электронная
108
печатная A5
456
18+
Год волка

Бесплатный фрагмент - Год волка


5
Объем:
380 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-8639-8
электронная
от 108
печатная A5
от 456

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пролог

Боль пронзает все мое тело, растекается до самых кончиков пальцев. Боль лелеет меня, боль правит мной, заставляя забывать обо всем… обо всем. Боль правит…

— Карнииген, — густой мужской голос плыл где-то по ту сторону моего сознания. — Карнииген!? Тупой ублюдок. Проверь вон того. Мне кажется, он все еще шевелиться.

— Он труп Лаамброк, — в звонком голосе собеседника слышалась твердая уверенность. — С такими ранами не выживет никто. Смотри.

Резкая обжигающая боль растеклась по всему моему телу, парализуя меня. Я не мог пошевелиться, у меня не было сил даже застонать. Карнииген ударил меня носком сапога в бок.

— Он дохлее той крысы в таверне Фаросса, — послышались удаляющиеся шаги.

— Ладно, надо заканчивать дело и уходить отсюда, — голос, который принадлежал, по всей видимости, Лаамброку гудел где-то вдалеке. — Скоро здесь будут марады.

— Да, чертовы мрази. Но мы хорошо их сегодня потрепали, — раскатистый смех казался мне зловещим.

— Да уж, вырезали словно сраных свиней. Не скоро очухаются твари. Скоро их поганое королевство склонится перед нами.

Пелена кровавого тумана застилает мой разум, и я плыву по течению моей боли. Наступает тишина, я так ждал этого. Тишина.

Волчий вой вырвал меня из-забытья. Мне холодно, очень холодно. Все тело превратилось в сплошной комок жгучей боли. Хотя нет, не все, ног я не чувствовал. Вой раздался еще ближе. Падальщики пришли поживиться мной. Ну почему я еще жив.

Я медленно открыл глаза. Взор застилало кровавой пеленой. Смеркалось. Пахло кровью и потом. Повертев головой огляделся. Повсюду тела людей, их кровь, пропитавшая землю, разбросанное оружие. Где же я нахожусь? Слишком много трупов… слишком много. Вой раздавался где-то совсем близко. Ему вторило еще несколько голосов. Снова огляделся. Слева поле из тел, впереди тоже и справа… хотя, что это там, вдали — деревья? Может быть, лес или роща… или мне просто показалось. Не знаю. Выбора нет. Придется рискнуть.

Попытался перевернуться на бок. Не получилось. Острая боль пронзила все тело. Отдышался. После второй попытки стало совсем плохо, кажется, терял сознание. Зато удалось перевернуться на бок, а затем на живот. Некоторое время лежал, уткнувшись лицом в землю. Вкус крови на губах. Не знаю, моя или чужая. Неважно. Надо двигаться. Волки близко. Пополз. Пришлось работать руками. Ног не чувствую совсем. Да и левая рука очень болит в плече.

Куча тел вокруг, металл, кровь… Тяжело двигаться. Казалось, что ползу, целую вечность. Посмотрел вперед. Ничего не видно. Труп огромного воина в черной кольчуге и остроконечном шлеме, загородил обзор. Стоит на коленях. Пронзен копьем насквозь. Пригвожден в таком положение к земле. Плохо. Мне совсем плохо. Почему все так болит. Ноги. Что с ногами? Пришла в голову ужасная мысль, может их нет? Но проверить не могу. Нет сил. Кое-как миновал воина. Леса не видно. Даже самого чахлого деревца. Туда-ли я ползу? И есть ли там лес. А если и есть, что дальше? Заползти в какую-то нору? Невероятно! Да и для чего, чтобы сдохнуть в ней? Зачем все это? Но я упорно пытаюсь.

Волки совсем близко. Кажется, что они дышат мне в спину. Тешатся над беззащитной жертвой. Хотя, может и нет. Они же просто глупые голодные твари. Пока полз, нащупал рукоять. Меч. Наполовину отломлен. Сломали о чей-то череп? Да какая мне разница. Может, прибью хотя бы одну мохнатую тварь.

