электронная
120
печатная A5
290
18+
Капрал

Бесплатный фрагмент - Капрал

Объем:
40 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-5661-0
электронная
от 120
печатная A5
от 290

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

КАПРАЛ

1

⁃ Андерсон, надеюсь когда-нибудь мы вновь встретимся.

⁃ Не сомневаюсь.

Рядом со мной парень по имени Тим, он сетовал о горестях своих нынешних реалий, странно, но я не мог разделить его страх. В отдалении виднелся танк Шерман, ведущий нас конвоем, рядом с ним наш командир, выкрикивающий нечленораздельные звуки. Рядовой Тим все болтал о своей невесте. Я чувствовал, по странности, себя непринужденно, не мог осмыслить все то, что произошло и может произойти. Рядовой Тим, видимо, сознает все перспективные трудности, но Я — нет. Словно нужен маленький импульс, чтобы обречь меня на панику, но таких импульсов еще не было. В пылающем небе виднелся Британский «Спитфайр», Все ликуя взвыли, они верили в союзников, а я ждал битвы, о которой свидетельствовал шлейф огня и дыма, оставляющий самолет, пикирующий на нас.

⁃ Всем лечь! — Гаркнул командир.

Я лег и прикрыл голову руками. Самолет рухнул в милях от нас или прямо на нас?

Пули пролетали в нескольких дюймах от спины. Все ринулись к осиротевшему дому, укрыться за стеной, это удавалось немногим. Рядовой Тим в аффективном состоянии ринулся туда же, но в тотчас получил пулю в плечо, в ногу, а после некого затишья в сердце.

Вот он, импульс.

Я пытался ползком добраться до стены, которую уже окутали наши солдаты, некоторые перебазировались за другой дом, но тщетно, всего пару людей добралось до соседнего дома.

Многие мольбой просили о выживании, некоторые от шока вставали и тут же были повалены неукротимым шквалом пуль. Мне удалось доползти до стены, я прильнул к плечу одного из солдат. В один момент, невидимые враги одержали верх над нашей моралью и адекватностью, все, кого я вижу — дезориентированы, мне кажется, что лишь я могу рассуждать сейчас о потерях.

Мне не жалко было Тима, но было жалко его невесту; Мне не жалко того парня, что лежит в ярде от меня. Мы знаем свой рок, мы уверены пока в нашем существовании, но, самозабвенно ждущие нас люди, — не знают. Кому, кроме нас, известно о нашей гибели? Мы все, в каком то смысле, мертвы, мои родители не уверены: Жив ли я? Невеста Тима тоже не уверена, жив ли он.

Я примкнул к ружью, держал крепко, но дрожащие руки отвлекали от происходящего: Я взглянул на правую руку, прижав ружье левой рукой к телу, она выглядела как студень, тонкая и просвечивала, потом мой взгляд опустился до тела, оно казалось худосочным, и якобы форма сейчас же спадет.

Я смог опомнится, когда перед ухом прозвучал выстрел.

2

Андерсон. Не думаю, что они у него есть.

Андерсон пытался обобрать труп безымянного гражданина, чьи мертвые зенки пронзительно, и прожигая мое тело, смотрели на меня. От этого жуткого вида я резко отвернулся.

⁃ Ни черта. ⁃ Отрезал британец.

Вдалеке, казалось, сновало несколько силуэтов, схожие с людьми, но мгновенно они распылились.

⁃ Американец, живо, нам пора.

Он встал, и стоически пошел прочь, я детской наивностью пошел вслед.

Летчик попытался вытереть рукавом пелену крови на своем лице. Он был нордической внешности.

Мы шли вдоль опустошенной деревни, в неведении своего местоположения.

Провинция была словно нетронута, но, казалось, что испорченна и изуродована, что-то тягостное зависло над всем этим местом, оскоплена от людей и пытающаяся их вернуть. Смотря в окна, надо ожидать хоть какое то действие там, — но пустота.

Британец верил в одно, судя по его словам, война — нечто, что неизбежно. Этим он был прав.

Но нельзя сказать, что ОН может в что-то верить вовсе, он был нигилистически настроен ко всему.

Он не оглядывался по сторонам, а я в ужасе вглядывался в каждую щель, в которую может пролезть ствол.

