электронная
36
печатная A5
245
12+
Капли души

Бесплатный фрагмент - Капли души

Объем:
62 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0050-0919-7
электронная
от 36
печатная A5
от 245

Когда мы говорим о поэте, мы обращаемся к его же строкам — говорим его словами. Потому что наиболее полно личность поэта раскрывается в тех строчках, которые он подарил нам щедрой рукой.

Перед вами книга внимательного и действительно щедрого автора, наделённого тонким чувством сопричастности всему миру, ищущего взаимосвязи прошлого с настоящим, глубоко и всерьёз задумывающегося о грядущем.

Виталий Никитин во всех представленных в сборнике стихах до конца правдив, искренен и предельно, по-мужски, откровенен. Это строки интеллигентного человека, не лишённого чувства юмора и тонкой самоиронии. К этим стихам вам, как и мне, возможно, захочется возвращаться вновь и вновь, цитируя, полемизируя с автором, не соглашаясь в чём-то с ним, а в чём-то и разделяя его воззрения и отнюдь не поверхностные чувства и мысли.

Светлана Вадимовна Гончаренко,

Российский союз писателей

От автора

Мой прадед по материнской линии переселился на Кубань из Полтавской губернии. Кровь какой нации течёт во мне, я не знаю, хотя слухи о том, что мои предки были итальянцами, иногда прорываются сквозь границы времени. Почти вся родня по линии отца похоронена в небольшой белорусской деревеньке Королёва Слобода недалеко от Бобруйска, а сам он нашёл приют в земле кубанской.

Я родился в маленькой кубанской станице, хотя казаком себя назвать не могу.

Так кто я? Где моя Родина?

Моя Родина — Русь, огромная, великая, многострадальная.

Я люблю её, я пишу о ней..

Виталий Никитин

***

Быть Поэтом с большой этой буквы не рвусь.

На Руси тяжело стать при жизни поэтом.

Только как мне не петь о тебе, моя Русь?

Только как же мне петь и не плакать при этом?

Часть1: «Моя душа к тебе прикипела, Русь…»

Ночной сонет

День отгорел, затих, угас.

И дивный свет сменился мглою.

Опять беседует со мною

Пастух далекий, Волопас.

Накрыла ночь своим крылом

Мой отчий дом, мою станицу.

Давно за полночь, но не спится,

Любуюсь звездным я шатром.

На чёрном бархате времён

Блестят сапфиры и алмазы.

Избытком чувств я опьянён.

Вплетает ночь в косички стразы.

И грань, где явь сменяет сон,

Мой ухватить не в силах разум…

Когда я родился

Когда я родился, не так ведь и важно,

В какую на свет появился годину.

В станице лишь пара домов двухэтажных

И два продуктовых всего магазина.

Я помню, полы в хате мазали глиной,

А хата у деда была в три окошка.

И бегал в сельпо я купить керосина,

Чтоб на керогазе пожарить картошку.

Я помню, как печка чадила нещадно,

И мы над ней часто сушили одежду.

И в доме, как в печке той, теплилось счастье,

Ведь жили тогда мы не только надеждой.

Ностальгия

Пустынные улицы, зло ощетинясь

Капканами тёмных своих тупиков,

Холодной росою щекочут мне спину

И дробь выбивают чечёткой зубов.

Мой город, уснувший, безлюден и страшен,

Закрылся кольчугой колючих оград.

А я вспоминаю его тот, вчерашний,

Где каждый прохожий мне был, словно брат.

Приметы нашей осени

Приметы нашей осени — дожди.

Увы, но так устроена природа,

Меняются системы и вожди

А небосвод рыдает год от года.

Приметы нашей осени — леса

Под золотистым сказочным убором,

Смотрящие на нас с немым укором,

Так, что невольно катится слеза.

Приметы осени — туманы по утрам,

Молочные, кисельные, хмельные.

За эту землю душу всю отдам,

Её не жалко за мою Россию.

Приметы нашей осени — бомжи,

Как стаи птиц, стремящиеся к югу.

А нам твердят, что это тоже жизнь,

И мы, мол, не в ответе друг за друга.

………………………………………..

О, позолоченная Русь,

Твоя особая примета —

Во все века в душе поэта

Осенняя и боль, и грусть.

***

Эх, Россия, Россия, сторонка родная,

Широта и простор для блаженной души.

Ни руками, ни взором от края до края

Не обнять, не объять, только пить да грешить,

Да ещё воровать, на Христа уповая…

Тройка

А Русь-тройка своих растеряла коней…

Н. Зиновьев

И зияют пустотою

Три огромных хомута.

