электронная
86
печатная A5
531
18+
Говорю от имени мёртвых

Бесплатный фрагмент - Говорю от имени мёртвых


4.7
Объем:
398 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-2013-6
электронная
от 86
печатная A5
от 531

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Анонс

Желание обладать экстрасенсорными способностями часто приводит к большим проблемам. Не имея дара, но желая заработать на доверии людей, человек становится мошенником, наловчившись изображать из себя медиума или целителя, дурача людей и получая за это деньги.

Гораздо хуже, когда способности проявляются на самом деле. Даже получая с их помощью большие деньги, не каждый сможет стать богатым и счастливым. Способность — это не только дар, но и испытание. Нашему герою «повезло» получить способность соединять два мира, позволяя живым общаться с умершими.

Доброе дело, приносящее хорошие деньги, неожиданно превращает жизнь героя и близких ему людей в кошмар, ввергая их в водоворот событий, связанных с криминалом, властью и политическими баталиями.

Говорю от имени мертвых

— Чо, пацан, гони мобилу! Ну, ты чо, как не родной? Давай-давай, шевели крабами, людям нужно срочно позвонить!

Господи, ну я же не хотел здесь идти, что меня понесло пойти дворами? Всегда хожу по освещённым улицам, а тут, как назло, решил сократить дорогу –неожиданно приспичило, видно съел что-то не то в кафе.

— У меня нет мобилы, — жалобно проблеял я, понимая, что отмазка не сработает. — На работе оставил, забыл телефон, — оправдывался я, с обречённостью ожидая, что сейчас начнут бить.

Противный липкий страх мешал думать, ноги подкашивались, в животе и без того возмущённом непонятной едой, готова была рвануть бомба. Я представил, как буду стоять перед ними совершенно обделавшийся, противно пахнущий, а они начнут ржать и толкать меня из стороны в сторону. В носу стало сыро, потекли сопли, и навернулась слеза от неимоверной жалости к себе.

— Мобилы нет, гони бабло! Чувак, за всё в жизни надо платить, ты понял? Давай-давай, не тяни кота в длинный ящик! Чо, помочь надо?

— Нет-нет, деньги у меня есть… немного… осталось тут, — я торопливо выгреб из кармана смятые купюры и мелочь, какие-то монетки попадали на асфальт и разбежались со звоном в стороны.

— Ну, вот, сразу видно, человек с понятиями, — довольно заржали гопники, забирая все деньги из моей потной ладони. — Да ты это, не обделайся, в натуре, братан! Мы же добрые, когда к нам с уважением!

Мелко семеня, униженно пригнув голову, ожидая в любой момент пинка или затрещины, я выбирался из их окружения пропахшего вонючим табаком, перегаром, нечищеными зубами и наглостью волчьей стаи, против которой никто не решится выступить. А уж такой, как я стопроцентно!

Не разбирая дороги, шмыгая носом и утирая слёзы, я торопливо шагал к дому, с тоской понимая, что оставил у гопников пакет с ужином. Придётся приготовить яичницу с хлебом, потому что даже колбаса в доме закончилась, а я так и не удосужился сделать запасы на будущее.

Будущее? Какое у тебя будущее, Миша?

Пока на плите жарился ужин, я критически осматривал в большом бабушкином зеркале нескладную фигуру старшего аналитика крупного холдинга. В двадцать пять лет любой на моём месте гордился бы столь быстрым карьерным ростом, если бы не многочисленные но. Должность, к которой я так стремился, давала мне важные преимущества — не ходить каждый день на работу, не отчитываться постоянно перед начальством, если задания исполняются в срок и с высоким качеством, получать хорошие деньги, тратить которые практически некуда.

Почему? Почему, обладая столь великолепным умом, я не могу иметь спортивную подтянутую фигуру, быть красавцем, от одного взгляда на которого любая девушка готова на всё? Кто посмотрит на эту оплывшую фигуру, едва удерживающую собственный вес? Какой секс с этим недоразумением, боящимся даже улыбнуться девушке? Чёрт, сейчас ещё и ужин сгорит!