Боль, боль, боль.… Кажется, я снова отключался. Все, это конец. Я уже чую запах мокрой шерсти. Слышу рычание и поскуливание. Рвут рядом лежащие тела. Скоро моя очередь. Но, в отличие от остальных, я все еще жив. Все еще… Что это!? Свет? Голоса? Да нет! Или все же да? Стоит попытаться. А как же волки, тоже услышат. А ладно, все одно умирать.

— По… помогите! Сюда! — голос оказался глухим, хриплым. — Помогите!

Кажется не помогло. Или…? Голоса! О да, человеческие голоса. Свет от факелов ударил в глаза. Зажмурился.

— А ну пошли вон, поганые твари, — грубый мужской голос зло прозвучал в темноте. Визг. Запах горелой шерсти. Запустил факелом в волка?

— Эй, откуда крик? — женский голос. Визгливый. Неприятный.

— Я… я звал. Помо… гите, — сил не оставалось совсем.

— Этот, — мужчина угрюмо навис надо мной, свет факела озарял его небритое лицо. — Кажись наш. Не жилец.

— Жилец или не жилец, не тебе решать, — в женском голосе прозвучала неприкрытая брезгливость. Немолода. — Эй вы двое, грузите его на носилки.

— Ох уж мне эта врачебная этика. Говорю же не жилец. Зря только время теряем. Да и тащить его, — мужчина медленно встал.

Откуда-то появились двое мужчин, по крайней мере мне так показалось. Быстро и небрежно ухватили меня с двух сторон и закинули на носилки. Острая боль пронзила все мое тело. Такой, кажется, я еще не испытывал. Я вновь провалился в небытие, последнее что я услышал, это слова женщины.

— Хм, офицер!? Кажется, он единственный из…

А дальше. Дальше я умер. Наверное. По крайней мере, это было лучшим, на тот момент, выходом.

Глава 1.
Умри или живи…

Когда-то герцогство Амбро было всего лишь маленьким каменистым клочком земли со старым маленьким замком на утесе в восточных землях королевства Сабар. Жители его были тихи и покорны. Их герцог исправно платил налоги королю. Наверное, так бы и было до сих пор, если бы не Тамор Капаак — разбойник с востока. Главарь огромной шайки отъявленных головорезов, никто не знал, откуда он объявился. Кто-то говорил, что он бастард короля, кто-то, что Капаак сын ведьмы, рожденный во время шабаша в горах Мотрами. Но чем больше времени проходит, тем более невероятные истории возникают при упоминание этого имени. Конечно, скорее всего правда о его происхождение находится где-то на поверхности, но мы вряд ли ее когда-то ее узнаем. При всей той ненависти и страхе перед этим человеком, стоит отдать ему должное уважение, как управителю и полководцу. Захватив за один день замок Амбро и перерезав всю семью герцога, он с легкостью разбил подоспевшие на помощь войска короля Такруа 1. Казалось, что разбойник ограничится грабежом и уйдет восвояси. Но у Тамора, как оказалось, были далеко идущие планы. Всего за шесть лет ему удалось полностью подчинить себе королевство Сабар. И 5 цветодня 543 года лисицы он вывесил над королевским замком свой стяг — черный волк в злобном оскале. Головы Такруа 1 и его семьи, торчащие на кольях в центре главной площади, еще долго напоминали об ужасной победе Тамора Капаака. С этого самого момента и принято считать о зарождении нового государства. Капааки и по сей день наводят ужас на близлежащие земли, с каждым днем расширяя границы своего Черного герцогства, или как не без гордости называют его сами жители — герцогства Волка.

Клир Амбриг. «Падения королевств».

Я словно плыл по течению огромной бурной реки. Иногда мне было спокойно и беспечно, а иногда я словно бы погружался с головой в омут. Я слышал какие-то голоса. Иногда меня кто-то звал, но голос звучал так тихо, будто мне кричали издалека. Я не мог различить даже своего имени, если оно у меня конечно было. Да и может, звали вовсе и не меня. Порой я был словно потерянный ребенок, мне хотелось плакать и звать на помощь, а порой подобно умудренному старцу я принимал свою участь и плыл дальше, отдавая себя на волю судьбы. Легкий туман окутывал мой взор. Но бывали моменты, когда мой сон прерывали странные образы и голоса.

Два искаженных силуэта, словно горы, высились где-то впереди меня.

