электронная
439
печатная A5
2216
18+
Эзотерический секс

Бесплатный фрагмент - Эзотерический секс

Любовный роман


5
Объем:
132 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-9486-7
электронная
от 439
печатная A5
от 2216

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Нет сладостнее и приятней ожидания,

Чем ожидание любящих сердец слияния!

ГЛАВА

Ветер дул,

Завывал в приоткрытую

Дверь от балкона.

И снежинки носились кружась,

Воспевая метель.

Есть в, холодных домах,

Состоящих из шлакобетона —

Это райское тёплое место,

С приятным названием — постель.

Как приятно в ней нежится под одеялом,

Потянуться, струною лопатки сводя.

И томясь ожиданием

И нежной горячей истомой.

Где единственный: время отсчёт,

От тебя — До тебя.

От разлуки с тобою,

До встречи с тобою,

Образ милый лелея опять и опять.

Отдаваясь фантазиям нежным.

Представляя родного героя,

Начинает в мечтах им себя соблазнять.

Будто вот ключ в замке

Затрещал, провернулся.

Дверь, шурша, отварилась,

Еле слышны шаги.

Туфли грохнули,

Поставлены в обувной шкафчик.

В коридоре молчанье,

Он наверно увидел её сапоги.

«Неужели она не пошла на работу?»

И предательски шубка и шарфик висят.

И внизу живота собирается теплое что-то.

Это часто бывает, когда сильно, кого-то

Хотят.

«Милая…»

Слышно из коридора.

Она, молча, лежит — притворилась, что спит.

Только пульс участился,

Всплеск эмоций,

Нет чувствам затвора.

Капля крупная, жаркая

Киску смочила.

Сердце тоже туда же стремится

И тревожно стучит.

Приоткрытые губы от дыханья подсохли.

Тело влагу всю, нижним отдало губам.

Она трусики сняла,

Раздвинув колени

Приоткрыв одеяло.

Он увидит её аргумент, от работы отгула

И, что делать с развратницей сей

Догадается сам.

Он прижмёт свои губы мужские

К её нежной трепещущей киске.

Поцелуем горячим разливая экстаз.

И вот в этом моменте захотелось

Ей вечно остаться.

И на миг показалось,

Что ОН здесь и сейчас!

И рука потянулась, а точнее палец Сатурна.

Тем, что янки друг другу,

Любят показывать фак.

Юркнул бархатом, клитора тонко касаясь.

И она застонала…

«Да милый, вот тааак…»

А три средние пальца свободной руки

Обслюнявили рот.

Вниз по шее скользя, прикоснулись к груди,

Увлекая сосок в огненный оборот.

Участилось дыханье

И внезапно сознанье, грань свою потеряв,

Перешло в подсознанье.

Образ милый исчез,

А какой-то наглец,

Нарушая законы лобзанья,

О приличьях забыв

Посадил на конец.

Снова образ любимого,

«Где же он был?

Может он в меня так никогда не входил?

Ну, а этот красавчик — нахал и наглец!

Хоть размером его небольшой огурец».

Точку джи он нащупал

И долбит прямым попаданьем.

И опять подсознанье берёт верх над сознаньем.

Вот и палец Юпитера*

Сатурну* приходит на помощь.

Расширяя Вагину (теперь так её звать),

Как скребком изнутри выгребают

Всю влагу на клитор,

Чтобы палец Венеры**

Мог клитор свободно ласкать.

Пальцы левой руки покинули грудь

И раздвинули губы.

Им задача ясна —

Клитор освободить.

Пальцы правой руки добавили ходу,

Быстро вибрируя.

Извините за пошлость,

Ей очень приятно дрочить.***

А дыханье её превратилось в «Ааа»,

Стоны и всхлипы

*Указательный палец**Большой палец*** Мастурбировать.

И на выдохе воздух дрожит буквой «А»

Не случайно она верховодит

Во всех алфавитах.

Потому что в экстазе таком

Забываются напрочь слова.

Вот возьмите вы букву любую

В родном алфавите

И попробуйте буквою этой свой кайф передать.

Хоть шипите,

Хоть окайте,

Мычите, рычите,

Только буквою «А»

можно так сладострастно стонать.

Или скажем, к примеру: «Ес! Ес!» — англичане

Или «Мамочка, мама!» — Ну, причем ваша мать?

«О, май гад!» — кричат немцы,

«Добрэ-добрэ» — Болгары.

Только «Ааа» — стон сильнее и глубже.

