электронная
72
печатная A5
371
0+
Катапульта, или Как проститься с лучшей чашкой

Бесплатный фрагмент - Катапульта, или Как проститься с лучшей чашкой

Истории про Ивана Сергеевича — мальчика, который умел быть серьезным

Объем:
206 стр.
Возрастное ограничение:
0+
ISBN:
978-5-4493-4140-2
электронная
от 72
печатная A5
от 371

Электричка и компания

Когда Иван Сергеевич был совсем маленьким и не умел читать, он любил слушать истории. Больше всего ему нравились истории про электричку. Так и получалось — днем он играл в игрушечную электричку и паровозики, а вечером перед сном слушал истории про нее и ее друзей.

Электричка заболела

В одном городе родилась маленькая электричка. Она была очень красивая, зеленая с желтой полоской. Ее папа — паровоз, и мама — взрослая электричка, отправили ее сначала в детский сад, а потом в школу.

В школе электричка училась три годика. В первом классе она научилась свистеть и выучила правила железнодорожного движения. Во втором классе она изучила времена года и явления природы, а в третьем — научилась разговаривать с пассажирами. И все три года она обязательно ходила на уроки физкультуры, чтобы научиться быстро ездить по рельсам. Ее колесики при этом научились хором говорить: «тук-тук-тук».

Электричка была лучшей ученицей в школе. На последнем уроке ей выдали золотую медаль и нарисовали еще красную полоску по бокам. А сама она была зеленая, с чистыми окошками по бокам вагончиков и яркими фонариками спереди.

Так как она была самой лучшей электричкой в школе, ее направили на практику работать на детской железной дороге. А детская железная дорога — это совсем как настоящая, взрослая, только на ней все меньше. Станции поменьше, рельсы поуже. И название у станций очень веселые: карусель, фонтан, земляничная горка, каток, зоопарк и другие. А самой дальней станцией была библиотека. Она стояла на холме и была далеко, чтобы шум с других станций не мешал ребятам читать книжки.

Электричка сразу стала работать и быстро подружилась со всеми своими пассажирами. Это были ребятишки, мальчики и девочки, которые приезжали с родителями на детский вокзал, а потом уже сами садились в вагончики и ехали на свои любимые станции. Электричка очень вежливо говорила им, чтобы они были осторожны при посадке и выходе из вагонов. И еще она всегда предупреждала их, если на улице дул ветерок или шел дождик.

А сама она не боялась ни ветра, ни дождя. Все остальные электрички говорили ей, чтобы она надевала в дождь сапожки, куртку и шапочку, но электричка отвечала: «Я самая сильная и лучшая электричка в школе. Я не боюсь ничего». Ей говорили, что она может заболеть, и что надо регулярно ходить на осмотр к доктору, но электричка снова отвечала: «Я самая сильная, я ничего не боюсь, я не заболею». И она не ходила к доктору.

А когда на улице дул ветер, она говорила: «Доброе утро, ветерок. Не мог бы ты дуть немного послабее, чтобы детишки не простудились?».

А дождик она просила литься с другой стороны, где в это время не было ребятишек. И все с ней соглашались: тучки отходили в сторону, дождик переставал крапать, а ветерок дуть.

И так она работала всю весну и все лето. Возила ребятишек по всем станциям, и все ее очень любили, потому что она была добрая, веселая, и самая быстрая.

Но вот наступила осень. Как-то утром электричка подъехала к воротам депо, и старый паровоз спросил ее, почему она не надела шапку и куртку, ведь на улице стало холодно. Но электричка ответила, что она не боится холода, она ведь была самая быстрая, самая смелая, самая сильная.

И когда она выехала из депо и увидела огромную черную тучу, она вежливо казала:

— Уважаемая туча! Не могли бы вы немного пододвинуться, а то скоро вы закроете солнышко, и ребятишкам станет совсем холодно.

На что туча грозно заклубилась и прошипела:

— Никогда! Я настоящая осенняя черная туча! Я стану еще больше, и закрою все небо на много-много дней!

И она стала расти, и скоро закрыла все небо до самого горизонта.

И к тому же пошел дождик — холодный и скучный.

