электронная
360
печатная A5
844
16+
ГЕНИИ ТОЖЕ ЛЮДИ...

Бесплатный фрагмент - ГЕНИИ ТОЖЕ ЛЮДИ...

Леонардо да Винчи

Объем:
628 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4485-6638-7
электронная
от 360
печатная A5
от 844

Предисловие

Жил один необыкновенный человек — художник и изобретатель, архитектор и строитель, ученый-естествоиспытатель и философ, музыкант и мечтатель… Имя его знакомо каждому — Леонардо да Винчи. Это один из самых загадочных людей, чья гениальность проявлялась во многих сферах деятельности, став символом эпохи Возрождения. Его жизнь была полна побед и поражений, трагедий и любви. Он знал, что такое отчаяние и одиночество. И что такое — медные трубы всеобщего восхищения.

Создатель бесспорных шедевров, он внезапно охладевал к искусству, оставляя свои картины незаконченными. Его рисунки с одинаковым совершенством изображают как красоту человека и мира, так и уродливые, жестокие сцены бытия. Ему принадлежит множество самых разнообразных изобретений, далеко опередивших его время и сохраняющих свое значение в наши дни.

Загадочна личная жизнь этого человека, зашифровавшего свои чувства так же, как он шифровал свои труды, записывая их «зеркальным письмом». У него были преданные ученики и непримиримые соперники, среди которых Микеланджело и Рафаэль. Он общался с простолюдинами и с сильными мира сего. Все они прошли перед внимательным и холодным взглядом Леонардо.

Его время осталось в его трудах, сам же он по-прежнему будоражит наше воображение не только тем, что оставил, но и тем, что унес с собой. Это интригующие тайны и загадки, плодотворные научные открытия, а также личная драма — все это буквально пронизывало жизнь Леонардо да Винчи.

Книга, которая переносит нас в Италию конца 15 — начала 16 веков и погружает в драматичный период истории, читается как увлекательный роман, персонажи которого — римские папы и кардиналы, короли и военачальники, политики и художники, которых отделяют от нас более 500 долгих лет — предстают живыми людьми, испытывающими радость и печаль, взлеты и падения, любовь и предательство, наслаждение и боль.

Понять Леонардо да Винчи можно, наверное, лишь прожив жизнь так, как прожил ее он. Мы можем только прикоснуться к тайникам его души, внимательно изучая его творческое и научное наследие, в которое он вложил огромную любовь ко всему человечеству, вдумываясь в его слова и воспринимая сердцем всю глубину его переживаний. Он показал миру, что истинная мудрость заключается не только в науке, искусстве и прогрессе, но и неотделима от любви и человечности.

В книге затронуты темы, которые могут задеть чувства определенной части читателей, а некоторые интерпретации исторических фактов являются спорными. Описанные здесь события из жизни великого Гения Возрождения удачно переплетаются, являясь основой этого литературного произведения, и по-новому открывают читателю эпоху Ренессанса — одновременно трагичную и полную надежд на светлое будущее человечества.

Прочитав эту книгу, вы прикоснетесь к удивительной истории жизни ГЕНИЯ, которому нисколько не чужды человеческие потребности и слабости. Вы прикоснетесь к жизни, наполненной талантом и жаждой знаний, многогранностью интересов и непреодолимой тягой к наукам и всему прекрасному. Жизни, ставшей легендой…

Приятного Вам чтения!

С уважением,

Валериан Маркаров.

Тбилиси. Грузия.

14 августа 2017 года.

Написать автору или оставить свой отзыв Вы сможете, используя этот адрес электронной почты: MarkarovV@gmail.com

Глава 1

Ясным солнечным утром 3 марта 2019 года молодой профессор Флорентийского Университета Марко Тоскано, выходя за порог собственного дома в центре Флоренции, столкнулся лицом к лицу с районным почтальоном, ежедневно в полдень приносящим ему свежую прессу и корреспонденцию.

— Доброе утро, синьор Тоскано. Как Вы поживаете? — слегка наклонив голову вправо, спросил почтальон, обнажив в простодушной улыбке передние, пожелтевшие от курения, зубы.

— Доброе-доброе, синьор Джерпонимо! Спасибо! И вы выглядите сегодня превосходно! — вежливо ответил на приветствие Марко.

