электронная
180
печатная A5
304
12+
Дискуссии

Бесплатный фрагмент - Дискуссии

Объем:
38 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0050-4820-2
электронная
от 180
печатная A5
от 304

Признав за Богом, как за Вселенским судьей право последнего слова, человечество должно содрогнуться от страха за свое будущее.

Место действии: поселок Серебрянский.

Время действия: Первая половина 90-х годов 20-го века

Главные действующие лица:

Сергей Петрович Кандыба по прозвищу «Архимед» — человек с незаконченным университетским образованием без определенного места работы.

Петр Сергеевич Пришвин — майор в отставке, бывший председатель поселкового Совета.

Семен по прозвищу «Михалыч» — историк из Тамбова

Иван Иванович Бурлаков — ветеран партии, войны и труда…, и другие.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

«Михалыч» в который раз взглянул на часы, пробормотал чуть слышно «о-хо-хо», но не стал громко озвучивать причину своего недовольства. Заговорил с прежним энтузиазмом.

— Ну, что ж, уважаемый друг, ты безусловно прав, — продолжил он после краткой паузы, — пришла очередь проанализировать очередную, возможно грядущую в не столь отдаленном будущем неприятность для человечества и, прямо скажем, даже не одну, и не просто неприятность, а несколько параллельных глобальных катастроф, уже сегодня реально угрожающих органической жизни Земли… Вот, под таким углом зрения, уважаемый Сергей Петрович, давайте и коснемся проблемы экологии.

Последние слова рассказчика сопровождались его очередным перемещением на урне и жалобным стоном последней.

— Так с чего же мы начнем? — для порядка спросил тамбовский историк.

Поскольку ответом на вопрос явилось все тоже молчание слушателей, «Михалыч», не преминул воспользоваться появившейся возможностью еще раз блеснуть своей незаурядной эрудицией. Очередную тему он начал с напоминания о своей профессии, сделав это путем очередного экскурса в недра российской истории.

— Петр 1-й, как помните, — продолжал, — создание Российского флота, начинал со строительства примитивного речного ботика, неоднократно упомянутый нами Владимир Ленин, революционную работу в России предложил начать с издания общероссийской газеты «Искра»…, а с чего начнем мы? — повторился. — Пожалуй, — отвечал сам же, — ответ на твой вопрос, Петрович, наиболее логично начать с рассмотрения проблемы, которая, как говорится, лежит наверху и, потому легко просматривается. Вершки всегда доступнее корешков, значит и более удобны для их исследования. Короче, подчиняясь требованиям логики, я и начну свой невеселый рассказ с рассмотрения положения дел в верхних слоях около земного пространства, со стратосферы…

Опираясь перед собой обеими рукам на дно урны, «Михалач» чуть отодвинул тело назад. Тишину майского вечера нарушила очередная звуковая реакция урны на действия сидящего на ней человека.

— Итак, — продолжал «Михалыч», — последнее время, точнее, начиная с середины семидесятых годов двадцатого века, в ученых кругах, да и не только там, активно муссируется вопрос об опасности «озоновых дыр». В общих чертах вы об этом наверно слышали, но для более углубленного понимания названной опасности, я чуть подробнее объясню, в чем заключается смысл поднятого мной вопроса. А, суть его такова. В верхней части стратосферы существует тонкий, так называемый, озоновый слой, образованный из молекул трех атомарного кислорода. Не вникая в подробности данного явления, тем более, я в нем особо и не разбираюсь, скажу лишь следующие. Этот самый озоновый слой испокон веков и тысячелетий, во всяком случае, до вмешательства в происходящий в стратосфере природный процесс человека, служил надежной защитой органической жизни Земли от вредного воздействия на нее ультра фиолетовых излучений Космоса. До начала двадцатого века люди не подозревали о существовании такого слоя, а когда открыли, и, осознав его значение для поддержания жизни на планете, стали внимательно за ним следить. И вот тут-то, в ходе изучения нового явления, ученые были неприятно удивлены следующим обстоятельством. В середине семидесятых годов двадцатого века было замечено, что озоновый слой с годами все больше и больше разрушается, сокращается, а вскоре даже определили его полное отсутствие над поверхностью Антарктиды. Обнаруженную, без защитного слоя область стратосферы назвали «озоновой дырой». Дальнейшее наблюдение за процессом показало расширение «озоновой дыры» до южных районов Австралии и Новой Зеландии. Сразу скажу — подобное явление чревато неприятными последствиями. Эксперты предупреждают — продолжение разрушения озонового слоя может породить серьезную угрозу для здоровья людей, особенно, в смысле резкого возрастания случаев онкологических заболеваний. Правда, пока об этой опасности говорят с несерьезным акцентом на ее возможность, но смею вас заверить — когда через разрушенные участки озонового слоя на Землю в большом количестве хлынут потоки жестких космических лучей, дело закончится не только массовостью раковых болезней, но и более существенными неприятными, как для человека, так и для всей органической жизни планеты, последствиями.

