электронная
202
печатная A5
321
18+
Европа.ru

Бесплатный фрагмент - Европа.ru

Рассказы

Объем:
48 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-2922-1
электронная
от 202
печатная A5
от 321

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Европа.ru

Путешествуя по Италии на машине, остановилась ненадолго в городке Комо, на самой границе со Швейцарией. Июньский полдень, жара. Дорога немного утомила меня, черный чай с лимоном — это как раз то, что мне надо. Выбрала кафе с видом на прекрасное озеро.

В кафе зашла молодая женщина. Краем глаза отметила, что в бедрах она, пожалуй, еще тоньше, чем я. Наверное, русская. Длинные блондинистые волосы, красивое лицо. А, вот, лицо показалось мне знакомым.

Отбросив приличия, внимательно посмотрела на нее. Неужели? Поэтесса с одного литературного сайта, где я часто печатаю свои стихи. «Собрат» по перу, вернее, по клавиатуре. Мне нравились ее стихи, полные метафор и интересной рифмы, неоднозначные и неподдельные ни под кого. Мы переписывались, дружили в интернете.

Я назвала ее по имени. Она не сразу, но узнала меня и очень обрадовалась. Посетители кафе улыбались, глядя на двух, не скрывающих своих эмоций, русских.

Мы пили чай, она рассказывала мне о своих приключениях в Европе. Затем, достала папку с исписанными, то ручкой, то карандашом листами бумаги. Постоянно вела записи. Сказала, что за отсутствием интернета не имеет никакой возможности напечатать эту «писанину». И попросила меня, приехав в Москву, опубликовать их, не называя ее имени. Так как это уже не первый случай, когда люди делятся со мной своими историями и просят не называть их имен, по разным причинам /именно так была написана «Дарина»/ я не удивилась. Положила рукопись в свою сумку и обещала придать ее гласности в ближайшее время.

Моя подруга нуждалась в деньгах и работе. Я хорошо знала одну интеллигентную семью русских в Милане, им как раз требовалась образованная гувернантка для ребенка — школьника.

Мы доехали до Милана на машине, где и расстались. Мне хотелось посмотреть Рим, а ей надо было приступать к своей новой работе.

Приехав в Москву, я, с большим интересом разобрала записи, и напечатала, как есть, не изменив ни одного слова.

Лагерь мигрантов.

Приграничный швейцарский городок Кьяссо. Попасть сюда из Италии просто, — садишься на городской автобус в итальянском Комо, несколько остановок, и ты в Швейцарии. Документы никто не спрашивает.

Именно здесь, с рюкзаком и дамской сумочкой, я сдалась швейцарским властям.

Два полицейских, для близира стоявшие на границе, долго не могли понять, что мне надо.

И говорили — приходите завтра, полицейский офис уже не работает. Через час один из них все-таки проверил мой паспорт, поставил печать о пересечении границы и рукой показал, где находится азиль \ azyl \ — лагерь беженцев.

Так стандартно начинаются мытарства тех, кто по каким-либо причинам покидает свою Родину и легально, с шенгенской визой оказывается в Европе, запрашивая убежище.

Здешний лагерь, похоже, не самое худшее место. Это отдельное здание в три этажа со своей территорией, обнесенной забором с железными прутьями, наверху колючая проволока, надеюсь, без тока.

Железную калитку мне открыл крепкий, похожий на запорожца, швейцарец, с чубом на бритой голове.

Глядя в упор, спросил, что я хочу. Анкета, отпечатки, сдать мобильный. Сколько денег с собой?

И любопытные лица за стеклянной дверью — новенькая.

Лагерь, по большей части, мужской. В основном беженцы из Африки, несколько грузин и один светленький, не знаю откуда, но говорит по-русски. Общаться не захотел, то ли стесняется, то ли малообщителен и недоверчив.

Женщин совсем мало, в двух комнатах. Все из Африки молоденькие девушки до двадцати.

Меня селят в одну из комнат. Кровати в два яруса, несколько девчонок и даже семейная пара, которые никак не отлипнут друг от друга.

Выхожу во двор. Начинаются расспросы на всех языках мира.

Темнеет. Мужское кольцо вокруг меня сжимается. У меня екает сердце. Вдруг здесь, вообще, беспредел?

Спускаюсь вниз к секьюрити. Дверь к ним закрыта, смотрят телевизор, и знать ничего не хотят.

Ночью лагерь контролируется тремя видеокамерами и все.

Выбираю место во дворе, которое входит в зону наблюдения. Понимаю, что ни в комнату, ни в туалет я сегодня не пойду, спать придется здесь.

Говорю ребятам, что мне плохо с сердцем, нужен свежий воздух, а в комнате душно.

Мне приносят теплое одеяло.

Скрючившись на стульях, стараюсь заснуть. Они еще долго ходят вокруг, о чем-то тихо разговаривая.

Утром становится дико холодно, но уже рассвет, можно вставать

Одиноко брожу по пустым коридорам. В шесть утра появляется уборщик.

К семи выходят заспанные постояльцы. Мои ночные страхи оказываются бредом.

Завтрак порадовал — настоящий черный чай, мед, булочки /хлеб очень вкусный/ и каша.

После завтрака в лагере начинается сильное движение, люди снуют, как рыба в период нереста.

По микрофону выкрикивают фамилии, так, словно объявляют победителей, обязательно прибавляя «мистер» — Мистер Абу Али! Перед стеклянными дверями выхода собирается толпа, кому сегодня предстоит интервью, кому трансфер. Интервью — штука серьезная, отвечать на каверзные вопросы комиссии. Поэтому, тот, кто на интервью, начищены, наглажены и сосредоточенны.