— Божьими молитвами, синьор Тоскано, дотяну до возраста своего дяди. Он дожил до 100 лет и, знаете ли, всё дело в грибах…

— Грибы продлевают жизнь? — искренне удивился Марко, слегка подняв брови.

— Да нет! Он их просто никогда не ел! — почтальон вновь обнажил зубы в кривой, но какой-то наивной улыбке.

— Шутник вы однако, синьор! — Марко сощурил глаза, посмотрев в глаза Джерпонимо. — У Вас с собой, как обычно, свежие новости! — и получил взамен увесистую кипу газет вместе с парой писем, пожелав почтальону хорошего дня:

— A presto — до скорого!

Оставив прессу у входа в дом, он аккуратно вложил письма в свой кожаный портфель, машинально посмотрел на небо и вновь вернулся в дом за зонтом и солнечными очками, а затем размеренным шагом направился на работу. До начала первой лекции оставалось около 40 минут, и этого было более чем достаточно, чтобы прийти туда вовремя.

Надо сказать, Марко отличался от истинных итальянцев — те считают пунктуальность воровкой времени и не видят большого греха в опоздании. Он же был точен и аккуратен во всем, что его окружало. Это выражалось в его любви к чистоте и порядку, его тщательности и точности в делах, внешней опрятности и безукоризненности, исполнительности и исключительной организованности. В какой-то степени его можно было даже назвать педантом, но его умеренный педантизм не имел ничего общего с патологией, ведь, как известно, педанты не просто скучны, они невыносимы в своем пороке. При этом, характер он имел все-таки итальянский, живой, постоянно готовый к доброй шутке и широкой улыбке, невольно демонстрируя в этом действе ровные ряды красивых, белых зубов и распространяя вокруг себя позитивное настроение и теплую ауру.

Здесь, в Италии, говорят, что «мартовские дожди приносят майские цветы», и это верно для средиземноморского и субтропического влажного климата — во Флоренции в это время года уже стоят теплые дни. Марко любил посвящать свободную часть своего времени прогулкам по Флоренции. Несмотря на то, что он родился в этом удивительном городе и знал каждую его улочку, он, тем не менее, мог гулять по этой «обители вечности» бесконечно, с каждым разом открывая ее для себя заново.

Еще будучи школьником старшего класса, он стал подрабатывать экскурсоводом, и вскоре стал членом Ассоциации Гидов Флоренции, потихоньку учась красноречием своим уносить внимательных слушателей в другую эпоху. Уже в то далекое время своей юности он осознал, что профессия экскурсовода предъявляет очень высокие требования к качествам человека. Он понял, что для нее необходим высокий уровень общих способностей — интеллект и знание материала, значительный объем памяти, хорошее внимание, концентрация, выносливость, работоспособность, уравновешенность, и, конечно, развитые коммуникативные умения.

Сначала не все удавалось. Но вскоре Марко, по совету старшего коллеги Алессандро, стал работать над своей дикцией и артикуляцией, а также культурой речи, расширяя свои познания в области предмета экскурсии. Уже тогда он стал развивать свои аналитические способности, начал копаться в архивных материалах и расширять кругозор из различных источников информации. Практика научила его разбираться в людях и убедила его, что туристов не очень интересуют точные даты каких-то событий, зато их пробуждает живой, артистичный рассказ, особенно если он сопровождается пикантными подробностями из жизни известных личностей. Марко называл это «жареными фактами». Алессандро, будучи намного более опытным в этом деле, и, как результат, сумевший сделать себе имя в индустрии туризма, как-то сказал ему:

— Марко, в дополнение к твоему родному итальянскому, ты еще и прекрасно владеешь английским языком, что важно в нашей деятельности. Я вижу в тебе интерес к этой работе и огромный потенциал для развития. Одним словом, толк из тебя выйдет. Ты только помни, что наша профессия относится к творческим видам труда. Мы и художники, и артисты, и шуты, поэты, педагоги и психологи, но не ремесленники, нет! Если твоя аудитория требует хлеба и зрелищ, пусть они их получат сполна, не стесняй себя в проявлении нашей истинной итальянской эмоциональности. Разбуди их и уведи от жизненной суеты, заставь отрешиться от житейских забот и проблем. А если понадобится, подари им красивую легенду, искусно завернутую в оболочку правды, и пусть она усладит им душу. Разожги огонь в их глазах. Вот тогда ты будешь востребован как специалист и в твоем кармане не переведутся деньги. Главное, люби свою профессию и никогда не переставай совершенствоваться!

