электронная
200
12+
Епископы Кинешемские. Викарии Костромские

Бесплатный фрагмент - Епископы Кинешемские. Викарии Костромские

Уроки истории


5
Объем:
280 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-1922-8

Вступительное слово епископа Кинешемского и Палехского Илариона

7 июня 2017 г. Кинешемской епархии исполняется 5 лет. Это не большой срок, но ему предшествовал опыт 150-летней истории Кинешемского викариатства.

Открытие в 1866 году в Кинешме викариатства было связано, прежде всего, с тем, что Кинешма во второй половине XIX века быстрее других набирала темпы развития и постепенно становилась все более процветающим уездным городом Костромской губернии.

Кинешма и сейчас является вторым по количеству населения городом Ивановской области. А потому, в 2012 году решением Священного Синода Русской Православной Церкви здесь была образована самостоятельная Кинешемская епархия. Одной из первостепенных задач, стоящих перед нашей епархией сегодня, является развитие церковно-исторических исследований. Хотелось бы сказать несколько слов о перспективах развития данного рода деятельности.

Церковно-исторические исследования на уровне епархий широко проводились и раньше. Во второй половине XIX в. церковно-археологические общества и комиссии были созданы почти при всех епархиях Русской Православной Церкви. Благодаря самоотверженным трудам церковных историков и архивистов удалось сохранить для потомков уникальные описания храмов, местных церковных традиций, почитаемых святынь и подвижников. Почти в каждой епархии издавались «Статистические описания церквей и приходов», а также отдельными сборниками выходили в свет труды церковно-археологических комиссий и отдельных исследователей.

Революция 1917 г. и катаклизмы трагического XX века прервали эти важные и плодотворные труды. Масса святынь и архивов была утрачена. Большая часть принадлежащих церкви архивных документов, книг и утвари попала в музеи страны. Сейчас традиция создания церковно-археологических обществ возрождается. При епархиальных управлениях создаются советы по культуре, отделы церковной истории, церковные музеи, древлехранилища, комиссии по канонизации. Их задача — разнообразная деятельность по собиранию и публикации материалов о церковных памятниках старины, храмах, часовнях, церковных некрополях. Верующим жителям города и сотрудникам епархии предстоит решить серьезную проблему по изучению, сохранению и реставрации церковных памятников. Для этого необходимо привлечь значительные культурные и материальные ресурсы, а также скоординировать работу целого ряда отделов Кинешемской епархии (отдела по взаимодействию с обществом и СМИ, паломнического, комиссии по канонизации).

Думается, что в первую очередь необходимо составить подробнейшие каталоги, путеводители и описания действующих в Кинешемской епархии монастырей, храмов и часовен. Первоочередной задачей является составление иллюстрированного справочника храмов Кинешемской епархии с подробной исторической справкой о каждом храме.

Кинешма богато украшена храмами. На Волжском бульваре, который по праву считается одним из самых прекрасных бульваров, расположенных на Волге, стоят замечательные по своей красоте архитектурные памятники — Успенский и Троицкий соборы с колокольней. Очень любят горожане Благовещенскую церковь, возведенную в стиле классицизма, с присущей ему четкостью форм и сдержанностью декоративного оформления. К основным историческим достопримечательностям относится также часовня, построенная на месте захоронения кинешемцев, погибших при обороне города от рук польско-литовских захватчиков.

Одним из основных направлений в современных церковно-исторических исследованиях должно стать изучение истории и жизнедеятельности монастырей и храмов Кинешемской епархии. Частично, это изученная область, т.к. существуют еще дореволюционные каталоги и описания. К несчастью в Кинешме были уничтожены два красивейших храма на площади Революции: Воскресенский и Крестовоздвиженский. Но большинство старинных храмов в городе сохранилось. Непонятным казусом является то, что в истории Кинешмы почти потерялась память о двух женских монастырях, существовавших в Кинешме: Вознесенском и Успенском. На окраине Кинешмы во второй половине 19 века сначала существовала женская богадельня, затем монашеская община, в 1896 году получившая статус монастыря. В обители был построен деревянный храм в честь Успения Пресвятой Богородицы и святителя Николая. Среди прихожан Успенского монастыря есть две новомученицы, канонизированные на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в 2000 году. Это исповедница Елисавета Румянцева и мученица Анна Серова, пострадавшие в 1930 — х годах от рук богоборцев.

Когда монастырь был закрыт, в его стенах власти открыли следственный изолятор. Ныне же на его территории располагается женская исправительная колония общего режима. Пока что исследователи не обнаружили даже старинных фотографий Успенского монастыря кроме одной совсем неудачной. На ней изображена монастырская стена снаружи, с выступающей над ней храмовой главкой, и невозможно увидеть иные монастырские постройки.

Старинный волжский город Кинешма после революции был искусственно отделен от Костромской губернии и вошел в состав огромной Ивановской промышленной области. Оторвавшись от исторического центра, Кинешма стала уникальным оазисом, исследовать церковную историю которого предстоит в первую очередь местным краеведам. Замечательно то, что Кинешма расположена на «главной улице России» — реке Волге и ее историю стоит рассматривать в контексте истории волжских городов, имеющих между собой значительную общность. Кинешма сумела сохранить неповторимый самобытный облик уездного купеческого города XIX — начала XX века, уникальную целостность историко-культурной среды, планировочную структуру и историческое ядро. В 2010 году наш город вошел в список исторических поселений федерального значения.

За два десятилетия возрождения церковной жизни на кинешемской земле были восстановлены многие храмы, но история их не написана и еще ждет своих исследователей. В работах по церковной истории Костромской и Иваново-Вознесенской епархий Кинешму нередко обходят стороной. И сегодня сотрудникам Кинешемской епархии предстоит огромный труд по собиранию и изучению архивных материалов, касающихся кинешемских храмов, святынь и подвижников. К сожалению, из-за пожара утрачена значительная часть дореволюционных фондов Костромского архива. Малоисследованными остаются архивные материалы из фонда Государственного архива Ивановской области, где хранятся указы духовной консистории и духовных правлений, касающиеся Кинешмы, описи церковного имущества, клировые ведомости, метрические книги и церковные летописи кинешемских церквей (всего 254 единицы хранения периода 1789 — 1900 годов).

Церковным историкам предстоит вести работу сразу в нескольких направлениях. Начать придется, пожалуй, с рассмотрения Кинешмы как церковно-административной единицы. При этом следует учесть, что Кинешма в разные периоды своей истории подчинялась разным духовным центрам. В 1708 году при разделе Петром I России на восемь губерний Кинешемский уезд вошел в состав Архангелогородской губернии. Позже — в Ярославскую провинцию Московской губернии. А уже при Екатерине II в ходе новой административной реформы перешел в Костромскую губернию.

За 150 лет с момента открытия викариатства имена Кинешемских епископов: Иоанафана (Руднева), Палладия (Пьянкова), Геннадия (Левицкого), Вениамина (Платонова), Никандра (Феноменова), Иннокентия (Кременского), Арсения (Тимофеева) остаются для многих неизвестными. А, между тем, епископ Арсений Кинешемский удостоился чести приветствовать Государя Императора Николая II в Костроме и возглавить праздничные богослужения, посвященные 300-летию дома Романовых в высочайшем присутствии.

В наше время среди Кинешемских епископов наиболее известен святитель Василий Кинешемский, исповедник и богослов, автор уникальной книги «Беседы на Евангелие от Марка». Сейчас в Кинешме создан музей святителя Василия и открыт новый храм (входящий в музейный комплекс) Новомучеников и Исповедников Российских на ул. Дудникова. 13 августа 2016 г. в памятный день кончины епископа в сибирской ссылке в храме был отслужен первый молебен.

Среди епископов Кинешемских были и весьма заметные на церковном небосклоне иерархи. Такие, как, например, епископ Кинешемский Никандр (Феноменов), который стал вторым лицом после Московского митрополита, правящим епископом Московской епархии, с титулом архиепископа Крутицкого. Он был членом Поместного Собора 1917—1918 гг. А владыка Севастиан (Вести) в числе нескольких архиереев, как член Временного Патриаршего Синода, должен был подписать знаменитую декларацию митрополита Сергия, но заболел, и его подписи там нет.

В 20 — е годы XX cтолетия в Кинешме кроме святителя Василия (Преображенского) жили еще два архиерея: архиепископ Севастиан (Вести) и епископ Николай (Голубев). Архиепископ Севастан (Вести) остался в памяти старожилов Кинешмы. Люди запомнили не только дом, где жил владыка Севастиан, но и его внешний и внутренний облик, а также место его захоронения. Благодаря этому удалось перенести останки владыки с уничтоженного Межаковского кладбища в ограду Успенского кафедрального собора и перезахоронить их за алтарем.

Огромное поле агиографических и биографических исследований предстоит освоить церковным историкам Кинешмы. Одной из основных задач является составление и издание полного кинешемского синодика духовенства, а также кинешемского патерика, включающего имена и жизнеописания всех канонизированных святых и подвижников, совершавших в разное время свое служение и духовные подвиги в пределах кинешемской епархии. При этом можно наткнуться на совершенно забытые кинешемцами имена подвижников благочестия. Таким был, например, известный в свое время в Кинешме отшельник и чудотворец о. Александр. Его могила рядом с Успенской церковью была местом всеобщего поклонения, но в советское время она была уничтожена. Исчезла и память о нем.

Отдельным масштабным проектом является создание базы данных репрессированных священнослужителей Кинешемской епархии. Изучение архивов УФСБ исследовательской группой из Москвы во главе с игуменом Дамаскиным (Орловским) лишь положило начало этому трудоемкому процессу. Десятки пострадавших за веру Христову кинешемских священников остаются пока неизвестными потомкам.

Поэтому сегодня нам следует объединить усилия церковных и светских исследователей по изучению истории Русской Православной Церкви.

Да поможет нам Господь в этом добром деле!

ЧАСТЬ 1. Епархиальное управление в дореволюционной России

В синодальный период Русской Православной Церкви число епархий не успевало за ростом населения и территории государства. Поместный Собор 1682 г. в соответствии с волей царя Федора Алексеевича увеличил число епархий. Более того были открыты новые епархии в ряде регионов страны. К моменту кончины последнего патриарха Адриана в стране насчитывалась 21 епархия (13 управлялись митрополитами, 7 — архиепископами, одна находилась под началом епископа.

