электронная
320
12+
Казачьи генеалогии в историко-культурном контексте Кубани

Бесплатный фрагмент - Казачьи генеалогии в историко-культурном контексте Кубани

На материалах родословной атамана В. Г. Науменко

Объем:
232 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4498-2524-7

Рецензенты:

Е. Ф. Кринко, доктор исторических наук, заведующий отделом гуманитарных исследований Южного научного центра РАН (г. Ростов-на-Дону)

Е. В. Пчелов, кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой вспомогательных и исторических дисциплин Историко-архивного института ФГБОУ ВО «Российский государственный гуманитарный университет» (г. Москва)


Научный редактор:

Б. В. Виноградов, доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры всеобщей и отечественной истории ФГБОУ ВО «Армавирский государственный педагогический университет» (г. Армавир)


Дюкарев А. В.

Казачьи генеалогии в историко-культурном контексте Кубани (на материалах родословной атамана В.Г.Науменко). — Б/м, 2020.


Монография посвящена изучению казачьих генеалогий в историко-культурном контексте Кубани на материалах родословной атамана В. Г. Науменко.

Анализируются вопросы развития историко-генеалогических исследований кубанского казачества. Обосновывается место генеалогии кубанского казачества в системе исторического регионоведения Северного Кавказа.

Воссоздается родословная видного представителя кубанского казачества в ХХ веке — атамана кубанского казачьего войска в Зарубежье В. Г. Науменко. Раскрывается роль представителей рода Науменко, как мужчин, так и женщин, в социо-культурном развитии Кубани, участие в исторических событиях XIX — XX вв.

Отдельно изучается военная, общественно-политическая деятельность атамана В. Г. Науменко как одного из значимых представителей этого рода.

Дается правовая и морально-этическая оценка этой разноплановой деятельности В. Г. Науменко.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1 ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ИСТОРИКО-ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ В СРЕДЕ КУБАНСКОГО КАЗАЧЕСТВА

1.1 Проблематика историко-генеалогических исследований кубанского казачества в системе современного исторического знания

1.2 Основные положения реконструкции семейной истории

кубанского казачества

1.3 Методика исследования казачьей генеалогии на примере кубанского казачьего рода Науменко (XVIII — XX вв.)

1.4 Перспективы междисциплинарного взаимодействия в контексте историко-генеалогических исследований кубанского казачества

ГЛАВА 2 ИСТОРИЯ КАЗАЧЬЕГО РОДА НАУМЕНКО В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ КУБАНСКОГО КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА

2.1 Становление и развитие казачьего рода Науменко

(конец XVIII — начало XX вв.)

2.2 Судьба кубанского казачьего рода Науменко в XX веке

ГЛАВА 3 ВОЙСКОВОЙ АТАМАН КУБАНСКОГО КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА В ЗАРУБЕЖЬЕ В. Г. НАУМЕНКО В ИСТОРИИ РОССИИ

3.1 Военная служба В. Г. Науменко

3.2 Общественно — политическая деятельность В. Г. Науменко

3.3 Культурно — просветительская деятельность В. Г. Науменко

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
ПРИЛОЖЕНИЯ

ВВЕДЕНИЕ

Начиная с 90-х гг. ХХ века и до современного периода мы наблюдаем процесс активной разработки вопросов региональной истории. В полной мере это относится и к проблемам истории Северного Кавказа, изучение которых становится все более основательной. Немаловажное значение в данном процессе отводится казаковедению — довольно молодому направлению научной мысли в Российской Федерации, занимающемуся комплексным изучением исторического прошлого, новейшей истории и культуры российского казачества. Развитию казаковедения во многом способствовал начавшийся в конце 1980-х гг. так называемый процесс возрождения казачества, объективно способствующий расширению тематических изысканий. На Кубани это нашло отражение в изучении многогранной истории казачества, возрождении его традиций, обычаев, исторических корней. Однако, несмотря на интенсивную разработку казачьей проблематики, многие ее аспекты еще требуют детального рассмотрения. К ним можно отнести семейную историю, биографические и генеалогические исследования кубанского казачества.