Только очиприоткрою,

Тройка-Русь уже не та.

Коренной летит галопом.

Мчится рысью запряжная.

Да всё больше по Европам,

В поисках земного рая.

Горечь закусив тоскою,

Спит возница у куста.

И зияют пустотою

Три огромных хомута.

***

День тихонько укатил

Прочь на старой бричке.

Солнца луч ещё светил,

Больше по привычке.

Тихо опускалась мгла,

Пледом серым старым.

В чёрном небе ночь зажгла

Россыпью Стожары*.

Те же звёзды и луна,

Светят, как когда-то.

Толька канула страна

В пропасть без возврата.

Я смотрю на небосвод

И шепчу: «О, Боже,

Сохрани хоть мой народ,

Ты ведь это можешь».

*Стожары — (древнерусс.) созвездие Плеяды.

***

Родина с протянутой ладошкой,

С нищенской сумою за спиной,

С непокрытой шалью головой

Ковыляла за моим окошком.

Родина, чьи полны закрома,

Родина, чьи недра так бездонны,

Ты ль идёшь с протянутой ладонью,

Или всё же я схожу с ума?

***

Ветер северный рвёт с триколором флагшток

И гудит в проводах так уныло и скучно.

Скоро, скоро зима свой уронит платок,

А пока ветер гонит тяжёлые тучи.

И не скрыться нигде от промозглых дождей,

И висят на флагштоках поникшие флаги.

Не зависят дожди от указов вождей,

Не читают приказов на белой бумаге.

***

Жёлто-капельная грусть,

Листья — слёзы на асфальте.

Осень посетила Русь

В красно-жёлто-буром платье.

Клин прощальный журавлей

Растянулся в небе синем.

Широтой твоих полей,

Восторгаюсь я, Россия.

Горы, реки и леса —

Малой родины пейзажи.

Здесь, в станице, дом отца.

Где найду я землю краше?

Жёлто-капельная грусть

Виснет в воздухе вопросом.

Некрещёный я молюсь

О России в эту осень.

***

Мне кажется, наш мир сошёл с ума,

Коль брат родной с мечом идёт на брата.

И щурится с ухмылкой сатана,

Пособник злобы, лести и разврата.

И хочется бежать мне в глушь, в тайгу,

Где на пять вёрст — всего одна берлога.

И там, на чистом девственном снегу

Грехи людские отмолить у Бога.

***

Во мне звучит есенинский мотив.

Вы в нём найдёте корни плагиата.

Но я, за хвост Пегаса ухватив,

Взнуздал его — лети, мой конь крылатый!

В полёте землю взглядом охватив,

Я вижу то, что раньше видел он:

Всё тот же лес, и луг, и те же хаты,

И Русь сермяжную объёмом в три обхвата,

Согбенную под тяжестью времён…

Во мне живёт есенинская грусть.

Она на части душу рвёт мою.

Ведь Родину я, как и он, люблю

И место я готов отдать в раю,

Лишь только бы моя сияла Русь.

Молитва

Всё как-то странно у меня выходит,

Но слово «Русь» созвучно слову грусть,

И ручка по наитию выводит:

«Я за тебя, любимая, молюсь…»

Не веселюсь, не прыгаю от счастья,

Молюсь. Прости, что не на образа.

Молюсь, когда в поддержку этой власти

Бросаю в урну сказанное «За».

Молюсь. Не зная ни одной молитвы,

Не зажигая пламени свечи.

Молюсь о том, чтоб не на поле битвы

Горела сталь, а в доменной печи.

Но что же это, Господи мой правый,

И грех какой над нашею страной?

Всё чаще рифмовать могу Державу

Лишь с горестью, стихией и войной.

…Вновь молюсь. Ниспошли озарение

И порочный сей круг разорви.

Я молюсь, чтоб моё поколение

Хоть немного познало Любви…

Осень, как осень

Прозаику В. Кузнецову

Золото осени душу твою разбередило вновь.

В клетке она томится.

В злости бьёшь зеркала, режешь руки в кровь,

А в осколках всё те же лица.

Ты врагов своих всех простил давно.

Бог, если надо осудит.

Ты сидишь и с грустью глядишь в окно.

Осень, как осень. Гуляют люди.

Листья, как листья, летят шурша.

Медленно умирая.

Так отчего же болит душа?

Осень, как осень… Страна чужая…

***

Сменилась власть, и всё у нас в порядке:

Витрины, полные колбас, и пиво в ряд,

И в гаражах не сивые лошадки,

У некоторых «мерины» стоят.

Не спорю я, жизнь в чём-то стала краше.