В ходе очередной паузы «Михалыч» прошелся правой рукой по собственному загривку, опустил ее обратно на колено, окинул вопросительным взглядом друзей. Тут же, похоже, что он уже делал неоднократно, прочитав их мысли, решил ответить на пока не заданный ими вслух вопрос.

— Спрашиваете, какие факторы обеспечили возникновение этого нежелательного для человечества явления — формированию в стратосфере «озоновой дыры». Правильно делаете, что спрашиваете. Отвечаю… Практически уже неоспоримо доказано, что главным «поставщиком» разрушителей озонового слоя являются вредные газообразные отходы промышленного производства — фреоны, выхлопные газы двигателей внутреннего сгорания, все процессы, в той или иной степени связанные с расщеплением атома и, наконец, весьма существенную отрицательную роль в этом играют запуск в космос ракет и полеты сверхзвуковых реактивных самолетов.

По мере перечисления тамбовцем виновников возможной гибели органической жизни планеты, на лице Кандыбы все явственнее формировалась гримаса возмущенного удивления.

— Подожди, Михалыч, — сглотнув слюну, промолвил он. — Ты, конечно, грамотный мужик, донес до нас много интересной и полезной информации, но сейчас тебя, похоже, понесло совсем не в ту «степь». Ты явно начал впадать в непродуманные крайности. Как мы себе представляем из всего, тобой только что сказанного, ты предлагаешь запретить движение автомобилей, полеты самолетов и ракет, производство атомной энергии… Это как же тебя, в этом случае прикажешь понимать… По-твоему, получается, что человечеству для обеспечения возможности своего дальнейшего существования необходимо полностью прекратить развитие техники, остановить всякое движение вперед научной мысли… Так, что ли, по-твоему, выходит?

— Я не говорю о прекращении прогресса человечества, — спокойно отвечал Семен, — я лишь подчеркиваю необходимость согласования названного тобой, Петрович, движения научной и технической мысли человека с глобальными законами природы, причем, во главу угла обязательно ставить второй фактор. Это очень серьезный вопрос, но, пока о таком «согласования» никто, я имею в виду властьдержащих правителей и хозяев «денежных мешков», даже не заикается. Наоборот, в целях корысти и наживы разрабатываются все новые и новые формы воздействия на окружающий мир, внедряются явно вредные для природы и органической жизни процессы. Бизнес, прежде всего. Прибыль ставится во главу угла любых разрабатываемых и претворяемых в жизнь мероприятиях, а что касается анализа остальных — побочных и косвенных явлений, что вызываются производственной, коммерческой и всякой другой деятельностью человека, то чаще всего все остается на рассмотрение завтрашнего дня. И это притом, что нарушение человеком естественных процессов окружающего его мира уже достигло такого, можно сказать, критического уровня, когда пришло время выбирать из двух зол наименьшее, а именно: или в разумных пределах притормозить так называемый «научно-технический прогресс», или, также развивая его в непродуманных масштабах и дальше, привести к гибели планету. А, ведь в таком случае, завтрашнего дня, отведенного на решение так называемых косвенных вопросов, уже может и не оказаться…, ведь верно?…

Пришвин безучастно продолжал молчать, Кандыба, похоже, воспринял информацию коллеги-эрудита, как должное, в задумчивости наморщил лоб. Достаточно убедительное доказательство тамбовского знатока, заставило его глубже задуматься по поводу высказанных им аргументов. «Михалыч», почувствовав, колебания оппонента, решил закрепить свои позиции очередной рокировкой в сторону от основной темы разговора.

— Кстати, — сказал он, — в форме обоснованности моих личных сомнений по поводу разумности некоторых и даже, прямо скажем, многих «достижений» человечества на фронте технического прогресса хочу задать вам следующий вопрос. Как вы, Сергей Петрович, относитесь к гипотезе, будто на нашей соседней планете, имеется в виду Марс, в прошлом существовала разумная жизнь.

— Положительно отношусь, — отбросив тягостные мысли, улыбнулся Кандыба, — не из пальца же высосал Алексей Толстой историю о прекрасной Аэлите.

— Нет, я спрашиваю по существу, как вы думаете, могла в прошлом на Марсе быть разумная жизнь?

