электронная
72
печатная A5
645
18+
Дорога дракона

Бесплатный фрагмент - Дорога дракона

Объем:
632 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-2360-5
электронная
от 72
печатная A5
от 645

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Расследование началось

По дороге домой Женька с Максиком не сказали друг другу ни слова, и только когда переступили порог остывшей и как будто чужой хижины, младший произнёс:

— Надо придумать, как вернуть Вовку.

— Для начала надо узнать, кто его похитил.

— Это были боги!

— Богов много.

— Значит, надо спросить у Шу. Она же вращается в их кругах, может всё разведать.

Женька боялся звонить Шу. Ему казалось, что известие об исчезновении Вовки каким-то образом навредит королеве.

— Звони быстрее! — Максик хлопнул его по плечу. — Пока след не остыл, надо начинать поиски.

— Затопи пока печь: приготовлю тебе что-нибудь на обед, — буркнул Женька и вышел на улицу.

Какими словами описать то, что произошло на дороге, он не представлял. Он крутил телефон в руке, потом понял, что подобрать нужные слова всё равно не сможет, и набрал номер королевы.

— Слушаю! — сухо ответила она.

— Это Женя. Можешь говорить?

— Говори.

— Понимаешь… тут кое-что случилось, — он запнулся. Каждое слово давалось ему с невероятным трудом, будто приходилось преодолевать толщу воздуха, чтобы добросить его до собеседницы. — Вовка… в общем… он… его взяли в плен.

Шу выдержала паузу, словно переводила эти слова на другой язык, а потом всё так же сухо спросила:

— Кто?

Женька понял, что рядом с ней посторонние уши и она не может спросить напрямую, а потому рассказал ей, как было дело. Она выслушала молча, только дыхание у неё участилось.

— Они нас выследили, — резюмировал Тартанов. — Нападение было внезапным: брат едва успел высадить нас. Наверное, их привлёк твой магнит.

— Это исключено! — отрезала Шу.

— Тогда как они могли нас вычислить? Видно же было, что они готовились к похищению: взяли с собой ошейник и наручники.

— Минуту… — в трубке зашуршало, и Женька терпеливо ждал, пока королева возобновит разговор.

Найдя укромный уголок, где её не могли подслушать, Шу снова заговорила:

— Вас могли вычислить, если вас кто-то продал.

— Кто? У нас не так много знакомых… Да и Вовка каждый раз меняет маршрут.

— Это могла быть неприметная вещь, которую подложили вам в одежду или в машину. Боги шли не за драконами, а за этим знаком. Найдёте этот жучок — найдёте предателя. Найдёте предателя — найдёте похитителей.

— А ты можешь нам помочь?

— Жень, боюсь, что только я и смогу помочь. Я поспрашиваю у своих. Посмотрим, что удастся выведать. А вы никому не говорите о своём расследовании. Предателем может быть кто угодно.

— Даже ты? — не удержался Женька.

— Даже я, — согласилась Шу. — Я перезвоню, как что-нибудь узнаю.

Она повесила трубку, и у Тартанова остался неприятный осадок, будто он своим подозрением оскорбил королеву. Женька вернулся в дом. Максик возился с печью.

— Что она сказала? — спросил он, не оборачиваясь.

— Сказала, что нас кто-то сдал богам.

— Кто? — Максик выпрямился и напряжённо уставился на брата. — Мы общались только с ней и Горынычем.

— И ещё со Сказочником, — напомнил тот.

— Но Шу нам дала эту волшебную железку, которая скрывает от лиг!

— Они шли не за машиной. Ориентиром была какая-то вещь, которую нам подбросили.

— Что за вещь?

— Откуда я знаю? Это либо что-то мелкое, что трудно обнаружить, либо что-то обыденное, на которое и не подумаешь. Кто-нибудь тебе давал нечто подобное?

— Беша подарил свой меч.

Женька вздохнул, вспомнив, что ему близнец тоже отдал горсть патронов. Этот сплав мог, наверное, выступить в роли маяка.

— Что будем делать? — Максик испытующе посмотрел на брата.