В системе исторического регионоведения Северного Кавказа историко-генеалогические исследования заняли прочное место. На протяжении вот уже четверти века об этом свидетельствуют научно-теоретические разработки ряда исследователей, и все умножающиеся попытки практических реконструкций родословных отдельными краеведами. На фоне осознания кубанским казачеством своих исторических корней, все возрастающего интереса к семейной истории, изучение родословных конкретных деятелей, семей и родов носит, несомненно, позитивный характер. Подтверждением этого может служить высказывание одного из ведущих ученых истории казачества В. П. Трута, который, рассматривая состояние современной историографии по истории казачества Юга России, отмечает, что одной из актуальных проблем, нуждающейся в дальнейшем исследовании является и «…казачья генеалогия как отражение неразрывной связи времен и поколений».

Все это говорит о востребованности генеалогии кубанского казачества как нового научного направления, особенно в рамках региональной истории. Однако, несмотря на возросший интерес в кубанском обществе к историко-генеалогическим исследованиям необходимо признать, что теоретическая и методологическая база для реконструкции семейной истории кубанского казачества практически не разработана.

В рамках данного исследования рассматривается развитие и протекание историко-генеалогических процессов кубанского казачества на примере семейной истории неординарного и неоднозначно воспринимаемого представителя Кубанского казачьего войска — Войскового атамана Вячеслава Григорьевича Науменко.

Вячеслав Григорьевич Науменко (1883—1979), уроженец ст. Петровской Кубанской области, боевой офицер, участник Первой мировой войны, после революции 1917 года в рядах Белой армии. С 1920 по 1958 год занимал должность Войскового Атамана Кубанского казачьего войска в Зарубежье.

Несмотря на то, что региональные историки обращались к различным аспектам биографии В.Г.Науменко, все же необходимо подчеркнуть, что его участие в событиях ХХ века, а также роль и значение всего рода Науменко в развитии территорий Черномории, а затем Кубанской области не в должной мере освещены, интерпретированы и проанализированы.

Несмотря на очевидный факт сохранения атаманом В. Г. Науменко регалий Кубанского казачьего войска, являющихся историческими и культурными ценностями Российской Федерации, признания этого первыми лицами Краснодарского края Н. И. Кондратенко и А. Н. Ткачевым, и титанической работе по возвращению казачьих регалий на Родину, в 2016 году развернулась кампания по вычеркиванию имени В. Г. Науменко из истории. Это отразилось в ряде судебных процессов, итогом которых стало судебное решение о снятии барельефа и мемориальной доски В. Г. Науменко с его родового дома в ст. Петровской. Связано это с наличием фактов сотрудничества В. Г. Науменко, как официального представителя кубанских казаков в эмиграции, с германскими властями в период Второй мировой войны. Все это вызвало широкую полемику в обществе, что в очередной раз подчеркивает актуальность исследования.

Историография проблемы. Следует подчеркнуть, что до настоящего времени не было создано ни одного комплексного труда по изучаемой проблеме. Либо вопросы, связанные с жизнью и деятельностью атамана В. Г. Науменко, рассматривались различными авторами в контексте иных проблем, либо авторы, стремившиеся в той или иной степени более пристально взглянуть на эту историческую личность, делали акцент лишь на отдельных сторонах жизни и деятельности В. Г. Науменко.

Обзор историографии в настоящем исследовании построен по принципу характеристики двух важнейших аспектов рассматриваемой темы — историко-генеалогических процессов в среде кубанского казачества и проблематики освещения фигуры атамана В. Г. Науменко. При этом соблюдается хронология внутри выделенных групп, в которые сведены работы дореволюционных, советских и постсоветских авторов. Рассмотрена доступная постреволюционная эмигрантская и зарубежная литература по указанной теме.

Приступая к анализу изученности проблемы казачьих генеалогий в историко-культурном контексте Кубани, необходимо взглянуть на общую картину развития российской науки о семейной истории. Историко-генеалогическое направление в русской истории получило интенсивное развитие в XIX веке, и к началу XX века, усилиями отечественных ученых, эта отрасль приобрела методологическую основу и методический инструментарий для своих исследований. Однако вскоре, в силу революционных социально-политических процессов, историко-генеалогическое направление исторической науки практически было свернуто. Тем не менее, мы считаем необходимым сделать обзор историко-генеалогических исследований в отечественной исторической науке учитывая своеобразие их развития. Это поможет нам увидеть, в какой степени в них присутствовала казачья тема.

В дореволюционный период российская генеалогия оформилась как вспомогательная историческая дисциплина, пройдя долгий путь от сугубо практической дисциплины до теоретической. Переход генеалогии на степень теоретической дисциплины сопровождался разработкой вопросов методики составления родословных росписей и таблиц, а также такой систематизацией материала, которая дает возможность легко проследить всю ширину и глубину родственных связей.

