электронная
72
печатная A5
353
12+
Дружба с жизнью: основные направления

Бесплатный фрагмент - Дружба с жизнью: основные направления

Письма из внутренних путешествий. Книга первая

Объем:
174 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-2800-8
электронная
от 72
печатная A5
от 353

На обложке картина Валерия Каптерева:

«Крым. Дерево в приморских скалах».


Автор выражает благодарность всем, кто принял и примет участие в обсуждении материалов этой книги.


Отзывы и замечания просьба присылать по адресу:

krotovv@gmail.com

Путешествие первое. Начало

Письмо о задумчивых приключениях

Что это такое — внутренние путешествия, задумчивые приключения?.. Сразу признаюсь: это то, к чему я давным-давно пристрастился, что устойчиво вошло в мой образ жизни. А теперь вот, посылая тебе, друг мой, письма с пути, хочу показать, как это удивительно интересно. Впрочем, если тебе известно об этом по своему опыту, — что ж, обращай внимание на мои свидетельства, а не на мои призывы размышлять.

Внутренние путешествия — это не просто обход своих владений во внутреннем мире. Они полны приключений, не уступающих крутому экстриму, кинематографическому экшену, закрученному детективу или охоте за кладами на необитаемых островах. Эти задумчивые приключения, на мой взгляд, даже превосходят все подобные удовольствия.

Существует ли во внутреннем или во вешнем мире что-нибудь столь же увлекательное, как задумчивые приключения? По-моему, нет! Хотя что-то может успешно отвлекать от этого замечательного занятия, и тогда у человека просто нет возможности сравнить внешнее с внутренним и отдать пальму первенства этому делу, неброскому по наружному виду, но полному неожиданнейших разворотов. Делу, от которого зависит всё понимание смысла собственной жизни.

Задумчивые — не значит медлительные или нерешительные. Скорость мысли не ограничена даже скоростью света, а без решимости вряд ли вообще отправишься в настоящее внутреннее путешествие, к настоящим внутренним приключениям.


Как же мне заманить тебя, друг мой читатель, в эти удивительные внутренние путешествия?.. Как соблазнить окунуться в замысловатые приключения?.. Не только потому что это интереснее всего на свете, но и потому что без этого трудно жить на полную катушку.

Задумчивые приключения столь же увлекательны, как приключения живописца на холсте будущей картины, как приключения музыканта в феерических зарослях переплетающихся звуков, как приключения любого творческого человека в том мире постижения и созидания, где он оказался. Но побывать в мире размышлений необходимо любому человеку — чтобы сориентироваться в себе самом, чтобы увидеть осмысленность жизни и своё место в ней, чтобы становиться собой как можно лучше. Не дожидайся, пока психотерапевт или невролог предпишет тебе процедуру внутренних путешествий с задумчивыми приключениями. Назначь её себе сам.

Карта внутренних путешествий — если удалось бы её составить — оказалась бы одновременно и картой сокровищ. Причём не спрятанных, а найденных. Такова особенность этой воображаемой карты: каждый, кто решит ею воспользоваться, чтобы пройти своим маршрутом, найдёт там свои сокровища. Потому что в этих загадочных местах они не переводятся.


Если даже говорить о путешествиях по белу свету, то когда мы путешествуем не физически, а погружаясь в повествование человека, прошедшего свой путь по внешнему миру и рассказавшего об этом, мы вместе с ним совершаем и своё путешествие, позволяющее видеть мир и делать для себя важные открытия. Тем более это верно, когда речь о путешествиях мысли: хотя автор путешествует в своём внутреннем мире, читатель всегда видит свой собственный.

Чем хороши внутренние путешествия, ведущие к внутренним приключениям, — это тем, что эти приключения, как бывает во всяком увлекательном романе, могут изменить всю твою жизнь. Не так скоропалительно, как сундук с золотом, но зато гораздо содержательнее и насыщеннее. Ведь всякое осознанное внутреннее путешествие выводит наружу — к миру, преображённому самим этим путешествием.