— Это ужасно. Посмотрите на его раны. Как он вообще до сих пор жив. Вы утверждаете, что когда вы его нашли, он был в сознании и звал на помощь!? — мягкий женский голос недоумевал.

— Вас не это должно заботить. Занимайтесь своим делом, большего от вас не требуется. Припарки из трав мобида. Сбивайте ему жар. Состояние стабильное. Не лучше и не хуже. Главное избежать заражения, ну а дальше…, — неприятный женский голос властно требовал.

— Но…

— Никаких но. Делайте что я говорю.

Голоса удалялись, и я вновь устремлялся в бесконечное течение судьбы. Порой они возвращались. О чем-то спорили, негодовали, удивлялись. Но для меня все это не имело особого смысла. Я был выше всего этого, был…

Я стоял на твердой земле. Густой туман не давал мне насладиться окружающим меня миром. Насладиться!? Странно. Зачем мне было это нужно. Внезапно передо мной появилась высокая черноволосая девушка в белом, как и туман, платье. Как я не старался, но лица ее разглядеть не мог, оно было каким-то призрачным и размытым.

— Ну, ты идешь? — негодующе вопросила она.

— Я!? Куда?

— Уф-ф-ф, — тяжелый, не скрывающий недовольства, вздох. — Ты это специально делаешь?

— Что делаю? — мне казалось, будто я сильно устал, что ей от меня надо?

— Злишь меня. Пойдем со мной. Ты должен это увидеть.

— Что увидеть!?

— Да идем же уже, — девушка легко порхнула вперед. Ее черные, как смоль, волосы легко развевались, словно на ветру. Но здесь же нет ветра? И зачем мне все это?

Ноги сами понесли меня вперед. Да я и не сопротивлялся. Она хотела мне что-то показать. Пусть. Может после этого она оставит меня в покое, и я смогу отдохнуть. Ведь я так устал. Остальное не важно. Девушка двигалась легко и быстро. Я словно бы парил за ней. Но почему же я так устал?

Внезапно она остановилась и повернулась ко мне.

— Иди сюда, — она потянула меня за собой. — Смотри, вон там!

Ее рука указывала куда-то вперед.

— Где? — я ничего не видел. Лишь белесые космы тумана.

— Открой глаза, — в голосе девушки звучали гнев и нетерпение.

— Что?

— Открой глаза, глупец!!!

Меня словно бы окатили холодной водой. Я резко открыл глаза. Перед моим взором все плыло. Темно. Лишь небольшой отсвет свечи на потолке. Пахнет потом и травами. Где это я?

— Где я? — мой голос прозвучал, словно скрип несмазанного колеса телеги.

Где-то в углу ахнули. Заскрипела скамья, а затем я услышал шелест платья и быстро удаляющиеся шаги. Отварилась дверь, свежий воздух ударил мне в лицо, защипало в носу. Где-то вдалеке всхрапывали кони.

— Госпожа Габриэла! Госпожа, — женский голос звучал слишком громко и резал слух. — Чудо. Он очнулся. Госпожа Габриэла.

Через какое-то время послышался топот уже нескольких пар ног. И властный визгливый голос женщины негодующи отчитывающий кого-то.

— Хватит орать Мари. Перебудишь весь форт. Можно было сделать все тихо и без паники. Всего лишь больной пришел в себя. Вот ведь ж глупая девчонка.

— Но госпожа…

— Не хочу ничего слышать.

Их было несколько. Они встали возле меня. Из-за темноты я не видел их лиц. Кто-то поднес свечу ближе. Женщина, с исхудавшим от усталости лицом, наклонилась ко мне. Ее зеленые глаза, в которых блеснула смесь удивления и восхищения, уставилась на меня. Худощавое лицо, небольшой вздернутый носик. Она была довольно красива для своих лет. Но лучшие ее годы давно прошли, а время как известно не щадит никого.

— Где я? — мне оказалось не так-то просто выдавить из себя эти слова.

— Вы в безопасном месте. Вам ничего не угрожает, — она говорила спокойно и вкрадчиво, но голос ее был неприятным, с тонкими визгливыми нотками.

— Что с… со мной произошло?

— Вам нельзя сейчас волноваться. Всему свое время. Вам нужно отдыхать и набираться сил. Покой и только покой, — последние слова она уже говорила не мне. — Мари, настойку из корня саббилы. Быстрее!

