электронная
228
печатная A5
524
16+
Душа

Бесплатный фрагмент - Душа


5
Объем:
218 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-2682-8
электронная
от 228
печатная A5
от 524

..Вдруг радугой счастье опоясало душу,

Сквозь неё пропуская лучи,

Желанию жить подчиняясь послушно,

Я счастью вручила ключи.

Диди Дори

У любви червонная масть

Глава 1. Начало

Лина обожала вечерами раскладывать пасьянс, он у нее лихо получался. Если бы и в жизни все так же складывалось — масть к масти, красные к красным, черные к черным. Но реальность больше походила на игру в очко — то недобор, то перебор, редко удавалось набрать двадцать одно и сорвать банк. Судьба же сдавала ей совсем не те карты.

Первый шлепок от жизни она получила в девятом классе, когда укатила с подругами в Сочи, пропустив школьные занятия. Спустя два дня девушка вернулась домой в разорванной одежде и с пошатнувшейся психикой. Лина категорически отказывалась говорить с родителями о том, что с ней приключилось в эти дни, поэтому каждая их попытка заканчивалась истерикой. То, что произошло, так и осталось для родных тайной. Однако после этого случая она сильно изменилась. Какое-то время сторонилась подруг и соседей, была очень замкнутой, но со временем ее потянуло в другую крайность — перестала совершенно интересоваться учебой, вечерами пропадала в барах и приходила домой очень поздно.

Мать не узнавала ее, иногда ей казалось, что дочь подменили. Никакие советы и увещевания на Лину не действовали. Как-то раз, вернувшись домой под утро, она с удивлением обнаружила в гостиной неспящих родителей. Взбешенный отец отвесил ей мощную оплеуху и, назвав шалавой, запер в комнате на несколько дней. К сожалению, как гласит пословица, женщина захочет — сквозь скалу пройдет. Поэтому временное заточение не помогло вернуть Лину на праведный путь. Дурная слава шла за ней по пятам, соседи называли ее гулящей и не позволяли своим дочерям с ней общаться. В маленьком городке, в котором она жила, как, впрочем и в любом другом провинциальном городе, такая репутация была приговором.

Девушка кое-как окончила среднюю школу, о дальнейшем образовании и слышать не хотела. Все вечера напролет пропадала в дешевых заведениях в компании таксистов и водителей «газелей», которые угощали ее выпивкой за определенные услуги. Спиртное действовало возбуждающе, она становилась агрессивной, и поэтому часто ходила в синяках и ссадинах.

Свое восемнадцатилетие Лина отметила в привычном окружении в захолустном баре, который находился на окраине города. За вечер успела и поругаться, и подраться. В ужасном расположении духа она собралась домой. Никто из приятелей не проявил желания отвезти ее, и подвыпившая девушка решила доехать на попутке. Выйдя в темную ночь, Лина пошла вдоль дороги в надежде на какого-нибудь запоздалого автомобилиста. Усталая и разбитая, на высоченных каблуках, она уже сожалела о своей выходке.

Когда впереди замаячили огоньки частных домов, было далеко за полночь. Неожиданно ее слух уловил красивый перебор гитарных струн:

«Что делать, сердце, мне с тобою, как тайну мне свою сокрыть?»

Приятный баритон исполнял цыганский романс. Кто-то пел настолько проникновенно и с такой тоской, что Лина заслушалась. Чья-то невидимая рука сжала ей горло, слезы непроизвольно хлынули из глаз, и она заплакала навзрыд. Со слезами хлынули наружу накопившиеся боль, обида и утраченные иллюзии.

Гитара замолкла, а через минуту перед Линой возник кудрявый парень, с удивлением разглядывавший ее залитое слезами и измазанное тушью лицо.

— Привет, ты в порядке? — его глаза блестели по-особенному и с непривычным ей сочувствием.

Лина ничего не ответила, только завороженно смотрела на черноглазого незнакомца, не находя слов.