— А если по существу, то могла, — отвечал Кандыба, также же настраиваясь на серьезный разговор. — Я даже уверен в ее существовании в прошлом, да не исключено, что и в недавнем настоящем тоже.

Похоже, тамбовский историк затронул очередной пласт гипотетических идей, что давно интересовали серебрянского эрудита. Соответственно, ковырнув этот пласт, Михалыч вызвал у Кандыбы желание несколько основательнее поразмышлять на поднятую тему. Опираясь обеими руками на колени, Сергей Петрович более капитально повернулся к сидящему на урне эрудированному собеседнику, оставив на время без внимания своего земляка.

— В этой связи скажу вам следующее, — продолжал он, — давно существует, выдвинутая некоторыми специалистами от астрофизики гипотеза, согласно которой за время существования Солнечной системы, ее отдельные планеты поочередно уже заселялись цивилизациями разумных существ. Причем, именно, поочередно. Происходило это по мере изменения теплового воздействия Солнца на своих деток-планеток. О Юпитере и последующих за ним по мере их удаления от центральной звезды планетах судить не берусь, о них сказать пока нечего, во всяком случае, лично мне. Но что касается уже упомянутой тобой легендарной планеты Фаэтон, и последующих, от нее по направлению к Солнцу небесных тел, здесь астрофизики по мере расширения конкретных знаний находят вполне обоснованную пищу, хотя для гипотетических, но достаточно обоснованных размышлений по поводу существования на них, я имею в виду названные планеты, в прошлом разумных цивилизаций. Взять, к примеру, хотя бы те же упомянутые тобой летающие в пределах Солнечной системы мелкие небесные тела. Действительно, само происхождение астероидов — огромного пояса бесформенных куском из космического материала, на сегодня может быть объяснено, ни чем иным, как только разрушением когда-то существовавшего в этом районе более крупного космического тела. Другого объяснения появлению астероидов просто нет. Правда, пока неизвестно, почему планета погибла, хотя мнений существует несколько. В одном случае причиной развала Фаэтона называют одновременное воздействие на нее сил притяжения со стороны Солнца и крупнейшей в системе планеты — Юпитера. Это, так сказать — научное мнение. Но не исключено, что был прав и писатель-фантаст Александр Казанцев, выдвигая предположение, будто безумство самих жителей планеты, привело к ее гибели. В общем, как бы там ни было — планеты не стало, как и не стало ее хозяев. После исчезновения Фаэтона — утверждает полуфантастическая версия дальше, — разумная жизнь появилась на Марсе, но, просуществовав там некоторое время, потом также по неизвестной причине канула в небытие. И вот теперь она процветает на Земле. Какой срок жизни здесь отведен ей Богом — это известно только ему, хотя, пожалуй, этот срок тоже ограничен во времени.

— А потом? — спросил Пришвин

— А потом — суп с котом, — улыбнулся Кандыба. — потом, уважаемый любитель астрономии, судя по логике вещей и ориентируясь на сегодняшнее расположение планет, не остается ничего другого, как признать, что в последующих временах разумными существами будет заселяться наша соседка, красавица Венера. Но это в том случае, когда все возможности продолжения жизни уже будут исчерпаны на нашей планете, а на Венере, соответственно, сформируются условия ее продолжения… Как ты полагаешь, Михалыч, в таком рассуждении может быть доля истины.

— Истина — вещь неуловимая, — отвечал «Михалыч». — Каждый миг жизни Вселенной, по причине непрерывно происходящих внутри ее событий, в какой-то мере меняет ее суть, следовательно, и истина, если говорить по большому счету, всегда относительна, поскольку в каждый момент текущего времени меняется ее внутренняя составляющая. Для подтверждения мной сказанного вспомните, хотя бы, ту же теорию неопределенностей Гейзенберга, — мельком взглянул на экс-администратора, тут же поспешил исправиться, — впрочем, вспоминать ничего не надо… Это, если говорить в целом, — продолжал. — Но, поскольку ты имеешь в виду лишь «долю истины», то, пожалуй, ты прав.

Согласие тамбовского знатока с высказанной Кандыбой версией порадовало последнего, приподняло ему настроение. В благодарность за признание его правоты местный эрудит решил на этом закончить собственный монолог, предоставив собеседнику право продолжать изложение своего индивидуального видение мира. «Михалыч» воспринял предложение как должное, однако заговорил не сразу. Сначала в задумчивости похлопал ладонями по коленям, правой рукой прошелся по волосам, прокашлялся. Напоминание Кандыбы о возможном существовании в прошлом цивилизаций на других планетах вызвало у тамбовского историка желание дальше развить его мысль.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 304