электронная
324
печатная A5
328
16+
Исцеление любовью

Бесплатный фрагмент - Исцеление любовью

Психологическая драма

Объем:
190 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-0052-3
электронная
от 324
печатная A5
от 328

Мы счастливы — и всё вокруг сияет!

Мы хмуримся — и пасмурно кругом.

Так мир ежесекундно отражает

То бытие, в котором мы живём.

Глава 1

Если бы ему сказали, когда он ещё был зелёным юнцом, что он станет по жизни киллером, он бы, в крайнем случае, рассмеялся тому в лицо. Ещё вернее, он бы просто побил этого человека. Да, не просто побил, а побил бы серьёзно и основательно, не смотря на то, что был тихим и скромным, положительным во всех отношениях с детства молодым человеком. А самое главное — справедливым, за просто так он не обидел бы и мухи.

Рос он в прекрасной семье, где его любили, холили и лелеяли. Между родителями тоже всегда был мир и покой, любовь и уважение. Он рос прекрасным экземпляром человечества и с молодых ногтей любил честность, порядочность и равноправие.

Женщина для него была олицетворением нежности, красоты и поклонения. Парень он был видный. Уже к девятому классу вымахал, косая сажень в плечах. Буйный, непокорный никаким стрижкам антрацитовый чуб, волнисто обрамлял красивую голову. Миндалевидные, цвета тёмно — синего летнего неба ночью, огромные, умные и пытливые глаза, с длиннющими густыми ресницами. Не одна девчонка мечтала о таких. Брови красивые и густые тёмной струной взметнулись к вискам. По-юношески пухлые губы, с еле пробивающимися усиками. Слегка горбонос. Руки не по — мальчишески сильные и крепкие. Он уже тогда носил сорок третий размер обуви, а рост имел под метр девяносто.

Любовались им родители, благодарны были соседи. Учителя ставили Егора в пример не только мальчишкам — одноклассникам. Некоторых девчонок тоже приходилось ставить на линейке перед всей школой и приводить пример Егора, как успевающего и примерного ученика.

Девчонки, конечно же, потом долго дулись на него, называли « красной девкой» и старались при любом удобном случае насолить ему за это. Но, он не обращал ни какого внимания на эти их попытки, чем ещё больше расстраивал первых. Девчонки, ну что с них взять. Пусть себе дуются, он тут ни при чем. Просто он привык делать всё на совесть, будь то — учёба, работа, или ещё какое — то занятие.

Глава 2

Ника появилась в одиннадцатом классе, как то внезапно, уже, когда шли занятия вовсю. Это была середина сентября. Её появление было подобно разорвавшейся бомбе, да и сама она была похожа на что — то необыкновенное, сверхъестественное. Узенькие, хрупкие плечики. Высокая, стройная, с осиной талией, высокой грудью и крутыми, уже тогда бёдрами, за что её сразу же все мальчишки прозвали «гитарой».

Алый, всегда насмешливый рот, жемчужные зубы. Глаза в пол лица сияли такой синевой, что казалось, будто в них поселилось навсегда весеннее небо. Брови были похожи на крыло ласточки в полёте. Носик маленький, чуть вздёрнутый, аккуратненький и всегда задранный к верху. Над верхней губой малюсенькая родинка, такая же на шее под подбородком.

Волосы тяжёлой, цвета спелой пшеницы косой, спускались до самых коленей. Маленькие и очень аккуратные ручки, с тоненькими пальчиками. Ноги длинные и до сумасшествия красивые, когда она надевала спортивные брюки, которые обтягивали её до такой степени, что иногда казалось, они просто вторая её кожа.

Он только глянул на неё и, то ли взлетел к небу и обжёгся об солнце, то ли упал с невероятной высоты и страшно больно ударился. Сердце пропускало удары, щёки горели огнём, в ушах стоял звон разбитого стекла, или его сердца? Он не знал. Да, тогда он ещё ничего не знал, этот мальчик из одиннадцатого «Б» класса, Подмосковного городка Коломна.

