электронная
144
печатная A5
476
16+
История начинается

Бесплатный фрагмент - История начинается

Часть I

Объем:
394 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4483-1573-2
электронная
от 144
печатная A5
от 476

Добро пожаловать, дорогой читатель!

Перед вами несколько сотен страниц экспериментирования. С формой, словами, смыслами и сюжетами. Вы увидите множество лоскутков разноцветных текстов, которые, объединяясь, становятся одной большой Историей.

Для удобства чтения я решил разделить книгу на две части. Каждая часть включает два раздела, тексты в них расположены в хронологическом порядке (за исключением случаев, когда мне показалось логичным объединить их следуя другим принципам, например, рядом я поместил все небольшие миниатюрки-сценки).

В первой части «Истории…» собраны проза и поэзия.

Не люблю писать длинную прозу, разве что блинную… но на блинную не хватает времени, потому большинство представленных в этом разделе произведений невелики (однако, несколько крупных «блинчиков» вы там всё-таки найдёте). Философские и романтические, иронические и юморные: приятно, если они вызовут у вас самые разные чувства.

Гармоничное сочетание смысла и формы — вот что мне кажется важным в поэзии (и я, к счастью, не одинок). Именно в поисках этого сочетания я и пребываю. Порой, мне, как будто, удавалось почувствовать близость «Его», но это всегда оставалось едва осязаемым прикосновением шёлковой ткани. Посему я лелею надежду, что, хотя бы, пара строф из нескольких стихотворений после прочтения останется с вами.

Во второй части книги обитают несколько диковинные жители — Футуфанты, а компанию им составляют «сестры таланта».

Футуфантами я назвал короткую игровую прозу и стихи для детей (и взрослых детей) — яркие по ритму, форме, часто не несущие глубокого смысла, однако (вы не подумайте!), осмысленные. Говорят, что родители любят своих детей одинаково: не знаю, как там с детьми, но из всего, что я написал, Футуфантов я люблю больше всех! Весёлые, резвые, непосредственные, немного наивные и такие живые. Да что я говорю? Сами прочитайте!

И, наконец, в четвёртом разделе живут тексты из моей записной книжки. Там вы найдёте мысли, идеи, размышления, что возникают в голове между написанием произведений, размером превосходящих пять коротких предложений. Короче говоря, под конец книги, я буду краток.

Итак, я приглашаю вас в мир моих экспериментов. Волнуетесь? Я очень! Но раз книга оказалась перед вами — почему бы нам вместе не попробовать? Ведь История-то только начинается!

Екатеринбург, август 2016

Буду рад вашим отзывам и комментариям!

Ими можно и нужно делиться с помощью электронной почты: dmitry.ahtamov@ya.ru

Кстати, новые тексты вы можете читать: stihi.ru/avtor/dima41

Благодарности

Почти всегда (за исключением случаев с гениями-отшельниками) есть люди, что сопровождают, окружают тебя, вдохновляют тебя и, да, верят в тебя. Даже когда ты уже не веришь. Я счастливый человек — у меня есть такие люди.

Глубоколюбимой мною Наталье Биглер — доброму другу, множество раз вытаскивавшей меня из глубин моих апатичных мысленных скитаний и не раз вдохновлявшей меня. Елене Назиповой за веру в литературу и меня, и меня в литературе. Андрею Рогацкину за обсуждение, соучастие и сотворчество. Маргарите Беляниной за любовь к Антону Павловичу, за увеличившееся количество книг про него в моей библиотеке и, конечно, за замечательную вышивку. Моим первым благодарным слушателям — О. Н. Звездиной, Н. Ядаковой А. Е. Быковой, Е. В. Дусье (отдельная благодарность за помощь в наборе текстов). Соне Меламед — за поддержания литературного духа в психологическом царстве.

Моей большой семье, которая, какие бы ситуации мы не переживали, принимает, поддерживает и верит в меня — маме Елене, папе Игорю, брату Грише, бабушке Татьяне, сестре Юле, сотворившей замечательный рисунок для обложки; двоюродному брату Ване, вдохновившему меня на несколько ранних произведений. Так, однажды, мы возвращались из сада и высадили бабушку с Ваней на остановке, с которой они могли доехать до своего дома. Тогда Ване было года два-три.

