электронная
180
печатная A5
592
18+
Город Мёртвых

Бесплатный фрагмент - Город Мёртвых

1 том

Объем:
490 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-8548-3
электронная
от 180
печатная A5
от 592

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами без письменного разрешения владельца авторских прав.

Спасибо моим первым читателям за огромную поддержку.

Пусть неслучайные случайности продолжаются!


Годы создания:

08.11.2013 — 09.02.2019

ГЛАВА 1. ВЫЖИВШАЯ

Kai Engel — Curtains are Always Drawn


Привет. Меня зовут Тин. Вернее, уже некому меня так называть. Все, кто знал моё прозвище, погибли. Все, кто знал моё настоящее имя, тоже погибли. А Тин — это всего лишь имя, которым я пользуюсь, обращаясь к самой себе. И не смотрите на меня так, я нормальная.

То утро началось как обычно. Я осторожно отодвинула от двери комод и вышла из комнаты. Затем, убедившись, что входная дверь надёжно заперта, двинулась на утренний обход по всей квартире, поскрипывая половицами. Эта маленькая, скромно обставленная квартирка вот уже на протяжении целого месяца исправно служила мне постоянным убежищем. Другие жилища, расположенные на улицах мёртвого города, были временными, и подолгу я в них не задерживалась.

Я, как и все, не сразу поняла, что вокруг происходит. Просто в один отвратительный день в моём привычном мире появились зомби. Правительство, конечно же, бросило все свои силы на борьбу с неожиданной угрозой, но у них ничего не вышло. Живые мертвецы возникали буквально из ниоткуда: обращение происходило спонтанно, в любом месте, безо всякой логики, что делало невозможным прекращение эпидемии. Вскоре случаев заражения стало так много, что нельзя было чувствовать себя в безопасности не только на улицах, но и в собственном доме.

Самым ужасным было то, что каждая единица этой мёртвой армии была когда-то жителем моего города. И, помимо незнакомых людей, это были соседи, друзья и даже родственники… Главная причина трагедии была официально озвучена — вирус. К сожалению, как передавался вирус, так и осталось неизвестным. Но заражённые, подобно всем существующим киношным клише, маниакально жаждали человечины, не реагировали на боль, физические увечья и, конечно же, отказывались разлагаться подобающим любой трупочине образом. Даже сейчас, несмотря на то, что количество выживших в городе, по моему скромному заключению, не превышало единицу, они продолжали бродить меж пустых домов в поисках живых.

У меня было достаточно времени, чтобы понаблюдать за ними. Любые подробности я старательно записывала в дневник, надеясь хоть как-то структурировать свои «полевые» исследования. Со временем зомби становились медлительными, и я предположила, что это происходит из-за долгого отсутствия пищи. Вполне возможно, их организм умел переходить в энергосберегающий режим — такие изменения были мне на руку, ведь избегать встречи с ними становилось проще. Ещё одним удивительным открытием было то, что у некоторых из них начали проявляться устоявшиеся модели человеческого поведения: они начали возвращаться в дома, приходить в ранее людные места или совершать действия, которые были для них обыденными и впечатались в механическую память ещё при жизни. Правда, действовали они при этом с гораздо меньшей осознанностью и старательностью. Зомби не любили жару, но в особо солнечные дни выбирались из тени помещений, задирали головы вверх и смотрели на солнце, ожидая чего-то.

Их было много, а я уже три месяца была сама по себе. Скорее всего, я была последней выжившей. Сказать, что мне было одиноко, это всё равно, что плюнуть мне прямо в душу. Мне было дико, страшно одиноко! Зверски! Безумно! В каждой квартире у меня было большое зеркало, в которое я часто смотрелась днём, а на ночь старательно накрывала тканью и убирала на пол. Я боялась испугаться в полусне собственного отражения.

Моё убежище представляло собой небольшую заставленную квартирку из двух комнат на третьем этаже с доступом к пожарной лестнице. В одной комнате у меня располагалась спальня, а в другой — склад с едой и припасами. Окна всегда были закрыты плотными шторами, даже днём, когда я не зажигала свет.