Надо срочно худеть, — мысленно втолковывал я сам себе, поедая подгоревшую яичницу, — записаться в тренажерный зал, прокачать мышцы, чтобы пресс кубиками. Пора перестать пить литрами Кока-Колу и жрать чипсы упаковками. Стань мужиком, возьми и с сегодняшнего, нет, с завтрашнего дня займись здоровым образом жизни. Пробежки по утрам, зарядка с гантелями, бассейн, тренажёрный зал три раза в неделю.

Представляя, как окружающие девчонки не сводят глаз с молодого атлета, увеличивающего с каждым подходом вес на тренажёрах, я чуть не подавился коркой. Ага, вот только ты это обещал себе уже не раз, но так и не зашёл хотя бы для приличия в спортзал. Сидишь себе днями и ночами за компьютером, решая очередные задачки начальства, да чатишься под разными никами в соцсетях, где ты действительно крут, как Рэмбо, резок в суждениях, скор на расправу. Это всё, на что ты, Миша, способен! И пора уже в этом признаться хотя бы самому себе, если для всех прочих ты ещё как-то пытаешься выглядеть прилично.

Попробуй для начала выложить свою фотку в профилях, а не того красавчика, за которого тебя все принимают. Тогда станет понятно, кто ты есть на самом деле — будут с тобой, прыщавым, разговаривать также активно, как и прежде, значит, всем важен именно ты сам, иначе можешь сказать спасибо фотке незнакомца. Но ты ведь этого не сделаешь никогда! Не захочешь потерять круг общения, позволяющий тебе чувствовать себя крутым. Без этого, даже при крутой должности и хорошем счёте в банке, ты никто и звать тебя никак! Хотя… деньги многое меняют в жизни, особенно в восприятии тебя девушками!

* * *

Утро началось со звонка — меня приглашали на работу, причём весьма срочно. Или работа важная или одно из двух. Я не планировал никаких перемещений на ближайшую неделю. Работы навалили более, чем достаточно, вся из разряда срочно, важно и нужно вчера. Холдинг планировал выход на рынок с новыми товарами, а рынок сбыта выглядел крайне агрессивным по отношению к новым игрокам. Нужно нащупать именно нашу нишу, чтобы прорваться к потенциальным клиентам, не ущемляя на первых порах прочих поставщиков.

Основные черты решения уже складывались из разрозненных кирпичиков в более-менее цельную картину, но для серьёзного доклада данных явно маловато. Зачем дёргать меня посреди столь важного процесса? Неужто, нельзя отложить на время, когда я сам явлюсь в заранее оговоренный срок? Звонок не поднимал настроение: нервировал и крайне раздражал. Он заставлял меня вылезти из норки на свет божий, подставляясь под многочисленные опасности реального мира.

Терпеть не могу, когда нужно без веской причины контактировать с миром, людьми, такими непредсказуемыми, изменчивыми, агрессивными, несущими в себе массу проблем для себя и окружающих. Гораздо проще работать с фактами, цифрами, извлечёнными из интернета, анализировать их, находя невидимые другим связи и аналогии. Мне доставляло удовольствие побеждать не силой мышц, а остротой ума и воображения. Здесь я король, победитель, мастер!

А какая-то Марья Ивановна звонит мне и скрипучим голосом буквально приказывает явиться незамедлительно в отдел кадров, чтобы подписать какой-то чёртов приказ. Они там все с ума сошли? Что они, вообще, о себе думают?

С этими мыслями, добравшись до офиса и с трудом удерживая себя от немедленного побега, я вошёл в отдел кадров.

— Здравствуйте, Михаил Григорьевич, хорошо, что зашли, — язвительно приветствовала меня наша кадровичка.

