Бесплатный фрагмент - Измена. Ты много хочешь, милый

«Измена. Ты много хочешь, милый»

Глава 1

Дарья

Мой сюрприз мужу должен быть идеальным в мелочах и фееричным в финале!

Именно с такой мыслью я спешила в шикарный отель, в котором остановился мой муж. Сейчас у него запланированная деловая встреча с очередными застройщиками. К этому мероприятию он готовился больше месяца, рисуя огромные прибыли нашей компании и расширение границ на рынке недвижимости. Что ж, я всегда рада, когда у Миши всё получается, хоть и отошла от дел пару лет назад.

И, конечно, я хотела отметить успех с любимым человеком. С тем, с кем уже больше двадцати лет вместе. С тем, с кем съели много пудов соли с грязью, но не сломались. Я была готова как никогда! Вспомним наши горячие ночи в молодости. На меньшее я не рассчитываю.

— Добрый вечер, — на ресепшене мне приветливо улыбнулась девушка, — могу я попросить ключ от номера моего мужа, Белоусова Михаила Романовича? Я его жена, — протянула свой паспорт, развёрнутый на страничке «семейное положение», — мы договаривались, что я приеду чуть позже. Он вас не предупреждал?

— Здравствуйте, Дарья Николаевна. К сожалению, не было никаких инструкций. Сожалею.

Девушка вернула паспорт и сочувственно поджала губы. Но разве меня это остановит? Достала пятитысячную купюру и вложила в паспорт, снова протягивая его девушке.

— Возможно, он забыл, но мы ведь можем что-то придумать? У нас с мужем годовщина, фарфоровая свадьба. Нельзя пропускать такое событие…

— Вы правы, — она ловко убрала купюру в карман униформы, широко улыбаясь. — Неправильно будет из-за какой-то мелочи отменить «особое событие».

Везде рулят деньги. И данный случай не был исключением. Но обидно то, что при диком желании порадовать мужа я должна дать взятку. Неприятненько.

Девушка-администратор протянула ключ-карту, подсказала, на каком этаже находится номер, и пожелала счастья на моё маленькое враньё ради дела. Фарфоровую свадьбу мы отметили в прошлом году, но это уже не важно. Кивнув в ответ, я двинулась к лифтам, крепко удерживая небольшую сумку с вещами. Всё самое важное и сексуальное было уже на мне.

Рассматривать отель мне было некогда, но то, что место дорогое и явно пафосное, кричало со всех сторон. Даже лифт был максимально наворочен модными примочками и классической музыкой. Оценила, пока поднималась на седьмой этаж.

Полулюкс встретил меня темнотой и слабым ароматом свежих цветов. Но стоило включить свет, как я ахнула в голос от размеров кровати. Она воистину была огромной! У нас дома тоже была большая кровать, ведь мой муж немаленький мужчина. Его почти два метра иногда сильно мешали жизни. Но этот сексодром выигрывал по всем фронтам! В голову моментально полезли пошлые фантазии, которые обязательно надо будет осуществить на этом чуде-чудесном, заправленном рубиновым покрывалом.

— Очень миленько, Миша. Любишь со вкусом отдыхать в командировках? — хмыкнула себе под нос, быстро обследуя большой номер.

Погасив свет и удобно устроившись в кресле напротив кровати, настроилась на встречу с мужем. Мой сюрприз не был оригинален, но такое всегда работает! Любимая женщина в дорогом секси-белье — чем не лучший способ скрасить одиночество? Думала до тех пор, пока не открылась дверь и мой благоверный сам не сделал мне сюрприз.

— Ммм… Миша, давай в душ? Ох, не кусайся…

— На хрен душ! — прорычал муж, толкая девицу на кровать. — Я готов был тебя трахнуть ещё в лифте.

— Мой тигр… Всегда знала, что не стоит с тобой играть на деловых встречах, — она села на край и запустила свои ручки под рубашку Миши, — но не могу сдержаться. Накажешь, как обычно?

Ну ничего себе! Сюрприз так сюрприз! Не в силах двинуться, я смотрела на парочку, которая хаотично срывала с себя одежду, и чёртового света с улицы было достаточно, чтобы всё отлично видеть.

Шок. Боль. Омерзение. Вот что я почувствовала в первые секунды, а потом… Потом пришло понимание: быть свидетелем грязного сношения моего мужа с какой-то потаскушкой мне совершенно не хочется.

— Накажу так, что ещё попросишь, — рыкнул муж, расстёгивая ремень брюк и хватая девицу за волосы.

— Какие у вас интересные ролевые игры! Продолжайте, не стесняйтесь, — как мне только хватило сил протолкнуть язвительные фразы, не понимаю. Но я дала им понять, что они не одни.

Миша резко оттолкнул женщину и повернулся на голос. А та отползла по кровати до самого изголовья, прикрывая голую грудь подушкой. Вот кому предназначался этот огромный сексодром! А тут я со своей фантазией о жаркой ночи с единственным и любимым мужем. Гадость.

— Даша… Какого хрена ты?..

— Прерываю твои голодные игры? — как же тяжело спокойно говорить и держать лицо, когда внутри тебя разрывает на ошмётки, когда булыжник от боли в горле не протолкнуть.

Белоусов ринулся к выключателю, а мне пришлось встать. Ремешки для чулок неприятно впились в кожу, ноги в туфельках уже сдавило. Но это всё были жертвы красоты для мужа, которому это, оказывается, совершенно не надо! Он готов трахать баб даже в лифте!

— Что ты тут делаешь? — двинулся он на меня.

— Ловлю мужа на измене. Такой ответ тебя устроит?

— Нет. Даша, ты сейчас должна быть дома…

— Да, я знаю. А ты один в номере и «безумно скучать по мне», — напомнила ему его утреннее обещание перед тем, как он отправился на самолёт. — А получается, что ты не скучаешь.

— Твою ж… Мира! — рявкнул муж, не оборачиваясь. — Выйди…

— О, Мирочка! Так это ты не даёшь скучать моему мужу? Жену замещаешь? — сделала шаг к кровати, стреляя взглядом, полным омерзения, в сучку. — Ну хоть не шваль подворотная… И давно ты меня изображаешь в постели?

— Даша…

— Дай ей ответить, Миша, — подняла руку, затыкая мужа.

А самой хочется орать, реветь, драться и кусаться. Но разве я могу себе это позволить? Ни в коем случае! Опускаться и устраивать разборки — не моё.

— Дарья Николаевна, я… Вы не правы. Всё не так.

— А как, Мира? Разве не ты минуту назад стонала и просила моего мужа наказать тебя? Только не надо строить из себя невинную овечку и уверять меня, что вы перебрали и вас чёрт попутал. Я прекрасно слышала, что ты не в первый раз спишь с моим мужем, — на последней фразе я скривила губы, так тошно было их произносить.

— Даша, хватит! Успокойся, ничего такого не случилось. Мира, вышла!

Глава 2

Дарья

— Сидеть! — тут же приказала я, и Мирочка застыла, переводя свои глазищи то на одного, то на другого.

— Даш, давай спокойно поговорим. Без свидетелей, прошу, — Миша снова завладел моим вниманием и встал рядом.

Вот смотрю на него без рубашки, с растрёпанными волосами, в которых уже отлично просматривается седина, и не узнаю. Вроде всё тот же человек, всё тот же Миша, а вмиг стал чужим. За какие-то минуты я потеряла мужа и опору в одном лице. И это только по его вине. Осознание потери причиняет ещё большую боль. Хотя, кажется, куда больше?

Боль разливается и проникает в каждую клеточку. Начинает болеть всё: от души до волос и ресниц. Безумно хочется согнуться пополам, обхватить голову руками и выть. Но я стою и смотрю на него.

— Без свидетелей? Миш, ты что-то путаешь. Мирочка не свидетель, а твоя подстилка.

— А вот оскорблять не стоит! — послышался голос с кровати. — Вас, Дарья Николаевна, это не красит. Вроде взрослая женщина, а говорите, как хабалка!

— Прости, а ты кто такая, чтобы учить меня, как разговаривать с подстилками? Ты дрянь мерзопакостная, которая в ножки мне должна кланяться. Но вместо этого ты свои ножки умело раздвигаешь! — да, меня понесло.

Ярость, словно цунами, затопила тело и разум, давая новые силы. За них я и уцепилась, как за спасительный круг. Никогда не была склочной женщиной, всегда пыталась вырулить из ситуации без ругани и тем более мордобития. Да и не по статусу как-то. Но когда-то же всё бывает в первый раз! А эта мамзель прям сама нарывается.

— Даша, я тебя очень прошу успокоиться. Я всё объясню.

— Миша, вот чего ты заладил: «Успокойся да успокойся»? Разве не видишь, что всё под контролем? Я не ору, не зову сюда людей, не рву никому волосы на голове… И очень жду твоих объяснений.