Буквально пару недель назад я добралась до единственного в нашем городе оружейного магазина. Двери были открыты, однако, внутри помещения засело несколько заражённых, и они никак не хотели выходить. Время от времени я всё же заглядывала туда, чтобы дождаться момента и разжиться оружием. Пока же пользовалась электрошокером, который заряжала от генератора. И не смейтесь. Под воздействием этого волшебного устройства в зомби просыпались настоящие танцоры! Жаль только, что я ни разу не досматривала шоу до конца, приходилось бежать сломя голову, пока охватившие их конвульсии не прекратились. Во избежание слишком близкого контакта с заражёнными я примотала шокер на длинную палку. Пришлось изрядно повозиться с контактами, но в конце концов я сообразила, как сделать так, чтобы этот странный агрегат заработал.

Так вот, как я уже говорила, это утро было обычным и не предвещало ничего — ни плохого, ни хорошего. Я, как всегда, проверила после сна все комнаты, двери и окна, а затем осторожно выглянула с балкона.

Стоял конец августа, и кое-где уже виднелись желтеющие листья. Во дворе царила неприятная тишина, только слышался еле уловимый скрип с игровой площадки. Выпрямившись, я разглядела фигуру зомби, названного мною Ванькой. Оказалось, он наткнулся на детские качели и раскачал их. Дворовая собака злобно рычала на него из ближних кустов, но он не обращал на неё никакого внимания. Странно, что вирус поражал людей, но никак не животных.

Я обречённо вздохнула. Ванька — уж не знаю, как его звали при жизни — обитал в первом подъезде моего дома. Худой, крайне медлительный зомби произошёл из мужчины средних лет. После общего безумия он преспокойно вернулся к себе домой и каждый день «прогуливался» по двору. Когда я нашла эту квартиру и захотела здесь поселиться, такое соседство меня не обрадовало. Однако, позже выяснилось, что ноги заражённого совсем не слушаются, поэтому убежать от него не составляло труда.

Подышав свежим воздухом, я решила вернуться в комнату. Нужно было провести этот день с пользой. Включив на балконе генератор и подсоединив к нему шокер на подзарядку, я пошла в ванную. Питьевой воды было мало. В магазинах, конечно, её было ещё много, но… вы когда-нибудь пробовали убегать от зомби по замусоренному городу с пятилитровым бутылём? То-то же! Я приносила воду как могла, в пределах своих физических возможностей.

Приметив, что нужно достать ещё воды, я зашла на кухню. Сюда я стаскивала припасы и другие ценные вещи. На столе стояла наполовину опустошённая банка тушёнки, с соблазнительно приоткрытой крышкой. Я не стала сопротивляться её чарам и принялась за еду.

— Какое спокойное и спланированное утро у меня получилось, правда?

Спустя полчаса большое зеркало без рамы показывало мне саму себя, взлохмаченную, угрюмую и полностью снаряжённую для нового дня. Прямо Чак Норрис, женская версия, ага.

— Итак, Тин, твои задачи на сегодня: проверить оружейный магазин, добыть ещё воды, найти батареек, присмотреть чего-нибудь поесть и вернуться домой до наступления темноты. Ах, да… ещё тебе нужно постараться не двинуть кони за день грядущий.

Моё отражение кивнуло, словно соглашаясь с прозвучавшими словами. Надо же, какой содержательный диалог получился.

Как и всегда, я выдвинулась налегке, прихватив полупустой рюкзак, чтобы как можно больше добытого принести обратно. Кинула в него скудную аптечку да бутылку воды, а из оружия взяла нож и шокер — получилось просто и сердито. Здраво оценивая свои силы, я понимала, что моим главным оружием в стычках с зомби по-прежнему оставались ноги и способность бегать.

