электронная
100
печатная A5
400
18+
Этот женский мир

Бесплатный фрагмент - Этот женский мир

Объем:
248 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-8635-8
электронная
от 100
печатная A5
от 400

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пролог

Резко затормозившая машина впереди чуть не привела к аварии, если бы Марго не успела вдавить в пол педаль тормоза. Она чертыхнулась про себя и объехала автомобиль, чтобы посмотреть, кто за рулем и что заставило водителя затормозить столь резко.

Конечно, на водительском сиденье сидел юноша, неуверенно держащий руль. Марго невольно подумала, что всякий раз, когда она попадала в такие неприятные ситуации на дороге, виновниками были молодые люди. Может, правы были многие, кто говорил, что мужчинам вовсе не следует выдавать права. Конечно, юноша засмотрелся на плакат, на котором сияло улыбающееся лицо молодого человека в классическом костюме со скрещенными руками на груди. Надпись гласила: «Голосуйте за меня, и вместе мы изменим этот мир». Марго даже не сдержалась от улыбки, до того наивной ей показалась эта надпись и то, с каким воодушевлением изучал плакат юноша из автомобиля. Нужно быть или совсем отчаянным, или глупцом, чтобы пытаться «пролезть» в политику, которой, как известно, занимались в основном женщины. Мужчинам нечего было делать в большой игре под названием «политика». Как, впрочем, и за рулем автомобиля. Марго не была шовинисткой, но даже она порой предвзято могла отнестись к мужчинам, которые занимали высокие посты в мире, где высокие посты были созданы лишь для женщин негласным правилом.

Мир был так устроен. Женщины работали, зарабатывали деньги, принимали решения. Мужчины занимались домашним очагом и вдохновляли сильных женщин на великие свершения. Конечно, попадались и те индивидуумы, которых не устраивал такой расклад событий. Как, к примеру, молодой человек с мягкой улыбкой на плакате, что решил, что сумеет изменить мир. Марго его было заранее жаль. Женщины не позволят ему оказаться на вершине. Он будет вынужден терпеть насмешки, терпеть то, что на него будут смотреть свысока и всем своим видом показывать, что его работа — принести кофе и красиво улыбнуться, когда того требует ситуация. Лучше не стоило. Существовало множество прекрасных «мужских» работ — стилист, модель, стюард, нянь, секретарь и многие другие.

Юноша в автомобиле заметил внимательный взгляд Марго, окинул ее машину изучающим взглядом, и, судя по тому, как расплылись его губы в улыбке, увиденное ему понравилось. Он буквально впился в нее взглядом, на что Марго помотала головой и сорвалась с места на зеленый сигнал светофора.

Это уже даже не город хищников, а мир хищников. Мир, которым правили женщины. Но на женщин всегда был готов найтись свой хищник. И даже сама сильная женщина иногда готова была сдаться под таким порочным взглядом, что был у юноши в автомобиле. Марго же проезжала мимо плакатов, где красивые мужские лица и тела рекламировали все на свете, начиная от страховки на авто и заканчивая акцией в супермаркете на помидоры. И такие плакаты казались куда более естественными, чем предвыборная гонка.

Глава 1. Начало

— Он меня бросил. Собрал свои пожитки и горделиво отчалил. А ведь я столько дала этому ничтожеству, — Анаис плюхнулась на стул напротив и сняла черные очки, которые скрывали последствия той ночи.

Марго окинула подругу внимательным взглядом и тут же протянула ей чашку с кофе. Анаис сразу сморщилась и, подозвав официанта, резко и безапелляционно заказала себе сразу два бокала вина.

— Он тебя бросил, потому что ты ему изменила… — робко начала Марго, но Анаис прервала ее властным движением дрожащей от похмелья руки.

— Не начинай. Детка, ты знаешь, как я к тебе отношусь, но если ты будешь читать мне нотации, то я встану и уйду, — Анаис недовольно встряхнула взъерошенной головой, как будто бы сбрасывая невидимого жука.