Слова, сказанные Алессандро, Марко запомнил навсегда и руководствовался ими. Проводя экскурсии, он говорил, что Флоренция — это место, где можно прикоснуться к вечной красоте. Действительно, здесь ее было в избытке! Ведь это, наверное, один из самых удивительных городов в мире. «Флоренция» в переводе означает «цветущая», и это название как нельзя лучше передает ее характер, поскольку в этом городе собран весь цвет западной культуры и искусства. Гигантский музей под открытым небом, где улицы, дворцы, музеи и площади украшены творениями великих мастеров. Прекрасно сохранившиеся памятники архитектуры, каждый из которых внимательно наблюдал за историей на протяжении веков, дворцы династии Медичи, сады Боболи, великолепие площади Синьории. Кафедральный Собор Санта-Мария дель Фьоре, Баптистерий с его золотыми дверями, изысканный фасад церкви Санта Мария Новелла и Санта Кроче, где нашли свой вечный покой такие выдающиеся люди своего времени как Микеланджело Буонаротти, Галилео Галилей, поэт Данте Алигьери, мыслитель Никколо Макиавелли, композиторы Джоаккино Россини и Михаил Огинский, и еще около трехсот знаменитых флорентийцев — деятелей культуры, науки и политиков. А вот и базилика Сан Лоренцо и усыпальница Медичи, холодный и неприступный Барджелло — в прошлом тюрьма, а теперь — музей скульптуры и прикладного искусства, Академия и «Давид» Микеланджело, Палатинская галерея и Уффици, который считается одним из наиболее старых музеев в Европе.

Появилась Уффици в один из самых значительных моментов истории — в эпоху наивысшего рассвета Флорентийского Ренессанса по воле эрц-герцога Козимо I де Медичи. И была она создана, Марко подчеркивал это в своих лекциях, в городе, где когда-то был введен в употребление спорный тогда, исчезнувший на века термин «музей», поскольку античные греки этим словом обозначали место, посвященное Музам. И сегодня в Галерее Уффици находится ни с чем не сравнимое художественное достояние: тысячи живописных полотен от средневековых до современных, античные скульптуры, миниатюры, гобелены. А ее единственное в мире уникальное собрание автопортретов постоянно пополняется непрекращающимися покупками и дарениями современных художников. Здесь рождалась вечная музыка, писались божественные стихи и поэмы, создавались шедевры живописи. Леонардо да Винчи, Рафаэль, Бокаччо, Петрарка, Филиппо Брунеллески — эти и многие другие имена неразрывно связаны с Флоренцией, они наградили её изяществом, гармонией и вечным цветением.

И вот сейчас, по прошествии более двадцати лет с той поры, когда Марко только начинал свою экскурсионную деятельность, он вновь с удовольствием организовывал «исторические прогулки», но уже не с туристическими группами, а для своих студентов. «Без прошлого нет будущего», — говорил он, помогая будущим искусствоведам окунуться в уникальную атмосферу этой колыбели эпохи Возрождения, перенося их посредством своих увлекательных рассказов в то далекое время, когда по улицам Флоренции ходил Микеланджело, когда на тех же улицах неистовый монах-доминиканец Савонарола проповедовал толпе и происходили междоусобные столкновения господствующих кланов, во время, когда с огромным успехом давал свои концерты Вольфганг Амадей Моцарт.

Марко мог часами гулять по городу, если только неожиданная гроза не вынуждала искать убежища в каком-нибудь из местных кафешек, где толпы туристов наслаждались различными видами салями, пекорино и обильно натертой морской солью и очень тонко нарезанной пармской ветчиной прошутто. Трапеза заканчивалась обычно нежнейшим маскарпоне с кофе эспрессо, к которому нередко добавляли ликер лимончелло.