Вот стоят на остановке двое

     и машут нам вслед,

А мы уезжаем всё дальше

     и лето уходит во век.

Улыбку мальчишки стоящего

     запомню я навсегда!

Жаль, что мысль настоящего

     имеет власть забытья!

И, наконец, открою вам секрет: создание меня как автора и создание этой конкретной книги связаны, на самом деле, с одним человеком — человеком, всё это время верящим в меня, дававшем ценные филологические советы; человеком, оказывавшем всеобъемлющую моральную и психологическую поддержку и неустанно занимавшемся (и даже когда устанно всё равно занимавшемся) редактурой и корректировкой текстов, — Татьяной Викторовной Фоминых. Без Татьяны Викторовны этой книги не было бы. Ни больше ни меньше.

Друзья, мы много прошли за эти 5 лет, с тех пор когда в мае 2011 я создал первый эскиз обложки наметившейся книги, пора, наконец, сделать следующий шаг.

Проза

Истории про девочку Соню

От автора

В одном городке, возможно, и в вашем или в моём, живёт вот такая девочка: выдумщица, проказница. Даже, наверное, в каждом городе, посёлке или деревне есть похожие люди. И я вам скажу больше: в каждом из нас живёт такой человек, только не все это показывают, не все разрешают себе быть такими.

Один раз я решил записать стишок про паучка и придумал к нему историю «Паучок» про девочку Соню и её друзей. Жизненные ситуации, которые я описываю, действительно происходили, ведь они случались со мной, возможно, не все, но многие.

Паучок

Соня сидела на табуретке около стола и смотрела в уголок на паучка, который плёл паутину, и у неё сплелось вот такое четверостишие:

Паутинка у меня,

Паутинка не моя,

Паутинка паучка,

В уголке висит она.

Она с радостью повторила его несколько раз, чтоб запомнить, а потом побежала рассказывать маме. Мама была на кухне и мыла посуду. Когда она услышала стишок, то очень обрадовалась и посоветовала его записать.

Девочка, топоча, побежала по коридору в комнату, так что только пятки сверкали. А мама вздохнула:

— Бедные соседи снизу!

Соня добежала до комнаты, взяла бумагу и фломастер, и начала писать:

— Поу-ти-нка… нет, похоже, не так. Мам! — раздалось на всю квартиру так, что аж стены задрожали. — Как пишется слово «паутинка»: «па» или «по»?

— Па, — раздалось из кухни.

— Спасибо, — удовлетворённо сказала Соня себе под нос.

— Что? — не поняла мама. — Что ты сказала?

— Я сказала: «Спасибо!» — закричала изо всех сил девочка. — Спасибо!

— Я слышу, не глухая, — ответила мама. — И не надо так кричать! А то я сойду с ума от твоего крика!

Соне категорически не хотелось, чтоб мама сходила с ума, а то у подруг будут нормальные мамы, а её мама будет сумасшедшая! Нет, этого абсолютно нельзя было допустить! Чтоб лишний раз не краснеть, а то вдруг мама будет нести всякую чепуху! Так что лучше извиниться, и она сказала:

— Извини, мамочка!

— Что, что? — не расслышала мама.

— Да так, ничего особенного, — обиделась Соня, а про себя подумала: «А говорит, что не глухая! Ох уж эти взрослые! Говорят одно, а делают совсем другое».

Ошибка

«…Не считаете ли вы это подрывом демократического строя, и каков, по вашему мнению, будет уровень инфляции на следующий год, а на сколько поднимется ВВП?», — орал на всю квартиру телевизор. Папа Сони сказал, что ему очень важно посмотреть эту передачу, и попросил не шуметь.

В кои-то веки из квартиры Биркиных доносится не детский крик, а разная белиберда из телевизора, которую вместе с папой девочки слушает весь подъезд. Соня уже лежит в кровати и пытается заснуть, но ей мешает дурацкий железный ящик.

Она попробовала считать слонов, потом баранов, потом лошадей… Когда Соня, на её взгляд, пересчитала всех животных, то обнаружила, что летит на сером тумане или облаке, ну, в общем, она летела точно!

— Куда это я лечу? — подумала девочка. И тут её охватил такой страх: Соня вспомнила, что боится высоты! Вцепившись в то, на чём летела, она стала кричать, что было мочи:

— Снимите меня отсюда! А-А-Й!!! Мамочка! — вскрикнула она, когда её воздушный корабль тряхнуло от порыва ветра.