Снова села в то самое кресло. Откинулась на спинку и закинула ногу на ногу, рукой подавая жест, мол, начинай.

— Чёрт… Ты правда всё не так поняла. Я не сплю с Мирой, а просто… — Миша присел передо мной на корточки и попытался дотронуться до коленки. Пришлось отпихнуть, лишь бы не притрагивался своими грязными руками. — Даш… У Миры там что-то с платьем было, она попросила помочь. А про накажу… Так это… Э. Мы шутили! Подписали важный договор, помнишь, — он говорил будто с малым дитём, кивнула, — а потом отметили, и зашёл разговор про наказания детей. Вот мы это вспомнили.

— Как мило!

Не выдержала, встала и громко зааплодировала импровизации Белоусова. Если бы он знал, как жалко звучали его на ходу выдуманные оправдания.

— Прекрасно, Миша. А теперь быстренько что-то придумай про ваши поцелуйчики и её голую грудь, — тыкнула пальцем в девицу, которая так и продолжала прикрываться.

Миша перевёл растерянный взгляд на кровать и громко выматерился. Директор крупной фирмы, как некрасиво. Хотя самой ещё некоторое время назад хотелось материться в голос на них и на мою поломанную жизнь. Сейчас же меня разбирал смех. Я загнала муженька в угол и наслаждалась его слабостью, хоть и временной.

— Дарья Николаевна, платье само упало…

— Конечно, милочка. И на колени ты встала, чтобы его подобрать, а не удовлетворить моего мужа орально.

Они реально меня за идиотку принимают? Цирк, да и только. Потерев переносицу, решила, что пора этому цирку закругляться. Единственный зритель теряет последнее терпение и самоконтроль.

— Хотите правду? Скажи ей, Мишенька.

— Да. Скажи мне, Мишенька, — мои брови резко поползли вверх.

Ух, какая смелая Мира! А Мишенька-то хвост поджал.

— Мира… заткнись. Даша, давай выйдем и поговорим. Нормально, — на последнем слове он жёстко вцепился в моё предплечье, утягивая за собой к входной двери. — Приведи себя в порядок и уходи, Мира.

— Но куда? Мы же номер сняли на двоих…

— Пусти, Белоусов. Всё ясно и так, — вырвала руку и снова вернулась к кровати. — Смелости твоему Мишеньке не хватит. Видимо, кишка тонка. Так давай тогда ты выкладывай.

— Дарья Николаевна, полегче. Вам не двадцать лет, чтобы так нервничать. Ещё сердечко раньше времени прихватит. Мне Миша много рассказывал про вашу болезнь, поберегите себя.

— Мою болезнь? Очень интересно… Продолжай.

— А что тут продолжать? Мишенька устал от вас и обещал после этой сделки подать на развод, — мерзавка встала во весь рост и откинула подушку в сторону, выпячивая свои прелести. Дрянь. — Мужчинам всегда нравится молодое, подтянутое и красивое женское тело. И я два года дарю себя и своё тело Мише.

— Мира! Да заткнись же ты!

Два года. Ещё один удар… и он похлеще первого. В то время, когда я боролась с опухолью в самом главном женском органе и не могла позволить себе телесные радости, моя стена и опора решил поискать удовольствия с другой. И продолжает до сих пор. Мне словно в голову выстрелили. Вот только жаль, что замертво упасть не могу.

— Два года…

Повторила на автомате и двинулась к выходу, попутно хватая сумку с вещами. Больше не могла и не хотела видеть этих двоих. Они меня наживую расчленили, вырвали сердце и порезали его на мелкие кусочки. Одна душа громко воет внутри. Срочно уйти, не дать им права издеваться и тем более жалеть.

— Даша, родная, постой. Ты куда? — Миша перегородил дорогу, хватая за плечи. — Мира сейчас свалит, и мы поговорим. Она чушь несла, ничего я такого ей не обещал!

— Пусти…

Не было сил поднять голову и посмотреть в когда-то любимые карие глаза.

— Нет. Куда я тебя в таком состоянии пущу? Ты моя жена, мать моего единственного ребёнка. Та, которую я люблю. И уж точно не отпущу. Останься со мной.

— Разве ты не понимаешь, что меня тошнит от тебя и твоего вранья? Дай мне пройти.

— Даш, не делай глупости. Уже поздно. Почти ночь. Чужой город.

— Мне плевать, лишь бы не рядом с тобой. Прочь! — толкнула его в грудь. Но это как пытаться многотонную глыбу сдвинуть. — Продолжай начатое со своей подстилкой, а я видеть тебя не могу.

— Хорошо. Давай сделаем так. Отпустить тебя я не отпущу, но дам тебе возможность прийти в себя без меня. Мы спустимся на ресепшен, я сниму тебе ещё один номер. Ты спокойно отдохнёшь, а утром мы поговорим.

В его словах был смысл, но разговаривать я уже не собиралась. Да и зачем? Он всё разрушил. «Нас» больше нет. И мне срочно надо остаться одной, чтобы успокоиться и начать действовать. Я так просто не сдамся. Миша меня плохо знает.

— Хорошо, сними мне номер.

Глава 3

Михаил

Всё время, пока я решал вопрос с ещё двумя номерами, Даша стояла в стороне. Она всячески старалась вести себя так, словно я для неё чужой человек и само моё существование на планете ей омерзительно.

Охренительно я влип! Профокапился по полной! И что теперь делать, даже не представлял.

— Твой ключ-карта, иди к себе, Мира.

Вернувшись в номер, чуть снова не зарычал. Ну почему с женщинами так сложно? Моя рабочая любовница лежала на кровати во всей своей нагой красе. И ведь ей было что показать и что предложить. Отлично проработанная силиконовая грудь, не прикопаешься. Губы бантиком, глазища огромные, ноги от ушей… Таких с первого взгляда хочется трахать и не думать, что у этой куклы в голове. Хоть полный вакуум. Странно, что такая красотка в разводе, но это никогда меня не парило.

— Я тут подумала, дорогой… Ну, раз уж всё так удачно вскрылось, — она по-кошачьи стала подбираться к краю, прогибаясь в спине, — мы можем спокойно продолжить. Я до сих пор жду твоего наказания.

— С ума сошла, Мира?! Твою мать! Одевайся!

Кинул ей платье и отошёл к окну. Злость на дуру заполняла грудь. Вот какого чёрта она вообще открыла свой говняный рот? Я бы успокоил Дашу. Всеми способами умаслил её, нашёл бы ту точку, на которую смог бы лаской и нужными словами надавить. Теперь же… Теперь я не знал, что мне делать и особенно что говорить.

— Мишенька, не всё так плохо. Ты сам мне сколько раз рассказывал, что с женой у тебя не такой яркий секс. А я тут, с тобой рядом…

— Идиотка! Я люблю жену. Она единственная, кто мне нужен! — снял её руки с груди и резко повернулся, прожигая взглядом. — Сколько тебе лет? Напомнить?

— Спасибо, помню.

— Вот! Тебе, твою мать, уже тридцатник! И могла бы научиться определять ложь ради секса от истинных слов. Я, — нагнулся к её лицу, выплёвывая правду, — нёс всякую чушь, чтобы ты чаще и больше мне давала. И должность тебе дал, чтобы ближе ко мне была. Разве не этого ты хотела?

— Я… я думала…

— Не думай, тебе не идёт. С тобой я сливал своё неудовлетворение.

— Я тебе унитаз, что ли?

— Думай как хочешь, но рот открывать тебе никто не позволял.

Ухмыльнулся её дрожащим губам и отошёл к двери, показательно открывая.

— Не была бы дурой и свалила б, как сказал, сейчас бы не пускала слюни. Проваливай.

— Зря вы так, Михаил Романович. Я ведь на многое ради вас готова… Но я подожду, и мы снова будем вместе.

— Всё, Мира, уходи. Домой добирайся сама. И не вздумай пересекаться с Дарьей Николаевной!

Очень рассчитывал, что мои слова достигли цели и не придётся любовнице угрожать. Может, она не такая тупая и сможет прочитать предупреждение между строк.

Молча выдержал театральное надевание платья на голое тело и ждал, пока Мира подхватит остальное барахло с туфлями и выйдет.

У меня была всего ночь, чтобы придумать, как выпутаться из узкого ректального местечка с минимальными потерями. Я не хотел рушить семью. Видит бог, не хотел и максимально пытался скрывать свою слабость. И принёс же чёрт Дашу именно сейчас!

Сколько раз порывался порвать с Мирой, но каждый раз меня ждал провал. Сочная тридцатилетняя женщина, которая готова на любые приключения со мной. Разве такое не вскружит голову, не снесёт все принципы и уставы к чертям собачьим?