Может вынуть все чувства наружу

И внять.

Мы забыли про нашу голубку,

Пора возвращаться.

К стону «А» помещались слова —

Кончать? Не кончать?

В мыслях молится:

«Боже, не дай обкончаться!»

Хотя можно и кончить

Чтобы снова начать.

В смысле — ЖДАТЬ!

ГЛАВА

Телефонный звонок

Превратил мир блаженства

Обратно в мир вьюги.

И настойчиво требует,

Пиликая, трубку поднять.

Почему-то всегда и у всех

Есть такие подруги,

Что совсем вроде бы ненарочно,

Умеют все обломать!

«Алло, привет, как дела?

Почему не подходишь так долго?

Я хочу тебе кое-что рассказать.

Представляешь —

вчера познакомилась с парнем.

В той кафешке,

В которой мы любим

Частенько с тобой зависать.

Я сидела у бара,

Зашла после работы

Пропустить пару рюмочек,

Удалить всякий бред.

Был загруженный день,

Годовые отчеты.

Он подсел со мной рядом —

Роскошный брюнет.

Я, увидев его, была сразу согласна

На все что предложит.

У него очень мощный

Сексуальный флюид.

Он приятно расслабленно вел разговор,

Я расслабилась тоже.

И совсем не заметила как мы

Оказались, целуясь в такси.

Он ласкал мою грудь

Через платье и лифчик,

Целовал в шею так,

Что колготки промокли

И насквозь промокли трусы.

Я хотела отдаться ему

Уже прямо в машине,

Но мешали два глаза

Из зеркала заднего вида.

Любопытный и наглый попался таксист,

Даже денег не взял,

Мол спасибо за бесплатное шоу.

Что ещё бы смотрел,

Но приехали жаль.

Дверь такси отварилась

Снаружи швейцаром.

Мы у входа в гостиницу — «National»,

Да такой красоты я еще отродясь не видала.

Принц и замок из сказки,

Я никак не могла устоять!

Ты же знаешь, я Пашку люблю,

Никогда ему не изменяла,

Но такое бывает раз в жизни

И жалко терять.

Ты меня понимаешь подруга?»

«Я тебя понимаю и всё же,

Ты меня отвлекла

Своим телефонным звонком.

Ты украла меня из объятий Серёжи,

Но рассказ твой меня уже тоже заводит.

Ну, давай продолжай, что же было потом?»

«В лифте ехали тихо, не целовались,

Много было в лифте людей.

Раздевая друг друга глазами

Мы улыбались, ощущая экстаз

От приятных и пошлых идей.

Мы зашли в его номер, играя,

Он как рыцарь стал на колено.

И я словно кошка ручная,

Спину выгнула, опираясь о стену.

Он так бережно снял мои туфли,

Рядом с ними упали трусы.

И горячим покрыл поцелуем,

Мой замёрзший мизинчик ноги.

Голова закружилась от кайфа,

Еле я на ногах устояла.

Среди тысячи поцелуев

Я такого не ощущала.

Он наверно почувствовал это,

Что не в силах я больше стоять,

Подхватил меня полураздетой,

И отнес на руках на кровать.

А, затем приподнявши рубашку,

Он достал из штанов свой ремень

И спросил: «Ты мне веришь?»»,

Я сказала: «Не знаю».

Он сказал: «Ты не бойся и просто поверь!»

Ремешком подвязал кисти рук

И подвесил к кровати.

Нежным шёлковым шарфом глаза завязал.

Я, хихикнув, спросила: «Ты спятил?»

Он ответил: «Я быстренько в душ», и пропал.

Я осталась одна на огромной постели,

В голове появились сомненья:

«А вдруг он маньяк?».

Волоски стали дыбом,

Побежали мурашки по телу.

Через дрожь вышел весь

Мною питый коньяк.

Ожиданье такое мощнее всяких прелюдий,

Что я жизнью рискуя,

Не понятно на что повелась.

Ощущенье такое будто сейчас

Потеряю невинность.

Было страшно и в то же время приятно,

Как в первый раз!

ГЛАВА

«В первый раз было даже

Всё проще, пожалуй,

Отмечали студентами мы новый год.

Все девчонки из группы

Тогда тащились от Пашки —

Остроумный красавчик,

Живой анекдот.

Пили мы самогон,

Как пробили 12 куранты.

А, потом Паша выбрал меня,

Пригласил на медляк.

