, когда эльфы Эриона сражались за свои земли с орками Пепельных гор, и когда феи Руара были союзниками эльфов в войнах с троллями и вели с королевством процветавшую торговлю. Миолин также был на своём посту и в тот период, когда из параллельного измерения впервые появились люди. Он помнил, как они заключили первые торговые соглашения с королём Эсноларом. Позже, когда молоденькая глупая прорицательница Синуэль нашептала королю Эфистилю, что союз с людьми принесёт Эриону пользу, тот разрешил им возвести на юге страны свой город, массивную каменную крепость Борг. Советнику же люди не нравились. Они были шумные, причудливые, самобытные и уж больно много о себе думали. Мало того, что они вырубили половину лесов у Ширханских водопадов, расположив на их месте своё поселение, так они ещё и не признавали в своём городе законом Эриона. Они потребовали «особых прав» и снижения налогов. Их спесивость и высокомерие были противны душе Миолина. К тому же, они слишком высоко ценили золото и драгоценные зелёные алмазы, чем напоминали советнику жадных гномов, которых тот в свою очередь тоже недолюбливал. Люди были алчны и ненасытны в своём стремлении разбогатеть на торговле с эльфами. Они даже просили у короля Эфистиля позволения, самостоятельно искать и добывать золото в Южных горах. Но советник вовремя вмешался и отговорил короля от такого опрометчивого поступка. Миолин не особо доверял людям, он терялся от их непредсказуемости, горячности и той страстности и азарта, с которыми они брались за любое новое предприятие. Люди не знали ни сдержанности, ни меры в своих действиях. Они воевали в союзе с эльфами против орков Рахтора так же самоотверженно и неистово, как утраивали свои буйные пиры и праздники, нередко заканчивавшиеся драками. Именно люди превратили некогда полупустые и тихие таверны Эриона в тёмные, пропитанные хмелем и гарью места сбора жадных до эля и вина разгильдяев и блудливых девиц, как называл Миолин разряженных в яркие платья до колен эльфиек, которые выплясывали на дубовых столах. Напитки людей были крепче, дома тяжелее, развлечения более шумные, а от их диких обычаев у советника порой стыла кровь в жилах. Одна охота чего стоила, а уж про турниры, которые люди время от времени устраивали на центральной площади Борга, и говорить не хотелось. Миолин морщился и скалился от одной мысли, что такие отвратительные создания, как люди, живут бок о бок с эльфами и отравляют сердца жителей его королевства. Не удивительно, что когда Эфистиль объявил людям войну, обвинив их в предательстве, советник всей душой был на стороне короля, и даже сам уговорил некоторых из правителей союзных эльфийских государств поддержать предложение Эфистиля и закрыть для людей все порталы в тринадцатое измерение. Одна лишь Синуэль была против этой затеи, но юная прорицательница подчинилась воли короля. Миолин нисколько не расстроился, когда Эфистиль прогнал эльфийку со двора.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.