— Выяснять, кто нас предал. Возможно, это кто-то из близких, но и незнакомцев тоже не следует исключать. Нас могли выследить помощники Пабло и, чтобы мы не скрылись, подбросили нам жучок. Это мог сделать и Сказочник.

— От нас-то ему что надо? — удивился Максик.

— Не знаю, но тебе не кажется странным, что он уже дважды спасал нас?

— В лесу Чернаводы тоже был он?

— Да. И тогда у него не было других встреч, как в Москве. Он следил только за нами.

— Давай составим список подозреваемых, — Максик немного ожил: расследование отвлекло его от тягостных мыслей.

— Надо записать, — Женька принёс из комнаты Вовкин дневник и ручку. — У каждого подозреваемого должен быть мотив.

— Начнём с близких. С Шу.

— Она не могла! — встрепенулся Женька.

— Интересно почему? Вовка ей нравился, и она могла ревновать его.

— Не могла.

— Женщинам свойственно придумывать несуществующих соперниц. Особенно таким честолюбивым, как Шу.

Женька понял, что дальнейший спор вынудит его рассказать о природе истинных отношений драконов, а отступать от линии расследования ему сейчас не хотелось, поэтому он примирительно хмыкнул:

— Ну, хорошо, великий знаток женщин, допустим дело в ревности. Но в такой ситуации логичней уничтожить соперницу, а не возлюбленного.

— Женщины нелогичны.

Старший Тартанов махнул рукой:

— Ладно, запишу, что Шу ревновала Вовку и решила убить, чтобы он не достался никому. Правда, проблема в том, что лиги его не убили, а забрали в плен. Зачем влюблённой женщине сдавать своего парня туда, где она его точно больше не увидит?

— Может, она задумала сделать его королём? — предположил Максик. — Знаешь, есть такой хитрый приёмчик. Шу позволила богам похитить Вовку, чтобы она потом якобы его спасла, сказав, что он — её муж. Ну, то есть король. Тогда и лигам некуда деваться, потому что короли и их семьи неприкосновенны, и Вовку бы она тоже в угол припёрла: женись. Получается, она бы и цели своей достигла, и выглядела бы при этом преданной и отважной женщиной.

Версия Максика была довольно правдоподобной, хоть Женька и отказывался верить в то, что Шу способна на такую подлость. С другой стороны, он плохо её знал. Они виделись всего несколько раз, и Тартанов-старший до сих пор с содроганием вспоминал, как она вонзала свои ногти ему в плечо, лишь бы досадить Вовке.

— Следующий подозреваемый — Горыныч, — произнёс Женька, чтобы отвлечься от неприятных воспоминаний.

— Мне он не нравится, — заявил Максик.

— Хороший мотив. Только он больше пригодится для тебя, если Горыныча найдут с ножом в спине.

— Что мы о нём вообще знаем? Старый дракоид без определённого занятия. Ты знаешь его ипостась?

— Мудрец.

— Мудрец, — с иронией повторил Максик. — Собирает информацию и передаёт её другим. Справочное бюро, блин!

— И учитель.

— Ты так говоришь, потому что он тебе книгу подарил.

— А ты говоришь словами Беши.

— Беша имеет право осуждать Горыныча, потому что тот чуть не прикончил его брата!

— Беша имеет право, а ты — нет. Твоего брата Горыныч спас, помог справиться с пробудившейся сущностью, научил многим полезным вещам. Всем, что Вовка сейчас знает и умеет, он обязан этому дядьке.

Максик недовольно умолк, видимо, злился, что Горыныч ему ничего не подарил.

— Так что? Нет мотива? — Женька постучал ручкой по краю блокнота.

— Нету…

— Значит, идём дальше. Беша и Кот.

— Вовка спас Кота и отомстил за него бону, — тут же бросился защищать близнецов Максик. — У братьев не было причин убирать Вовку.

— Ошибаешься. В отсуствие королевы, если она не передала кому-то свои полномочия, все драконы подчиняются тому, у кого больше голов. Раньше среди беглых главными были близнецы. И пока Вовка был один, они к нему относились хорошо. Но стоило ему обратить нас, как главными автоматически стали мы.

