электронная
200
печатная A5
356
12+
Картины детства моего

Бесплатный фрагмент - Картины детства моего

Истории в стихах

Объем:
86 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-4756-6
электронная
от 200
печатная A5
от 356

«Картины детства моего»

Поколению 70-80-х посвящается

1. Видеосалон

В те времена, со всех сторон,

Всё чаще слышалось: «Свобода!»

…А в тульском парке, возле входа,

Открылся «Видеосалон».

И люди шумною толпою

Спешили «чудо» посмотреть —

Разврат, насилие и смерть

С экрана полились рекою.

Какой сюжет! Интрига… Боль…

Нет! Мы от мира не отстали:

Сталлоне, Чан — родными стали.

Забыт и космос, и футбол.

От серых будней всем отрада —

Кровавых кадров круговерть,

(Разврат, насилие и смерть),

И прочие картины ада.

Ходили зомби не спеша,

Мутанты выпускали жало.

И ликовала, и дрожала

Ещё невинная душа.

И мы, от фильмов обалдев,

На свежий воздух выбегали.

И тут же драться начинали

И щупать недозревших дев.

А в школе, словно был пожар,

А в школе — паника царила,

Когда наш класс — класс гамадрилов —

Тарзана клич изображал.

Всем стало вдруг не до задачек,

Неинтересен стал нам труд,

Но тот был между нами крут,

Кто больше всех дул шар из жвачек.

Кто больше фантиков набрал,

И куртка у кого моднее,

И волос у кого длиннее,

И кто красивее наврал.

Нам говорили: «Это — плохо.

Должны вы Родину любить…»

А мы сильней хотели бить,

Нас возбуждал безумья грохот…

Теперь, когда я повзрослел,

Я вижу, что творится в мире:

Боюсь, не спрятаться в квартире

От мыслей, что острее стрел.

Нам испугаться нужно всем бы,

Ведь все кошмары из кино

Уже сбываются давно,

И ходят по планете «Рэмбо».

Детьми не знали мы тогда,

Что эти фильмы станут явью…

Свои эмоции — оставлю.

Кино и лучше я видал,

Чем тот дешёвый мир с экрана,

Что детский разум засорил

И путь в иллюзию открыл,

Где вместо правды — лишь обманы.

2. «Терминатор»

Да-да, куда же без Арнольда!

 Schwarzenegger нас завоевал.

Нет-нет, по нам он не стрелял

Ни из «Базуки», ни из «Кольта».

Хоть и жестоким был герой

В кровавых голливудских фильмах,

Не жертвы — торс неповторимый

Вслух обсуждался детворой.

Как раз тогда и стало модным

Ходить по вечерам в спортзал:

«Качаться», выпучив глаза,

Быть мускулистым, сильным, плотным,

Тянуть железо от груди

И опускать на плечи штангу,

И чувствовать подобным танку

Себя на жизненном пути.

Спортзал — уверенность даёт.

«А если ссора происходит,

Прав тот, кто силой превосходит,

Кто чаще и сильнее бьёт» —

Такая мысль пленила многих:

Один из них — мой школьный друг.

Тренировал он мышцы рук,

Тренировал он пресс и ноги.

И через год атлетом стал.

И результаты каждый видел —

Среди ровесников он — лидер:

Слова — закон, характер — сталь.

Его прозвали «Терминатор» —

Как Арни, парень был большой.

Но слышал я, что слух прошёл:

«Корабль идёт не в тот фарватер».

Стал по району он ходить,

Собрав друзей, таких же крепких.

Ребята, в кожанках и кепках,

Давай «Порядки» наводить!

Кто недоволен — за забор

И пара зуботычин звонких.

Был в тихом дворике, в сторонке,

Налажен ими денег сбор.

Потом царём ходил по школе.

Кто косо глянет — тех лупил.

Деньжат со временем скопил,

Купил мопед и магнитолу.

Девчонкам головы кружить

Не уставал он при беседе.

