электронная
488
печатная A5
692
18+
Дети Рода

Бесплатный фрагмент - Дети Рода

Объем:
406 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-7780-8
электронная
от 488
печатная A5
от 692

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Вступление. Старая Государыня

Со стороны казалось, что Её Величество Государыня всей Золотой Салавии неувядающая Заря, восседавшая на походном троне в тесной, ну конечно по сравнению с тронным залом гордого Слава, думной палате, внимательно слушает доклад залесского наместника. Однако это была лишь видимость. Она была очень, просто неприлично стара, чтобы руководить громадным государством, но всё же держала себя в руках, оставаясь трезвой разумом. Поэтому всё что мог ей сообщить местный представитель власти знала и так, и даже мысли его не укрывались от её взгляда.

— «Он одновременно доволен и нет этой должностью» — думала она под мерный бубнёж скучного доклада — «доволен что далеко от начальства, редко вмешивающегося в его действия, которые в основном заключаются в ничегонеделании. Ну а что с этими дикарями можно делать?» — последняя мысль немного повеселила Государыню, и она удовлетворённо окинула взглядом скамейки вдоль стен, на которых восседали вожди и выборные старейшины — «Недоволен так-как должность не очень прибыльная, даже взяток никто не даёт! Можно ещё приворовывать из государственной казны, да местные вожди не поймут, а порядки тут строгие, люди живут не по закону, а по обычаю. Сразу в рабство, до выплаты! Этот ещё долго держится, значит неплохой наместник. Можно подумать и о назначении в какую-нибудь другую провинцию, поближе к центру!» — иногда она думала, что и в других провинциях законы должны повторять традиции, но потом, здраво рассудив, отбрасывала эту мысль. В старых, просвещённых провинциях обычаи уже извратились, превратившись в банальное воровство, себялюбие, трусость и полное презрение к обществу. С такими законами государству долго не протянуть!

Впрочем, оно и сейчас на краю. Поэтому несмотря на старость и усталость приходится объезжать провинцию за провинцией и стягивать их некрепкими нитями. То-есть преференциями, различными доходами и династическими браками. Сможет-ли, удержит? И самое главное: что станет потом, когда её уже не будет? Эти вопросы мучали Государыню постоянно и выводы из своих рассуждений она делала неутешительные. Постоянные внешние угрозы, не одинаковые законы, деградация общества и нет наследников. Вернее, наследники есть, правителя нет!

— «Кому оставить трон? Внуку Туману, что козни да интриги строит? Вместе с великим князем Златом тестем своим ненасытным и шурином Ратом Бешеным. Всё государство готовы развалить, лишь-бы на трон влезть. И не понимает он, что нельзя один род над другими возвышать, не удержишь потом их, да и остальные не потерпят. А может понимает все, да боится не ему государство достанется? Вот и набирает силы для победы в будущей междоусобице кровавой?!»

— «А может внучке Росе, что в новую веру ударилась? Двоебожие. Те, кто злых духов боится к ним приходит. Люди говорят помогает, всех духов изгоняют! Они даже ей, Государыне, кулон подарили, золотой с каменьями, занятная вещица, с одной стороны человек к свету подымается, с другой во тьму падает. Вроде как духов на земле и нет, не остаются они своим потомкам помогать, а всё что есть здесь: трава и деревья, камни и горы, реки и моря, звери и птахи, всё что в мире есть кроме человека суть мертво или бездуховно. Непонятно?!» — кулон она, конечно, взяла, только не надевала никогда, так теперь в шкатулке с драгоценностями и валяется — «Ну а как без духов править? Как узнать сколько дьяки с наместниками воруют и какие интриги придворные строят? Кто в войне поможет, и в засуху, и в болезнях? Да и не бывает злых духов, злые только люди бывают!»

— «Или правнуку Гору, как большинство придворных и князей советует? Оно и понятно, мал ещё, родители мертвы, в делах не разбирается, распутен и не умён, подвержен влиянию. При умелом подходе хоть верёвки из него вей! Одна надежда, достойную жену найти, что править вместо него сможет. К сожалению, большие княжеские роды для этого не годятся, хватает и одного наследника с зарящимися на власть родичами. Мелкие тоже не подходят, их быстро сомнут в борьбе за трон. Если только эти вот, дикари? Они хоть и мелкие, и бывает, враждуют между собой, но друг друга ещё держаться и в обиду не кому не дадут. Заодно и вся провинция ближе к государству станет и шатающийся трон поддержит!»