Максик молчал, глядя в пол.

— Я тоже не думаю, что это могли быть Беша и Кот, но мы обязаны проверить все версии.

Младший брат слабо кивнул. Женька знал, что тот расстроился из-за сказанного, но это был единственный вменяемый мотив из выдвинутых ранее. И он делал двуглавого реальным подозреваемым.

— А что Сказочник? — сменил тему Максик.

— Я о нём вообще ничего не знаю, и то, что сообщили Вовка и Горыныч, не добавляет ясности. Скорее, наоборот, — признался Женька. — Я не знаю, что ему нужно от нас, поэтому не могу сказать, был ли у него мотив убирать Вовку. Я не знаю, откуда он взялся, поэтому мне сложно определить, в каких он отношениях с лигами.

— Они отправляли Поло на его поиски, — напомнил Максик.

— Да, но что подтолкнуло богов к этим поискам? Если Сказочник — продукт их научно-магических изысканий, который сбежал, как наша мама, — это одно. Если он родился и существовал независимо от лиг — это другое. А может, он вообще пришелец из иного мира. Ты видел его мощь?!

— Вовка говорил, что он потомок Генце, а значит, никакой не пришелец, — поморщился Максик.

— Это не меняет дела: о нём мы всё равно знаем очень мало. Нам нужно добыть больше информации.

— Что ты предлагаешь?

— Начнём расследование. Поедем к близнецам, по пути заглянем к Горынычу, потом вызовем на разговор Шу. Надо их всех допросить, но так, чтобы они не поняли, что это допрос. И мы не должны им выдавать детали нашего расследования, чтобы тот, кто нас предал, не успел замести следы. Это ясно?

Максик недовольно нахмурился:

— Намекаешь на то, что я трепло?

— Ты не трепло, но случайно можешь ляпнуть лишнее, — Женька положил руку ему на плечо, чтобы успокоить. — Давай договоримся, что будем сами определять, какую информацию можно выдавать подозреваемым, а какую скрывать. И ни слова сверх этого, ладно?

Максик помолчал, потом вздохнул и согласно кивнул.

— Тогда сейчас пообедаем — и в путь. И надо раздобыть машину.

Женька с тоской вспомнил перевёрнутый «Черик». Они бросили его в кювете, словно оставили умирать, и Женька не мог избавиться от чувства, что они с братом предали джип, служивший сначала Вовке, а потом и им всем верой и правдой. Он был домом, ночлегом, защитой. Он перенёс их через Дунай и выдержал путь в несколько тысяч километров, когда они ехали за Максиком. Женька вспомнил, как сладко ему спалось под мерный шум двигателя, как приятно было находить взглядом тёмный силуэт на парковке. Комок подступил к горлу, и Тартанов, чтобы заглушить разыгравшиеся эмоции, направился в подпол за консервами.

Зелёный, красный, золотой

Максик раздобыл чёрный «бумер». Увидев его, Женька на минуту лишился дара речи.

— По-твоему, это и есть неприметная машина? — он постучал по тонированному стеклу. — Гаишники на такие даже не смотрят, да?

— У этой тачки дверь была не заперта. Мне даже взламывать её не пришлось, — оправдывался брат.

Спорить с ним Женьке не хотелось, да и машина идеально подходила для предстоящего марш-броска в пару тысяч километров. Братья загнали «бумер» на глухой пустырь, прикрутили новые номера, а снятые закопали. На выезде из города их, конечно же, остановили гаишники. Женька был так расстроен случившимся с Вовкой, что никак не мог запустить свою магию в полную силу: загипнотизировать гаишника удалось лишь с третьей попытки, а до этого он основательно вымотал братьям нервы.

В соседнем городе Тартановы выследили демона и напали на него среди бела дня. Это было правильным решением, потому что по дороге к Горынычу их останавливали ещё трижды, и каждый раз Женьке приходилось наводить на гаишников то гипноз, то забывчивость, а то и пускать в действие сразу оба заклинания. До места он добрался настолько уставшим, что хотел даже отменить их визит к Горынычу — так ему хотелось спать.