— И всё же, над чем я лечу? — спросила Соня сама у себя. Узнать это, казалось, не трудно — надо было просто выглянуть за пределы тучки. К этому моменту девочка опять забыла, что боится высоты, и без труда выглянула за борт. Под ней неслись дома, машины и дороги.

— Что это такое? А… это, наверное, сон, — догадалась Соня.

— Тогда надо себя ущипнуть, и я сразу проснусь.

Она со всей силы вцепилась ногтями правой руки в левую руку и так закричала от боли, что у неё самой уши заложило. Она кричала, но хватку не ослабляла, надеясь, что вот-вот проснётся. Но усилия оказались напрасными, к тому же она раскровенила руку. Боли Соня не чувствовала, и ранка скоро зажила.

— Наверное, это волшебный сон, — подумала она.

И тут перед Соней появилось изображение какой-то старушки, которая спросила девочку:

— Как тебя зовут?

— С-Соня, — со страхом в голосе ответила Соня. — Но, вообще-то, меня зовут Сонет Ибн Сахат Лумн Кёкза Вторая, — соврала она.

Соня это сделала затем, чтобы старушка не отобрала её имя, а потом не послала работать на рудники. Именно это случилось с главной героиней фильма, который недавно смотрел папа.

— Ясно, — усмехнулась старушка. Так что, Ибн Сахат, не хочешь ли ты отведать конфет? — и она протянула Соне коробку.

— Спасибо, — сказала девочка, принимая конфеты. — А ты кто такая? — с набитым конфетами ртом спросила Соня.

— Я? — удивилась старушка, — я твоя совесть.

— Моя совесть? — недоуменно переспросила девочка. — А почему ты такая старая?

— Потому что я совесть!

— Ну и что?

— А то, что совесть появляется гораздо раньше человека!

Соня присвистнула.

— Что ты свистишь? — спросила совесть.

— Да я тут прикинула, сколько лет маминой совести.

— А-а, — понимающе протянула старуха.

— Послушай, совесть, а я что, умерла, раз ты ко мне явилась?

— Нет, нет! Что ты, Соня, — рассмеялось изображение. Я просто пришла сказать, что разговаривала с совестью твоей мамы, и она просила передать, что ей очень совестно.

— За что? — не поняла Соня, — вроде бы мама ничего мне плохого не делала.

— За то, что она не устроила тебе празднование дня рождения, когда тебе исполнилось одиннадцать лет.

— То есть как одиннадцать?

— Ну, тебе же сейчас одиннадцать, правда?

— Нет, мне шесть!

— Как шесть? Этого не может быть! Ой, боже! На пять лет промахнулась, вот память.

— То есть как на пять? — не поняла Соня.

Но совесть не ответила ничего и испарилась.

Соня открыла глаза: за окном уже светило солнце. Она встала и побежала к маме.

— Мама, — строго спросила девочка, — почему ты не сделаешь мой день рождения, когда мне будет одиннадцать?

— Не знаю, — удивилась мама.

— Это хорошо! — обрадовалась Соня. — Значит, ты его сделаешь!

Соня на кухне

День был просто замечательный, настроение супер! Солнце светило ярко, поблёскивая на водной глади городского пруда. Соня сидела у себя дома за столом и рисовала.

Вначале она рисовала хомячка, потом это стало больше походить на опоссума, ну а к концу работы у девочки вышел скунс. Правда, он был не бело-чёрный, а оранжево-бело-коричневый. Это произошло из-за того, что в коробке с фломастерами не оказалось чёрного, а его заменил коричневый, белый остался белым, а вот оранжевый попал на лист случайно, хотя, если ещё раз пересмотреть ход работы, то цвет попал туда, как выразилась Соня, чтоб разрядить коричнево-белую обстановку.

Закончив работу над своим шедевром, Соня как воспитанная девочка сложила фломастеры в коробку и положила на полку. Рисунок же она хотела показать маме, но тут же вспомнила, что мама ушла по делам, и что она, Соня, в доме одна. Первый раз!