Электричка попросила его перестать поливать ее друзей-ребятишек, но дождик только расхохотался в ответ. Он заявил, что он — настоящий осенний дождь, и скоро станет ливнем. И тогда всех промочит даже сквозь зонтики. И он так и сделал — превратился в целый океан воды.

А к вечеру подул холодный пронизывающий ветер. Электричка и к нему обратилась с просьбой дуть в другое время, когда детская железная дорога закрывается, и ребята расходятся по домам. Но ветер и не подумал ее послушаться. Он вообще ее не услышал. Он никого не слышал и дружил только с тучей и ливнем.

Хорошо, что родители ребятишек заметили изменения в погоде, и одели их потеплее. Так что маленькие пассажиры по-прежнему наполняли вагоны электрички и согревали ее теплом своих веселых сердечек.

Но и в этот первый день настоящей осени колеса электрички к вечеру устали. Они уже не стучали, как прежде, быстро: тук-тук-тук-тук. Они говорили так: тук-тук — скрип. Тук-тук — скрип.

Но, несмотря на это, электричка и на следующий день отказалась надеть куртку и шапку, и сходить к дяде доктору-инженеру за лекарством. Она выехала на маршрут и снова мчалась сквозь ветер и дождь под черной тучей, гордясь тем, что она самая быстрая, самая смелая, самая сильная.

И к концу второго дня ее колеса говорили уже так:

— Тук — тук –скрип — скрип. Тук — тук — скрип — скрип. А многие блестящие ручки и поручни потускнели и стали ржаветь.

Но и на третий день электричка не пошла к дяде доктору-инженеру и не оделась потеплее.

И на четвертый, и на пятый.

Так продолжалось целую осень. Пока в один ужасный день ее колесики смогли произнести свое «тук» только один раз, а остальное все было противное «скрип — скрип — скрип». У нее уже не осталось никаких блестящих частей, а многие лампочки погасли из-за сырости.

В этот день с утра пошел снег. Это на смену осени пришла зима.

Электричка молча проехала мимо старого паровоза, который только грустно вздохнул, глядя на ее мучения, и с трудом добралась до первой станции.

Но вот новая беда: ребятишки, которые пришли на станцию в разноцветных шубках и валенках с лыжами и санками, не захотели садиться в ее вагончики. Они сказали, что она заболела, и ездит слишком медленно, и ей надо к дяде доктору-инженеру. Ребятишки предпочли поехать в других электричках.

Только один мальчик, который простудился и не мог играть вместе со всеми, сказал, что ему надо в библиотеку, и он никуда не торопится.

Он сел в вагон, и электричка повезла его в библиотеку. Она исправно останавливалась на каждой станции, но никто больше не садился, и каждый раз колеса все труднее и труднее начинали катиться по заснеженным рельсам.

— Скрип — скрип — скрип, — говорили они, как будто жаловались на холод.

Когда мальчик вышел на станции «Библиотека», электричка решила немного отдохнуть. А когда она отдышалась, оказалось, что колеса совсем замерзли и не могут сдвинуться с места.

Шел снег, и электричку постепенно заносило, вокруг нее вырастал большой сугроб, и вот уже снежная куча добралась до самой желтой полоски.

К счастью, мальчик сидел в читальном зале около окна. Он увидел, что случилось с электричкой, побежал к телефону и позвонил начальнику детской железной дороги. Вскоре приехал старый паровоз-спасатель, который за трос вытащил электричку из сугроба и дотащил до депо.

Очень быстро приехал дядя доктор-инженер. Он осмотрел электричку, постукал ее специальным молотком, смазал все части специальным маслом из большого шприца. Потом его помощники поменяли лампочки и почистили все блестящие части так, что они засияли, как новые.

И на следующий день электричка снова отправилась на маршрут, и колесики весело стучали «тук — тук — тук». Но в этот раз электричка никому не говорила, что она самая сильная, самая быстрая. Она даже надела специальную теплую куртку и шапочку. И когда ребята увидели ее, они радостно закричали: «Привет, привет!». Электричка подъехала к перрону и вежливо поинтересовалась у пассажиров, все ли они одеты тепло.

— Да, да, да! — закричали дети.

И электричка повезла их сначала на горку, а потом на каток.

Электричка и мостик

Через некоторое время электричка стала постарше, и теперь у нее была очень важная, ответственная работа. Она возила ребят, которые жили в этом городе, в лагерь отдыха. А потом привозила их обратно.