— А где ваш брат? — напряжённо поинтересовался Горыныч, когда открыл братьям дверь.

— Собственно… поэтому мы здесь, — вздохнул Женька.

— Что случилось? — дракон впустил Тартановых в квартиру.

— Вовку взяли в плен. Лиги, — сообщил Максик, снимая куртку.

Лицо Горыныча вытянулось от удивления и испуга.

— В плен? — повторил он, словно не расслышал слова Максика.

Женька вкратце рассказал ему, что произошло, опустив только факт наличия антибожественного магнита. Горыныч слушал, нахмурившись, и беспрестанно теребил щетину.

— Странно… Зачем он понадобился богам?

— Если бы мы знали…

— А что это были за боги?

— Без понятия, — вступил в разговор Максик. — Но у одного из них было странное имя. Ве… Во… Воп… Вепрь!

— Вепрь? — усмехнулся Горыныч. — Неподходящее имя для бога.

— Это ты кладезь информации, вот и скажи, какое подходящее, — огрызнулся Максик.

— С ними была ещё женщина, — вставил Женька.

— Женщина? — обрадовался Горыныч. — Это существенно сужает круг поисков, потому что охотники или ангелы — а на вас напал, скорее всего, кто-то из них — редко берут себе женские тела, — и, поймав недоумённые взгляды, пояснил: — Из-за бюста. Он мешает носить доспехи.

— Мы попросим Шу разузнать, кто из ангелов или охотников вселяется в женские тела, и найдём паскуду, — сквозь зубы бросил Максик.

— Не советую обращаться к Шу, — хмыкнул Горыныч. — Я бы вообще не доверял тому, кто играет на две стороны. Ведь, по сути, королева общается с незаконнорождёнными от скуки. Ей опостылела размеренная жизнь, состоящая из ритуалов и обязательств, и хочется острых ощущений. Вот она и собирает таких, как Володька. Хотя… его я могу понять: она красивая, эффектная, умеет очаровывать и давать ложные надежды. Но для неё это всего лишь игра.

— И много у неё было таких, как Вовка? — спросил Женька как можно равнодушнее.

— Не считал, если честно, — Горыныч поскрёб подбородок. — Она королева, за её благосклонность готовы сражаться десятки драконов.

Братья переглянулись.

— Думаешь, Шу его сдала? — попёр в наступление Женька.

— Вообще, видимых причин у неё на это не было, — согласился Горыныч, — но кто знает, что там у неё происходит с богами! Возможно, они начали что-то подозревать и припёрли её к стенке. Чтобы спасти свою шкуру, Шу сдала Вовку, ведь общение с беглыми приравнивается к измене.

У Женьки всё сжалось в груди: слова Горыныча походили на правду.

— Кому же тогда доверять? — спросил Максик. — Тебе?

— Сами решайте, — пожал плечами Горыныч.

— Честно скажу: мы в тупике и приехали за помощью, — старший Тартанов глянул собеседнику в глаза. — Вовку все любили, и никто не желал ему зла, поэтому мы не знаем, кого подозревать.

— Всех, — отрезал дракон. — Откройте его телефонную книгу и каждого, кто в ней значится, не помешает проверить. Даже самых близких, таких как я, Шу, близнецы…

— Их-то в чём подозревать? — вскинулся Максик. — Беша разве что на руках Вовку не носил, после того как тот спас Кота. Нет, он не мог предать нас…

— А всё ли ты знаешь об этих братьях? — Горыныч прищурился и немного подался вперёд. — Откуда они родом, почему в бегах, почему мало общаются с другими беглецами? Почему Володька просил Шу спасти Кота, а не Беша, если он так дорожил жизнью брата? И почему Шу так долго не соглашалась?

— Она всегда соглашается не сразу, — вставил Женька.

— Да, если речь идёт о ритуале или о сделке. Тут королеве положено брать паузу, но не в тех случаях, когда речь идёт о спасении чьей-то жизни, — Горыныч умолк, наслаждаясь произведённым эффектом, но, поскольку оба гостя молчали, он продолжил: — Если бы вы знали историю этих близнецов — Альберта и Константина, — вы бы поумерили восторг.