Из двора вышла без приключений, так как на улице было достаточно «немногозомбно». С трудом прошла мимо знакомого супермаркета, мысленно пообещав себе зайти на обратном пути. Погода стояла тёплая и достаточно облачная, так что все обстоятельства складывались удачно. Я заставила себя расслабиться и даже насладилась прогулкой по пустым улицам. Спустя пару часов я дошла до оружейного магазина, который располагался в частном секторе. Железная дверь была чуть приоткрыта, и оттуда доносилась характерная вонь.

— Сидят, гады, — недовольно прошипела я себе под нос.

И действительно, сквозь окно было видно, как пара лениво передвигающихся фигур слоняется по торговому залу. Значит, снова пролёт. Я забралась по решётчатому забору на крышу одноэтажного магазина и присела за вентиляцию, чтобы передохнуть перед обратной дорогой. Кажется, мне предстояло искать другие варианты, либо найти способ выманить их оттуда.

— Что ж, придумаем, что делать дальше, — приободрилась я.

В округе не было ни души. Одинокие брошенные дома частного сектора смотрели на улицы своими чёрными безжизненными окнами. Я по привычке поискала глазами дым или любой другой намёк на то, что где-то скрываются выжившие, но увидела лишь пару живых мертвецов, замерших на соседней улице. Их лица были направлены вверх. Прищурившись, я тоже подняла взгляд в небо — оно окончательно прояснялось, редкие облака уступали место солнцу.

Тут краем глаза я заметила движение в небе. И это была не птица, на птицу я бы даже внимания не обратила.

— Самолёт! — вскочила я на ноги. — Самолёт, мать его!!!

Не веря собственным глазам и жалея, что у меня нет ракетницы, я с надеждой смотрела в небо и не знала, что мне предпринять: «Как привлечь внимание?! Как сделать так, чтобы они меня увидели?! Что за…» Замерев, я вдруг оосознала происходящее — самолёт снижался слишком стремительно. Тяжёлый гул железной машины у меня над головой с каждой секундой возрастал, не было ясно, почему он терял высоту — ни дыма, ни очевидных повреждений видно не было. До аэропорта довольно далеко, так что о запланированной посадке не могло идти и речи! Очевидно, на борту что-то пошло не так, и посадка вынужденная. Волну удивления и восторга сменил холодный ужас, от которого я словно приросла к крыше.

Самолёт пролетел прямо надо мной, казалось, всего в паре сотен метров. Я невольно вжала голову в плечи, но, вопреки всему, он не обрушился тут же мне на голову, а лишь продолжал снижаться. Гул стоял пугающий. Из-за небывалого события я совсем забыла, что я здесь не одна — из магазина на шум показались двое заражённых.

Я даже больше не пыталась спрятаться, они и так уже меня обнаружили. Предприняв пару жалких попыток дотянуться до крыши, они пустили в ход остатки своей сообразительности и направились к забору. Из магазина тем временем появились ещё трое. Шансов против такой толпы у меня, конечно, не было. Осознав своё положение и окинув быстрым взглядом окрестности здания, я поняла, что придётся прыгать. Это в кино или игре кажется, что спрыгнуть с первого этажа — детская забава. Реальность же была такова, что я боялась любой высоты — это раз, отвратительно прыгала — два, к тому же приземляться на асфальт было не самой лучшей затеей изначально — это три. Однако иного пути у меня не было.

Дождавшись, пока первый зомби заберётся наверх и захочет перелезть на крышу, я выставила перед собой шокер и ударила заражённого в руку. Конвульсивно содрогнувшись, он свалился с забора, удачно сбив следом идущего, и упал на асфальт. Воодушевлённая своим успехом, я отбежала к другому краю крыши и бесстрашно спрыгнула во внутренний двор магазина. Больно ободрав колени и локти о кирпичную стену, я дала дёру.

Вдалеке послышался звук крушения. По моему предположению, самолёт упал где-то по ту сторону реки. Так быстро за свою сознательную жизнь я ещё не бегала! Каждая секунда, как мне казалось, — на вес золота. То и дело я замечала в поле зрения заражённых, но у меня не было ни времени, ни желания излишне осторожничать. Если они и погнались за мной — я вскоре бы их услышала. Я бежала прямо по главной асфальтированной дороге и знала, что она прямиком выведет меня к мосту, а затем — в центр города. Это было самое малоизученное мной место после трагедии, но сейчас это меня не останавливало.