Только Анаис умела быть такой дьявольски вредной и в то же время чертовски обворожительной. Марго не сомневалась ни секунды, что Анаис в самом деле с легкостью могла исполнить свою угрозу. Она всегда вела себя таким образом, что окружающие ощущали себя лишь ее свитой. А очаровательным было то, что Анаис делала это не специально. Сколько Марго ее знала и помнила, Анаис никогда не задумывалась о том, что может обидеть людей, и в то же время никогда этого не желала. Но жертвы некоторой надменности блондинки и ее властности, безусловно, в этом сомневались и, признаться честно, имели на это полное право. Хотя Анаис бы с ними поспорила. Ей казалось, что раз она не имела никакого злого умысла, значит, и таить злобу на нее нет никакого смысла.

— Я не собираюсь тебя осуждать. Я просто говорю, что он имел полное право… хм… обидеться.

— Нет, не имел, — ничто не могло сдвинуть Анаис с мертвой точки, если она упрямо считала, что права.

За долгие годы дружбы Марго уже привыкла к тому, что Анаис принимала свое мнение за догму, а все остальное могла выслушать со снисходительной улыбкой. И то, если хорошо относилась к человеку. Во всех остальных случаях она просто останавливала поток чужих мыслей взмахом руки, и было сразу ясно, что ей ничего не докажешь. При этом Анаис всегда утверждала, что если она была неправа, то для нее не составило бы труда это признать. И добавляла с улыбкой, что так уж вышло, что пока она всегда была права.

Вино принесли, и Анаис схватилась за бокал с грацией кошки. И если Анаис отвлекалась на вино, то Марго невольно втянула носом аромат жареного мяса. Она уже давно была вегетарианкой, но запах мяса все еще переносил ее куда-то в детство, когда матушка жарила сочные стейки на гриле, не позволяя отцу даже подойти к «священному» месту.

— Детка, почему ты выбрала именно этот ресторан? Здесь же шеф-повар мужчина. Всем известно, что мужчины не умеют готовить мясо. Максимум им можно доверить порезать салат, — снова закатила глаза Анаис, правда, уже заметно более подобревшая. Щедрый глоток вина творил чудеса с настроением блондинки.

— Анаис, не будь шовинисткой. Ты прямо как моя мать.

— Ты не ешь мясо и не понимаешь, как повар мужчина может испортить этот божественный продукт, — спорить было бесполезно, и Марго в очередной раз в этом убедилась.

Их дружба походила на историю из романтических комедий для школьниц и школьников. Красавица и дурнушка. Уверенная в себе дива и серая мышка. Никто не понимал, что могло связывать их между собой. Как день и ночь, как огонь и вода. Анаис всегда была душой компании, шумной, яркой и невероятно притягательной. К Анаис тянулись, ее внимания требовали, ее популярности завидовали, а острого языка опасались. Марго отсиживалась в сторонке, надеясь на то, что ее никто не заметит и не попытается заговорить. Ей было комфортно наедине с самой собой, и общение с другими людьми у нее не складывалось. Но, находясь рядом с Анаис, она могла не переживать. Блондинка все равно перетягивала все внимание на себя.

— И кстати, я считаю мужчин бесполезными. И неблагодарными, — категорично заявила Анаис, но Марго слышала это огромное количество раз, чтобы фраза резанула ей слух. — Тем более сейчас. Когда Ян бросил меня так унизительно после всего, что я для него сделала.

— Ты пьешь три дня, дорогая. Ты переживаешь. Неужели тебе не все равно?