Она посмотрела в узорчатое окно на мелкий, убогий Залес, вместе с её приездом наполнившийся придворными, местными вождями с дружинами, торговцами и обычным любопытным людом. Городком-то нельзя назвать, так: пристань, терем наместника, думная изба, небольшое святилище, купеческие лабазы и торговые ряды, да постоялые дворы с трактирами. Особо и населения-то нету, только в базарные дни с окрестных родов народ собирается, когда купцы из других провинций приезжают за пушниной и зерном. Непонятно зачем дубовая стена кремля стоит с массивными венцами башен? Частокола вполне хватило-бы.

Глава 1. Неподходящий жених

Ярка поднырнула под воду задержав дыхание насколько можно. Достала до самого илистого дна и дотронувшись до рёбер с левой стороны, где находился волнистый голубой знак, сейчас с трудом различимый в толще воды. Она, конечно, не волхв и не умела разговаривать с духами, но умела их слушать или лучше сказать чувствовать. Как сейчас духа воды, хозяина этой заводи, что признал метку такого-же духа и зла делать не собирался. Наслаждаясь ощущением лёгкости и нежным прохладным объятием водой обнажённого тела, Ярка тихонько опустилась на заднюю точку скрестив ноги, подняв при этом со дна небольшой мутный туман.

С интересом посмотрела на разбегающихся раков и замершего в камышах окуня. Раков можно-бы и половить, да только куда их потом девать? Вечером государев пир, на который все окрестные рода прислали своих лучших людей, «а явиться на пир сытой, значит выказать неуважение хозяевам», как говаривал отец. Хотя Ярка могла много съесть несмотря на худобу, и животом никогда не маялась, да и до вечера ещё далеко, но мало-ли. Всё-таки не каждый день в Залес Государи наведываются, да что там говорить, даже не каждый год. Ведь их Залесский край был одной из самых диких окраин государства.

Вот учитывая всё это отец и послал Ярку помыться и приодеться по-праздничному. Хотя, как по ней, то мыться надо, когда покидаешь город, а не наоборот. Но тут ничего не поделаешь, отец по своему положению гораздо выше и приходится подчиняться.

Закончив размышлять, она резко оттолкнулась и заработав ногами поплыла вверх. По привычке вынырнула очень тихо, только чтобы бесшумно вдохнуть воздух и оглядеться.

— «Вот-же леший принёс!» — возле брошенных ею вещей присутствовала небольшая кучка людей. Чуть поодаль пятеро бойцов из стремянного полка, как определила по украшенным шлемам и кольчугам ратников Ярка. Ближе ещё четверо, двоих она знала, один дьяк, помощник местного наместника, второй местный охотник, видимо в качестве проводника. А вот между ними стоит парень, весь расфуфыренный, в неудобном блестящем кафтане, с ухоженными длинными золотистого цвета волосами, собранными в аккуратный хвост. На пару лет постарше Ярки, может пятнадцать-шестнадцать. За ним ещё дедок, который заинтересованно уставился на неё, когда девчонка мощными гребками поплыла к берегу.

— Ух-ты, какая добыча расписная нам попалась! — ухмыльнулся парень, оглядывая вышедшую из воды голую девчонку в синяках, ссадинах и комариных укусах на самых неожиданных местах.

Бойцы тоже покрылись ухмылками и только оба местных вежливо поклонились, а дедок похоже завис от украшавших тело девчонки картинок, хотя и у самого на лбу глаз в ромбе имелся.

— Доброй охоты Ярка — произнёс охотник.

— Приветствую великого воина — добавил дьяк с совершенно серьёзным видом.

— И вам удачи — кивнула та, выжимая волосы.

— Воин? — фыркнул парнишка, покосившись на дьяка.

— На плече знаки — показал тот на несколько кровавых капель на левом плече девчонки — семь убитых врагов.