Я ощущала эйфорию, чувствовала себя словно в компьютерной игре. Будто я бегу по карте, у меня есть задание, которое я должна во что бы то ни стало выполнить и не проиграть! Ведь нельзя же было сейчас проиграть, верно? Не совсем ещё понимая, что именно хочу найти на месте крушения самолёта, я полностью отключила мысли и сосредоточилась на беге. Пыльная дорога лениво виляла впереди, не желая заканчиваться — это страшно меня раздражало. Нужно было бежать ещё быстрее! Ещё!

К сожалению, в какой-то момент я споткнулась, не удержала равновесие и бесславно скатилась в придорожную канаву. Кажется, мне было больно. Чёрт, этого не должно было случиться по игровому сценарию.

Виновником моего падения был камень. Обычный камень. Огромный такой придорожный булыжник. И как я только его не заметила? Боль отрезвляюще растекалась по моей ноге.

— Твою ж! — простонала я чуть не плача от обиды.

Я чувствовала, что рядом валялись какие-то мягкие ошмётки неведомо чего. И знать, чего именно, мне не хотелось. Поспешно сев, я испуганно осмотрелась. Видимо, сегодня мне невероятно везло — поблизости никого не оказалось и погони за мной не наблюдалось.

— Тихо, спокойно… Всё хорошо, Тин, — пробубнила я себе под нос, скривившись от боли и баюкая левую ногу.

Осторожно осмотрев пострадавшую конечность, я облегчённо выдохнула. Похоже, ничего серьёзного, всего лишь растяжение. Только сейчас заметив, как сильно колотится моё сердце после быстрого бега, я вытерла со лба холодную испарину.

— Ты вообще нормальная? — укорила я себя. — Зачем так бегать?

В самом деле, что ещё могло случиться с упавшим самолётом? Он уже упал, так что худшее свершилось. То, что я найду его несколькими минутами раньше, не сможет ничего изменить. Пару раз задержав дыхание, я продолжительно выдохнула, это помогло мне успокоиться, но руки до сих пор предательски дрожали. Падение произошло неожиданно, а у меня словно крыша поехала от нахлынувших эмоций.

— Держи себя в руках, если хочешь жить, — хмуро отчитала я саму себя, быстро перематывая бинтом ногу.

Спустя несколько минут я снова чувствовала себя самой собой. В груди всё ещё билось неуёмное волнение, но не могло не радовать то, что мозги встали на место — я наконец-то включила голову! Поднявшись, я уверенно направилась к ближайшим частным домам и заглянула во дворы. Буквально во втором мне повезло — я нашла велосипед. Гениально, правда? Это означало, что дальше я могла двигаться быстрее и без травм для здоровья.

Дорога до моста прошла относительно спокойно, лишь пару раз я скрылась от заражённых, внезапно встретившихся мне на пути. Велосипед, пожалуй, был одним из лучших изобретений человечества. И как я раньше не догадалась им обзавестись?

А вот у моста всё стало гораздо сложнее — его больше не было. И да, только на подъезде я вспомнила, что его взорвали.

— Какого хрена?.. — я резко притормозила перед бетонными заграждениями и схватилась за голову.

Нужно сказать, я прекрасно понимала, что мост разрушили, пытаясь удержать заражённых. Но сейчас это оказалось не самым приятным сюрпризом! Другой переправы поблизости не было, а плавать, к слову, я не умела, поэтому сложившаяся ситуация казалась мне абсолютно безвыходной.

Тем не менее, я пробралась сквозь череду разбитых машин к покарёженной трамвайной остановке и осмотрелась. На противоположном берегу находился парк, над которым клубился чёрный дым. Отсюда был прекрасно виден и горящий самолёт, севший на брюхо. Очевидно, многолетние деревья и сваленное колесо обозрения помогли смягчить приземление. При посадке самолёт хорошенько развернуло, и теперь хвост опасно нависал над рекой, а крылья запутались в деревьях, проводах и тросах. У меня складывалось такое ощущение, будто бы он только и ждал, пока я до него доберусь. Оставалось найти способ.