За свою жизнь человеку приходится преодолевать много дорог и тропинок. Порой эти дороги бывают широкими и прямыми, с надежным бетонным покрытием, по которым так легко двигаться в выбранном направлении. Но чаще встречаются тропинки с узкими, извилистыми и крутыми подъемами. Спускаться с таких крутых подъемов человеку бывает особенно тяжело. Принято считать, что жизнь — жестокая дама, которой нет дела до наших неудач, и она лишь отстраненно наблюдает за тем, как мы пытаемся сойти с черной полосы. Это большое заблуждение, уверяю вас. По-моему, она больше похожа на строгую мать, которая наказывает своих деток за проступки, но при этом жалеет бедняжек, и если что-то отнимает, обязательно что-то дает взамен, посылая помощь. От нас требуется лишь вовремя понять и принять ее.

Такой помощью для Лины стал Лачо, оказавшись глотком чистой воды из родника на одной из извилистых и пыльных тропинок ее жизни. От своей матери-цыганки он унаследовал яркую внешность, белозубую улыбку, веселый нрав и шестиструнную гитару. Встреча с ним коренным образом изменила жизнь Лины. Она полюбила, и душа ее оттаяла.

С той памятной ночи она не брала в рот ни капли спиртного. Лачо не любил пьяных женщин, не умеющих контролировать себя. Он говорил, что пить нужно умеренно и только по особым причинам. У его семьи был свой автомобильный бизнес, днем он помогал отцу, а после работы встречался с Линой.

Они уезжали за город, наслаждались друг другом и теплыми летними вечерами. Гитара всегда была с ним, он пел ей цыганские песни о любви, о свободе и рассказывал о своих корнях. От него она узнала, что предки цыган были представителями касты мудрецов и чудотворцев древней Индии, их считали еретиками, стали притеснять. Они вынуждены были покинуть родину, и с тех самых пор все время находятся в пути, верные духу свободы, который манит их в неизведанные дали. Лачо признавался ей, что этот дух свободы живет и в нем. Она слушала его, затаив дыхание, и называла шутя романтиком большой дороги.

Лина цвела, как природа, которая ее окружала, а душа откликалась на мелодию ветра и шелест листвы в кронах высоких деревьев. Дни сменялись днями, а недели неделями. Так незаметно подкралась осень. Вечера стали прохладнее, все чаще моросил дождик, но влюбленные продолжали встречаться на лоне природы, вдали от людских глаз и пыльного города.

В сентябре Лина записалась на бухгалтерские курсы и три раза в неделю по утрам посещала занятия. Вечерами в ожидании Лачо, лежа на примятой траве, она смотрела в осеннее небо и рисовала в своем воображении заманчивые картины. Она представляла себе, как входит в офис крупной компании, в которой занимает должность бухгалтера. На ней сногсшибательный деловой костюм и красивая стильная прическа. Когда она поделилась с любимым своими мечтами, он смастерил веночек из маргариток и трехцветных фиалок, вплел в рыжие непослушные волосы и сказал: «Вот она — самая стильная прическа…»

— Эй, ты куда это направляешься, дорогуша?

Такси притормозило рядом с ней, и Лина вздрогнула. Она узнала знакомого водителя, с которым часто проводила вечера в загородном баре. Как давно это было, наверное, в другой жизни. В той жизни, с которой было покончено навсегда и о которой ей не хотелось вспоминать.

— Садись, подвезу, заодно поговорим, — сказал он небрежно голосом, не терпящим возражений.

Лина категорически отказалась.

— Ты что ломаешься, как целка, садись, сказал!

Краем глаза она заметила подъезжающий к остановке автобус и стремглав кинулась к нему, как утопающий к спасательному кругу.

Девушка поняла, что с прошлым не так-то просто расстаться. Оно цеплялось за нее длинными острыми когтями и не желало отпускать. Лина страшилась таких встреч, боялась, что когда-нибудь столкнется со своим прошлым, и рядом с ней в тот момент окажется Лачо.

И страхи эти оправдались. Стоял ноябрь. Деревья, словно хвастались друг перед другом яркостью своих нарядов, а вечера стали холодными.