Впрочем, Марго сомневалась, что Анаис действительно расстроена всем сердцем из-за того, что Ян расторг помолвку. Анаис всегда меняла мужчин как перчатки. Она могла явиться в бар и уехать домой сразу с двумя юными и горячими красавчиками, которые боролись за ее внимание. Так Анаис даже не оставляла их у себя дома, она просто швыряла им деньги на такси и с непревзойденной циничностью заявляла, что обязательно позвонит. Марго знала, что если однажды кто-то решится указать на то, что она даже не спросила номера, то Анаис все равно не растеряется. Анаис утверждала, что секс сексом, а вот проснуться утром и увидеть в своей постели малознакомого красавчика — просто ужасно. Поэтому она придерживалась строго правила — никаких «заснуть вместе». И не дай Бог в обнимку.

Но все же, несмотря на то, что любовь Анаис к мужчинам плотно граничила с неуважением к ним же, Марго казалось, что, возможно, Ян затронул некоторые струны души отвязной и циничной блондинки. Как иначе можно было объяснить, что спустя два месяца свиданий и секса Анаис купила кольцо с бриллиантом и предложила ему пожениться. Причем Анаис сама отправилась в ювелирный магазин и провела в нем целых двадцать минут, выбирая подходящее кольцо. А потом устроила романтический вечер в любимом ресторане Яна, пригласив близких друзей под предлогом обыкновенной вечеринки. Она не позволила себе такой пошлости, как упасть на одно колено, но подняла бокал и сказала красивые слова, что ей хотелось бы видеть Яна в качестве жениха. И эффектным жестом она положила бархатную коробочку с кольцом прямо на его тарелку. Ян тут же согласился, искренне прослезившись, а Марго прекрасно видела, что глаза у Анаис в тот момент горели. Это была трогательная сцена, но, как оказалось, счастье продлилось совсем не долго.

— Мне все равно, что он свалил. Мало ли в мире таких Янов. Но кем он был до меня, детка? Кем?

Судя по эффектной паузе, что выдерживала Анаис, она требовала от нее ответа, но Марго совершенно не понимала, чего именно от нее ждала подруга. Поэтому просто пожала плечами.

— Ты мне поведай, кем же он был?

— Официант! Еще вина. Побыстрее, меня начинает отпускать и может вырвать, — Марго закатила глаза в ответ на этот выпад Анаис.

— Анаис, милая, ты и так уже перебарщиваешь с алкоголем. Может быть, тебе хватит? — аккуратно начала Марго, но блондинка пропустила эти слова мимо ушей.

— Он был обыкновенным мальчиком легкого поведения, Марго. У него не было ничего, кроме смазливой мордашки да сделанного в спортивном зале тела. Я тебе клянусь, что он считал, что Эрих Мария Ремарк — женщина.

Марго тихонько хмыкнула. Было забавно и необычно слышать от Анаис, что ей не нравилась мужская необразованность. Обычно она, напротив, утверждала, что мужчинам вовсе не обязательно быть умными. Главное быть красивыми и вкусно пахнуть. Анаис говорила, что умные мужчины слишком много думают и с ними больше мороки, а это уже снижало сексуальное напряжение. Секс для Анаис был важнее всего. Марго сильно подозревала, что именно сексуальность Яна привлекала Анаис.

Когда Марго и Анаис встретили Яна, он был невероятно хорош. Высокий, смуглый, с играющими под обтягивающей майкой мускулами, он выглядел, по-настоящему привлекательно. Анаис даже тогда хищно облизнула губы, указав на него пальчиком, и произнесла, что он — лакомый кусочек. Он умело выставил все свои достоинства напоказ и потягивал коктейль возле барной стойки, прекрасно понимая, какой эффект производил на окружающих. Все это великолепие дополняли зеленые глаза с пушистыми ресницами и взгляд с томной поволокой, которым он стрелял в окружающих робко и порочно одновременно. Анаис, заметив его, буквально замерла на месте и ударила в бок Марго. Марго не слишком любила такие заведения и всегда чувствовала себя в них неуютно и не в своей тарелке. Но перечить Анаис всегда было себе дороже, поэтому Марго предпочитала соглашаться и даже красить глаза, чтобы посетить очередной бар и отсиживаться в сторонке, пока Анаис вовсю «охотится».