Прямо по центру моста зияла огромная пропасть и два берега больше ничто не соединяло, из воды торчали лишь обрушенные подпоры. Осмотрев берег, я не увидела ни одной лодки или чего-либо ещё, на чём можно было бы переправиться через реку. Лишь неподалёку стояла старая баржа, но толку от неё не было — она давно уже была переделана в прибрежное кафе. С грустью вспомнилось, как я когда-то давно заходила туда с подругой отметить диплом.

Я двинулась к барже, за неимением лучшего. И вскоре была вознаграждена — на барже, антуража ради, висел старый спасательный круг. С сомнением осмотрев круг, я сняла его и удивилась немалому весу. До сих пор я подобного девайса в руках не держала, но раз его используют для спасения — должен же он удержать меня на плаву, верно?

Подняв рюкзак под самую шею, чтобы не замочить шокер и остальные важные вещи, я нахлобучила на себя круг. Течение у реки было быстрым, и я решила по возможности отойти от моста, чтобы дать себе форы.

Вода оказалась неприятно холодной. Ботинки отвратительно захлюпали. В душе я надеялась, что причина распространения вируса никак не связана с водой — иначе это был последний день моей сознательной жизни. Уверовав в то, что всё делаю правильно, я пошла вперёд. Ступать следовало осторожно. Река обычно в это время года была мелкой, но где-то здесь, между второй и третьей опорой, была вырыта траншея для барж. Я знала, что в любой момент могу резко погрузиться в воду и удариться в панику.

— Мм, — холодная вода уже касалась моих бёдер, липкий холод пробирался всё выше. — Как неприятно…

Я затаила дыхание, когда перестала видеть в мутноватой воде свои ноги, но тут со стороны самолёта раздался взрыв.

— О, Великий Всемогущий разум! — взволнованно прошептала я, силой воли заставляя себя идти дальше.

На уровне сознания я плохо понимала, зачем вообще мне так нужно было добраться до этого самолёта. Надеялась ли я найти выживших или мне было просто интересно? А может быть, моей заднице просто не хватало приключений?

— Хах!

Звонкий «бултых» и холодные брызги нарушили цепь моих размышлений на самом интересном месте. Ноги теперь свободно болтались в воде, не находя больше дна, но круг удерживал меня на плаву и лишь чуть покачивался от моих хаотичных движений. С трудом заставив себя успокоиться, я заметила, что течение быстро несёт меня в сторону моста, и начала неумело грести вперёд. Было чертовски страшно! Я почти проваливалась в круг, он больно упирался мне в подмышки и выталкивал рюкзак, тот в свою очередь давил мне прямо на затылок и мешал. В голове крутилась только одна мысль — быстрее, как можно быстрее вперёд!

— Э.. эвринайт ин май дримс ай си ю, ай фил ю! — затянула я дрожащим голосом, пытаясь отвлечься от своих страхов.

В голове замелькали картинки моей смерти. Это было, как и просто самоутопление, так и водоплавающие зомби, тянущие меня за ноги на речное дно. И вообще, в данной ситуации моя фантазия изобиловала интригующими сюжетами.

— Ниир, фоор, вер ве а ю а! — затянлуа я, стараясь отвлечься. — Ай билив вэт вэ хард даз гоу оон!..

Должно быть, мой заплыв со стороны выглядел весьма абсурдно, и саундтрек из «Титаника» здесь вписывался очень органично, пусть и пестрил русским акцентом, больше напоминая задушевную «Вдоль по Питерской».

Мне повезло. Меня вынесло прямо на третью опору моста. Взгромоздившись на насыпь, я обняла шершавый бетон дрожащими руками, боясь сверзнуться обратно в воду. Самое страшное было позади.

— Река, блин, — нервно посетовала я перед последним рывком. — Почему ты такая широкая?