Влюбленные больше не могли встречаться за городом на природе. Теперь кинотеатры стали их убежищем. Как-то после ночного сеанса, когда они, весело смеясь, в обнимку направлялись к автобусной остановке, перед ними остановилось такси. Водитель медленно вышел из машины и окликнул Лину.

— Теперь ясно, куда наша мамзель пропала, такси на кибитку поменяла? Цыганкой Азой решила стать? А твой Алеко в курсе, под сколькими кибитками ты побывала?

Лина похолодела, руки и ноги перестали ее слушаться, она просто осела на асфальт и закрыла глаза. Всего, что произошло дальше, она не видела, только слышала топот ног, глухие удары, голоса, испуганные крики прохожих, звук мотора и визг рванувшей с места машины.

Открыв глаза, она заметила группу людей, склонившихся над кем-то, кто лежал ничком на дороге. Лина поднялась и шатаясь направилась к ним.

Лачо! Парень лежал в луже крови без движения.

«Что делать, сердце, мне с тобою, как тайну мне свою сокрыть? Куда бежать с моей тоскою, в моей ли власти не любить?»

Девушка упала на колени над телом своего любимого. «За что, за что?» Она все повторяла этот вопрос, протягивая ладони к толпе, окружившей ее, а потом вдруг дико завыла, как волчица…

Лина нашла в себе силы завершить обучение, она твердо знала, что никогда не вернется к прошлой жизни. Ее любимый пожертвовал собой ради этого, и только благодаря ему она стала другим человеком. Через несколько месяцев девушка навсегда покинула родные места, где была когда-то бесконечно счастлива и нежно любима, захватив с собой только самое главное — частичку своего любимого. В ней развивалась новая жизнь, и она должна была быть достойна ее.

Лина верила, что пока есть цель, пока есть хоть один человек, которого любишь всем сердцем, все сложится самым лучшим образом. Она еще сыграет с судьбой в очко, и тогда посмотрим, кто кого.

Глава 2. Другая жизнь

— Мамочка, мамочка, Витя отобрал у меня мячик!

В маленькую комнату влетело рыжеволосое создание с перепачканным лицом и горящими глазами.

— Это был не твой мячик, Лола, сначала успокойся, потом умойся, ну посмотри на себя в зеркало, ты похожа на трубочиста, а не на девочку.

Лина отвела дочку в ванную и проследила за тем, чтобы та тщательно умылась. Ванна была в ужасном состоянии, кафель местами откололся, раковина треснула, зеркало помутнело, но Лина была счастлива, когда обрела свой угол в этой старой коммунальной квартире в подмосковной Ивантеевке.

Она с нежностью посмотрела на недовольную мордашку дочери и подала ей полотенце:

— Вот теперь тебя люблю я, вот теперь тебя хвалю я…

Лола засмеялась, прижавшись к матери.

Шесть лет назад Лина кардинально изменила жизнь, навсегда уехав из своего городка для того чтобы начать все с чистого листа. Под сердцем она носила ребенка, а в сердце большую боль и разбитые надежды. Каждый шаг в жизни давался с огромным трудом. Были моменты, когда у нее опускались руки, накатывало уныние, и тогда ей в снах являлся Лачо.

Он улыбался ей своей белозубой улыбкой, брал в руки гитару и начинал петь. Утром она просыпалась умиротворенной и с большим зарядом положительной энергии.

С родными местами Лину связывали только родители, которым она причинила в свое время много горя. После родов мама приезжала к ней на съемную квартирку и на первых порах помогала с ребенком. Два года назад отец продал свою машину и привез ей необходимую сумму для того, чтобы дочь смогла купить комнату в коммуналке. Она была бесконечно благодарна им за все, что они для нее делали, понимая, что находится перед ними в неоплатном долгу.

— Лина, у тебя не будет пятисот рублей до зарплаты? — Валера подхватил Лолу и подбросил вверх.

