электронная
360
печатная A5
571
6+
Игорёк и его друзья

Бесплатный фрагмент - Игорёк и его друзья

Юмористические рассказы для детей

Объем:
324 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-4483-2380-5
электронная
от 360
печатная A5
от 571

Любое использование текста и иллюстраций разрешено только с письменного согласия автора.

Скаржинский Андрей Иванович, прозаик и поэт.

Член Союза писателей России, член Союза журналистов России. Награждён государственными и общественными наградами. Заслуженный работник культуры России. Неоднократно печатался в журналах «Поэзия», «Юность», «Молодая гвардия», «Свет. Природа и человек» и др. Автор книг: «Небесное окно», «Записки кремлёвского целителя», «Главное о старом», «Разлохмаченные вёсны», «Бешеные ноги, или Танго с трюмо», «Глубина вечности», «Лечение юмором и драмой», «Следы из снега», «Без лжи», «На войне и в любви», «Игорёшкины рассказы», «Чешские сказания».

Книга детских юмористических рассказов «Игорёк и его друзья» — продолжение «Игорёшкиных рассказов» о школьнике Игорьке, его родителях и друзьях. О его детских (иногда наивных) чудачествах, приводящих всегда к победе добра над злом, нравственности над бескультурьем.

Жизнь всегда доказывает, что она высокоморальна, чувство локтя товарища сильнее, чем себялюбие. Желание защитить слабого, чувства сердобольности, сострадания и милосердия в итоге всегда одерживают верх над временными трудностями.

Ура, мы побеждаем!

В детстве всё возможно.

Это у взрослых то нельзя, это невозможно. Нельзя, потому что то-то и то-то, невозможно — потому что так-то и так-то. А если и можно, то тут же возникает тысяча разных причин и обстоятельств не делать этого, не браться за то, не ввязываться в это… А для детей эти «нельзя» и «невозможно» не то чтобы не существуют, нет, конечно, они о них знают, о них говорят взрослые, загибая пальцы, но ребёнок, задумывая что-то, как бы забывает обо всех препятствиях. Он живёт миром своего воображения. А там… никаких преград. Вот почему мы детство своё вспоминаем с улыбкой и удовольствием. Да, тогда всё было возможно, во всё верилось, обо всём мечталось.

А как раскручивалась наша фантазия вслед какой-то идее, какому-то замыслу… Дым стоял коромыслом, а по небу мчались белоснежные сверкающие колесницы, и искры летели из-под копыт. И прекрасный мир, выстроенный только что, казался самым важным и чудесным на свете…

Жаль только, что по мере взросления всё это из нас куда-то улетучивается, мы становимся спокойней, серьёзней, скучнее, и яркие планы, мысли и образы, которые в детстве были обычными и являлись нам каждый день, будоража грандиозностью и величием, теперь стали редкостью. Рутина жизни заела или возраст?

Но, бывает, послушаешь какого-нибудь малыша фантазёра с его завиральными идеями, и вспоминается собственное детство, а главное — те облака, на которые мы взлетали и плыли по небу вопреки всяким законам всемирного тяготения. И хочется творить, мечтать, светиться и искриться, как тогда. И думаешь: а наверное, иногда лучше не знать законов гравитации, чтобы взлететь. Ведь и гении творят, потому что не знают о том, что нельзя…

Сборники детских рассказов Андрея Скаржинского «Игорёшкины рассказы» и «Игорёк и его друзья» именно об этом — о детстве, о детских планах и фантазиях, о той сумасшедшей весёлой круговерти, которая закручивается от мальчишеских идей. Сами за себя говорят и названия рассказов: «Игорёшкины сны», «Изобретатели», «Индейцы», «Ловцы снов», «Экстрасенсы», «В цирке», «Фокусники», в которых действуют одни и те же герои: Игорёк, его друг Мишка, их класс, преподаватели, родители, родственники, соседи, друзья и знакомые. И такая завихряется энергия в каждом сюжете, что по воздуху летают не только пух и перья, но и посуда, вещи, домашние животные и даже мебель…

Не все родители это могут вытерпеть. На примере Игорёшкиных мамы и папы автор предлагает свой вариант восприятия — терпение, лёгкая ирония, снисходительность и по мере сил участие в делах ребёнка. Тогда можно надеяться, что эту всеразрушающую энергию всё-таки можно направить в нужном направлении.