Вновь зашуршало платье. Быстрые шаги. Звон стекла.

— Госпожа! — кто-то протянул женщине маленькую склянку со странного вида жидкостью. По всей видимости, та самая Мари.

— Приподнимите ему голову, — женщина взяла склянку из рук Мари и откупорила крышку. Кто-то осторожно подсунул жесткую широкую ладонь мне под затылок чуть приподнимая мою голову. Содержимое склянки влили мне в рот, горькая жидкость заполнила гортань, я закашлялся. Женщина осторожно захлопнула мне рот.

— Глотай, — властно сказала она. Я попытался. Глотка вспыхнула огнем. Часть жидкости растеклась по подбородку. Голову опустили. — Вот и хорошо, а теперь отдыхайте.

Они все ушли. Лишь Мари осталась. Притаилась словно мышь где-то неподалеку. Я слышал ее неровное, взволнованное дыхание. Не знаю сколько все это длилось секунду или целую вечность. Я вновь провалился в свой сон. Правда тогда я не мог уловить четкую грань между сном и реальностью.

Она не бежала, а словно скользила по земле. Черные волосы девочки развевались на ветру. Я бежал следом за ней. Да я и сам чувствовал себя подростком. Странное ощущение. Туман, словно мягкое одеяло, окутывал нас. Он приобретал различные формы, странные образы, отрывки чего-то неведомого и столь манящего к себе. Внезапно она остановилась.

— Смотри, — она указала маленьким пальчиком вперед. — Это же…

— Да я вижу, — образы постоянно менялись.

— Лошади. Они такие красивые. Особенно вон та, черная! — в ее голосе слышалось столько восторга.

Я повернулся к ней. Ну почему я не вижу ее лица. Да и лошадей никаких я не видел.

— Правда красивые!? — она скорее не спрашивала, а утверждала.

— Да. Красивые, — не знаю, зачем соврал я. Но каким-то не понятным образом ощущал, что так надо. Так и должно было быть.

— Смотри, какие у них гривы. Ух ты, смотри, вон та, рыжая. Как она бьет копытом.

— Это жеребец. Его зовут… — имя заглушил порыв ветра. Откуда я мог это знать. Ведь я даже ничего не видел.

— Какое красивое имя! Попроси отца, что бы он стал моим!

— Он не разрешит! — утвердительно ответил я.

— Почему? Тогда ту черную!!!

— Нет! — зачем-то настаивал я.

— Да! Да! Да! — она резко обеими руками толкнула меня в грудь. Я стал заваливаться назад. А затем я провалился вниз, словно в бездну, и падал, пока та не поглотила меня.

Я бешено глотал ртом воздух. Мне было тяжело дышать. Кое-как разлепил засохшие веки. Солнечный свет тускло пробивался сквозь узкое окошко. Снова тот же запах трав и пота. Запах болезни.

Женщина наклонилась надо мной. На тревожном лице читалось облегчение. Где-то я ее уже видел.

— Кто ты? — прохрипел я. Слова давались с трудом.

— Я леди Габриэла. Ваш лекарь. Вам тяжело дышать!?

— Да! Н… нет! — выдавил я из себя. — Я не знаю.

— Не волнуйтесь. Все хорошо. Мы рядом. За вами ухаживают. Все будет хорошо. Мари быстрее настойку! — крикнула она куда-то в сторону.
Мари!? Где-то я уже слышал это имя, да и Габриэла вертелось на языке. Подбежавшая девушка сунула склянку с настойкой в руки леди Габриэлы. Горькая жидкость полилась в глотку. Я вспомнил этот мерзкий вкус. Вспомнил. И тут же зашелся в кашле.

— Где? Где я? — говорить было невыносимо, ужасно жгло горло.

— Вы в безопасности. Сейчас это самое главное. А теперь вам надо отдохнуть.

Да, отдохнуть. Точно! Ну почему я так устал? Веки медленно опускались, скрывая нависшие надо мной лица. Почему они такие мрачные? Я вновь уходил в забытье.

Мы сидели за белоснежным столом. Она была рядом. Молодая черноволосая девушка, чьего лица я не видел. Но почему-то был абсолютно уверен, что в данный момент она улыбается. Вокруг, словно в улье, гудело множество голосов, но я мог различить лишь их размытые призрачные силуэты.

