электронная
180
печатная A5
574
18+
ЦРИ-3

Бесплатный фрагмент - ЦРИ-3

Объем:
448 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-6916-0
электронная
от 180
печатная A5
от 574

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1. Старые связи

Шел июнь 2008 года. Я находился дома, и с первых же дней у меня началась натуральная ломка, меня жутко тянуло обратно в общежитие. Все, что окружало меня, вообще не приносило никакой радости, я был конкретно оторван от реального мира. После двух лет, проведенных в ЦРИ, я привык к другой динамике жизни, что возле меня постоянно была толпа ребят. Всегда можно заскочить к кому-нибудь в гости, поболтать, куда-нибудь сходить. И вот наступил день, когда всего этого больше нет, есть только ты, и больше никого.

Именно в такой момент начинаешь переосмысливать свое отношение к людям и к жизни, постоянно прокручиваешь в голове события минувших дней и анализируешь свои поступки. Так, в один из дней я докатился до того, что почувствовал какую-то неправоту по отношению к Кате.

Я почувствовал за собой вину, какого хрена? Я не понимаю по сей день, но это чувство меня угнетало. Хотелось плюнуть на все и позвонить, услышать ее голос, но я терпел.

Практика подходила к концу, и мне предстояло съездить в ЦРИ ровно на один день, чтобы ее сдать. У меня был один день, чтобы вновь окунуться в ту сладкую атмосферу студенческой жизни, и, как ни крути, мы должны были все вновь встретиться.

Я мог бы написать тут, что мне было похер на Катю, но это не правда. За месяц разлуки я осознал, что эта девка крепко засела в моей голове. Я до сих пор себя ругаю за те сопливые дни, какого хрена я вообще расклеился — ответа на этот вопрос нет.

В назначенный день я прибыл в Екатеринбург, и как только я зашел на южный автовокзал, у меня сложилось ощущение, что я приехал домой. Куча знакомых лиц, в прямом смысле этого слова — я встретил около десяти бывших выпускников: кто-то ездил по делам, кто-то ехал к кому-то в гости. В общем, мир очень тесен.

Там я повстречал бывшего выпускника Серегу (тот самый парень, который еще на первом году обучения был старшекурсником и проводил собрания, и мы с ним играли в КВН). В личной беседе выяснилось, что Серега женился на своей же одногруппнице Лере, соседке по парте. Вот так ЦРИ соединило сердца двух людей. Я никогда не пишу такие подробности просто так, чуть позже судьба меня еще раз сведет с Серегой, и что там приключится, вы узнаете позже.

А пока я попрощался с ним и побежал на автобус. Как только я зашел в салон, то увидел половину одногруппников, вот так встреча! В салоне сидел Игара, Рева, Борман, Макс и прочие. Наша поездка из скучной моментально превратилась в супер-хитовое турне по пригороду Екатеринбурга. От нас стоял такой шум и гам, удивительно, как нас еще из автобуса не выгнали.

Мы явились веселой компанией в ЦРИ и встретились со всей группой. Не хватало только одного человека. Как вы понимаете, это была Катя, она тупо не приехала. И вот, один за другим мы сдали отчет по практике, и нас тут же отпускали домой. Так рассосалась почти вся группа, стало как-то грустно. Мы переглянулись с парнями и решили попытать удачу. Состроив грустные глазки, как у кота в Шреке, мы стали проситься переночевать в общежитии, так как на сегодня уже нет транспорта, чтобы уехать домой.

После коротких уговоров нас оставили. Это означало, что нас ждет термоядерная пьянка с элементами жестокого похмелья. Мы заскочили в общежитие и обомлели — здание явно не пустовало. Там кто-то проживал в комнатах, и нашему счастью не было предела, когда мы обнаружили в комнатах весь состав группы портных, это пятнадцать девочек!

Оказывается, они все проходили практику на территории ЦРИ, шили новое постельное белье для нужд общежития, шторы, скатерти и т. д. В воздухе просто запахло сексом, ну как минимум у меня точно. Я бегал по этажу с задорной улыбкой и строил планы на вечер. Все были безумно рады друг друга видеть.

Мои планы были нехитрые — по зданию кругом были открыты комнаты, а в замках болтались ключи! Третий этаж пустовал — заходи в любую комнату, вот сюда-то я и затащу сегодня какую-нибудь портняжку для профилактической беседы.