Вообще говоря, у каждого из нас мыслей предостаточно. Если бы записать всё, что мелькает в голове, на какой-нибудь мыслефон, а потом представить в виде текста, за полчаса набралось бы повествование на изрядный том. Но кто бы стал читать эту несвязную путаницу «потока сознания», перескакивающую с одного на другое помногу раз на странице?.. Да, таким образом приключенческий роман не сочинить. Но если научиться хоть немного использовать энергию хоровода мыслей для целенаправленного обдумывания, для продвижения в некотором намеченном направлении — тут и начнутся наши внутренние путешествия.

Не хочу подхалимничать, друг мой, но раз ты читаешь эти строки, то, скорее всего, тебе уже знаком — в той или иной степени — вкус этого особого вида странствий, и потому я рад составить тебе компанию. Рад показать тебе фантастически реальные пейзажи, которые можно встретить на этих путях, вовлечь в приключения, из которых ты вынесешь что-то своё, не похожее на моё, как не похожи и мы с тобой друг на друга.

Моя цель не столько поведать тебе о своих приключениях, сколько вовлечь тебя в твои собственные. И пусть они будут ещё увлекательнее моих, меня это только порадует. Не стал бы я живописать собственные пройденные маршруты, чтобы похваляться ими, выказывая свою многоопытность (всегда недостаточную, на самом деле). Зачем тебе это? Зачем это мне самому?.. Но с самого начала собственных внутренних путешествий и до теперешнего времени я обязан водительству стольких замечательных проводников, что было бы бессовестно не попробовать самому послужить в этом качестве, — вдруг кому-то смогу пригодиться. И если этот «кто-то» — ты, давай попробуем.

Вполне может случиться и так, друг мой, что читая эти «Письма», ты обнаружишь: внутренние путешествия тебе давно известны, ты испытал немало приключений и, может быть, стал искушённее и опытнее меня. Но что-то мне подсказывает — это станет поводом не бросить чтение, а углубиться в него. Всегда интересно, как другой человек побывал в тех же местах и что он заметил там своим взглядом — иным, нежели твой собственный. Мне посчастливилось познакомиться со многими путевыми записями других путешественников, и никогда они меня не разочаровывали, если были честными и внимательными.


Девиз этих путешествий — «Дружба с жизнью» — говорит о стремлении ответить самому себе на единственный вопрос: как достичь наибольшей гармонии в своём внутреннем мире и в отношениях с внешним миром?.. И на множество тех вопросов, которые этот вопрос порождает.

Итак, нас ждут не просто обзорные экскурсии по внутреннему миру, а настоящие путешествия с приключениями. Разве не чудесное приключение — попасть туда, где нет гнетущей и мучительной старости, а есть мудрая старшесть, ведущая человека вверх по возрасту к Тайне, в которую ему предстоит перейти?.. Или заняться сбором… не грибов, плодов, ягод, а собственных свойств, собиранием личности из того, чем ты обладаешь как индивидуальность?.. Или получить в подарок целый мир, и даже два, от щедрой метафоры парных миров?.. Или обнаружить вокруг себя удивительных мнимых существ, хорошо знакомых и вместе с тем неожиданных, — и поучиться их укрощать?.. Или… Многие, многие приключения у нас впереди…

Письмо о дорожном снаряжении

Раз уж я зову тебя в путешествие, друг мой, выскажу некоторые соображения о том, как можно снарядиться в дорогу. Начну с того, что всё необходимое для внутренних путешествий нам дано от рождения. Надо лишь знать и не забывать о том, чем именно располагаешь, чтобы порыться и найти нужное. Но это размышление общего характера. О некоторых конкретных вещах скажу особо.