Кофе — это в Италии почти что религия. И, заходя в кафе, Марко по обыкновению заказывал два эспрессо, один — для себя, второй же — сaffè sospeso, или так называемый «подвешенный» кофе, был предназначен для того посетителя кафе, который не может себе лишний раз его позволить. Марко знал, что иной раз в кафе заглядывает нищий и спрашивает, есть ли «подвешенный» кофе. Марко считал эту добрую традицию «подарком кофе миру», и действительно, подарить кофе неимущему являлось для него не только жестом помощи, но и стилем жизни.

К тосканской кухне туристы питают особую слабость; она, и только она, заложила основы итальянской гастрономии. Правда, пиццу и пасту — самые знаменитые блюда итальянской кухни — изобрели не в Тоскане, но сама идея итальянской гастрономии, ориентированной на продукты местного производства и сезонность, появилась именно здесь, во Флоренции.

Проходя мимо ресторана Ла Спада, который так любят как туристы, так и сами жители Флоренции, Марко почувствовал, что ему захотелось есть. Утром, еще дома, он совершил свой обязательный ритуал, выпив чашечку каппучино, больше у него во рту не было даже маковой росинки. Он иногда заглядывал в этот ресторан, заказывая таглиолини с лососем, каппеллети в бульоне, или их фирменное блюдо — bistecca alla fiorentinа.

Он хорошо знал, что в этом ресторане местными кулинарными умельцами толстый кусок деликатесной говядины с косточкой по-середине обжаривается на горячих углях так, что снаружи он хрустит поджаренной корочкой, но обязательно сочный и с кровью внутри. Солить, перчить и поливать оливковым маслом мясо следует только после того, как оно равномерно поджарится со всех сторон. Марко любил наслаждаться этим вкуснейшим стейком, не опошляя его добавлением гарнира, и медленно запивал его маленькими глотками тосканского кьянти из одноименной провинции, которая по праву считается лучшим винодельческим регионом Италии.

Вина Кьянти пользуются мировой славой, и практически все знаменитости и великие артисты прошлого тем или иным образом восхваляли достоинства местных вин, особенно их сухое красное вино из сорта Санджовезе. Таким образом, провинция Кьянти была раем для гурманов, наслаждающихся здесь вкусом истинного тосканского вина и традиционных блюд тосканской кухни. На первый взгляд она кажется примитивной, но в этом и кроется ее секрет, что кухня Тосканы проста до… изысканности, и хитрит она своими вкусами с ловкостью старого тосканца. В самом простом, казалось бы, блюде найдется тысяча оттенков вкуса, а сплетение ароматов сведет с ума не одного ценителя тонких, изысканных блюд. Но не только этим известна Кьянти. Кому как не Марко было знать, что ее нежные пейзажи вдохновляли поэтов и худoжников разных времен. Ведь знаменитый пейзаж за спиной таинственно улыбающейся Моны Лизы величайший Леонардо да Винчи писал по памяти именно с этих холмов Кьянти…

Марко, хмелея то ли от внезапно нахлынувшего чувства голода, то ли от свежего полуденного воздуха, в котором растворились еще холодные капельки реки Арно, несущей свои совершенно непредсказуемые воды от самих Апеннин, почувствовал, как сильно его потянуло за столик! Он как раз проходил мимо церкви Святой Маргариты дей Черки, той самой, которую еще называют церковью Данте Алигьери, поскольку именно здесь поэт встретил свою музу Беатриче, чьи останки в итоге обрели вечный покой в этой церкви. Безуспешные попытки обуздать голод не привели ни к чему, и вот уже ноги понесли его к ларьку с закусками, что находился рядом. Да, он бы сейчас не отказался даже от лампредотто, невзирая на то, что эту незатейливую булочку-бутерброд для простолюдинов, начиненную отваренным коровьим желудком, во Флоренции едят с 15 века!

Жадно откусывая от горячей булочки и второпях прожевывая немного неподатливое, тянущееся мясо, он не смог не отметить для себя, что очередь из желающих съесть этот флорентийский фаст-фуд была вовсе не меньше, чем очередь жаждущих заглянуть в церковь Данте. Так что же первично, усмехнулся Марко себе под нос — сознание или материя? Извечный спор! В данную минуту, ускоренно поглощая лампредотто, эта дилемма для Марко однозначно разрешилась в пользу материалистов. Голова отказывалась думать, а душа — трудиться, пока в пустом желудке играл духовой оркестр, дирижируемый голодным сквозняком.