День близился к концу. Мы собрались в комнате у девчонок и взахлеб болтали обо всем на свете. Это были своего рода последствия после месячного отсутствия общения. Как вдруг послышались шаги; парни вышли в коридор и крикнули:

— О-о-о, Катя приехала!

После этих слов у меня сердце аж зажгло от волнения. Вот так и состоялась наша встреча. И пока она бегала сдавать отчет о практике, я сильно призадумался.

Тем временем парни купили бешеное количество спиртного и тортик для вахтерши, это своего рода маленькая взятка. И пока я хлопал ушами, ребята всей толпой собрались в телевизионном зале и принялись хлестать пиво. Вот таким нехитрым образом в компании оказалась и Катя.

Спустя пару часов изрядно пьяные ребята вышли на крыльцо покурить, я шел следом, но дойти до двери было не суждено. Катя схватила меня за руку и потащила на лестничную площадку, спустя мгновенье она впилась в мои губы с такой страстью, что у меня член чуть не лопнул в штанах. Вот так генерал Алкоголь организовал наше общение.

Катя внаглую лапала мое тело и шептала:

— Ты сволочь, я всю подушку из-за тебя слезами залила, как же ты мне нервы-то вымотал, скотина.

Через пару минут на третьем этаже я закрыл на ключ комнату, и у меня состоялся такой мощный секс, что, наверное, на улице было слышно.

С меня сошло семь потов, я даже сегодня не помню количества подвигов в тот вечер, но помню, что шел обратно, шатаясь, пытаясь идти в телевизионный зал. В ушах звенело, а в глазах стоял туман.

Я продолжил веселиться с парнями. Это был по-настоящему крутой вечер. Я в очередной раз осознал, что в общежитии гораздо лучше, чем с товарищами на улицах родного города.

Утром меня ждал сюрприз. Я решил все-таки провести переговоры на трезвую голову, но, к своему удивлению, не нашел Катю. Вахтерша доложила, что она свалила пару часов назад обратно в свою деревню, вот такой расклад.

Вот так, не получив никаких объяснений, и с признаками тяжелого похмелья, мы покинули общежитие, попрощавшись друг с другом на два месяца.

Я прибыл домой в максимально хорошем настроении, все было супер. Такая короткая поездка вернула меня снова к нормальной жизни. Вечером раздался звонок. Это был незнакомый номер. Я решил, что это звонила Катя, но в трубке услышал мужской голос:

— Братан, это йа!

Звонил уже известный вам персонаж с первого года обучения, красавец, жгучий брюнет с голубыми глазами, Леха-рукопашник. Он известил меня о том, что женится в конце июля и очень хочет видеть меня на своей свадьбе. Вся ирония судьбы заключалась в том, что Леха жил в пятнадцати километрах от дома Кати!

Я, не раздумывая, принял решение:

— Леха, я еду!

И пока мы уточняли некоторые детали, он скинул мне номер ICQ какой-то девушки с севера области, которая тоже должна была поехать на свадьбу. Намек Лехи был понятен — он хотел меня свести со своей знакомой. Я особо не сопротивлялся — мне было любопытно, что это за девушка.

И, к своему удивлению, я обнаружил охрененно красивую барышню по имени Настя, да притом одинокую и очень даже общительную. У нас молниеносно закрутилось замечательное общение, и я был конкретно доволен тем, как складывается ситуация.

В один из дней Настя задала мощный вопрос:

— Слушай, а мы же с тобой заочные друзья, нам скоро ехать на свадьбу. Так вот интересно, а между друзьями секс бывает?

Этот вопрос был конкретным ударом ниже пояса. Настя открыто намекала на секс, я даже не знал что ответить, поэтому написал: «Все бывает!». А сам сильно призадумался, что теперь делать. У меня все еще не решена ситуация с Екатериной. Кстати сказать, она не брала трубку, и после моего очередного безответного звонка я плюнул на эту упертую дуру и переключился целиком на Настю.

Наше общение зашло так далеко, что выяснились тайные пристрастия Анастасии. Проще говоря, она была ядерной извращенкой, просто максимально озабоченной девкой. Я таких сообщений начитался, что у меня на висках капли пота выступали. Это была у нее фирменная фишка — она писала и говорила по телефону такие непристойности, да с таким энтузиазмом, что по сей день хлеще извращуги я не встречал. Вот так богата земля уральская на самородки. Поездка на свадьбу обещала быть веселой, и я очень сильно хотел скорее туда отправиться.