А, Ника, сразу же выбрала его из всех мальчишек школы. И все это приняли, как должное, без мордобития и перестревания в тёмных укромных уголках. Эти двое были очень красивой парой, такой красивой, что даже немножко страшно становилось за них. Ведь всё, что выше среднего достойно восхищения, обожания, зависти — наконец. А может даже и предательства, не дай Бог.

Но, у наших героев, всё складывалось, как нельзя лучше. Школу они закончили на отлично оба. Ника поступила учиться дальше на адвоката, а Егор, к сожалению всех окружающих и, особенно родителей, ушёл в Армию. Он тысячу раз мог бы этого не делать. Его знания давали ему возможность вообще не служить. Ведь он отличник и мог поступить в любое высшее учебное заведение с военной кафедрой. Но, он настоял на своём и делал этот свой первый самостоятельный шаг обдуманно и с желанием. Ещё когда учился в восьмом классе, он вычитал, где то, что Армия делает из человека — мужчину и все последующие годы жил, можно сказать надеждой пойти в эту школу формирования — Человека из человека.

Ну, что же, родители не противились его желанию. Они привыкли уважать его выбор, как и он, их наставлениям. В этой семье привыкли доверять друг другу, и это было просто здорово.

Глава 3

Здоровый молодой человек, спортивного телосложения, вес и рост соответствовали норме для будущего солдата. Желание било через край. Ну, зачем мешать парню, поверить в свои силы и испробовать себя в более экстремальной обстановке? Пусть растёт, как морально, так и физически. Это пойдёт ему только на пользу.

Но, в ночь перед отправкой, с ним случилось такое, что он уже не хотел идти ни в Армию, ни становиться Человеком. Его устраивало буквально всё в этой жизни. Ника отдалась ему страстно, бесстыдно. Он почему — то считал, что девчонки обычно боятся этой близости. А Ника, была, как тайфун. Она руководила всем процессом сама, оправдываясь потом, что сама не думала, что так любит она Егора. Уехать от неё, теперь было смерти подобно. Но, Армия это не шуточки.

Долгие проводы лишние слёзы, но и без них не обошлось. Мама с Никой поливали его с двух сторон, целуя и прощаясь на перроне. Ему было жалко их, жалко расставания, жалко времени, проведённого без дорогих сердцу лиц. Но, в тоже время было ему и чуточку стыдно. Глаза были предательски влажными и щипали от слёз. Он ведь уже вполне взрослый человек, а хотелось ему заплакать вместе с ними, как если бы он был совсем — совсем ребёнок.

Но, он крепился, и всё время поглядывал на отца и друзей. Те в свою очередь подмигивали ему и подбадривали, кто улыбкой, кто жестом, кто похлопывал по спине и плечам. В итоге, когда поезд тронулся, он всё же не удержался, и скупая мальчишеская слеза, всё- таки выкатилась предательски из глаз. Но, он быстро справился со своими эмоциями и никто не увидел его сиюминутной слабости.

Глава 4

Два года службы промчались подобно скорому поезду без остановок. Армейская служба, конечно, не сахар, но Егору она не показалась и мачехой. Он действительно закалился ещё больше, превратился в настоящего мужчину. Приобрёл командирский голос, осанку, выправку. Действительно, теперь он был не мальчик, но муж.

А, уж когда он, на втором году службы, отличился на пожаре, что случился у них в части и спас своих солдат, тут его авторитет просто поднялся до неимоверных высот и прямо зашкаливал. Это произошло в ночь. В одном из зданий замкнуло электропроводку. Дежурного на посту ударило током, и он отключился сразу. Солдаты могли бы погибнуть в казарме, даже задохнувшись, не говоря уже о том, что их могло завалить, или они бы сгорели, ещё, будучи живыми.

Егору не спалось в эту ночь, и он решил, раз уж не спится, пройти по постам. Нет, он не был вредным начальником, наоборот. Он заботился о своих подчинённых и старался, чтобы у них было всё хорошо. Отслужить без нареканий, это всегда плюс любому солдату, вот он и контролировал ситуацию при любом удачном случае.