— Так расскажи нам! — не выдержал Максик.

— Я расскажу вам, — Горыныч откинулся на спинку кресла, — но прежде спрошу: вы знаете, кто такие зелёные и красные драконы?

Тартановы отрицательно замотали головами.

— Работая над созданием гибрида человека и дракона, боги использовали генную инженерию и магию. К слову, это от них в мир людей просочилась информация о ДНК и хромосомах, породив целое научное течение. Люди бы в жизни до такого не додумались, если бы не получили подсказку. Но я отвлёкся.

Генные инженеры на протяжении нескольких веков искали ключ к единению такого сложного существа, как человек, с таким сильным существом, как дракон. Разные уровни биологического и астрального существования делали эксперимент невозможным, но с помощью магии боги таки нашли способ слить две сущности воедино. Была создана Д-сыворотка, которую вводили любому ребёнку, не имевшему психических и физиологических отклонений. Главное — сделать инъекцию до периода полового созревания, и тогда можно было получить прототип дракона. Эти существа не имели свободной воли, то есть слепо подчинялись приказам, им можно было задавать любое предназначение, слегка меняя состав сыворотки, да и продуктивность у данного метода была высокая: при незначительных затратах из ста подопытных детей три четверти перенимали свойства драконов. Правда, свойства эти были низкоуровневые, нестабильные. К тому же эти существа не могли воспроизводить потомство и имели небольшую продолжительность жизни: до сорока лет не доживала и половина из них, а до пятидесяти — вообще единицы. Боги назвали таких драконов зелёными, недоработанными. Из них получались бесстрашные, но невыносливые воины, преданные, но недолговечные няньки, трудолюбивые, но слабообучаемые кузнецы. В общем, зелёные драконы годились для черновой работы, и их не выпускали надолго в мир людей.

Другое дело — красные драконы. Они появились на полтора столетья позже. Д-сыворотка была доработана и превратилась в КД-сыворотку, которую вводили человеческой самке на первых неделях беременности. Красные драконы, как вы понимаете, были более продвинутыми существами. Они могли приносить потомство как от особи своего вида, так и от человека. Они от рождения имели ипостась, владели магией, могли совершенствовать умения, но при этом обладали свободной волей и нередко выходили из-под контроля. Естественно, пользы от красных драконов было больше, но срок их жизни был подчинён биологическим законам телесной оболочки: они старели и умирали. Правда, старели чуть медленнее, чем люди: физическая немощность постигала красных драконов на девятом десятке лет. К тому же у них было ещё одно уязвимое место: вместе с человеческим телом они унаследовали и человеческие пороки — жадность, зависть, ложь, коварство, ненависть. Эти пороки существенно усложняли процесс управления красными драконами, поэтому боги без устали работали над созданием особей, устойчивых к этим неприятным качествам.

Наконец, способ был найден. С помощью секретных ингредиентов и магии в лабораторных условиях было выведено несколько драконов, получивших прозвище «золотые». Это были существа, на сто процентов владеющие всеми навыками истинных драконов, могущие приносить потомство как от себеподобных, так и от людей, причём в этом случае детёныши так же в полной мере сохраняли все качества своего вида. Золотые драконы были сильны не только физически, но и интеллектуально, а потому, родившись с одним предназначением, могли овладеть навыками другого. Кроме того, их тело подчинялось не биологической программе, а разуму дракона, поэтому жить они могли несколько сотен лет, оставаясь дееспособными на сто процентов. И только два недостатка было у золотых драконов: слишком трудоёмкий способ их создания, при котором ещё и выживали только десять процентов, и наличие свободной воли — да такой, что управлять золотыми драконами оказалось непростой задачей. Обладая силой, магией и незаурядными умственными способностями, они постоянно сбегали и прятались. Держать взаперти такую мощную и дорогую зверюгу было невыгодно, но и отпускать в мир людей, как, например, красных драконов, было опасно. Поэтому боги приостановили проект создания золотых драконов. По официальным данным, их было выращено семеро, но я уверен, что больше раза в два, а то и в три. В настоящий момент все они в бегах.