Он отличный танцор,

Ведет нежно и аккуратно,

Было очень приятно к нему прижиматься,

И тереться лобком о конкретный столбняк.

А, потом ещё танец и танец за танцем.

Между танцами самогон,

Мы набрали разгон

На балконе заснеженом белом.

Я висела на нем,

Он стоял на снегу босиком,

Его руки играли со мною.

Словно мастер ваяет скульптуру,

Он лепил из меня совершенство.

С каждым вдохом и новым мазком,

Нас прогнали с балкона куряги.

Мы заперлись в ванной —

Это место верняк, чтобы невинность терять.

Есть вода, полотенце и даже чья-то

Помада и вата.

Я разделась сама,

И он начал меня целовать.

Мы включили горячую воду

И от пара вспотели.

Это яркий контраст, когда за окном -5.

Состоянье скольжения тел,

Это даже приятней постели.

Кстати знаешь места надо чаще менять.

Он меня приподнял на стиралку, я села.

Затаивши дыхание сказала:

«Ну, Пашка, давай!»».

Боль смешалась с экстазом

И пропала, с обильным оргазмом.

Через резкую боль я отправилась в рай.

Вот я тебе невзначай рассказала,

Как я потеряла невинность.

Извини от предыдущей истории

Слегка отвлеклась.

Может, тоже расскажешь!

Стало мне интересно,

Каким был у тебя

Твой первый раз».

ГЛАВА

«Ничего интересного не было.

Были просто с семьёю на даче,

Я и брат мой троюродный.

Родных и двоюродных нет.

Он завел меня, как партизан

За сарайчик.

Приставал, обнимал, целовал,

Я ему все равно не сдавалась.

И он сдался сам сказав:

«Ну, хотя бы минет

Я на близость такую не сразу тогда

Согласилась.

Оттолкнула его, убежала к гостям.

Но, мое любопытство великая сила.

Захотелось пощупать, увидеть и

Сделать мням мням.

За столом я ему скромно так улыбалась.

На десерт сексуально ела банан.

В общем, я уже сама его домогалась,

Да и он догадался, смышленый пацан.

Он был старше меня, от него уже пахло

Мужчиной.

И усы отрастил и с понтами курил.

И я сделала вид что колеблюсь и

Все же сломалась,

Когда он за сарай покурить пригласил.

Ну, короче мы вместе с ним покурили.

Он курил сигарету, ну, а, я…

В общем, ты поняла!

Вот и всё,

Так была моя песенка спета.

Толька разница в том,

Что ты давала теряя.

А, я теряя брала».

«Я с тобой не согласна подруга.

От минета не больно

И не рвется плева.

Могут разве что только потрескаться

Губы.

Так что это не в счет, ты осталась цела.

Да физически я осталась цела, но морально…

Сейчас уже все нормально, но, а тогда.

Я была малолеткой, и для меня секс оральный

Был единственным опытом

Еще года два.

Года два, встречаясь с парнями,

Сохраняла себя, предлагая минет.

Я как золушка, нет как Белоснежка

гномов всех выручала

И мечтала о принце на белом коне.

Я люблю мужской член, и я это в себе не скрываю.

И владеть им, когда он скользит

по губам, по лицу.

Заглотнуть по уздечке, пройтись языком,

До оргазма себя довести, нежно клитор лаская.

В тот момент, когда парень стонает

Я от этого просто торчу.

А потом доведя и его до предела

И брандспойт, крепко сжав в кулаке,

Поливаю лицо.

В сперме много белков,

Она очень полезна для тела.

Это кстати секрет, почему я выгляжу так хорошо!

От рассказа такого я себя возбудила,

Очень жаль, что Серега приходит поздно домой.

Я когда познакомилась с ним,

В него сразу безумно влюбилась,

А, когда увидала размер, поняла, что он мой.

И тогда вдруг меня озарило,

Принц на белом коне как раз для меня.

Конь как символ -достойный

Фалической сылы.

И мой Принц оказался

С достоинством как у коня.

Говорят что размер самолета

Совершенно не важен.

А, гораздо важней какой у самолета пилот.

Существует три вида:

Есть боинг, есть кукурузник и

Есть самолётик бумажный.

Но, когда совпадает,

И «боинг» и

Пилот первоклассный,

То поверь мне подруга это самый приятный полёт.

Очень много на нём пассажирок хотят прокатиться.

Кукурузник умеет только поля орошать.

Самолётик бумажный тоже кому-то сгодится,

Его можно с балкона за хлебом пускать.