В назначенный день я встретился на вокзале Екатеринбурга с Настей. Это была очень милая и приятная девушка с шикарной фигурой. Мы купили билеты и отправились в город «Н». По пути оба понимали, что на свадьбе нас ждет жесткий секс (ебля с пляской), и вот этот факт вызывал у нас застенчивые улыбки. Честное слово, ехали и смущались, как дети.

Меня встретил Леха, а Настя свалила к подруге. Мы предварительно договорились встретиться вечером, а пока Леха потащил меня в баню.

Я сказал:

— Ну че, жених, рассказывай, как ты осмелился жениться в таком юном возрасте?

В ходе личной беседы выяснилось, что невеста Алексея в положении, и ей скоро рожать. Блин, ну вроде как типичная ситуация для современных реалий.

Наступил вечер, и состоялся импровизированный мальчишник на городском стадионе. Город, в котором жил Леха, был непростым, потому как я больше нигде не видел такой концентрации молодежи на квадратный метр. Даже в лучшие года в родном городе я такого не наблюдал ни разу. Народу куча, и все молодежь, взрослых практически не видно. Я поинтересовался, откуда такое количество людей молодого возраста повсюду? Мне пояснили, что вокруг города свыше двадцати крупных деревень, и все находятся очень близко, поэтому вся молодежь по старой традиции выбирается погулять именно сюда.

Я в очередной раз набрал номер Кати, так сказать, еще раз взвесить все за и против, но эта упертая баба не брала трубку. Ну что ж — тут сам бог велел отдыхать.

Наступила ночь, и друзья Лехи разбежались по домам, а мы с Настей наконец встретились. Встал резонный вопрос — где будем чпокаться? Изначально планировали по-тихому свалить на берег озера и там неплохо оттянуться, но в тот год июль был настолько холодным, что впору было гулять в зимней куртке. Нам нужен был срочно план «Б».

И мы подскочили к Лехе с предложением:

— Может, мы у тебя заночуем?

Леха все понимал и пояснил:

— Ребят, у меня свободна только одна кровать, и она стоит в моей же комнате. Если вы не стесняетесь, то погнали ко мне спать.

Поверьте мне, мы не стеснялись — дело молодое, а Леха свой в доску чувак.

Перед тем, как лечь спать, Леха прошипел:

— Кровать мне не запорите, животные.

Мы засмущались, и я пропищал:

— Леха, ну ты чего, мы ж просто спать ложимся!

Я лег в обнимку с этой аппетитной девкой, и в этот момент меня начала мучить совесть, правильно ли я поступаю. И как только я погрузился в тяжелые раздумья, Настя молча скрылась под одеялом и проглотила мой член.

Это было словно гром среди ясного неба. Я кое-как удержался, чтобы не заскулить на всю комнату, а девочка продолжала усердно трудиться. Со стороны это напоминало работу дятла. Чавканье стояло на всю комнату, и в какой-то момент я почувствовал, что больше не могу терпеть.

Я, как собака, закусил подушку зубами, лишь бы не закричать от удовольствия. Еще мгновение — и Настя чуть не захлебнулась от… Ну вы понимаете, от чего, да?

Меня трясло, как деда, страдающего болезнью Паркинсона, а Настя успокаивала меня, как ребеночка, словами: «Ш-ш-ш, тише-тише, мой хороший», — затем развернулась ко мне спиной и захрапела! Вот бабы на Урале пошли, да?

Под боком храпела Настя, а позади меня изображал сон будущий жених Леха. Мне было отчасти его жалко — ему наверняка было обидно наблюдать, как я получаю удовольствие, в то время как ему завтра предстоит быть окольцованным.

Наступил день свадьбы, и если описывать все происходящее, то это целая глава получится. Скажу так — невеста была татарских кровей, и во время ее выкупа я впервые увидел быт зажиточных татар. У них был здоровенный дом, в котором хрен пойми сколько этажей и здоровенные комнаты. Там можно было играть в футбол и болельщиков еще позвать. Подобные дома часто делают на Кавказе, кто видел — меня поймет.

