электронная
72
печатная A5
352
18+
Дерби госпожи Крулевской

Бесплатный фрагмент - Дерби госпожи Крулевской

Объем:
178 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-1747-7
электронная
от 72
печатная A5
от 352

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

С произведениями Александра Петренко (Ралота) я познакомился не так давно. Но, с первых строк не смог оторваться от его захватывающего повествования. На первый взгляд композиции его прозы кажутся простыми, прямая речь близка к разговорной. Но это только на первый взгляд! Будучи представителем довольно редкой профессии (мельник), он, видимо настолько синтетичен с природой, с ощущением нашей жизни, нашей земли, нашего быта, что сама гармония жизни вошла в него и вылилась на бумагу Душой народа, Душой казачества (не побоюсь написать именно так!) Подкупающая простота и правдивость его языка, стилистика речи, напомнившая гоголевскую, не смогли оставить меня равнодушным.

В сказанном нет преувеличения. Прочтите сами и убедитесь!

Исторические сюжеты, характеры героев изображены четкими штрихами, присущими только Александру Петренко. Гармоничное сочетание детектива и элементов мистики создают увлекательнейшее талантливое полотно его книг.

Сейчас много и скучно говорят о патриотизме. При этом выставляя за эталон «русского творчества» поделки и подделки, рассчитанные на примитивное восприятие, извращенное сознание и на любовь к вульгарным суперобложкам. Разворачиваешь «фантик», а… внутри пустота.

Увы, сия учесть в последние два десятилетия коснулась всех видов искусства и не обошла литературу.

В моде коммерческое начало «мыльных опер», половых извращений, примитивных искажений действительности, крови и жестокости… Приоритет силы и крутости «патриота» с квадратной челюстью, стальными мышцами и отсталым умственным развитием.

Действительно! Зачем читателю думать, переживать?

Похоже, что цель нынешнего коммерческого «искусства» только привлекать, развлекать, отвлекать.

Но, простите! В таком случае, о каком «патриотизме» и о каком «возрождении России» может идти речь? Когда бездарные однодневки, сменяя друг друга, не дают пробиться к людям росткам высокого, светлого, настоящего, каким и является творчество Александра Петренко (Ралота)?

Обидно и больно!

Но всегда, во время отлива уходила пена, выбрасывая на песок истории жемчужины, становящиеся достоянием вечности.

Думаю, что писатель Александр Ралот относится к одной из таких жемчужин, а его произведения не только увлекательны и правдивы, но и несут в себе заряд оптимизма, энергию Веры и справедливости.

Новая книга Александра Петренко (Ралота), это не только замечательное, захватывающее произведение, но и очередной удар по бездарности, бездуховности и лжи.

Да! Пока таких авторов издают маленькими тиражами. Не платят заслуженных гонораров, не пиарят в СМИ. Но «имеющий око, да узрит!».

Уверен, что не за горами то самое время «отлива»!

А пока, Уважаемый Читатель, я рад за Вас, что Вам попала в руки эта книга.

Книга не для всех!

Вам повезло, Читатель!

Среди «пены» Вам самой судьбой подарена встреча с литературной жемчужиной по имени Александр Ралот.

А я горд тем, что Автор доверил мне написать вступительное слово!

Член Союза писателей России,

Член Союза журналистов России,

Верховный атаман Российского Вольного Казачества,

Леонид Ефремов.

От автора

Я закончил писать повесть «Старикам здесь не жить». Вытер со лба трудовой пот и достал наконец из «дальнего ящика» изрядно запылившуюся папку с историческими материалами. Меня уже порядком заждались цари, короли и герцоги, а так же президенты, шпионы и разведчики различных эпох. Но не тут то было. Буквально на следующий день посыпались письма. — Ты товарищ автор, не изничтожил всех негодяев. Кое кто у тебя в последней повести смог таки уйти от заслуженного возмездия. Вот давай разбирайся с ним. То есть, по простому, пиши продолжение. Слово читателя для меня закон. Так родилась повесть «Дерби госпожи Крулевской», которую я смиренно и предлагаю вашему вниманию.