Он ведь старший сержант и в ответе за своих парней. Вот и в эту злополучную ночь он, как нельзя, кстати, оказался на месте происшествия. И, слава Богу. Пока приехали пожарные, он вынес на себе почти всех мальчишек из спального блока. Оставалось, буквально человек пять ещё, когда к нему подоспела помощь. За это, вышестоящее командование, в масштабах страны, достойно наградило его, присвоив высокое звание по рангу, да и друзей у него теперь было столько, что впору, только гордиться.

Родители, получая благодарственные письма от командования, плакали от счастья и с нетерпением ждали возвращения сына домой. Как ни как, их мальчик имел звание старшего прапорщика, а это что — то да значило ведь. Им не сообщили всю подноготную о подвиге, просто написали, за доблесть и отвагу, при исполнении службы Родине. Родине! Разве это не предел желаемого, стать настоящим мужчиной и Человеком в целом!

Ника добросовестно ждала своего, тогда ещё Егорку, исписывая вечерами, по пять, а то и более страниц убористым, мелким почерком. Разговоры по телефону это одно, а вот письма, это совсем — совсем другое. Поговорил человек на другом конце провода и всё. Нет больше слов. Звук, конечно же, какое — то время держится ещё, но вот он пропадает, забывается. Письмо же наоборот, всегда с тобой. Ты можешь читать его хоть тысячу раз на дню, даже, если ты занимаешься повседневными делами. Просто письмо запоминается, и ты как будто перечитываешь его снова и снова. А вечером, можно взять его в руки и вдохнуть родной запах и увидеть красивые строчки, торопливо выведенные любимой рукой. Рукой человека, который тебе нужен, дорог, которому веришь. Он ждёт тебя, ты стремишься к нему. Нет, письма — это всё- таки здорово.

Глава 5

И хорошо, что кто — то, когда — то придумал переписываться с дорогими твоему сердцу людьми. И фото его Ники всегда грело ему сердце, находясь в нагрудном кармане. Они не признавались друг другу в любви, но это и так было видно, что она их нашла. Нашла сразу же, как только они увидели друг друга.

Ну, Егор знал об этом с первой секунды, как только увидел эту неземную красоту с распахнутыми глазищами, навстречу этому миру и ему, Егору. Ника доказала это, в самый последний момент, отдав свою девичью невинность. Если бы не любила, так зачем это делать? С глаз долой, из сердца вон. А, она это сделала. Значит, тоже любит. Это чувство помогало и давало силы одному — служить, другой — ждать.

Когда Егор вернулся домой, это был совершенно другой человек. Настоящий мужчина. Мужественный, сильный, крепкий. То, что в нём было заложено прежде, природой и родителями, удесятерилось. Это был, какой — то богатырь из сказки и многие оборачивались вслед, когда эти двое шли по улице. Хрупкая и изумительно красивая девушка и, атлетически сложенный, красавец мужчина. Это была, просто сногсшибательная пара.

Как ни расстраивались родители Егора, но в вуз он так и не захотел идти учиться, а стал работать инструктором по вождению автомобилей. В Армии он не зря оттрубил два года. Там он стал первоклассным специалистом по вождению. Не такой уж это, конечно же, и доходный заработок, но молодым, в ту пору они уже поженились, хватало. Да, Егор не стеснялся никакой работы. Он бомбил по ночам, мог разгрузить товарняк, благо сил для этого у него было, хоть отбавляй. Здоровьем его господь не обидел. Желания хватало с избытком, ведь у него был для этого стимул, да какой! Его необыкновенная Ника. Богиня Ника, как он называл свою любимую жёнушку.

Ника была для него: воздух, вода, свет в окошке. Он любил каждый сантиметр её божественного тела, каждый розовый ноготок, её тоненького пальчика. Каждый волосок её роскошной шевелюры. Задыхаясь в её объятиях, он забывал обо всём на свете. Он растворялся в ней весь без остатка.