Первая половина XVIII века ознаменовалась кризисом епархиального управления. Внесение постоянных изменений в управление церковными имениями отрицательно сказалось на финансовом положении Святейшего Синода. В это же время укоренилась практика не замещать вакантных кафедр немедленно, а поручать управление ими епископам соседних епархий. Так Тамбовская епархия в течение 5пятидесяти лет управлялась из Рязани. Аналогично обстояли дела в Суздале, на Крутицах и др. Управление такими епархиями было чрезвычайно осложнено еще и тем, что их территории были разбросаны, они зачастую располагались чересполосно с территориями других епархий. Более того сами границы епархий редко соответствовали государственному административному делению. Все это препятствовало полному согласованию действий государственных и церковных инстанций. Становление епархий проходило в различных исторических условиях, поэтому и епархии весьма отличались друг от друга как по величине, так и по количеству приходов.

Исходя из вышеизложенного Екатериной II (1788), Павлом I (1799) и Александром I были изданы Указы, предусматривающие приведение границ епархий в соответствие с государственным административным делением: территории епархий должны были совпадать с территориями губерний. Такой подход соблюдался до 1917 г. В наиболее населенных епархиях для облегчения духовного окормления народа Святейший Синод создал 70 викариатств. Остается сожалеть, что при этом не было разработано никакого положения о викарных архиереях, которое четко определило бы круг их обязанностей. Поэтому зачастую деятельность викарных епископов зависила от индивидуальных качеств: усердия, опыта, личных связей и т. д.

Финансовое и имущественное управление Святейшего Синода отличалось косностью и неповоротливым консерватизмом, дела здесь шли стихийным и исторически сложившимся порядком. Здесь даже не возникало мысли о том, что можно перераспределить огромные суммы, стекавшиеся в казну Московских, Волынских, Киевских и др. архиереев, для помощи более бедным епархиям или для открытия новых кафедр. Бытовавшее мнение, что Церковь была стеснена в деньгах, справедливо лишь отчасти. Финансы не были должным образом учтены и не поступали в распоряжение Святейшего Синода.

После изъятия церковных земель в 1764 г. и перевода существовавших епархий на штаты процесс учреждения новых епархий ускорился. Вот показатель роста числа епархий:


1700 г. — 22 епархии;

1764 г. — 29 епархий;

1799 г. — 36 епархий;

1825 г. — 40 епархий;

1855 г. — 55 епархий;

1900 г. — 64 епархии;

1917 г. — 68 епархий


Живой интерес к учреждению новых епархий проявилИмператор Николай I. Он зачастую выступал в этом вопросе с личной инициативой. При его правлении было образовано 13 епархий и 12 викариатств.

Правящий архиерей отвечал за состояние веры и нравственности, контролировал проповедническую и богослужебную деятельностью духовенства, руководил подведомственными учреждениями и возглавлял духовный суд. Его полномочия не зависели от того, в каком он был сане — митрополита, архиепископа или епископа. Епископ имел право выступать с законодательными и административными предложениями в адрес вышестоящего Святейшего Синода. Епископ представлял интересы Церкви в местных органах государственной власти, с которыми у него нередко возникали трения из-за нечеткости в разграничении прав и обязанностей.

В период синодального периода епархиальное управление строилось следующим образом: епархиальный архиерей (иногда с одним или несколькими викариями), духовная консистория как орган управления и суда, училищный совет по делам церковноприходских школ, духовные заведения, благочинные благочиний, различные благотворительные и просветительские учреждения, епархиальные съезды духовенства, монастыри, храмы, собор и архиерейский дом. Усложняется делопроизводство епархиальных управлений.

Зачастую из-за бесчисленного количества бумаг епископ оказывался прикован к своему письменному столу, что затрудняло его поездки по епархии.

По причине усиливавшейся централизации большое количество дел подлежало донесению в Святейший Синод, епископ же решал маловажные вопросы, которые могли быть оперативно решены на местах. Из Святейшего Синода, из канцелярии обер-прокурора, поступал поток циркуляров, постановлений и запросов, которые требовали изучения и срочного ответа.

Правящие епископы в своей деятельности опирались на: правила апостолов, решения Вселенских и Поместных Соборов, учение святых отцов, Кормчую книгу, кроме этого на современные законы — «Духовный регламент», указы Святейшего Синода и государственные законы. Епископ имел право издавать постановления и распоряжения (которые, однако, контролировались Святейшим Синодом и могли им быть отменены). Были случаи, когда постановления отражали личные взгляды епископа и потому отменялись его преемниками. Вот что пишет по этому поводу архиепископ Херсонский Никанор Бровкович: «Всякий раз, когда переменяется такой высокий начальник, как архиерей, переменяется дух, переменяется направление управления».

Складывается впечатление, что тенденцией в государственной церковной политике XVIII–XX вв. было ограничение единовластия епископов. Но и в этих условиях епископат сумел отстоять свое положение под напором государственной власти, более того, иногда ему удавалось даже укрепить свою позицию.

Вплоть до конца синодального периода «Духовный регламент» официально сохранял силу. В этом документе имеется специальный раздел, посвященный «делам епископов», который содержит 15 правил по управлению епархиями, взаимодействию с подчиненным духовенств, о епархиальном суде и т. д. В этом разделе подчеркивается, что епископы подлежат юрисдикции Святейшего Синода. Правящему архиерею редписывалось ежегодно предоставлять два отчета о состоянии епархии, о неотложных делах необходимо было докладывать особо. Кроме «Духовного регламента» основополагающими руководящими документами для епархиальных управлений являлись указы Святейшего Синода (которые часто издавались по особому повелению императора). Устав духовных консисторий содержал точные укзания об управлении консисториями. В нем также говорилось, что главное лицо в консистории — секретарь, хотя он и назначается Святейшим Синодом, но подчиняется обер-прокурору. Поэтому обер-прокуроры имели сильную и независимую от епископа опору в епархиальных управлениях. В царствование Николая I было издано особенно много указов Святейшего Синода, причем касались они не только частных случаев, но и вопросов церковного управления.

С XVIII в. в некоторых епархиях появляются викарии. Хотя первый викарий с титулом Корельского и Ладожского был назначен в 1685–1690 гг. в Новгородской епархии. Позднее викарии назначались крайне редко в различных епархиях. И только в 1865 г. Святейший Синод получил высочайшее разрешение открывать викариатства там, где на это есть средства. В 1917 г. на территории России имелось 70 викариев. Викарные архиереи, которые были титулярными епископами, т. е. не имели епархий, в XIX в. по традиции, а с выходом Устава 1911 г. — в силу закона, назначались Ректорами духовных академий.

Все викарии находились в личном распоряжении епископа, которому и подчинялись. Он давал им по своему усмотрению поручения, в редких случаях обязанности викария оговаривались Святейшим Синодом при назначении. Но имелись и такие епархии, где викарии выполняли твердо установленные обязанности.

Находящиеся в подчинении у епископа органы, осуществляющие функции управления и суда, назывались по-разному: Духовный приказ, домовая архиерейская контора, канцелярия (при архиерейском доме) или просто архиерейский дом. В последствии за центральным органом епархиального управления закрепилось название духовная дикастерия или консистория. В 1744 г. вышел указ об учреждении консисторий во всех епархиях.

Год 1841 в истории епархиального управления стал переломным. На утверждение государю обер-прокурором графом Н. А. Протасовым был представлен Устав духовных консисторий. Новый Уставу предоставил единую правовую основу епархиальным управлениям всей Российской империи. Находящаяся под непосредственным руководством епархиального архиерея консистория осуществляла административные и судебные функции. Святейший Синод был высшей инстанцией для консистории. Консистория состояла из белого и черного духовенства и канцелярии (присутствия) которое назначались епископом и в случае необходимости увольнялись Святейшим Синодом. Каждый член присутствия имел свой «стол» (свой круг обязанностей), но решения принимались только на совместных заседаниях. Канцелярия находилась под руководством секретаря, который назначался Святейшим Синодом по предложению обер-прокурора. Фактически секретарь подчинялся непосредственно епископу, но одновременно должен был исполнять и указания обер-прокурора, контролировавшего таким образом ключевой орган консистории. В ведении консистории находились дела по церковному имуществу, дела духовенства и мирян. Дела эти рассматривались коллегиально, решения принимались на совместных заседания, протоколы предоставлялись епископу. Епископ имел право вернуть дело назад. В случае, если к единому мнению прийти не удавалось, окончательное решение оставалось за епископом. Начиная с середины XIX в. епископы оказываются все более перегружены делами консисторий. Вот что пишет митрополит Филарет Дроздов в своих воспоминаниях: «Глаз моих и с очками часто недостает для сего бумажного века». В 1869 г. утверждается новый бюджет (штаты) духовных консисторий, а в 1883 г. появляется и обновленный Устав консисторий.

В XVIII в. из числа ученых монахов (которые зачастую были также секретарями епископов) назначались экзаменаторы, которые подбирали кандидатов на церковные должности. Таким образом секретарь был не только доверенным лицом, но и связующим звеном с прочими органами управления. До секуляризации в епархиях имелись экономы со штатом служащих по управлению вотчинами. Кроме этого, к архиерейскому дому принадлежали певчие соборного хора, который сопровождал епископа во время объездов им епархии.

В 1775 г. архиепископ (позже митрополит) Московский Платон Левшин издал Инструкцию благочинным приходских церквей. Святейший Синод объявил ее обязательной для всех епархий. Позднее в 1857 г. она была исправлена и дополнена, а в 1892 г. вышла новым изданием. Согласно Уставу консисторий 1841 г., назначение благочинных было делом «усмотрения епархиального архиерея». Произошло разделение епархий на благочиннические округа с 10–30 общинами в каждом. В 60-х гг. XIX в. утвердился было обычай избрания благочинных духовенством, но указ Святейшего Синода от 1881 г. отменил его. Позднее (в 1905—1906 г.г.) были предприняты попытки возобновить выборность благочинных, но они не увенчались успехом. Благочинным предписывалось осуществлять надзор за нравственностью духовенства, за управлением церковным имуществом. Кроме этого благочинные обязаны были два раза в год объезжать приходы своего округа. Благочинные имели право самостоятельно улаживать мелкие дела и налагать наказания за незначительные проступки своих подопечных. О результатах своих объездов благочинные должны были делать подробные отчеты епископу.

В 1865 г. создаются епархиальные ревизионные комитеты по проверке отчетности использования средств консисторий, духовных учебных заведений, церковноприходских школ, братств и попечительств. Такие комитеты создавались из трех членов, назначавшихся епископом из приходского духовенства и преподавателей учебных заведений.