И вот завершилась свадьба, мы с Настей шагаем по улице в сторону дома. Вдруг подъезжает авто, и вываливается толпа парней. Один поворачивается ко мне и кричит:

— О-о-о, какие люди!

Это был мой товарищ, бывший выпускник ЦРИ. Я в очередной раз убедился, что мир тесен. Мы быстро побеседовали и распрощались. Я не успел пройти даже сто метров, когда увидел таксистов, и один водитель пристально смотрел мне в лицо. На улице была ночь, но клянусь — его лицо было до боли знакомым. Водитель первый крикнул:

— Братишка, подвезти куда?

Я подошел ближе, и точно — мы где-то виделись, но оба не могли вспомнить, где.

— Мужик, у тебя лицо знакомое, никак не могу вспомнить, где я тебя видел? — спросил я.

Таксист оживился:

— А я думаю, лицо что-то знакомое, блин, и тоже не могу вспомнить, где виделись, причем много раз.

Мы напрягли память и стали перечислять возможные места встречи, и, наконец, вспомнили — южный вокзал Екатеринбурга!

— Я там два года таксовал и тебя постоянно видел!

— Точно!

И снова я убедился, что мир тесен.

Мы пришли домой к Лехе, и вся комната была в нашем распоряжении. Естественно, мы этим воспользовались. Ближе к утру я начал жутко страдать от сушняка. Казалось, я выпью ведро воды.

Я соскочил в пять утра и рыскал по дому в поисках питьевой воды. Но случилась какая-то магия — воды не было, и точка. Быть такого не может, но я обыскал все. Не раздумывая долго, я натянул штаны и выскочил на улицу — где-то поблизости был киоск.

А вот дальше была магия — я шел по тихой улице в поисках киоска, как вдруг позади раздался гул мотора. В голове проскользнула мысль: «Трактор, что ли, едет?». И неприятное предчувствие закралось в мое сердце. Где-то поблизости жил Рыжий Сука Тракторист, и его ебло я хорошо запомнил. И, поскольку мир тесен, я решил, что сейчас у нас состоится встреча.

Рык мотора усилился, и на улице показался не трактор, а шестая модель жигулей на последней стадии существования. Это ведро с болтами кое-как ехало по улице, издавая страшное рычание. Машина прошла вперед и внезапно остановилась, явно по мою душу. Открылась водительская дверь, и кто-то выставил свои ноги. Этот человек явно меня ждал.

Я подошел чуть ближе — Боже, это был Лущан!

Глава 2. Встреча

Кто бы мог подумать, что, стоя на улице незнакомого города в пять утра, я мог встретить человека, с которым уже два года делю последний доширак и пью водку с одной кружки! Мать твою! В пять утра! Хрен пойми где, на ржавом ведре случайно приехал Лущан! Звучит, как фантастика, но это чистая правда.

— Лущан, ты чего тут делаешь в такое время, ты в соседней деревне живешь?

Наш хохлятский дружок почесал затылок и молвил:

— Я деревенских баб поехал снимать, они как раз с дискотеки сейчас домой топают. А ты чего тут в пять утра делаешь?

— А я на свадьбе Лехи-рукопашника. Прикинь, он женился вчера.

Вот так я в очередной раз осознал, насколько мир тесен. Лущан довез меня до магазина на своем ржавом ведре. Я утолил жажду и сказал:

— Слушай, чувак, ты ведь почти сосед Катьки. Давай ты меня к ней сейчас свозишь, а я тебе топливо оплачу, и на конфеты чуток останется?

И вот Лущан повез меня в Катькин колхоз. Зачем я туда поехал? А хер его знает. Хотелось решить пару вопросов, так сказать, лично поглядеть, чем Катя занимается и какого хера уже пару недель не берет трубку.

Мы заехали в конкретно гнилой колхоз — без всяких шуток, пишу, как есть. Кругом все развалилось, полное уныние, и атмосфера депрессии навалилась мигом. Лущан тыкнул пальцем в единственный в деревне двухэтажный многоквартирный дом, аж из кирпича.

— Вон там Катя живет. На машине туда не подъехать, так что пиздуй пешком, я буду ждать тут.