— Врагов? Мышей что ли? — парень повернулся к бойцам ожидая поддержки, но те уже перестали ухмыляться, знаки духа битвы бывали и у многих из них — А под глазом что за знак? — кивнул он опять на девчонку, хотя точно такая-же стрелка пересекала наискосок правую щёку охотника.

— Меткий стрелок — не без гордости ответил тот, так как девчонка только презрительно скривила губы и отвечать явно не собиралась.

— А вон тот на кисти? — всё никак не успокаивался парень — А этот на ноге?

Ярку это обсуждения её знаков несколько раздражало и разбирать свою сумку с новенькой чистой одеждой она опустилась на одно колено спиной к этим самодовольным любопытным чужакам. Только зря, стало ещё хуже.

Похоже дедуля наконец заметил некое неудобство, так-как довольно тихо произнёс:

— Ваше высочество, наверное, не очень красиво так откровенно разглядывать обнажённую девицу?!

— Да лан перестань, эти дикари вообще не стесняются, говорят даже в бане все вместе моются. Ничё-се! — воскликнул пацан, заметив причудливый плетёный рисунок тёмно-синего с красным цветов, на спине, от плеч до лопаток — Кто это её так разукрасил?

— Должники, Ваше высочество — попытался ответить дьяк без подробностей.

— Так она богата? Вот же ей повезло — съязвил парень — а у меня на спине не одной метки, наоборот, я бы мог многим расписаться!

— Это не совсем то что вы подумали — пояснил дьяк — по обычаю спасённый оставляют свой знак на теле своего спасителя, как-бы подтверждая долг и связывая свою жизнь с ним.

— «Да не, ну невозможно!» — Ярка встряхнула вышитые штаны и всё-таки решила надеть их на ещё невысохшее тело, причём снова повернувшись лицом к молокососу — «Ещё не хватало начать обсуждать кто, где и как был спасён, словно хвастаюсь!»

Это занятие чем-то заинтересовало мальчишку, и он поначалу притих внимательно наблюдая. К сожалению, ненадолго. Когда уже штаны практически залезли на угловатые бёдра он вдруг резко выкинул руку с вытянутым пальцем вперёд, указав прямо на промежность, ну может чуть выше.

— А это что?!

— Ну ты совсем дурной?! — не выдержала Ярка, так как чуть не упала — Не знаешь, чем мальчик от девочки отличается? — и она рьяно завязала шнур на штанах, кажется даже немного перетянула.

— Да нет! Ну там у тебя на холмике таком, перед этим местом… Ну, где разделяться начинает… Там звёздочка такая золотистая и в ней ещё одна — парнишка несколько замялся.

— Это знак духа Рода — пришёл на помощь дьяк пока Ярка всовывала голову в расписную рубаху чуть-ли не до колен, с глубокими вырезами на рукавах, чтобы знаки видно было.

— «По лесу в такой не побегаешь».

— Так с этого и надо было начинать! — возмутилось его высочество — А то какие-то: стрелки, острые клинки, быстрые ноги. Благородная кровь, вот что главное! Восемь лучиков золотых и ещё серебренных семь, неплохо! — быстро подсчитал глазастый княжич по памяти, этот мелкий знак и заметить-то нелегко, видимо внимательно смотрел. Впрочем, княжич оказался ещё и очень болтлив, сейчас его как прорвало — Дочь вождя в восьмом поколении, ну теперь хоть пообщаться есть с кем, а то тут одно быдло вокруг бродит. Только у тебя знак мелкий какой-то, надо вот так, чтобы сразу всем понятно было!

Княжич распахнул кафтан и поднял вверх сорочку, Ярка уже думала, что он свои бархатистые штаны спустит, но обошлось. На мягкотелом животе, чуть ниже пупа располагалась прямо-таки огромная звезда, наверное, с целой сотней золотистых и серебристых лучей.

— Зачем? — сидя прямо на земле и натягивая мягкие из красной кожи сапожки, слишком мягкие чтобы бегать в них по лесу, спросила Ярка — «В лаптях гораздо удобнее, а то и босиком!»

— Как зачем? Чтобы все знали кто-ты!