В 1823 г. возникают попечительства о неимущих духовного звания (на основе проекта, разработанного митрополитом Филаретом Дроздовым и утвержденного императором). Начиная с 60-х гг. в епархиях начинают выходить «Епархиальные ведомости».

Основой епархиальной структуры составляли приходские общины (церковные приходы). Связующими звеньями между ними и епископом стали старосты, заказчики, благочинные и духовные правления. От количества приходов зависело финансовое положение епархии. Были епархии, где приходы располагались компактно на небольшом пространстве. В других же епархиях, из-за их больших размеров или наличия чересполосного иноверческого населения, приходы оказывались разбросаны далеко друг от друга. Все это увеличивало разницу в числе приходов отдельных епархий. Для многих епископов объезды епархий в то время были чрезвычайно затруднительны, а иногда по недостаточности средств сообщения почти невозможны. Лишь в XIX в., с улучшением средств сообщения, интерес епископов к приходам стал возрастать. Но возникла новая проблема — чаще стали перемещать епископов с одной кафедры на другую.

В XIX в. сохранилось деление церквей на кафедральные и городские соборы (в уездных городах), приходские церкви и домовые церкви. Кафедральные соборы в принадлежали (и финансировались) к архиерейским домам, но и городские соборы в большинстве случаев также не имели собственных общин. Некоторые городские соборы и храмы получали государственную субсидию (ругу) или финансовую поддержку от епархиального епископа, отчислявшего часть своих доходов на содержание клира. Некоторые городские соборы и церкви владели землями. В XVIII и особенно в XIX в. открывалось много храмов, которые не имели своих приходов, — при учреждениях, учебных заведениях, в войсках. Все они, кроме войсковых, подчинялись епархиальному архиерею, но содержались за свой счет. Наконец, были безалтарные часовни и молитвенные дома, выступавшие в роли временных церквей. Следующая таблица показывает рост числа храмов:


В 1722 г. всего 15 751 церковь

1737 около 18 000

1762 19 813

1799 26 196

1825 27 585 (включая часовни)

1855 48 318

1907 71 526

1912 76 394

1914 66 908 (учтены не все епархии)


При решении вопроса о строительстве нового храма в синодальный период рассматривалось наличие средств на содержание духовенства. В начале XVIII в. приходы весьма разнились по количеству дворов и по численности причта. Были такие приходы, где на 15 дворов приходилось два священника, но встречались приходы в 200 дворов с пятью священниками. В 1711 г. Петр I повелел назначать священников лишь туда, где это крайне необходимо. Указ 1718 г. запретил открывать новые домовые церкви и предписал закрыть уже имевшиеся, за исключением принадлежавших императорскому семейству и некоторым вельможам. В 1722 г. Святейший Синод в особом указе подчеркивал, что строительство новых церквей может производиться только с его разрешения (была установлена норма — 300 дворов на одну церковь). В 1726 г. Екатерина I предоставила право стролительства епископам. Позднее новые штаты 1778 г. зафиксировали норму в 150 дворов на церковь. В это же время разрешение на возведение новых церквей снова стало исключительным правом Святейшего Синода. В 1800 г. Синоду пришлось напомнить епископам об этом указе. Подробные предписания по церковному строительству были изданы Императором Николаем I.

И только в 1858 г. епархиальные епископы вновь получили право давать разрешения на строительство церквей. С 1869 г. мелкие приходы стали объединяться в более крупные, вследствие чего было закрыто 2000 церквей, более того к 1880 г. их число достигло 4800. И лишь в 1884–1885 гг. Святейший Синод, разрешил открыть некоторые из этих закрытых церквей. На ремонт храмов стали отпускаться государственные средства.

С целью контроля над старообрядцами при приходских церквах по решению Большого Московского Собора 1666–1667 гг. велись списки исповедующихся, но обязательными они сделались только при Петре I, который указом 1718 г. потребовал ежегодно представлять списки не ходящих к исповеди с целью взимания с них денежных штрафов. Во второй части «Духовного регламента», где идет речь о мирянах, предписывается ежегодное причащение Святых Тайн. 18 июня 1722 г. состоялась совместная конференция Святейшего Синода и Сената. Эта конференция постановила вместо упомянутого списка вести три отдельных:

1) исповедовавшихся,

2) не являвшихся к исповеди,

3) отпавших в раскол.

При Анне Иоанновне для таких списков был введен весьма сложный формуляр из 49 пунктов. Ввсе священники уездных городов, кроме этого, обязаны еще были и составить списки своих прихожан, «от престарелых и средовечных до сущего младенца», с указанием возраста и местожительства. Согласно Уставу духовных консисторий от 1841 г., списки исповедовавшихся, составленные по упрощенной схеме, препровождались священниками через благочинных в консисторию. Последняя обрабатывала эти списки и метрические данные в так называемые перечневые ведомости для годового отчета епископа Святейшему Синоду. Эти ведомости, согласно Своду законов, считались официальными свидетельствами о рождении, браке и т. д.

С 1769 г. стали составляться клировые ведомости, включавшие послужные списки и сведения о церковном имуществе.

С 1837 г. вводятся метрические книги, в которые заносятся сведения о рождениях, браках и смертях и препровождавшиеся в консисторию.

В течение всего синодального периода заключение и расторжение браков было делом Церкви, По указу Святейшего Синода от 1810 г. бракосочетание для лиц, состоявших друг с другом в родстве до четвертой степени, не дозволялось.

Особым церковным наказанием был отказ в церковном погребении для самоубийц, если не представлялось судебно-медицинского свидетельства о том, что самоубийство было совершено в состоянии невменяемости или в результате психической болезни. Самым тяжким наказанием для мирян было отлучение от Церкви. Оно могло налагаться только Святейшим Синодом и влекло за собой утрату некоторых гражданских прав.

ЧАСТЬ 2. Кинешемское викариатство

Кинешемское викариатство было образовано 11 мая 1866 г., когда император Александр II утвердил доклад Святейшего Синода об открытии Кинешемского викариатства Костромской епархии. Комментируя это событие, свт. Игнатий (Брянчанинов), живший на покое в Бабаевском во имя свт. Николая Чудотворца монастыре (Костромская епархия), писал 11 июня 1866 г. своему брату П.А.Брянчанинову: «Костромскому и Нижегородскому (архиереям) даны викарии, преимущественно для обращения раскольников».

Кинешемское викариатство существовало с 1866 по 1936 г. Местопребыванием Кинешемских епископов был назначен Костромской Ипатьевский во имя Святой Троицы монастырь, в южном крыле Архиерейского корпуса в 1875 г. была устроена крестовая церковь во имя свщмч. Ипатия, епископа Гангрского, и апостола Филиппа (малая крестовая церковь). В управление викарию был предоставлен Богородицко-Игрицкий в честь Смоленской иконы Божией Матери монастырь неподалеку от Костромы.

Первым Кинешемским епископом в 1866 г. стал Ионафан (Руднев), в 1869 г. он был назначен на Олонецкую и Петрозаводскую кафедру. На рубеже ХIХ и ХХ вв. видную роль в духовной жизни Костромской епархии играл Кинешемский епископ Вениамин (Платонов; 1883—1905). За годы жизни в Костроме он приобрел широкую известность как старец, имевший дар прозорливости, «второй Иоанн Кронштадтский». В Ипатиевский монастырь к нему ежедневно приходило множество людей из Костромской и Ярославской губерний.

Примечание

При работе над книгой по истории Кинешемского викариатства были использованы материалы, любезно предоставленные Государственным Архивом Костромской области, сохранившиеся после пожара 1982 года: документы Богородицкого Игрицкого мужского монаятыря Костромского уезда Костромской губернии (ф. 706), Галичского духовного училища (ф. 407), Костромской духовной консистории (ф. 130), Костромской духовной семинарии (ф. 432), Коллекции метрических книг церквей Костромской губернии (Троицкой церкви села Одоевское Ветлужского уезда Костромской губернии, Николаевской церкви села Ширяево Кинешемского уезда Костромской губернии) (ф. 56), а также печатные издания из научно-справочной библиотеки архива.

02.06.1866 — Указ Костромской духовной консистории бывшему настоятелю Богородицкого Игрицкого мужского монастыря, ректору Костромской духовной консистории, архимандриту Иосифу об учреждении викариатства в Костромской епархии. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д.33, л. 81—82 об


15.07.1866– Указ Костромской духовной консистории казначею второклассного БогородицкогоИгрицкого монастыря иеромонаху Досифею о порядке упоминания имени викарногоепископа на богослужениях и об его служебных обязанностях. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 33, л. 131

В 1917 г. была предпринята попытка упразднения Кинешемского викариатства. По ходатайству Костромского и Галичского епископа Евгения (Бережкова) Святейший Синод 25—30 мая 1917 г. постановил переименовать Кинешемского епископа Севастиана (Вести) в епископа Макариево- Унженского «с назначением места жительства в г. Макарьеве и с поручением ему управления Макарьевского, Кологривского, Велужского, Варнавинского и Юрьевецкого уездов». Это решение вызвало недовольство в Кинешме, городская дума, духовенство и жители города обратились к епископу Евгению с просьбой о восстановлении Кинешемского викариатства, и архиерей 21 июля отправил в Синод соответствующее ходатайство. В сентябре 1917 г. синод определил: «Викарию Костромской епархии епископу Макариево-Унженскому Севастиану присвоить прежнее наименование „епископ Кинешемский“» (Указ из СВ. Синода //Костромской церк.-обществ. Вести.1917.№12/13.С. 72—73). Вскоре епископ Евгений добился учреждения в Костромской епархии 2-го вик-ва — Нерехтского, 17 сент.1917 г. Севастиан был назначен епископом Нерехтским. В 1917—1919 гг. Кинешемское викариатство не замещалось. В 1919 г. Нерехтское викариатство было упразднено и епископ Севастиан вновь занял Кинешемскую кафедру. В следующем году епископ Севастиан возглавил Костромскую епархию, был возведен в сан архиепископа, в 1922 г. уклонился в обновленчество. В июле 1923 г. он принес покаяние перед патриархом св. Тихоном и был оставлен на кафедре. В сентябре 1923 г. под давлением властей архиепископ Севастиан вновь примкнул к обновленчеству, в начале 1924 г. покаялся и снова был оставлен управляющим Костромской епархией. В 20-х гг. ХХ в. ахриепископ Севастиан наряду с Костромой часто жил в Кинешме, которая превратилась в один из кафедральных городов Костромской епархии. В октябре 1929 г. в Костроме прошли массовые аресты духовенства. Архиепископ Севастиан пытался заступиться за арестованных, но власти выслали его в Кинешму, где он умер 8 декабря 1929 г.