Но в последний раз погружаться глубоко и не пришлось, воды было максимум по грудь. Наконец я взобралась по крутому берегу, покрытому бетонными плитами, оставляя за собой мокрый след, и расторопно скинула спасательный круг. Когда я оглянулась назад, мне стало плохо от одной только мысли, что придётся вновь входить в воду. Примерно в тот же момент я твёрдо решила, что буду возвращаться назад каким-нибудь другим способом. Тем не менее спасательный круг я припрятала в прибрежных кустах. Так, на всякий случай.

Я промокла до последней нитки, а вот рюкзак остался в целости и относительной сохранности, так что миссию можно было не сворачивать. Достав и проверив шокер — без него мне сейчас просто не выжить — я заспешила наверх по бетонной лестнице.

От самолёта шёл ощутимый жар. Средняя часть корпуса была разломлена пополам, а хвостовая часть охвачена пламенем. Несколько заражённых, очевидно, застигнутых врасплох, не спешили приближаться к этому чуду техники и лишь издали, словно заворожённые, смотрели на него. Это было весьма кстати.

Я подобралась ближе, насколько возможно, в надежде выведать подробности случившегося. Пара эвакуационных выходов с моей стороны были распахнуты настежь. Должно быть, именно из них при крушении вывалилось несколько повреждённых тел. Трудно сейчас сказать, были ли это когда-то живые люди или уже обратившиеся. Главное, они не двигались. Многие иллюминаторы выбило, большая часть обшивки самолёта почернела, и краска активно отслаивалась хлопьями, но мне стало очевидным, что самолёт не был российским.

— Бритиш… Эервэйс, — с трудом разобрала я английские буквы за дымом. — Ага, Бритиш.

Моя бровь скептически приподнялась. Что здесь делает самолёт Британской авиакомпании? Как он вообще умудрился сюда добраться? А главное — зачем? У меня появилось множество вопросов! Только вот отвечать на них, увы и ах, было некому. Я дошла до самого носа самолёта, волею судьбы взгромоздившегося на поваленное колесо обозрения, но ничего полезного так и не обнаружила. Жаль.

— Зря только время потратила, — сокрушалась я, недовольно поправляя на ходу прилипающую к телу влажную одежду.

Мокрая ткань прогрелась, мне стало чуть теплее, и я собиралась уходить — не ровен час зомби могут прекратить таращиться на огонь и заметить моё присутствие. Я подошла обратно к лестнице и воровато огляделась. И тут я услышала позади кашель.

«Стоп. Зомби не умеют кашлять, уж это я точно знаю, у них не работают безусловные рефлексы!» Резко обернувшись на звук, я чувствовала, как учащается сердцебиение, однако моему взгляду долго не удавалось зацепиться ни за один живой предмет в округе… Пока снова послышался кашель. И в этот раз я отчётливо услышала, что он доносился откуда-то сверху. Колесо!

Я увидела его. Человека. Живого.

ГЛАВА 2. СПАСЁННЫЙ

— Не может быть! — мой голос заворожённо затих.

На конструкции аттракциона приходил в себя выживший! Не медля ни секунды, я приблизилась, чтобы убедиться. Лазала я как кенгуру по пихте — то есть никак, но сейчас это было необходимо просто взять и сделать. Только смекалка и притупленное чувство страха помогли мне благополучно взобраться наверх и не упасть.

Вскоре я подобралась совсем близко! Передо мной находился мужчина, сложно сказать, какого возраста, лицо и одежда его были испачканы в саже и крови. Последнее меня насторожило, ведь если вирус распространялся через кровь, у меня могли быть неприятности. Я аккуратно перехватила электрошокер, не сводя с него любопытных глаз, и нервно облизнула губы. Человек лежал на спине, прямо на перекрестье толстых стропил, старательно тёр лицо руками и беспрерывно кашлял, всё ещё не замечая моего присутствия. Подходить ещё ближе пока было опасно.

— Эй! — неуверенно подала я голос. — Ты живой? Эй!