Девочка радостно вскрикнула и обхватила шею мужчины тоненькими ручками. Валера, ее сосед по коммуналке, служил когда-то в Афганистане. Он постоянно носил тельняшку как атрибут, напоминающий о боевом прошлом, и частенько злоупотреблял алкоголем. Лина подозревала, что именно из-за этого бывший афганец долго не задерживался ни на одной работе. Она часто его выручала небольшими суммами, которые он исправно возвращал в обещанный срок. В благодарность Валера каждое утро выносил ее мусор и угощал Лолу конфетками.

— Гляну в кошельке, погоди, — Лина зашла в свою комнату, достала из черного кошелька купюру и протянула ее соседу, ожидавшему в дверях.

— Спасибо, выручила, ты — человек, пять дней — и отдам, — он смешно прижал обе руки к груди и наклонил голову.

Лина улыбнулась и кивнула.

— Пить меньше надо, тогда и выручать не придется, — баба Маша, появившаяся в дверях кухни, занимала третью комнату в их коммуналке.

Валера пропустил ее замечание мимо ушей и вышел из квартиры. Старушка неодобрительно покачала головой и вернулась к плите. Лина взглянула на стоящую рядом с ней Лолу:

— Ну, что, завтра едем в Московский зоопарк?

Девочка завизжала от восторга и стала прыгать вокруг нее на одной ножке.

Воскресным сентябрьским утром мама с дочкой сели в электричку и за пятьдесят минут добрались до Ярославского вокзала. Затем не спеша спустились в метро и через пару остановок вышли на Краснопресненской, прямо к зоопарку.

Погода была почти летняя, народу было много, и им пришлось довольно долго простоять за билетами. Но ничего не могло испортить им хорошего настроения, даже неудобства, создаваемые реконструкцией зоопарка. Четыре часа пролетели незаметно и с несказанным удовольствием.

Бенгальский тигр, гепарды, пумы, жираф, обезьяны и слоны — Лина была в восторге от увиденного ничуть не меньше дочери. Отдохнуть и перекусить захваченными из дома бутербродами они сели на лавочку около пруда, где с удивлением наблюдали за настоящим птичьим базаром.

Вечером уставшие, но очень довольные «девочки» возвращались домой на электричке. Лола все не могла угомониться после массы ярких впечатлений, ей не сиделось на месте, она то ерзала, то вскакивала с места, пока не отдавила ноги молодому мужчине, сидевшему напротив. Лина забеспокоилась и стала извиняться за дочь.

— Как звать это чудо? — спросил пострадавший.

— Я — Лола, — смущенно ответила девочка.

— Имя тебе очень походит, именно Лола и никак по-другому, а я — Алексей.

Мужчина улыбнулся. В уголках крупного рта появились небольшие складки.

— А вас как звать? — обратился он к Лине.

Она представилась и попыталась еще раз извиниться, но Алексей остановил ее жестом руки, сказав, что никакого особого вреда его ногам Лола не нанесла.

Молодой человек поинтересовался у Лины, скоро ли станция Ивантеевка, объяснив, что ему нужно будет выходить. Лина ответила, что, по всей вероятности, выходить им придется вместе. Молодые люди разговорились, и время пролетело незаметно. Узнав от Лины, что уже несколько лет она работает бухгалтером на мебельной фабрике, Алексей внимательно и с интересом поглядел на нее. Про себя сказал только то, что ему по делам службы предстоит какое-то время пожить в их городке. Выйдя из электрички, он попрощался и быстро ушел, а Лина, почувствовав легкое разочарование, отправилась с дочкой домой на автобусе.

— Не грусти, мамочка, он скоро придет к нам в гости.

Лина удивленно посмотрела на дочь.

— С чего ты взяла? — Она притянула к себе своего ребенка, — я и не грущу.

Иногда Лола приводила ее в замешательство своими замечаниями. Однажды, стоя у окна, она сказала, что жалко чашку, очень красивая. Лина не обратила внимания на ее слова, пока вечером, сидя за столом, не задела локтем свою любимую чашку с чаем, которая, упав на пол, разлетелась на мелкие осколки. В тот момент Лина подумала, что это простое совпадение, но со временем такие совпадения участились, и Лина стала внимательнее относится к словам Лолы. «Наверное, цыганские корни дают о себе знать», — и решила никому не говорить об этом.