Впервые эти вопросы были изложены П. В. Хавским в работе, посвященной наследственному праву. Он дал понятия основных видов родства и раскрыл формы графического изображения родословных.

В 1854 г. вышла первая часть «Российской родословной книги» князя П. В. Долгорукова, где был внесен новый существенный элемент изложения генеалогического материала — указание для каждого лица номера его отца, что облегчило поиск происхождения любого представителя рода. Исследования П. В. Долгорукова положили начало общим справочным изданиям по родословию русского дворянства. Впоследствии труды такого плана по генеалогии в целом выделились в особое направление отечественной генеалогии, характер которого менялся в зависимости как общего развития исторической науки в целом, так и генеалогии в частности.

Обобщающими работами, завершившими процесс складывания генеалогии во вспомогательную историческую дисциплину, можно считать труды М. С. Гастева которые были написаны с учетом теоретических разработок западноевропейских генеалогов. В них нашли отражение сложившиеся в западной генеалогической литературе терминология и понятия степеней родства, разновидностей генеалогических таблиц и способов их изображения.

Новым типом генеалогического справочника являлись библиографические словари Л. М. Савелова, основную часть которых, кроме обычной библиографии, составляли указания на печатные источники и литературу к каждому роду в отдельности. Методику генеалогии, разработанную П. В. Хавским и М. С. Гастевым, Л. М. Савелов дополнил методикой современной ему западноевропейской генеалогии. Он дал обобщенное изложение целей и задач генеалогии. Ему удалось теоретически верно отразить направление развития генеалогии через признание за генеалогическими трудами права на исторические выводы.

В дореволюционный период к проблематике казачества обращались как столичные историки — Н. М. Карамзин, С. М. Соловьев, Н. И. Костомаров, так и региональные — Д. И. Яворницкий, П.П.Короленко, И.Д.Попко, Е. Д. Фелицин, Ф. А. Щербина. Однако, в дореволюционный период так и не появилось работ по семейной истории казачества, в том числе и кубанского.

Исключением являются сюжеты казачьей дворянской истории, которые рассмотрены Л. М. Савеловым. В начале XX века было создано Историко-родословное общество, которое консолидировало усилия российских генеалогов. В одном из выпусков «Летописи историко-родословного общества» рассматривается история кубанских дворянских родов. Кроме того, важным подспорьем в генеалогическом поиске являются библиографические справочники, среди которых к нашей тематике относится «Список дворян, внесенных в родословные книги Ставропольской губернии, Терской и Кубанской областей с 1795 по 1 декабря 1912 г.».

Таким образом, можно отметить, что в дореволюционный период делаются попытки осмыслить историю казачьих родов, выходят публикации, посвященные историко-генеалогическим сюжетам российского казачества, однако в целом, история семей и родов Кубанского казачьего войска изучена была слабо. Это объясняется достаточно поздним сословным делением в его среде, на фоне общероссийских социокультурных, политических и экономических процессов.

Принципиально иное направление развитие историко-генеалогических исследований приобретает после 1917 года. Классово чуждой генеалогии, прежде преимущественно обслуживающей интересы дворянства, в 1920-1940-е годы не нашлось места в системе новой социалистической исторической науке.

Лишь в послевоенный период генеалогические исследования начинают заново обретать свое место в советской системе исторических дисциплин. Большое значение по генеалогии русских феодальных родов имеют работы С. Б. Веселовского. Исследователи занимаются изучением источниковедческих и археографических проблем родословных книг. В советское время появились исследования по генеалогии выдающихся деятелей русской науки и культуры. Особую ценность представляет сборник «История и генеалогия», который был издан в 1977 г., содержащий проблемные статьи по методическим вопросам развития генеалогии непривилегированных сословий.

Тем не менее, в отечественной историографии советского периода не появилось работ по семейной истории кубанского казачества, это объясняется тем, что казачество рассматривалось по прежнему как контрреволюционный элемент в отечественной истории.