Иногда когда я с Серегой ругаюсь.

Он как рыкнет: «А, ну, марш в кровать!»

И я тут же теряюсь в мечтах,

И вновь безрассудно влюбляюсь.

Не логично из-за мелочных ссор

Большое терять.

И рука опять потянулась, задирая халатик

И опять захотелось себя приласкать.

Заболталась с тобою, забыла о стирке,

Позже перезвоню, пока хватит».

Хотя можно было сдержаться и

Просто не врать.

Было стыдно, но голос природы

Призывал все сильней и сильнее

Прервать разговор.

От желания тело трепещет,

Расстегнут и скинут халатик.

И сознание, телом владея, просит повтор…

ГЛАВА 5

И как нимфа лесная

Обнаженная, свежая, светлая.

Пробежав из салона в комнату для шкафов,

Где игрушки в коробке от обуви

Секретно интимные.

Помогают расслабиться женщинам вместе с мужчинами,

Хотя чаше всего без мужиков.

Из всего арсенала сегодня она подобрала три вещи:

Ароматное масло для смазки,

Большой, силиконовый с венами

Розовый член,

И для попки на много поменьше

Вибратор жужалка.

Она знает Серега не против таких вот измен.

Он однажды застал ее за этим занятьем,

Растянувшись в салоне на пышном ковре,

Забыв двери закрыть на замок.

Силиконовый розовый член меж грудей

заточённый в объятьях,

И одна рука направляет член в рот,

А вторая сжимает и гладит сосок.

Он стоял и смотрел наслаждаясь

Такой красотою.

Нет прекрасней

В мире картины,

Где женщина любит себя.

Расстегнувши ремень, он взял член горячий

Прохладной с мороза рукою.

И сжав крепко его в кулаке, стал водить

Вынимая головку, то пряча по смазке скользя.

Он немного боялся, что она его скоро заметит,

До оргазма уже довела себя второй раз.

И ему захотелось успеть, чтобы это

Закончилось этим.

Он добавил угля, ускоряя и разжигая

Экстаз.

Не подав ни малейшего вида,

она знала, что он наблюдает,

И поэтому эти два раза

она делала вид что кончает.

Ей особенно было приятно как

«Театр одного актера»,

Где Сережа пламенный зритель,

Превосходной актрисы и режиссера.

Задрав ноги, согнувши в коленях,

Ступни ног натянув как балерина,

Руками, взявши за ягодицы

Нежно пальцами губы раздвинула.

И мечтая, что зритель не выдержит

И продолжит сцену с ней тоже,

Прошептала как будто случайно,

Его имя Серёжа, Серёжа.

И его в тот момент так накрыло, кайф

Оргазма огромной волною,

Дав понять, что написанный ею сценарий

Не вмещает второго героя.

Но, зато появилась надежда, что

Пойдет он на палку вторую,

И уже не намеком.

На сцену позвала его напрямую,

Но уже после первого акта

Он ушёл ничего не сказав.

И театра единственный зритель,

Покинул светлый зрительный зал.

Как актриса она отыграла отменно,

Ну, как режиссёр перебор.

Или зритель попался мгновенный

И спектакль такой запорол.

А, на самом деле что было!

Он зажал свою крайнюю плоть,

Чтоб следов за собой не оставить

И не кончить на потолок.

Потихоньку разжал свои пальцы,

Когда член в трусы поместился.

Раньше делал он это над унитазом,

Когда сам с собой обходился.

Ситуация была ясной,

Конспирация превыше всего.

До сих пор он не знает, что она знает

Все в этот день про него.

ГЛАВА

А, сейчас взгромоздившись

С ногами на кресло,

Ароматное масло,

Обильно плеснув на живот,

снизу масло

Текущее между ног

В ладонь собирая.

Стала нежно массировать пальцами

Задний проход.

Прижимая вибратор жужалку,

туда же вкрутила.

Очень сильно голодная попа,

Всю жужалку она проглотила.

Вслед за попой голодная пися,

Подождав пока рот, смажет член

Позвала его в гости.

Он топтался с минуту у входа,

А затем вошёл весь без проблем.

Погостивши немного у писи,

Побродивши по кругу, а потом

Взад вперед.

Пренебрёг ее гостеприимством

И отправился в ласковый рот.

Его встретили там как родного,

Горячо в засос целовали

И головку его силиконовую

Сладострастно стоная, сосали.

Ну, а где же хозяйка всех этих?