Она ведь была очень хорошая, добрая и веселая электричка. Когда она подходила к перрону на главной площади города, она радостно свистела, а когда открывала двери, говорила: «Привет, привет! Что новенького?»

Ребята рассказывали ей все самое интересное, что происходило в городе, в их школах и детских садиках. Поэтому электричка знала все новости, все про музеи и кино, про сады и театры, про клоунов в цирке и тигров в зоопарке.

Железная дорога, по которой пробегала электричка по пути в лагерь отдыха, проходила через поля, деревни и даже густой лес. И все обитатели этих местностей, когда электричка останавливалась на маленьких станциях, приходили и рассказывали ей свои небольшие новости, которые, конечно же, были не очень интересны, но электричка их запоминала, а на обратном пути спрашивала, как что поменялось. Поэтому все считали ее самой доброжелательной и знающей.

А на середине пути протекала речка, и электричка переезжала ее по мостику. Это был маленький, построенный очень давно мостик. Его давно не красили, он скрипел, когда по нему кто-то проезжал. И у него был семафор — с зеленым и красным фонариками. Почти как на городских светофорах, только без желтого света.

Когда мостик видел приближающийся скорый или товарный поезд, он всегда старался включить зеленый свет, чтобы люди и товары не останавливались и не теряли время, и скорее попадали туда, куда им надо. Но когда он видел электричку, он всегда включал красный огонь, чтобы она могла остановиться и передохнуть, а детишки на половине дороге могли бы выйти и подышать свежим воздухом около речки. И пока детишки с воспитателями и родителями отдыхали, электричка рассказывала мостику все городские новости, а мостик ей подробно рассказывал, что происходит вокруг него — он ведь стоял на месте, и только вода текла под ним, и поезда проезжали по нему. Он сообщал электричке, какая температура воды, какой ветер, как поживают знакомые рыбы, уточки и лебеди. А однажды он видел, как большой камень упал с берега и чуть не разрушил домик бобров.

Потом электричка подавала сигнал, и все пассажиры снова занимали места, и она прощалась с мостиком, хотя в конце этого же дня они снова встречались, только на обратном пути. С другой стороны у мостика тоже был семафор с двумя фонариками.

И так продолжалось целое лето, пока в город не приехали важные взрослые дяди-инженеры. Они решили, что мостик слишком мал, чтобы надежно пропускать все пассажирские и грузовые поезда, которых становилось все больше и больше. Тогда городской начальник решил перестроить мостик, а детей в это время возить на автобусах. А электричку на несколько дней отправили в депо на отдых.

И вот через неделю электричка снова приехала на городской вокзал. Новая группа ребят очень обрадовалась ей, так как им очень не хотелось ехать в автобусах по пыльным дорогам, на которых к тому же всегда случались пробки. Электричка, как обычно, расспросила ребят о новостях, и они поехали.

Но не успели они проехать и половину дороги, как впереди показался красный огонек на последнем вагоне большого товарного поезда, который стоял на рельсах посреди леса и никуда не ехал. Точнее, он двигался так медленно, что электричка успела поговорить со стоящими рядом с дорогой деревьями. Деревья сочувственно качали вершинами и говорили, что впереди огромная железнодорожная пробка. Вдруг на встречных рельсах показался скорый поезд. Он мчался что было сил и ворчал. Увидев электричку, он немного притормозил и сказал: «Этот парень, который еще неделю назад был самым лучшим мостом в мире, сошел с ума и устроил такую пробку. Теперь я дико опаздываю!».

Через несколько часов медленного-медленного продвижения вперед электричка наконец-то доехала до мостика и увидела, что он каждому поезду теперь показывает сначала красный сигнал, потом что-то спрашивает, и только потом, подумав и посмотрев в расписание, включает зеленый.

Но это был уже новый мост! Не ржавый и скрипучий узкий мостик, каким его помнила электричка. Теперь это был широкий и покрашенный свежей красной краской мост с башенками на специальных вышках и большими красивыми фонарями. Увидев электричку он так же включил красный свет.

— Привет, — сказала электричка.

Но мостик вместо того, чтобы поздороваться, глянул в расписание и сказал:

— Покажите пропуск.