— Спорим, это создание — стриптизер-профессионал? — не дождавшись ответа слегка растерянной Марго, Анаис хищно подплыла к юноше и заказала ему коктейль. Блондинка никогда не мешкала, но в случае с Яном она проявила скорость гепарда.

Он взмахнул ресницами, гордо сообщил, что не знакомится. Марго все это время вынуждена была маячить за спиной уверенной Анаис, что своим могуществом заняла все пространство барной стойки и строгим глазом отогнала от мускулистого парня других желающих познакомиться с ним девушек. Даже Марго поняла, что он просто кокетничал и набивал себе цену. Ибо профессиональным взглядом осмотрел Анаис с ног до головы и облизнул чувственные губы. Анаис же в этом разбиралась куда лучше, чем ее тихая подружка. Да и отказы ее никогда не смущали. Пусть все в жизни Анаис сводилось к тому, чтобы затащить красавчиков в постель, но в этом она проявляла завидную изощренность. Она умела завоевывать и даже заставлять их поверить в том, что у нее самые серьезные намерения. Ради одного несговорчивого красавца она даже перелезла через забор с букетом хризантем в зубах. Она устраивала потрясающие свидания и умела лить в уши красивые слова таким образом, что пред ее очарованием нельзя было устоять. В некотором роде отказы даже еще больше распаляли Анаис. Опытный красавец Ян быстро это понял и лишь поддержал правила игры блондинки.

Ян не сразу поехал к Анаис, хоть она и обхаживала его весь вечер на глазах у скучающей Марго. Красавчик с томным взглядом сумел зацепить Анаис. Последующие дни она заваливала его подарками, и он переехал в ее холостяцкую обитель столь быстро, что Марго поразилась и сначала решила, что это какая-то шутка. Обычно Анаис никого к себе не впускала и говорила категорично, что все это совместное проживание только портит хороший секс и прекрасные отношения. Марго не могла с ней согласиться или не согласиться, так как у самой такого опыта не было. А уж совсем откровенно говоря, не было никакого опыта, что вызывало у Анаис смех. Марго считала, что этот смех был дружеским, но кто мог знать точно, когда дело касалось взбалмошной блондинки?

У Марго бывали романы, короткие и ни к чему не приводящие. Она была уверена, что могла зацепить мужчину своим умом и добрым сердцем. Но, конечно, ошибалась. От нее отказывались быстро, и она чувствовала себя униженной. Буквально пара свиданий, и вот молодые люди уже не отвечали на ее сообщения и не брали трубки. Марго не была настойчивой, как Анаис, и сдавалась быстро. Анаис утверждала, что это все по той причине, что Марго совсем не умела общаться с мужчинами и относилась к ним как к равным. Марго же не приветствовала стиль общения Анаис. Блондинка с легкостью могла схватить за пятую точку, например, стюарда в самолете, и пошло пошутить. Марго тысячу раз объясняла, что настоящие и крепкие отношения должны строиться иначе, но Анаис уверяла, что если мужчину уважать и позволять ему что-то решать самостоятельно, то он сядет на шею и слишком сильно поверит в себя. Блондинка цинично добавляла, что мужчины должны знать свое место.

Видеть мужские вещи в холостяцкой берлоге Анаис было непривычно ни Марго, ни окружению Анаис, ни, если уж честно, даже самой Анаис, судя по тому, как хмурилась она порой, если натыкалась на носки Яна, к примеру. Но еще более непривычным было видеть, как на ее кристально чистой кухне хозяйничал мускулистый юноша и как потом блондинка нахваливала его стряпню. Ян демонстрировал кольцо на безымянном пальце и тихо, спокойно отметил мальчишник с такими же красавчиками, которые страшно ему завидовали и желали долгих лет счастливого брака. Но Анаис не была бы собой, если бы отметила девичник чинно и без приключений.