Описывая снаряжение, полезное во внутренних путешествиях, я могу говорить только о том, что беру с собой сам, но это касается нас обоих. Ведь на какое-то время у нас общий путь. Поэтому мне представляется важным заранее предупредить о том, с чем мы отправляемся странствовать. Ведь некоторыми представлениями, которые позже будут описаны более подробно, я буду пользоваться, не дожидаясь этого «позже».

Философы научного типа называют предметы своего снаряжения предпосылками и постулатами, системами и методами. Но это не всегда подходит для свободного путешественника по внутреннему миру. Наверное, наше главное снаряжение — разум и внимание. Но как опираться на разум и куда направлять внимание?.. Постараюсь описать то, что для меня здесь стало самым необходимым.


Ориентирование. Одна из базовых потребностей человека — стремление к поиску нужных ориентиров и согласованию их друг с другом. Разумеется, речь идёт об ориентировании не просто в чём угодно, а в главных для человека переживаниях и представлениях.


Рациональность. Эту сторону мышления можно назвать рационально-логической или выстраивающей. Она наиболее традиционна и привычна для нашего времени. Сам я тоже всячески ей привержен, хотя к её преобладанию отношусь настороженно. Поэтому тут же перехожу ко второй стороне.


Улавливание. Другая сторона мышления, интуитивно-образная (именно её можно назвать улавливающей), не менее значительна, но реже признаётся полноправной частью разума. Стараюсь пользоваться ею не менее активно, чем выстраивающей стороной, хотя и не всегда получается.


Уважение к Тайне. Чуткое отношение к той части жизни, которая лежит за пределами знаний — твоих собственных и накопленных человечеством. Расположенность к улавливанию тех постижений, которые недоступны рациональному мышлению. То и другое необходимо для внутренних путешествий.


Усвоение. Единственный способ что-то в жизни постичь по-настоящему — это личное усвоение. Принятие понятого в свою душу, органическое включение в круг своего мировосприятия. Это единственная возможность вернуться из внутреннего путешествия с найденными в нём сокровищами.


Не буду уверять, что термины, которые здесь использованы, идеальны и достойны всеобщего применения. Это лишь средства, которые помогают на внутренних путях и с помощью которых я сейчас стараюсь передать усвоенное. Обладая ироничным характером, я с удовольствием мог бы поёрничать над любым из этих терминов, над его недостатками и условностями. Но кому нужно это разрушительное веселье?.. Не мне и, надеюсь, не тебе.

Впрочем, снаряжение для внутренних путешествий нуждается в регулярном осмотре, в проверке и проветривании. Мы не раз займёмся этим по ходу наших внутренних странствий. Тем более что внимание к такому снаряжению порою тесно переплетается с самими впечатлениями от путей, по которым мы пойдём.


В приведённом перечне нет ещё двух важных элементов снаряжения, один из которых имеет общее назначение, а второй играет ключевую роль именно для этой нашей серии путешествий.

Первое можно назвать путевым дневником. Или проще — записыванием. Без этого мы вообще не встретились бы с тобой на этих страницах, чтобы отправиться в путешествие вместе. Действительно, наблюдатель, не записывающий свои наблюдения, похож на дровосека, возвращающегося из леса без дров. Похож на земледельца, не собирающего выращенный урожай. Похож на фотографа, не озаботившегося взять с собой фотоаппарат.


Записывание. Записывать важно, прежде всего, для того, чтобы не забыть, — и чем больше у тебя впечатлений, наслаивающихся друг на друга, тем это важнее. Но не менее существенно и письмо-послание, позволяющее свидетельствовать другим о найденном, делиться с ними тем, что пережил и обдумал.


Образ дружбы с жизнью. Это опорный ориентир, который послужит нам своего рода навигационным прибором. С его помощью мы будем стараться пройти через очевидное, освоиться в непривычном и, может быть, даже приблизиться к тому, что изначально казалось несуществующим.


Что ж, вот мы и осмотрели содержимое рюкзака — чтобы знать, что у нас под рукой на первое время.