Мы с ней встречались лишь раз или два, но ни одна из встреч не оставила в душе ничего положительного. Вреднейшая особа, совершенно бездушная, говорящая языком приказов и инструкций. Распишитесь здесь, прочитайте тут, принесите справку о состоянии здоровья! Я ведь не кладовщик и не офис-менеджер, вы имеете дело с уникальной личностью, способной в потоке несвязанных данных нащупать закономерность и выдать единственно правильный ответ. Ах, это вас не интересует? Хорошо, зачем вызвали? Расписаться в документах? Не могли подождать? Хорошо! Где нужно подпись поставить? Здесь, здесь и здесь? Постойте, а что это?

Как уволен? Почему? Без отработки и по взаимному соглашению сторон? Нет, постойте, здесь ошибка! Я ни с кем, ни о чём не договаривался и никаких заявлений не подавал. Ах, только что расписался? Но я же… иначе уволят по статье? Понял. А деньги? Перевели на карту ещё вчера? Спасибо…

Выкинули, как собаку! За что? Ни малейших нареканий, всегда только положительные отзывы по всем моим оценкам. Где я прокололся, что сделал не так? В прошлом месяце был один заказик странный, но никто даже слова не сказал! Почему никто не позвал, не спросил, не поговорил? Ну, да, сам не люблю общаться, но это не повод поступать таким образом. Меня просто поставили перед фактом, как какую-то уборщицу!

Радостный солнечный день на выходе из офиса явно насмехался надо мной. Довольные собой люди весело пробегали мимо, даже не пытаясь спросить, почему на мне лица нет. Словно я надел костюм человека-невидимки, растворился, перестал отражаться в зеркалах. Эй, люди, ау-у-у, я здесь! Почему шёпотом? А как иначе?

— Привет, Мишка, — ударив меня по плечу, наш сисадмин Петька Кораблёв уже тряс мне руку. — Слышал новость? Банк «Святогор» лопнул! Блин, с утра весь офис на ушах, там же наши деньги! Ты как сам?

— Да я, это… вот… в кадры ходил… — сказанное Петькой медленно доходило до сознания.

Как лопнул? А мои деньги? Там во вкладе копились уже не первый год деньги на крутую тачку, были мечты, что она серьезно поднимет мой статус среди девчонок. И что теперь, как их вытащить из лопнувшего банка? Хорошо, что вчера снял все деньги с карты, собираясь купить крутой велик. Теперь это мой спасательный круг на неопределенный срок.

— Говорят, ты заявление подал, уволиться решил? Так это на твоё место директорскую дочку берут? Ничего себе фифа, фигуристая, но явно мозгов ни на грош. Крутое место нашёл?

— Нет ещё… искать буду… — то есть моё место понадобилось кому-то и его легко освободили, отправив меня пинком под зад на улицу.

— Если чего накопаешь, черкни, а то обрыдло тут пахать за такие деньги. Ну, бывай, побегу смотреть, что там с банком, может как-то вернут нам наши кровные?

Был Петька и пропал, оставив наедине с грустными мыслями о совершенно беспросветном будущем. Есть один человечек на белом свете, который мне всегда рад, по крайней мере, без проблем составляет компанию в бар или кино.

— Алло, Ира? Привет! Слушай, давай встретимся сегодня! Как зачем? Ах, ты уже знаешь про «Святогор» и увольнение? И что? И ничего? Что значит всё?

Блин, трубку бросила. А говорила, что любит. Как-то всё некстати. Всего несколько часов назад я был на вершине успеха и вдруг в одночасье всё рухнуло. Что-то не так с кармой? Пересчитал деньги в кармане — на счастливое и безбедное будущее явно маловато, пенсионеры относительно меня сейчас выглядят Крёзами и Рокфеллерами. Но главная проблема не в этом — придётся искать работу! Самому! Ведь в этот холдинг меня приняли по протекции — у дедушки там работал друг, который и протолкнул меня в аналитический отдел. Ни дедушки, ни друга давно уже нет. Теперь всё сам!

Да пропади оно всё пропадом! Это что там такое? Бар «Надежда»? Самое то для человека, который решил напиться и забыться!