Он вздрогнул от неожиданности и обернулся в мою сторону. Всё его лицо было измазано сажей, глаза покраснели от едкого дыма, и он постоянно щурился, словно от боли. Но глаза были человеческими, ясными. Я внутренне возликовала.

— Ты в порядке?! — кажется, излишне взволнованно спросила я.

Мои губы против воли растянулись в счастливой улыбке: «Живой. Настоящий человек. Подумать только!» А он смотрел на меня, словно ничего необычного не случилось, и лицо его оставалось настороженным и чуть удручённым. У меня возникло стойкое ощущение, что я делаю что-то неправильно… И тут меня наконец-то осенило.

— Ты в порядке? — расторопно переспросила я на английском. — Ты не ранен?

Кажется, теперь в его глазах появилась хоть какая-то толика осмысленности.

— Я в порядке, — наконец ответил он сухо.

«Голос! Я слышу его голос!»

— У тебя очень красивый голос! — выпалила я, с небольшим трудом сложив предложение.

Он вопросительно посмотрел в ответ — кажется думая, что я спятила. Что ж, ему и правда не понять, как я мечтала услышать ещё человеческую речь, кроме своей собственной. Пусть и на другом языке.

— Где я? — озираясь по сторонам, спросил он.

— В парке, — выдала я первое пришедшее на ум.

Дело в том, что за последние три месяца этот город стал моей единственной вселенной. Я уже совсем забыла, что есть не только другие города, но и другие страны, и мыслила в пределах той территории, где жила. Так было проще.

Кажется, такой ответ его устроил. По крайней мере, он не стал переспрашивать. Я же, из-за обуявшей меня радости, совсем не замечала, что смотрит он на меня подозрительно и не спешит идти на контакт.

— А ты? — неожиданно спросил он. — Ты в порядке?

Такой вопрос, откровенно говоря, поставил меня в тупик.

— Мм, немного болит нога, — нашлась я.

Повреждённая при беге нога у меня и правда болела. Наверное, стоило ослабить бинт, но заниматься этим сейчас я не собиралась. Как-то не очень вовремя.

— Это хорошо, — человек явно облегчённо вздохнул.

Я скептически приподняла бровь, искренне не понимая, что в этом может быть «хорошего».

— Извини, — мой собеседник наконец-то попытался встать. — Я опасался, что ты зомби. Но зомби не чувствуют боли и…

— Ага, — буркнула я. — И не разговаривают, вообще-то!

Мужчина невольно улыбнулся, и я никогда ещё не видела такой приятной улыбки. Или видела? В моей голове промелькнуло что-то очень знакомое, но сейчас я ликовала от того, что рядом есть ещё кто-то, кроме ходячих мертвецов, и не замечала подвоха.

— Ты из пассажиров этого самолёта, верно?

Человек кивнул, растерянно вглядываясь в овальные окна, из которых продолжал валить дым.

— Не думаю, что ещё хоть кто-то остался в живых, извини, — проявила я довольно формальное сочувствие. — Как ты вообще сумел выбраться? Хотя нет, погоди, — вовремя остановила я свой словесный поток. — Давай сначала спустимся.

Решение спустится было очень своевременным и правильным. Мы слезли с колеса по очереди. Мой спутник оказался очень высоким — он был выше меня больше чем на голову. Такая огромная обуглившаяся головёшка. Грех, конечно, смеяться, человек только что пережил такое… но смотреть на его чумазое лицо без ухмылки я не могла.

Мы двинулись в сторону набережной. Я опасливо оглядывалась по сторонам, но заражённые до сих пор смотрели на пылающий самолёт как зачарованные.

— Как тебя зовут? — неожиданно поинтересовался он. Мужчина осторожно протёр глаза и зашёлся в кашле.

— Дыши глубже и лучше пока не разговаривай.

Чтобы хоть как-то облегчить его мучения, я скинула с плеча рюкзак и достала влажные салфетки, которые тырила пачками из супермаркетов. Постоянно мыться в условиях апокалипсиса было весьма проблематично и расточительно, к тому же я с сомнением относилась к открытым источникам воды, поэтому влажные салфетки были достойной альтернативой.