Письмо о свободном мышлении

Снова и снова хочу предупредить, друг мой: то, что ты читаешь, — это мои письма тебе из разных уголков внутреннего мира, а не трактат, обращённый ко всему человечеству. Сам способ изложения этих размышлений тесно связан с некоторыми особенностями подхода к ним. Это будет проясняться постепенно, от письма к письму, — насколько хватит у меня времени привести их в читаемый вид, а у тебя желания их читать.


Итак, что же такое свободное мышление? Не стоит отождествлять его с тем, что называют вольнодумством, свободомыслием, а иногда диссидентством. Менять одни клише на другие — это ещё не свобода. Свобода мышления — это возможность искать такие основы внутреннего мира, которые важны тебе самому, и те реалии внешнего мира, в которых можешь сам в какой-то мере удостовериться.

Можно свободное мышление называть открытым, как в английском языке: «open mind». Но открытость ума — это готовность принять, а свободное мышление — готовность летать. Готовность использовать всё открывающееся тебе пространство мысли. И, конечно, готовность овладевать всеми возможными навыками летания. Да, это стремление летать в свою полную силу на своих крыльях.

Если свободомыслием называть независимость от догм, то свободное мышление — это нечто иное. Оно не сражается с догмами, не стремится к независимости во что бы то ни стало. Оно старается и догму, и её ниспровержение примерить к себе самому, попробовать на вкус и на достоверность.

Говорю о свободном мышлении не для того, чтобы похвастаться: мол, какое оно у меня, автора, свободное. У каждого есть свои ограничения и свои пределы, меряться ими было бы нелепо. Суть в том, чтобы стараться преодолевать то или иное из свойственных тебе ограничений. Мышление не может быть полностью свободным, но может стать постоянно освобождающимся.

Мышление свободно быть системным или внесистемным. Но, создавая и укрепляя систему, оно само ограничивает свою дальнейшую свободу. Как бы строит себе клетку — хотя, может быть, просторную и светлую. Ничего трагического в этом нет: внутри каждой клетки есть своя свобода. И всё-таки по отношению к системному мышлению необходима настороженность. Я не пытаюсь этим принизить значение философии, науки или рационального мышления. Просто хочется, чтобы элементы нашего восприятия жизни были приведены в гармонию, сбалансированы и обладали хорошими полётными качествами.


Не опасайся, дорогой читатель, что я обрушу на тебя некое философское учение собственного изготовления. Не опасайся, что услышишь очередное «Хочешь узнать, как? Спроси у меня!».

Мы просто пройдёмся по частной коллекции представлений о мире — пёстрых и порою противоречивых, сложившихся не в систему, а в некую структуру, некий индивидуальный узор. Этот узор у каждого свой, и никаких поучений тут не будет. Я всего лишь расскажу, как это выглядит у меня, нисколько не покушаясь на твой собственный узор. Хочется изложить не своё учение, а своё представление о том, чему научила меня жизнь и многие из тех, кто учился у неё и делился своими представлениями. Хотя бы из благодарности к ним — должен поделиться и я. Только уже не с ними, а с тобой.

Уверяю тебя, друг мой, — ты единственный, для кого я пишу. Кто бы ты ни был, мне важно одно: ты сейчас меня читаешь. Для тебя я стараюсь сделать написанное удобочитаемым и достаточно внятным. С тобой стараюсь поделиться обдуманным и освоенным — чтобы ты мог примерить это к своим представлениям о жизни и взять что нужно.

Надеюсь, тебе не помешает моё «ты». Иногда оно относится не к тебе, а к себе самому. А иногда превращается в «мы» или даже в «он», но это лишь форма разнообразить изложение. Ведь речь идёт о собственном внутреннем мире, как бы себя при этом ни называть. И всякий мой иронично-критический прищур может быть только самоироничным и самокритичным.

А вот «друг мой» относится именно к тебе, моему читателю, которому я пишу письма о своих впечатлениях. Ведь эти письма протягивают между нами особую ниточку, устанавливают особые отношения. Пусть на этих страницах встретятся наши с тобой два свободных мышления. Для меня это увлекательное событие, потому что и представить себе не могу, на что в прочитанном ты обратишь особое внимание и как это в тебе отзовётся.