Пять лет назад за Миру попросила свояченица Юлька. Возьми хорошую девочку, ей после развода тяжело, работа нужна такая, чтобы не скучала и на ноги быстро встала. Пошёл навстречу, помог и быстро забыл, спихнув новенькую на опытного менеджера. Тогда мы ещё с Дашей вдвоём рулили. А когда она стала часто носиться по докторам и в один прекрасный день ошарашила жуткой новостью, решил, что жене нужен покой и отдых. Всё же недвижка — это ещё тот стресс.

Дашка ушла в здоровье, дочь уехала на учёбу, а я с головой — в работу. Дни летели, лечение жене толком не помогало. Видел, как страдает, хоть и пытается держаться передо мной сильной и здоровой женщиной. Поддерживал, как мог. С ума сходил от мыслей, что могу жену потерять. Но хуже становилось, когда мужское здоровье прям било в голову, как по наковальне. Терпел, пытался справляться сам…

И тут Мира стала чаще на глаза попадаться. То зайдёт в облегающей юбочке, бёдрами покачивая. То случайно столкнётся со мной после работы и сиськами перед глазами мельтешит. Сорвался и отвёл душу. Мира клялась в любви и вечной доступности, лишь бы был с ней рядом, а я… А я решил, что пока Дашка не поправится, буду справлять нужду на стороне, не мелькая злым лицом перед женой.

И эта командировка должна была быть финальной в интрижке с Мирой. Слишком затянул, слишком много себе и этой девушке позволил. А ведь мог уже спокойно наслаждаться любимой женщиной, не боясь разоблачения. Понимал, хотел и не успел. Жалел, корил себя? И да, и нет. Я взрослый мужик, который должен понимать, что именно я накосячил, а значит, мне всё исправлять.

— Да твою ж!.. — откинулся на кровать, ладонями растирая лицо.

Ну всё же шло хорошо, по плану. А теперь дурдом какой-то. С чего Мира взяла, что я разводиться собрался? Дура полная. Ещё про болезнь Даши вспомнила. В ту минуту готов был её удушить. Из хаотичных мыслей вывел звонок входящего. Снова нацепил очки и пошёл на звук, не совсем понимая, где мой мобильный.

— Пап! Ну хоть ты на связи! Привет.

— Привет, Алис. Что случилось? Только не говори, что уже рожаешь.

Звонкий смех дочери слегка расслабил натянутые нервы.

— Не смешно уже. Ты с самого начала моей беременности подкалываешь, вот тебе последнему позвоню, и то только когда рожу. Я маме не могу дозвониться. Она вроде должна быть дома, всегда на связи…

— Э. Так она ко мне приехала, — не буду же я врать дочери, но и всю правду не скажу. — Сейчас уже спит.

— Ого. Родители решили пошалить? Ну, здорово.

— Ага. Есть такое. Может, ей что-то потом передать? Ну… как проснётся.

Знал, что Дашка не станет впутывать дочь. Не в её характере. Тем более Алиса на седьмом месяце. А значит, пока минус одна проблема.

— Не надо. Вы завтра же домой?

— По планам — да. Но, может, задержимся… Как там мой зятёк?

— Уже дрыхнет. Ладно, папуль, пока. Целую.

— Я тебя тоже, дочь.

Скинув звонок, с минут пять пялился в стену. Даша не ответила на звонок дочери. Это было странно. И это пугало. Встряхнув головой, понял одно, что не могу просто так сидеть и крутить мысли по кругу. Мне надо знать, что с женой. Может, даже получится поговорить, если она уже успокоилась.

Глава 4

Дарья

Переступив порог номера, тут же осела на пол, опираясь спиной на дверь. Слёзы океаном собрались в глазах, грозясь пролиться водопадами. Запрокинула голову, с трудом сдерживая стон. Горло сжало ржавой колючей проволокой, в груди боль раздирала сердце. Но больше всего хотелось в душ. На меня будто вылили помойное ведро с гниющими отходами, и эта грязь глубоко въелась в кожу.

Скинув туфли, растёрла щёки ладонями и заставила себя встать с пола. Мне надо разработать план действий. Но первое дикое желание было — сорвать интимный костюмчик. Урок понят! Нечего стараться для таких, как Миша! Ему только силиконовые сиськи подавай и губы-вареники. Плащ полетел на кровать. Дальше были чулки, пояс с ремешками и до безобразия дорогущее кружевное бельё. Лучше бы на эти деньги устроила себе полный all inclusive в спа-центре.

Но стоило только зайти в весьма большую ванную комнату, как в дверь постучали. Если это мой неблаговерный, то пусть катится ко всем чертям или к этой Мирочке. Я хочу очень долго стоять под горячей водой и плакать, чтобы вода смывала соль с моих щёк и уносила с собой безумную боль, которую просто невозможно терпеть.

Стук продолжался снова и снова. Сжав зубы, накинула на голое тело халат и вышла из ванной. Что из мною сказанного ему не понятно?! Я просто не хочу и не могу его видеть сейчас…

— Думала, не откроешь…

Толкнув дверь, Мирочка прошла походкой от бедра вглубь номера и замерла у моей кровати.

— Пошла вон!

— Дарья Ни… Даша, ну зачем так грубо? Я всего лишь пришла с тобой мирно поговорить и расставить все точки над i.

— Я с подстилками не разговариваю. Пошла вон!

— Подстилка — это временное явление для мужчин. А я выше, — она обернулась ко мне, покачивая на пальчике мой пояс для чулок, — самая настоящая и любимая женщина твоего мужа. Наверное, уже бывшего мужа. И вот этим ты хотела его развлечь? Смешно.

— Вот ты сучка наглая!

Мира пожала плечами и откинула вещь в сторону, несильно переживая, куда она упадёт. Так, будто это не часть моего костюма была, а я сама, выброшенная в утиль.

— Наглость — второе счастье. Мишенька очень видный, сильный, умный и замечательный мужчина. Такого надо уметь ублажать и тем самым держать при себе. На что ты, Дарья, уже не способна.

От словесного поноса Мишиной подстилки я аж растерялась, чем та и воспользовалась, веря, что умыла соперницу. Ну хорошо, пусть выскажется. Скрестила руки на груди и оперлась о стену.

— Вот как! Очень интересное мнение. Продолжай, Мира, — на её имени меня чуть не вырвало.

— Ну, признай, ты уже не в той поре, когда можешь ночь напролёт изображать из себя ненасытную тигрицу и при этом спину не защемит, ногу не сведёт. А Мише именно такая нужна! Да и твоя болезнь, небось, не позволяет дать ему столько…

— Так. Стоп! — подняла руку, прерывая монолог. — Про какую болезнь ты вообще говоришь?

— Ну как же! Миша рассказал, что у тебя нашли рак, и там, — она глазами показала на мой живот, — всё вырезали. Ты теперь не женщина. Ну, вернее женщина, но неполноценная!

Последнее она произнесла с таким цинизмом и триумфом, словно стояла на пьедестале и получала самый главный приз — моего мужа. Сучка прибитая!

— А ты полноценная, раз на чужих мужиков прыгаешь? Нормальная, раз приходишь и такое говоришь его жене? — еле сдерживала себя, чтобы не кинуться и хорошенько не оттаскать обнаглевшую тварь за её патлы. — Ты слизь, которая слишком большого о себе мнения. Пошла вон, пока я не вызвала полицию!

Моё терпение лопнуло, а к боли ещё примешалась жгучая обида на предателя. Теперь никакие мольбы Мишу не спасут. Если я не женщина, то стану мужчиной и устрою ему ад!

— Вызывай! Мне нечего бояться. Я всего лишь сказала правду, за которую ты могла бы сказать спасибо.

— Если не исчезнешь, то будешь искать огромаднейшие деньги на пластического хирурга…

— Фи! А ещё взрослая женщина. Ведёшь себя как…

И тут Мира моментально заткнулась. Её лицо мгновенно преобразилось в милейшее и любящее, а я замерла, спиной ощущая его присутствие.

— Что ты тут делаешь, Мира?

— Проходила мимо, а у Дарьи Николаевны была дверь открыта. Вот и зашла извиниться и пожелать спокойной ночи.

И ведь врёт, как дышит! Всё, с меня хватит! Подошла к нахалке и схватила её за шею, намеренно сильно впиваясь ногтями в кожу. Пока волокла Миру к двери, та визжала как ненормальная.

— Миша! Мишенька, помоги… Мне больно, а…

— Я тебя предупреждала. Пошла вон! — толкнула к дверному проёму и обернулась к Мише: — А ты пошёл следом за ней!

— Охренеть! Даша! Ты совсем с ума сходишь? Зачем Мире больно делать?

— А ты уверен, что я ей что-то сделала? — прищурила глаза и подняла брови.

— Нет. Я ничего не видел.

Белоусов сам закрыл входную дверь, не забыв при этом отослать любовницу в её номер со словами: «Завтра поговорим».