— Какой пропуск? — удивилась электричка.

— Чтобы переехать на другой берег, вам нужен пропуск, — ответил мостик и снова углубился в чтение расписания.

— Мостик, это же я — твоя знакомая электричка! Помнишь, как мы с тобой разговаривали обо всем на свете!

— Я не мостик, я МОСТ номер один, — ответил мостик. — А пропуск надо получить на вокзале в городе. Без него проехать на другой берег нельзя.

— Что же мне делать, — почти заплакала электричка, огорченная не только задержкой, но и тем, что мостик ее не узнал. — У меня же в вагончиках так много ребятишек. Они устали и им уже пора обедать.

— Об этом в расписании ничего не написано, — ответил мостик. — Вам следует поехать обратно в город за пропуском.

Мостик переключил стрелку и электричке, сзади которой уже образовался большой хвост из других поездов, пришлось поехать обратно. Она ехала медленно-медленно, и большие слезы текли по ее зеленым щечкам и падали на блестящие рельсы. Многие ребятишки тоже заплакали, так как им очень хотелось поскорее попасть в лагерь отдыха и пообедать.

Электричка ехала медленно и смотрела вниз. И вдруг она увидела, что от железной дороги отходят какие-то другие рельсы, заросшие травой. А недалеко стоя маленький домик, рядом с которым в огороде копал грядки седой дедушка.

Электричка остановилась и спросила его, куда ведут эти старые рельсы.

— Да к речке, — ответил дедушка и подошел поближе:

— Если тебе туда надо, я переключу стрелку.

Электричке было все равно, куда ехать. К речке даже было лучше, так как тогда ее маленькие пассажиры могли бы хоть искупаться перед возвращением в город. И она поехала по старым рельсам к речке.

А на берегу речки оказалась пристань, возле которой стоял и пыхтел трубой пароход. Он был не очень большой, но серьезный и чистый. Электричка вспомнила, что иногда видела его, проезжая по мостику. Тогда, с высоты, он казался ей совсем крошечным, а теперь она подумала, что вполне могла бы разместиться на его палубе.

— Почему ты плачешь? — спросил пароходик электричку, и она рассказала ему про историю с пропуском.

Пароходик в задумчивости покачал бортами, а потом сказал:

— Хочешь, я перевезу тебя через речку. На другом берегу тоже есть пристань и старая железная дорога, которая тоже ведет в детский лагерь.

Электричка была решительной и смелой. Она ничего не боялась, когда речь шла о ее маленьких пассажирах.

Таким образом, электричка оказалась на палубе пароходика, который с трудом, но перевез ее на другой берег. По пути он тоже рассказывал о волнах, некоторые из которых долетали до самых поручней, о рыбках, о кустах, цветах и деревьях, которые растут на берегах. Детям, которые вышли из вагонов и стояли возле бортов, было очень весело ловить долетавшие до них брызги.

И странное дело, когда пароход проплывал под мостиком и электричка посмотрела вверх, мостик показался ей совсем узеньким.

И так она возила ребят и их родителей целое лето. Как вдруг городской начальник решил, что детей стало слишком много, и электричке стало тяжело делать свою работу. И это была правда — ее колеса уже сильно износились, а двери открывались со скрипом. Городской начальник вызвал инженеров и сказал им, чтобы они добавили электричке несколько новых вагонов, а всю ее отремонтировали и покрасили. И детей снова отправили на автобусы.

Но когда через несколько дней отремонтированная электричка снова приехала на вокзал, все ребята были рады переменам. Им уже не приходилось сидеть на коленях у взрослых или стоять в проходе, для всех были места, и новые динамики сообщали новости без хрипа и треска. Все сели в вагоны, и электричка быстро побежала по рельсам.

Ее новый фонарь светил так ярко, мостик заметил ее издалека. Он вдруг вспомнил, кто это и громко закричал поверх обычной железнодорожной пробки перед его семафором.

— Эй, электричка, привет! Какая ты красивая и длинная! Давай, я переключу стрелку, объезжай пробку, поболтаем.

— А у меня нет пропуска, — ответила электричка.

— Ладно, расскажи городские новости, а я тебя без пропуска пущу, мы ведь давно знакомы.