И пусть свободное мышление каждого из нас будет раскрепощённым, но не развязным. Вольным, но не своевольным — то есть следующим смыслу, а не прихоти. Пусть будет летучим, но не улетучивающимся. Мыслящим, но не замысловатым. Внимательным, но умеющим и менять направленность внимания. Сосредоточенным, но не прожигающим. Доброжелательным, но не всеядным…

Ладно, хватит. Пора двигаться дальше.

Путешествие второе. Дружба с жизнью
и три великих уважения

Друг, который вокруг

Письмо о дружбе с жизнью

Хочется, друг мой, сразу сказать тебе о главном, с чем мы встретимся в этом путешествии:

Лучше дружить с жизнью, чем враждовать. И этому приходится учиться всю жизнь.


Можно ли дружить с жизнью?.. А можно ли НЕ дружить?


Теперь попробуем подойти к сказанному не спеша. Иначе это может показаться ничего не значащей банальностью, блажью греющегося на солнышке пенсионера, мурлыканьем кота Леопольда: «Ребята, давайте жить дружно!».

На самом деле за этим скрыто много значительного, и самое интересное только начинается. Так что присмотримся внимательнее.

Что это такое — дружба с жизнью? Метафора, образ, который нельзя доказать: метафоры и образы для этого не годятся. Но этот образ может послужить для тебя входом в твою собственную пещеру сокровищ, как послужил мне для входа в мою.

Впрочем, можно посомневаться. Дружишь всё-таки с человеком, а как можно дружить с жизнью?.. Это мы сейчас обсудим, но стоит спросить себя и по-другому: а как можно НЕ дружить с жизнью?..

Персонифицируя жизнь в этой метафоре, представляя её кем-то вроде человека, мы стараемся перевести на язык человеческого восприятия те развороты судьбы, с которыми встречаемся по ходу самого своего существования. Ведь они далеко не всегда предвидимы и не всегда поддаются восприятию логическому.

Пробуя провести сравнение с человеческой дружбой, мы сразу заметим, что с жизнью дружить гораздо сложнее. Ведь даже отношения с другим человеком, какие бы вы ни были друзья, проходят через взлёты и спады. Чем разнообразнее и неожиданнее человек, тем труднее с ним дружить. Каково же нам понять и принять метафорическую дружбу с жизнью в целом!..

И не точнее ли сказать «дружба к жизни»? Ведь жизнь к тебе и так дружелюбна. Дружба жизни с тобой проявляется в каждой твоей клеточке, без этого ты и жить бы не смог. Жизнь первой протягивает нам руку дружбы — уже тогда, когда мы о своём «я» ещё и понятия не имеем. Так что очередь за нами. За тем, чтобы проявлять своё дружелюбие к ней в любом поступке. Ведь жизнь — это друг, окружающий тебя со всех сторон.

Всплывает и ещё одна известная метафора: «любовь к жизни». Она может показаться более эмоциональной, но не будем забывать, что у слова «любить» много разных значений. Говорить «Я люблю мороженое» для нас столь же естественно, как напевать «Я люблю тебя, жизнь». Но «люблю жизнь» говорит лишь о том, как мы дорожим своим индивидуальным земным существованием. Представление о дружбе с жизнью гораздо шире и глубже, это осознание вечного и вселенского характера бытия. Ведь получать удовольствие от того, что живёшь, далеко не так интересно, как обретать радость от развития сотрудничества и гармонии с тем, что наполняет смыслом и земную жизнь, и то, что выходит за пределы всего знакомого и привычного.


Несчастья — это болезненная процедура постижения.