Рабочая неделя началась привычным звонком будильника, чашкой кофе, легким макияжем и быстрыми сборами Лолы в садик. Едва Лина перешагнула порог рабочего кабинета, как поняла, что в офисе что-то случилось. Кристина, обладательница длинных ног, а также должности секретаря-референта, сосредоточенно стучала по клавишам компьютера. Увидев Лину, она театрально схватилась за сердце и закатила глаза. Шепнув на ухо: «У нас новый зам», — длинноножка с папками скрылась за дверью директорского кабинета. Озадаченная Лина толкнула дверь в свой кабинет и погрузилась в профессиональную деятельность. Работы было много, поэтому пирожок с капустой заменил ей обед.

Рабочий день подходил к концу, когда дверь приоткрылась и на пороге появился ее вчерашний попутчик. «Здравствуйте, Лина, теперь мы с вами будем трудиться вместе», — Алексей с улыбкой смотрел на изумленное лицо Лины.

Приход нового заместителя директора всполошил весь незамужний коллектив мебельной фабрики, начиная от секретаря и заканчивая швеей на мебельном производстве. Но его внимание было приковано исключительно к Лине. Алексей каждый вечер ждал ее после работы в своем новеньком Chevrolet и под прицелом завистливых глаз отвозил до детского садика. Когда он напросился к ним на субботний обед, Лина вспомнила слова дочери и в очередной раз убедилась, что ребенок у нее незаурядный.

В октябре зарядили дожди, стало холодно, но в отношениях Алексея и Лины весна была в самом разгаре. Эти двое могли разговаривать часами, у них были схожие взгляды на одни и те же вещи, им нравилась одна и та же музыка. Рядом с Алексеем она чувствовала себя в безопасности, и вдобавок он отлично ладил с Лолой.

Сотрудницы шептались между собой. Чужое счастье многим не давало покоя, особенно длинноногой Кристине, чьи юбки становились все короче, а макияж все ярче. Ей было невдомек, что нашел в этой матери-одиночке молодой и перспективный бизнесмен. На зимние каникулы Алексей предложил Лине поездку на северокавказский горнолыжный курорт. Счастливая Лина попросила маму приехать к ней, чтобы та побыла с Лолой.

Алексей забронировал номер в гостинице в поселке Домбай, и в начальных числах января молодые люди отправились в первое совместное путешествие. Лина была очарована горными пейзажами, снежными вершинами, ущельями, канатными дорогами и близостью Эльбруса. Она не могла надышаться чистым горным воздухом, который вдыхала в себя полной грудью. В последний вечер их пребывания на Кавказе Алексей сделал Лине предложение, которое она с радостью приняла.

Вернувшись домой, молодые люди решили не делиться пока своими планами ни с кем, кроме родителей. Расписаться они планировали весной, без особых торжеств, в узком кругу самых близких людей. Лина не могла поверить своему счастью, часто смотрела на свое отражение в зеркале и не узнавала прежнюю себя. Она похорошела и излучала теплый свет. Улыбка не сходила с ее лица, одним словом, она была счастлива.

Однажды февральским вечером, уложив дочку в кровать, Лина собиралась доделать домашние дела и лечь пораньше. Помыв на кухне посуду и поговорив с Валерой, она вернулась в комнату. К ее удивлению, Лола не спала.

— Мамочка, обещай мне, что ты не будешь плакать, — тихо сказала дочь, глядя на нее своими большими черными глазами.

— А почему я должна плакать, Лола, и почему ты до сих пор не спишь?

Девочка ничего не ответила, натянула одеяло на голову и затихла. Лине стало не по себе, но она отогнала от себя тревогу, решив, что дочь задремала и ей просто приснился сон.