— Да я таких, как он, снимала каждую неделю, Марго. Он ничтожная проститутка, который только и умел, что тянуть из меня деньги. Я ему все давала, я вывела его в этот гребаный свет. Он снимал квартирку с такими же охотниками за денежками. У него даже жилья не было, всего лишь одна маленькая комнатка. Каждые выходные он выряжался в майки и брюки, которые демонстрировали его мышцы и вообще показывали все плюсы фигуры, и ждал, чтобы его кто-то забрал, как котенка. И я его спасла. Я была ему нужна, а не он мне.

— Он же не заставлял тебя, дорогая.

— А что я могу сделать? Ты же знаешь меня. Я не могу удержаться, когда вижу красивое мужское тело.

— Но раньше ты как-то удерживалась от замужества, — покачала головой Марго, и Анаис на мгновение замолчала, словно обдумывая слова подруги. В которых было достаточно истины. Больше истины, чем простого лукавства.

— Бес попутал, — отмахнулась Анаис, и в этом была вся она. Блондинка старалась ко всему относиться спокойно, насколько это было возможно. — Без меня он так и сидел бы за стойками, периодически попадая в постель к кому-то не такому доброму, как я. И потом как побитая псина снова возвращался бы в свою комнатку, менялся бы обтягивающими майками со своими сожителями и снова шел бы в бар. Взгляд его с каждым разом становился бы все менее притягательным. Молодость тела не вечная. А в голове у него совершенный вакуум, — Анаис вздохнула и добавила, — совершенные тело и лицо и такая же совершенная пустота в голове.

— Я не понимаю, почему ты на него в обиде, Анаис. Ты ему изменила. Грязно и низко. С чего он должен был радостно играть свадьбу?

— Ты когда стала такой моралисткой, детка? С чего он решил, что я буду верная, как Хатико? Это вообще не обо мне.

— А ты его предупреждала? Вы договаривались о том, что ваши отношения будут свободными?

— Прекрати ты занудствовать, Бога ради. Это был девичник! Это не считается! — Анаис закатила глаза. — Может быть, это вовсе была последняя ночь, когда я могла развлечься по-человечески, а он все испортил, — Анаис была полна негодования, но Марго при всей своей любви и восхищении подругой не могла согласиться с ней на этот раз.

Никто не сомневался, что Анаис собиралась отмечать свой девичник с размахом. Марго начала опасаться заранее. Ян тоже, хоть и не показывал виду. Анаис не умела долго быть хорошей девочкой — так шутливо размышлял Ян на кухне, приготовив очередной ужин. Он старался сделать вид, что его вовсе не волнует предстоящая вечеринка, но получалось паршиво. Марго чувствовала его нервозность, а вот Анаис ее не замечала. Марго же просто знала, что Анаис не умела быть хорошей девочкой вовсе.

Впрочем, как выяснилось, и Ян, и Марго были не слишком правы. Ибо Анаис не собиралась вписываться в общепринятые нормы и рамки приличия. Они всегда ее пугали. И Ян, и Марго грешным делом подумали, что она остепенилась. Яну, как многим мужчинам, казалось, что кольцо на пальце все решает, поэтому он заметно расслабился. Марго не узнавала подругу и решила, что свадьба — это серьезный и обдуманный шаг для блондинки. Быть может, если бы кто-то из них высказал эти мысли вслух, то Анаис бы расхохоталась, и это лишило бы их многих проблем.

Для своего последнего дня холостяцкой жизни Анаис сняла огромное помещение и закупила такое количество алкоголя, что хватило бы напоить до тошноты всех жителей стран третьего мира. Она не побрезговала и запрещенными веществами. И конечно, отмахнулась и не стала слушать доводы Марго, выступающей за правильный образ жизни. Марго даже вино старалась не пить, она не ела мясо, бегала по утрам и занималась йогой. Когда Марго выходила с йоги, Анаис обычно допивала бутылку шампанского и заканчивала пачку сигарет. Но это был праздник Анаис, о чем она и сообщила Марго, издевательски пообещав заказать на девичник тонну свежевыжатого сока.