Разве всё в нашей судьбе складывается всегда радужно? Разве нет бед и несчастий, болезней и страданий, зла и горя?.. Есть, и ещё сколько!.. Порою кажется, что выше всякой меры. Но знаем ли мы эту меру? Понимаем ли глубинные смысловые связи событий друг с другом? И к чему приведёт нас усердное стремление к постижению этих связей, а также к увязыванию своих представлений друг с другом — может быть, к чему-то особенно важному?..

Когда переживаешь за жестокости и несправедливости окружающей нас жизни, они могут казаться бессмысленными. Когда затронуты твои близкие, ты сам, это ощущается ещё острее. Как можно при этом говорить о дружбе с жизнью — с жизнью зачастую мучительной, причиняющей очевидное зло?

Чтобы вдуматься в этот непростой вопрос, стоит начать с того, что нам больше знакомо, — с себя самого. Постараться понять не «за что» или «почему», а ДЛЯ ЧЕГО в моей жизни, случились трудные, болезненные, трагические события? Для чего жизнь столкнула меня с этим? В чём тот смысл случившегося, который необходимо мне усвоить?.. И в этих стараниях понять, пусть не сразу, пусть не полностью, заключена суть дружеских отношений с жизнью.

Не стоит думать, что непременно удастся разгадать и понять весь смысл и все взаимосвязи явлений, лежащих в основе происходящего; полнота смысла уходит в область Тайны. Но уловить смысл того, что относится ко мне, что призывает меня иногда к постижению, иногда к изменению, а иногда к преображению, — возможно и необходимо. Это важнейший результат той болезненной процедуры, в которую жизнь меня вовлекла не просто так и не для наказания за что-то, а для развития души.

Что касается понимания тех проблем, которые относятся к другому человеку, к другим людям, к человечеству в целом, — мои возможности к этому зависят от готовности вникнуть в чужие обстоятельства внешней и внутренней жизни, а иногда и самой такой готовности маловато. Важно ещё моё стремление прикоснуться к верхним уровням смысла (о которых ещё не раз зайдёт речь). И уж в любом случае ясно, что понять всё за всех — нереально.


Дружить с жизнью — это гармонизировать её в себе и себя в ней.


Нелепо требовать от человека, к которому расположен, чтобы он дружил с тобой именно так, как ты этого хочешь. Странно требовать этого и от жизни.

Дружить с жизнью не значит пребывать в умилении от всего происходящего вокруг. Иногда это сражение со спарринг-партнёром. Наше дело — научиться борьбе без злобы, с признательностью за каждый поединок. Тем более что этот друг — не только вокруг, но и внутри тебя тоже.

Вряд ли удастся дружить с жизнью, которую считаешь ужасной, невыносимой, кошмарной. Но ключевое слово здесь — «считаешь». Переосмысливая свою жизнь, ставя интересы души выше интересов тела и психики, непременно преображаешь своё отношение к жизни, а значит — саму свою судьбу.

Посмотрим на эту важнейшую проблему немного по-другому: КАК дружить с жизнью, в которой столько зла?..

Именно противоборствуя злу и укрепляя добро, мы выражаем дружеское расположение к жизни. Несчастье — не повод для раздора с жизнью, а путь для лучшего понимания её, даже через боль и горе. Путь для сочувствия другому и для помощи тем, кому в несчастье эта помощь особенно нужна.

Встречаются злодеи, с которыми надо бороться, так же как в лесу встречаются хищники, которые могут напасть. К защите от них необходимо быть готовым. Лишь бы самому не превращаться при этом в злодея и хищника. Оставаться на стороне защиты жизни, а не её истребления.

Дружба с жизнью не означает примирённости со злом. Наоборот, она располагает к усилиям по уменьшению его роли. Прежде всего, в твоём внутреннем мире, а затем во внешнем.

Постепенно всё лучше понимаешь две простые вещи: с жизнью нужно дружить, но такая дружба не может сопровождаться никакой враждой. Если не умеешь молиться за того, кто мог бы быть твоим врагом, научись хотя бы посмеиваться над ним.