Предисловие

Как бы прозаично это не прозвучало, но вся моя жизнь изменилась, когда я понял, что сны, пугающие меня каждую ночь с определенного времени, не фантазия, не кошмар, и не галлюцинация. Люди, приходящие во сне, ничего не требовали, ни о чем не просили, и ни в чем меня не обвиняли. Они просто стояли, у едва заметного светового барьера, и смотрели, стараясь поймать мой взгляд. Поначалу с интересом, потом с недоумением, а через неделю уже с раздражением я смотрел на них и хотел лишь одного — уснуть без снов.

Редко кто задумывается о последствиях того, что делает, если процесс интересен, увлекателен или приятен. Столкнувшись с реальностью, набив шишек, обнаружив несоответствие реального желаемому, люди находят массу виновников произошедшего с ними несчастья, стараясь не замечать, что лишь они сами, в большинстве случаев, источник собственных проблем.

Меня трудно назвать исключением из правила. Желание стать особенной личностью, жажда славы, признания, всенародной любви, если так будет сказано достаточно скромно, сыграли со мной злую шутку. Очень надеюсь, что это не повторится, хотя и говорят, что дурак — это надолго, если не навсегда.

Всё началось с того, что я решил освоить нечто суперское, надеясь стать круче всех. Это стало навязчивой идеей — мне отчаянно нужно подняться над всеми этими гопниками, постоянно обирающими меня, продавщицами, не скрывающими, что обсчитывают каждый раз, полицейскими, косо поглядывающими на одиноко бредущую нескладную фигуру. Имея дар, умение, способность, я стану им неподвластен, они начнут меня не просто уважать, а тупо бояться, потому что я… Ну, в общем, для начала нужно что-то получить!

Недолго думая, начал читать всё подряд, связанное с экстремальными способностями. Достаточно быстро понял, что в большинстве своём, это пустой трёп и желание получить лайки, потому что авторы никак не хотели переходить к практике, тем более, никто из них не стремился показать собственные способности в той области силы, которой якобы владел. Каждый требовал ему верить на слово и заниматься непрерывными практиками по постижению великой истины, придуманной ими на основе такой же лабуды, «творчески» переписанной у других мошенников.

Пришлось в буквальном смысле «изобретать велосипед», то есть искать собственный путь в непознанное. По вечерам перед сном я обычно вгонял себя в трансовое состояние, прослушивая соответствующую шаманскую музыку, прокачивая дыхание, а затем начинал тщательно «тужиться», пытаясь пробудить в глубине себя те самые тайные силы. Я совершенно искренне верил, что достаточно лишь подобрать ключик к тайнам подсознания, нащупать дверь, ведущую к древним и хорошо забытым знаниям, как тайное станет явным.

Третий глаз, главный аргумент любого экстрасенса, напрочь отказывался сотрудничать. В темноте я видел лишь мрак, нарушаемый вспышками в глазах, характерными для случайных возбуждений глазного нерва. И как тут стать экстрасенсом, когда самое главное не работает? Никак! Или как-то иначе, без третьего глаза, используя данные природой от рождения два глаза и мозги.

Мне хотелось получить способности читать мысли, телепортироваться, двигать предметы силой мысли или левитировать. Я был не прочь научиться видеть призраков, разговаривать с умершими, исцелять или предсказывать будущее. Меня устраивало всё или хоть что-нибудь, хоть самая малая, но способность! Вот только скрытые возможности организма спали крепким, если не летаргическим сном.

Поискам магических секретов отчаянно мешали соседи, живущие простой жизнью, заключающейся в постоянных попойках и пьяных разборках, гремящих музыкой, включённой на всю катушку, как днём, так и ночью. Лёжа без сна тёмной ночью, я представлял, как вышибаю к чёрту их двери, обрываю провода на усилителе, магнитофоне, телевизоре, а их самих выкидываю с балкона в темноту, чтобы они уже больше никогда-никогда не вернулись обратно. Но время шло, соседи оставались верны традициям, а я терзался несбыточными мечтами.