— Ну, ничего! Покажу потом, а лучше повешу рисунок на входную дверь, — осенило Соню. Девочка взяла скотч, ножницы и пошла на лестничную площадку. Она повесила рисунок и тут решила, что надо сделать надпись, а то вдруг мама не поймёт! Быстро справившись с заданием, она посмотрела на проделанную работу. Получилось красиво: на чёрной однородной двери висел красивый разноцветный скунс. Но тут Соня заметила один недостаток: у скунса не было хвоста!

— Что же делать? — подумала Соня.

Немного поломав голову, она решила:

— Ничего не делать! Да! Точно! Ничего не делать!

Ещё раз взглянув на дверь, девочка пошла в квартиру.

Соня села на диван и огляделась: «Чем бы ещё таким заняться?» Как назло, в голову ничего не приходило. Соня посидела ещё немного и порядком заскучала, когда её осенило: ведь мама-то вернётся голодная, и ей захочется поесть, а готовить — ясно дело — нет… А дальше мысль в Сониной голове развивалась со скоростью в несколько лошадиных сил:

— Лучше я сама что-нибудь приготовлю! — решила Соня. — Борщ! Да, борщ!

И она уверенно зашагала на кухню. Тут же с кухни послышался грохот — это Соня искала подходящую кастрюлю для борща.

Убрав все осколки тарелок, девочка, как ни в чём не бывало пошла в кладовую за овощами. Вытряхнув из мешков их содержимое, она стала доставать из кучи овощей картошку, свёклу и лук — главное содержимое борща, так, по крайней мере, считала Соня. Вернувшись на кухню, Соня стала чистить картошку. Не почистив и полкартошины, она покончила с этой мучительной затеей и побросала овощи не почищенными, но зато помытыми.

Так же Соня поступила с луком и свёклой. Когда суп уже стоял на плите и испускал ароматы, — правда сказать, не совсем приятные, — Соня вспомнила, что забыла мясо, но мяса в морозильнике не оказалось, а была только рыба. Недолго думая, Соня затолкала в кастрюлю и рыбу. После этого она посолила суп, добавила разных приправ, которые нашла в шкафу, и если не считать того, что с солью она малость переборщила (случайно перевернула солонку, и её содержимое: буль, буль), то суп получился хорош. В этот момент как раз подоспела мама — в замочной скважине послышался скрежет ключа. Соня как ошпаренная сорвалась с места и побежала к двери. Через секунду или две в дом зашла мама и не успела сказать ни «здрасте», ни «до свидания», как Соня уже спросила:

— Как тебе мой рисунок, мамочка?

— Это тот, на котором написано «Это ты, мама»? — с обидой в голосе спросила мама.

— Нет. Это тот, на котором написано «Это тебе, мама»! — удивлённо ответила Соня.

— Там не может быть написано то, что там не написано! — заупрямилась мама.

— Нет, не может! — подтвердила Соня. — Вот я и говорю: там не может быть написано «Это ты, мама», если там написано «Это тебе, мама».

Но мама уже ничего не слышала, она причитала:

— И это после того, как я её кормила, поила, и вот благодарность! Я! Скунс бесхвостый! Но тут мама почувствовала, что с кухни чем-то пахнет.

— А что у тебя там? — подозрительно спросила мама.

— А это я суп готовлю, борщ! — сообщила ей Соня.

— Правда? — испугалась мама. — Золотце, скажи, что это не правда! А?

— Это правда, — подтвердила девочка.

— О, боже, за что мне это? — вскинула руки мама. И пулей помчалась на кухню, а Соня так и осталась стоять на месте, не понимая, что происходит. И тут с кухни донёсся вопль:

— Соня, ты что наделала!

— Понравился! — с облегчением подумала девочка.

Супер-мама

— Оказывается, магазины очень удобная штука, в них можно купить практически всё, особенно в гипермаркетах, — сообщила маме Соня.

Последнее слово она выговорила с трудом и теперь обдумывала, правильно ли сказала, потому что никакой реакции от мамы не последовало. Когда Соня убедилась, что всё сказано верно, то уставилась на маму.

— Откуда ты это узнала? — с интересом спросила мама.

— Я? — переспросила Соня.

— Да ты, — подтвердила мама.

— Я это узнала из телепередачи.

— А-а! Как называется?

— «Домашние заботы» с Кирой Кифировой, только на канале «Россия», — начала, как в рекламе, тараторить Соня.