— Посмотри на нее — девушка хлопнула меня по плечу, в ее голосе слышался сарказм. — Она опять приволокла нового ухожора. С каждым разом они все моложе и моложе. Старая кобыла, — она полупрезрительно фыркнула.

— Да, я заметил. Ей просто нравятся молодые мужчины. А может она купается в их крови? — я улыбнулся своей шутке. Шутке?

— Правильно, ведь его посадили рядом с тетушкой. Девушка зашлась в смехе.

— Точно. Эта клуша может не переставая рассказывать, что она сделала за сегодняшний день. Она бесконечно может говорить о своих нарядах, детях и прочей чепухе. На языке мозоль, наверное, протерла. И зачем отец собирает весь этот сброд?

— Наверное, потому…, — я не успел договорить, где-то вдалеке раздался протяжный рев горна.

— Уже началось! Допей свое вино и пойдем! — девушка всунула в мою руку призрачный бокал, я совсем не чувствовал его веса.

— Вино!? — переспросил я.

— Да пей же уже, — она подтолкнула мою руку. Я опрокинул кубок. Горечь обожгла небо, вкус не был похож на вино, скорее какая-то травяная настойка. Почему мне так знаком этот вкус.

— Пей до дна! — девушка была требовательна. — Пей…

— Держите ему голову, — обеспокоенный женский голос требовательно прозвучал в темноте. — У него снова припадок. Мари, принеси настойку, ту что я приготовила вчера.

— Вот, госпожа, — молодой девичий голос дрожал от страха.

— Да не эту, глупая. Та, что в зеленом флаконе, — послышалось шуршания платья и быстро удаляющиеся шаги. — Какая же эта девчонка…, — вздох. И тишина, прерываемая чьим-то хриплым дыханием. Моим?

— Госпожа!?

— Ну наконец-то. Неужели так трудно было сразу принести нужную вещь. Откройте ему рот.

Сильные пальцы разжали мою челюсть и слегка придавили язык. Я не сопротивлялся. Мне что-то влили в глотку, на удивление вкус оказался довольно приятным, сладким, я бы сказал, даже приторно сладким.

— Вот так. Это должно помочь. Должно, — усталый женский голос был еле слышен. В нем звучала отчаянная надежда.

— Что же нам делать госпожа?

— Молиться, — хриплый мужской голос сквозил насмешкой.

— Молитвы здесь не помогут. Его спасет лишь чудо, — женщина глухо выдохнула. — Идем Карвер. Мари следи за ним. Почаще меняй холодные компрессы. И только попробуй заснуть.

— Госпожа!? — в девичьем голосе прозвучал страх и обида.

Это последнее что я услышал, прежде чем вновь провалиться в бездну.

Глава 2.
…живи или умри

Королевство Герон имеет очень глубокую историю и уходит корнями в давние времена. Конечно, основателями королевства принято считать народ ломаров, которые в 143 году медведя основали первую крепость на западе у побережья Волнистого моря, которая стоит и поныне. Но все же, по моему мнению, все началось немного ранее, после того как племенам ломаров и ситихов пришлось бежать, с севера материка Валантара, из-за колоссального поражения от появившихся казалось из ниоткуда грозного народа мотунгов. Приплывшие из-за моря на огромных кораблях воинственные мотунги, буквально вырезали мирных и не умеющих воевать ломаров и ситихов, ведь их племена привыкли лишь охотиться и торговать. И племена бежали: ломары на запад, ситихи на восток. Именно остатки племени ломаров под предводительством вождя Крона после долгого перехода осели на западном побережье и основали крепость Аморан. Тогда никто и предположить не мог, что всего лишь через какое-то столетие Аморан станет столицей королевства Герон, которое будет расширять свои владения на протяжении еще нескольких столетий. Хотя народ ломаров отличались своим дружелюбием и не воинственностью, это не помешало расширить им свое государство до огромных размеров. Сейчас его земли распространяются далеко на север и юг Валантара, а столица из прибрежного Аморана перенеслась в Лабору, которую называют городом-жемчужиной Герона. Королевство Герон и дальше бы процветало и ширило свои границы, если бы не беда с востока — Черное герцогство, основанное Тамором Капааком. Семейка Капааков собрала под своим началом отъявленных негодяев и головорезов. У людей герцогства Волка нет понятия чести и доблести. Все их правление построено на страхе и крови. Предательство, придворная игра и заговоры, это то, без чего не может обойтись двор герцогства. В 602 году медведя Мерхон Капаак пересек юго-восточную границу королевства Герон, тем самым развязав самую кровопролитную и затяжную войну за последние столетия. Вот уже на протяжении трех лет длится эта война. Кто выйдет победителем в этой борьбе не известно. Капааки никогда не бросали свою добычу, но и геронцы сдаваться не собираются. Нам остается только молиться, чтобы правление подлых Капааков пало вместе с их герцогством.