Много времени потратил на попытки выхода души из тела, столь красочно описанные в широко известной книге Реймонда Моуди «Жизнь после смерти». В состоянии предсна, ожидая волшебных вибраций, я всеми силами заставлял своё астральное тело вырваться из пут реального, и отправиться в самостоятельное путешествие. Из самых эпических подвигов, которые стояли в плане после успешного освоения данной практики, было посещение Луны и получение однозначного ответа на вопрос — были американцы на Луне или нет?

Всё было тщетно, я просыпался уставший от сна, совершенно измотанный и с головной болью. Ничего интересного от этих глупых занятий во мне не обнаруживалось. Я стал раздражительным, грубым в общении, меня постоянно клонило в сон, да ещё и выскочили многочисленные болячки, решив, что я поставил крест на собственном иммунитете. Продолжение самоистязания однозначно привело бы в психбольницу. Но однажды мне начали сниться действительно странные сны.

Именно тогда, когда я решил поставить точку в экспериментах с сознанием и перестать копаться в мозгах, когда в первый раз просто лёг спать без всяких желаний что-то получить от сна, эти видения пришли в первый раз. В тот день меня уволили с работы, банк, в котором хранились все деньги, лопнул и я первый раз в жизни напился вдрызг в баре, решив послать лесом все проблемы. Затем едва не подрался в баре с каким-то бродягой, непонятным чудом оказался дома и, не раздеваясь, завалился спать.

Усталость и алкоголь придавили меня к постели, тело налилось невероятной тяжестью, я уснул, как убитый. Но вдруг на фоне антрацитовой темноты появилось неяркое свечение — поначалу точка, затем светящееся марево. Поначалу я не обратил на это внимания, но затем за свечением увидел людей, целенаправленно идущих ко мне. Они приближались к свету и останавливались, не в силах преодолеть тонкий световой барьер.

Почему-то я совершенно точно знал, что никого из них уже нет в живых. Тем не менее это не были зомби или страшные покойники, выглядели они совершенно обычными людьми, если бы не одно «но» — они безмолвно стояли и смотрели, стараясь поймать мой взгляд. Стоило на кого-то из них посмотреть более пристально, как он тотчас же приближался к барьеру вплотную и протягивал руку, но у меня не было ни малейшего желания здороваться ни с кем из них.

Проснувшись, я лишь посмеялся над увиденным, посчитав это остаточными явлениями издевательства над собственным организмом или следствием выпитого накануне. К тому же я отлично выспался, а это железно доказывало, что сон был вполне обычным и заурядным. Но на следующую ночь я был абсолютно трезв, а сон повторился в точности. Правда, на этот раз никто не шёл к барьеру — они все уже ждали меня там. И их явно стало больше.

Даже просто посоветоваться о произошедшем во сне было не с кем — родителей я потерял ещё в раннем детстве, воспитывавшие меня дед с бабкой померли, оставив в наследство эту квартиру. На работе дружеских связей так и не завёл, тем более, что работа аналитика позволяла сидеть дома, периодически отчитываясь о результатах. Никто не лез в мою жизнь и мне это нравилось. Минусом было то, что в трудную минуту никто не придёт на помощь или просто не выслушает, чтобы хотя бы посочувствовать. А сейчас и вовсе не с кем поговорить, даже Ирка, которую я считал своей девушкой, послала меня подальше.

Оставалось использовать на полную катушку то, чему меня учили и в чём я всегда был силен — аналитика! Просто нужно понять, что со мной происходит, тем более, что эффект повторяется, поэтому его можно исследовать, постепенно накапливая полезные данные, которые помогут сделать правильные выводы, если… если раньше я не сойду с ума.

Не было счастья, так несчастье помогло

Попытка понять причину появления навязчивых снов закончилась провалом. Пришлось признать очевидное — я не знаю, почему мне снятся именно такие сны. В моём арсенале развлечений нет ни фильмов, ни игр, ни книг про покойников и зомби, я не увлекаюсь всякой ерундой, вроде поисков призраков, среди моих родственников, предположительно, нет колдунов или ведьм. Неужели я окончательно доконал себя попытками докопаться до незнаемого?

— Семьсот рублей, — прервала мои рассуждения продавщица. — Карта или наличные?