— Ужас, в программе «Домашние заботы» разговаривают о магазинах! — возмутилась мама.

Но дочь этого уже не слышала, она пересказывала рекламу, и как раз в этот момент дошла было до рекламы зубной пасты, как мама её остановила:

— А пошли прогуляемся? Заглянем в кафешку, как это сейчас говорят: оттянемся по полной! — заманчиво проговорила родительница.

Дочь сразу остановилась и спросила:

— Мама, что это ты удумала? Забыла, у тебя и целлюлит, и гастрит, и склероз, и ещё полный наборчик! — Соня перечислила все болезни, о которых слышала в рекламе.

— Ну, ну, притормози, дитя двадцать первого века. Твоя мать ещё покруче этого… как его? А! Швалькенцера! — и она стала пританцовывать на месте, крутя всеми частями тела, и с каждой минутой всё больше набирая обороты.

— Да, я вижу, — сказала дочь и ахнула: мама переходила на нижний брейк.

— Слушай, рэп-звезда ты наша недоделанная, — рассмеялась Соня, — кухню не разгроми!

Но мама не обратила на это никакого внимания: она зарэповала какую-то песню под свой ритм. Соня уже решила уйти, как что-то щёлкнуло, она повернулась и увидела маму в сложенном состоянии.

— Ну, что? Утолила танцголод?

— Да! — прохрипела мама, — позови папу, быстро!

Новая питомица

— Ух, ты! — восхищалась Соня. — Какие черепашки! Мама, мама, а можно мне одну, а?

— А зачем тебе? — спросила мама.

Сейчас Соня с папой и мамой находились в зоомагазине. Они зашли туда не случайно: бабушка заболела, а у неё две кошки, вот она и попросила зайти в магазин и купить корм, но, естественно, корм интересовал только родителей, а Соне было интересно посмотреть на разноцветных переливающихся рыбок, которые плавали в больших аквариумах. Но когда девочка посмотрела всех рыб, она подошла к большой посудине. В ней плавали маленькие черепашки. И, конечно, как Соне они могли не понравиться: черепашки так смешно шевелили своими маленькими лапками, то выплывая, чтоб подышать, то опять ныряя, когда мимо проходил человек. Когда они всплывали, то смотрели вокруг своими маленькими ясными глазками, как будто всё понимали. Некоторые — самые смелые — выплывали на большой камень посреди плошки, чтобы погреться на свету лампы, висевшей над валуном. Потом черепашки снова прыгали в воду, словно играя. Соня заворожённо наблюдала за этим.

— Как это прекрасно, какие они милые! Ну, мам! Купи одну, — начала канючить девочка. — Ну, пожалуйста!

— Лучше купи, а то не отстанет, — сказал папа, подходя к маме с полным мешком кошачьих консервов.

— Ладно, куплю, — сдалась мама.

Она подошла к продавцу и сказала:

— Здравствуйте!

— Добрый вечер, — отозвался продавец.

— Дайте мне всё, что нужно для содержания черепашки.

Как только мама произнесла эти слова, Соня почувствовала себя самым счастливым человеком в мире, но в то же время она поняла, какую ответственность она на себя берёт, ведь теперь от неё зависит жизнь маленького беззащитного животного с ясными глазками!

Когда Соня, папа и мама ехали в такси, девочка прижимала к себе свою новую питомицу, плавающую в банке, Соня чувствовала, как та волнуется. Девочке захотелось успокоить её, и она прошептала:

— Тихо, успокойся, всё будет хорошо, я Соня.

И черепашка как будто ответила ей:

— Привет.

Когда они приехали домой, то стали заниматься подготовкой аквариума для черепашки: вначале мама помыла с мылом все камни, потом прокипятила их, в это время папа мыл аквариум и разбирался с фильтром, а Соня сидела и рассматривала питомицу. У неё был такой необычный узор: панцирь как у всех «одновидцев» Со́ши — так Соня назвала черепашку — был разделён на части, а на этих пластинках были точечки, зигзаги, и они составляли замысловатый узор. А сама Со́ша была какая-то тёмненькая. Когда мама и папа приготовили тридцатилитровый аквариум, налили туда воду, положили камни и поставили фильтр, их дочка, всё проверив, одобрительно заметила:

— Молодцы, родители, хорошо постарались!