— Все знают кто я! — она показала на правый глаз, а затем на левый, с отпечатком чьей-то лапы под ним — я хороший стрелок, я следопыт, я хорошо дерусь на коротких клинках, я охотник, я воин! — она прошлась пальцами по рукам отводя рукава и показывая соответствующие знаки — Ну остальные всем видеть необязательно! — не стала она задирать штанины и рубаху, тем более у княжича уже была возможность рассмотреть метки духов на её теле — Это я! А то, что здесь — она постучала пальцем по рубахе примерно в том месте, где была звёздочка родословной — имеет отношение только к моему роду, семье.

— Во-от вы все тут тё-омны-е! — протянул его высочество — А как-же уважение к твоему роду и к тебе, вот если крестьянин какой с такими метками, кланяться ему будешь?

— За хорошие дела не грех и поклониться! — заплетая косицу из тёмно-русых, не до конца высохших волос ответила Ярка — А князя, что ничего не делает только на шее людей сидит, за что уважать?

— У тебя коса! — вдруг встрепенулся княжич.

— И-чё? — закатила глаза Ярка.

— Ты нетронута и жениха у тебя нет!

— П-фе — фыркнула Ярка и закинув свою сумку на плечо направилась в сторону виднеющихся деревянных стен города, даже не оглянувшись на поспешившего за ней княжича.

— Ваше высочество, а охота? — прокричал дьяк.

— Да ну её — отмахнулся тот — всё равно ничего не поймаем.

— Какая охота? — хмыкнул десятник, уже пару лет как бессменно приставленный к княжичу — Тут такая дичь убегает.

И вся свита двинулась следом.

Возле самых ворот повстречался Серый Бобр с тушей кабана на плече. Так-то изначально он был просто Серый, но с возрастом прилепилось ещё и Бобр, за умение ловко и быстро валить деревья.

— Ярка! И ты Омут! Вы что с такой толпой на охоту ходили?! — скептически хмыкнул он, оглядев свиту княжича, на него самого при этом, не обратив никакого внимания.

— Не, они за мной сами увязались, видишь без добычи возвращаемся?! — ответила Ярка, между тем как охотник Омут только кивнул, но похоже решил промолчать о том факте, что являлся проводником для приезжих гостей.

— Да-уж, не повезло тебе! Вот за что я люблю тебя Ярка, так это за независимость! — и Бобр прямо на ходу, несмотря на тесноту улицы, стиснутую торговыми рядами, покупателями и просто прохожими зеваками, перекинул кабана на другое плечо, явно стараясь показать, что везёт только лучшим — Ты учти, хотя моя первая жена давно умерла, но мой корень ещё крепок и к тому-же я опытен. И если отдашь мне косу, то не трону тебя пока ты сама не пожелаешь. Зато вся эта мелкота сразу отстанет.

— Эй, она моей будет! — воскликнул княжич, не сразу сообразивший о чём речь.

Ярка удивлённо-презрительно подняла брови, прохожие в толпе удивлённо за-оглядывались на наглеца и придержали шаг, а Серый Бобр чуть не расхохотался, видимо только сейчас обратив внимания на расфуфыренного княжича.

— Кто этот молокосос? — спросил он Ярку.

— Не знаю — пожала плечами та.

— Я Наследный княжич Гор! — оскорблённо взвизгнул тот — И я официально беру её в жёны!

— Что?! — рука Серого мигом вытянулась и схватила его высочество за горло, сдавливая так что тот смог только хрипеть и царапать мощную кисть — Слушай сюда сопляк, такая мелкая сошка, не заслужившая не одного знака, не достойна слизывать пыль с её следов — продолжил он, даже не обратив внимания на дёрнувшуюся охрану и так и не скинув кабана с плеча — я не убью тебя за такое оскорбление только потому, что ты гость! Но если ещё раз услышу нечто подобное, уже не стерплю! Хотя думаю кто-нибудь прибьёт тебя раньше — уже более расслабленно добавил он и отшвырнул княжича к ногам его телохранителей.

Тут Ярка услышала прошедший по собравшейся толпе ропот и почувствовала, как шевельнулась её косичка, словно кто-то потрогал её. В тот-же момент она развернулась, одним незаметным движением выдернув нож из ножен на узорном поясе и приставила клинок к горлу стоящего сзади чужака. Хоть и гораздо старше, но в такой-же как у мелкого княжича нелепой одежде.