Но мы за ней в погоне проглядели,

Как сильно, как безбожно оскудели,

Нет, не карманы, души — души наши…

Моей России

У Лермонтова ты немытая,

А у Зиновьева — с клюкой.

Растоптанная и забытая

Махнувшими тебе рукой.

Девчонка в старом сарафане,

Худым обмотана платком,

А, может, истина, в стакане

Утопленная мужиком…

…Пусть кто-то назовёт уродиной

В угарном пьяном кураже.

Любовь и боль моя — ты Родиной

Всегда останешься в душе.

***

Затянулось небо пеленою,

Видно, там Всевышний загрустил.

— Господи! Что будет со страною?

У него я мысленно спросил.

Бог заплакал — дождь заморосил…

***

Мёрз солдатом на сопках Армении,

А лечился под солнцем Грузии.

Растащили Державу жменями,

Тюбетейками да картузами…

***

Серп и молот на свалку.

Герб — с двуглавым орлом,

Жить с начала начнём,

Все устои на слом.

Но хорошего жалко…

***

А на войне, как на войне.

Считают время здесь вдвойне.

Здесь час, как год, а год, как срок,

И будто жизнь — воды глоток.

Здесь временные стёрты грани,

Здесь школа жизни — поле брани.

А на войне, как на войне.

Мужская дружба здесь в цене.

Но лучший друг твой — автомат,

В твоих руках его приклад.

Чиста душа у автомата,

Ведь он не слышал звона злата.

А на войне, как на войне.

Здесь явь, как будто в страшном сне.

Здесь кровь и грязь, здесь пот и дым.

Здесь за день можно стать седым.

Война — тяжёлая работа,

Работа до седьмого пота.

А на войне, как на войне,

Когда и солнца свет во тьме.

И в эту тьму идут солдаты,

Простые русские ребята.

Их позвала Россия-Мать

За честь свою в защиту стать.

А на войне, как на войне.

Здесь всё, друзья, в своей цене.

Россия-Мать вас позвала,

А что она взамен дала?

Надгробных плит холодный мрамор,

А выжившим — на душу раны.

А на войне, как на войне.

Плохое видится вдвойне.

Работа тяжкая, мужская,

Будь проклята она такая!

Себе подобных убивать.

Нас для того ль рожала мать?

Гриф «Секретно»

Пришёл со школы нынче сын

И тихо у меня спросил:

— Мой прадед воевал когда-то,

На той войне он был солдатом?

…А я совсем не помню деда

И мне сегодня очень грустно.

Гремит Великая Победа,

А я один из многих русских,

Своих не помнящий корней,

Что знаю я о той войне

Из первых уст? На всём печать.

Семье приказано молчать.

Молчу и я, а в горле ком.

Когда включают метроном,

Мужская катится слеза,

А сыну нечего сказать…

Ветеранам

Примите мой поклон, седые ветераны.

За пядь родной земли, что жизнью сберегли.

За то, что в ту войну вы поседели рано,

За то, что честь свою вы гордо пронесли.

Примите мой поклон, седые ветераны.

За свой нелегкий труд, за пять тяжёлых лет.

За тысячи ночей без сна, ещё за раны,

Которые в душе кровавый ставят след.

Примите мой поклон, страны моей солдаты.

За то, что слово «долг» для вас звучало — жизнь.

За то, что полегли на скорбном поле ратном,

Спасая от «чумы» родные рубежи.

Примите мой поклон от всех на этом свете,

Кто совесть всю и честь, пока не потерял.

Ведь мы у вас в долгу и мы за то в ответе,

Чтоб подвиг ратный ваш народ не забывал.

Примите мой поклон, страны моей герои.

Я голову склоню пред вами до земли.

За то, что вы неоценимой кровью

Святую Русь для нас уберегли.

***

Озеро всё в оспинах,

Дождь холодный, злой.

— Что ты плачешь, Господи,

Над моей страной?

Боль сдавила ободом,

В сердце двадцать жал,

С неба тихим шёпотом

Бог мне отвечал:

— Как же мне не плакати,

Коль в такой Державе,

Пол страны на паперти

Ждёт копейки ржавой…

***

Я что-то забыл там, на сопках Армении,

Мне кажется, что-то я там потерял.

И я не открою, быть может, Америки,

Сказав, что я Родину там защищал.

Не эту Россию, не край Краснодарский,

Огромный, великий Советский Союз,

Который, увы, в одночасье распался.

И в память о службе той давней остался

На сердце мне давящий каменный груз.

Ну, что же забыл я на сопках Армении?

И что потерял я в той горной глуши?

Вы, может быть, мне никогда не поверите —

Остался в горах тех кусочек души…

***

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 245