— Нет, — подумала электричка, — раньше надо было узнавать, а теперь у меня новый маршрут.

И она снова свернула с главной дороги возле маленького домика. Седой стрелочник помахал ей вслед своим желтым флажком и сказал:

— Правильно, дружба — это не песочные куличики, ее так просто не построишь.

Пароходик, увидев электричку и ее новые вагоны, немного испугался.

— Какая ты стала красивая, — восторженно проговорил он и подумал, сможет ли он теперь ее перевезти.

Но пароход не стал ничего говорить про свои опасения, а просто убрал с палубы лишний груз в трюм. Электричке тоже пришлось постараться и свернуться колечками, чтобы поместиться на палубе. Но в результате все устроилось, и пароходик медленно-медленно поплыл на другой берег.

А когда он проплывал под мостиком, неожиданно сверху на его палубу упал огромный букет цветов — такой большой, что пароход чуть не перевернулся. И сверху раздался голос мостика:

Электричка, прости меня за мое поведение. Я понял, что очень испортился. Но теперь я исправился и все едут без остановок и пропусков. Если ты вернешься, ты сможешь привозить детей в лагерь быстрее, чем сейчас, и даже быстрее, чем раньше.

Электричка не стала ему сразу отвечать. Ведь правда, дружба — это не песочные куличики, ее так просто не построишь. Она даже не сказала мостику, что чуть не оказалась в воде из-за его огромного, слишком большого букета. И продолжала плавать на пароходике.

И только на следующий год, когда электричке добавили еще несколько вагонов, и она перестала совсем помещаться на палубе пароходика, она вернулась на маршрут через мост. Но мост уже снова был добрым и веселым. Он радостно помахивал своими фонарями, видя электричку, и они находили несколько минут для того, чтобы поболтать. А мимо них в обоих направлениях пробегали скорые и товарные поезда, и все они благодарили электричку за тот урок, который она преподала мостику.

Конечно, электричке было жалко расставаться с пароходиком. Она даже написала письмо городскому начальнику с просьбой отправить пароходик в ремонт и увеличить его палубу. Но городской начальник ответил, что тогда пароходику придется увеличить и киль, и он не сможет причаливать к пристани и вообще плавать по их маленькой речке. Но зато к причалам провели асфальтовую дорогу, и теперь пароходик перевозил через речку автобусы и автомобили с теми ребятами, которые жили не в городе и не могли приехать на вокзал.

А один раз в неделю получалось так, что в одно и то же время электричка подъезжала к мосту, а пароход с автобусами и автомобилями проплывал внизу. Тогда все останавливались и разговаривали. Вот такая большая и дружная компания получилась.

Сказка про СТОП, ОБЕД и ЛОЖКУ

Жили-были в одной книжке разные буквы. Книжка, в которой они жили, называлась Азбука. Каждое утро буквы просыпались на своих страничках, умывались, завтракали и убегали на работу. Работали они в разных местах — в детском саду, школе и институте — с сентября до мая. А летом у них тоже были каникулы.

И вот однажды наступило время каникул. Буквы попрощались с ребятами, и поехали на отдых к морю. Они сели в поезд и начали играть в слова и города. А одна буква — Я — не захотела играть, а ходила между купе и смеялась над другими буквами. Так она подошла к букве С и сказала:

— Что-то ты какая-то незаконченная, как будто О не дописали.

И так она стояла возле буквы С и говорила ей это много раз, так что буква С обиделась и сошла на ближайшей станции.

А букве О буква Я сказала, что она не буква, а просто цифра ноль. А ноль это пустое место. И тогда буква О тоже обиделась и вышла из поезда.

Но буква Я не угомонилась и продолжала ходить по поезду и смеяться над буквами. Букве Т она сказала, что у нее слишком короткая верхняя палочка, а букве П, что у нее кривые ножки.

А вот когда буква Я повстречала букву Б, то она просто высунула язык и сказала:

— Бе-е-е.

Все буквы, которым Я задиралась, сначала удивлялись ее плохому поведению, потом пробовали с ней спорить, но Я была такая шумная, что буквы просто переходили в другое купе и выходили на ближайшей станции. Никто не хотел ехать вместе с невоспитанной Я к морю.