Главное — не погасить энтузиазм.

Почему говорят, что ребёнок — это маленький ангел, который думает не только о своих делах, но и о городе, в котором живёт, стране, где родился, планете, которую хочет изменить к лучшему. Потому что то, что ему кажется правильным, он готов распространить на весь мир с криком «Ура, мы побеждаем!». Такая вот уверенность и глобальность. Наверное, поэтому и возникающая при этом энергия мощнее любой атомной станции.

Андрей Скаржинский — это, конечно, открытие современности. Мало сказать, что он последователь таких детских писателей, как Носов и Драгунский, он ещё приоткрывает завесу добрых и порядочных отношений как между детьми, так и между взрослыми. Эта книга не только детская, но и взрослая. Читается она очень легко, потому что востребована. В этой книге есть всё то, по чему мы давно соскучились: по порядочности в отношениях, милосердию, дружбе, взаимовыручке и сердобольности. После прочтения нам наверняка захочется помочь своему соседу, ближнему, родственнику. А главное, перечитать это произведение неоднократно, а потом прочесть все книги такого замечательного детского и взрослого писателя, как Андрей Скаржинский.

Если вам иногда грустно и кажется, что не все ваши способности раскрылись, и хочется найти причину, откройте эту книжку и погрузитесь в… собственное детство. Читая, наверняка вы вспомните и собственные грандиозные планы, и сногсшибательные открытия, задумаетесь о том, что из всего этого дошло до вашей взрослой жизни, а если не дошло, то почему. И вам станет легче. Ведь нам бывает грустно не от того, что что-то не получилось или не получается, а от вопроса: а было ли во мне что-то вообще? Игорёк, герой всех рассказов Андрея Скаржинского, на этот вопрос всегда готов ответить: «Конечно, есть, иначе и быть не может!»

Читая эту книгу, понимаешь, какой фантастически мощный потенциал скрыт в каждом из нас. И невольно задумаешься: как же мы, взрослые, живём, как умудряемся так зажать, так спеленать и урезать эту солнечную детскую энергию, что от неё остаётся только маленький солнечный зайчик, а то и просто… тень?

Редактор журнала «Свет. Природа и Человек, XXI век»,

член Союза писателей России
Герман Арутюнов

Новенькая

Новенькая в классе появилась внезапно. Всё в ней: глаза, уши, рот, вскинутые в испуге ресницы, — всё говорило в ней, что она новенькая. Даже причёска «а-ля гнездо», которую вороны каждый день путали со своим гнездом, выделяла вошедшую в класс девочку как новенькую. Она даже не вошла, а впорхнула, как молоденький воробушек. И как вошла, со всеми своими вздёрнутым носиком, чёрными, часто моргающими глазками и оттопыренными ушками, так и уставилась на Игорька.

— Знакомьтесь, ребята, — Екатерина Совёнкина, — представила девочку классная.

У Игорька всколыхнулись какие-то новые, ранее ему неизвестные чувства. Он их, конечно, как мужчина, быстро подавил. Но начал Кате каждый день носить портфель, отдавать школьные завтраки и исправно опаздывать к обеду домой. Даже пытался скопить деньги от завтраков на хотя бы маленькие, но всё же подарки для красавицы Кати.