— Можешь прям сейчас бежать за ней следом и разговаривать, сколько вашим душенькам будет угодно, — отошла к окну, потирая пальцами виски.

Ужасно разболелась голова. К той боли, которую имела, ещё и головная прибавилась. Просто блеск!

— Даш…

Миша встал за спиной, но продолжить и тем более дотронуться не решился. Вот какого он сейчас вообще тут? Я же просила, говорила, что не желаю его видеть. Пусть проваливает на все четыре стороны и пудрит мозги своим… А сколько их у него? Таких, как Мира.

— Уйди. Просто уйди.

— Даш, тебе плохо? Может, скорую?

— Конечно, я ведь старая, немощная не женщина!

Повернулась к нему, окидывая презрительным взглядом. Силы были на исходе. В голове били такие колокола, что болезненные мурашки бежали от затылка по спине. Мне бы сейчас действительно не помешала таблетка болеутоляющего, но я быстрее себе язык откушу, чем признаюсь в этом тому, кто треплет про меня такие страшные вещи.

— Перестань. Ты не такая… Даш, ты мне очень дорога, я люблю тебя и очень сильно переживаю. Может, тебе что-то выпить успокоительного или от головной боли?

— Да с чего ты взял, что у меня что-то болит? Тебе какое дело? Иди свою мамзель успокаивай и лечи. У неё ведь матка на месте, — а чего молчать? Он же мне придумал диагноз с последствиями!

Белоусов побледнел и сделал шаг назад. Ага, дошло до тебя, милый. Твоя краля тут не спокойной ночи желала.

— Даша, это всё ерунда какая-то… — он попытался взять меня за руку, но я не позволила. — Тебе Алиса звонила. Сказала, что переживает и что ты ей не отвечаешь. Вот я пришёл, подумал, может с тобой что-то не так. Я не переживу, если тебя потеряю.

— Алисе я перезвоню. А со своими переживалками ты опоздал.

— Я дочке сказал, что ты спишь и утром перезвонишь.

Ты смотри, как он не реагирует на мои слова. Прям непробиваемый! Обогнув мужа, прошла к двери и распахнула её настежь.

— Уходи. Я устала от вашего цирка.

— Хорошо, — Белоусов поравнялся со мной, нависая скалой. — Отдыхай, любимая. Утром поговорим.

Глава 5

Мира

Ну как всё не вовремя! Припёрлась жёнушка, стала из себя корчить королеву. Ей уже пора носки вязать и похоронные откладывать!

Бешенство затопило всё моё существо. Ворвавшись в свой номер, стала мерить его широкими шагами и вслух выплевывать свою злость.

— И ведь ни рожи ни кожи! Этот пепельный блонд явно, чтобы седину скрыть. Фу, гадость! Оделась, как шваль, — пнула ножкой гостиничный пуф. — Ни вкуса, ни цвета, ни запаха…

Миша уже был почти мой! Всё шло по строго разработанному плану. И тут явилась — не запылилась. Я Мишеньку два года обхаживала, кучу денег потратила на фитнес, косметологов и увеличение груди. Стала выглядеть намного моложе. А сколько курсов прошла по сексуальному управлению мужчинами… и что? Вот так просто это всё просрать? Нет уж! Цель была в моих руках, и я всё сделаю, чтобы дойти до конца.

И если надо будет действовать нечестно и подло, то, значит, так тому быть!

Но успокоиться всё же стоит. Мне надо быть лучше и выше соперницы. Надо, чтобы Миша видел между нами разницу и, конечно, сделал выбор в мою пользу. Я молода, горяча и на многое способна. Особенно подарить ему мальчика, наследника мужского пола.

Улыбнувшись своему отражению в большом зеркале встроенного шкафа, скинула хорошо помятое платье и критически оглядела себя. Моё главное оружие — шикарное тело, а значит, его надо холить и лелеять. Провела ладошками вдоль талии, улыбаясь крепкому животику и отсутствию хоть грамма лишнего веса, сжала крепкую грудь и выдохнула с сожалением.

А ведь могла получить несколько ярких оргазмов с Мишей. Он умел играть на моём теле, и иногда даже не приходилось притворяться. Опять мыслями вернулась к его старухе. У нас разница в возрасте всего-то чуть больше десяти лет, но внешне мы будто из разных поколений. Вот на этом тоже буду делать акцент.

Уже под душем, наслаждаясь тёплой водой, я выстраивала новый план действий. Первое, что мне необходимо сделать, так позвонить лучшей подруге и поставить её в курс дела. А дальше вместе с ней придумать следующий ход.

— Юлёк, привет ещё раз, дорогая, — закутавшись в гостиничный белый халат, откинулась на подушки кровати. — Прости, что поздно, но ты обязана знать!

— Мира… ох, начало первого. Что могло случиться?

— Даша всё узнала.

Прикрыла глаза, вспоминая, как тупо всё произошло. Я весь вечер драконила Белоусова, кидала совсем недвусмысленные намёки. Под столом, пока не видела другая сторона встречи, играла на его мужском достоинстве. Готова была в лифте упасть на колени и умело открыть рот… Но Миша держался до номера. Кровать и удобства подавай! Хотя это тоже хорошо, но я всегда готова на любое разнообразие.

Мишенька мне приглянулся в первый же день, когда Юля привела меня в его фирму и по-семейному надавила на Белоусова. Мише как раз нужен был штатный сотрудник, и он без проблем меня принял. А дальше я училась, наблюдала, мотала на ус и работала над собой и над планом. Планом, как забрать крутого мужика себе и заодно все его деньги. Старо как мир! Но другого варианта я уже не видела. А прозябать в однушке и считать копейки от зарплаты до зарплаты — осточертело.

Я знала себе цену, видела, как мужчины голову теряют рядом со мной. И стоит только минимально приложить усилия, как любой из этих кобелей — мой. Но спать с обычным среднестатистическим работягой уже не было желания. Таким был мой бывший муж, с которым я промучилась два года, экономя на всём абсолютно, и сама подала на развод. Единственное, что было хорошо с мужем, — это секс! Саша был богом секса, но на этом далеко не уедешь. А мне хочется жить хорошо. И тарталетки есть не с красной, а с чёрной икоркой.

И пусть меня назовут меркантильной тварью, не обижусь. Я имею право на сытую жизнь. И упорно к этому иду.

С Юлей нас свёл случай. Нас случайно записали на одно и то же время к нашему мастеру по маникюру. Сначала мы поругались с администратором салона, после — друг с другом. И как в большинстве случаев бывает, после грандиозной ругани женщины становятся лучшими подругами. В итоге никто из нас на маникюр не попал, и это дело мы решили отметить бутылочкой белого сухого.

— Что узна… ла? — Юля некрасиво зевнула в трубку, а я закатила глаза на её тупость.

— Хорошо, делаю скидку на позднее время. Твоя сестра узнала, что я сплю с её мужем. Теперь понятно?

— Даже очень. Подожди минутку, выйду на кухню.

Пока родная сестра моей соперницы тихо шуршала в безопасное место, я гадала, о чём там Миша сейчас разговаривает с женой. Очень неприятно задело, когда он на самом интересном ворвался, не помог и нагло меня выпроводил. А я ведь красиво умыла Дашу! И могла бы добить так, что она тут же сорвалась и смоталась домой, оставив муженька мне. Так нет! Придётся завтра утроить силы.

— Давай рассказывай подробно. Как это случилось?

— Ты знала, что она поедет к Мише?

— Нет. Мы уже неделю не разговариваем.

— Ясно. Тогда точно омерзительный сюрприз. Гадина, не могла спокойно сидеть дома? Я Мишу почти додавила. Он мне, кстати, на днях брюлики подарил.

— Рада за тебя. Рассказывай.

И я подробно, во всех красках пересказала события вечера. Про то, как сорвался жаркий секс. Про то, как Даша из себя обиженку стала строить. И, конечно, про то, как Миша лебезил перед ней, а потом и вообще выставил меня из её номера.

— Ну ты вообще отшибленная, Мир! Пойти к Даше и нести чушь про болезнь! Прям так, с ходу… Браво!

— Решила действовать пока горячо. Пока она не успокоилась и, не дай бог, не решила простить мужа. Так сказать, добила её.

— Низко, мерзко и действенно! Ржу в голос. И как она реагировала? Рыдала и рвала на себе волосы, обзывая вас последними словами?

— Если бы! — ядовито хмыкнула в трубку, рассматривая свой новенький алый маникюр. — Сама Снежная королева! Попыталась меня пару раз подстилкой обозвать, но я ей быстро рот заткнула.

— Да, сестрица умеет держать лицо. Противное качество. Я уже пыхчу вовсю как самовар в наших ссорах, а ей хоть бы что. Стоит спокойно на своём и бровью не ведёт. Ещё вечно родители на её стороне. С детства так…

— Да-да. Помню твои рассказы о полной несправедливости. Может, есть идеи, как действовать дальше? Ты свою сестру лучше знаешь. Что она может сделать и не может?