Так из вагона ушли и К, у которой Я пыталась согнуть верхнюю палочку, и Д, в которую Я пробовала залезть, как в домик. И даже буква Е, когда Я попробовала положить ее на спинку и превратить в Ш, рассердилась и ушла вместе с Ж, которую Я назвала жадиной.

В конце концов, Я осталась одна, и провела все каникулы, крутясь перед зеркалом — ведь она себя очень любила.

Но каникулы закончились, и буква Я снова села в поезд, и поехала домой, в Азбуку. Она точно знала, когда ей надо выходить, поэтому заранее подошла к окошку, в которое хотела увидеть свою станцию. Но что-то случилось с поездом, и он не остановился на нужной остановке, и поехал дальше. Буква Я рассердилась и пошла к машинисту, выяснить, в чем дело.

— Эй, сказала она машинисту. Разве это была не моя остановка, почему вы не остановили поезд.

— Там не было знака СТОП, — ответил машинист, а без этого знака на платформе я не могу останавливаться.

Машинист довел поезд до тупика (в котором можно останавливаться без специального сигнала), прицепил электровоз с другого конца и поехал в обратную сторону. И снова не остановился на нужной букве Я станции, хоть она очень требовала и грозилась написать жалобу начальнику железной дороги.

— Не имею права, — снова ответил машинист.

Тогда буква Я задумалась, и написала sms-ку буквам СТО и П. Она написала, что очень извиняется за свое плохое поведение и больше не будет над ними смеяться. Буквы СТО и П ехали в другом поезде и спокойно остановились там, где было нужно. Тогда и машинист поезда, в котором была буква Я, тоже смог остановиться.

Буква Я побежала в школу, где у детей был урок на тему «Как Я провел лето». Это был очень интересный урок, на котором все дети рассказывали о своих летних приключениях. А после этого урока у детей должен был быть обед. Но когда они пришли в столовую, то увидели пустые тарелки и повара, который сидел с поварешкой на холодной плите и плакал. Дело было в том, что без букв Б, Е и Д он не мог ничего сварить. Он сидел и стонал О-О-О, так эта буква была рядом.

— Что же делать, — плакал повар. А буква О увидела букву Я и тут же к ней подкатилась.

— Похоже, тебе нужно извиниться и перед другими буквами.

Я покраснела, отошла в уголок и написала извинения буквам Б, Е и Д. Тогда эти буквы срочно прибежали из других школ, и вместе с поваром и буквой О быстро приготовили обед.

Но вот что случилось дальше. Обед-то они приготовили, но есть было невозможно, так как буквы Л, Ж, К и А тоже еще обижались на букву Я и не хотели работать в той школе, где была она.

Но буква Я уже без напоминания написала третье извинительное письмо, а потом и четвертое, и пятое, так что под конец дня все буквы собрались вместе. Тогда дети смогли нормально пообедать, а после занятий все направились по домам. Буквы тоже собрались и пошли к себе в Азбуку. И, честно говоря, буква Я шла самой последней, ведь она находится в самом конце алфавита.

Сказка о Левых и Правых

В одном магазине жили ботинки. Это был обувной магазин, и ботинок в нем было много разных — от самых маленьких до самых больших, и синие, и желтые, и черные, и разноцветные. И на шнурках, и на молниях, и на липучках. Кроме ботинок там были и кроссовки, и домашние тапки, и сапоги, и сандалики. Но мы говорим о ботинках.

Все ботинки жили в коробках, которые стояли на полках. В каждой коробке жили по два ботинка — один левый, а другой правый. Все жили мирно и радовались, когда какая-то пара находила себе новых хозяев.

По ночам ботинки приоткрывали коробки, высовывали из-под крышек носки, болтали и строили планы на будущее. Больше всего разговоров было в детском отделе.

— Вот, говорили лакированные кожаные ботиночки, — мы попадем в хорошие руки, нас будут чистить и смазывать кремом, поэтому мы долго-долго будем молодыми.

— А мы бы хотели попасть к будущему путешественнику, — мечтали зеленые резиновые сапоги. Мы с ним будем переходить в брод лужи, будем гулять под дождем, но никогда не промокнем — мы ведь резиновые!

— А мы хотим заниматься танцами, — восклицали розовые туфельки с белыми бантиками, — это так весело — кружиться в вальсе!