А, хозяйка в мечтах на Майями.

И лежит теплым солнцем согретая,

Океан ее гладит волнами.

ГЛАВА

И в мечтах ее, на горизонте

Показался пиратский корабль.

Он несется на всех парусах

В ее тихую мирную гавань.

Черный флаг, развиваясь зловеще,

С белым черепом и костями.

Сердце девичье от страха трепещет

Весь корабль набит мужиками.

Все свирепые, голодные, злые.

Будут грязными лапами лапать.

А она беззащитна, раздета,

Из одежды на ней только шляпа.

И рукою, словно волною

Окатила себя легким бризом.

Чтоб немного себя успокоить

Потянула веревочку снизу

И жужжалка из попы немного

Показалась и снова пропала.

Между пальцев шершавя клитор,

Она нежно себя приласкала.

За минуту таких расслабонов,

Про пиратов напрочь забыла.

На песке у воды извиваясь,

Вновь на пляже морском воплотилась.

А пираты тем временем бросили якорь

И тихонько на лодке подплыли.

И увидев сирену морскую

Просто напрочь забыли, кем были.

И пятнадцать голодных и злых мужиков

Стали дружно дрочить не стесняясь

Дружков.

Даже те, кто стеснялся признаться

В своем онанизме.

Ведь признанье такое — серьёзный удар

По пиратской харизме.

Пред такой красотой не смог

Удержаться даже боцман,

Который был мастером по конспирации.

Он травил анекдоты про онанистов

И смеялся сам громче всех,

Как будто он самый чистый.

И все тоже смеялись, хотя им

Было совсем не смешно.

Да, конечно, в море без женщин

Приходится туго,

Но, лучше собственный твердый

Кулак, чем задница друга.

И как медведи и львы победители,

Они громко ревели кончая.

И она на секунду подумала:

«Фух пронесло!».

Но, пираты опомнились тут же,

Как вышли с экстаза.

Снова в образ пиратский войдя,

Принялись за свое ремесло.

Вот уже оголенные сабли,

Настоящие сабли сверкают.

Отвезем ее на корабль

Пусть корабль наш украшает.

Ей связали руки и ноги.

Она очень сильно брыкалась,

И косынку пиратскую всунули в рот,

Потому что она матюкалась.

Погрузили на лодку, отплыли,

Пока плыли, она узнала,

Что не будет ей больше пощады,

Что конкретно она попала.

Капитан у них сущий дьявол,

Кровопийца и душегуб.

Вся команда его боится,

Что перечит ему только труп.

И от женщин крепко заперто сердце,

Женщин он за людей не считает.

Это травма с раннего детства,

Его бросила мать,

А жестоким отец воспитает.

.

Как добычу имеет он женщин,

Очень жёстко и грязно имеет.

Он как дикий лев беспощаден,

По-другому он не умеет.

ГЛАВА

Ей покоя не давала веревка,

Между ног она врезалась грубо.

И при каждой волне,

Находящей на лодку,

Она всё глубже

Входила под губы.

И сухим волокном натирая,

Через попу до правой лопатки.

Даже здесь, где опасно для жизни,

Она пользуется самым сладким.

Она вспомнила один случай,

То, что с ней по-настоящему было.

Этот день был один из лучших,

Она выжила, потому что любила.

Как-то раз они вместе с Серегой

Отдыхали зимой в Эмиратах.

В канун нашего Нового года,

Там тепло

Даже чуть жарковато.

И в роскошном Дубайском отеле,

Из номера не выходя,

Они пили, и ели в постеле,

Наслаждаясь друг другом два дня.

«Ладно завтра, пойдем, погуляем». —

Неожиданно выдал Серега.

«А пока попрощайся с невинностью,

Ты строптивая моя недотрога!».

Сексуальная совместимость —

Это самые прочные браки,

Нет и повода для измены.

Секс важней,

Чем скандалы и драки,

Ну, хотя бы три раза в неделю

Я советую каждой паре.

Ведь не так уж и много дел общих

Происходит сейчас между вами.

Можно их перечислить на пальцах,

Даже хватит одной руки.

Первый палец, конечно, дети,

Второй палец для вашей родни,

Третий — как дела на работе,

Разговора на пять минут.

В основном как вы кого то…

Или как вас достают.

Если будем совсем откровенны

Нас все время тянет в фейс бук.

Вроде вместе, но все, же отдельно

Мы проводим общий досуг.