Однако не ценим мы иногда того, кто рядом. Катя Совёнкина не обращала на Игорька никакого внимания, а Мишка на уроке даже написал записку: «Ты для неё ноль внимания, ноль без палочки». А внизу записки нарисовал сердце, пронзённое стрелой, со стрелы обильно капающую кровь, а под каплями лужу крови. Игорёк незаметно для учительницы под партой показал Мишке кулак. А Мишка на это обиделся и на стене, рядом с квартирой Игорька, мелом крупно написал: «И. плюс К. — это моя боль!» Потом всё стёр и, написав слово «Предатель!», довольный пошёл домой.

А в это время классный руководитель Клавдия Ивановна решила поставить детскую сказку с участием учеников. Конечно же, главные роли исполняли Игорёк и Совёнкина. И даже слова для главных героев Клавдия Ивановна нашла подходящие. В середине спектакля Игорёк должен был припасть на колено, положить правую руку на сердце и вдохновенно сказать Совёнкиной: «Я люблю тебя! Пусть меня больше не будет, но, перед тем как уйти, должен сказать тебе, что я тебя люблю!»

А Совёнкина должна была зарыдать с душой и сердцем и ему ответить: «Не покидай меня, любимый! Я тебя тоже люблю!»

Конечно же, Кощея Бессмертного должен был играть Игорёк, а Бабу Ягу красавица Совёнкина. И вот собралась вся школа. Зал был полон. Даже директор пришёл. Действие происходило на берегу сказочного пруда. Баба Яга задумчиво возлежала на берегу цветущего лилиями пруда, собирала ромашки и плела из них венок.

Ромашки заранее Клавдия Ивановна купила на рынке, и они были разбросаны вокруг лежащей Совёнкиной. А чтобы натурально изобразить звуки водоёма, Мишка за кулисами квакал, как лягушка, и постоянно переливал воду из одной трёхлитровой банки в другую банку. А потом наоборот. Получался настоящий водопад. Для придания большего реализма вода была холодная, только что из-под крана. И Мишка этим своим участием в спектакле очень гордился. И так Мишка увлёкся бульканьем воды, что нечаянно (или специально — об этом знал только Мишка) оставил полную банку с водой далеко от себя, но на проходе, откуда со словами «Я люблю тебя!» выскочил влюблённый Игорёк, опрокинув банку с холодной водой как раз на ничего не подозревающую — по сценарию, возлежащую вокруг озера на полу Бабу Ягу.

Но Баба Яга Совёнкина недаром была будущей великой актрисой с большим самообладанием. Сначала она постаралась унизить Игорька своим артистическим высокомерным взглядом. Потом повернулась лицом к зрителям и сказочно улыбнулась им. Игорёк растерялся и левую руку приложил не к сердцу, а к животу. Но успел сказать начальную фразу: «Пусть меня не будет…»

— Лучше, чтобы тебя уже не было, — ответила Баба Яга Совёнкина тихо, но так, чтобы было слышно только Кощею Бессмертному Игорьку.

— Я тебя люблю… — положив правую руку на свой лоб, вместо сердца, продолжал Игорёк.

— А я тебя ненавижу! — вскрикнула вдруг от холодной воды промокшая Совёнкина и, хлюпая ногами по лужам, убежала со сцены выжимать из своего белья воду.

Игорёк о случившемся немного сожалел. Ведь кульминацией всего действия было то, что под конец спектакля Совёнкина должна была сама его поцеловать!

Но то ли от безвкусицы, то ли от отсутствия реквизитов, Баба Яга накрасила синей помадой не только свои губы, но и для пущей убедительности и свои ноги.

И когда мокрая Совёнкина под лирическую музыку, как великая актриса, по сценарию потянулась к нему для поцелуя своими синими губами, Игорёк позорно струсил и, хотя и под зрительские аплодисменты, но со словами: «Я тебя тоже не люблю!» сбежал со сцены и от любимой Совёнкиной.