Полные, трепещущие груди жены, доводили его до исступления. Жадный рот её, готов был выпить его до капли. Он по несколько раз за ночь умирал и воскресал снова и снова, от секса с этой удивительной богиней. Ведь, казалось бы, молодая она, но в любви она была просто профи. Наверное, красивые и должны быть такими. Первыми во всём.

Любить её, просто так не было сил. Она была похожа, на извергающийся вулкан, истекающий раскалённой магмой; от которого нельзя ни спрятаться, ни убежать. Да, никто и не собирался делать ни то, ни другое. Оба получали ни с чем несравнимое удовольствие от близости друг друга.

Глава 6

Насытившись, она засыпала, уткнувшись своим милым носиком в его крепкое, большое и такое надёжное плечо. А, он, ещё долго переживал по новой, этот процесс бесподобного секса и смотрел, не отрываясь, на свою божественную Нику. Любуясь красотой молодого, здорового и прекрасного тела.

Ресницы её трепетали, как бабочки, бросая тень на розовые от сна, упругие и бархатистые щёчки. Носик, еле слышно сопел; губы вздрагивали и приоткрывались, показывая ослепительный жемчуг зубов. Он не мог больше перенести этой пытки и целовал её спящую, нежно и осторожно, боясь разбудить свою богиню.

Страсть с новой силой охватывала его, но он справлялся с собой, чтобы это ни стоило ему. Раз его богиня Ника уснула, значит, ей больше на сегодня не нужны его ласки, поцелуи и ухаживания. Значит, она устала, и, будить её из за своих желаний, он, конечно же, не посмеет. Так любуясь очарованием жены он, наконец — то засыпал, держа супругу за руку и ни разу, не перевернувшись за ночь на другую сторону, как бы ни хотелось ему этого. Перевернуться, значит выронить любимые, невесомые пальчики, из своей большой и крепкой ладони. А, он хотел быть со своей любимой, даже и во сне.

Жизнь текла своим чередом. Ни много, ни мало они прожили вместе, пять лет. Счастью этой семьи не могло помешать ни что. Ни какие бури и ураганы, ни землетрясения семейного быта. Здесь жила только любовь. Всё ладилось у этой пары, всё складывалось, как нельзя лучше. Ника работала адвокатом, Егор учил своих учеников вождению.

Часто, сидя вечером за столом, Егор рассказывал своей любимой супруге о всевозможных казусах, которые допускали его ученики. Но, Ника не любила разговоры о машинах, она любила на них, только ездить. При чём, на шикарных машинах. Разговоры же об её адвокатской деятельности она не заводила даже, считая, что Егор их не поймёт. Тут нужно быть профессионалом, а так, это только слова, да и то, не всегда понятные и не всем. Но, не смотря на такую разницу, в отношении понятий о жизни, у этой пары всё было просто замечательно.

Егору недоставало, только одного, он хотел ребёночка. Но, так, как супруга не заводила об этом разговора, то и он молчал. Ничего, придёт время и у них появится замечательный карапуз. Сын ли, дочка, без разницы. Только бы ребёнок был здоров. А, может они родят парочку малышей. А, что тут такого? Разве не за этим человек появляется на эту прекрасную планету — земля? Чтобы продолжить свой род, чтобы любить, уметь понять, заботиться о себе подобных. Да, если бы мы перестали рожать детей, человечество давно превратилось бы в роботов. А то же, рядом с нами по жизни идут прекрасные жёны, мужья, сыновья дочери.

Разве же это не чудо! Это прекрасно! Восхитительно! У них появятся такие же очаровательные дети, как его божественная, любимая всем его огромным сердцем, Никуся. Он будет просто обожать своих детей, а милую жену, он и сейчас просто боготворит. А, тогда он будет поклоняться ей, как настоящему божеству. Ну, очень хочется ему детишек. Он будет любить их, заботиться, оберегать. Он возьмёт на себя большую часть заботы о малыше, стоит ему только появиться в их жизни.