Если вам повезло, то есть общее хобби,

Например, каждый вечер бутылка вина,

Раз в два месяца встреча с друзьями

И опять вы один, вы одна.

Почему же так много разводов,

Когда дети уже вырастают,

Потому что мало дел общих,

Что вас вместе объединяет.

Ну, а секс либо лёд, либо пламя

И поэтому у многих заброшен.

Занимайтесь им как зарядкой

И cчитайте его просто хорошим.

Фантазируйте, не стесняйтесь,

В сексе все должно быть красиво.

Если даже связаны руки по согласию,

Можно насиловать.

Или нежный секс до безумья,

Аромат поцелуев сладких.

Если любите, так любите

Полной грудью и мертвой хваткой.

Вот и наши герои романа

Любят ролевые сексуальные игры.

Если он превращается в льва,

То она становится женщиной тигром.

Если он притворился больным,

То она, конечно, же медсестрою,

Экзарцистка и юный вампир.

Раб оттраханный своей госпожою,

Но монах и монашка впервые

Посетили сегодня Дубай.

Было много разных ролей,

Но такие еще не играли.

«Молилась ли ты на ночь, Дездемона!»

«О, да, святой отец молилась!».

И Господа от всей души молила,

Чтобы очистил он сознание мое

От пагубных греховных мыслей.

«Какие мысли дочь моя, тебя тревожат,

Какие мысли светлый разум гложут,

Чем тяготеет сердце перед сном?»

«Краснею я, не в силах я сдержаться.

Не знаю иль природы зов,

Иль дьявол вдруг решил со мной играться.

Всему виной…».

Утихла.

«Не молчи!»

«Молчанью моему имеется весомая причина,

Хоть ваша светлость вы святой отец,

Но, для меня вы пагубный мужчина!».

«Как смеешь ты?!».

«Меня просили вы во всем признаться.

И ваша светлость

Вместо того чтоб надо мной ругаться,

Вы лучше б помогли б решить мою кручину».

«Я покажу тебе сейчас мужчину!

Мужчины плоть,

Тем более мою,

Я тридцать лет себя храню.

И помыслами чист, как перед богом атеист,

А ты позволила себе,

Мной как мужчиной любоваться!».

«Простите мне мой грех святой отец,

Но, я устала чувств своих боятся

и представлять, что вы касаетесь меня

самой себя касаться.

И нестерпима жажда, вас между ног обнять

И ощутить в себе вашу мужскую мощь».

«Так ты, так ты прелюбодейка — стыд и срам.

Такого церковь не слыхала от Распятья

И это чуждое моей природе восприятье.

Я ощутил через твое признанье сам.

За это инквизиция святая тебя накажет,

Но, а пока я буду тебя сечь».

«Смиренно я во всем святой отец,

Вам повинуюсь, и рясу приподняв,

Легла вверх попой на кровать

И трусики сняла».

«О, Боже эти ягодицы, я никогда таких

Не видел у девицы».

Такие право заслужили, чтоб их сечь».

«О, боже правый не томите,

Секите вы меня секите».

«Негодница, ладонью шлепать буду я тебя

И буду жёстко шлепать …….и любя!».

Шлепок по попе, шлеп

«Ай», застонала «Еще… еще…

Еще, шлепок».

Нелепость эту сцену оборвала…

Из под двери к открытому окну

Вдруг пролетел дымок,

И крики на арабском языке.

За дверью паника

все здание в огне.

Святой отец вдруг превратился в Спайдермена.

«О, чудное дитя природы

Тебя спасу я!».

Схватил ее на руки и метнулся к двери.

За ручку дергая, но дверь не поддалась,

Удар плечом, её на пол поставив.

Ногой ударил со всей дури,

Старанья тщетны, завалило дверь

И голоса утихли в коридоре.

Она спросила: «Милый что теперь?»

«Нам лучше лечь на пол,

Здесь меньше дыма.

Прости, прощай моя любимая!»

«Любимый!».

Легли на пол,

Давай в последний раз тебя я поцелую,

Последний раз возьму в свои объятья.

Вот настоящая любовь!

Она его целует так, чтоб он забыл

О смертном часе

И он ее целует, чтобы скрасить

Последние минуты жизни счастьем.

И шепчет между поцелуев:

«Любимая на берегу другом я,

Буду ждать тебя!

Не Бог, не дьявол не призовут меня,

Пока тебя не встречу.

Мы поклялись друг другу вечною любовью,

Поэтому любить тебя я буду вечно!».