— Спасибо, — рассмеялся папа, — ну, сади!

Соня осторожно подвела ладонь в которой сидела черепашка к воде, и Со́ша, сорвавшись с руки, молнией помчалась под фильтр.

— Чего это она? — удивилась девочка.

— Не волнуйся, скоро она привыкнет и не будет тебя бояться! — успокоил девочку папа.

— А-а, это хорошо! — улыбнулась Соня.

…Как приятно после бурного дня лечь в тёплую кроватку и думать, что будет завтра. Ведь завтра обязательно наступит, будет новый, полный загадок и разгадок день!

2006

Страх

Этот дух, появившийся из мрака и тени, пристально посмотрел на меня. Я не выдержал его взгляда и опустил глаза. Он же, наоборот, ещё пристальнее начал всматриваться в меня. Это принесло мне большие муки, все ужасы моей непростой жизни пронеслись перед моими глазами как страшный фильм.

Возникший призрак исторгал невероятную и доселе мной не виданную силу, подчинял меня своей всепоглощающей воле. Этим он просто сразил меня… я упал, я бился в мучениях, я не мог сопротивляться. Его воля сломила, изничтожила мою волю; она сломила меня, как будто невидимая рука: я не мог дышать, сердце вырывалось из груди, бешено стучало, как будто знало: осталось не долго… Холодный пот лился с моей головы ручьями. И вдруг это всё вмиг прекратилось, я перестал чувствовать себя, душа и тело перестали быть едины…

…Наверное, это был конец, я точно не знал, мне это было неведомо. И всё-таки это был конец, я умер, умер! Он! Он сломил меня! Я не устоял. Всё кончено, все страдания кончены. Этот страх оказался сильнее меня. Он победил, он победил…

Но вдруг я вспомнил солнце на чистом синем небе, я вспомнил девушку, которую любил, когда был жив. Её красивое, нежное лицо, её тёплые и мягкие губы… и тут я понял, что не хочу умирать, — я хочу жить! И в тот самый момент, как я это понял, острый, как клинок, луч тёплого, исцеляющего света ворвался в мою израненную душу, он пронзил тьму, которая безраздельно властвовала в моей душе, и стал изгонять её.

Тут же я понял, что исцеляюсь, что к моей душе возвращаются силы. Она ожила, и вновь я почувствовал, что душа и тело соединились, стали, как и прежде, одним целым, и тело осталось жить на Земле, а душа на небе, но между ними опять возникла нить.

Моё тело стало заполняться светом, спускающимся с небес, и вместе с ним оно обретало силы. Через некоторое время я очнулся и понял, что могу подняться на ноги, и поднялся.

Я встал и огляделся вокруг, около меня стоял страх. Но на этот раз он не был так уверен в себе, даже наоборот — он был в панике: свет окружил его, поглотил и начал проникать в призрака, разрывая его на части. Страх кричал от боли, но ничего не мог сделать, и постепенно он растворялся, распадался на тысячи атомов, а они разлетались кто куда. Он погибал…

Я выжил, я выжил, выжил! Я победил… свой страх…

2008

Спорщики

Зародился свет на солнце, летел, летел, попал в земную атмосферу. Летел сквозь воздух. В луче два фотона — I и II. Они подружились.

Один другому говорит: «Вот ты знаешь, что скоро будет? Мы долетим до поверхности океана, и один из нас отразится, а другой пройдёт в воду. Как думаешь, кто отразится?»

Второй отвечает: «Сто процентов — отразишься ты. Я пройду!»

Первый: «Это с чего это ты взял? Я пройду, а ты отразишься!».

Так спорили они, спорили; летели, летели и не заметили, как подлетели к поверхности воды и… оба отразились.

Некоторое время спустя второй говорит: «Слушай, тебе не кажется, что мы с тобой куда-то не туда летим?»

Первый отвечает: «Да! Дело тёмное. Смотри: наши навстречу летят и тоже спорят. Давай им кричать, чтоб не спорили, иначе тоже пропустят отражение и погружение».

Второй: «Давай на счёт три».

Первый: «Давай!»

Второй с первым хором: «Три! Не спорить, не спорить!!!»

Первый: «Нет! Я кричу!»

Второй: «Мы же вместе договаривались!»