Дерби мадам Крулевской

Глава 1

Весёлой мелодией из известного кинофильма телефон звонил уже минут десять.

Марго пыталась перевернуться на другой бок, потом накрыть голову подушкой. Навязчивая мелодия легко преодолевала хлипкое препятствие.

«Ну почему когда рядом должен лежать мужчина, чтобы вместо тебя подняться с постели и разобраться с этим телефонным чудовищем, его нет. Эх, Силуянов, Силуянов, и где тебя черти носят?» — Маргарита ещё что-то там подумала о тяжёлой бабьей доле, нашла как всегда убежавшие под кровать тапочки и подошла, наконец, к современному средству пытки.

— Крулевская слушает, — сонным голосом пробормотала она в трубку.

— Марго ты на часы смотрела? — раздался оттуда густой бас генерала Романца. — Хватит дрыхнуть. Лучше слухай суда.

Тарас Романец, многозвёздный генерал, нёсший свою нелёгкую службу в одной из серьёзных столичных «контор», а по совместительству закадычный друг и не состоявшийся супруг Маргариты Сергеевны Крулевской (см. повесть «Копи царя Комусова») звонил женщине крайне редко, а если и звонил, то для этого был весьма убедительный повод.

— Тарас, морда ты московская, кому как не тебе знать, что я есть по природе своей самая закоренелая «сова», и тот, кто покусится на мой утренний сон, окончит свою жизнь в страшных муках и, вдобавок к этому, прямиком отправится к чертям в ад за издевательства над больной беззащитной женщиной. — Крулевская окончательно проснулась и, сменив гнев на милость, продолжила. — Сто лет не слышала твой чудный бас. — Голос женщины мгновенно поменял тембр и стал звонким, игривым, почти девичьим. — А я грешным делом подумала, что ты, забулдыга, оставил наконец своё удостоверение в отделе кадров, вышел-таки в отставку, да и свалил наконец в Милан, где и поешь арии в тамошнем театрике с заунывным названием «Ла скала». Ладно уж, прости, что перебила тебя, излагай быстренько, что у тебя там в белокаменной опять стряслось, и зачем тебе в такую рань понадобились заспанные мозги госпожи Крулевской. Кстати, как там твоя жена тёща и дочки. Замуж часом не повыскакивали? Может, ты уже грешным делом дедом стал? Колись.

Трубка молчала. На том конце провода Тарас пытался вставить хотя бы слово в монолог женщины, но ему это никак не удавалось.

«Изменилась Маргоша, — размышлял он, внимая далёкому голосу. — Все мы меняемся, и ничего с этим не поделать. Как же долго я с ней не виделся, наверное, целую вечность. А ведь когда-то друзья были — не разлей вода, если не сказать больше. Прикрывали друг друга от начальственного гнева, ну и от пуль, конечно. Как же без этого». Вдруг он сообразил, что трубка молчит, и Марго на том конце закончила свой монолог, и он, наконец, получил возможность сообщить то, ради чего звонил.

— Маргоша, скажи, пожалуйста, ты слышала такое слово — иппотерапия. Ладно, не ломай голову, это лечение путём общения с лошадьми. В Европе это уже лет сорок как практикуется, а у нас здесь только-только зарождается. Короче, хватай свою дочурку и дуй ко мне в гости. Мои дочки занимаются модным нынче конным спортом и познакомят тебя с нужными людьми. Даст бог, недуг твоей Дашутки с божьей помощью излечим. Уф. Я всё сказал, можешь продолжать трещать дальше, я весь в твоём распоряжении, только помни, что через полчаса за мной машина приедет.

Крулевская долго разлагольствовать не стала. Быстренько попрощалась и положила трубку. В её голове уже прочно поселилось новое слово — иппотерапия!

Её приёмную дочь и всеобщую любимицу Дашу год назад привязали к большой колонне и залепили рот скотчем, что мог думать в такой момент этот маленький человечек? Она практически никогда не видела свою родную мать, её воспитывал отпетый уголовник. Девочка за всю свою короткую жизнь не видела женской ласки. Силуянов и Крулевская, удочерив ребёнка, окружили его заботой и любовью. Возили по всевозможным врачам, приложили немало сил, чтобы излечить девочку от непонятного недуга, но толку от этого было мало. После перенесённого стресса девочка почти не разговаривала. Изредка произносила односложные предложения, но больше вообще молчала.