— Можешь называть меня Тин, — я протянула ему пачку. — Потерпи, пока доберёмся до убежища. А до этого времени настоятельно тебе советую не тереть глаза грязными руками.

— Спасибо, — он принял упаковку и стал вытирать грязь с лица.

— И пиджак, кстати, сними.

— Что? — не понял мужчина.

— У тебя на пиджаке пятна крови, — объяснила я терпеливо. — Возможно, у вас в салоне самолёта были заражённые?

Мне не требовался его ответ или разъяснения, я увидела всё по его глазам. Самолёты вообще просто так не падают. Незнакомец молча стянул пиджак и бросил его на землю, после чего вернулся к оттиранию лица.

— Отлично, — моё первое радостное волнение неспешно улеглось, и я постаралась вернуться к реальности.

И всё же, что-то уже бесповоротно изменилось во мне: с лица не сходила эта дурацкая улыбка, а мир внезапно приобрёл какую-то особую цветовую привлекательность. Рядом со мной был человек. Живой человек.

Мы спустились по бетонной лестнице и подошли к тем самым кустам, где я припрятала спасательный круг. Здесь по-прежнему было тихо и безопасно, нам можно было остановиться.

— Штаны лучше тоже снять, — быстро предложила я, осмотрев выжившего с головы до ног и найдя багровые пятна на штанинах.

После этого предложения мужчина замер и осторожно переспросил, словно боялся, что ослышался:

— Что-что?

— У тебя на штанах тоже есть… кровь, — неуверенно пояснила я, внимательно всматриваясь в его наполовину очищенное от грязи лицо повнимательнее.

То, что открылось мне в этот момент, можно было назвать невероятным, просто фантастическим совпадением. И вероятность такого совпадения составляла жалкое соотношение — один к семи миллиардам!

— А-а, — многозначительно выдала я, краснея против собственной воли. — Ладно, забудь, неважно!

— О, там точно кровь, — согласился вдруг мужчина, наконец поняв о чём я. — Наверное, мне действительно стоит их снять, да?

Он быстро начал расстёгивать ремень.

— Нет! — с жаром воспротивилась я.

Человек непонимающе замер:

— Но выглядит и правда опасно, — крайне серьёзно добавил он, приподнимая бровь.

Мой мозг был готов взорваться: «Великий Всемогущий разум… Я что, чуть было не сняла штаны с самого Тома Стэнсбери?! Да не может такого быть! Почему из всех обитателей планеты мне достался этот англичанин?!»

— Застегни. Их. Обратно, — вкрадчиво попросила я.

То отводя взгляд, то неловко снова смотря в его сторону, я понимала, что мне не показалось — это точно был он! Том Стэнсбери был моим любимым актёром на протяжении нескольких последних лет. Я пересмотрела все фильмы с его участием, я складировала его фотографии в специальную секретную папочку на компьютере и даже пару раз писала ему абсолютно дурацкие письма в никуда! И вот — он здесь, передо мной, сейчас. Я была крайне сконфужена и, чтобы хоть чем-то разбавить своё неловкое молчание, нервно посмеялась себе под нос:

— Да, ладно, блин…

— С тобой всё нормально? — обеспокоенно поинтересовался мужчина. — Тин?

— Тебя ведь зовут Том, да? — быстро спросила я, решив отбросить последние сомнения.

Его лицо выразило искреннее изумление:

— Откуда ты?..

Но только он собрался задать наиглупейший вопрос, как на него, очевидно, снизошло озарение.

— Так вот в чём причина — ты меня узнала! — он неловко улыбнулся. — А я уж было подумал, что ты превращаешься в зомби.

Англичанин сдержанно посмеялся собственной корявой шутке и шаркнул ногой. Мне же было совсем не до смеха, этот человек здесь и сейчас был крайне неожиданным сюрпризом! Теперь я не могла спокойно смотреть на него, не то что разговаривать! И… «Ох чёрт, я додумалась попросить его снять штаны, — смутившись окончательно, я закрыла лицо ладонями. — Какой позор!»

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 592