Родителям его, тоже этого хотелось, не меньше чем и их сыну. Нянчить внуков, баловать их, окружать заботой, это ли не предел желаемого для родителей молодой пары? Но, они и думать не смели, чтобы просить об этом сына с невесткой. Всему своё время. Дождутся они этого радостного момента. Не может быть, чтобы не дождались. У них отличные дети, а значит, будут и внуки обязательно. Право слово, какие у них ещё годы! Пусть порезвятся, полюбятся, понежатся в своё удовольствие.

Глава 7

И они любились, нежились, резвились. Ника полюбила поездки за границу, красиво одеваться, ходить в рестораны не реже, чем два, три раза в неделю. В бутики, на выставки и театры. Хоть и не любил Егор всю эту светскую жизнь, но ходил с женой всюду, куда бы она ни захотела.

Говорят же: Полюбил человека, полюби и его привязанности недостатки, привычки и ошибки. Он любил всё, что касалось его богини Ники. Чтобы обладать такой неземной женщиной, как его супруга, нужно мириться со многими её причудами, желаниями, потребностями. А, их у неё оказалось, немало. Да, она любила всё, кроме домашней рутины. Убирать и готовить, это просто, прямо бесило её. Благо с этой проблемой теперь, так легко можно справиться. Есть всевозможные, специальные бытовые услуги, ты только плати.

Егор стал понимать, что на всё это, денег, что он зарабатывал, катастрофически не хватает. И, тут уже не поможет разгрузка вагона, и деньги, что он получал, когда подрабатывал ночью таксистом. Здесь нужно, что — то существеннее. Да и ведь его любимая богиня не любила, чтобы он ночью отсутствовал.

Зарплата Ники полностью уходила на её личные потребности: салоны, спа, косметика и прочие женские мелкие штучки. Да, ведь и он же мужчина, в конце концов! А, если мужчина значит добытчик. Он из кожи лез, чтобы заработать больше, но это не всегда удавалось. Это его расстраивало, а иногда, даже бесило.

И он нашёл выход, как ему казалось тогда, вполне приемлемый и достойный. Поговорив с супругой и получив её — добро, он поехал к родителям, чтобы объявить им о своём решении. Это дело времени, да и времени то этого всего несколько месяцев. Не успеют родные его оглянуться, как он снова будет с ними. Молодой, здоровый мужик должен был, да просто обязан, соответственным образом содержать свою супругу. Да, не просто супругу, а любимую. И, ради этого он был не прочь немного повоевать. Ну, что тут такого? Ведь другие же воюют и ничего! Он собрался заключить контракт на службу в Афганистане. Это должно было, по его мнению, поправить финансовые проблемы их

семьи. Да он даже уже проконсультировался со знающими в этом деле толк людьми.

Ничего, придётся чуть — чуть пострелять. Да и разлука проверит их чувства. Хотя, вот здесь, проверка, никакая была не нужна. Их чувства не подвластны, никаким испытаниям. Здесь всё завязано на любви, а это значит железно. По крайней мере, об этом он знал на все сто. А может и больше.

Глава 8

Родители были, страшно раздосадованы, принятым молодыми решением и категорически противились этому, особенно мама. Они как могли, начали отговаривать сына от этого действия. Если дело упирается в финансовую сторону, они в свою очередь готовы помогать им. На свои личные нужды, у них уходит намного меньше, чем они зарабатывают. Так, что копить их, что ли? Говорят, деньги прибывают, если их тратить, а не хранить в кубышке. Да и, ведь ты у нас единственный, кому же и не помочь, как только тебе, дорогой наш мальчик.

Но сын, напрочь, отмёл их эти доводы и сказал, что дело это решённое на все сто процентов и он пришёл, лишь поставить их в известность. Решения своего, он не собирается менять ни при каких условиях.

Мама украдкой смахивала с ресниц слёзы, что повисли серебряными колокольчиками ландыша и готовы были низвергнуться ручьём. Но, она не разревелась; не хотела расстраивать, своего любимого мальчика. Зачем ему лишнее волнение, идёт ведь не на танцы, а на войну. Раз это его окончательное решение, пусть идёт со спокойной душой. Она будет молиться за него. А, слёзы? Слёзы будут потом, когда никто их не будет видеть. Тихонько в подушку, даже втайне от мужа.