Закончив разговор с генералом Романцом, Маргарита бросилась к ноутбуку. Всемирный разум сообщал, что при помощи этой самой иппотерапии успешно лечат детей с ДЦП, дети становятся более общительными, быстро находят себе друзей. Люди приезжают в Москву на ипподром даже из ближнего зарубежья, и попасть к хорошему специалисту в этой области не так-то и просто.

Женщина, увлёкшись своими поисками, не заметила, как из своей комнаты вышло маленькое темноволосое существо с раскосыми чёрными глазками и, ни слова не говоря, уткнулось в подол приёмной матери.

— Дашенька, золотко, что с тобой. Ты чего-то испугалась? — Марго нежно погладила девочку по аккуратно причесанным волосам. Младшая дочка Дейана, после крещения получившая простое и понятное имя Даша (см. повесть «Копи царя Комусова»). Дочка по привычке посмотрела на женщину снизу вверх и ничего не сказала. Только в её чёрных глазах-бусинках заблестели слезы. — Тебе, наверное, что-то страшное приснилось? — спросила Марго. — Дочка молча кивнула головой. — Ничего не бойся, твоя мама с тобой, Пойдём лучше на кухню, там бабушка Вера угостит нас с тобой чем-нибудь вкусненьким.

В большой и светлой кухне Вера Марковна тут же усадила их за стол, накрытый чистой льняной скатертью, и поставила перед едоками по большой тарелке с ароматно пахнущими свежеиспечёнными пирожками с повидлом.

После того как Силуянов и Марго удочерили сиротку, она добровольно взвалила на свои старые плечи роль кухарки и домработницы. Её собственные дети давно выросли и жили своими семьями, а сидеть на скамеечке возле дома и обсуждать бесчисленные сериалы Вера Марковна не могла — да и не хотела. Она даже напрашивалась в крёстные матери, но пожилую женщину уже опередила учительница Таисия Сергеевна, так что теперь Вера Марковна носила гордое звание — крёстная бабушка.

— Вера Марковна, а мы в Москву летим, — проглотив кусок, сообщила Марго. — Может, и вы с нами, как же мы без вас там обойдёмся.

— А Силуянов и Лилия? — поинтересовалась женщина.

— У Силуянова свой собственный ресторан имеется, чай с голоду не загнётся, а Лиля уже взрослая, может и сама себе что-нибудь сварганить из съестного. Чай не в меня пошла, кое-что готовить умеет. А не умеет, так научится. Без этого бабьего умения замужем туго бывает. По себе знаю. После моей стряпни от меня всех мужиков как ветром сдувало. Марго для себя уже решила, что поедет в столицу вместе с Верой Марковной, снимут квартиру или коттедж, чтобы Дашутка чувствовала себя как дома. Хорошо бы ещё кого-нибудь из своих «сыскарей» прихватить, мало ли что. Романец, конечно, предложит погостить у него, но от этого надо будет деликатно отказаться.

Глава 2

Девочка сидела без седла на маленькой мохнатой лошадёнке и счастливо улыбалась. Она не смеялась и не визжала от радости как остальные дети, находившиеся там же на конном манеже. Марго стояла возле белой оштукатуренной стены, снимала все на камеру телефона и со всех сил прислушивалась к детским восторженным крикам, стараясь услышать в этой какофонии звуков голос своего маленького чуда. Но тщетно. Даша гладила животное по спине, не произнося при этом ни слова.

«А Романец, зараза, с такой уверенностью утверждал, что эта самая новомодная иппотерапия буквально чудеса творит, — подумала женщина. — Примчались сюда, сломя голову, за тридевять земель, да все без толку. Будто бы у нас в степном краю лошадей не сыскать, или они не такие, как в наших краях.