— А почему семьсот, — вяло запротестовал я, помня, что по ценникам выходило на сто рублей меньше.

Деньги таяли быстрее, чем я рассчитывал, мелкие подработки приносили столь же малый доход, а работать приходилось много, тупо рисуя сайты за копейки. Каждый рубль на счету!

— А там цены неправильно выставлены, — нагло улыбаясь, сообщила продавщица. — Платить будем или я охрану зову? Покупают, сами не знают что, а потом права качают!

Конечно, я заплатил, куда деваться? Там охранник, он не будет долго разбираться, чёрт с ними, — пыхтел я под нос, заставляя уняться внутреннее раздражение.

И так всегда! Меня постоянно обсчитывают! На лбу написано что ли — его можно обсчитывать! И ведь не в одном магазине, везде, в каждом, куда не придёшь, обязательно обсчитают и смотрят вот также нагло и с усмешкой — а что ты нам сделаешь? А вот сделаю! Вот получу суперскую способность, тогда пожалеете, будете в ногах валяться, прощения просить, а я ни за что не прощу! Проблема лишь в том, что никаких способностей нет даже в проекте.

Сны, а точнее их безмолвные жители, продолжали мучить меня каждую ночь. Хуже того, стоило случайно задремать за работой, как они тотчас выстраивались рядами, пробуждая во мне муки совести, словно я один мог что-то сделать для них, но по какой-то прихоти не могу, или не хочу этого. Люди менялись, кто-то настойчиво прорывался в первые ряды, некоторые бесследно исчезали, но их не становилось меньше. Создавалось ощущение, что где-то висит реклама нового шоу «Поговори с Михаилом!», привлекающая всё больше зрителей или участников. Одна проблема — главный участник не собирается выступать, но это уже проблемы организаторов.

Навязчивые сновидения с повторяющимся в деталях сюжетом вгоняли меня в панический ужас. Пора было подумать о визите к психиатру, но тогда прощай водительские права — кто допустит до вождения откровенного психа? А я как раз собирался на медицинскую комиссию. В двадцать пять лет кажется, что справка намного важнее каких-то проблем в голове, да и чего можно ждать от человека, не имеющего за спиной жизненного опыта, живущего будущим, а не нынешним днём.

Мне бы призадуматься в тот момент, а не то ли это самое, чего ты так отчаянно добивался, парень? Но нет, я самонадеянно решил, что усталость довела меня до ручки, а измотанный мозг мстит хозяину неприятными снами. Нужно лишь немного отдохнуть и всё наладится, — убеждал я сам себя, глотая снотворное на ночь. Ещё немного и я бы точно пошёл к психиатру, но уже с проблемой, а не за справкой на водительские права.

Все изменилось, когда во сне я стал свидетелем страшного дорожно-транспортного происшествия. На пешеходном переходе пьяный водитель сбил маленькую девочку. Насмерть. Она выбежала на дорогу, когда зелёный свет горел уверенно ровно, разрешая людям безопасно пересечь кусочек асфальта, отданный во власть диких моторов. Водитель нарушил все мыслимые и немыслимые правила, ему было наплевать, он даже и не понял, что совершил, так как ещё несколько десятков метров тащил за собой уже мёртвую девочку, зацепившуюся ранцем за выступ днища.

Яркое полуденное солнце весело играло в кроваво-красной полосе на асфальте. Летний ветерок бодро гонял обрывки детского платья. Молоденькие липы, высаженные вдоль дороги, всё также беззаботно шелестели зелёными листочками. Мир вокруг совершенно не изменился, кроме того, что одним человеком, маленьким человечком стало меньше на этом свете.

Мать сразу потеряла сознание и потом, очнувшись, едва не сошла с ума от горя. Её кровиночка, её девочка в одно мгновение перестала жить. Потом в газетах, в интернете много писали про тот случай, были фото из зала суда, где огласили приговор водителю-убийце — пять лет лишения свободы в колонии общего режима. Кто-то помог ему получить справку, что случившееся стало результатом микроинсульта. Суд присоединил справку к делу, тем не менее, срок дали. А девочку похоронили.