— Сдаюсь-сдаюсь — шутя проговорил он, комично поднимая руки — просто любопытно стало, столько меток, а всё с косой, любой род с руками оторвёт. Неужели никто замуж не берёт?

— Сама не иду! — мрачно произнесла она, не опуская клинка пока чужак, нагло её разглядывая медленно не отошёл на несколько шагов.

После чего Бобр, Ярка и охотник Омут направились дальше. Возмущённые прохожие, видя, что телохранители знатных чужаков не решаются нападать, потихоньку убрали оружие и, презрительно оглядываясь на приезжих, стали расходиться и снова заниматься своими базарными делами. А дедуля и дьяк остались копошиться возле окружённого охраной хрипящего княжича.

— Странные они, я их боюсь немного — настороженно оглядываясь призналась Ярка.

— Кого, этих? — удивился Бобр — Да у них бойцов-та, тьфу и растереть! А без них эти слабаки ничего не стоят! Их кроме родовых не один дух не поддерживает!

— Да и в тех они не верят, хоть и поклоняются — неодобрительно добавил Омут.

— Потому и боюсь, не знаешь, чего и ждать от них! Как бешеные лисы что в деревню приходят и ничего их не пугает, ни камень, ни меч, ни стрела, только одно желание, укусить кого. Так и эти, языками своими мелют, руки распускают и низости своей совсем не стесняются. Словно не бояться, не смерти, ни духов, не мира, что отворачивается от них!

— Нет для них ни закона, ни правил, не обычаев — подтвердил, уже успевший неплохо узнать столичных гостей, Омут.


— Ты хоть понимаешь, что творишь? — услышал наследный княжич Гор ехидный голос своего дяди, после того как немного отошёл и смог нормально дышать — Ты, никак не отмеченный духами, задираешь ихних героев?! Поверь племяш, для этих мы с тобой несмотря на всё наше благородство, всего лишь грязь под ихними немытыми ногами! Даже наши слуги имеющие метки, по местным варварским обычаям достойнее нас! — с ненавистью добавил он.

— А ты чего не вмешался? Мог-бы помочь!

— Ну не факт, что мы победили-бы — сообщил дядя, помогая племяннику встать на ноги — а потом, политика. Сам подумай, кому нужно восстание в провинции?

С дядей пришло человек десять охраны — «Наверняка справились-бы, гад специально дал меня унизить!» — подумал княжич, оглядывая прилично увеличившееся количество воинов.

— Чего ты вообще за ней увязался? — между тем продолжал дядя Туман — Не лица, ни фигуры, вся дурацкими знаками изуродована, да к тому-же ещё и мелкая ещё совсем?!

— Она не для этого! — возмутился и начал оправдываться Гор отводя взгляд — У неё довольно неплохой род, и куча должников имеется, ну а от знаков её ценность для всяких дикарей только возрастает. Местные её мужа всегда поддержат — всё это он говорил, а перед глазами стояла наглая обнажённая девчонка, пытающаяся натянуть штаны на мокрые ноги. Вся взъерошенная, с по детски угловатым худющим телом, покрытым знаками духов вперемешку с царапинами, плоской словно два прыща грудью и жилистой задницей. Ну что он мог поделать, вот врезалась и всё! По-своему опыту, несмотря на молодость вполне впечатляющему, знал: пока не возьмёт так и будет думать о ней. Только вот здесь не столица, где любая готова была броситься на грудь Наследному княжичу несмотря на свой возраст и положение, даже если не хочет, стоило только щёлкнуть пальцами.

Дядя внимательно выслушал эту тираду, при этом понимающе кивая головой, но ехидно улыбаясь.

— А-а, так вот в чём дело, решил наконец-то исполнить волю нашей Государыни?! — он хлопнул племянника по плечу и поучительным тоном добавил — Знаешь, одобряю! Вот только ничего не выйдет у тебя. Понимаешь у этих дикарей ценятся дела, а не слова, ну сам небось уже понял по разговорам. Это твоё «я Наследный княжич, отдай мне косу» для неё, да и для всех местных тьфу и растереть. Нужно её завоевать, доказать делом и вот тогда… — он значительно поднял палец.