Марко ускорил шаг, он торопился на запланированную лекцию в Университете Флоренции, где он вот уже восьмой год в статусе профессора преподавал на факультете искусств, получив академическую степень доктора Истории Искусств в Оксфордском Университете после блистательной защиты диссертации по теме, напрямую связанной с творчеством Леонардо да Винчи и эпохой Возрождения.

Университет, в котором Марко преподавал, пользовался репутацией одного из крупнейших и старейших университетов Италии, основанном на заре 15 века, в котором сегодня обучается более 60 тысяч студентов. Профессор Тоскано с удовольствием отдавался работе, видя в глазах студентов, с интересом посещающих его лекции, жажду к новым познаниям. Согласно учебному плану Университета факультет искусств осуществлял подготовку бакалавров и магистров в стиле классического университетского образования в области теории и истории искусств. Студенты изучали курсы, позволявшие не только осмыслить творческий процесс как часть общей истории культуры и искусства, но и усвоить особенности каждого вида искусства. В программу были также введены курсы Истории итальянского и зарубежного изобразительного искусства, Общей теории и философии искусства, Истории музеев Италии и крупнейших музеев мира. Позднее был введен курс, развивавший навыки оценки произведений искусств и готовивший студентов к экспертно-консультативной деятельности. Образовательная программа также предусматривала организацию творческих художественных мастерских и специальных мастер-классов, чтобы во всей полноте знакомить студентов с лучшими достижениями итальянского и зарубежного искусства.

Студенты, обучающиеся здесь, как местные, так и иностранные, познав все великолепие наследия Флоренции, пробовали свои силы в изготовлении фресок и скульптур. Они с удовольствием посещали район ремесленников на Южном берегу реки Арно, наблюдая как изготавливается знаменитая флорентийская мозаика, затем их отводили в Капеллу Бранкаччи, где можно было увидеть первые примеры живописи Ресессанса с фресками работы Мазаччо, Мазолино и Филиппино Липпи.

Марко видел, что такая живая организация учебного процесса позволяет превратить сухое чтение лекций в творческое общение студентов с разными художниками, скульпторами и другими деятелями искусства, дабы не замыкаться на творческой системе, вкусах и личных пристрастиях одного руководителя курса или мастерской.

Примерно через полтора месяца — 15 апреля — профессору Марко Тоскано исполнялось 40 лет, но, несмотря на свой довольно молодой для профессора возраст, он по праву считался одним из ведущих представителей академического персонала Университета. Являясь постоянным членом Приемной Комиссии, он проводил собеседования с желающими поступить на факультет Искусств, делая акцент на том, что соискатель, помимо мотивации и неподдельного интереса к искусству, должен также обладать целостным видением мира и понимать закономерности и формы его отражения в искусстве.

Он был ярым приверженцев того мнения, что мотивация является главной движущей силой в поведении и деятельности человека, в том числе, и в процессе формирования будущего специалиста. Он, как и каждый преподаватель иногда задавался вопросом: «Почему некоторые студенты не учатся или не хотят учиться?», понимая, что причин может быть много: студенты не всегда чувствуют себя психологически комфортно в группе, они разочарованы в выборе данной профессии, или им просто это не интересно. Известная всем мудрость гласит: «Можно привести лошадь к водопою, но нельзя заставить ее пить». Студент — уже не школьник, которому можно сказать «так надо», и он с этим согласится. Поэтому преподаватель должен обладать умением доказать студентам, что им нужны знания не ради самих знаний, а для того, чтобы стать хорошими специалистами.

Будучи опытным педагогом, в душе которого не угасал буйный энтузиазм, Марко понимал, что должен помочь каждому отдельно взятому студенту поверить в собственные силы. Сотрудничество, доверие, наставничество — вот ключевые слова для определения таких взаимоотношений! И видеть в студенте индивидуальность, уникальность, признавать самобытность личности — это и есть залог успеха преподавателя. Студенту необходимо открыть возможности практического применения знаний. И рассказы Марко из своего личного опыта часто захватывали студентов больше, чем кинофильмы. На его лекциях поощрялось высказывать свое мнение и участвовать в диспутах. Он предоставлял студентам максимальную свобода выбора, ориентируясь на личность студента, предлагал различные индивидуальные задания, темы презентаций, докладов, виды творческих работ, давал возможность студентам самим разрабатывать друг для друга задания различной степени сложности.