— Наша мама… она… золотой дракон? — тихо поинтересовался Максик.

— Да, парень, именно так. И она — единственный золотой дракон, которого я встречал, — улыбнулся Горыныч приятным воспоминаниям. — Остальные знакомые мне беглецы — красные. Кого-то на этот путь толкнуло любопытство, желание посмотреть мир, кого-то — обида, а кого-то — ненависть, как было с близнецами, — Горыныч перевёл взгляд с Женьки на Максика, будто хотел убедиться, что они всё ещё его слушают, и возобновил рассказ: — Их отец был королём…

— Подожди! — тут же перебил его Женька. — Короли ведь не размножаются!

— Это был эксперимент. Боги думали, что от короля может родиться ребёнок, который и станет неким переходным существом между красными и золотыми драконами. У жены короля была взята яйцеклетка, которую боги оплодотворили простимулированными живчиками королями. Чтобы подстраховаться, в тело ввели несколько эмбрионов в надежде, что приживётся хотя бы один. Прижилось два, но эксперимент провалился: от короля родились совершенно обычные красные драконята. В детстве они были забавными. Младший, Костя, плохо выговаривал своё имя, поэтому всем представлялся Котей. Альберта отец ласково звал Альбешей…

— Так вот откуда взялось это странное имя — Беша! — просиял от догадки Максик.

Горыныч кашлянул, недовольный тем, что его перебили, и продолжил:

— Поскольку сущность у чистокровных драконов сильна с рождения, то в ритуалах пробуждения они не нуждаются. Единственное, что им необходимо, — это правильное воспитание с детства. Вот и Альберта с Костей боги курировали. Беша был одним из лучших воинов среди своих ровесников. Впрочем, он и сейчас таковым остался, просто тягаться ему не с кем. А тогда…

Тогда времена были неспокойные: то нашествие эллогов, то налёты валькирий, то горгоны активизируются. Драконы-воины были в цене, и гибли они довольно часто. Сия неприятная участь постигла и первого военачальника: он неожиданно для всех стал жертвой грима.

— Кого? — встрепенулся Максик.

— Это существо безвредное, живёт своей жизнью, никого не трогает, но раз примерно в сто лет ему надо менять облик. Что-то вроде процесса взросления, определённого этапа жизни. Когда наступает время этих метаморфоз, гримы выходят на охоту. Они коварны и умны, почти всегда заманивают жертву в ловушку, никогда не повторяясь в способах. Грим напал на военачальника, завязалась битва, в которой дракон начал уступать противнику. И тогда военачальник открыл воронку и втянул в себя душу грима. В самом этом способе нет ничего необычного, драконы часто так делают: если нет возможности одолеть тварь, её можно съесть.

Но в случае с гримом это было большой ошибкой, потому что монстр начал изнутри пожирать дракона, и скоро от того осталась лишь физическая оболочка, которой и завладел грим. Так он завершил свои метаморфозы, а король остался без главнокомандующего.

На его место претендовали трое: первый помощник убитого — не очень умелый воитель, но зато гениальный стратег и организатор. Вы имели удовольствие с ним познакомиться — это Пабло. Вторым претендентом был сорокалетний опытный воин, прошедший множество битв, обладающий не только быстрой реакцией, но и твёрдой рукой. Третьей кандидатурой был королевич Альберт, которому ещё не исполнилось и восемнадцати. Да, он был ловким и сильным, он владел абсолютно всеми видами оружия, но опыта у него было мало, поэтому король отдал должность Пабло. Беша пришёл в ярость. Он не постеснялся при всех выразить своё недовольство решением отца, он обвинил его в трусости и даже пытался отречься от родства — словом, повёл себя, как тщеславный и обиженный подросток. Отец решил проучить наглеца и посадил распоясавшегося сына в Башню под арест.

— В какую башню? Спасскую? Или Останкинскую? — хихикнул Максик.