Отец, отпустил ситуацию и, похлопав сына по плечу, благословил, проговорив, сакральные слова: Мужчина закаляется в войнах. Ну, что же, закаляйся. А мы с матерью будем ждать тебя, сын. Вернись, пожалуйста, живой. Ведь мы хотим ещё внуков понянчить. Да и, ты не забывай, что ты один у нас и дороже, у нас никого нет и уже, не будет. Годы не те, да и, ведь другого, такого Егора уже никогда и ни за что, никому не родить и не воспитать. Ты единственный в своём роде. Помни сынок об этом.

Ника не плакала, не кидалась мужу на шею. Просто поцеловала горячо и страстно, и посмотрела ему в глаза, своими огромными, бездонными озёрами. Я буду тебе верна, мой, теперь уже на европейский лад — Гор, ты помни об этом, сказала она и не стала ждать отхода поезда. Пошла по перрону богиней, заставляя оборачиваться и отъезжающих, и провожающих. Она, будто плыла, парила по бетону. И не одно мужское сердце вздрогнуло, и не у одного мужчины мелькнула шальная мысль, вот бы была моей, эта земная фея. Не боишься, оставить такую жар птицу одну? — крикнул кто- то из вагона. Егор гордо ответил одним словом — верю.

Глава 9

Как ни был он смел, крепок и силён, но убивать людей, он не умел и не готов, был к этому. Это своего рода профессия и ей нужно учиться. Враг, он ведь тоже человек, а человека убить вот так, не просто. Это не цыплёнку свернуть шею. Да, ведь цыплёнка забить в первый раз, тоже нужно насмелиться. А, тут — человек! Но, он учился. Учился всему быстро и плодотворно. Деньги, за которыми он приехал сюда, надо отрабатывать. А, главное, он же знал, на что подписывается. Так, что уж тут строить из себя, святую невинность.

Хотя, первое время, он совсем не понимал, куда стреляет; зачем, в кого? Его пули летели в ту сторону, куда было нужно, а достигали они цели, или же летели в белый свет, он не знал точно. Это в Армии, на ученьях всё легко и просто. Там мишень — картонка. Здесь было совсем другое дело. Ты, целенаправленно стрелял в человека, зная об этом. И за этим ты и пришёл сюда. Здесь не ты, значит тебя. И, что самое главное, здесь убивали не в шутку, не понарошку. Это война. Поэтому, варежку разевать не резон. И, он не разевал, но в достижении цели своих пуль всё же поначалу сомневался, если до конца быть честным.

Но, опыт приходит со временем. Ещё со школы, он был очень понятливым учеником, не говоря уже о годах в Армии. А, теперь он учился сверх быстро. Здесь жизнь и смерть на кону, и поэтому фору никто и ни кому не даёт. Здесь, или ты, или тебя. Егор быстро становился профи своего дела и, это не было красным словцом. Его заметили, стали продвигать по лестнице. Не очень эта лестница была красивой, да даже совсем некрасивая. Она была украшена не ковровой дорожкой, а кровью людей, которых он убивал. Но, что делать? Есть такая профессия — воин, а там не спрашивают, хочешь ты, можешь. Этих слов у военных не существует. Там выполняй приказ и всё, что от тебя требуется.

И он выполнял и от этого становился всё выше и выше по значимости, как профессионал. За то время, что он воевал, а это почти четыре месяца, ему доверили уже полувзвод в отличие, от первых дней, когда он возглавлял, только отделение. Нет, он был всё тем же старшим прапорщиком, но руководство разглядело в нём потенциал выше, чем он заслужил в Армии. Но, количество человек было не главное и не важное. Главное, что эти парни, меньше их было или стало больше в разы, верили ему, уважали его.

Глава 10

Он для них был мамой, папой, другом, командиром. А может, даже для кого — то и братом. Потому, что он не прятался за их спинами, а поднимался первым. Не бросал раненых, а нёс их на своей спине. Мог отдать любому из них свой кусок хлеба, глоток драгоценной в этой стране воды, даже, если он был последним. Они это знали и готовы были за него в огонь и воду.