Рассматривая степень развития историко-генеалогических процессов в среде кубанского казачества, необходимо обратиться к вопросу о состоянии и характере диссертационных работ генеалогической тематики. Необходимо отметить, что, несмотря на бурное развитие генеалогии в России в последние годы, диссертационных работ посвященных этой проблематике появилось не так уж много. Ряд исследователей посвятили свои работы рассмотрению источниковой базы генеалогических исследований. К ним относятся работы Л. А. Быковой и Г. А. Двоеносовой, посвященные Родословным книгам Тверской и Казанской губерний. Исследование И. А. Антоновой посвящено метрическим книгам, а М. В. Корогодина осветила источниковедческий потенциал исповедных вопросников. Одной из традиционных сфер приложения интереса отечественных историков является генеалогия правивших династий, это нашло отражение в диссертационных исследованиях Т. А. Лобашковой и Е. В. Пчелова. Освещение генеалогии различных сословий Российского государства коснулось лишь купечества — работа А. И. Аксенова показывает процесс формирования уездного купечества в XVIII веке, а А. В. Матисон раскрывает генеалогические связи московской торгово-промышленной элиты в XIX веке. Одной из дискутируемых тем в отечественной историографии, особенно последних лет, является роль и значение личности в историческом процессе, это дало в свою очередь импульс развитию генеалогии конкретных исторических личностей и родов. Ярким примером является диссертация А. В. Тихоновой о роде Энгельгардтов в истории России. Не остались без внимания исследователей и проблемы методологии, методики историко-генеалогических исследований и их места в современной исторической науке, эти аспекты рассматриваются в работах Д. Н. Антонова и Д. А. Панова.

Активизировали свою работу и региональные историки, появляются исследования, посвященные региональной генеалогической тематике. Среди работ, освещающих северокавказские региональные проблемы, необходимо назвать диссертационные исследования М. И. Барасбиева, К. С. Чикаевой, Ф. И. Биджиевой, М.Х-Б. Кишмахова, И-Б. Т. Марзоева.

Особо следует отметить исследования А. А. Максидова, в которых автор рассматривает этногенетические и культурные связи адыгов с народами Причерноморья, основываясь на генеалогическом подходе к изучению истории. Историко-генеалогические работы А. А. Максидова являются важным этапом в развитии северокавказской генеалогии, однако автор не отобразил генеалогические связи адыгского народа с представителями кубанского казачества.

В целом же диссертационных работ посвященных историко-генеалогическим сюжетам из прошлого казачества в отечественной историографии так и не появилось, что лишний раз подчеркивает актуальность нашей работы.

Изменение общественно-политического климата в нашей стране в конце 80-х — начале 90-х годов ХХ столетия приводит к обновлению проблемных направлений в отечественной исторической науке. Это обусловило и появление генеалогических исследований российского казачества.

В контексте регионального пространства Юга России это отразилось на появлении работ отражающих генеалогические сюжеты истории донского, кубанского, терского казачеств, народов Кавказа.

Проблемы генеалогии дворянских родов Войска Донского стали предметом рассмотрения Н. С. Коршикова. Автором были составлены родословные таких донских дворянских фамилий, как Карповы, Дячкины, Ханжонковы, Орловы, графы Орловы-Денисовы и дворяне и графы Платовы.

Генеалогии донского казачества, в том числе дворянских родов Войска Донского, посвящено продолжающееся издание под общей редакцией С. В. Корягина «Генеалогия и семейная история донского казачества».

Следует отметить работы А. Г. Сизенко «Мы — донские казаки», посвященную казачьим родам, происходившим из станицы Луганской и Ю. Т. Агарова, который посвятил свое исследование роду Иловайских.

В последние годы наметился высокий научный и общественный интерес к родословным изысканиям во всех республиках Кавказа. Заметную роль в консолидации усилий ученых и краеведов играет постоянно действующая международная научная конференция «Генеалогия народов Кавказа», в материалах которой публикуются исследователи из Армении, Грузии, Азербайджана, Абхазии, Южной Осетии, всех регионов Северного Кавказа.

Генеалогическим преданиям осетин, собранным из научных и фольклорных источников посвятил одну из своих работ Ф. Х. Гутнов. Автор, на основе исследования различных сюжетов, провел анализ родословных дигорских феодалов.

Большой вклад в отечественную генеалогию внес А. И. Мусукаев, собрав и опубликовав обширный полевой материал по истории кавказских фамилий.

Достаточно значимыми для развития генеалогии народов Кавказа являются исследования И. Т. Марзоева. Автор раскрывает взаимодействие и эволюцию элиты кавказского общества через их генеалогические связи.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.