Они настолько увлеклись,

Сначала страх бороли, а потом

О нем забыли.

Вот так и в радости и в горе

вместе были.

Как чувство первого глотка,

При жажде самый сладкий.

Так и последнего,

Когда ты знаешь, что сладости такой

Уж никогда тебе не ощутить

И с каждою секундой тоньше нить.

Какие были поцелуи,

Какая глубина прощанья.

До секса дело не дошло

Сначала он вдруг потерял сознанье,

Потом она и все прошло……

И тишина, везде молчанье

И кто-то ощущает тишину.

Да будет свет

Любви благоуханье

И осязание сиянья, где две души

Слились в одну.

И новая звезда уже была готова

Сиянием своим украсить небосклон.

Дыханием одним начать работу снова,

И заново создать мир, где она и он.

Но, что-то не хватало в этом свете…

Наверно, не достаточно любви

Чтобы светить на небе миллион столетий.

Вернули их в тела,

А стало быть — спасли.

Среди завала их нашли не сразу,

Сгорели балки, завалило вход.

Поэтому им выбраться не удавалось,

Но, Слава Богу, любящим везет!

Два дня они лежали вместе в коме,

Не проявляя признаков сознанья.

Сознанье было занято сияньем.

И вот их в чувство привели,

Вот так любовь спасла

Два любящих Создания.

ГЛАВА

Ну, а сейчас, лежа в пиратской лодке,

Прогнала мысли страшные о встрече с капитаном.

И наслаждаясь от веревки,

которая все глубже проникала.

Проникновенье — это так ее заводит.

Хоть и пираты смотрят, нету сил терпеть

И потихоньку начинает двигать тазом,

И волокном промежности тереть.

И тихо кончив клиторным оргазмом

И вот она уже на палубе пиратской.

На палубу выходит капитан,

Гроза морей он смотрит на нее

Сверлящим взглядом.

Что от него мороз по коже

И сжимает мышцы зада.

Такого взгляда нет ни у кого.

Но, только у него лицо родное,

Похож он на Серегу как близнец.

«Но, только мой без бороды, а этот

С бородою».

И любопытно стало ей

Похож ли огурец.

Он рявкнул: «Боцман, подними ее с колен!

Как солнце сядет, приведи ко мне в каюту.

И приодень ее, на ней одежды нет.

Возьми шмотье в порту у местных

Проституток.

И вытащите тряпку изо рта

Мне нужен рот ее в хорошем состоянии».

Он подошёл и вынул кляп

И палец вместо кляпа всунул так,

Что тот на миг ей перекрыл дыханье.

И взяв за подбородок пятерней,

Пронзил ей сердце взглядом как стрелой.

И что-то в ней поджало к низу хвост

И захотелось стать на век его рабой.

«Пусть издевается!» — подумала она.

«Пусть избивает, возле ног валятся буду.

Раба любви по уши влюблена.

Иисус Христос целованный

Иудой».

Есть чувство едкое — всему повиноваться.

Где одна личность другой личности

Сильней.

И личность та, что послабей

Готова сильной личности отдаться.

Когда-нибудь наступят дни застоя

И ветром всех людей потянет в порт.

Но, чтобы всем успеть в корабль Ноя.

Начнем уже сейчас

Естественный отбор.

На море штиль, уже стемнело,

Луна сияет в небесах.

И лунною дорожкой освещает

Корабль темный в черных парусах.

Матросы, налакавшись рома,

Горланят песни о пиратском

Сердце и судьбе.

Вдруг голос как раскаты грома:

«Ведите пленницу ко мне!»

Каюта капитана, как не странно

Была оформлена под восемнадцатый век.

Все в красном дереве, с отделкой позолоты,

Такую роскошь мог себе позволить

По-настоящему богатый человек.

Она без трусиков в красивом пышном платье,

Корсетом туго стянута спина

И руки крепко связанны веревкой.

Он сунул в зубы ей бокал вина.

Две струйки красные стекли по подбородку,

На шею и на грудь под декольте.

И руки сверху привязал и потянул веревку,

На цыпочки подняв ее как в варьете.

И платье пышное рванул с такою

Силой.

Оно порвалось как бумажный лист,

Ее так это сильно возбудило,

Животных чувств желания сплелись.

И грубою шершавою рукой

Провел по позвоночнику

Вниз к правой ягодице

И крепко ягодицу сжав в ладонь,

Надел ее на свой большой мизинец.

И стал массировать, точней по-зверски мять

И пальцами анальный вход драконя.