Наш Петрович и ещё, не смотря на его молодость, «батя» называли Егора, его ребята. Некоторые, старше его на целый десяток лет. По истечении пяти месяцев, он стал ещё на ранг выше. На войне, какой бы она ни была, учиться грамоте, как таковой, не самое главное. Там ценится, как ты убиваешь и сколько ты убил. Вот за эту способность он и получил повышение по званию. Жесть? Да. Это жестоко, но, ведь это война, а не светский раут. Что же делать?

Люди, что окружали его, и кто вместе с ним стрелял, уважали его и ценили, как смелого, крепкого, не глупого человека. В то же время, отзывчивого, доброго, верного и ответственного. Порядочного, на которого можно положиться во всём и всегда. Не задумываясь даже, вдруг он увильнёт. Не выполнит, не поможет, а, просто подведёт. Нет, это не про Петровича.

Отмечало его и начальство рангом выше. Некоторые пророчили ему большое военное будущее, всевозможно соблазняя остаться и обещая горы золотые, но Егора ни чем нельзя было соблазнить. Жизнь военная слишком ответственная, да и кровь там лилась рекой. Она даже снилась ему иногда эта кровь. Красная, густая, липкая. Она забивала нос, рот и ему нечем было дышать, от чего он кричал наяву. Да, он захлёбывался этой кровью во сне. Просыпаясь от этого, долго не мог уснуть и только мысли о доме успокаивали его. Он здесь, только на время. Только заработать, чтобы его богиня Ника, могла жить в довольстве, неге и комфорте, какие заслужила. На яву ему хотелось мира, счастья и любви, его богини.

Он ни сколько не ревновал свою любимую, потому что верил ей безоговорочно. Просто очень и очень соскучился по своей красавице жене. Часто, даже во время боя, нажимая на гашетку, он невольно ловил себя на мысли, что тепло спускового крючка напоминает ему тёплые губы и плечи его Ники. Подписывая контракт, он даже не мог себе представить, что такое это за мука, пробыть полгода, да — да, целых полгода без своего божества. Нестерпимо трудно, необыкновенно долго. Не видеть предмет своего обожания, поклонения.

Не прикасаться к любимому телу, не целовать сладкие, упругие и одновременно, податливые губы. Не видеть голубизну неба в глазах — озёрах. Жить столько без улыбки, похожей на восход солнца. Не касаться упругой груди, что волнует тебя, словно перед прыжком в неизвестность. Не чувствовать бархатистость кожи нежных рук, бесподобных ног. Не утопать в каскаде ослепительно блестящих и пахучих, словно летний луг волос.

Ооооо! Это настоящая пытка! Мысли уводили его далеко, далеко от боя и тогда все это замечали, так как его автомат начинал стрелять невпопад. Но, говорят — нанялся, как продался. Назад хода нет. Егор это тоже понимал, тут же встряхивался и начинал добросовестно отрабатывать деньги, за которыми он и приехал сюда.

Благо остаётся какой — то месяц и он увидит свою богиню Нику. Скоро — скоро они снова будут вместе. Вместе и счастливы, как этого заслуживают, два любящих друг друга сердца. Бьющихся в унисон, живущих одним целым на двоих. Он уже предвкушал этот ни с чем несравнимый момент встречи, пьянея от него, как от хорошего коньяка. А, вот и он настал, этот момент, миг, траектория кометы. Егор уезжал домой.

Пообещав товарищам и командирам, подумать о следующем заходе, он ехал домой окрылённый и счастливый. Совсем скоро он увидит воочию свою бесподобную богиню. Он будет дарить ей незабываемые минуты наслаждения, моменты удовольствия, яркие мгновения радости. А, радоваться так умеет, только она, его обворожительная Ника.

Глава 11

Он будет ходить с ней в театры и на выставки. Они поедут к тёплому морю, чтобы погреться и понежиться на белом, красном, или иссиня чёрном песочке. В общем, это зависит, только от его любимой, какой песок она предпочтёт в этот раз. А, он любит любой, какой выберет его богиня.