В 1918 г. территория Костромской губернии, совпадавшая с территорией Костромской епархии, подверглась существенным изменениям: Кинешемский и Юрьевецкий уезды отошли новообразованной Иваново-Вознесенской губернии. Однако до 1936 г. в церковном отношении эти уезды оставались в составе Костромской епархии и управлялись викарными Кинешемскими епископами.

В 1921—1926 гг. Кинешеским епископом являлся священномученик Василий (Преображенский), уроженец Кинешмы, сын настоятеля местной Вознесенской церкви, выпускник Кинешемского Духовного Училища (1890), Костромской Духовной Семинарии (1896), Киевской Духовной Академии (1900). 19 сентября 1921 г. в Успенском соборе Кинешмы состоялась первая в истории города епископская хиротония Василия (Преображенского) во епископа Кинешемского. Недолгое управление викариатством епископа Василия составило важную эпоху в истории Кинешемского края. Одной из главных форм работы священномученика Василия, которую он начал, будучи псаломщиком кинешемской Вознесенской церкви в 1917 г., стала организация в городе и уезде евангельских кружков. Епископ Василий активно противостоял обновленческому расколу. 4 марта 1923 г. он был назначен епископом Иваново-Вознесенским, но, по-видимому, в управление епархией не вступал, т.к. 10 мая был арестован в Кинешме и вскоре выслан на 2 года в Зырянский край (современная Республика Коми). (22 марта 1923 г. уполномоченный по секретным делам Иваново-Вознесенской губернии отдела ГПУ сделал об архиерее такое заключение: «Является весьма вредным человеком в смысле развития обновленческого движения церковной жизни, являясь ярым сторонником патриарха Тихона. Кроме того, из последних материалов видно, что им ведется работа среди молодежи по созданию христианских кружков, последние имеют связь с центром. Поэтому, дабы парализовать его усиленное стремление к поднятию религиозных чувств среди масс (среди которых он пользуется большим влиянием), предлагал бы епископа Василия выслать из пределов Иванов-Вознесенской губернии в одну из отдельных местностей РСФСР» (РПЦ в ХХ в. на Ивановской земле. 2010.С.33).) В мае 1925 г. епископ Василий вернулся в Кинешму, в начале 1926 г. по требованию властей покинул город, в 1927 г. был выслан в Кинешму из Нижнего Новгорода, вскоре по требованию властей уехал, приезжал в Кинешму и служил здесь в 1928 г.

21 сентября 1932 г. в Москве в церкви Рождества Пресвятой Богородицы в Бутырках заместитель патриаршего местоблюстителя мертополит Сергий (Страгородский) возглавил хиротонию архимандрита Александра (Торопова) во епископа Кинешемского. В марте 1933 г. ОГПУ предприняло в Кинешме массовые аресты духовенства и мирян (в Кинешемскую тюрьму из Орла был привезен епископ Василий (Преображенский), его обвинили в создании «сети контрреволюционных кружков», он был приговорен к 5 годам исправительно-трудовых лагерей). 24 сентября 1935 г. епископа Александра (Торопова) перевели на Липецкое викариатство Орловской епархии. Последним епископом Кинешемским в марте-июне 1936 г. был священномученик Борис (Воскобойников), 1 июля 1936 г. назначенный на Ивановскую кафедру. После перевода епископа Бориса в обстановке нарастающего террора новый Кинешемский епископ не был назначен, Кинешемское викариатство прекратило существование.

1909 г. — Печать Костромского викария. ГАКО, ф. 130, оп. 7, д. 795, л. 48 об

Епископы Кинешемские (викарии Костромские)

Ионафан (Руднев; 4 сентября 1866 — 29 августа 1869),

Палладий (Пьянков; 16 ноября 1869 — 24 июля 1872),

Геннадий (Левицкий; 24 июня 1872 — 9 апреля 1883),

Вениамин (Платонов; 9 апреля 1883 — 13 июня 1905),

Никандр (Феноменов; 10 июля 1905 — 15 февраля 1908),

Иннокентий (Кременский; 24 февраля 1908 — 28 июля 1911),

Арсений (Тимофеев; 28 июля 1911 — 30 июля 1914),

Севастиан (Вести; 8 сентября 1914 — 1917, 1919- 1920),

свщмч. Василий (Преображенский; 19 сентября 1921 — 1926),

исп. Николай (Голубев; 18 июня — 5 декабря 1929),

Хрисогон (Ивановский; 14 апреля — 8 июля 1932),

Александр (Торопов; 21 сентября 1932 — 24 сентября 1935),

свщмч. Борис (Воскобойников; 7 марта — 1 июля 1836).


Решением Священного Синода от 7 июня 2012 г. была образована Кинешемская епархия. Епископом Кинешемским и Палехским в тот же день был утвержден игумен Иларион (Кайгородцев). Наречен во епископа 15 июня 2012 г. в Тронном зале Храма Христа Спасителя в Москве. Хиротонисан 8 июля за Божественной литургией в Храме Христа Спасителя в Москве. Богослужения возглавил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

ЧАСТЬ 3. Епископы Кинешемские, викарные Костромской епархии

3.1. Епископ Кинешемский ИОНАФАН (Руднев)

рукоположен 04.09.1866, с 29.08.1869 — епископ Олонецкий и Петрозаводский

Будущий Владыка, в миру Иван Наумович Руднев, родился 18 апреля 1816 г. в семье псаломщика Ливенского уезда Орловской епархии. Он окончил Орловскую духовную семинарию (1839г.) и Киевскую духовную академию (1843 г.). Был смотрителем 2-го Белгородского Духовного училища (30.11.1843г.). Кандидат богословия (29.09.1845г.). Учитель гражданской истории (21.09.1846 г.) и инспектор (06.05.1855) Орловской Духовной семинарии. Иван Наумович Руднев был женат, но, овдовел. В монашество был пострижен в Орловском Спасо-Прилуцком монастыре с именем Ионафан (06.10.1860г.). Его определили ректором Вологодской духовной семинарии и одновременно настоятелем Спасо-Прилуцкого монастыря под Вологдой, с возведением в сан архимандрита (06.10.1860). Позднее — ректор Олонецкой духовной семинарии и архимандрит Свирского Александрова монастыря (31.03.1864 г.). Открытая в 1829 г., семинария, все еще не имела своего здания, и ютилась в одном помещении с Духовным училищем. Архимандриту Ионафану пришлось решать вопрос о его строительстве. В июле 1866 г. архимандрит Ионафан отбывает в город Кинешму уже викарием Костромской епархии, епископом Кинешемским. Хиротония состоялась 4 сентября в Александро-Невской лавре в Санкт-Петербурге. А через три года его назначают епископом Олонецким и Петрозаводским (29.08.1869г.).

В Петрозаводск Владыка прибыл пароходом накануне праздника «осенней Казанской» и на следующий день совершил первую Божественную литургию в городском соборе. Свою паству Владыка благословил Казанской иконой, прекрасной работы в золотом окладе, которую он подарил храму.

Епископу Ионафану досталась обширная, но небогатая епархия, которой он управлял с большой заботой и любовью. «В 1870 г. в ней насчитывалось 106 каменных и 323 деревянных приходских храмов…, 5 каменных и почти 1300 деревянных часовен. В 20-ти беднейших приходах, благодаря жертвователям, привлеченным Владыкой, были построены новые церкви с домами для причта и школами» Владыка постоянно совершал поездки по епархии, освящал новые и отремонтированные храмы, служил в отдаленных приходах в дни престольных праздников, говорил проповеди, встречался с паствой.

В 1872 г. Россия торжественно праздновала 200-летие со дня рождения императора Петра Великого. С размахом прошли праздничные торжества в Петрозаводске. К этому времени завершилось строительство кафедрального собора и здания Олонецкой духовной семинарии. 21 мая новый собор, который строили долгих двенадцать лет всей губернией, Владыка Ионафан освятил в честь и славу Воскресения Христова (позднее, в 1875 г., его переосвятили в честь Святого Духа). А 30 мая была освящена семинария. После капитального ремонта освятили и древний Петропавловский собор, построенный, по преданию, по планам и чертежам самого Петра.

При епископе Ионафане из Каргополя в Петрозаводск перевели духовное училище, созданное по распоряжению архиепископа Аркадия в 1858 г. при Каргопольском женском монастыре для девочек из семей беднейшего духовенства и сирот. Переместившись в 1874 г. в губернский Петрозаводск, училище повысило свой статус, улучшилось его материальное обеспечение. В училище стали отдавать девочек из более обеспеченных семей епархиального духовенства, не забывали и сирот. Позднее женское епархиальное разместилось в каменном двухэтажном здании у моста, в котором епископ Ионафан освятил устроенную для воспитанниц церковь в честь и славу Покрова Пресвятой Богородицы. Ныне здесь, к стыду наших современниц, кроме женской больницы находится и городской абортарий.

В бытность Владыки Ионафана на улице Гоголевской напротив нового здания семинарии был построен новый двухэтажный Архиерейский дом с домовой церковью, в здании которого в годы советской власти был расположен Дом офицеров. В старом же Архиерейском доме разместилась Духовная консистория. В летней резиденции Олонецких епископов на Древлянке был обустроен домовой храм в честь и славу Преображения Господня. Дом с церковью в народе стали называть Архиерейской дачей, и жители окрестных домов приходили в храм помолиться вместе со своим Владыкой. Буквально в последние дни своего пребывания на Олонецкой кафедре, в начале 1877 года, Владыка Ионафан благословил строительство еще одной церкви в Петрозаводске — на Неглинском кладбище, которую горожане решили устроить в честь 100-летнего юбилея присвоения заводской слободе императрицей Екатериной Великой статуса города.

За свои неустанные труды епископ Ионафан был награжден орденами Святой Анны первой и второй степеней, Святого Владимира второй и третьей степеней, бриллиантовым крестом на клобук (15.05.1894 г.).

28 февраля 1877 г. епископа Ионафана перевели на древнюю Ярославскую и Ростовскую кафедру, там же через 10 лет он был возведен в сан Архиепископа (15.05.1883 г.).

Устроитель Ярославского епархиального женского училища (1881) и учредитель Ярославского православного братства Святого Димитрия Ростовского (1883). Пожизненный член Костромского православного Федоровско-Сергиевского братства (1887). Почетный член Московской (1893) и Казанской (1895) духовных академий. Духовный писатель. Корреспондент «Странника», «Церковных ведомостей», «Церковно-общественного вестника», «Ярославских епархиальных ведомостей» и др. где и похоронен в усыпальнице Спасо-Преображенского собора.