Клир Амбриг. «Падения королевств»

Не знаю, сколько я еще находился между сном и явью, периодически я приходил в себя и в меня вливали горькое зелье, после чего я вновь забывался в холодном и липком сне. Но в какой-то момент все изменилось. Не знаю, как я это понял, но это было так. Я открыл глаза, и яркий солнечный свет ослепил меня. Из полуоткрытых ставен окна дул легкий теплый ветерок. Где-то вдалеке слышалось как всхрапывают лошади, и лязгает железо. Я пошевелил правой рукой, она ответила мне неприятной ломотой в суставах, но все же я смог приподнять ее и немного пошевелить пальцами.

— Мари!? — имя непроизвольно сорвалось с моих губ. Голос показался мне хриплым и слабым.

Где-то в углу послышался тихий шорох, а затем быстрые шаги. Молодое красивое лицо с по-детски припухлыми губками и круглыми розовыми щечками нависло надо мной. Мари робко, со страхом, но в тоже время с неподдельным интересом смотрела на меня. Ее огромные голубые глаза выражали сочувствие и усталость.

— Вы снова очнулись! И вы вспомнили мое имя!

— Тебя так часто отчитывают, что его трудно было не запомнить.

— Да, правда, — Мари улыбнулась, но тут же смутилась и робко отвела взгляд. — Извините. Я сейчас же позову леди Габриэлу.

— Нет, не стоит, — я ухватил Мари за руку, но тут же отпустил ее, так как это движение стоило мне всех моих сил.

— Но мне велено сразу звать леди каждый раз, как вы приходите в сознание, — Мари встревоженно оглянулась по сторонам, кажется, она колебалась, не зная что ей делать.

— Ты всегда выполняешь все что тебе велено?

— Нет! То есть да! Почти всегда, — лицо девушки зарделось красным.

— Где я нахожусь?

— Мне не следует с вами об этом разговаривать.

— А о чем тогда ты можешь со мной говорить?

— Не о чем. Мне вообще запрещено разговаривать с людьми, которых лечит леди Габриэла.

— Ты, кажется, боишься эту свою леди Габриэлу.

— Нет, что вы, леди конечно очень строга, но в тоже время она очень образованная и замечательная женщина.

— Все-таки боишься. — я удрученно вздохнул.

— Нет, — Мари, словно малый ребенок, надула свои и без того пухлые губы.

— Тогда ответь мне, где я нахожусь.

— В форте Старн, — немного поколебавшись, выпалила Мари, впрочем, это название не о чем мне не говорило.

— Как я здесь оказался?

— Вас нашли полуживого на поле боя под Вератором и срочно доставили сюда, — Мари опустила глаза в пол.

— Никто не верил, что вы выживете, кроме леди Габриэлы. Хотя я думаю, что в душе она тоже очень сильно сомневалась. Многие не верят и сейчас. Даже ставки делают…, — она резко осеклась на полуслове.

— Мари!? Что здесь происходит? С кем это ты там разговариваешь? — неприятный женский голос негодующе раздался со стороны входа.

— Ни с кем госпожа, — Мари побледнела и бросилась к двери. — Он снова пришел в себя, и я уже хотела идти за вами.

— Хотеть мало. Ты разговаривала с больным, глупая девчонка. Сколько раз я говорила тебе, что твое дело ухаживать за больными, а не вешать им на уши свои глупые сплетни, — женщина быстрыми шагами приблизилась ко мне. Мари шустрая, словно белка, принесла ей небольшой стул, и она изящно уселась на него, подобрав подол своей длинной юбки.