Вдруг, ни с того ни с сего, в её голове всплыли воспоминания о частном элитном хосписе, кем-то удачно названым «Чудо». И о красивейшей бухте Энгал, где это самое медицинское учреждение расположено (см. повесть «Нам теперь все льзя»). Тогда она с помощью своих друзей и благодаря чудотворной иконе смогла победить смертельный недуг. Значит, Бог оставил её на этой грешной земле для того, чтобы она помогала другим. Вырастила свою первую приёмную дочь Лилию и, конечно же, обязательно вылечит свою вторую доченьку — Дашу.

Ей вдруг показалось, или она на самом деле слышит. Среди эха от нескончаемого потока детских голосов и всхрапывания лошадей она каким-то чудесным образом смогла различить, вернее, понять одну фразу.

Даша при помощи сопровождающего коневода уселась боком на другую лошадь и повторяла, как заведённая: «Мама смотри. Мама смотри. Мама смотри». Глаза-угольки дочки сияли от счастья.

Марго чуть не свалилась на землю от нахлынувшей на неё волны радости. Быстро увеличила уровень записи звука до максимума, искренне надеясь, что портативное корейское чудо сможет записать голос именно её ребёнка, отфильтровав от возгласов всех остальных детей.

За своим занятием она и не заметила, как весь мир вдруг разом смолк. Всё замерло. А через секунду работники ипподрома бросились куда-то в сторону расположенных по соседству денников. Только старый коневод не последовал за всеми и не оставил своё занятие, осторожно снял девочку с лошади, лишь после этого поспешил вслед за своими коллегами. Марго взяла Дашутку за руку, сама не сознавая, зачем, поспешила вслед за всеми. Обогнув сбоку толпу она смогла увидеть, что на краю стойла лежит человек в красивой одежде жокея, из его рассечённой головы вытекает струйка тёмной крови, а рядом стоит красавец вороной жеребец, беспрестанно мотая головой, как бы оправдываясь. Завыла сирена, и все присутствующие разом расступились, пропуская вперёд врачей скорой помощи в красивых синих робах.

Глава 3

Тело увезли. Охранники пригласили всех присутствующих пройти в соседнее здание. Помогая дежурному по ипподрому полицейскому, они стали скоро переписывать паспортные данные свидетелей. Марго смотрела на дочку. Девочка мало что смыслила в происходящем, но каким-то шестым чувством понимала, что где-то рядом поселилось большое горе. Она смотрела на мать и в уголках её чёрных глаз сверкали бусинки слёз. Уехавший с места происшествия дежурный следователь обещал вернуться, но задерживался. Люди тихонько перешёптывались между собой, ожидая его. Наконец, Крулевская не выдержала, достала телефон и позвонила генералу Романцу. К её удивлению, дозвониться до большого начальства удалось с первого раза. А ещё через полчаса её и Дашу выручил из вынужденного плена широкоплечий парень с военной выправкой, присланный генералом. Он без промедления сунул под нос ошалевшего полицейского какую-то очень значимую корочку и, не дожидаясь ответной реакции, взял девочку на руки и двинулся к стоящей поодаль машине.

Тарас Романец угощал посетителей ароматным чаем с чабрецом. Даша разрумянилась и таскала шоколадные конфеты одну за другой. Марго хотела было пресечь это безобразие, но передумала. Она очень боялась хоть чем-то обидеть маленького человечка.

— Его звали Иван. Иван Кравец. Он наездником в третьем поколении был, — раздался откуда-то сверху бас хозяина кабинета.

Марго подняла голову и молча рассматривала расхаживающего по кабинету генерала.

— Я знал его и его родителей. Но дело не в этом. Скорее всего, местные следователи сейчас скрипят перьями, чтобы побыстрее состряпать заключение о несчастном случае. Мол, взбрыкнул жеребец и копытом в темечко. Бывает. Нет, мол, состава преступления. Им бы побыстрее дело в архив спихнуть. А в мою контору его никогда не передадут. Не тот, понимаешь, уровень и задачи.