В начале марта на оттаявшую землю лег свежий пушистый снег, страна готовилась к одному из самых любимых праздников, к женскому дню. Цветочные базы ломились от изобилия цветов, флористы творили шедевры, мужчины в зависимости от толщины кошелька готовили для своих женщин соответствующие сюрпризы. Руководство мебельной фабрики решило организовать фуршет из всяких вкусностей типа канапе, тарталеток и других закусок в местном кафе. Помимо еды предполагались увлекательные игры, конкурсы, шарады и тосты с поздравлениями.

Дамы в предвкушении вечеринки готовили наряды и записывались в салоны для наведения лоска. Красивое черное платье а-ля Шанель уже висело в шкафу, а туфли на тонких шпильках лишь ждали момента, чтобы поднять Лину на десятисантиметровую высоту… Но накануне запланированной вечеринки у Лолы поднялась температура. Никакие жаропонижающие средства не помогали. Накануне праздника пришлось вызвать врача. Соблюдение строгого постельного режима, контроль температуры и своевременный прием антибиотиков сорвал планы Лины на вечер. Она не могла оставить больного ребенка ради веселья. Присутствие же Алексея на мероприятии было обязательным, но он успокоил ее, пообещав, что 8 Марта проведет с ними и устроит приятный сюрприз.

Однако на следующее утро телефон Алексея не отвечал, и Лина не на шутку встревожилась. В очередной раз набрав его номер, она долго слушала протяжные гудки. Расстроенная Лина собралась было отключить телефон, как вдруг ей ответил сонный женский голос, показавшийся очень знакомым.

— Кристина?.. А что делает у тебя телефон Алексея? — спросила она упавшим голосом.

— Ты хотела спросить, что делает у меня Алексей? Догадайся с трех раз, — она противно хихикнула, и связь прервалась.

Лина выронила из рук телефон и смотрела перед собой ничего не видящими глазами. Слезы хлынули из глаз, сердце сжала в своих объятиях черная тоска. « За что?», — этот вопрос возник в ее голове и не находил ответа.

— Мамочка, не плачь, я тебя очень люблю и никогда не брошу.

Лина подошла к дочке и крепко сжала в своих объятиях. Какое счастье, что у нее есть Лола, жизнь без нее была бы безрадостной и беспросветной…

Вечером на пороге ее комнаты с огромным букетом красных роз появился Алексей. Он выглядел помятым, растерянным и все повторял: «Прости». У него был такой виноватый вид, что Лине стало немного жаль его, но решение было принято окончательно и бесповоротно.

«Единожды предав — предаст не раз, единожды солгав — солжет и дважды, хоть ложь не выставляют напоказ, но избежать ее не сможет каждый…»

Странно, что в такой момент ей пришли на ум эти стихи. Простить она не могла, поэтому с болью отпустила его из своего сердца и из своей жизни.

«К боли мне не привыкать», — думала Лина, глотая слезы и готовясь к бессонной ночи, но усталость взяла вверх и она уснула. Во сне ей снова снился Лачо, его белозубая улыбка и шестиструнная гитара…

Глава 3. Мать и дочь

Тик-так, тик-так. Часы работали исправно и служили своей хозяйке верой и правдой уже много лет. Лина поставила будильник на семь часов утра и легла в постель. «Еще один день прожит», — подумалось с грустью. Порой бессонными ночами, ворочаясь в своей постели, она представляла себя всадницей, оседлавшей диких и необузданных коней. Ей невероятно трудно с ними сладить, и они несут ее во всю прыть в неизвестном направлении. Мимо бесконечной чередой пролетают волнующие события. Иногда даже не успеваешь ими насладиться. Не хватает времени. «Время, время, помоги придержать коней».

Бросив нежный взгляд на спящую дочь, она удовлетворенно вздохнула. Ее девочка уже совсем взрослая. Она выросла и стала ее полной противоположностью, далекой от всего того, что интересует шестнадцатилетних подростков.

К удивлению Лины, Лола рано заинтересовалась религией, часто посещала храм и каждый вечер молилась перед маленькой иконкой смоленской Богоматери. Лина была крещена в детстве, но набожностью не отличалась, поэтому недоумевала, откуда у ее дочери появилась такая тяга к вере в Бога.