— Ты мне что, предлагаешь против этих монстров поединки устраивать? Я, конечно, знаю, что ты меня ненавидишь и хочешь убрать с дороги, но дурака-то из меня делать не надо, на самоубийство я не подпишусь!

— Слушай, здесь мы все за одно, отдавать на растерзание варварам человека своего круга?! Родственника?! Это уж поверь и для меня слишком! — возмутился князь — Ты-же цивилизованный человек и твоя сила в голове, а не в мускулах. У этих примитивных существ всё просто, кто сильнее, тот и прав! Возьми её, вот и всё! Докажи, что сильнее, она и отдаст косу.

— Если так просто, почему местные так не делают? — недоверчиво хмыкнул Гор.

— Потому что не могут! Сам говоришь, она хорошего рода, а кто все эти местные? Вожди все и так женаты, а кто нет у тех род слабее чем у неё, или выжидают. Они тут все родственники, им не с руки, но рано или поздно это всё равно случиться, не вечно-же ей в девках сидеть? Остальные боятся, благородная кровь она в подсознании всё-таки сидит, не положено им на неё зарится. Но ты-то, Наследный княжич, а скоро и князь! — старший родственник приобнял Гора и тряхнул — Эх племяшь, мне-б твои годы, ух! И прабабка твоя наверняка одобрит, для этого в эту глухомань и припёрлись?!

— Ваши высочества! — вдруг забеспокоился старик, догадываясь к чему идёт дело — Прошу вас не забывайте, что вы не в столице!

— Стоум, говоришь так, будто мы и не в своём государстве — скривился князь Туман — здесь всё наше, мы здесь власть, элита, не медведи-же эти дремучие?!


На одной из базарных площадей Ярка услышала звуки струн и протиснулась сквозь толпу. Здесь известный гусляр Синица потешал публику своими балладами, одну из которых только что закончил исполнять, и теперь пил квас небольшими глотками. Но заметив сожаление на лице девчонки, подмигнул ей и опять взялся за гусли. По площади разнеслось мелодичное журчание, толпа притихла и рассказ начался:

Я сейчас вам расскажу про героя одного славную историю,

Угадайте, старую или? — НОВУЮ!

Радостно взревела часть толпы последнее слово. Между тем рассказчик, нежно тренькая гуслями, напевно продолжал:

И случилась она не в далёких краях, и не в Забугарии,

А у нас, в Залесской? — САЛАВИИ!

Силы огромной пришёл враг к нам сюда по зиме.

Мало раньше он получал? — ПО СПИНЕ!

Собрались все, кто мог, только-б сила была, меч держать.

А что делать? Пошли? — ВОЕВАТЬ!

Стариков да баб с ребятишками в деревне вождь оставил,

И с ним дочь свою остаться? — ЗАСТАВИЛ!

Десять лет молодой, скучно ей, всё неймётся, куражится,

На охоту она? — ОТПРАВЛЯЕТСЯ!

В это время на деревню врагов загонный отряд находил,

Кого в плен забрал, а кого просто? — УБИЛ!

Всё больше и больше голосов присоединялось к странной песне, и вскоре орала вся площадь. Только вот настроение этих голосов, вместе с ритмами гуслей потихоньку менялось. Сначала радостные, потихоньку они становились строже, в них чувствовалась предостережение, затем ненависть к врагам, а потом и мстительное удовлетворение и наконец восхищение:

Не заплакала вернувшись охотница! Духа зверя призвала,

По следам врагов? — ПОШЛА!

Не догнать ей, убегут! Духа скорости зовёт, далеко не уйдут,

Быстрее ветра ноги? — ПОНЕСУТ!

Все по очереди спят, не отходят в лес, бдят. Осторожны враги.

На привале сидят у костра? — В НОЧИ!

Духа меткости дева зовёт, и стрела в глаз впивается,

На снегу враг в крови? — ИЗВИВАЕТСЯ!

Суетятся враги, поднимаются. Но один про бой забывает,

В потрохах стрела? — ЗАСТРЕВАЕТ!

Вот укрылись они за щитами, не попасть теперь, не убить.