— Надо подумать. Ты прогнала мой сон.

— Вот и отлично! А то мне сейчас кроме беременности ничего в голову не лезет.

Глава 6

Дарья

Первым делом, после того как за Белоусовым закрылась дверь, я кинулась к телефону. Естественно, он был на беззвучном режиме, я же готовилась к сюрпризу! Три пропущенных от дочки и несколько спам-уведомлений.

Зная, что не усну и утром продолжится пытка в виде разговора с Мишей, приняла одно верное на данный момент решение. Я уеду домой немедленно. Алисе позвоню уже утром, и, скорее всего, это будет раннее утро. Времени на «ждать, когда следом прилетит муженёк», у меня нет. Дочка, хоть и в положении, но узнать плохие новости обязана. Не такой у неё сейчас срок, на котором возможна какая-то угроза, и тем более я всё постараюсь преподнести ей мягко.

Открыв приложение, купила на ближайший рейс билет. У меня было три часа до посадки, а значит, я успею всё же принять душ и не торопясь добраться до аэропорта. Минимальный план был выстроен, об остальном я подумаю во время полёта. Но то, что прощать и жить дальше с Белоусовым я не буду, — это решено! Он предал меня по всем статьям, надругался над моими чувствами, растоптал и унизил меня как женщину. Это слишком!

И снова хочется рыдать в голос. Имею право, но не могу. С опухшим лицом я не появлюсь на людях. Потерплю. Буду плакать внутренне, хоть это и несильно помогает…

— Доброй ночи. Я срочно уезжаю, мужа не стала будить, — подошла к стойке ресепшен. — Вы не могли бы мне вызвать такси до аэропорта?

— Да, конечно.

— Вот ключ от 45 номера. И ещё. Тут рядом нет круглосуточной аптеки? Голова сильно разболелась…

— Есть, по нашей улице. Как раз вам будут по дороге.

— Здорово, попрошу такси меня подождать.

***

Солнце только стало появляться над горизонтом, ослепляя первыми яркими лучами. Я стояла в просторной гостиной у панорамного окна нашего двухэтажного загородного дома. Обхватив себя за плечи, смотрела вперёд и ничего не видела. Мои мысли хаотично метались между прошлым, настоящим и будущим, а по щекам предательски текли слёзы. Их я не пыталась сдерживать, так легче.

Если с настоящим и будущем всё и так понятно, то вот прошлое… Прошлое всегда останется со мной светлым и счастливым временем.

Наша случайная встреча в парке под дождём, его всегда оригинальные ухаживания и вскоре шустрая свадьба, ведь я уже ждала нашу Алису. Жили хорошо, хоть и не шиковали. Однокомнатная квартирка на окраине города, мало места и неспокойные первые полгода жизни нашей малышки. Но как же было хорошо! Всё ладилось. Миша быстро встал на ноги. Алиса росла умничкой, и даже тот факт, что никак не получалось со вторым ребёнком, нас не расстраивал.

Родители с обеих сторон активно нам помогали, Алиска часто оставалась у них. А мы могли побольше позволить себе побыть наедине, поездить по свету. И, конечно, я во всём помогала мужу по работе. А когда Миша решил податься в политику, даже заняла пост генерального директора нашей фирмы, пока не узнала про болезнь. Депутатство у мужа закончилось, и я смело передала ему права правления.

Около двух лет я лечилась и верила, что моя вторая половинка, моя опора и поддержка полностью со мной. И что? Я полностью здорова, полна сил, а муж оказался предателем! А если бы у меня и правда был рак или, что ещё хуже, моё тело отказалось бы мне служить, так вообще бы выкинул на свалку? Страшно предполагать.

У меня было несколько часов, чтобы наметить первые шаги действий. То, что развод будет, — несменяемая истина. Сегодня же в первую очередь найму юриста по бракоразводным процессам, зная, что Миша так легко и просто меня не отпустит. Белоусову есть что терять, кроме меня.

Второе — надо поговорить с дочерью. Она должна быть в курсе. Да, жалко Алису, ведь это будет для неё шок. Она нас безумно любит, и наш брак для дочери всегда был показательным. Но, увы и ах, оказалось не так. Она у меня девочка уже взрослая, сама уже замужем и скоро станет матерью. А мы родителями не перестанем быть.

Вытерев слёзы, привела себя в порядок. Мне всё же уже не двадцать лет, покраснения и опухшие глаза в норму дольше приходят. Выглядеть перед юристом униженной женой я не собираюсь. И меня ждут ближе к обеду.

— Алиса, привет, доченька. Как самочувствие?

— Привет, мамуль. Всё хорошо, собираюсь на плановый приём. А вы там как с папой? Оттянулись?

— Не успели… Давай я за тобой заеду и отвезу тебя в поликлинику? — снова стояла у окна, окидывая зелёные кустарники невидящим взглядом, стараясь говорить с Алисой максимально обычным голосом.

— Э. Ну, давай… Так ты что, уже дома?

— Да. Прилетела ночным рейсом.

— А папа?

— Он остался. Я выезжаю, Алис.

— Ничего не понимаю… Папа сказал, что ты спишь, а ты уехала.

— Дочь, давай поговорим, когда приеду. Собирайся и выходи.

Уже больше суток я не спала и что странно, мне совершенно не хотелось. В крови гуляла чёрная боль, приправленная огромной порцией адреналина. Сразу по приезде домой я собрала все документы: на квартиру в городе, на дом, все свидетельства и рабочие папки по фирме. Всё пригодится, пусть с этим разбирается юрист. И вот сейчас я ехала к дочке с жуткой новостью и тяжёлым сердцем.

Стоило только выехать из гаража, как телефон стал разрываться стандартной мелодией. Белоусов проснулся!

— Слушаю, — включила громкую связь через динамики в машине.

— Даша, мне на ресепшене сказали, что ты уехала ночью. Ты где?

— И тебе доброго утра, неверный муж. Не переживай, со мной всё хорошо. Я дома и сейчас еду за Алисой.

— Ясно. Даш, — Миша громко выдохнул в трубку, — я тебя очень прошу, не делай глупостей. Я скоро приеду, и мы поговорим.

— Мишенька, — в манере его Миры растянула имя мужа, — за меня не переживай. Отдыхай со своей любовницей, отводи душу. А я пока подам на развод.

— Чёрт! Даша! Я же сказал, что всё не так, и Мира не любовница. Ты всё неправильно поняла…

— Конечно, неправильно. И ваши горячие поцелуи, и её голый вид на коленях у твоих ног!

— Не пори горячку! Какой ещё, на фиг, развод? Не смей, слышишь? Мы поговорим, и всё будет как раньше, — отчеканил Белоусов.

Уф, прям применил свой командный тон! Вот только на меня это не действует! Я приняла решение — и точка.

— Как раньше уже не будет. Устраивай свою жизнь, Мишенька, пока есть такая доступная женщина рядом. А с тобой будет разговаривать мой юрист.

Быстро нажала отбой и выдохнула. Как же тяжело! Вместо радости от общения с когда-то любимым человеком, сейчас я испытываю отвращение, горесть и чувство разочарования с толикой потери. Горький привкус появился во рту, а желудок впервые дал о себе знать. Надо хоть чашечку горячего чая выпить, большее точно не залезет.

Глава 7

Михаил

Даша быстро отключилась, оставив меня с открытым ртом. Но разве меня это остановит? Вижу цель — иду к ней! Мой девиз, который всегда работал. Но со вчерашнего вечера всё катилось под откос. Даша каждый мой шаг путала, заставляя нервничать и злиться. Набрал Дашу ещё пару раз, но она каждый мой звонок скидывала. Хорошо, я скоро буду дома, любимая.

Разводиться она вздумала! Никакого развода! Я не отпущу Дашу. Пусть думает что хочет, но она как была моей женой, таковой и останется. Откинув мобильный в сторону, снял очки и с силой растёр глаза. Мне надо действовать на опережение. Снова схватил мобильный и набрал помощника.

— Вячеслав, доброе утро.

— Доброе утро, Михаил Романович. Я уже собирался вас набирать.

— Что случилось?! — с ходу рявкнул в трубку, ещё на работе проблем не хватало.

— Звонила Дарья Николаевна…

— И? — я замер. Что там Даша удумала?! — Что она хотела?

— Попросила немедленно составить акт увольнения Серёгиной вчерашней датой. И незамедлительно отправить вам на подпись. Мне делать?

Браво, Даша! Вот это я понимаю — моя львица! Мысленно аплодировал жене. Начала с соперницы мстить.

— Раз Дарья Николаевна сказала, значит, выполняй.

— Но Серёгина ведь…

— Вячеслав, — резко прервал помощника. Уверен, что он в курсе моей интрижки, — какие «но»? Делай.