По заболоченной улице разгуливала здоровенная свинья, громко похрюкивая и чавкая корешками, которые выкапывала пятаком из обочины дороги. Я пробирался по кустам репейника, и наконец выполз во двор дома. На часах было шесть утра. Дрожащей рукой я набрал ее номер, и, о чудо — заспанным голосом Катя ответила:

— Але, бля…

Я был краток:

— Выходи на улицу, я приехал.

В трубке повисло неловкое молчание.

— А ты где?

— Я под твоим окном.

После этих слов Катю, кажется, хватил удар. И тут у меня мелькнула мысль — а не с Трактористом ли она зависает сейчас дома? Вот так встреча будет. Время предательски остановилось, в воздухе стояло напряженное молчание, и только поросенок вдали хрюкал.

Раздался топот, и на улицу выскочила заспанная Катя. Я обнял ее, и в мой нос ударила мощная струя перегара.

— Катя, ты чего, в запое тут, что ли? Что за огненный запах!

Мы ушли в сторону огорода, и у нас состоялась нудная и долгая беседа в стиле «санта-барбара». Если быть кратким, то Екатерина говорит:

— Я трубку не брала, потому что еще не решила, простила я тебя или нет.

Заебись расклад, простила за что? За то, что ей бывшие мужики названивают, а я, подлец, спалил ее?

Наша беседа ни к чему не привела. Екатерина объявила, что ей нужно подумать до сентября. Заебись расклад: выходит, до сентября она побухает, погуляет, а там, короче, молча на шею залезет? В этот момент я осознал — как же здорово, что меня сейчас в постели ждет конченая извращуга Настя. Я не испытывал ни капли угрызений совести, мне было все понятно.

И тут Катя говорит:

— Слушай, у меня младшая сестра нынче поедет поступать в ЦРИ. Давай я тебя с ней хоть познакомлю, а то она про тебя постоянно спрашивала, не верила, что я ухватила такого парня, как ты.

Через мгновенье Катя вытащила на улицу заспанную сестру по имени Оля. Должен признаться, что сестра была во много раз стройнее и симпатичнее, но тоже склонна к полноте. Мы неплохо поболтали, и тут Катя говорит:

— Пойдем, меня до работы проводишь. Я тут халтурю в конторе колхозной, заодно и тебя до машины провожу.

Мы пришли в покосившуюся избушку, а в кустах, сука, хрюкал поросенок!

— Вот тут я и проходила практику, а теперь халтурю до сентября.

Я зашел внутрь избы, а там — голые доски пола, голые бревенчатые неоштукатуренные стены, стол, стул, калькулятор, и все. А, чуть не забыл — еще лампочка! Катя явно была крутым бухгалтером — все хозяйство держалось на калькуляторе, в углу стояли деревянные счеты.

Катя что-то взахлеб рассказывала мне о том, как она отправится покорять Екатеринбург после ЦРИ, и если я буду себя хорошо вести, то она возьмет меня с собой. Я огляделся вокруг — по улице вели стадо коров в сторону полей.

— Катя, кажется, мне пора, Лущан там весь уже извелся!

Мы вышли на улицу, и я, сухо попрощавшись, пошел в сторону автомобиля. Катя стояла на крыльце покосившейся избы, рядом бродил проклятый поросенок. Колорит зашкаливал. Напоследок она крикнула:

— Я подумаю до сентября!

Я шел и говорил:

— Ага, я тоже подумаю, а пока поеду и потрахаюсь от души, дура тупая.

В машине храпел Лущан. Я разбудил его, и он отвез меня туда, где подобрал. Я протянул ему купюры, чтобы хоть как-то возместить топливные расходы, поблагодарил за оказанную услугу, и мы попрощались до сентября.

И вот, дорогой читатель, я выхожу из автомобиля, поднимаю взгляд в сторону остановки и вижу до боли знакомое рыло. Вот прямо аж все похмелье сняло в миг. И глаза в глаза мы встречаемся с Рыжим Сука Трактористом!

Я выпрямился и молча уставился на него, а он молча уставился на меня. Мы узнали друг друга, нас отделяло расстояние в десять метров. Мысленно я не раз представлял эту встречу, и вот она почти состоялась. Ведро Лущана с диким рыком уехало прочь, и я готовился к тому, что сейчас мы будем беседовать, но в ситуацию вмешался случай. Позади меня раздался крик Насти:

— Эй! Ты где шлялся, я заколебалась искать тебя по закоулкам!