Сон показал мне то, что однажды я увидел наяву, став невольным свидетелем этой драмы. Перед самым столкновением девочка пыталась спасти плюшевого медведя, с которым, по всей видимости, не расставалась никогда. Она высоко подкинула его в воздух, и он прилетел мне прямо в руки. Никто его не забрал, а просто выбросить показалось дико.

Я сразу узнал её, как только она появилась в этой немой очереди. В том же платьишке, с тем же ранцем и медведем: плюшевым, с оторванным ухом, светло-бежевым. Тем самым, которого она в момент удара пыталась спасти.

— Привет, как тебя зовут, девочка? — спросил я, глядя ей прямо в глаза.

Почему я так сделал? Ведь никогда до этого у меня не возникало желания как-то обращаться к людям из сновидений, а тут сразу знакомиться кинулся. Скорее всего, сработало воспоминание о той страшной аварии в связке со знакомыми образами — размяк, расслабился, решился сломать стереотип молчания.

Она радостно улыбнулась, широко распахнув голубые глаза, потом молча протянула мне руку, словно предлагая поздороваться. Моя рука беспрепятственно преодолела голубую преграду, я осторожно взял её маленькую хрупкую ладошку в свою ладонь, и в тот же момент услышал голос девочки.

— Я хочу поговорить с мамой! — тихо попросила она. — Она переживает, и я не могу покинуть этот мир. Здесь неуютно, холодно, одиноко. Помоги поговорить с мамой, пожалуйста, — в её голосе не было боли, страдания или злости. Она просила сделать ей одолжение, словно речь шла о месте в трамвае.

— Как мне её найти? — глупый вопрос, но ничего лучше в голову не пришло.

Можно ведь заглянуть в интернет, там, наверняка, масса информации о том происшествии. Там же есть фамилия её мамы, потом можно…

— Улица Ленина, дом пятнадцать, квартира двадцать шесть, — так действительно проще, она ведь не совсем маленькая, знает, где живёт… точнее жила… ну, не важно. — Завьялова Светлана Васильевна — это моя мама. Скажи, что мне нужно с ней поговорить. Это важно.

С ума сойти. Ничего себе сны пошли. И как мне к этому отнестись? Шизоидный синдром? Сильное переживание, долгое сидение в интернете и бац, сработали защитные механизмы — организм намекает, что таким путем я скоро попаду в психушку. Даже, если это правда, как я смогу пригласить её маму в свой сон? Это же бред!

— Тебе нужно просто взять меня и её за руку. У тебя есть способность. Ты можешь это делать. Чтобы с кем-то из нас поговорить, просто посмотри ему в глаза и протяни руку!

Она что, мысли мои читает что ли? Я же ничего не говорил вслух!

— Я слышу всё, что ты говоришь и думаешь, — улыбнувшись, ответила она. — Если захочешь, сможешь делать то же самое. Но ты ещё не готов к этому. Не бойся, мне некому об этом рассказать, — рассмеялась девочка.

Она говорила настолько по-взрослому, что я моментально поверил в сказанное. Хотя меня несколько смущало, что она, будучи практически покойницей, вот так спокойно рассуждает, мило улыбается и даже смеётся, словно с ней ничего не случилось вовсе. Как будто она обычная живая девочка, а не плод моих сновидений. Кстати, а как же сон? Я ведь не могу спать и делать то, что нужно, общаться с живыми… чёрт, как-то странно звучит, да, с живыми и мёртвыми людьми. Если я заснул, то могу общаться только с этими, а проснувшись, только с теми. Замкнутый круг!

— Тебе нужно просто закрыть глаза и немного расслабиться, словно засыпаешь, — в её голосе чувствовалась едва заметная ирония, будто эти знания должны были быть мне знакомы с детства, но по лености, беспечности или невнимательности я не подготовился к важному уроку. Двоечник, в общем.