— Принято.

— Что-то ещё?

— Нет. В целом всё в рабочем темпе.

— Хорошо. Тогда вот ещё маленькое поручение. Поменяй мне и Серёгиной билеты с вечернего рейса на ближайший. Мне срочно надо быть дома.

Не успел завершить разговор, как в номер вплыла Мира. С самой милой и сексуальной улыбкой она по-кошачьи двигалась ко мне. И если бы ничего вчера не случилось, возможно, сегодня мы проснулись бы вместе. Я в последний раз насладился бы её телом, а по прилёте домой задарил бы дорогую побрякушку и разорвал нашу связь. Сейчас же я хотел только одного — выяснить один факт и спокойно сказать Мире, что её больше нет ни в моей, ни в жизни моей жены.

— Хорошо, что пришла. Сядь, — указал на кресло рукой.

— Мишенька, ты плохо выглядишь. Не спал? Я вот всю ночь мучилась от болей в шее, — она демонстративно провела рукой по тому месту, за которое вчера схватила её Даша. — И очень ныла душа за нас. Как же всё некрасиво открылось! Особенно меня убило истеричное поведение Дарьи Николаевны. Никогда не подумала бы, что такая всегда сдержанная и спокойная женщина так себя хабальски поведёт.

Мира театрально всхлипнула. А я опёрся пятой точкой на небольшой гостиничный стол и скрестил руки на груди.

— Даша себя повела по отношению к тебе по-королевски. Ты мне лучше скажи, зачем ты ляпнула моей жене про болезнь? На что ты рассчитывала, Мира? Я тебе вскользь сболтнул, а ты пошла с козырей?

— Нет! — Мира округлила глаза и чуть подалась вперёд, складывая ладони в молящем жесте. — Все были на взводе, и я уже плохо помню, что говорила. Мишенька, прости! Теперь я понимаю, что не должна была…

— Слабо верится, Мира. Но если я узнаю, что ты что-то ещё гадостливое сказала Даше — зарою. Поняла?

— Да. Но я не говорила больше ничего. Может, она специально на меня наговаривает? Дарью можно понять, такой шок!

— Хватит, Мира. Ты плохо играешь, и мою жену тебе не жаль. Значит так. Я передумал, и домой мы полетим ближайшим рейсом. И ещё. Со вчерашнего дня ты уволена…

— Что?! Почему?

— Да. Это было не моё решение, но я поддержал. Компенсация не положена, но я из личного фонда руководителя выплачу тебе два оклада, — Мира вскочила и хотела возразить. Поднял руку, останавливая: — А если больше не полезешь к Даше и вообще исчезнешь с горизонта, то ещё парочку окладов накину. А это даже очень приличная сумма.

— Решил от меня откупиться?

— Решил нажать кнопку слива на бочке унитаза.

Мира остановилась возле меня и стала всматриваться в лицо, а я по глазам пытался прочитать её мысли. А их в её голове был рой. Но то, что Мира недовольна положением, и дураку понятно.

— Любимый, неправильно откупаться от меня и своего будущего ребёнка, — Мира демонстративно положила ладонь на плоский живот.

— Чего? Какой ещё ребёнок, Мира?

— Самый настоящий, любимый.

— Вообще сбрендила? Я, по-твоему, на идиота похож? Решила всеми доступными способами остаться при кормушке? — цинично улыбнулся уголками губ.

Ну не верил я в эту чушь. Бред полнейший! В конце концов, я не безмозглый юнец, который суёт свою пипетку без защиты, не понимая, какие последствия могут быть.

— Зря ты так, мой хороший. Если бы не твоя Дарья, то после горячей ночи ты узнал бы о наследнике, — она провела ноготками по рубашке, стараясь пробраться в отверстия между пуговиц. — А я просто уверена, что у нас с тобой будет мальчик. Ты ведь всегда хотел сына…

Последние слова Миры сыпались, как пуд соли на открытую рану, причиняя лёгкую душевную боль. Да, я всегда хотел сына. Мечтал о нём, горел мыслями, как буду учить его мужицким штукам. Как буду учить его ездить за рулём и подарю на совершеннолетие первую машину. Как буду давать правильные советы относительно женщин и много чего остального. Но, увы, не получилось. У меня есть прекрасная дочь, которая подарит своему мужу сына, а мне внука. Слабое утешение, но какое есть.

Даже такие сладкие слова не подорвали во мне решение не отпускать мою жену и разорвать интрижку. Тем более это пока просто слова!

— Мира, даже если ты беременна, а я пока имею полное право в этом сомневаться, этот вопрос можно быстро решить, — схватил её ручку и крепко сжал в ладони, чтобы не рыпнулась.

— Поверь, беременность есть. А если не веришь, то я схожу в клинику, и уже врач подтвердит то, что показал мне тест накануне.

— Значит, на этом и остановимся. А пока иди собирайся. Завтракаем и выезжаем в аэропорт.

Глава 8

Дарья

Когда подъехала к дому дочери, Алиса уже ждала меня. Взволнованная и такая красивая в своём положении. По-прежнему стройняшка, в платье-разлетайке и длинном голубом кардигане. Я почти такой же была, только меньше ростом. Дочь взяла немного роста у отца и была меня на полголовы выше. Но с мужем они смотрелись отлично. Мой зять тоже был из богатырей и даже чуть выше Белоусова. Миша тогда по достоинству оценил серьёзность Игната и его внешний вид, благословил с ходу. А мне было достаточно, что Игнат готов Алиску на руках носить.

Меня когда-то Миша тоже на руках носил, мир готов был кинуть к ногам. Но, видимо, через двадцать с хвостиком лет сдулся. Тяжеловата или старовата стала его ноша. Теперь грудастых и губастых подавай. Что ж, он сделал свой выбор. Счастья не пожелаю. Могу лишь только посочувствовать.

Снова начала подниматься волна боли в груди. Пришлось прикусить изнутри щёку, чтобы отвлечься и натянуть ласковую улыбку на лицо, когда Алиса села в машину.

— Привет ещё раз, мамуль! — она, как обычно, поцеловала в щёку.

— Привет, беременяшка. На какое время назначен приём?

— Через двадцать минут должна быть у врача, — она сверилась со своими смарт-часами.

— Хорошо. Я пойду с тобой, а потом давай попьём где-нибудь чаю? Я ещё не завтракала.

Алиса лишь кивнула в согласии, внимательно всматриваясь в моё лицо. Зная, что может начать задавать сейчас важные вопросы, я быстро завела машину и выехала на оживлённую улицу.

Пока ехали до поликлиники, старалась всячески уводить разговор от меня и папы на Алису и её мужа. Спрашивала обо всём и даже о том, что уже знала, прикидываясь, что забыла. В итоге сама отвлеклась и Алиску не разволновала раньше времени. После посещения врача мы с дочерью удобно устроились в небольшой кафешке с чаем и пирожными.

— Мам, ну хватит. Ты думаешь, что я совсем дурная и ничего не понимаю? Выкладывай. Поссорилась с папой?

— Алис, ты не дурная, — улыбнулась ей через не могу, — просто не хотела волновать перед посещением врача. И мы не поссорились. Мы разводимся.

Оказывается, есть большая разница — сказать вслух о разводе мужу-изменщику и дочери, которая окажется между нами. Взяла чашку в руки и крепко сжала, отвернувшись к окну. К глазам снова стали подбираться слёзы обиды, а пауза слишком долго затянулась.

— Мам… В смысле разводитесь?! Почему? Что могло такого случиться? Ведь вчера всё было хорошо.

Набрав побольше воздуха в лёгкие, проглотила слёзы и вместе с чаем — ком в горле. Вот тот момент, когда грязная правда должна вывалиться на мою единственную дочь. Миша, вот что ты за человек такой? Почему, когда ты ложился с этой подстилкой в постель, не думал о той боли, которую причинишь двум другим, самым близким и родным женщинам?

— Ты права. Всё было хорошо до того момента, пока я случайно не стала свидетельницей измены твоего папы.

— Измены? Офигеть… Мам, как?

— Ты правда хочешь это знать? Мне, если честно, очень больно и противно это вспоминать.

— Понимаю… Хотя не понимаю, но поддерживаю. Мам, а точно была измена? Ничего не могла перепутать?

Видела, как Алиса пытается уцепиться за малейший шанс и не принять правду. Но факт был, и любовница Белоусова всё нахально подтвердила.

— Нет, Алис, я всё видела своими глазами. Я ведь полетела к нему, чтобы сделать сюрприз. Отдохнуть вдвоём. Сама понимаешь, — дочь кивнула, отодвигая от себя пустую десертную тарелку. — Проникла в его номер и стала ждать мужа после переговоров, а он… Он ввалился в номер не один. Горячо целуясь и буквально срывая вещи с себя и с этой…

— Боже… — дочь закрыла рот ладошкой, в её глазах читался шок. — А потом?