Раздевалка для школьных артистов всегда одна. И поэтому когда Игорёк увидел в меру кривенькие, как у кавалериста конной армии Будённого, да ещё и синие ноги Бабы Яги Совёнкиной, любовь у него закончилась навсегда. Правда, уважение к «Бабе Яге» Совёнкиной как к девочке и однокласснице у Игорька осталось. И хотя Екатерина Совёнкина, как будущая великая актриса, теперь отказывается играть большие роли с Игорьком, «Кощей Бессмертный» Игорёк даже иногда провожает артистку Катю Совёнкину до её дома. Вчера, например, он дал ей списать математику. Игорёк ведь и сам в математике ничего не понимает.

В цирке

Игорёк с Мишкой без цирка уже жить не могут. Смотрят зрители на слона, прыгающего в горящий обруч. Или там на тигра под куполом цирка. Тигр с высоты людям лапой помашет. Зрители ему поаплодируют, конечно. Но больше всего всем нравятся клоуны. Смешно. Что клоуны только не делают, чтобы было это самое смешно. То на бровях по арене пройдутся. То стойку на ушах сделают. И весело так из глаз у них слёзы льются. А Мишка и говорит:

— Это у них специальная клизма с трубочкой в кармане. Надавит клоун на клизму в кармане: вода по трубочке в голову под шляпой польётся. Вот тебе и слёзы. Какие только хочешь. Плач на все случаи жизни. Хоть по-клоунски, хоть по-крокодильи. Всё равно под клоунской шляпой трубочки не видно.

Мишка всё знает. С Мишкой интересно. Даже интереснее Мишку слушать, чем смотреть на арену цирка, когда плохо выступают жонглёры. И все зрители ждут, когда же у жонглёра, наконец, упадёт булава или там мячик. И вот наконец-то булава или там мячик падает. Все довольны и аплодируют. Жонглёр кланяется. И повторяет номер. Булава опять падает в опилки. Жонглёр даже не извиняется. Но снова кланяется. Все аплодируют. Зрители довольны. А Мишка и говорит:

— Эх, мазила! Лучше тренироваться надо! Это тебе не сальто-мортале.

Мишка и сам не знает, что такое сальто-мортале. Но это не важно.

А от фокусника зрители вообще всегда ждут подвоха. Если бы представилась зрителям возможность выйти на арену, то зрители уже давно раскрыли бы секреты всех этих фокусов-покусов. Но не предоставляют строгие работники цирка зрителям возможности. Не дают. А то бы зритель даже в клетку тигра зашёл. Или там льва. Раз плюнуть. А уж фокусника разоблачить и «вывести на чистую воду» так вообще нечего делать. Игорёк в таких случаях всегда думает: «Лучше бы фокусника выводили не на чистую воду, а на свежий, чистый воздух. И так дышать нечем».

Вообще-то по секрету говоря, зрители правы. А уж Игорёк с Мишкой тем более. Фокусники действительно мошенники. Ведь не случайно, когда фокусник хочет кого-нибудь обмануть, он говорит: «Рекс-пекс! Фокус готов!»

И обманывает, конечно.

А иногда фокусник говорит: «Абракадабра! Махаляй-махаляй!» Что он там намахаляет, известно. Обманет.

А ещё чаще фокусник говорит зрителю: «Шуры-муры! Оп!» И из шляпы достаёт курицу, петуха и целый выводок цыплят. А потом ещё и с десяток яиц вынимает. С десяток яиц из шляпы и пару десятков изо рта.

«Всё просто!» — говорит фокусник. А сам за спиной у зрителя своими шаловливыми ручками шнырь-шнырь, шмыг-шмыг. Так намошенничает, что зритель ещё и рад будет, что его обманули. И не заколдовали. Хорошо, что ещё дёшево отделались!

Тут фокусник со своей арены оглядел зал и спросил:

— Есть желающие?

И посмотрел на Мишку. И весь зал, и весь цирк посмотрели на Мишку.

Мишку долго уговаривать не надо было. Он с лёгкой походкой, с лёгкой пробежкой и с лёгким прыжком оказался на арене. И уже залазил в какой-то чёрный ящик.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 571