— Тарас, хватит ходить вокруг да около. Ты, старый хрыч, хочешь меня в это дело втянуть. Так вот не старайся — не выйдет. Я здесь чтобы девочку лечить. Напомню тебе, по твоей инициативе, между прочим. И несчастный случай там произошёл или преднамеренное убийство — меня не беспокоит абсолютно. Не моя, понимаешь, территория, и вообще, российский частный сыск, надеюсь тебе известно, расследованием убийств заниматься не имеет права. А я своей лицензией дорожу. Всё. Спасибо за чай, нам с Дашей пора. Всех тебе благ и удачи, генерал. Спасибо, что избавил от дачи никому не нужных свидетельских показаний на ипподроме. Бывай.

Она поднялась со своего места, немного подумала, мягко, но решительно отобрала у дочки очередную конфету и положила её в почти пустую коробку.

Тарас ничего не сказал, он молча достал из какой-то папки фотографию и кинул на стол. Марго машинально взглянула на снимок и остановилась как вкопанная.

— А он-то здесь причём? Его каким боком это лошадиное дело касается?

Марго взяла фото и стала рассматривать, вспоминая давнишнее дело (см. повесть «Старикам здесь не жить»).

Конечно, она узнала человека на фотографии. На неё смотрел, не мигая, человек, который в последний момент выскользнул из расставленных ею и её «сыскарями» сетей.

«Генерал Романец, приветствую тебя, Крулевская беспокоит. Несколько часов назад в Москву прилетел убийца, отлично владеющий гипнозом. Поднимай там всех своих. Полный комплект имеющихся в нашем распоряжении материалов высылаем немедленно». — Эта фраза, произнесённая ею несколько месяцев назад, пронеслась в голове женщины. Она положила фотографию на место. Помолчала с минуту, потом произнесла тихо: «Так вы его до сих пор не поймали. А ещё столица. — Затем опустилась в кресло и добавила. — Так, с чего начнём?»

Глава 4

Маленький мальчик бодро вскочил со своей кроватки и протянул к матери свои тонкие ручонки. «И Дениска всё», — пролепетал он. Это означало, что и маленький Денис Кравец тоже выспался и уже готов шалить и баловаться, однако совсем не готов есть обязательную утреннюю кашу.

Мать взяла малыша на руки. Прижала к себе. Он положил свою белокурую головку к ней на плечо и вдруг неожиданно произнёс: «А папа сегодня умрёт».

— Что ты такое говоришь, — испугалось мать. — Перестань, пожалуйста, молоть всякую чушь. Наш папа на соревнованиях, он обязательно выиграет большой красивый кубок, привезёт его домой, и ты будешь с ним играть. Он очень хороший жокей, его никто не может победить. Слышишь, никто!

Сын ничего не ответил, он спрыгнул на пол и убежал на кухню. На сердце женщины от слов сына стало как-то тревожно. Она подошла к столу, взяла телефон и нажала кнопку. На экране появилось фото наездника в красивой форме, ведущего под уздцы лошадь. Телефон несколько раз прогудел сигналом вызова и смолк. Женщина набрала другой номер.

— Дежурный по ипподрому слушает, — ответила трубка.

— Будьте добры, позовите, пожалуйста, Ивана Кравеца к телефону, очень надо, — попросила она дрожащим голосом.

— Женщина, это у нас категорически запрещено. Только после завершения соревнований. И никак не раньше. — Трубка запищала сигналами отбоя.

Положив телефон на место, мать вздохнула и поспешила на кухню, уговаривать сына съесть хоть немного ненавистной каши.

Иван проверял стремена у коня.

«Попридержать, а вот вам, выкусите. Не на того, господин хороший, напал. Скакуна он мне чистопородного купит, за два миллиона долларов. Как же, держи карман шире. От таких, как он, дождёшься. Небось поставил на „тёмную лошадку“ и желание имеет сорвать куш, дело известное. А меня кормит пустыми байками. И глаза у него какие-то необычные, колючие. Смотрю в них и будто гвоздь проглотил или подковой в лоб заехали, аж голова затрещала. Нет, господин „колючий“, Кравец в таких делах никогда не участвовал и участвовать не будет! Дудки. Сколько бы ты его своими глазищами не буравил! Имя честного жокея не продаётся. Да и мой конь меня не поймёт. Не дай бог, обидится ещё. Он же как человек, всё понимает, разве что не говорит. Как я ему потом объясню, что мне чистокровную арабскую двухлетку пообещали».