И блондинка не обманула. Гостей девичника встречал полуголый Аполлон у барной стойки, который использовал собственные пальцы, чтобы давить апельсины, грейпфруты, персики и прочие сочные фрукты. Половина сока как будто бы ненароком стекала не в стакан, а по его гладко выбритой груди. Силы его ухоженных рук не хватало, но кого это волновало, когда капли сока так сильно подходили к кубикам на его прессе. И в середине вечера изрядно развеселившая Анаис постоянно слизывала сладкий нектар с его кожи, радостно объявляя, что таким образом она запивала водку.

— Я просто не хочу опьянеть, детка. Это же неприлично! — со смехом сообщила она Марго, которая буравила ее взглядом, и в глазах ее застыла просьба остановиться.

Анаис же продолжала, весело хохоча, обниматься с Ланой, которая и устроила весь этот парад накаченных, гладко выбритых и ужасно доступных мужских тел. Ни Анаис, ни Марго не могли назвать Лану своей близкой подругой, и все же эта могучая девица всегда оказывалась рядом с ними. Беззлобная, ограниченная Лана с постоянно играющими внутри нее эстрогенами заявлялась на все вечеринки и посиделки. Анаис всегда говорила, что с ней было легко дружить. Она не обижалась, если узнавала, что ее не позвали посидеть вечером и выпить коктейли. Но с радостью присоединялась, если ее приглашали. С ней можно было не видеться по полгода, а потом общаться как старые подруги. С Ланой всегда было весело, хоть она и была помешана на спорте и фитнессе и постоянно докучала Марго и Анаис дурацкими разговорами о том, сколько нужно есть углеводов, белков и сколько она жала от груди. Марго же втайне от блондинки считала Лану ограниченной. Их часто позиционировали как дружескую троицу, а Марго это не нравилось. С несвойственным ей снобизмом она полагала, что Лана не вписывалась в их дружбу с Анаис. Может, это просто было дружественной ревностью к спортсменке.

Лана и выглядела соответствующим образом. Могучая фигура с выступающими мышцами, бразильская пятая точка и мощные ноги, как у футболисток. Ее пресс можно было использовать как доску для стирания. А если она напрягала бицепс, то даже Марго не могла оторвать от него взгляда, хоть спокойно относилась к спортивным телам. Свою неуемную энергию Лана направила в верное русло и стала тренером в тренажерном зале. Правда, Анаис сообщила Марго, что Лана решилась на эту работенку для того, чтобы лапать всяких красавчиков, которые туда приходили.

И на девичнике Марго убедилась в том, что подруга, как обычно, была права. Даже Марго не удержалась и рассматривала полуголые тела в открытую. Хотя в свою защиту Марго могла сказать, что куда ни посмотри, везде сверкали голые торсы в масле. Поэтому Марго просто поддалась этому зрелищу. Что не укрылось от взгляда Ланы, которая обычно проницательностью не отличалась и трактовала происходящее по-своему.

— Что, тихоня? Запала на кого? — конечно, разговаривала она в своем стиле, слегка грубоватом и уж точно беспардонном. Поэтому Марго решила пропустить такое замечание мимо ушей. Впрочем, это было ее обычной защитной реакцией на Лану.

— Это все парни из твоего спортивного зала? Как они согласились прийти на девичник?

Лана расхохоталась так громко и гортанно, что Марго моментально покраснела, поняв, что спросила глупость и попала впросак. Разве что она не могла понять, в чем, собственно, была проблема.

— Из спортивного зала? Ей-богу, тихоня, хоть порно, что ли, посмотри, чтобы не быть такой наивной.