Осенью 1903 г. Владыка ушел на покой, оставшись жить в Спасо-Ярославском монастыре. 18 октября 1906 г., архиепископ Ионафан преставился ко Господу и был погребен в том же монастыре (в усыпальнице Спасо-Преображенского собора). После Великой Отечественной войны его останки были перенесены на городское кладбище на Туговой горе.


Выписка из списка духовенства «Архипастыри Костромской епархии за 150 лет существования (1745—1898 г.г.)» (К 50-летнему юбилею Преосвященнейшаго Виссариона, Епископа Костромского и Галичского. Кострома 1898 год):


Доселе здравствующий Высокопреосвященнейший Архиепископ Ярославский Ионафан, бывший епископ Кинешемской, в мире Иоанн Руднев, родился в Орловской губернии, сын священника. Первоначальное образование получил в Орловской семинарии. В 1843 г. окончил курс в Киевской Академии и определен учителем 2-го Белгородского духовного училища. В 1845 году получил ученую степень кандидата. В 1846 году учитель Орловской семинарии. В 1854 году сентября 30 пострижен в монахи. В 1855 г. инспектор Орловской семинарии. В 1860 г. Ректор Орловской семинарии и настоятель Спасо-Троицкого монастыря. В 1864 г. ректор Олонецкой семинарии. В 1866 г. июля 26\сентября 4 епископ Кинешемский. В 1869 г. августа 29 епископ Олонецкий. В 1877 г. февраля 28 — Ярославский. В 1883 г. мая 15 Архиепископ.

(Список арх. №392).

Сочинения

Юбилейный сборник.- Ярославль, 1899;

Речь Святейшему Правительствующему Синоду, произнесенная ректором Олонецкой духовной семинарии, архимандритом Ионафаном, при наречении его во епископа Кинешемского, викария Костромского // Странник.- 1866.- №10.- Отд. IV.- С. 2—3;

Каков должен быть истинный монах? // Там же.- 1878.- №1;

Архипастырское воззвание // Церковные ведомости.- 1889.- №42.- Прибавление. С. 1268;

Пастырское послание возлюбленным о Христе пастырям Ярославской церкви // Церковные ведомости.- 1890.- №29.- Прибавление.- С. 921;

Поучение в день памяти страдальческой кончины св. благ. князя царевича Димитрия Угличского // Церковные ведомости.- 1891.- №24.- Прибавление.- С. 771;

Воспоминание о преосвященном архиепископе Смарагде // Церковно-общественный вестник.- 1879.- №34.- С. 5—6.

09.10.1866 — Предписание Ионафана, епископа Кинешемского, викария Костромской епархии братии Богородицкого Игрицкого мужского монастыря об отпуске Смоленской иконы Божьей Матери в посад Большие Соли Костромского уезда Костромской губернии с 15 октября по 8 ноября 1866 г. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 33, л. 186;


24.10.1866 — Указ Костромской духовной консистории заведующему второклассным Богородицким Игрицким монастырем казначею, иеромонаху Досифею о прибытии Ионафана, епископа Кинешемского, викария Костромской епархии. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 33, л. 209;


22.09.1869 — Указ Костромской духовной консистории казначею Богородицкого Игрицкого монастыря иеромонаху Андронику о назначении Ионафана, епископа Кинешемского, викария Костромской епархии епископом Олонецким и Петрозаводским. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 40, л. 81;

3.2. Епископ Кинешемский ПАЛЛАДИЙ (Пьянков)

рукоположен 31.10.1869, с 24.07.1872 — Епископ Сарапульский, викарий Вятский Палладий (Пьянков Павел) (1816, Пермская епархия — 08.01.1882, г. Петрозаводск).

Сын священника. Выпускник Пермского духовного училища (1828), Пермской духовной семинарии (1834) и Московской духовной академии (1840). Кандидат (1840) и магистр (08.08.1841) богословия. Учитель Пермского духовного училища (1834—1836) и Пермской духовной семинарии (21.10.1840—29.09.1845). Священник Нижне-Тагильской Входоиерусалимской церкви Пермской епархии (19.03.1844—29.09.1845). Член правления Пермской духовной семинарии (13.06.1844—29.09.1845). Учитель богословия Вятской духовной семинарии (29.09.1845).

Постриженник Вятского Трифонова монастыря после вдовства (16.11.1846). Инспектор Саратовской (16.04.1849) и Казанской (14.11.1852) духовных семинарий. Ректор Пермской духовной семинарии (11.05.1854) и архимандрит верхотурского Николаевского монастыря Пермской епархии (20.05.1854), ректор Подольской духовной семинарии и архимандрит каменецкого Свято-Троицкого монастыря Подольской епархии (10.07.1860), ректор Орловской духовной семинарии и архимандрит орловского Петропавловского монастыря (15.07.1864).

Епископ Кинешемский, викарий Костромской (31.10.1869—24.06.1872). Епископ Сарапульский, викарий Вятский (24.07.1872). Епископ Олонецкий и Петрозаводский (28.02.1877). Кавалер орденов Святой Анны I — II и Святого Владимира III степеней, знака Красного Креста, малой золотой медали Императорского Русского географического общества, высочайшей благодарности и др. Пожизненный член Костромского отделения Православного Миссионерского общества (1870) и почетный член Костромского губернского статистического комитета (1871). Духовный писатель. Корреспондент «Странника» и провинциальных периодических изданий. Похоронен в Духовском кафедральном соборе.

Богословские труды Палладия (Пьянкова)

• Толкование на книгу святого пророка Аввакума

• Толкование на книгу святого пророка Авдия

• Толкование на книгу святого пророка Аггея

• Толкование на книгу святого пророка Амоса

• Толкование на книгу святого пророка Захарии

• Толкование на книгу святого пророка Иоиля (78 чтений)

• Толкование на книгу святого пророка Ионы (217 чтений)

• Толкование на книгу святого пророка Малахии (203 чтения)

• Толкование на книгу святого пророка Михея

• Толкование на книгу святого пророка Наума

• Толкование на книгу святого пророка Осии

• Толкование на книгу святого пророка Софонии

• Толкование на Псалмы (2 479 чтений)

Рецензия на книгу «Толкование на книгу св. пророка Наума»

архимандрит Иосиф

Толкование на книгу святаго пророка Наума. Составил Палладий, епископ Сарапульский. Вятка. 1875 года.

В короткий срок времени преосвященный Палладий издал много произведений, относящихся к объяснению священного Писания ветхаго завета. Кроме объемистой книги: «Толкование на псалмы», существуют «толкования» на книги малых пророков: Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Иовы и Михея, Наума и Аввакума, недавно одобрены к печати толкования на книги св. пророков: Софонии и Аггея.

Характер и приемы толкования, принятые преосвященным Палладием, довольно ясно обозначены в отзыве учебнаго комитета, — это научность, как будто чуждающаяся всякой популярности, имевшая в виду преимущественно таких читателей, которые достаточно владеют древними языками: еврейским, латинским и греческим; — научность сухая, схоластическая, оставляющая без особеннаго внимания даже грамматическую связь русской речи.

Как высока эта научность, преследуемая преосвященным Палладием, и насколько она соответствует жизненным интересам современной экзегетики, высвобождающейся от старинной эрудиции, мы можем наметить следующими выводами из его толкования на книгу св. пророка Наума:

1. В основание полагается текст славянской Библии; а при объяснении приводятся слова еврейскаго текста, перевода LXX, Вульгаты, а также еретических переводчиков: Акилы, Симмаха и Феодотиона, без всякого указания их относительного авторитета, как будто для нас одинаково важен и перевод LXX и перевод какого-нибудь Акилы и его товарищей. Непонятным также остается, для чего приводится перевод LXX при славянском тексте, сделанном, как известно, с перевода LXX? По какому изданию цитируется Вульгата, также нигде не сказано. Такое отсутствие критического элемента в научном деле значительно ослабляет его силу и значение.

2. Тоже самое следует сказать и о пособиях, какими пользовался преосвященный Палладий, именно: на ряду с блаженным Иеронимом ставится рационалист Розенмюллер, а Гроций поставлен даже выше блаженногоФеодорита.

3. Среди разноязычных (большею частию оставляемых без перевода на русский язык) и разномысленных выражений, наш толкователь не высказывает ни примирения, ни своего личнаго мнения; так что иногда читатель, как путник среди темнаго леса, оставляется на собственный произвол.

4. Большую симпатию выказывает наш автор к старинным писателям, например Гроцию, Кальмету, Корнелию и подобным; так что его ученость представляется стародавнею, по самой древности этих вспомогательных руководств. Из новых же писателей почти никто не заслужил от него особеннаго внимания; приведены только имена Лейярда, Раулинсона, но самыя открытия их не признаны за верныя (стр. XI). О трудах Кейля, о выводах Опперта нет и помину; тогда как и эти выводы еще не окончательные относительно развалин Ниневии. За последние годы, начиная с 1871 года, сделано много решительных заключений об участии древней Ниневии, на основании открытых надписей; а наш автор держится до настоящего времени суждений некоего Рамазова, «обозревавшаго сии развалины еще в 1850 году» (стр. XI), т. е. ровно за четверть столетия назад.

5. Главное внимание нашего автора было обращено на еврейский текст, и в этом собственно заключается заслуга его труда; он усиливался отыскать буквальный смысл каждаго слова, и в этом труде он сам себе пролагал дорогу, при помощи близкого знакомства с еврейским языком. На сколько он достиг предположенной цели, об этом можно судить, не вступая в филологическия прения, чрез одно наглядное сравнение его труда с появившимся после него переводом Пророческих книг, изданным в прошедшем году, по благословению святейшего Синода. При этом сравнении мы находим, что кроме разностей словесных, ненарушающих смысла, есть разности такия, в которых неточно передается смысл, например: 1-й гл. ст. 12-й: «они благоденствуют и их так много, но так много их и будет скошено, и он (?) исчезнет» (Палл.); «хотя они безопасны и многочисленны, но они будут посечены и исчезнут» (Синод. Пер.); «не будет уже отраслей твоего имени, из дома богов твоих истреблю истуканы» (14 ст., по перев. Палл.); «не будет более семени с твоим именем, из дома бога твоего истреблю истуканы» (Синод. Пер.). Другия разности отзываются неясностию, напр., что такое «отворились врата потоков» (2 гл. ст. 6)? или: «рвы его море, из моря возникает стена его»? Тогда как в Синодальном переводе сказано яснее и понятнее: «речные ворота отворяются и дворец (ниневийских царей) разрушается»; «для него вал было море, и море служило стеною его» (гл.3 ст.8). Историческия названия некоторых стран и народов изменены в переводе Палладия до неузнаваемости, напр. Вместо Ефиопии ставится «Хуш», вместо Коптов предлагаются «Футийцы» (3 гл. 9 ст.).