Я отвлекся всего на мгновенье и, обернувшись, увидел, как это рыжее создание молча прыгает в подъехавший автобус, падает к окну и продолжает пристально смотреть на меня. Мы смотрели друг на друга, не моргая. Я не понимал, почему он не подошел и куда он поехал, но все прояснилось буквально в следующую секунду. На рейсовом автобусе красовалась табличка с названием колхоза Кати…

Он уехал прочь, не отрывая от меня взгляда. Я все понимал, куда и зачем он поехал. Рядом стояла Настя и без умолку болтала о том, как замерзла под одеялом и пошла искать меня. Я улыбнулся и сказал:

— Пошли Леху найдем, заодно позавтракаем.

Мы поймали Леху с женой уже дома за очень интимным занятием — они считали деньги! Потихоньку стягивались гости на второй день свадьбы, и все прошло супер. Вечером того же дня мы, попрощавшись с Лехой и гостями, уехали в Екатеринбург.

Напоследок он сказал мне:

— Братан, я так рад, что ты приехал, для меня это многое значит. Кого из наших увидишь — всем от меня привет передавай! А коли жена отпустит, на именины твои приеду в сентябре в ЦРИ.

Мы уселись с Настей на заднее сиденье рейсового автобуса. К нашему удивлению, салон был практически пустой. Мы выехали на трассу, и как только я задремал, то почувствовал, что кто-то расстегивает мои штаны. Это была непоседа Настя. Она нырнула вниз, было ужасно тесно, но усердная девочка справлялась на ура. Это был апогей разврата — мне делают минет в автобусе! Впереди сидели бабушки и дети, а Настя жадно проглатывала частичку меня. Это была одна из самых лучших поездок в моей жизни.

Настя уехала к себе домой на север области, а я отправился к себе. Вскоре ее забрал в жены один мужик, и больше с этой хорошей девочкой мы не виделись. Сегодня она порядочная жена и любящая мама, но ее отважные подвиги я помню по сей день.

Вернувшись домой, я получил письмо из армии от одноклассника. В 2008 году не у всех были сотовые телефоны на службе, и тогда еще письма были в моде. Я вскрыл конверт и узнал, что одноклассник — артиллерист САУ (самоходной артиллерийской установки), и бла-бла-бла. В глаза бросилась строчка: «А завтра утром нас срочно перебрасывают на учения, едем в северную Осетию».

Спустя пару дней я проснулся, как обычно. На календаре была красивая дата — 08.08.08. В Пекине должны были начаться Олимпийские игры. Но все изменилось, когда я включил телевизор. По всем каналам трубили только об одном: «Война!».

Этот день крепко въелся в мою память. Вся страна припала к экранам телевизора. Грузинская армия напала на спящий Цхинвал в Южной Осетии. Крутили одну и ту же запись: система залпового огня «Град» хлестала по Цхинвалу. Наш миротворческий батальон находился в полном окружении.

Было неприятно осознавать, что именно в этот момент в окружении гибнут наши парни, но ничем помочь им я не мог. К вечеру по новостям объявили, что с Северной Осетии срочно перебрасываются наши войска, которые находились на плановых учениях. Я тут же вспомнил, что мой одноклассник как раз был там. Выходит, его сейчас перебрасывали в зону боевых действий.

В течение следующих дней я случайно встретил на улице женщину, которая была матерью одного моего товарища с района. Она шла по улице, и по ее щекам текли слезы.

— Что случилось, вас кто-то обидел? — поинтересовался я.

Женщина, вытирая слезы платком, сказала:

— Сашка, сын мой, в Южной Осетии находится. Телефон отключен уже три дня.

У меня от этих слов глаза на лоб полезли:

— А с чего вы это взяли, что он там?

Женщина мяла платок и говорила:

— Так я же мама, я сердцем чую, там он.

В этот момент я крикнул:

— Тьфу ты! Да кто же его, срочника, туда отправит!

Я, как мог, успокоил женщину, и еще не догадывался, насколько точно материнское сердце почувствовало беду.

Саша был мототреком СКВО и уже пару дней находился в пылающей Южной Осетии. Но об этом станет известно лишь после того, как его подразделение выведут на территорию Северной Осетии через Рокский тоннель. Кстати, статус ветерана он так и не получил — не положено!