Пора ножику крови? — ИСПИТЬ!

Главное скорость набрать, духа ловкости надо позвать.

И за горло хватается крайний? — ТАТЬ!

Враги окружают, духи битвы поляну собой освещают,

Удар и удар, но? — НЕ ПОПАДАЮТ!

Скользят у них ноги. Воды дух на помощь герою приходит,

Двоих ещё смерть от кинжала? — НАХОДИТ!

Вскричали они: «Нас лупит девчонка, как это можно?»

Хотели сбежать, но уже было? — ПОЗДНО!

Схватили их руки недавних рабов и радуя духов, девки кинжал,

Врагам, трусливое сердце? — ИЗЪЯЛ!

Женщины, дети и старики, свой долг на героя спине записали,

И в руки её, свои жизни? — ОТДАЛИ!

Имя героя мы помним всегда, как солнце иль снег она светла,

И зовут все её? — ЯРКА!

— Ярка! Ярка! Покажи спину! — в разнобой орала толпа со смехом и прибауточками.

— Да ну вас, ха-ха-ха-ха — заразительно смеялась девчонка — да все не так было, хи-хи-хи.

— А как? Ярка расскажи?

— А не помню, со страху забыла всё!

— А-Ха-Ха-Ха…

Пока толпа веселилась, к Ярке протиснулся раб в дорогой одежде и низко поклонился:

— Госпожа Ярка, дочь вождя Грома Весеннее небо?! — тихо поинтересовался он — Её величество слышала о вас и хотела-бы узнать эту историю подробнее! Я вас провожу — добавил он, после того как Ярка в замешательстве пожала плечами.

Он как-то так незаметно выскользнул из толпы и быстро нырнул в проулок между торговыми рядами, а оттуда во дворец наместника с заднего входа. Еле девчонка поспевала за ним. И никто даже внимания не обратил, только гусляр настороженно проводил прищуренным взглядом.

В деревянном дворце, они прошли по множеству переходов и гульбищ, так что Ярка почти заблудилась и наконец оказались перед, вроде пустой, светлицей, дверь в которую приоткрыл перед ней услужливый раб и тут-же захлопнул, как только перешагнула она порог. Запястья и щиколотки оказались словно в тисках схвачены с обоих сторон сильными руками. Опешившую девчонку, прикрыв ей рот солоноватой на вкус рукой, с деловитой суетой, словно это вполне обычное дело, повалили на мягкий ворсистый ковёр и начали раздевать тихо переговариваясь.

— Пояс отстегнул? Рубаху тяни наверх!

— Рукав, рукав!

— Всё перехватывай, теперь штаны давай! Да не отпускай ногу, потом перехватишь.

За те несколько мгновений что её разоблачали она узнала тех самых воинов, что сопровождали княжича, а вот и он сам. Княжич стоял у неё в ногах и раздевался, с похотливым выражением на лице поглядывая на промежность девки. Вот он стащил штаны, откуда выпрыгнул твёрдый и непропорционально большой, особенно для тщедушного тела ленивого подростка, уд. Насильник опустился на колени и стал пристраиваться к лону схватив жертву за бёдра.

В этот момент словно пелена спала с Ярки — «Это взаправду! Они сделают это!» — она замычала и задёргалась, зовя на помощь духов, перебирая в голове свои метки. Но чем они ей могли помочь? Только метка ловкости, что как ей говорили, в виде небольшой ящерки находилась внизу спины, на одном из позвонков, отозвалась, помогая извиваться так, что княжич никак не мог попасть.

— Да держите-же её! — воскликнул наконец он.

Десятник, что прикрывал ей рот, наконец смог зажать её голову между своих коленей плотоядно улыбнулся. Она почувствовала, как вторая его рука надавила на её грудь и оттуда по телу стал распространяться какой-то новый дух, липкий, мертвяще бледный. Ярку охватила паника и она забилась ещё сильнее. Десятник на это зло ощерился подгнившими зубами и больно сдавил сосок. Тут-же ещё один незнакомый дух возник в её теле: красный, слепящий, ненавидящий всё вокруг. Заставив её дёрнуться с невероятной силой.