При таких особенностях перевода преосвященнаго Палладия и вообще толковательных его произведений, а также при несомненной важности перевода, изданнаго от лица святейшаго Синода, нельзя не пожелать, чтобы досточтимый автор при втором издании своих произведений, если оно потребуется, тщательно пересмотрел их, и сделал нужные изменения, особенно вызываемыя самым изданием синодального перевода ветхозаветных книг, имеющаго высший авторитет для всей русской Церкви.

А. Иосиф

Толкования на псалмы преподобного Амвросия Оптинского в свете творений архиепископа Иринея (Клименьтьевского) и епископа Палладия (Пьянкова) иеродиакон Лука (Филатов) (338 чтений)

Старцы Оптиной пустыни предавали исключительное значение святоотеческой экзегезе Священного Писания.

Преподобный Макарий Оптинский писал учёному монаху в 1852 году: «Да благословит Господь предлежащий вам труд — заниматься истолкованием св. книг Ветхаго Завета. Я полагаю, что вы верно будете иметь руководством в столь важном деле толкование св. отцев, потрудившихся в испытании сем и глубины Духа изыскавших, помощию Божиею и просвещением свыше».

Преподобный Амвросий исполнил заповедь своего духовного наставника, о чём красноречиво свидетельствует изъяснение 126-го псалма, надиктованное им для общего назидания. Поучение преподобного искусно составлено на основе толкований восточных отцов, даны необходимые ссылки.

Книга Псалмов не осталась без внимания русской богословской науки XIX века. Среди академических трудов, посвящённых полному толкованию Псалтири, наиболее известны книги архиепископа Иринея (Клементьевского) (1751 — 1818) и епископа Палладия (Пьянкова) (1816 — 1882).

Следует напомнить, что преподобный Амвросий был в молодые годы знаком со школьным богословием. Обладая прекрасными способностями, он успешно закончил семинарию и перед уходом в монастырь преподавал в Липецком духовном училище.

Представляется важным взглянуть на поучения оптинского старца в свете творений авторитетных богословов, предшественников и современников преподобного.

Плодотворная научная деятельность архиепископа Иринея и епископа Палладия была посвящена преимущественно экзегезе Священного Писания. Епископы не были современниками и подходы к толкованию Писания имели различные, поэтому их комментарии на псалмы дополняют друг друга.

Экзегетический метод, которого держался архиепископ Ириней, вполне укладывается в правила, предложенные митрополитом Платоном (Левшиным).

Автор выделяет основной смысл псаломского текста, который носит иногда исторический, иногда аллегорический или нравственно-назидательный характер. Толкуя псаломские стихи, епископ обращается более всего к другим библейским книгам, реже приводит мнение святых отцов. Как пишет Н. Вишняков, преосвященный Ириней довольствовался «простейшей передачей мысли, какая заключается в букве текста, или какая указывается в нем Церковным Преданием».

В основе толкований на псалмы, составленных епископом Палладием лежит русский Синодальный перевод Псалтири 1871 года. Автор отмечает темноту славянского перевода, которая произошла от неясностей в греческом переводе и еврейском тексте. Таким образом, основную задачу своего толкования епископ видел в том, чтобы преодолеть неясность славянского текста.

Епископ Палладий не предлагает пространных богословских рассуждений и нравственных поучений, но часто довольствовался лишь тем разъяснением, которое даёт русский перевод, выполненный с еврейского языка. Тем самым, автор достигает поставленной цели.

Экзегет пишет о важности изучения еврейского текста, отмечая при этом, «что во многих псалмах он представляет почти непреодолимыя трудности при соглашении с греческим».

Епископ не только провозглашает важность святоотеческой экзегезы, отдавая ей преимущество перед средствами современной науки, но и на практике во многих случаях опирается на толкования отцов. Таким образом, его комментарии на псалмы представляют собой сборник отеческих толкований, дополненных русским Синодальным переводом.

«Как вообще толкование Священного Писания, так в частности толкование псалмов, при одних пособиях науки, хотя бы и современной, есть дело весьма смелое и опасное; многие самые благонамеренные из ученейших толкователей при сих пособиях падали жалким образом. В деле столь важном необходимы руководители и руководители самые надёжные, самые верные. Мы совершенно убеждены, что такими руководителями на нелегком и опасном пути толкования Св. Писания, верными наставниками могут быть и на самом деле таковыми оказываются — святые отцы и блаженные, приснопамтные учители Святой Церкви православной. Вот почему мы решились сделать извлечение толкований на псалмы из сочинений сих отцев и учителей. … — для тех, которые желали бы иметь древлеотеческое объяснение псалмов, но не могут иметь, за не достатком нужных средств и пособий»

Среди экзегетов Золотого века епископ Палладий особо отмечает святителей Иоанна Златоуста, Василия Великого, Афанасия Великого, блаженных Феодорита Киррского, Иеронима Стридонского и Августин. Русский богослов указывает, что разномыслие среди толкователей обусловлено самой книгой псалмов, которая является одновременно исторической и пророческой. Толкования же святых, не смотря на различия, не теряют своей ценности.

«Понятно, что нам нельзя было избежать разномнений, они помещены, по самой сущности дела, справедливо, и потому еще, что мнениями отцев дорожат православные христиане, хотя бы и эти мнения и были различны; их нужно знать особенно тем, на которых лежит обязанность вразумлять заблудших. Разумеем наших глаголемых староверов».

Тем самым, экзегетический труд епископа, уже не укладывается в правила митрополита Платона и свидетельствует о всё более возрастающем интересе к святоотеческому богословию.

Преподобный Амвросий Оптинский был, скорее всего, знаком с «Толкованием на псалмы», составленным епископом Палладием, тем более, что обитель располагала изданием 1874 года. Возможно, что ему было известно и «Толкование на Псалтирь архиепископа Иринея.

Подход епископа Палладия, который уделял больше внимания отеческой экзегезе, был, несомненно, ближе старцу Амвросию.

Архиепископ Ириней, в свою очередь, нередко отходит от древней традиции. Так, например, излагая общий смысл 22-го псалма согласно классикам, то есть как похвалу Божественному Промыслу о человеке, он в «трапезе» видит обычную человеческую пищу. В то время как отцы древности, а за ними и преподобный Амвросий в словах псалмопевца усматривали пророчество о Святой Евхаристии.

Изъяснение 126-го псалма богослов даёт только в историческом контексте, упуская и мессианский и анагогический смысл. Даже буквальное, историческое понимание толкователем отлично от мнения отцов. Согласно архиепископу Иринею, беседа «во вратех» это указание не на переговоры с врагами, как объясняет святитель Иоанн Златоуст, а собрание старейших. Блженный Феодорит и преподобный Амвросий, в свою очередь, следуют мнению святого Иоанна Златоуста.

Мы не случайно выбрали для рассмотрения толкования архиепископа на 22-й и 126-й псалмы. Они были позднее полностью изъяснены преподобным Амвросием. Тем самым, мы получили возможность выявить отношение владыки Иринея к экзегезе восточных отцов и оценить возможное его влияние на оптинского старца. Результат сравнения получен вполне ожидаемый. Если преподобный Амвросий и был знаком с творением архиепископа Иринея, то влияние его в духовном наследии старца было незначительным.

Гораздо больший интерес представляет сравнение толкований на псалмы старца Амвросия с экзегезой его современника, епископа Палладия. Преподобный и епископ полагали в основу богословского творчество творения святых отцов.

Книга русского экзегета могла быть для старца дополнительным источником. Поскольку комментарии на псалмы епископа Палладия охватывают библейскую книгу практически полностью, есть возможность сравнить их со всеми толкованиями оптинского старца.

В большинстве случаев подобное сравнение влечёт за собой вывод о независимости преподобного Амвросия от творения епископа.

В самом деле, касательно отдельных стихов 118-го псалма — 66-го, 96-го, 165-го, на которые старец предлагает подробные поучения в отеческом духе, епископ Палладий ограничивается лишь краткими замечаниями, содержащим ссылки на святых отцов или сравнения с еврейским текстом.

69-й псалом, о важности которого писал преподобный, оставлен учёным практически без внимания.

В толковании на (Пс. 24:8, 10) преподобный Амвросий далёк от епископа. Оптинский старец составил прекрасное поучение на праздничный прокимен: «Бог наш на небеси и на земли, вся елика восхоте, сотвори» (Пс. 113:11). Владыка Палладий предлагает только русский перевод данного стиха.

«Господи Боже мой на тя уповах, спаси мя от всех гонящих мя, и избави мя. Да не когда похитит яко лев душу мою, не сушу избавляющу, ниже спасающу» (Пс. 7:2—3).

Епископ Палладий приводит слова святителя Иоанна Златоуста: «Некоторые, принимая эти слова в переносном смысле, говорят, что лев и гонящие означают диавола и злых духов».

Преподобный Амвросий, в свою очередь, ссылается на святителя Василия Великого, который, ранее святителя Иоанна Златоуста указывал на подобный переносный смысл. Возможно, святитель Иоанн имел ввиду толкование великого каппадокийца. Таким образом, оптинский старец ссылается на более ранний источник.

Данные сопоставления показывают не только независимость поучений старца от сборника владыки Палладия, но лишний раз свидетельствуют о том, что монашеское богословие в Оптиной пустыни не отставало от академической богословской науки.

По-иному обстоит дело с 22-м псалмом, где старец Амвросий по смыслу своего поучения близок к толкованию епископа Палладия.

Особого внимание заслуживает третий стих псалма:

«Душу мою обрати, настави мя на стези правды, имене ради Своего» (Пс.22:3).

Мы обнаруживаем поразительное текстуальное совпадение толкователей.

Епископ Палладий

Преподобный Амвросий

«То есть с пути неправды, лжи, порока и греха, обратил на путь правды, истины и добродетели. С Евр: „подкрепляет душу мою; направляет меня на стези правды ради имени Своего“. То есть по единому благоволению, ради проявления и прославления имени Своего, а не ради заслуг и дел человеческих»

«С пути неправды, лжи, порока и греха обращает нас Господь Евангельсми заповедями на путь добродетели, правды и истины Имене ради Своего, то есть делает все это не ради человеческих заслуг и дел, но поединому Своему благоволению, чтобы мы прославляли всесвятое Имя Его»

«Толкование» владыки Палладия было опубликовано в 1872—74 годах, в то время как преподобный писал данные строки к празднику Рождества 1880 года. Столь явное совпадение убеждает в том, что оптинский старец всё же обращался к труду епископа.