Трансфер означает переброску в другой лагерь.

Мою фамилию так же бойко выкрикивают по микрофону. Меня, и еще несколько человек ведут за территорию лагеря по городской улице в офис.

Организация, занимающаяся беженцами, называется Федеральная миграционная служба, ODM.

Пока сижу в коридоре, рассматриваю плакаты и фотографии. На плакатах радостный африканец танцует вместе с европейцами, одетыми в национальные костюмы.

На черно-белых фотографиях история иммиграции с 1951 года/нач. работы центра/ по 2015г.

До 1980 года мигранты только европейцы, видимо, те, кто бежал из соцлагеря.

Начиная с 80-ых, словно добавляют черную краску, с 2000года сплошь Африка.

Расцвет нынешней Европы во многом обусловлен белой эмиграцией в начале прошлого века и послевоенной диссидентской волной. Мощное религиозно — гуманистическое влияние русских философов — мыслителей очевидно.

Один Мережковский чего стоит, с его метафизической чуткостью души.

Русская мысль, попав на либерально — демократическую почву, начинает виться плодородной лозой.

Что принесет Европе нынешняя миграционная волна, покажет время. Но точно впрыснет адреналин в кровь, засушенного в офисах европейца. Европейцам можно пожелать терпения, а мигрантам хоть немного уважения /кроме чувства потребления/, к той стране, которая их приютила, стала второй Родиной.

Я не оппозиционер, не интересуюсь политикой, просто мне нравится Европа, но как сюда попасть для ПМЖ легально не знаю. Сайтам знакомств не доверяю.

Нас вызывают по очереди, в отдельном кабинете миловидная доброжелательная женщина, несколько вопросов о состоянии здоровья, небольшой тест за компьютером.

Потом нас ведут обратно.

Еще один день взаперти, выйти нельзя пока не оформят документ, «pass».

Иду в душ, он почему-то только с горячей водой. Мылась, обжигаясь. Потом засунула голову под холодный кран в умывальнике, чтобы смыть остатки шампуня. Умывальник в виде одного длинного железного корыта с кранами наверху. Жидкого мыла нет. Некоторые туалеты неисправны, нет воды. Вот так-так. С чистотой, вообще, напряженка, много мусора на полу, пустые бутылки. То же самое во дворе.

Зато сколько внимания со стороны мужского населения! Однако.

Спрашиваю юркого, совсем молодого /лет 20-ти/ африканца — имеет ли он пропуск, тот самый «pass»? Пропуск у него есть. Прошу сходить в магазин, даю 5 евро. Он тут же бежит, даже с какой-то радостью и приносит все, что нужно.

Перед обедом выстраивается огромная очередь к еде, хвост выползает во двор. Женщин мало, нас пропускают вне очереди, мило.

Еда очень вкусная и много.

Самое востребованное здесь — сигареты. Видела, как один парень ждал, пока покурит другой, чтобы докурить за ним. На пачку сигарет смотрят с жадностью.

В библиотеке довольно уютно. Стеллажи с книгами, большой стол и два мягких дивана.

Книги на всех языках, есть и на русском, потрепанные детективы и немного классики.

После обеда предлагают интеллектуальные занятия. Девушка приносит краски, карандаши, листы для рисования. Настольные игры. С удовольствием рисую. Вазочка с цветочками получилась по-импрессионистски живописной. В лагере несколько детей, они охотно рисуют, но почему-то все одно и то же — флаг своей страны.

Открываю дверь в туалет и тут же захлопываю, потому что оттуда выходит парень. Смотрю на табличку, нет, туалет женский. Подбегает уборщик, резко говорит ему на итальянском /жители юга Швейцарии говорят на итальянском/, что это туалет для женщин.

Каким образом мы мгновенно узнаем мужчин в любом обличии — накрашенных, с пирсингом, томных? Видимо, это та суть, которую нельзя изменить.

Уборщик вспоминает, в каком месте он работает, в сердцах сплевывает, на подобии нашего тульского мужика, при виде непотребства. Иронично спрашивает: — Или ты женщина?

По лицу парня пробегает досада. Обидно, конечно, как ни ухитряйся, а мужское естество лезет, как опара из кастрюли.

Мне это не интересно, потому решаю прийти позже.

Хорошо чай свободно. Просто стоит на столах, рядом джем, хлебцы и печенье.

Жарко. Хочется гулять, но пропуск, возможно, завтра, надо еще сфотографироваться.

Иду в библиотеку, почитать.

Читать не дают. Подсаживаются, знакомятся: — Поговори со мной. Посмотри на меня.

Их разгоняет Давид. Ненадолго, через какое-то время вваливаются два молодых араба, ведут себя шумно, поют, имитируют тамтамы.

Готовят гашиш, предлагают мне. Не могу на это смотреть, выхожу.

Вечером, до 12 ночи мы сидим с Давидом во дворе, едим вишню и персики, разговариваем на смеси английского с итальянским.

Спать ложусь в своей комнате.

Ночью просыпаюсь, парочка занимается любовью. Остальные спят, но не с моих слухом.

Что называется — «всюду жизнь». Быстро засыпаю опять.

Встаю в 7 утра.

После завтрака нас выкрикивают по микрофону и опять ведут в офис.

Фотографируют, делают пропуск. Предвкушаю возможность погулять по городу, но не тут то было.

Мужчина в очках объясняет, что после обеда надо собрать вещи, — трансфер, не далеко 80 км. отсюда.

Сердцем чувствую, что это плохое место, спрашиваю –нельзя ли мне остаться? Отвечает, что это невозможно.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 202
печатная A5
от 321