Его философские высказывания, а он часто использовал их на своих лекциях, служили мощным мотиватором для студентов и пробуждали интерес к выбранной профессии для тех, кто был нацелен на успех в жизни, а их, к неописуемому удовлетворению Марко, было подавляющее большинство. Он, например, говорил студентам, что если они сейчас уснут, то им, конечно, приснится их мечта. Если же они вместо сна выберут учебу, то они воплотят свою мечту в жизнь. И продолжал, говоря, что когда они думают, что уже слишком поздно что-то начинать, на самом деле, всё еще рано. И что жизнь — это не только учеба, так что если они не могут пройти даже через эту ее сравнительно короткую часть, то на что тогда они, вообще, способны? А рассказывая о подписанных им контрактах на прочтение лекций в университетах разных стран, с порой более чем просто щедрыми гонорарами, он уже показывал на собственном примере, что их будущая зарплата будет прямо пропорциональна их уровню образования. Это было, наверное, самым впечатляющим убеждением для молодых умов!

— Поэтому, — шутил он, — помните, что даже сейчас ваши враги и конкуренты жадно листают книги. И никогда не говорите о том, что у вас нет времени. Времени у вас ровно столько же, сколько его было у Леонардо да Винчи, Микеланджело, Томаса Джефферсона, Пастера и Альберта Эйнштейна.

Сегодняшняя лекция была посвящена тому периоду в истории человечества, которую впоследствии назвали Возрождением и гению той эпохи — Леонардо да Винчи.

— В «Жизнеописании наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих» Джорджо Вазари говорил о ста пятидесяти художниках. Небывалое цветение талантов и гениев, подобное тому, какое было в древней Греции. Нет ни одного из них, у кого бы не было своей особой индивидуальности и прелести. Легко можно было насчитать там порядка двадцати школ и дюжину величайших мастеров, таких как Джотто, Брунеллески, Донателло, Анжелико, Мантенья, Веронезе, Тициан и Тинторетто. Но над этой многоцветной толпой и сияющими корифеями возвышаются, словно полубоги, три сверхчеловеческих гения, которые излучают сверхъестественный свет. Ибо если другие заимствуют свой огонь из своей эпохи, то эти получают свой из непостижимых сфер и освещают его лучами самое отдаленное будущее. Их имена — Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэль.

Они не похожи друг на друга, они не продолжают друг друга и черпают из разных источников. Они были соперниками, а подчас — врагами. И все же эти утонченные одиночки, которые глядят друг на друга и оценивают друг друга издалека, образуют единое и гармоничное целое. Ибо в них воплощена разумная душа Возрождения. В них выражаются его самые глубинные стремления, самые тайные помыслы. Все трое желали смешения эллинского и христианского идеала, и это было их горячей и отважной мечтой. Но они пытались достичь этого различными путями.

Если искусство в своей высшей мощи становится эстетическим и духовным посвящением, Леонардо будет тогда волхвом, который ведет нас вместе с двумя архангелами Возрождения, несущими людям пробужденную Красоту, Силу и Любовь. С каждым из этих трех проводников Ад, Земля и Рай меняют облик, и все же это будет та же самая Вселенная. Ибо великим гениям свойственно лицезреть богов, которых не видит толпа, и показывать нам метаморфозы Природы и человека под их влиянием.

Сколько бы столетий ни отделяло нас от жизни и деятельности гениальных людей, — говорил Марко, — интерес к их личностям и творениям остается неизменным. Он продиктован желанием узнать как можно больше о том, как проявилось их могучее дарование, какие черты характера способствовали достижению ими столь значительных успехов в науке, технике, общественной мысли, литературе, искусстве и других областях человеческой деятельности.