Лана всегда называла Марго «тихоней», сначала ее раздражало это прозвище, но потом Марго поняла, что она была не далека от истины. Да и воспринимать всерьез слова Ланы не стоило. Спортсменка не читала книжек, часто неправильно употребляла слова (к примеру, она была уверена, что слово «завсегдатай» произносится как «завсегдай», а уж слово «ингредиенты» всегда звучало «индигриенты» из ее уст), но могла часами говорить о том, какие есть виды протеиновых коктейлей в спортивном зале, в котором она тренировала. Анаис она порой называла белобрысой дылдой, так что «тихоня» не так уж страшно, а даже романтично и трогательно. Марго с прозвищем смирилась. Лана была из тех, кто стал бы звать ее тихоней еще более рьяно, скажи Марго, что ей это не нравится.

— Они обычные жиголо. Проститутки. Стриперы. Как хочешь их называй, но точно не спортсмены из моего спортивного зала. Хотя некоторых из них я бы не отказалась увидеть на тренажерах, если ты понимаешь, о чем я, — жгучая брюнетка тут же похабно подмигнула Марго и даже поиграла мышцами руки, правда, так она делала практически постоянно.

Марго же поперхнулась и почти выронила стакан с соком. Следовало отметить, что жиголо уже давно называли всех мужчин, которые спали с клиентами за деньги. И пусть Марго знала Анаис лучше всех, но она все же не могла понять, что на девичнике блондинки делают эти юноши, смазанные маслом. Марго могла понять, если бы Анаис позвала мальчиков-моделей для красивой картинки и создания атмосферы. Но юноши легкого поведения… Разве это не было слишком? Лана грубо шлепнула одного из них по пятой точке и гортанно рассмеялась, заявив, что ждет его в свое распоряжение. Марго же сморщилась от такой грубости.

— Пресвятая Маргарита, — покачала головой спортсменка и усмехнулась, — я задела твои великие чувства? Скажи, ты хоть раз в жизни сексом занималась?

Марго обиделась, хоть и понимала, что Лана не преследовала цели задеть ее. И слух резануло «Маргарита», так ее не звали еще со школы. Обычно полным именем к ней обращались, если она где-то напортачила. Поэтому Марго почувствовала себя неуютно.

У Ланы были иссиня-черные волосы и брови вразлет, словно птицы. Таким образом, она всегда выглядела несколько стервозной. И даже если Лана говорила что-то ласковое и милое, то многие все равно пытались найти подвох, ибо мимика и черты лица выдавали в спортсменке злючку. И поведение ее было соответствующим.

— Отстань от Марго, развратная ты шлюшка. Не всем быть такими, как мы, — Анаис появилась так незаметно за спиной Марго, что девушка даже вздрогнула.

На фоне такой уверенной и роскошной Анаис меркла даже яркая Лана. Где бы ни появилась Лана, на нее оборачивались. В ней была мощь спартанцев, она расправляла плечи и заполняла собой все пространство. Но если рядом с ней просто шла Анаис, то жгучую спортивную брюнетку могли даже не заметить. От Анаис всегда исходило нечто такое, что приковывало к ней взгляды. И дело было вовсе не в невероятной красоте. Марго видела подругу после пьянок, она видела ее в дурных и даже отравленных всякой дрянью состояниях. Черты лица Анаис были далеки от совершенных, но по ее лицу никогда не проходился скальпель пластического хирурга. Поэтому губы ее были тонкими относительно новейших стандартов красоты, а глаза не такими уж миндалевидным и о скулы нельзя было порезать подушечку пальца. Но она источала такую уверенность и сексуальность, что черты лица были уже совершенно не важны для всех тех, кто готов был идти за ней в пучину. Это и называлось харизмой. Многие юноши, если их спрашивали, что самое важное в женщине, называли харизму. И в Анаис ее было хоть отбавляй.