— Ты думаешь, она мне поверит? Представь, она открывает дверь и совершенно незнакомый человек нагло заявляет, что он может помочь ей поговорить со своей погибшей дочерью. Первое, что она сделает, спустит меня с лестницы, а потом вызовет полицию.

Я чувствовал некоторую неловкость, называя девочку погибшей, но факт оставался фактом и чудес на свете не бывает. То, что я могу с ней разговаривать, не делает её более живой. Это понятно любому человеку, любому нормальному человеку. Или её мама из числа таких же ненормальных? Или она от горя с ума сошла, чтобы поверить мне на слово?

— Ты скажешь ей, что в тот день мы шли записываться в бальную студию, но забыли балетки дома. Она тогда очень расстроилась, но не было времени возвращаться, нас ждали на собеседование. Об этом никто не знает, кроме меня и мамы. Она тебе поверит.

Проснувшись, я всеми возможными способами оттягивал время принятия решения. Это всего лишь сон, — говорил я себе. — Если из-за каждого сна бегать по городу, выпучив глаза, не хватит времени на работу. Ну, сильный сон, не забывающийся, и что с того? Ничто не указывает на реальность в нём происходящего! Ничто, кроме того самого плюшевого мишки.

Не сумев убедить себя в нереальности сна, приняв, как данность, что идти придётся, я, тем не менее, тянул время, надеясь, что проблема решится сама собой. То находилось «очень срочное дело», вдруг нужно было позвонить для разрешения «очень важного вопроса», то ещё что-то из разряда дел, не делавшихся месяцами и вдруг ставшими жутко неотложными. Когда закончился последний аргумент «она может быть на работе», часы показывали семь часов вечера. Можно было сказать себе «уже слишком поздно для визита к одинокой женщине», но, вздохнув, я решил, что это проявление трусости, слабости и, вообще, не по-мужски.

— И с чего ты решил, что она одинокая? — бормотал я, опасаясь увидеть в открытых дверях здоровенного брутального мужика. — Не она, так мужик её спустит тебя с лестницы, да ещё и фингал под глаз поставит, — мне казалось, что под глазом уже отчаянно болит, но я продолжил путь, чувствуя себя, если не героем, то хотя бы Христом, тащившим собственный крест на Голгофу.

До самого последнего момента мне казалось, что я совершаю глупость, следуя указаниям, полученным во сне. Тем не менее, с каким-то ослиным упрямством я подошёл к тому самому дому, поднялся на нужный этаж и завис, не решаясь нажать на кнопку звонка. Вот сейчас откроется дверь и выяснится, что здесь живет совершенно другая семья. Или даже, если там живет именно мама той девочки, она ни за что мне не поверит, потому что нормальные люди не верят в идиотские глупости. Если она ударит меня, думая, что я таким образом пытаюсь взять интервью для какой-нибудь газетенки, я её пойму.

— З-з-здравствуйте, — не сразу смог произнести я элементарное приветствие, — это квартира двадцать шесть?

Девушка, открывшая дверь, смотрела на меня, как на явного идиота. Это понятно — человек спрашивает номер квартиры, хотя он отчётливо виден на двери.

— Тут живёт Завьялова Светлана Васильевна? — поспешил уточнить я, пока у меня перед носом не захлопнули дверь.

— И что? Вам что нужно? Опять лабуду про истинного бога начнёте нести? — в её голосе не слышалось ни капли приветливости. — Быстро сказал, чего хотел и свалил!

В чём-то я её понимаю, эти свидетели Иеговы, кого хочешь достанут своими россказнями, в кого нужно верить, а в кого нет. И ведь вцепляются, как клещ в собаку, не отцепишься, не сбросишь. Ходят по двое, пока один отдыхает, второй песню заводит. В квартиру впусти, напои, да накорми, истинному богу пожертвуй денег, а то и квартиру отпиши.

— С-с-светлана В-в-васильевна, я по другому д-д-делу, — странно, но раньше я как-то не заикался. — У меня послание от вашей дочери, — выпалил я решительно и зажмурился, ожидая немедленного удара по лицу.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 86
печатная A5
от 531