Катал поклонниц на мопеде,

Мечтая так всю жизнь прожить.

Но вдруг — пропал… Совсем случайно

Прохожий труп его нашёл —

Видать, дорогу перешёл

Наш «Терминатор» «Джеки Чану».

Семнадцать лет всего прожил.

Без лишних слов похоронили.

И кто-то на сырой могиле

Арнольда фото положил.

У мамы в сердце — стимулятор,

Запил по-чёрному отец.

Какой бессмысленный конец!

Покойся с миром, Терминатор.

3. Кашпировский против Кришны

Гремя ракетой и ружьём,

Страна невидимо менялась:

Часть общества засомневалась:

«А хорошо ли мы живём?»

Спокойствия хватало нам —

Духовности нам не хватало.

И люди ринулись навалом

В объятья к разным колдунам.

Водил рукой Алан Чумак,

Здоровьем воду заряжая,

И верила страна большая:

«У нас есть настоящий маг!»

Энергетическим напором

Волшебник воздух сотрясал —

От всех болезней исцелял.

«Ура!» — кричали люди хором.

Затем он вовсе удивил

Всё население России,

Когда, похожий на Мессию,

Букашек в банке оживил.

Но это — только лишь цветочки:

В эфире Кашпировский всплыл.

Так он такое натворил,

Что полстраны «дошло до точки»!

Забыв на час про разум свой,

С надеждой льнул народ к экрану.

И рубцевались тут же раны.

И все мотали головой.

Под счёт страна входила в транс

И, расслабляясь, растлевалась —

В цветные грёзы погружалась,

Даруя шарлатанам шанс.

И я сидел перед экраном,

С желанием сильнее стать

И рост духовный испытать.

Но… ощутил себя — бараном.

Не озарил сакральный свет.

И, недовольный результатом,

О том пожаловался брату,

А брат мне дал такой совет:

«Над нами (их сейчас не слышно)

Всегда спокойны и добры,

На речи мудрые щедры,

Живут адепты бога Кришны.

Религиозный этот культ

На мифах Индии завязан.

Запрещено им кушать мяса,

Они животных — берегут.

Зато готовят угощенья

Из пряных трав и молока…»

Решил я про себя: «Ага,

Отправлюсь к ним за просветленьем.

Духовный голод утолить

Поможет мне служитель Кришны.

Расскажут мне о сферах вышних

И сразу станет легче жить…»

Подумав так, я подождал,

Когда жильцы квартиры сверху

Придут домой. С весёлым смехом

Они прошли. Я к ним пристал:

— Позвольте, братья тайной секты,

Просить  у вас духовной пищи.

Моя душа ответов ищет:

Какой для жизни выбрать вектор?

— Конечно, брат, — мне был ответ, —

Сегодня ждём тебя на встречу:

Поговорим о темах вечных,

Изучим текст священных Вед.

Договорились. Ровно в девять

Я был на месте весь в надеждах.

Ко мне, в оранжевых одеждах,

Скользнула дева, словно лебедь.

За ней прошествовали «братья» —

С достоинством, всё чин по чину,

Уселись на ковёр мужчины

И — началось! (Я чуть не спятил)

Вещал наставник, сжав кулак:

«Авидья… Варнашрама-дхарма…

Ананда… Агни… Дэва… Карма…

Тхакур… Ригведа и Тилак…

Шри Чайтанья Махатарабху…

Махатма Кама Бхагаван…

Гулаб джалуп сардеш киртан

Брахман упанищады садху…

Говиндакришна ачарья

Вайшнавабхагаваташрама…

Арджунавишнухарирама…»

— Запутался чего-то я!

Не уловил два-три нюанса,

Ещё раз повторите мне, —

Заговорил я как во сне,

С усильем вынырнув из транса.

Мне повторили… Перерыв.

И нам приносят угощенья —

Прасад и прочие печенья.

Я жадно ем, глаза закрыв.

…Потом опять я долго слушал

О сферах, где душа живёт.