— А потом я прервала их звериные игры, и начался кошмар. Алис, дальше не буду рассказывать. Это уже неважно, простить я в любом случае не смогу. Особенно зная, что твой отец изменял мне два года…

Всё, мои силы иссякли. Голос стал садиться, а слёзы всё же вырвались наружу. Алиса подала салфетку, чтобы я промокнула влажные дорожки, а потом в поддержке сжала руку.

— Вы поговорили с папой?

— И да, и нет. Но зато отлично пообщалась с его любовницей.

— В каком смысле?

Я ухмыльнулась, вспомнив, как визжала эта искусственно накачанная. Мелочь, а приятно.

— Этой нахальной особе хватило наглости заявиться ко мне в номер и выложить правду, которую побоялся сказать твой папа. Оказывается, у меня был рак, мне вырезали матку, и я теперь неполноценная женщина! Представляешь, что насочинял Миша, чтобы под красивым предлогом мне изменять!

Снова вернулась безумная злость! И я до сих пор задыхалась от понимания, насколько подло поступил муж.

— Ужас… Но ведь это не так!

— И от этого больнее вдвойне, — поджала губы.

— Мам, ты прости, но я не верю, что папа мог так опуститься… Такое про тебя наговорить. Это надо быть последним мерзавцем, чтобы… Боже! У меня нет слов. Я в шоке…

— Дочь, прости, что всё рассказала. Мне очень тяжело и плохо. Я морально умираю от двойного удара в спину. Но ты должна знать. И должна понимать, что я не смогу даже на толику допустить, чтобы его как-то понять и простить. Это просто невозможно.

Алиса кивнула, не в силах ответить. Теперь у неё в глазах стояли слёзы, а другая рука лежала на животе. Пора закругляться, а то ещё ей станет плохо, а такого я не хочу. Дочку люблю больше жизни и должна ей всячески показать, что мир не рухнул.

— Алис, ты, главное, так не переживай. Мы с папой разберёмся, тебя впутывать не станем. Ты наша дочь, и мы очень сильно тебя любим. А развод… Ну, многие через это проходят.

— Я понимаю… Но всё равно пока не могу поверить.

— Знаю. Время всё расставит по местам и залечит раны.

Моя стойкая девочка всю дорогу до своего дома молчала, но потом взяла с меня слово, что я буду держать её в курсе. Конечно, буду, вот только не во всех подробностях. Просто Алисе многое знать не надо. Хватит и того, что она и так уже глубоко переживает.

А после я поехала на встречу с юристом, где меня огорошили сумасшедшей новостью. Теперь стало ещё понятнее, почему мой муж категорически не хочет разводиться.

Глава 9

Алиса

После разговора с мамой ещё долго не могла прийти в себя. Сложно, практически невозможно поверить, что папа мог так подло поступить!

Вышагивая по кухне из угла в угол, понимала, что ничего сегодня делать не смогу. Буквально всё валится из рук, а в голове так и крутились слова мамы: «…Морально умираю от двойного удара в спину… развод. Многие через это проходят». Бедная мама! Сложно представить её раненые чувства. Хочется помочь, быть рядом и поддерживать, но я не могу, понимая, что доведу себя и её до истерики.

Малыш притих с той минуты, как новость поразила моё сознание. Мой мальчик чувствовал мои переживания и не пинался, тихонько выжидая, когда его мама придёт в себя. Погладив живот, присела на стул и взяла телефон, удерживая себя от звонка Игнату. Расскажи я ему всё сейчас, он ведь сразу раскусит моё состояние, чувствует меня, даже когда очень далеко. И точно знаю, что бросит всё и примчится ко мне успокаивать. Нет, поделюсь бедой с мужем вечером.

Снова прошлась по квартире в попытке отвлечься, но хватило меня ненадолго. Злость на папу взяла верх.

— Алиска, привет! Ты снова маму ищешь?

— Нет, папочка, я тебе звоню. Ничего не хочешь рассказать? — встала у окна, одной рукой опираясь о подоконник.

— Э. Даже не знаю. Ты так издалека спрашиваешь… Может, намекнёшь?

— Хорошо. Мама дома. Такой намёк понятен?

— Ясно, — папа тяжело выдохнул в трубку, а я только сейчас различила гул голосов на заднем фоне. — Значит, мама всё же решила втянуть тебя в эту грязь. Умница, что ж…

— Папа! Если бы ты сам не влез в эту грязь, то ничего бы не было! И мама бы не запачкалась! Я ведь думала, что ты самый чудесный, самый честный, а ты…

— Алис, послушай меня. Я не знаю, что тебе наговорила Даша, но всё не так! Я сейчас в аэропорту и буквально через несколько часов буду дома. Давай я заеду к вам с Игнатом, и мы поговорим? Хорошо, дочка?

— Заедешь один или с любовницей?

— Ты перегибаешь, дочь. Не веди себя как истеричная особа, таких мужчины не любят.

— Вот спасибо, папочка! Не надо приезжать, мне и так всё ясно. И очень больно за маму. Она не заслужила от тебя такого предательства!

Последние слова я выкрикнула в трубку и сбросила вызов. Чёртовы гормоны в стократ увеличили эмоциональность организма. И ведь не хотела грубить, лить слёзы, а получилось наоборот. Шмыгнув носом, вытерла влажные щёки и уставилась на входящий звонок от тёти Юли. Неужели она уже в курсе?

— Привет, тёть, — голос показался слегка осипшим.

— Привет, зайка. Как ты себя чувствуешь? Как там мой будущий внучок?

— Всё хорошо. Была сегодня на плановом приёме, развитие идёт согласно сроку. Как сама? Как мои братья?

Тётя Юля была старше мамы на три года, и эту разницу невозможно было не заметить. Они были внешне очень разные. И года старшей сестры, казалось, бежали быстрее, чем у моей мамы. Я никогда не понимала, да и не спрашивала, почему между ними словно чёрная кошка пробежала. Но ко мне тётка всегда хорошо относилась. Её любила, как и она меня. А мои двоюродные братья относились ко мне как к родной младшей сестре.

— Ой, да что у них может произойти? Всё как обычно, треплют нервы отцу, я не лезу. А почему у тебя такой расстроенный голос? Случилось что?

Всхлипнув, снова почувствовала на сердце горечь, злость на отца и жалость к маме. Не выдержала и всё рассказала родной тётке. Не чужая, близкая ведь.

— Ужас какой… Не верится мне, что Миша так мог поступить. А матери передай, что б не рубила сплеча, пускай успокоится.

— Не стану, я полностью на её стороне. Нельзя такое прощать!

— Тише-тише, Алис! Ты-то не лезь туда. Они взрослые и пусть сами решают, как им быть. И не нервничай, ещё как бы хуже не стало. Куда, говоришь, мама потом поехала?

— Вроде к юристу.

— Ох. Торопится Дашка… Может, приехать к тебе, пока муж на работе?

— Не надо, тёть Юль. Вроде легче, пойду полежу и книжку почитаю.

— Вот и правильно. Но если что, то сразу звони. Целую.

Мира

До посадки на борт оставалось полчаса, а Юля обрывала мой телефон. Что могло такого случиться срочного после того, как я ей написала, что мы вылетаем и скоро будем дома? Ведь промолчала на это.

После разговора в номере и моего искреннего вранья Мише, он словно замкнулся в себе. Пару фраз после кинул и всё. Словно рядом с ним не любящая все эти два года женщина, а пустая болванка или тяжёлый багаж, который забыл сдать при регистрации. Вроде как нужен, но и тяготит. Бесило!

Уткнувшись в свой телефон, Миша читал новостные ленты либо кому-то названивал по работе. Я несколько раз пыталась обратить его внимание на себя. То прижмусь плечом, то по руке поглажу, скажу что-то приятное. Результат — игнор! А тут Юля!

Отошла подальше от любовника, нутром чую, что важное скажет.

— Привет.

— Ну, наконец-то! Ты чем там занимаешься? Какие новости? Моя сестрица уже вовсю мчится на развод подавать.

— Очень замечательно, — довольная улыбка растянулась на лице. — Прям радостно.

— Мне тоже. Правда, дочери всё рассказала, а та уже отцу позвонила.

— Да, слышала, как Миша имя дочери называл. И что она?

— Что-что… Встала на сторону матери, естественно, — хмыкнула в трубку подруга и продолжила откровенно ликующим тоном: — И нам это на руку! Быстрее разведутся. А ты там давай дожимай Белоусова, чтобы твоим полностью стал и Дашку без копейки оставил. Хочу видеть её слёзки и страдания.

— А ты правда её родная сестра? — снова вставила старую шутку, не в силах подавить улыбочку. — Про беременность сказала. Теперь надо устроить приём у проверенного гинеколога и получить справочку.