Он говорил: «Все, что ты видишь, всего лишь этап жизни, немногие его переживают, значит так и надо.» А я вторил, соглашаясь.

Я в исступлении шагал за летчиком, слушая его афоризмы, рассуждения и укоры, относительно войны и ненависти против нее.

Быть может, та бархатная тьма, витающая над нами есть избавление от любых гнетущих ситуаций в мире? Успокаивающая и пленительная тьма, свидетельствующая о покое и его противоположности: Враг близко, Враг далеко. Собственно, понять, что есть враг было непостижимым делом, а Андерсон, видимо сумел.

⁃ Мы все враги.

Согласно суждениям Андерсона, никто из нас не узнает о своей гибели, но наши родственники — узнают, отчего все его ценности сводятся к затворничеству и отсутствию близких людей. Иногда лучше не иметь ничего, чем потерять все.

3

Я дезертировал, можно охарактеризовать по иному, но мне становится худо от других определений, сейчас я еще сознаю свою телесную и душевную активность.

После выстрела у моего уха, я панически метнулся прочь оттуда, в помешательстве я забрел на пустырь, где война уже окончилась или еще не началась.

Мы шли уже по инерции, мои силы иссякли, а он просто не спешил.

Я держал планку активности, период длинный, поэтому надо быть в разуме, иначе — осечка.

Андерсон стремительно нырнул в дом, отворяя дверь, он меня встревожил, можно сказать, ныне я всего опасаюсь. Я в неком безумии нырнул к нему.

Он перебирал полки, недовольно цедил. Штудируя каждую полочку, щель, этаж, коих было два, он ничего не нашел, его недовольство усилилось.

— Ну что, не нашли? — Вопросил я.

— Нет, американец, не нашел. — Ответил он.

Он не человек зависимостей, но одной все же поражен — у него никотиновая зависимость, самое ужасное или лишь пассивно угнетающее, что может случится на войне, это жажда сигарет.

Он не бросил попытки разыскать сигареты, но из раза в раз терпел неудачу.

Выйдя из дома я лицезрел все гнетущее убранство этого места: Пустое небо, безжизненные улицы и безнадежность. Я шагал вдоль улицы, продолжая иметь привычку рассматривать каждую щель.

Вскоре мы услышали рокочущий механический звук.

— Я… Американец! Не стреляйте! — Выкрикнул я.

Напротив стоял мужчина, по форме летчик Британии, из под деформированного шлема струилась водянистая кровь, в глазах угасающий пыл, он медленно опускал пистолет.

Мужчина стал подходить ближе, когда он уткнулся в меня пристальным взглядом, ничего конструктивного на ум не приходило, но я чувствовал, что надо информировать его.

— Где остальные? Полегли? — Стал допрашивать меня его холодный и искусственный тенор.

— Я откололся, на нас напали. — Опрометью ответил я.

— Лучше бы я тебя застрелил. — Отвернувшись заметил он.

— Что? — Недоумевающе спросил я.

— Такие, как ты, просто животные. — Он стал уходить дальше, а я пытался его догнать.

Я ринулся к нему, взял его за плечо, на что он неодобрительно отнекивался.

— Эй! Не трогай меня!

— Вам нужна помощь. — Сказал я.

— Лучше бы я в тебя пальнул, только раздражаешь. — Говорил он.

— Эй-эй. Я серьезно, не спорим. У вас кровь. — Твердил я.

— Черта с два, мне от тебя помощь не нужна, ты дезертир. — Говорил он. — Только попробуй за мною увязаться.

Вокруг нас пустое пространство, я не знаю куда идти, я готов следовать за ним. По крайней мере, он выглядит уверенным. Но он отказал моей просьбе следовать с ним. Теперь я сомневаюсь в том, что мое выживание было обязательным, а не просто девиацией жизни, словно я должен был умереть лежа в грязи от пуль, так и не добравшись до стены. Поэтому сейчас я нахожусь в импровизированном лимбе. Никто, даже бог, не знает, что со мной делать.

Я напористо шел за ним, он не оглядывался. Стенающий ветер растрепал мои волосы, вопреки ветру, мне было чересчур жарко, я снял форменную куртку, оголив свои руки.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 120
печатная A5
от 290