Дружба с жизнью — это постоянный поиск внешней и внутренней гармонии, необходимой для полноценного бытия.

Но неужели об этом можно говорить лишь образно и метафорически?

Вовсе нет. Вполне можно и рационально. Тогда эта тема выглядела бы, например, так:

Изучение и обеспечение эффективности гармонизирующих факторов биологического, психического, интеллектуального и социального существования человека как основа оптимального образа жизни.

Но, друг мой, разве это разговор человека с человеком? Разве с помощью таких продуманно-витиеватых формулировок я смогу поделиться радостью, которую дарит незамысловатый образ, ставший предметом моего письма?


Если дружить с жизнью — можно научиться понимать её.


Дружба с жизнью — не рациональный, но действенный критерий отношения к себе и к окружению. А также критерий поведения — но, прежде всего, для себя. Ведь по-настоящему я могу судить только о своём восприятии, о своём дружеском или недружественном отношении к жизни.

Речь не идёт о том, чтобы дружить с чем угодно живым — во что бы то ни стало. Чтобы в равной степени дружески относиться к человеку и к болезнетворному микробу. То, что значительнее для жизни по смыслу её развития, непременно требует большего внимания и заботы.

Даже если покажется, что всё очень просто: дружи с жизнью, да и только, — не стоит этим обольщаться. Снова и снова придётся расшифровывать разные ракурсы этой метафоры, осмысливая каждый из них.

Не стоит, например, принимать благополучие за дружбу с жизнью. Обычно это лишь испытание души на способность преодолеть дремоту. Поддержать дружбу с жизнью на автопилоте невозможно, при этом она превращается в механическую имитацию, утрачивает саму жизненность. Каждый день всё надо начинать заново.

Дружба с жизнью невозможна без внимания к ней, без стремления понять её и те сигналы, которые обращены к тебе. Никто не сможет сказать, как тебе дружить с жизнью. Вот и я могу лишь поделиться тем, что понял для себя.

Вместе с тем о дружбе с жизнью можно сказать и религиозному человеку, и неверующему. Хотя сам я уверен, что жизнь не может быть обезбоженной.

Дружба с жизнью не подменяет собой мировоззрение. Человек с любым мировоззрением нуждается в дружбе с жизнью и страдает от конфликтов с ней.

Веришь в Создателя? Дружи с жизнью, которую Он создал и подарил тебе.

Чтишь Дао? Дружи с жизнью, которая им пронизана.

Ты атеист? Дружи с жизнью, которой наполнена природа — твоя и всего окружающего.

Доверяешь только себе? Дружи с жизнью, которая в тебе сосредоточена и помогает понять всё, что связано с нею.

Не заморачиваешься размышлениями? Дружи с жизнью, которая готова общаться с тобой и многими другими способами, помимо размышлений…


Дружба с жизнью многогранна, и каждая грань важна.


Если на минутку отвлечься и попробовать определить, что же такое жизнь, о дружбе с которой идёт речь, не прибегая к метафорически человеческому её облику, то можно сказать: жизнь — это развивающееся бытие, это способность к взаимодействию внутреннего смысла с внешним. А чуть менее серьёзно: жизнь — это возможность быть существом, а не веществом.

Возвращаясь к дружбе с жизнью, стоит упомянуть о нескольких существенных её свойствах, дав и для этого представления несколько определений, высвечивающих его с разных сторон.

Итак, дружба с жизнью:

— это стремление становиться собой в гармонии с теми живыми существами, которые тебя окружают.

— это внимание к жизни, к её знакам и намёкам, стремление понять их.

— это готовность вести диалог с ней на тех языках, которые она предлагает.

— это постоянное ориентирования в обстоятельствах и ситуациях, которые ею созданы жизнью или могут ожидать тебя впереди.

— это сотрудничество со своей судьбой и старание понимать происходящее как можно глубже.

— это желание наилучшим образом владеть своим разумом и руководствоваться им, осмысливая всё, с чем имеешь дело.