А все началось несколько лет назад. Лола проснулась среди ночи и разбудила мать, попросившись к ней в постель. Девочка поделилась с обеспокоенной матерью своим странным не то сном, не то явью. К ней подошла молодая женщина в красном длинном одеянии и, взяв Лолу за руку, повела с собой. Она показала ей неподвластный описанию мир, ослепительных ангелов, которые улыбались ей, посылая свою любовь, и еще много такого, о чем Лоле не хотелось говорить. Когда же они вернулись назад, девочкой овладела огромная грусть и чувство невосполнимой потери. Перед тем, как уйти, женщина шепнула ей, что они обязательно еще встретятся.

Встревоженная Лина приласкала дочку и после того, как та уснула, долго размышляла об услышанном. Лола часто приводила ее в замешательство своими предостережениями и предсказаниями, которые всегда оказывались пророческими.

«Теперь еще и странные сновидения добавились», — подумала она.

Однажды, проходя мимо кирпичного здания храма Смоленской иконы Божией Матери, Лина заметила знакомую фигурку и решила проверить, не обозналась ли она. Едва переступив порог храма, сразу заметила Лолу, стоящую перед иконой Богородицы. Мать тихо ушла, незамеченная дочерью…

Лина выключила свет, перевернулась на правый бок и закрыла глаза, тщетно пытаясь уснуть. Но в последние годы бессонница частенько изводила ее. Зато в такие ночи оживала память и вопреки ее желанию, подобно светлячкам, озаряла самые тяжелые моменты жизни…

С того дня, как она написала заявление по собственному желанию и ушла с мебельной фабрики, прошло больше десяти лет. Лина изредка вспоминала Алексея и те надежды, которые были связаны с ним, но которым так и не суждено было сбыться. Он не раз пытался сгладить свою вину перед ней, однако она была непреклонна. В конце концов он смирился, а еще спустя полгода уехал в Москву.

За эти годы Лина поменяла несколько рабочих мест, пока пару лет назад не устроилась менеджером по продажам на пивоварню, расположившуюся на территории бывшего овощехранилища. Здесь варили крафтовое пиво, родиной которого была Америка. В последние годы оно стало очень популярным и в нашей стране. Ведь в России тоже хватает энтузиастов — может, романтиков, а может, просто любителей хорошего пива с большими амбициями и горячим желанием доказать, что и мы не лыком шиты.

Лине пришлось по душе творчество и вдохновение, с которыми небольшой коллектив подходил к приготовлению, казалось бы, банального пива. Она не была большой любительницей этого напитка, но в крафт влюбилась безоговорочно — его вкус отличался своим насыщенным ароматом и необыкновенной плотностью…

Лина не заметила, как уснула, и уже во сне проводила экскурсию на пивоварне, с упоением раскрывая посетителям секреты пивоварения…

Утро разбудило шумом дождя за окном и раскатами грома. Лола в ночной сорочке стояла у окна и смотрела на затянутое тучами небо.

— Доброе утро, мамуля, кажется, дождь зарядил надолго, надо зонтик поискать.

Да уж, зонтик просто необходим, чтоб укрыться от непогоды. Лина засунула ноги в тапочки, подошла к дочке, чтобы чмокнуть ее в щеку, и направилась на кухню. Через пять минут квартира наполнилась ароматом свежеприготовленного кофе. Она достала хлеб, творог, чайную чашку для Лолы и села за стол, чтобы выпить свой утренний кофе.

Пять лет назад после смерти бабы Маши Лина выкупила освободившуюся комнату, сделала неплохой ремонт и разместила в ней гостиную. А полгода назад на них как гром средь ясного неба свалилось известие о гибели Валеры. Подвыпившего афганца сбил поезд, когда тот переходил железнодорожные пути. «Эх, Валера, как же так?», — с болью в сердце думала Лина всякий раз, проходя мимо его закрытой двери. Наследники пока не решили, как быть с комнатой, но Лина понимала, что скоро в ней появится новый хозяин.