— В древнюю Башню Смерти, которую построили то ли боги, то ли пришельцы из других миров, — улыбнулся Горыныч. — Она находится не на земле, а под землёй: врезается вглубь на несколько сотен метров. Не каждый может выдержать в этом месте хотя бы неделю, а Бешу отец заточил на полгода. Жестокий поступок, согласен, но ситуация того требовала, иначе короля перестали бы уважать подданные. Однако шельмец сбежал из Башни и отравил отца в надежде занять его место. Правда, очень скоро понял, что за убийство дракона, да ещё и короля, ему грозит смертная казнь. Поэтому он сбежал вместе с братом, который во всём подчинялся старшему. На трон вместо убитого короля взошла молоденькая королева.

— Шу? — уточнил Женька.

— Да, она. И она ввела закон ста дней. Если в течение этого времени преступник, осуждённый на смертную казнь, будет пойман, то приговор приведут в исполнение. Если же убийцу поймают позже, то ему грозит пожизненное заточение в Башне. В первые сто дней близнецов не поймали, как не поймали их и позже. Королева организовала новое расследование убийства своего предшественника, и следствие зашло в тупик: орудия убийства нет, потому что Альберт сбежал с места преступления вместе с ним, а потом избавился от улик. Кроме следов на полу и отпечатков пальцев на теле убитого не нашлось ни одного доказательства присутствия Беши в комнате отца в ночь убийства. Правда, один из охранников короля видел Альберта со шприцем в руке, однако суд посчитал, что это косвенная улика: шприц мог быть наполнен чем угодно. Таким образом, Беша из главного обвиняемого перешёл в разряд подозреваемых, и охота за ним ослабла. Тем не менее если бы королева стала помогать Коту, её бы обвинили в измене.

— Но она всё же помогла, — напомнил Женька.

— Видимо, Володька убедил её, что Кот не должен страдать из-за поступка брата.

Тартановы переглянулись: услышанное потрясло их. Привыкнув считать близнецов хорошими парнями, они с трудом могли поверить, что Беша виновен в смерти отца. С другой стороны, и Женька, и Максик безоговорочно верили Вовке, потому что тот умел разбираться в людях и драконах. И если он спасал Кота и дружил с Бешей, значит, не такими уж отъявленными негодяями они были.

— Как думаешь: Горыныч сказал нам правду про двуглавого? — спросил Максик, когда они шли к «бумеру».

— Не думаю, что он соврал, но чувствую: он рассказал не всё, что знает. В этой истории что-то не вяжется.

— Что, например?

— Например, что Беша убил отца, чтобы занять его место. Их же воспитывали драконами с самого детства, он должен был знать, что только король или королева может занимать трон! И потом: парень, владеющий всеми видами оружия, не будет связываться с ядами. Это, скорее, ипостась… — Женька замолчал от внезапной догадки.

— Колдуна? — закончил его мысль Максик, и они оба в ужасе остановились.

Знак

Максик вертел в руках Вовкин браслет и молчал. Женьке тягостно было ехать в тишине, и он рад был бы начать разговор, но не мог придумать тему. И поэтому злился на брата — такого болтливого в момент, когда хочется тишины, и словно воды в рот набравшего сейчас, когда так важно услышать родной голос.

— Может, радио включим? — озвучил Женька первую мысль, пробившуюся сквозь раздражение и тоску.

— Как думаешь, что они с ним сделают? — Максик повернулся к нему всем корпусом. — Он ведь не станет на них работать, не будет подчиняться.

— Может, когда они поймут это, они его отпустят? — предположил Женька.

— Или убьют, — Максик опустил глаза. — Жень, что мы будем делать, если они его убьют?

— Драконы не умирают. Их души продолжают жить среди нас.

— Если так, то почему мама ни разу нас не посетила?

— Возможно, она боится навести на нас богов. За ней могут следить.

— А вдруг и за Вовкой будут следить?

— Он не приведёт хвост, не волнуйся.

После небольшого молчания Максик снова заговорил:

— А если его убьют, то тело умрёт. Как же мы сможем возродить его? Помнишь, он сказал, что мы, как в сказке, чиркнем пальцем — и отрубленная голова прирастёт.

— Боюсь, это была метафора, — у Женьки в горле встал ком. — Вовка этим хотел сказать, что будет рядом с нами, даже если его физическая оболочка перестанет существовать.