— Есть у меня хорошая знакомая, но сумма будет зверская. Готовься расчехлять кошелёк.

— На такое дело даже кредит возьму. Без проблем, договаривайся с ней.

Обожала эту женщину. И то, что она полностью на моей стороне. Это ж надо так ненавидеть младшую сестру, чтобы разрушать её семью и радоваться факту. А мне только на руку.

Глава 10

Дарья

— Добрый день, проходите сразу в кабинет. Денис Гордеевич вас уже ожидает.

Моего возраста женщина с доброй улыбкой и таким же взглядом проводила до кабинета, тихо прикрыв дверь за мной. Навстречу мне встал высокий молодой мужчина, обогнул стол и протянул руку.

— Никитин Денис Гордеевич, но можете просто по имени. Не все выговаривают моё отчество, — улыбнулся он, легко пожимая руку.

— Белоусова Дарья Николаевна. Давайте для простоты будем обращаться друг к другу по именам.

— Согласен, — он вернулся за стол и сложил кисти домиком. — Итак, Дарья, изложите мне суть вашей проблемы, и я максимально постараюсь вам помочь.

Всё же, когда я искала нужного мне юриста по бракоразводным процессам, никак не думала, что им станет настолько молодой специалист. Реклама и многочисленные отзывы — все как один кричали о другом Никитине, и тот явно был старше. Склонила голову набок, слабо верилось, чтобы этот парень смог с высоты своего жизненного опыта мне помочь. Сомнения стали терзать мысли, и, наверно, это отразилось на моём лице.

— Дарья, давайте начистоту. Вы немного шокированы моим возрастом и сейчас сомневаетесь в сотрудничестве, — я кивнула его проницательности. — И я вас понимаю. Хочу внести немного ясности. Наша юридическая контора имеет двоих Никитиных. Мой отец — директор и практикующий юрист. Но, к сожалению, его на данный момент нет в городе, поэтому вас могу принять я. Давайте попробуем начать, и если вас что-то не устроит, то обратимся к моему отцу. Либо вы всегда можете поменять контору и самого юриста.

— Справедливо. Я согласна, но у меня один вопрос.

— Смело задавайте, — Денис Гордеевич развёл руки в сторону, показывая, что ему нечего скрывать и он на всё ответит.

— Какой у вас опыт именно по разводам? По тяжёлым разводам?

— Не сильно большой, но успешный на сто процентов. Видите ли, Дарья, мы единственные, кто берётся именно за тяжёлые случаи. Мы не просто ведём сам развод, но и берём на себя все обязательства перед клиентом в течение, но и какое-то время после. Бывают, на первый взгляд, совсем безвыходные ситуации. И это даже интереснее.

— Насколько безвыходные? — было очень интересно.

— Например, мы возвращали детей матерям, которые отчаялись их увидеть. Был случай, когда влиятельный муж чуть ли не в плен жену взял и не хотел отпускать, пока она не откажется от развода. Вызволили, так ещё и мужа вернули в действительность перед законом. Очень много случаев. И прятали клиентку от мужа-бандита, как выяснилось позже его тёмное дело.

— Ничего себе. Хорошо, Денис, вы меня убедили. Давайте попробуем.

Нам принесли чай с сушками, Никитин включил диктофон. Так надо для дела, и мне пришлось, как на исповеди, поведать ему причину моего прихода. Не перебивая, молодой адвокат слушал и кивал. После я передала ему папку со всеми ранее собранными документами для ознакомления.

— Хм. Очень интересно… Дарья, а с чего вы взяли, что вы больше не являетесь директором фирмы «Сфера недвижимости»?

Денис Гордеевич, отложив в сторону все свидетельства и изучив документы по нашей с мужем общей фирме, ошарашил вопросом.

— Как с чего? Муж сам занялся переоформлением со штатным юристом документов, и после меня не трогали. Я даже подписывала приказ.

— Странно. Но я смотрю устав и организацию фирмы за этот год, и вы по-прежнему числитесь директором. Возможно, тут ошибка, но я в это не верю, — он внимательно посмотрел на меня. — Есть вероятность, что ваш муж специально ввёл вас в заблуждение? И догадываетесь почему?

Теперь пришла моя очередь разводить руками. Такого я не ожидала и не понимала. Я отошла от дел, как только стала плохо себя чувствовать. Конечно, помогала Мише, чем могла, но больше дома и словом. Однако к работе не возвращалась. А тут получается, он намеренно всё сделал так, чтобы я была главой. Да и зачем? Что за секреты и тайны?

— Понятия не имею. И для меня это сейчас полнейший сюрприз.

— Хорошо. Давайте пока сделаем так. Намерение ваше развестись так и осталось, правильно? — я кивнула. — Тогда я сейчас займусь тем, что подам от вашего имени заявление на развод и после ещё раз по своим каналам удостоверюсь насчёт вашей должности. Да и надо составить список всего вашего вместе нажитого имущества и на первом слушании предоставить суду.

— Хорошо. Мне как быть? Муж категорически против развода.

— Конечно против. И я более чем уверен, что будет бодаться с вами за фирму. Вот только я должен точно знать: данная фирма вам нужна?

Во мне плескались такая боль и обида на мужа, что теперь у меня просто не было возможности отступить. Можно было пойти навстречу Белоусову и как-то разделить или потребовать равносильную моей доле в фирме компенсацию. Но нет! Он подло меня предал. А значит, я заберу у него всё ему дорогое — его рукотворное детище. Пусть со своей подстилкой начинает всё с самого начала.

— Я хочу забрать у него всё, что смогу. Всё, что моё по праву. И даже больше. За моральный вред.

— Я понял, — он выключил диктофон, отдал помощнице документы, с которых необходимо снять копии. — Дарья, а теперь слушайте внимательно, как вам надо поступить и в первую очередь уберечь себя.

Подавшись вперёд, сжала кисти в замок. Кое-какие мысли у меня были, но послушать профессионала стоило.

— Во-первых, сократите до минимума общение с мужем. Во-вторых, все вопросы по бракоразводному процессу пусть ваш муж решает через меня. Дайте ему мою визитку. Сами не вступайте в дискуссии и разговоры, которые могут привести к негативу.

— Если честно, то мы уже достаточно поговорили, и я не горю желанием видеть его. Но придётся, — Денис Гордеевич приподнял бровь. — Пока живём в одном доме. И сегодня точно встретимся.

— Тогда настоятельно прошу как можно быстрее разъехаться. Вам есть где пожить до развода?

Молодой мужчина с тёмными волосами и ясными светлыми глазами подался вперёд, а его голубая рубашка натянулась на плечах. Странно, но я отметила этот факт, а потом мысленно пожала плечами.

— Да, проблем нет. У дочери, у мамы полно места. Подруги помогут…

— Вот и отлично. Как придёт уведомление из суда, что ваше заявление принято и назначат дату первого заседания, я вам сразу сообщу.

— Спасибо.

— Пока ещё не за что. Задержитесь, пожалуйста, у Светланы Викторовны, чтобы заполнить стандартный договор и доверенность.

— А оплата?

— Там в договоре всё прописано, — адвокат встал и проводил до двери. — Дарья, держитесь. Но я уже чувствую, что будет нелегко.

Глава 11

Михаил

— Мы приехали. Сиди тихо дома. И чтобы не отсвечивала! — рыкнул на Миру, когда она потянулась ко мне за поцелуем.

Таксист уткнулся в телефон и делал вид, что не слышит и не видит. Мира поджала губы и кинула быстрый взгляд на свой подъезд. Мне же скорее хотелось оказаться дома и быстрее снова попытаться поговорить с Дашей. Разводиться она надумала! Не будет никакого развода! Я не дам!

— Мишенька…

— И ещё. Завтра вместе съездим в клинику. Я должен точно знать про ребёнка.

— Можешь не сомневаться. Ребёнок есть, — фыркнула Мира, обиженно отворачиваясь, сжимая руки в кулачки.

— Значит, тебе нечего бояться, — посмотрел на часы, время сейчас мне очень дорого. — Сама выбери врача, мне некогда.

— И на том спасибо, любимый.

Мира всё же поцеловала в щёку и выскочила из машины. Таксист вышел следом, достал из багажника её небольшой чемодан, и вскоре она скрылась в подъезде.

— Куда дальше едем, уважаемый?

— Домой… Вернее, элитный посёлок «Сосновый», дом 15.

Через пятнадцать минут таксист притормозил у больших кованых ворот, и я влетел домой, зная, что Даша здесь. Её машина была припаркована у гаража, хотя обычно она её загоняла внутрь.

— Даша! Даша, ты где?

Замер в прихожей и прислушался. На втором этаже раздавались тихие шаги. Бросил сумку, скинул туфли и туда с одной мыслью — успокоить жену и сделать всё возможное, чтобы сохранить брак.