Но вдруг скрутило мне живот.

Зачем же я так много скушал?!

Наставник в уши мудрость льёт,

Все остальные — подпевают.

Сейчас, я так подозреваю,

Со мной конфуз произойдёт.

Несовершенен я духовно!

(Когда бы думал о посте,

Не заболело бы «в хвосте»)

А так — терпи, вдыхая ровно.

И я не выдержал, сбежал —

Не вовремя меня схватило!

Опять «земное» победило.

Ведь что-то чувствовал… Как жаль!

И где теперь мне научиться

Загадки жизни понимать?

Как ложь от правды отличать,

И как душе не заблудиться?

Учений — как цветов в саду.

Но, чтобы не было проколов,

Сначала я закончу школу.

А к вере — повзрослев, приду.

4. Камасутра

Тебя я помню… Ты тогда

Ходила в платьице неброском,

И мы — беспечные подростки,

Из школы шли вдвоём всегда.

Я ранец твой носил зелёный,

И пересказывал кино,

И хвастался, что пил вино,

И был в тебя почти влюблённый.

А ты пыталась научить

Меня играть на пианино,

А я лупил всё время мимо,

Рискуя клавиши разбить.

А помнишь, как твой строгий батя

Мне пригрозил, ремень беря?

Тогда-то в первый раз тебя

И захотел поцеловать  я.

Тогда-то мне пришлось понять,

Как ты по-девичьи красива.

Неведомая ране сила

Заставила тебя обнять.

Два глаза слились воедино,

Когда приблизил я лицо,

И губы выгнуть колесом

Казалось мне необходимым.

Я был в затее той упрям

И впился ртом куда-то в зубы.

Вскричала ты:

— Мальчишка глупый!

Да кто же так целует дам?!

— Прости, — ответил я смущаясь, —

Не знаю, что напало вдруг.

— Проехали. Забудь, мой друг, —

Сказала ты, во двор смещаясь.

В твоём дворе цвела сирень,

Дремала кошка у фонтана,

И ветви молодых каштанов

На нас отбрасывали тень.

Старушки мирно говорили,

Висело на струне бельё.

Ни хулиганы, ни жульё

В твой тихий двор не заходили.

Мы сели на широком пне.

— Я перед школой завтра утром

Стащу у брата «Камасутру» —

Спокойно ты сказала мне. —

Я слышала, что в этой книге

Про поцелуи есть статья.

Научимся и ты, и я

Незнанья сбрасывать вериги…

На том расстались… Вечер… Ночь…

Рассвет над Тулой загорелся.

Я бодро встал, поел, оделся

И выбежал из дома прочь.

А циферблат — как будто дремлет,

И мёдом тянутся минуты.

В меня иголочки воткнуты.

Беги, беги скорее, время!

Урок… Звонок… И я встречать

Лечу тебя, быстрее птицы.

Достали книгу и страницы

С тобою стали мы листать.

А там!.. картинок весь набор.

— Ой, что это? — спросил я тихо.

Захлопнула ты книгу мигом,

Краснея, словно помидор…

На том закончилось учение —

Нам тех картинок не понять.

Мы в парк с тобой пошли гулять

И съели там мешок печенья.

5. Я и Пушкин

Один из тихих вечеров

Был вдохновением отмечен.

Подумал я: «Кто пишет — вечен,

Когда в сердцах находит кров».

Шепнул мне ветер: «Чем ты хуже

Всех тех, кто рифмовал в тиши?

Хватай перо, садись, пиши!

Забудь про игры, фильмы, ужин»

Поверил ветру. Взяв перо,

Дрожа в неведомом томленье,

Я написал стихотворенье.

Его я помню — вот оно:

В шторм

Бушует море, стонет ветер,

Вскипая, волны в берег бьют

И чайки песню о полёте

Средь шторма радостно поют.

И средь бушующей стихии,

Расправив гордо парус свой,

Плывёт корабль навстречу свету

Сквозь горы волн и ветра вой.