В качестве итога, следует сделать общий вывод о том, что старец Амвросий в толкованиях на псалмы был практически независим от сочинений наиболее известных представителей русской академической экзегезы в лице архиепископа Иринея (Клименьтьевского) и епископа Палладия (Пьянкова). Основу духовного чтения в Оптиной составляли творения святых отцов, но преподобный Амвросий, совершая подвиг старчества, следил за движением русской богословской мысли и духовной литературой своего времени.

Сочинения

Обозрение Пермского раскола т.н. «старообрядства». — СПб., 1863 (рец.: Дух христианина.- 1865.- №1.- С. 14;

Матвеевский П. // Странник.- 1864.- №2.- Отд. III.- С. 15;

Нильский И. Ф. // Христианское чтение.- 1864.- Ч. I.- С. 241);

Толкование на книги XII малых пророков.- Вятка, 1872—1876.- Вып. 1—5;

Толкование на Псалмы, составленное по текстам: еврейскому, греческому и латинскому, по учению Отцов и учителей святой церкви и дополненное различными замечаниями.- М., 1972;

Изд. 2-е.- Вятка, 1874;

Толкование на книги пророков Наума и Аввакума.- Вятка, 1876 (рец.: Иосиф (Баженов) // Странник.- 1876.- №3);

Толкование на книги святых пророков Ионы и Михея.- Вятка, 1874;

Толкование на книги святых пророков Аввакума, Софонии и Аггея.- Вятка, 1876;

Толкование на книги святых пророков Захарии и Малахии.- Вятка, 1876;

Речь Святейшему Правительствующему Синоду, произнесенная ректором Орловской духовной семинарии, архимандритом Палладием, при наречении его во епископа Кинешемского, викария Костромской епархии 12 ноября 1869 года // Странник.- 1869.- №12.- Отд. IV.- С. 83.

19.12.1869 — Указ Костромской духовной консистории казначею Богородицкого Игрицкого монастыря иеромонаху Андронику с братией о назначении архимандрита Палладия епископом Кинешемским, викарием Костромской епархии. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 40, л. 110;


30.06.1872 — Указ Правительствующего Синода о перемещении Палладия, епископа Кинешемского, викария Костромской епархии на кафедру епископа Сарапульского, викария Вятской епархии. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 47, л. 7;


25.07.1872 — Указ Костромской духовной консистории об обязанностях викарного епископа. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 47, л. 8.

3.3 Епископ Кинешемский ГЕННАДИЙ (Левитский Иван Львович)

рукоположен 24.06.1872, с 09.04.1883 — епископ Сумский, викарий Харьковский


Епископ Геннадий (Левицкий), в миру — Иван Львович Левицкий, родился 25 мая 1818 года в военном поселении Губовке, Елизаветградского уезда Херсонской губернии в семье священника. Отец его был болгарином, мать — молдаванка.

По окончании курса в Херсонской семинарии (1939 г.) был рукоположен 17 декабря 1839 года в священники во Владимирской церкви города Елизаветграда.

Овдовев, Левицкий в 1841 году отправился на богомолье в Киев, и Киевский митрополит Филарет убедил его поступить вольнослушателем в Киевскую Духовную Академию, а затем зачислил его и в студенты. Постриженный 12 февраля 1844 года в Киево-Печерской лавре в монашество, Геннадий в 1845 г. окончил курс со степенью магистра. 14 сентября 1845 г. назначен помощником ректора, а с 13 ноября 1846 г. он — инспектор Херсонской духовной семинарии.

Возведенный 6 августа 1852 года в сан Архимандрита, Геннадий 13 июля 1858 года был назначен ректором Самарской семинарии, 22 августа 1859 года — настоятелем Богородицкого Задонского монастыря, а 10 октября 1860 года — ректором Тамбовской духовной семинарии и архимандрит Козловского Троицкого монастыря Тамбовской епархии (10.10.1860). Редактор «Тамбовских епархиальных ведомостей» (28.03.1861—31.12.1867).

Протоиерей Певницкий, бывший в то время преподавателем в Тамбовской семинарии, даёт о Геннадии отзыв как о человеке уже «помятом жизнью», но с «альтруистическими свойствами», на которые «учебное монашество не успело наложить своих сухих печатей», умевшем вести дело управления «в порядке и целесообразно», обращавшемся с наставниками «по-товариществу», а с учениками «по-отечески».

21 августа 1868 года Геннадий был назначен епископом Сарапульским, викарием Вятской епархии и 22 сентября хиротонисан.

24 июня 1872 года он был переведён на Кинешемское викариатство в Кострому.

9 апреля 1883 года — переведён на Сумское викариатство в Харьков. В Харькове, по отзыву А. Ф. Ковалевского, Геннадия «очень полюбили», и «начинания его по Куряжскому монастырю (управляемому им) заслуживали похвал»; в нём видно было «ревнование поправить положение обители».

29 ноября 1886 года Геннадий был уволен на покой и назначен управляющим Тверским Желтиковым монастырём.

Он был доволен увольнением в Желтиков монастырь, где ему было «предоставлено только право делать распоряжения к приведению в исполнение предписаний епархиального начальства». 16 декабря 1886 года Геннадий прибыл в Желтиков и тотчас заболел, так что и в день Рождества не выходил в церковь.

Кавалер орденов Святой Анны I — III и Святого Владимира II — III степеней. Почетный член Костромского губернского статистического комитета (1871). Пожизненный член костромского отделения Православного Миссионерского общества (1881). Духовный писатель. Корреспондент «Воскресного чтения», «Северной пчелы», «Странника» и др.

21 мая 1891 года состоялся указ Синода о переводе Геннадия «по болезненному состоянию» в Высокогорскую пустынь Арзамасского уезда, но непосредственно за этим члены Синода, «движимые благостию», назначили Геннадия управляющим Козловским Троицким монастырём, в котором он уже настоятельствовал, будучи ректором Тамбовской семинарии.

Последние годы Геннадий был разбит параличом, но упорно отказывался от медицинского пособия. Он умер 10 февраля 1893 года, в 4 часа утра. Последние его слова были: «А когда я умру, то за меня, наверное, помолятся мои ученики — ведь их у меня в Тамбовской семинарии было очень много». Он был погребён в монастырской Троицкой церкви.

Сочинения

Речь, посвященная памяти Иннокентия, архиепископа Херсонского // Воскресное чтение.- 1857.- №14;

Северная пчела.- 1857.- №170; отд. отт.- СПб., 1857;

Речь Святейшему Синоду, произнесенная ректором Тамбовской духовной семинарии, архимандритом Геннадием при наречении его во епископа Сарапульского, викария Вятского // Странник.- 1868.- №10.- Отд. IV.- С. 7—8.

25.04.1883 — Указ Правительствующего Синода о перемещении Геннадия, епископа Кинешемского, викария Костромской епархии на кафедру епископа Сумского, викария Харьковской епархии, а Вениамина, епископа Сумского, викария Харьковской епархии на кафедру епископа Кинешемского, викария Костромской епархии. ГАКО, ф. 706, оп. 1, д. 81, л. 17

3.4 Епископ Кинешемский ВЕНИАМИН (Платонов Василий Николаевич)

с 09.04.1883 по 13.06.1905

Епископ Кинешемский Вениамин (Платонов Василий Николаевич) родился в 1817году в Курской губернии в семье священника о. Николая Платонова, в мире носил имя Василия. В 1841 г. Василий Николаевич Платонов с отличием окончил Курскую духовную семинарию, в 1841—1845 гг. учился в Киевской духовной академии, обучение в которой завершил по 1-му разряду. В январе 1846 г. удостоен степени магистра богословия. Службу Василий Николаевич начал с должности помощника ректора по учебной части, т.е. преподавателя богословских наук в родной ему Курской семинарии, был назначен на эту должность определением Духовно-учебного Управления от 24\29 сентября 1845 года. Будучи профессором Курской семинарии в июне 1848 г. принял монашеский постриг с именем Вениамин, а в августе того же года инок Вениамин рукоположен был сначала во иеродиакона, через несколько дней — во иеромонаха. В декабре 1851 г. профессор Курской духовной семинарии иеромонах Вениамин Платонов, определением Священного Синода перемещен в Литовскую духовную семинарию (в Вильно) на должность инспектора и профессора по классу логики, психологии и латинского языка. Здесь отец Вениамин, в январе 1856 г., по определению Священного Синода, за отлично-усердную службу, возведен в сан архимандрита, с присвоением ему лично степени настоятеля третьеклассного монастыря. 4 декабря 1859 г. отец архимандрит Вениамин перемещен Священным Синодом на должность инспектора и профессора богословских наук в Казанскую духовную академию.

По воспоминаниям П. В. Знаменского, ученика Вениамина (Платонова), «характер его лекций был диалектический, с заметным преобладанием полемического элемента, направленного как против инославных учений католиков и протестантов, так и против сильно распространявшихся в то время модных учений материализма». Вениамин (Платонов) «был человек весьма добрый и уступчивый, жил уединенно, занимаясь своими кабинетными делами, и не любил встревать в тревожные дела академической администрации, даже по своей инспекторской должности». Весной 1861 г., во время освобождения крестьян от крепостной зависимости, в с. Бездна Спасского уезда Казанской губернии произошли массовые выступления жителей, завершившиеся тем, что 12 апреля войска расстреляли толпу крестьян. 16 апреля большая группа студентов Казанского университета и Духовной академии отслужила в Куртинской церкви во имя Ярославских чудотворцев — святых благоверных князей Феодора, Давида и Константина на Арском кладбище, главном кладбища города панихиду по убитым, по ее окончании перед собравшимися выступил профессор Казанской духовной академии А. П. Щапов. «Куртинская панихида» получила всероссийский резонанс. Многие студенты духовной академии были арестованы и исключены из учебных заведений, Щапова сослали в Сибирь. Вениамин (Платонов), в качестве инспектора отвечавший за дисциплину и порядок в академии, также был подвергнут административному взысканию.