— Что толку кружиться на одном месте, — отвечали им кроссовки, — нас будет носить спортсмен. Куда он побежит, мы будем прибегать быстрее всех.

Но в одной коробке никто ни о чем подобном не мечтал. Там жили два синих ботинка, один из которых — правый, был очень капризный. Он высунулся из коробки и громко заявил:

— Эх вы, все мы да мы, что человек будет делать, то и вы. А я лучше буду сам по себе!

— Что ты такое придумал, сказал ему левый синий ботинок, который был с ним в одной коробке, — разве бывает так, чтобы обувь жила сама по себе и не по парам?

— Не бывает! — заявил правый ботинок, — я буду первым!

Он выскочил из коробки, спрыгнул с полки на пол и крикнул:

— Кто еще не боится, за мной!

— Я не боюсь, — ответил ему из нижней коробки чей-то голос, — только помоги мне отсюда выбраться.

— Правый синий ботинок сдвинул коробки в сторону и помог вылезти на свет желтому домашнему тапочку. Это был тоже правый тапочек.

— Куда ты уходишь, — спросил его левый тапочек, который остался в коробке.

— Понимаешь, — ответил ему правый тапочек, мы с тобой так долго прожили в одной коробке, а ты такой молчаливый, что я уже устал от тишины. Ты, конечно, хороший сосед, но все-таки мы с тобой такие разные, ты левый, я — правый. Когда я иду, ты — стоишь. Наверное, нам пора каждому идти своей дорогой.

— Вот именно, — закричал синий правый ботинок своему соседу, который махал ему липучками из коробки, — мы с тобой очень разные: я правый, ты — левый, я иду, ты — стоишь! А с эти желтым тапочком мы оба правые, оба будем все делать одновременно, и стоять, и ходить, и бегать, и прыгать. Так что, пока-пока!

Как раз в это время пришли продавцы. Они немного приоткрыли дверь, чтобы проветрить торговые залы, а сами пошли переодеваться перед началом рабочего дня. И наши два товарища — правый синий ботиночек и правый желтый тапочек через щель выскользнули на улицу. И они поторопились вдоль стеночки скорее подальше от магазина, чтобы продавцы их не спохватились и не пустились в погоню.

Но по улице было идти не очень легко, все время приходилось уворачиваться от прохожих. Взрослые сапоги и ботинки строго смотрели на сбежавших путешественников и ворчали:

— Где ваши левые, где вы их оставили. Ну-ка, возвращайтесь к ним, а то…

Что такое это «а то» никто договаривать не успевал, так как все ужасно торопились в разные стороны.

— Нет, на улице слишком опасно, — сказал правый синий ботинок, — давай свернем вон на ту детскую площадку, посмотрим, как ребята играют в футбол.

Они свернули во двор, где была детская площадка и маленький стадион. Но там оказалось еще опаснее.

— Смотрите, ботинок! Только правый, без левого! — закричал какой-то мальчик. — Он будет нам вместо мяча!

— Разве можно играть ботинком? — спросил кто-то.

— Да конечно, если это ботинок без пары, — ответил снова первый мальчик, и все стали пинать нашего беднягу по всему полю.

А желтый тапочек был замечен девочками в песочнице. Они сначала искали ему пару, думая, что кто-то забыл их возле скамейки, а когда не нашли, стали использовать его как лопатку. Они насыпали в тапочек пыльный песок, и носили его по всей песочнице. Так что тапочек чихал и кашлял. Хотя ботинку, конечно, приходилось хуже — на десятой минуте матча у него уже почти оторвались липучки.

Но скоро пошел дождь, и дети собрались и ушли с родителями с площадки. Никто не захотел взять с собой в теплый дом ни ботинок, ни тапочек. И друзья остались на улице и совсем промокли.

Они хотели переждать дождь под грибком, но туда пришли две бродячие собаки.

— Смотри, сказала одна другой, — какие замечательные игрушки. У меня как раз зачесались зубы, хорошо бы что-нибудь погрызть.

— У меня тоже зубы чешутся, — согласилась вторая, и они обе направились к нашим беглецам.

Ботиночек и тапочек еле успели выскочить из-под грибка, острые клыки только лязгнули им вслед.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 371