И не боится он стихии.

Он знает — скоро шторм пройдёт,

И солнце, выглянув из тучи,

Ему свои лучи пошлёт.

_________________

Поставив точку, вырвал лист

И побежал друзьям хвалиться.

Друзья вытягивают лица:

«Ну ты даёшь! Ну ты артист!»

Признаюсь вам — я возгордился.

Решил талант свой развивать.

По строчкам мысли разливать

И днём и ночью научился.

Родным, друзьям — покоя нет.

Я в уши им стихи вставляю.

Они мне, корчась: «Поздравляем!

Да ты — как Пушкин! Ты — поэт!»

Как Пушкин? Кто это? Не слышал.

Пришлось учебник прочитать…

Хотелось плакать и летать!

Хотелось прыгать выше крыши.

Я сел за стол и стал писать.

Исчезли стены в те мгновенья,

Когда цветы стихотворенья

Покрыли белизну листа:

Весна

Не соглашусь я с Пушкиным-поэтом,

Который отзывался о весне

Не очень лестно. Не понять мне это,

Напротив, я доволен ей вполне.

Не буду спорить, осень мне приятна,

Я мнение поэта разделю.

Но я скажу и повторю всем внятно —

Весну я больше осени люблю.

Люблю, когда морозы отступают,

И наступают солнечные дни.

Люблю, когда сосульки звонко тают,

Как будто плачут о зиме они.

Люблю, когда под коркой льда и снега

Бегут весёлые ручьи по мостовой,

И молодой земли таинственная нега

Прикрыться хочет свежею травой.

И тает снег, и сердце будто тает,

И не могу понять я, что со мной.

Во мне как будто музыка играет.

Я жить, любить и петь хочу весной!

__________________

Остановился. Отдохнул.

Перечитал ещё разочек,

Добавил запятых и точек,

Чуть-чуть подправил и уснул.

…Мне снился Петербург осенний,

Мосты и бронзовые львы,

Гранитный берег вдоль Невы,

Что роскошью дворцов усеян.

Ласкает глаз имперский стиль,

И Петропавловская крепость,

Как громких дел Петровых эпос,

Выстреливает в небо шпиль.

С востока тучи набегают,

Теряет листья Летний сад,

Скульптуры мраморно глядят,

Как люди разные гуляют.

Среди красавиц и карет,

Среди мундиров, женских шляпок —

По ветру плащ, цилиндр набок —

По мостовой идёт поэт.

Идёт, помахивая тростью,

Считая волны на реке.

Спешит прильнуть пером к строке,

А может быть… к подруге в гости?

Я не узнаю никогда…

Мой сон будильник прерывает.

Встаю. За окнами светает.

На кухне греется вода.

Шуршит метла. Гремят трамваи.

С деревьев льётся птичья трель.

Я в комнату свою Апрель

Впускаю, окна открывая.

Шумит вокзал. Спортсмен бежит.

Гуляет кошка по аллее.

Над городом рассвет алеет.

Листочек на ветру дрожит.

Цветёт и кружится планета.

Меня от радости трясёт —

Как остро чувствуется всё,

Когда проснулся ты поэтом!

___________________

«Собрание сочинений

великого русского поэта

Сергея Александровича Редкова.

Ранние шедевры»

Утро

Спит природа. Ещё рано.

На траве блестит роса,

И сквозь пелену тумана

Леса дивная краса

Открывается навстречу

Первым солнечным лучам.

Живописная картина

Предстаёт моим очам:

На поля, леса, овраги

Сверху льётся нежный свет.

Небо разгорелось флагом —

Начинается рассвет.

Старый замок

На горе, над самой речкой

Замок рыцарский стоит.

Тайны жизни, тайны смерти

Замок тот в себе таит.

По ночам в нём ветер бродит,

Стонет в башнях до утра.

Днём же — на камнях развалин

Веселится детвора.

Ребятне не интересно,

Что в прошедшие века

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 356