— Я просто спросила у нашей тихони, был ли у нее секс! — Лана тут же стала оправдываться. В котенка она превращалась, только когда рядом была Анаис. Блондинка не могла победить Лану в армрестлинге, но Лана все равно робела. — Марго так испугалась наших мальчиков, что я и подумала…

— Тебе не идет думать, у тебя мозги сплошь заплыли протеином, детка.

В ответ на грубую и жесткую шутку Анаис Лана громко рассмеялась, причем естественно, а не нервозно. Между Ланой и Анаис был негласный закон — не обижаться. Марго же, в свою очередь, выдохнула, что ее оставили в покое и она снова может побыть невидимкой.

— Может, нашей Маргоше нравятся умные мужчины, а не такие, как тебе, — не унималась Анаис, озорно подмигнув Марго. Блондинка словно изощренно мстила Лане за то, что та «доставала» Марго. Или Марго хотелось в это верить, потому что она считала, что спортсменка заслужила наказание.

На мгновение Лана замолчала, а потом резво притянула к себе Анаис, потрепав по блондинистым волосам.

— Не бывает умных мужчин, куколка, они придумали этот миф, чтобы подороже себя продать. А ты знаешь, что я больше люблю распродажи, а не переплачивать за распиаренный бренд, — и теперь уже Анаис и Лана, обнявшись, оставили Марго потягивать ее свежевыжатый сок и чувствовать себя не в своей тарелке, как и на любом мероприятии. Мысль Ланы Марго не пришлась по душе. Цинизм всегда неприятным уколом отдавался в сердце.

Обычно Марго старалась избегать всех вечеринок, но разве можно было пропустить девичник самой близкой подруги? Это же вроде бы называлось «отправить подругу в новую жизнь». И пусть Марго уже откровенно засыпала и хотела домой, но пока не могла себе позволить уйти. Ее скучающий вид заприметил один из юношей, что были призваны развлекать девушек. Марго зевнула, не прикрывая ладонью рот, и тут же заметила его взгляд. Стоило отдать ему должное, свою работу он выполнял исправно, потому что подплыл к Марго с очаровательной и белоснежной улыбкой.

— Почему ты скучаешь? — с отточенным приятным тембром спросил юноша, специально встав таким образом, чтобы Марго могла убедиться в каждом достоинстве его практически идеальной фигуры. Марго не могла не любоваться им: с точки зрения эстетики молодой человек был практически идеален. Он продавал ей себя прямо в этот момент, и его это совсем не огорчало и не задевало. А ее пристальный взгляд он расценил как то, что она присматривалась. Поэтому очень естественно повернулся таким образом, чтобы она могла рассмотреть его еще лучше. Марго невольно поморщилась, и снова он совершенно неверно истолковал ее действия.

— Я тебе не нравлюсь? — вопрос в лоб от жиголо застал Марго врасплох. Она совершенно не знала, как себя вести. Ей не хотелось его обижать, но, с другой стороны, еще меньше ей хотелось общаться с продажным красавчиком. Поэтому, тихонько икнув ему что-то вроде «извини», она сбежала под предлогом подышать свежим воздухом.

Оказавшись на улице, она даже пожалела на мгновение, что не курит. Потому что сигаретой можно было бы занять руки. Она себя чувствовала глупо и без того неумелого «подката» от мальчика легкого поведения, а сейчас ее вовсе затошнило. Отчасти Лана была права относительно неопытности Марго. Но лишь отчасти. По крайней мере, у Марго бывали отношения. Она не умела встречаться с кем-то просто так. Ей хотелось настоящих чувств. Но она как-то остерегалась говорить об этих желаниях в открытую из опасения быть обсмеянной. В нынешнее время в чувства уже никто не верил, они давно вышли из моды. Тем более когда рядом были Анаис и Лана, которые чаще всего практически соревновались в циничном отношении к любовным историям. Марго нравились романтические комедии, над которыми Анаис и Лана смеялись до колик. Да и уверенности у Марго, чтобы отстаивать свою точку зрения, было маловато.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 100
печатная A5
от 400