— это уважение к Тайне, её наполняющей, и открытость верхним уровням смысла.

— это метафора, смысловое наполнение которой проясняется по мере углубления в неё для практического воплощения.

Может быть, даже само человеческое счастье можно определить как дружбу с жизнью и взаимопонимание с ней.


Легко ли дружить с жизнью?


Легко — на интуитивно-поверхностном уровне. Чем осознаннее это происходит, тем больше усилий нужно для углубления в смысл этой метафоры.

Вот три главных ракурса, которые открываются при дальнейшем её осмыслении:

Во-первых, какая может быть дружба без внимания к тому, с кем дружишь, без общения с ним!.. Поэтому внимание к жизни, если хочешь дружить с ней, стоит сделать главной заботой. И тогда у тебя с жизнью завяжется удивительный и плодотворный диалог.

Вторая сторона дружбы с жизнью, естественная для человека, — это опора на разум, позволяющая вести разговор с жизнью, общаться с ней, понимать её языки, которые чаще всего отличается от словесного языка. Опора на рациональное, логическое, выстраивающее мышление и, в не меньшей степени, — на мышление интуитивное, образное, улавливающее.

Третье необходимое начало — это уважение к тому, что я не знаю о друге, будь это человек или жизнь в целом. Уважение к Тайне, которая всегда намного шире того, что мне известно, необходимо для приятия друга или жизни такими, какие они есть, а не такими, какими их себе представляешь.

Так что можно говорить о трёх ключевых подходах к дружбе с жизнью. Это внимание и общение с ней, это опора на разум, это уважение к Тайне.


Друг мой, пора прощаться. Будь здоров!.. Нет. Будь дружен с жизнью. Здоровье воспоследует.

Как будут, наверное, говорить в серии фильмов «Звёздные примирения»: Да пребудешь ты в дружбе с жизнью!

А пока просто пожелаю нам всем дружить с жизнью, а не претерпевать её.

Письмо о трёх великих уважениях

Друг мой, в письме о дружбе с жизнью я писал о трёх ключевых подходах к этому образному представлению о смысле человеческого существования. Можно назвать эти подходы тремя великими уважениями. Они во многом уточняют метафору дружбы с жизнью, о которой шёл разговор.

Речь о понимании своей вплетённости во вселенскую жизнь. О доброжелательности к тому узору обстоятельств, закономерностей и особенностей, в который включён каждый из нас. Чем лучше развито наше разумное начало, тем больше у нас оснований для дружественного расположения к этому общему узору. Не всегда, к сожалению, мы его ощущаем в достаточной степени. Кому-то иногда случается впасть в пессимизм или даже в отчаяние, и тогда речь идёт вовсе не о доброжелательности, а о безнадёжности или озлобленном состоянии души.

И если у тебя сейчас такое негативное состояние, это письмо вряд ли окажется чем-то полезным. Скорее вызовет раздражение. Лучше отложи его — вообще или до подходящего случая, когда будешь спокойнее и захочешь присмотреться к реальному положению дел.


Вот они, три великих уважения, на которые опирается дружба с жизнью:

— Уважение к жизни.

— Уважение к разуму.

— Уважение к Тайне.

Можно было бы даже сказать: благоговейное внимание к жизни, к разуму и к Тайне. Но не хочется излишней патетики.

Итак, три опоры для дружбы с жизнью: опора на общение с ней, опора на возможности разума, опора на то, чем нас может одарить Тайна. Три русла постижения: Жизнь, Смысл, Тайна. Каждое из них задаёт своё особое измерение нашего существования, нашего бытия.


О каждом из трёх великих уважений можно написать книгу. Но хотя бы письмо о каждом из них обязательно напишу. И сейчас уже потороплюсь дать первые намётки: что будет в этих письмах.


В письме о внимании к жизни и общении с ней хочется сказать о том, что для понимания метафоры дружбы с жизнью важны два ключевых подхода.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 353