Первый: «А я передумал!»

Второй: «Так нечестно!»

Первый: «Нет! Честно!»

И начали они спорить, кто будет из них кричать другим, чтоб те не спорили…

03.2009

История о знаках

Стоял весёлый солнечный день. В городе Равно́ была обыкновенная будничная суета.

Вот идёт человек, мы не знаем его имени и будем звать его человек Y, навстречу ему идёт другой человек, по незнанию его имени мы также условимся называть его, только не Y, а человек YX.

Часто всё-таки так бывает: идут люди просто навстречу друг другу, а получается так, что они в конце концов понимают, что идут на встречу друг с другом. Так идут и цепляются: кто языками, кто пятками, кто плечами, а некоторые даже своими пузиками.

В нашем случае идущие навстречу друг другу человек Y и человек YX зацепились — чем бы вы думали? Палочками. Только не простыми, а теми, которые есть у каждой буквы Y. Один — левой верхней, а другой, соответственно, — правой верхней. Вот зацепились — и расцепиться не могут, ругаются и кричат. Один кричит: «Убери свою длинную кривую палку!». Другой в ответ: «Да ты на свою посмотри!!! Ещё тут что-то говорит! Вы поглядите на него, хех…»

В общем, так кричали, спорили, а расцепиться всё равно не могли.

Каждый отстаивал права своей палочки Y.

Через два часа наступило затишье, и улица, на которой они сцепились, вздохнула с облегчением. К слову, улица называлась «%».

Ой, сидели они, сидели, и вот им захотелось есть. Первый, Y, говорит второму, которого, как вы, наверно, помните, звали YX: «Слышишь? Эй! Тебя как звать?» И тут случилось то, что случается очень редко, Второго, действительно, звали YX!!! Как это мы с вами угадали???

Как только YX сказал, что его так зовут, находчивый Y с укоризной в голосе проговорил: «Что ж ты молчал-то, а? Возьми свой X, которым ты не зацеплен, и сходи в магазин! Купи еды, я денег дам, да и какой-нибудь детективчик прихвати, а то скучно же сидеть!»

Второй: «И то верно, как это я сам-то не додумался, пойду схожу X-ом в магазин».

И пошёл, сходил. Купил детектив в мягкой обложке, пару булочек и литр сока.

Сели они, там, где и сидели, и стали с аппетитом уплетать булки. Поели. Y взял книжечку, которую YX принёс (точнее, принесла его часть X), и принялся читать. Второй в это время сидел и пел песенку, которую услыхал в магазине.

Так прошёл день, наступила ночь, палочки, которыми наши герои были сцеплены, начали затекать. Стало неудобно, да ещё и холодно стало. Y и YX прижались друг к другу, и так им стало теплее — одна беда позади. Но тут, как назло, пришла другая беда: так как луны не было, ночь была тёмная, Y-ку, который начитался детективов, стало что-то мерещиться… причём довольно навязчиво, навязчиво для YX. Если б первый сидел, и ему про себя мерещилось, то это ещё куда ни шло, но ведь мерещилось-то ему вслух, причём, на всю улицу. Сперва засыпающий YX ещё терпел, но потом его терпение начало заканчиваться… и им стало мерещиться вместе…

И ещё мерещиться-то ладно, но тут ещё и дождь пошёл, оба они насквозь промокли, но зато мерещиться им обоим перестало, но стало мокро!!! В общем, с грехом пополам, но к четырём часам ночи им всё же удалось уснуть. Точнее, удалось YX, а Y не мог назвать это сном — второй храпел. Но и Y в конце концов заснул.

Проснувшись на следующее утро от того, что вокруг все ходили и галдели, Y и YX были уже лучшими друзьями. Они быстро договорились, как им лучше расцепиться, встали, размяли ноги и пошли по домам — досыпать.

25.03.2009

Да ну вас с вашими непрямыми смыслами

Каждый год, летом, я живу с мамой, моим братом Гришей, сестрой Юлей и бабушкой в саду. Довольно часто нам звонит мамина сестра Яна. Так уж повелось, что звонит она на бабушкин сотовый. Ну а бабушка не всегда может к нему подойти, потому что обычно работает на участке. По этой причине трубку часто беру я.