Лина уже подходила к зданию, в котором располагался офис, когда проезжающая на большой скорости иномарка облила ее с ног до головы водой из огромной лужи. Пока женщина растерянно осматривала свои промокшие ноги и грязный плащ, машина притормозила у тротуара, и из нее вышел мужчина лет тридцати шести в джинсах и клетчатой рубашке.

— О, sorry, miss, прошу прощения, — сказал виновник ее плачевного вида с сильным иностранным акцентом, — я так виноват, sorry.

Лина еле сдержалась, чтобы не огреть этого ковбоя зонтиком по голове.

— Ездить надо аккуратнее, — процедила она сквозь зубы и пошла дальше.

— Sorry, miss, разрешите подвезти вас, please, — не отступал от нее иноземный лихач.

— Да не нужно меня подвозить, я уже на месте, — Лина все больше раздражалась.

— На месте? Что значит на месте? My god, don’t understand!

— На месте — это значит, что я уже пришла туда, куда шла, — она указала рукой на здание пивоварни и решительно направилась к входным дверям в плохом расположении духа, на ходу отряхивая плащ.

В своем кабинете, включив небольшой конвектор, она сняла мокрые чулки и туфли, оставшись босиком на ворсистом коврике. На сегодня у нее были запланированы встречи с новыми клиентами, а также с иностранными спонсорами. Поэтому утренний инцидент, после которого ее ноги оказалась промокшими до нитки, был совсем некстати.

— Ангелина Васильевна, ты здесь? — дверь распахнулась, и босая Лина очутилась лицом к лицу с двумя мужчинами, один из которых был ее руководителем, а другой — виновником ее дурного настроения.

Алексей Николаевич какое-то время удивленно смотрел на голые ноги своего менеджера, потом извинился и попросил ее зайти к нему, когда она будет обута. Мужчина в клетчатой рубашке выглядел не менее удивленным и растерянным. Лина уже второй раз за это утро чувствовала себя униженной.

Она достала из сумки щетку, расчесала свои длинные рыжие кудри и энергичным движением тряхнула головой, отчего волосы волнами рассыпались по плечам. Чулки все еще были сырыми, поэтому она надела туфли на босу ногу и вышла из кабинета…

Райан Говард познакомился с ребятами из России позапрошлым летом, когда те приезжали в Хьюстон перенимать опыт. Сам Райан начинал с того, что шесть лет назад превратил свой гараж в производственное помещение. Поначалу варил классические и европейские сорта. Позже, осмелев, попробовал экспериментировать. Качество повышалось, а вместе с ним и спрос на его пиво.

Теперь Райан состоял в Американской ассоциации пивоваров и четко соблюдал все их критерии, а именно: независимость, традиционность и маленькие размеры производства. Своими знаниями он и поделился с молодыми и начинающими любителями крафта, с которыми успел близко познакомиться и подружиться. Молодой американец следил за их успехами, а позже созрел и для спонсорства.

Несколько дней назад Райан прилетел из Техаса. В аэропорту его встретили друзья-коллеги, помогли ему устроиться в московской гостинице «Садовое кольцо» и взять напрокат машину.

Москва его очаровала, он много ходил пешком, пытался применить свои скудные знания русского языка на практике, ему нравилась архитектура, памятники. Он был удивлен чистотой улиц, а метро шутливо называл подземным городом-музеем.

Сегодня день не задался с самого утра. Сначала он порезался, когда брился, потом долго искал ключи от машины, стоя под проливным дождем, и под конец, проезжая на скорости по лужам, окатил водой незнакомую прохожую. Райан подумал, что спешка не приводит к добру, и после того, как рыжеволосая незнакомка не приняла его помощь и предложение подвезти, расстроенный, долго искал свободное парковочное место…

Увидев в кабинете менеджера знакомые глаза и рыжие волосы, Райан не смог произнести ни слова. Позднее Алексей показывал ему свое производство, рассказывал о том, как тяжело пришлось его налаживать, а Райан все время украдкой поглядывал на Лину…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 228
печатная A5
от 524