В этой уже немолодой женщине сочетались холодная стать и аристократические замашки. Ее взгляд пронзил меня насквозь. Гордо поднятый подбородок, с маленькой ямочкой посередине, слегка дрогнул, губы ее растянулись в учтивой полуулыбки.

— Смотрю сегодня вы в более ясном сознание. Это очень хорошо. Все самое тяжелое позади. Вы идете на поправку. Я леди Габриэла Саморати, практикующий врач королевской академии в Лаборе.

— Госпожа Габриэла одна из лучших лекарей в Героне и дочь…

— Мари, закрой свой маленький рот. Я не нуждаюсь в твоих льстивых похвалах. И что это за простонародное прозвище лекарь. Пффф, — Габриэла смахнула назойливую челку с глаз, все ее движения выдавали в ней ее аристократическое происхождение. — Извините, я отвлеклась. Как вы себя чувствуете?

— Не знаю. Все как-то необычно. Мари сказала, что меня нашли среди трупов?

— Мари слишком много разговаривает. Но да, это правда. Вам повезло, что мы тогда наткнулись на вас. Но не будем сейчас об этом. Лучше расскажите нам о себе. Кроме того, что вы в офицерском чине, мы ничего не знаем. А расспросить вас об этом, как вы сами понимаете, ранее мы не могли. Как ваше имя?

— Мое имя? — я как-то этим вопросом не задавался. Действительно, какое у меня имя? И кто я вообще такой? Я то и битвы никакой не помнил. — Я не знаю. Не помню.

— Да, этого стоило ожидать. Вы ничего не помните. В вашем положение потеря памяти не удивительна. А жаль, — Габриэла удрученно вздохнула.

— В моем положение!?

— Не будем сейчас об этом. Вам нельзя волноваться. Вы еще слишком слабы. Я и так слишком много сказала. Вам нужен отдых, — Габриэла наклонилась ко мне и пощупала мой лоб. — Небольшой жар. Мари, сначала покорми больного, а затем дай лекарства.

— Да госпожа, — Мари тихо удалилась из комнаты.

— Не беспокойтесь. Все будет хорошо. Позже я осмотрю вас. А пока отдыхайте. — Леди Габриэла медленно встала, отодвинув свой небольшой стул. Она ласково улыбнулась мне и не спеша удалилась.

Через некоторое время вернулась Мари. В руках у нее была небольшая пиала. Как оказалось, в ней находилась неприглядного вида похлебка. Безвкусную жижу я глотал без всякого удовольствия. После сомнительной и не принесшей мне никакого удовольствия трапезы, Мари принесла мне горькую настойку из трав. Выпив отвар, я еще некоторое время лежал в тишине, пока не забылся в беспокойном сне.

Я все чаще приходил в сознание. Мои сны становились более спокойными и беспечными. Мари, бессменная сиделка, словно моя тень, всегда присутствовала рядом. Она кормила меня, убирала, делала какие-то припарки и отпаивала отварами. На все мои вопросы, она упорно отвечала молчанием, лишь заботливо улыбалась в ответ и успокаивающе говорила что-то ласковое. Не знаю, уходила ли она когда-нибудь из комнаты, отдыхала ли вообще. Но когда я открывал глаза и произносил что-нибудь, она всегда была рядом. Часто ко мне приходила леди Габриэла, она учтиво улыбалась и спрашивала о том, как я себя чувствую, ощупывала меня с головы до ног, лично меняла повязки. В коротких беседах с ней мы говорили на отвлеченные темы. Она рассказывала мне о хорошей или плохой погоде, о безответственности Мари и вышивки, которой занималась в свободное время, которого, по ее словам, было совсем немного. На все мои вопросы о чем-либо другом, она уклончиво уводила тему в сторону. Она также интересовалась, не вспомнил ли я чего-либо из своей прошлой жизни, на что я лишь с сожалением качал головой. Я бы и сам с радостью хотел что-то вспомнить, но, увы, ничего не менялось. Габриэла на это лишь успокаивающе отвечала, что всему свое время, и я обязательно вспомню. Потом она также спокойно уходила, желая мне спокойного сна. Иногда вместе с Габриэлой приходил высокий мужчина, она звала его Карвер. Густые черные волосы были собраны и перевязаны на затылке, острый хищный нос, тонкие губы, он все время держался холодно и надменно. Во взгляде его холодных темных глаз читалась неприкрытое презрение. Он каждый раз брезгливо осматривал меня с ног до головы. Приходил он редко, и только для того чтобы перевернуть меня на бок или обратно на спину, чтобы, как выражалась леди Габриэла, у меня не появились пролежни. Также порой он с недовольным вздохом брал меня на руки и держал до тех пор, пока Мари застилала мою постель чистыми простынями. Потом он небрежно опускал меня обратно и молча уходил, лишь коротко кивая на прощание Габриэле.