Иван взял щётку и стал в очередной раз протирать круп лошади.

***

Директор сидел в бывшей директорской, а ныне ВИП ложе ипподрома и лениво наблюдал за тем, что происходит на поле. Он с удовольствием вспоминал, как при помощи своего чудесного дара смог в самый последний момент вырваться из ловушки, расставленной операми в Южном городе. Как за несколько дней до этого силой своей мысли заставил местного авторитета по кличке «Гриб» принять смертельную дозу яда. Правда, после этих «фокусов» жутко болит, просто раскалывается голова, и никакие даже самые сильные болеутоляющие таблетки не помогают, но за всё в этом мире надо платить. Вот и этот хлыщ-жокей заплатит, здорово заплатит, если не исполнит его волю. Директор впервые в своей жизни увидел, что его гипноз не действует или действует крайне слабо. Жокей не сказал прямо «нет», но и не сказал «да». И головой не кивнул в знак согласия. «Наверное, старею, — продолжал размышлять Директор. — А может быть, это следствие переутомления. Моему аккумулятору тоже ведь требуется подзарядка в виде денежных купюр, желательно самого крупного достоинства и побольше. Женщины, особенно молоденькие, тоже обладают хорошей восстанавливающей способностью. Но с этим вообще нет никаких проблем. Тут даже гипноз применять не надо. Просто глянул на неё, и она послушно топает за тобой как преданная кошка. Иногда от такой покорности аж противно становится. Никакой прелести победы от их покорности не ощущаешь. Так, похоть одна и всё. Что же это такое выходит, что я никогда и не женюсь, что ли. Нет, конечно, женюсь, только на ровне себе. Чтобы тоже гипнозом обладала, вот и будем сидеть с ней по вечерам и играть в гляделки, кто проиграл, тому и посуду идти мыть. А если её мама, то есть тёща, пожалует и тоже с большими паранормальными способностями? Я один против двоих ни за что не совладаю». Он неожиданно для себя громко рассмеялся. Солидные соседи по ложе повернули к нему свои головы, но тут начался заезд, и все приникли к своим биноклям с цейсовскими стёклами.

Глава 5

— Мне нужна моя команда. И жильё уровня не меньше четырех звезд. Слышишь меня, не менее! Люди должны жить в человеческих условиях. Отговорки, что у тебя государственная организация и что бюджетом там не предусмотрено, отметаю сразу. Проезд и питание также за счёт принимающей стороны. И ещё не забудь, что мы с тобой, конечно, друзья, но моим людям требуется ещё и такая банальная вещь как заработная плата. Хотя я готова этого выродка совершенно бесплатно искать, но как руководитель коллектива, — Марго сделала акцент на двойную букву «л», — обязана заботиться о материальном благополучии своих сотрудников. Надеюсь, я всё доходчиво изложила.

Генерал Романец раскатисто, как умел только он, расхохотался: «Ой, ну насмешила Марго, вот уж квочка, заботящаяся о своих цыплятах, ей-богу». Он, вытирая платком глаза, мокрые от слёз, полез в какую-то из многочисленных папок и положил перед ней очередную бумагу с красивым цветным вензелем в левом верхнем углу. Женщина скосила глаза на текст. «Интернациональный союз конезаводчиков» устанавливал награду в десять миллионов долларов за раскрытие убийства жокея Ивана Кравеца и выражал готовность оказать посильную финансовую и иную помощь следственным органам.

— Так что, они там тоже не верят, что это несчастный случай? — с удивлением спросила Марго.