В мае 1864 г. о. Вениамина перевели в Харьков на должность ректора и профессора богословских наук в Харьковскую духовную семинарию и назначили настоятелем Старо-Харьковского Преображенского монастыря. В то же время, на основании устава духовных консисторий, он должен был вступить в исполнение обязанностей члена Харьковской духовной консистории. Должность настоятеля монастыря и члена консистории отец Вениамин в 1867 году должен был оставить, по силе требований нового устава духовной семинарии, Высочайше утвержденного 14 мая 1867 года. Но в должности ректора и преподавателя Харьковской семинарии он пробыл по июнь месяц 1872 года. 24 июня 1872 г. Высочайше утвержден был всеподданнейший доклад Священного Синода о бытии ректору Харьковской духовной семинарии, архимандриту Вениамину епископом Сумским, викарием Харьковской епархии. Хиротония состоялась 30 июля 1872 г. в Исаакиевском соборе Санкт-Петербурга. С 1876 года епископ Вениамин был председателем вновь открытого комитета Православного миссионерского общества в Харькове. Епископом Сумским Преосвященный состоял до 9 апреля 1883 года.

С 9 апреля 1883 г. владыка Вениамин был назначен епископом Кинешемским, викарием Костромской епархии.

За служебные отличия Владыка Вениамин имел ордена: святого Владимира 2-й и 3-й степени; кресты: магистерский, наперсный в память войны 1853—1856 гг.. Орден святого Владимира 2-й степени Преосвященный получил за свою отлично-усердную пятидесятилетнюю службу перед своим юбилейным торжеством.

Он приехал в Кострому в преклонном возрасте, страдая многими болезнями, но именно там окончательно раскрылся его дар духовничества и старчества. Через несколько лет епископ, живший постоянно в Костромском Ипатьевском Свято-Троицком мужском монастыре (резиденции правящих и викарных Костромских архиереев), приобрел славу молитвенника и старца, имеющего дар прозорливости. Владыка также являлся настоятелем Игрицкого Песошинского монастыря, расположенного неподалеку от Костромы. Простой народ шел к нему толпами.

Богословская церковь в Ипатьевской слободе. Фото начала 20 века

В Костромской епархии и в ближайших к Костроме местностях Ярославской епархии Преосвященнейший Вениамин пользовался славою благопоспешного молитвенника и благосоветливого старца. Многие искали его молитв и благого совета, наставления, утешения, одобрения: духовные и миряне, горожане разных слоев общества и поселяне-простолюдины. Люди раскрывали перед ним свои духовные язвы, умоляя о их уврачевании.

За советом, утешением и духовным назиданием к нему непрерывно шло множество людей из Костромской и Ярославской губерний, его называли «вторым отцом Иоанном Кронштадтским», а также «Воробушко», за его малый рост и щуплое телосложение.

Простолюдины так и величали его другим батюшкой Иоанном, владыкою святым; понимая последний эпитет не в смысле только владыки духовного, освященного высшей благодатью священства, преосвященного, но и в собственном смысле святого праведника».

В сентябре 1895 года в Костроме распространился слух, что Преосвященный Вениамин тяжко болен. Преосвященный, действительно, недели за две до своего юбилейного торжества заболел и нелегко (воспалением легких), но ко времени юбилейного торжества оправился от болезни настолько, что 29 сентября смог, хотя и с трудом, отслужить божественную литургию и после оной благодарственное Господу Богу молебствие в Ипатиевском монастыре, в храме святых Хрисанфа и Дарии, и сделал прием в своих покоях желавщих приветствовать его с знаменательным днем его служения. Сослужили в тот день Преосвященному священноиноки монастыря Ипатиевсого, депутаты от Кинешемского духовенства — протоиерей Н.Г.Клиентов и священник И. Николаевский.

В г. Костроме, с вечера на 29 сентября, в кафедральном Успенском соборе, в домовых церквах при духовной семинарии и духовном училище, в Богоявленском женском монастыре и во всех приходских храмах, согласно указу консистории от 20 сентября 1895 г., были совершены праздничные бдения преподобному Кириаку отшельнику, а 29 сентября в первой половине дня литургии и после них благодарственные молебны о здравии Его Преосвященства. В кафедральном Успенском соборе божественную литургию священнодействовал сам Владыка Костромской, Преосвященный Виссарион. После литургии он же, в сослужении соборного и приходского духовенства, совершил благодарственное Господу молебствие о здравии и долгоденствии своего сотрудника — юбиляра, завершив молебным пением многолетия Государю Императору, Государыням Императрицам, Наследнику Цесаревичу и всему Царствующему дому, Священному Синоду, Преосвящщенному Виссариону и Преосвященному Вениамину.

После литургии в кафедральном соборе, начали собираться в покоях Преосвященного Владыки Виссариона желавшие лично приветствовать Преосвященного юбиляра. К часу пополудни здесь собрались: духовенство Костромского кафедрального собора и Костромское приходское духовенство с кафедральным протоиереем И.Г.Поспеловым во главе, служащие в Костромских духовно-учебных заведениях во главе с отцом ректором семинарии архимандритом Менандром, депутаты от духовенства г. Кинешмы: протоиерей Н.Г.Клиентов и священник И. Николаевский, депутат от Кингешемского духовного училища, помощник смотрителя сего училища Д.Д.Целиков, представители Костромского городского общества: заместитель городского головы Илья Иванович Сапожников и член управы Николай Зимин, представитель Кинешемского городского общества городской голова Иван Леонтьевич Душин, депутаты от Вичугских единоверцев Александр Федорович Морокин и Иван Александрович Миндовский, настоятельница Кинешемской Вознесенской общины монахиня Антония, посланный от настоятеля и братии Чухломского Авраамиева монастыря иеромонах Пахомий и другие. Во главе этого собрания стал сам Костромской Архипастырь, Владыка Виссарион и в час пополудни повел его в покои своего помощника — юбиляра. Преосвященный юбиляр встретил собрание в своем приемном зале, украшенный знаками ордена св. Владимира 2-й степени, переданными ему за несколько дней до торжества, и золотым наперсным крестом, поднесенным от Кинешемского духовенства накануне торжества. Владыка Виссарион, приветствуя юбиляра с торжеством от себя лично, благодарил его за сотрудничество в прямом деле архипастрырском.

«Наша первая обязанность, — так говорил Владыка, — есть обязанность учительства и духовного руководствования. Вы, по телесным своим немощам, не имеете возможности учить в храме, зато Вы учите в своем доме: Здесь в своих келлиях, Вы воздвигли для себя кафедру духовного учителя, и эта кафедра осаждается целыми толпами жаждущих духовного наставления, обличения, вразумления, утешения и ободрения. С этой стороны Вы восполняете мой недостаток, ибо внебогослужебными собеседованиями я занимаюсь гораздо меньше, чем Вы».

Это публичное признание самим Костромским Архипастырем несомненных и великих заслуг своего помощника глубоко тронуло всех присутствующих, а самого юбиляра несколько смутило… В дар юбиляру Владыка Виссарион преподнес образ Пресвятой Троицы — храмового праздника Ипатиевской обители.

В 1898 году Владыка Вениамин стал почетным членом Казанской духовной академии. В Костромской епархии была учреждена стипендия имени епископа Вениамина для бедных учеников Костромской духовной семинарии и других духовных учебных заведений.

С 1902 г. В. по состоянию здоровья уже почти не выходил из своих покоев, но, как и всегда, к нему шли люди, особенно много во время начавшейся в 1904 г. русско-японской войны.

Надгробная плита с могилы епископа Вениамина. Фото 2007 года.

За заслуги перед Отечеством и Церковью Преосвященный Вениамин был награжден Императорским орденом Святой Анны I степени и высшим золотым крестом Палестинского общества.

Почетный член и первый председатель Костромского отделения Императорского Православного Палестинского общества викарий Костромской епархии, епископ Кинешемский Вениамин (Платонов), возглавлял Костромское отделение ИППО с 1898—1905гг..

Скончался Владыка Вениамин 13 июня 1905 года. 17 июня тело епископа Вениамина было погребено на указанном им месте в Никольском приделе находящейся рядом с Ипатьевским монастырем в Иоанно-Богословской церкви во имя святого апостола Иоанна Богослова в Ипатьевской слободе. Могила епископа Вениамина вплоть до закрытия церкви в 1949 г. почиталась жителями Костромы и окрестных селений. При реставрации храма в конце 50-х гг. Никольский придел, возведенный в начале XX в., был разобран и могила епископа оказалась вне храма. В 90-х гг., после возобновления богослужений в Иоанно-Богословском храме, сохранившаяся надгробная плита с места погребения Владыки была установлена в трапезной части церкви.

Труды Преосвященного Вениамина

Христос — свет для сокровенной глубины душ человеческих. // Православный собеседник. 1861, I.

Вопрос о вере. // Православный собеседник. 1861, II.

О необходимости христианину испытывать дух учений, предлагаемый разными вероучителями. // Православный собеседник. 1861, II.

Светлая сторона смерти, примечаемая взорам веры. // Православный собеседник. 1862, I.

Несостоятельность рационализма в мнимой религии естественной. // Православный собеседник. 1862, II.

Богопознание. // Православный собеседник. 1862.

Любовь Божия, привлекаемая мудростью. // Православный собеседник. 1862.

Необходимость благодати, находящейся в Церкви, для охранения истины веры и поддержания в людях чистой нравственности. // Православный собеседник. 1862.

Разум христианский. // Православный собеседник. 1862.

Дух евангельской заповеди о прощении обид. // Православный собеседник. 1862.

Возможна ли нравственность без догматов веры. // Православный собеседник. 1862.

Истинное достоинство человека. // Православный собеседник. 1863.

Основная истина христианства и коренное заблуждение неверующего разума. // Православный собеседник. 1863, I — II.

Русский раскол пред судом истины и Церкви. // Православный собеседник. 1864, I — III.

Собрание слов и размышлений Епископа Вениамина (Бывшего ректора Харьковской семинарии).- Кострома, 1908.

Ноябрь 1903 г. — Послужной список Вениамина, епископа Кинешемского, викария Костромской епархии. ГАКО, ф. 130, оп. 7, д. 670, л. 8—11, 13;


30.12.1889 — Прошение причта и церковного старосты Крестовоздвиженской церкви села Воздвиженское Кинешемского уезда Костромской губернии Вениамину, епископу Кинешемскому, викарию Костромской епархии о проведении ремонтных работ в холодном храме. ГАКО, ф. 130, оп. 2, д. 963, л. 40;


Октябрь 1894 г. — Извещение Костромского губернатора о совершении Вениамином, епископом Кинешемским, викарием Костромской епархии, молебна о здравии и по случаю восшествия на престол императора Николая Александровича. ГАКО, ф. 432, оп. 1, д. 3770, л. 71;


Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.