Не знаю, сколько прошло времени, я вообще потерял ему счет. Поначалу я мог двигать лишь головой и руками. Я был все еще очень слаб. Мари периодически разминала мое тело, разгоняла кровь, как говорила она. Каким же было мое счастье, когда я смог пошевелить пальцами ног. Габриэла сказала, что это была наша маленькая победа. Со временем я смог сидеть. Конечно, поднимался я не без посторонней помощи, но все же. Сначала я не подолгу сидел на краю кровати, а потом леди Габриэла распорядилась принести мне небольшое кресло из своей комнаты. Карверу было поручено каждый день усаживать меня в него на небольшое время. Там я и находился, наблюдая за тем как в уголке что-то вышивает Мари. Она сидела тихо, как мышка, и ее быстрые, ловкие пальчики резво управлялись с иглой и ниткой. За ней было приятно наблюдать, она была молода и прекрасна, как и многие юные особы в этом возрасте. В ней еще оставалась та детская наивность, что была присуща юным дамам ее лет. Порой она смущенно поднимала глаза и робко спрашивала, не нужно ли мне чего-нибудь, на что я отвечал немым покачиванием головы. Мне и так было очень стыдно и неудобно, оттого что это хорошенькая девушка обтирает, кормит и выносит за мной мои нечистоты. Но ничего сделать с этим я не мог, так как у меня получалось шевелить и сгибать в колене лишь правую ногу, а вот левая почему-то совершенно отказывалась двигаться.

В один из дней, когда я достаточно окреп и уже мог сам подниматься и садиться на край кровати Карвер не стал нести меня в кресло, а вместо этого поднял за плечи и поставил на ноги. Я чуть было не упал, но Карвер меня держал и, опершись на него, я с горем пополам доковылял до своего кресла. В правой ноге еще чувствовалась слабость, а левая практически не двигалась. Эти тренировки продолжились и в последующие дни. Со временем моя правая нога полностью окрепла, а левая хотя и с трудом, но понемногу расходилась. Однажды Карвер заявил, что ему надоело со мной нянчиться. Он принес мне два свежевыструганных деревянных костыля и со стуком поставил их рядом с моей кроватью.

— Вот, — коротко пробурчал он, и удалился из комнаты, бросив странный взгляд в сторону Мари.

Я осторожно и недоверчиво взял костыли в обе руки. Мари поспешно встала и подбежала ко мне с готовностью помочь. При попытке встать, я чуть было не свалился на пол, но благодаря невероятным усилиям хрупкой девушки я смог устоять на ногах. Передвигаться с этими палками была непривычно и ужасно неудобно. Но зато теперь я мог ходить самостоятельно. И первое, что я сделал, это подошел к окну и выглянул наружу.

Перед моим взором раскинулся широкий двор. Длинный ряд конюшен вдоль каменных стен, большая кузница, тренировочная площадка, одно длинное деревянное здание, по всей видимости, казарма, и еще несколько небольших зданий вплоть до высоких деревянных ворот. Небольшая группа солдат сражалась на мечах на площадке под взором крепко сбитого невысокого мужчины. Он негромко и деловито раздавал замечания и указывал неповоротливым солдатам на их огрехи. Из кузницы доносился смачный звон молота о железо, в конюшнях ржали кони, возмущаясь нерадивостью конюха вовремя не насыпавшего им свежего овса. Дворовые псы с лаем носились друг за другом, играючи скаля зубы. Я вдохнул полной грудью воздух, напоенный различными запахами, в этот момент как-никогда почувствовав себя живым.

— Никогда бы не подумала, что война доберется и сюда, — Мари печально вздохнула. — Вы мужчины так любите насилие и жестокость.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 456