— Королева, ты же прекрасно понимаешь, там, в этом союзе, самые что ни на есть профи собрались. Они прекрасно знают, что конь — это существо даже более преданное, чем собака, на хозяина никогда копыто не подымет. Тем более что с жеребячьего возраста сахар из его рук принимал. Они же не наши чинуши, им правда нужна. Жокей высочайшего уровня погиб, это тебе не хухры-мухры. Тут скандал мирового значения возможен. Большие финансовые интересы на кону, тьфу ты чёрт, с этим русским языком, чуть не вырвалось «на коню». А может быть, оно так и правильнее будет. Короче, тащи сюда поскорей свою сыскную банду. Всё остальное — не твоя забота. А сейчас извини, мне вон туда пора. Романец махнул в сторону окна, за которым виднелись зубцы в виде ласточкиного хвоста.

Глава 6

— Кирилл! Ты опять был на трибунах! Уволю к чёртовой матери! — Женщина разошлась не на шутку. Её глаза сверкали праведным гневом. Ольга Стенина нервно стучала хлыстом по голенищу сапога. — Тыртычный, займись, наконец, своими прямыми обязанностями. Кобыла Ласка до сих пор без овса в деннике стоит. И жеребца Лобута уже давным-давно пора на манеж выводить. Я что ли за тебя всё это должна делать?

— Ольга Ивановна, я сейчас, я мигом, — оправдывался парень лет двадцати пяти от роду, — я только вот куртку сниму и всё сделаю, ей-богу.

— Ты, только Бога в свои дела не впутывай. Сделает он, как же. Опять, наверное, в тотализатор играл. Смотри, Кирилл, это моё последнее предупреждение перед казнью. И не посмотрю, что ты сын такого знаменитого отца, рассчитаю в два счёта. — Она хотела ещё что-то добавить к своей тираде, но краем глаза заметила, что за ней наблюдают и осеклась на полуслове.

— Женщина, а вам что здесь надо? Кто вас вообще сюда пустил? Посторонним здесь находиться нельзя. Немедленно покиньте помещение, — перекинулась Ольга Ивановна на Крулевскую, молча наблюдающую за всем происходящим.

Марго, ничего не отвечая, протянула женщине своё удостоверение.

— «Частный сыщик, сыскное бюро «Крулевская и партнёры», — прочитала Ольга Ивановна вслух. — Ну и что! Я никаких сыщиков сюда не приглашала, ни частных, ни государственных. Немедленно покиньте помещение!

За свою долгую работу в органах советской прокуратуры, Маргарита Сергеевна Крулевская привыкла ко всему. Поэтому повышенный тон начальницы конюшни не произвёл на неё никакого впечатления. Она молча достала из папки вторую бумагу с красивым вензелем в верхнем углу: «Интернациональный союз конезаводчиков» уполномочивает провести следствие по факту смерти, — прочитала Ольга Ивановна. А мой босс Эраст Генрихович Ройсман в курсе? Если нет, то вы сначала свяжитесь с ним и только после его согласия, я допущу вас в конюшню и буду с вами сотрудничать, коль вы не их государственной конторы, то у меня есть такое право, — проявила свою осведомлённость Ольга Ивановна.

— Как раз, сейчас мой соучредитель господин Силуянов и генерал Романец имеют честь беседовать с вашим боссом. И уж будьте уверены, он обязательно согласится оказать содействие следствию, тем более, что это и в его интересах тоже. Так что давайте не будем терять драгоценное время, а найдём местечко где вы и ваш подчинённый Кирилл ответите мне на некоторые вопросы.

Через несколько минут она уже сидела в уютном кабинете Ольги Ивановны, пила душистый чай и рассматривала многочисленные кубки и медали, в основном с лошадиными профилями в центре награды.

— Итак, приступим, — отставив чашку с чаем в сторону и доставая диктофон сказала Марго. — Для начала расскажите о себе и своей работе.