И, ещё он любил, когда она улыбалась своей обворожительной улыбкой, была весела и довольна. В общем, счастлива. Что же, для этого нужны были хорошие деньги. Бесплатно только сыр в мышеловке. За всё остальное, нужно платить. Эти деньги он заработал для неё. Да, они заработаны на крови. Но, ведь деньги, как правило, не пахнут, заработай ты их, хоть чистильщиком преисподней, или ассенизатором в нашем мире. Он с возрастом, конечно же, понимал, что был не прав, отказавшись учиться в вузе. Хотя, многие в его взводе были с высшим образованием, а то и с двумя. Образование у них было, а вот денег им за это никто не платил.

Достойных денег, каких они заслужили, закончив пяти годовые, а то и десяти, учебные заведения. Ведь во всём нужен опыт и не одного года. Вот и получалось, убивать, можно научиться, быстрее всего и главное, за это платят достойный гонорар. Гонорар за смерть. Он видел не мало, башковитых голов, склонённых над дулом автомата, когда они стреляли. Или же, когда они чистили этот автомат, чтобы он не дай бог, не дал осечку во время боя. Ведь, это может обернуться гибелью его хозяина. А, умирать никто, и никак не хотел, как и он сам, Егор.

Ему особенно нельзя умирать, его ждёт дома, самая прекрасная женщина на свете. Богиня победы! Он должен жить, нет, они должны жить долго и счастливо. Родить детей, вырастить их, дать им достойную прописку в жизнь. По нянчить внуков, а там уж и умереть в один день, а может и час.

Боже! Как же он соскучился по своей дорогой и любимой жене! Он готов был взлететь, только бы быстрее очутиться дома, рядом со своей светлоокой и обворожительной богиней. Он получил за эти полгода сотню писем от родителей, почти столько же от Ники. Письма эти его будоражили. Они заставляли вспоминать, мысленно представлять все прелести его ненаглядной. От этого желание вспыхивало, словно костёр от саксаула. Иногда ему хотелось просто кричать, от этих желаний, но он боролся с ними, купаясь в ледяной воде сбегающих с гор ледниковых ручьёв, или бЕгом трусцой на дальние расстояния.

Родители писали ему, что он самый счастливый сын и муж и, что он может быть абсолютно спокоен. Его ждут в обоих случаях. А, Ника его, просто кремень и ему можно позавидовать во всём. Его любят, ждут и он не может обмануть тех, кто живёт, только им. Возвращайся любимый мальчик, сынок, муж, родное дитя.

Ну, что ещё нужно человеку для счастья, если у него такой прочный тыл? У него, просто тысяча причин, чтобы вернуться домой живым и здоровым. Вернуться и наслаждаться этой прекрасной жизнью. Что он и делал в данный момент. Ехал к этому счастью.

Да, это было похоже на гейзер, на извержение вулкана, их встреча. Они задыхались от близости друг друга, они утопали от счастья, быть рядом. Первую неделю они не выходили из дома, не вылезали из кровати. Затем желания понемногу входили в свой обычный ритм. Нет, они не стали холоднее и слабее, просто нормализовались. Не выплёскивались, огнедышащим вулканом, сметая всё на своём пути.

Хозяева этих желаний могли уже выходить на всякие мероприятия, прогулки. Бесподобная пара посещала театры, рестораны, вернисажи и выставки.

Егор снова вышел на работу, которую любил, если уж быть честным до конца. Просто она не приносила тех денег, что нужны были для того, чтобы его любимая жена, могла получать от жизни всё, что хотелось ей. А, так работа, самого Егора удовлетворяла. Он любил машины, общение с новыми людьми. Он чувствовал себя нужным, этим людям желавшим обрести возможность управлять профессионально баранкой и владеть транспортом. Роскошь это была, или же, как способ передвижения, это было не важно. Главное, дать человеку знание, чтобы транспорт этот подчинился ему и стал полезным. Что он и с удовольствием делал.

Глава 12

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 324
печатная A5
от 328