Она не осознала из-за душившей её ненависти как, но левая нога освободилась и тут-же коленом врезала по рёбрам княжича, заставив того сразу забыть о цели. И в тело влился дух битвы, что дремал в виде кроваво-красных капель на левом плече, непонятно как освободилась и вторая нога. Не раздумывая Ярка изогнулась и обхватила коленями голову десятника, выворачивая её, все сильнее и сильнее и даже не заметила, что и руки уже свободны, только шум в ушах и красная пелена перед глазами. Она лупила и лупила сцепленными вместе кулаками в одну точку. Пока не почувствовала, как крепкие руки схватили её за локти, с силой оттянув назад, не позволяя вырваться несмотря на все дёрганья и выкручивая правую кисть, пока рядом с голой ступнёй не шлёпнулся боевой нож десятника.

— Кровищи-то сколько! Что так не аккуратно? — привёл Ярку в чувство скрипучий голос стоящей перед ней старухи.

— Это она! — раздался над ухом Ярки голос державшего её человека.

— А с ним что? — старуха кивнула в угол и Ярка изогнувшись увидала голого, скорченного, жалко подвывавшего княжича, рядом с которым присел уже знакомый старик.

— Пара рёбер треснуло, жить будет! — произнёс Стоум.

— Он умрёт в мучениях! — безапелляционно просипела Ярка.

— Но ведь не сегодня?! — вроде и спросила старуха, но таким требовательно-угрожающим голосом, что и в обычной ситуации нормальному человеку могло статься не по себе. К тому-же Ярка уже достаточно пришла в себя, чтобы заметить и венец на голове собеседницы, и осанку, и послушание присутствующих. Спорить явно не стоило — Ты не двинешься с места и будешь слушаться! — и прочитав в глазах пленницы покорное согласие, приказала — Отпусти её!

Руки Ярки сразу освободились, и она растерянно огляделась, не предпринимая попытки сделать даже шаг, чтобы хотя-бы подобрать свою одежду. Перед ней, залив кровью весь ковёр, лежал труп десятника с кучей ножевых пробоин в груди. Остальные четверо бойцов, валялись в разных позах, без видимых повреждений, но не было сомнений, совершенно мёртвые. В углу всё ещё корячился и шмыгал носом княжич. Стоум что-то делал с его боком. А Государыня изучающе разглядывала подёргивающуюся в нервном шоке голую, измазанную в крови девчонку.

Приоткрылась дверь и человек, что минутой раньше держал её со спины, волоком втащил в комнату слугу с неестественно вывернутой шеей, того самого, что привёл девочку сюда. С удивлением Ярка поняла, что больше никого в комнате нет. Кто убил всех этих воинов? И только когда незнакомец повернулся, удивление сменилось пониманием. Всё его лицо покрывал страшный чёрный знак убийцы, выделялись только глаза и зубы, когда он презрительно ухмыльнулся, увидав написанное на лице Ярки отвращение.

— «Должницей убийцы я не стану!» — в панике подумала она, понимая, что теперь обязана поставить свою метку и поклясться отдать долг. Но какую плату может потребовать тот, кому помогает дух убийцы? Для кого любая жизнь, мужа, женщины, ребёнка, ничего не стоит?

— Метка ужаса!

— Что?! — дёрнулась Ярка и чуть не сошла с места, хотя обещала этого не делать.

— Метка ужаса — повторил старик, тыкая пальцем почти в середину её груди, чуть левее. Он оказывается уже стоял совсем рядом и изучал её метки, словно они снова находиться возле той заводи — а эта ярости! С утра их не было, ты познала новых духов! В остальном, всё нормально, без травм — прибавил он, повернувшись к Государыни.

— «Точно!» — она вспомнила переполнявшие её недавно эмоции и взглянула на свою грудь. Там куда давила ладонь десятника теперь имелось чёрное солнце с длинными извилистыми лучами, которыми переплеталось с лучами другого солнца, ядовито красного, горевшего на том месте, куда десятник её ущипнул — «Ну вот кого я прогневила? Самые поганые знаки для воина!» — настроение не улучшило даже-то, что дух битвы прибавил ей на плечо ещё одну кровавую каплю за убитого врага.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 488
печатная A5
от 692