— А где бабушка? — как всегда спрашивает Яна по телефону, когда я в очередной раз снимаю за бабушку трубку.

— Да у соседки, разговаривает, — отвечаю я.

— Ну понятно: застряла, — громко говорит Яна.

Тут мой четырёхлетний двоюродный брат Ваня, видимо, сидевший рядом с Яной и слушавший разговор, — с изумлением:

— Где она застряла?!

— У соседки, — ничего не подозревая, пояснила Яна.

— А они ей помогут? — восклицает Ваня. В надежде, что нашу любимую бабушку ещё удастся спасти.

— Да нет, она не в прямом смысле застряла, бабушка разговаривает с соседкой.

— Аааа… — успокоился Ванька…

А мог бы возмутиться: «Да ну вас с вашими непрямыми смыслами!»

07/08.2009

А ты умеешь читать буквы?

Этим вопросом озадачил меня мой четырёхлетний двоюродный брат Ваня. Тогда, когда он с интересом показывал мне свою новую красочную книжку «Белоснежка». Я машинально ответил: «Да, конечно». В тот момент такой вопрос меня даже позабавил. «Он ещё маленький, — подумал я. — И то, что человек умеет читать, ему кажется недосягаемым просто потому, что он этого пока не умеет». Но потом, когда я шёл с троллейбуса домой, я задумался: «А читать буквы — это то же ли самое, что читать, ну просто читать? И обыденно ли „читать буквы“? Ведь мы читаем слова, из которых состоят предложения. А буквы? Это же не слова! Это то, из чего эти слова состоят. Но никак буквы нельзя считать словами». Это я знал точно.

Конечно, можно решить, что из-за своей неграмотности Ваня и сказал «читать буквы», а имел в виду: «Ты умеешь читать?». Но это смысла вышесказанного не меняет.

Так что же это такое «уметь читать буквы»?…

07.2009

Лиса и Дятел

(басня)

Шла лиса по лесу и смотрела по сторонам. Вдруг видит: на старой берёзе сидит Дятел и бьёт по твёрдой коре своим острым клювом. Лиса, недолго думая, прыг под берёзу и говорит:

— Дятел, а Дятел. А что ты делаешь?

В этот момент на рыжую голову пройдохи посыпались деревянные щепки.

От недовольства Лиса фыркнула и мотнула головой.

— Не видишь, что ли? — удивился Дятел. — Дом для своей семьи строю. А ты что, плутовка, здесь шастаешь? Аль какую пакость опять строишь?

— Что ты, что ты, — хитро ответила Лиса. — Я тут хожу, смотрю, что и как у кого.

— Да ну… — не поверил Дятел.

— Вот решила… — она замолчала. — Войти в курс, принять дела.

— Это что же, ты у нас главной стала?

— Ага, — довольно ухмыльнулась Лиса.

— Ну, удачи тебе. И благодарность — мы хоть будем теперь знать, с кого спрашивать.

От удивления Лиса аж глаза выпучила. Она-то думала, что Дятел начнет протестовать против её самоназначения.

В глупом недоумении Лиса прошептала:

— И что, ты даже не против?

— Нет, а что мне с тобой препираться, ты же не отступишь, раз уже решила.

Такого поворота Лиса даже представить себе не могла. Она-то хотела устроить хороший скандал.

— Ну и дела… — прошептала Лиса. И пошла в лесную чащу.

А Дятел так и остался выдалбливать дупло. Ему этот разговор с Лисой ничем не запомнился.

08.09.2009

Встреча

Шёл 1869 год. Войны с горцами кончились, и мир наступил на азовско-черноморском побережье. И решили мы размять глаза, сменить пейзажи и поехать путешествовать. Наш путь лежал от Азовского моря на юг, а затем вдоль Чёрного моря до города Сухуми.

Мы ехали уже не первый день. И вот наконец на рассвете предстало перед нами Азовское море. Уходящее за горизонт, оно показалось мне самым прекрасным из того, что видел я за всю свою жизнь.

Мои спутники: зодчий Иван Кузьмич, Эриксон Грамм (скандинав по происхождению) и купец Пётр Алексеевич — тоже были очарованы увиденным.

Позабыв вмиг все трудности, которые преследовали нас до того, я убеждался всё больше и больше, что не зря пустился в такое трудное путешествие по югу Российской империи.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 476