Знакомство с жизнью и деятельностью гениев лишний раз убеждает в том, что единого рецепта гениальности не существует. Большинство великих людей считало, что своими открытиями и достижениями они обязаны прежде всего трудолюбию и прилежанию. Так, Томас Эдисон, наиболее плодовитый изобретатель 20 века, совершивший более 1000 открытий, утверждал, что «секрет гения — это работа, настойчивость и здравый смысл», а «успех — это 10% везения и 90% потения».

— А правда ли, что Эдисон не ходил в школу? — прервал его один из студентов, наиболее внимательно слушавший профессора.

— Хорошо, — улыбнулся Марко, — раз уж вы задали такой вопрос, давайте сделаем небольшой экскурс в его биографию. Тем более, что это в какой-то мере соответствует теме сегодняшней лекции. Так вот, говорят, что однажды юный Томас Эдисон вернулся домой из школы и передал маме запечатанный конверт с письмом от своего учителя. Мама, после некоторой паузы, зачитала сыну письмо вслух, со слезами на глазах: «Ваш сын — гений. Наша школа слишком мала, и здесь нет учителей, способных его чему-то научить. Пожалуйста, учите его сами.» А через много лет после смерти матери, а Эдисон к тому времени уже был одним из величайших изобретателей века, он однажды пересматривал старые семейные архивы и наткнулся на то самое письмо от учителя. Он открыл его и прочитал: «С сожалением вынуждены сообщить, что Ваш сын — умственно отсталый. Мы не можем больше учить его в школе вместе со всеми. Поэтому рекомендуем Вам учить его самостоятельно дома». Эдисон прорыдал несколько часов. А потом записал в свой дневник: «Томас Алва Эдисон был умственно отсталым ребенком. Благодаря своей героической Матери он стал одним из величайших гениев своего века.»

В аудитории повисла тишина и было слышно, как тикают настенные часы за спиной профессора. Марко выдержал паузу и, спустя полминуты, продолжал:

— Был такой выдающийся российский физиолог Павлов, который уверял: «Ничего гениального, что мне приписывают, во мне нет. Гений — это высшая способность концентрировать внимание… Неотступно думать о предмете, уметь с этим ложиться и с ним же вставать! Только думай, только думай все время — и все трудное станет легким. Всякий на моем месте, поступая так же, стал бы гениальным». Но если бы все было так просто — мир состоял бы из одних гениев. А их по-прежнему рождаются единицы в столетие.

Совершенно иной была точка зрения немецкого философа Иммануила Канта. Он считал, что гениальность — это дар, который не может быть благоприобретенным и, потому, не зависит от обучения, воспитания и прилежания. И действительно, об Архимеде и Ньютоне, Леонардо да Винчи и Микеланджело, Бахе и Моцарте можно с уверенностью сказать, что они родились гениями. Надо понимать, что главной отличительной особенностью гениальной личности во все времена была способность видеть глубже и дальше других, отбирать из огромного числа фактов и явлений самые важные, создавая на этой основе стройную систему мироздания. Недаром, когда один из учеников Конфуция назвал его многоученым, философ возразил: «Нет, я всего лишь связываю все воедино, не более того». Так, в результате творческого переосмысления гением существующего мира, рождается нечто новое и небывалое. Говоря об этом гигантском труде, итальянский мыслитель Никколо Макиавелли подчеркивал, что «нет ничего более трудного, чем браться за новое, ничего более рискованного, чем направлять, или более неопределенного, чем возглавить создание нового порядка вещей».

Сосредоточиваясь на решении глобальных проблем, увлеченные творчеством гении нередко живут в своем, особом, далеком от окружающих, мире. Вот почему их биографии зачастую изобилуют фактами, свидетельствующими о присущих им в обыденной жизни непрактичности, рассеянности, исключительной чувствительности и невосприятии самых простых вещей. Отсюда так много легенд, окружающих каждую гениальную личность, и попытки психологов, начиная с 17 века, провести параллель между гениальностью и помешательством. Кстати, одним из аргументов, используемых ими, служили высказывания… самих гениев, в частности, слова Аристотеля о том, что «не было еще ни одного великого ума без примеси безумия». Современная психологическая наука убедительно опровергла такого рода теории. Но какими бы ни были результаты влияния гениальных личностей, все они так или иначе изменяли мир, в котором мы живем.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 844