— Если бы он хотел это сказать, то так бы и сказал, — фыркнул Максик.

Молчание воцарилось снова и на этот раз длилось долго. Тишина снова принялась терзать Женьку, и он уже готов был сам возобновить разговор, но брат опередил его:

— Знаешь, чего я боюсь? Что он уже умер, а мы тут разъезжаем, ищем предателя, устраиваем допросы. Вдруг всё уже зря?

— Во-первых, всё это не зря. Даже если… — Женька запнулся и не сразу смог продолжить. — В любом случае паскуду, сдавшего нас, надо найти. Он должен ответить за всё. А во-вторых, Вовка же сказал, что по браслету мы узнаем, жив он или нет.

— Как? — Максик потряс украшением. — Думаешь, эта бирюлька пришлёт нам смс, мол, абонент теперь вне зоны доступа?

— Я не знаю. Я сам ни разу с таким не сталкивался. И у Горыныча не спросили.

— Мне не дает покоя одна деталь из вчерашнего. Шу сказала, что нам подкинули жучок, который и вёл богов. Следовательно, никого из нас они конкретно не видели, просто шли вслепую, как на свет маяка. Вовка высадил нас из машины и двинул дальше, и его остановили. Это значит, что жучок был либо у Вовки в куртке, либо в машине, потому что в противном случае боги бы пошли за нами.

— Да, верно.

— И чем больше я думаю об этом, тем сильнее моё подозрение: а его ли хотели сдать богам? — Максик посмотрел на брата, приподняв одну бровь. — Может, мишенью был ты или я, но поскольку Вовка нас высадил, то удар пришёлся не по адресу.

— И что? Теперь охота начнётся за нами?

— Не исключено. Но есть вариант и похуже. Что если боги не знают, что взяли не того. Будут требовать от него какой-нибудь информации или ещё что? Вдруг его сейчас пытают?

— Не накручивай себя. Этим ты расследованию не поможешь, — Женька повысил голос, чтобы отогнать от себя мысли, родившиеся после слов брата, — мысли, в которых звучали самые страшные опасения. — Будет больше пользы, если ты сыграешь свою роль, как мы и договаривались.

— С Горынычем получилось не очень.

— Напротив! Ты вёл себя естественно, и он ничего не заподозрил. Теперь бы провернуть то же самое с близнецами.

— Ты так говоришь, будто не веришь мне.

— Кому мне ещё верить, как не родному брату? — возмутился Женька.

— Жень…

— Мир вокруг рушится, рядом с нами предатель, а ты…

— Женя! — гаркнул Максик, и старший даже вздрогнул. — Смотри…

Брат держал Вовкин браслет на вытянутой руке, словно впервые видел его. На лице Максика читался ужас, и тут Женька заметил, как по серым камням украшения бегут чёрные змейки — словно трещины, рассекающие твердь изнутри.

— Что это? Что с браслетом? — упавшим голосом спросил Максик.

Женька вырулил на обочину и остановился. Его сердце билось в груди, как пойманная рыба. Он осторожно взял браслет из рук брата и внимательно рассмотрел. Трещины пронзали оба камня, словно обозначившиеся вены, но ни одна из них не вышла наружу и не нарушила целостность украшения.

— Это то… о чём я думаю? Это означает, что Вовка… что он… — Максик говорил, задыхаясь, и никак не мог справиться с эмоциями.

— Боюсь, что да… — Женька чувствовал себя так, будто ему выпал жребий сообщать семье воина о его кончине.

— Нет… Нет… Нет! — Максик со всей силы ударил по передней панели, а потом выскочил из машины и бросился в лес, проваливаясь в снег.

— Максик! — крикнул старший ему вслед, зная, что тот не отзовётся и не вернётся. Ему необходимо было побыть одному.

Женька уронил голову на руль и закрыл глаза. Эти полтора дня они жили надеждой на спасение брата, она придавала им сил, вдохновляла на поиски. Но теперь в одну секунду спасительная нить оборвалась, сбросив Женьку с Максиком в пропасть отчаяния. Они падали стремительно и безнадёжно, не имея ни малейшего шанса на спасение.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 645