Второй рукой, от пола приподняв,

Теперь она сидела у него в ладонях.

И вот касанье :

Член его упругий

Дотронулся до жарких ее губ.

Диаметром с кулак,

Такой в себя впустить пришлось ей туго,

Он нежен с ней был, более чем груб.

И вот наполовину он вошел

И стало ей уж очень хорошо.

И шепчет –«Серж, Еntez-moi plus fort»

Что означает на французском —

Серж, войди в меня сильней.

Блеснул кинжал, обрезана веревка,

И пленницу пират к себе прижал.

Упали на кровать, да так что он под нею

И, оседлавши капитана поскакала.

Сначала медленно потом быстрее

И быстрее.

Кричала,

Чувствами не в силах совладать.

Он осознал, что лежит под нею и

Повалил ее и сверху лег,

И стал как робот резко двигать

Тазом.

Как терминатор, четко, монотонно, грубо.

Как кремнем, членом высекал оргазм.

Она уже была готова разорваться

На тысячи сияющих сердец.

Он как специально прекратил

Движенье

И всунул в рот ей свой огромный

Леденец.

Она взяла его, облизывая жадно,

Как кошка по сметане языком.

Огромная тележка знаний,

Как приятно

Минетом подводить к оргазму мужиков.

И вдруг он вниз, к ее ногам спустился

И нежно, нежно так, лизнул ее промежность.

Она вернула капитану в сердце нежность,

Чудовище в красавицу влюбился.

Стоная громко так, что все матросы

Вмиг по каютам разошлись

И рукоблудством занялись.

И каждый сам себе представил что-то,

Но, общая картина, что зверюга,

Своим огромным членом — плугом,

Вспахал невинные поля.

И в наслаждении земля,

К посеву их уже готова…

Но, только Дунька Кулакова

Себе посев весь пригребла.

И вся команда обкончалась,

Хотя она не затыкалась

еще примерно полчаса.

Фантазия богатая,

Когда,

Сидишь одна и ждёшь его с работы.

Он воплотит ее мечты!

Пускай не все, но что-то

И счастье есть и долго пить до дна.

Обнимет нежно, встретив у порога.

«Устал Сережа?»

«Есть немного».

Я быстро в душ, а ты беги в кровать,

И без меня не вздумай начинать.

Она порхнёт под одеяло нагишом.

«Ну, где же милый?

Скорей бы он пришёл!».

Телепортация домой.

«Прощай пират, прощай морской прибой!

До новых встреч, возможно еще позже

Мечтать о капитане я продолжу.

Глава.

Сейчас займусь делами быта

И киска колется, уже два дня не брита.

Побреюсь в ванной, стирку заряжу

И чем-то вкусненьким его приворожу».

Вот киска выбрита и стирка в барабане

И мысли о еде, чтоб вкусного сварганить.

Принявши двадцать капель самогона

И только в тапочках и в фартучке кухонном.

«Итак, сегодня мы готовим вкусный ужин!

Сказала вдруг, как будто бы она на передаче

Креветки по французски и карпаччо,

И по бокалу красного вина.

«Скажите Ваня —

Готовили ли вы когда-нибудь еду на кухне голяком?»

И голос изменив и отвечает будто бы за Ваню:

«Ну, да конечно, только не на передаче,

А дома потихонечку тайком».

И снова за себя:

«Я сейчас стою на этой сцене

И из одежды у меня халат и тапки.

Как говорится «хлеба вам и зрелищ»,

Садитесь поудобнее ребятки.

Сейчас я оглашу ингредиенты:

Пол баночки нарезанных оливок,

Грамм 50 куриного филе.

И можно взять сметану или майонез

Для сливок

Ну и креветки сварены в котле.

И перец красный можно потушить,

добавить.

Присыпать сверху тертый пармезан,

Чтобы в духовке сыр расплавился,

Растаял.

И вот креветки по-французски

«сделай сам»».

Она сказала вместо режиссёра:

«Готовим дома, дубль два

КАРПАЧЧО!».

«Скажите, милая,

Как приготовить нам карпаччо?»

Сказала грубым голосом она.

Как будто бы за Ваню.

«О, это очень просто!

Всегда беру говядинку и тонко нарезаю

на 200 грамм, грамм 40 майонеза

и вустерского соуса с табаско.

Немножко выдавить лимон

И в этот соус ломтики бросаю.

И соль по вкусу.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 439
печатная A5
от 2216