— Да, что рассказывать, — отвечала женщина. У нас здесь на конюшни судьба, как в цирке, у всех одинаковая. Отец был жокеем, мать ветеринаром. Я, можно сказать, в деннике родилась. С малых лет с лошадьми росла. Потом сама наездницей стала. А когда время пришло, стала тренером по конному спорту. Готовила лошадей для выездки. Знаете, наверное, есть такой вид спорта, между прочим, с олимпийской пропиской. А после развала великого и могучего, когда всё вдруг стало частным — и лошади и денники, — меня пригласил на работу Ройсман. Лошадок доверил. Каждая, между прочим, ох, какую круглую сумму в долларах стоит. Теперь вот по всяким Европам ездим, в скачках и бегах участвуем. Всё вроде бы хорошо и нате — Кравец погиб. Ну а конь его ненароком зашиб или кто другой, так это уж вам решать. Тут я вам не помощник. Она замолчала и отхлебнула из своей кружки.

— Скажите Ольга Ивановна, а за вашу долгую практику подобные случаи бывали? Чтобы лошадь жокея покалечила? Марго смотрела прямо в глаза женщины пытаясь понять будет ли та говорить правду или соврёт.

— Вы, наверное, знаете, что молодых лошадей надо объезжать. Лошади — умные и красивые животные, имеющие свой собственный яркий характер, который нужно учитывать, если вы хотите объездить лошадь. Объезжать этих удивительных животных порой бывает непросто, но все усилия буду вознаграждены их преданностью. Некоторые люди берутся не за своё дело, поэтому бывают в нашем деле и травмы и увечия. Да что там далеко ходить, вон мой конюх Кирилл неплохим наездником был. Звёзд с неба, правда, не хватал, но не без таланта. Однако не поладил со своим конем, тот его взял да и сбросил. В результате перелом ноги и всё, прощай карьера. Если обратили внимание, он до сих пор хромает, сложный перелом оказался. Наверное, уже на всю жизнь. Теперь вот за лошадьми смотрит. Несколько раз в день подметает и убирает проходы. Навоз из манежа вычищает, как же без этого. Ройсман вот именно за такой сервис и платит ему зарплату. Ну а вовремя покормить лошадку, обеспечить в деннике чистоту, да просто выгулять лошадку, это вообще святое дело. Вы, наверное, не знаете, так я вам расскажу, — обычно при чистке от лошадей не так уж много шерсти бывает, но чистить животное надо ежедневно. Бывает, что кони сурово осыпаются в период линьки. И это тоже целая наука, чтобы лошадка после процедуры чистки своей же шерстью не дышала, и чтобы вся грязь и волосы с неё не летели в сено. Щётки для лошадей — тоже не простая тема. У меня для каждого животного свой комплект щёток. И меня прям трясти начинает, когда я вижу, как конюхи одной и той же щёткой другую лошадь чистят. Фурминатор на днях сломали.

— А что такое «Фурминатор»? — спросила Крулевская. Она с удивлением открывала для себя новый, ранее не известный мир конного спорта.

— Фурминатор — прибор такой. Удаляет отмерший подшерсток у животных, не повреждая остевой волос; — вычёсывает животное лучше, чем любая щётка.

И вот прихожу сегодня, а он не работает. Тут же в конюшне не только наши лошади живут. Тут много разного народа обитает. Я, конечно, всё своё имущество запираю, но вот, выходит, не доглядела.

— А за что вы на Кирилла так? Почему ему нельзя на трибуны ходить, что в этом такого преступного? Марго проверила как идёт запись на диктофоне.

— Когда Эраст Генрихович с каждым из нас контракт заключал, он в него отдельный пункт внёс, что его сотрудникам категорически запрещается появляться на трибунах и делать ставки в тотализаторе. Да это и ёжику понятно. Мы ведь люди заинтересованные. Кто же лучше нас наших подопечных знает. А такая информация, сами понимаете, зачастую больших денег стоит. Короче — нельзя и всё тут. Но Тыртычный, зараза, после травмы за воротник закладывать начал. Не часто, но бывает. А лошадки наши нюх не хуже, чем у собак имеют. Учуют перегар и нервничают. Я его уже перед стартами стала отсылать куда подальше. Выгнать вообще давно пора. Да ведь наш он, ипподромский, прогоню, так совсем пропадёт парень, вот и мучаюсь с ним, словно мамка родная.

— А вы точно знаете, что он на трибунах бывает? Или это ваше предположение? — решила уточнить Крулевская.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 352