А вот мой одноклассник-артиллерист тем временем точно так же был переброшен с учений прямо в район ведения боевых действий. Достоверно не знаю, что он там делал, но его корочку ветерана боевых действий я видел лично.

Вот так бывает в жизни: два друга детства, проходящие срочную службу в разных частях и разных родах войск, ушедшие в разные призывы, оказались на одной войне. Уже после завершения Южно-Осетинского конфликта выяснится, что там побывало много ребят из Свердловской области (какого хрена?). Один даже выхватил Звезду Героя, оставшись при этом в живых! Если мне не изменяет память, он израсходовал весь боекомплект, и на пустом танке поехал в лобовую атаку на позиции грузин, пробивая дорогу выходящим из окружения миротворцам. Кому интересно — почитайте в интернете, его подвиг хорошо описан.

Медленно, но верно горячий август подходил к концу. Впереди меня ждал не менее горячий третий год обучения в ЦРИ.

Глава 3. Пополнение

Среди моих читателей есть будущие студенты и солдаты срочной службы, поэтому, ребята, рекомендую читать вам следующие главы максимально внимательно.

Существует такое понятие, как «неуставные отношения». Кто-то скажет: «Так это в армии устав!». Нет, читатель, устав есть и в студенческих общежитиях, и даже в местах лишения свободы. И во всех местах есть дедовщина. И делится это понятие на два типа: это беспредел и полезная профилактика. Беспредел — это плохо, и его нужно искоренять, а вот второй вариант как раз-таки жизненно необходим. Когда-то давно я не понимал, почему так происходит, и, естественно, был ярым противником неуставных отношений, но, спустя время, я двумя руками «за»!

Я не был в армии, но знаю, что старослужащие дрючат молодой призыв, а руководство части неформально это поддерживает — так образуется порядок. И если в армии для повышения статуса тебе нужно просто отслужить определенный срок, и хуй кто из молодых посмеет тебя гонять, то в студенческой общаге все гораздо сложнее.

Каждый новый учебный год приходят новые ученики. У этих ублюдков нет авторитетов, и они совершенно никого не уважают. Им глубоко похуй, кто ты такой, и что ты тут уже пятый год учишься, всех знаешь и ты ваще крутой. Для них ты пустое место, и поэтому тебе ежегодно приходится своими поступками, действиями доказывать свой статус. Были случаи, когда человек несколько лет был уважаемым, но с приходом молодых в рукопашных схватках он терял свой авторитет и до конца года молчал в тряпочку.

А теперь вернемся в 2008 год. На дворе был конец августа, наша группа бухгалтеров в полном составе явилась на заселение в общежитие, специально на пару дней раньше, дабы занять самые козырные места. Ремонт в здании был целиком и полностью завершен, все было новым, и жить стало в десятки раз комфортней.

Мы официально получили статус старшекурсников, и, согласно уставу, нам разрешалось заселяться в двухместные комнаты. Я крепко призадумался: кого бы выбрать себе в соседи? Если честно, то спсначала ерва хотел выбрать товарища Реву. Он хозяйственный тип, и, тем более, мы уже прожили с ним целый год, но этот совковый халдей отказался выселяться из нашей старой большой четырехместной комнаты.

Косяк был занудой, у Бормана частенько пахли ноги… И тут мои тяжелые раздумья прервал рыжеволосый викинг Игара:

— Братан, а давай с тобой вместе заселимся в комнату?

Его предложение мне показалось самым приемлемым, и я сразу согласился. Мы заселились в очень хорошую комнату. Я съездил в центр города, купил хорошие музыкальные колонки и переходник для телефона — и теперь у нас была собственная аудиосистема.

Вечером мы собрались в нашей старой большой комнате, где теперь проживал Рева. Поскольку комната была здоровой, как гаражный бокс, то и название она получила — Гараж.

В общем, сидим мы с парнями в Гараже, тихонько выпиваем пиво за встречу, и начали обсуждать молодняк:

— Как думаете, мужики, нынче достойное пополнение прибудет? А то мы выпускаемся, хотелось бы после себя порядок оставить, а не кучу наркоманов-беспредельщиков.

И вот в этот момент все стали «ванговать»:

— Да походу говнюки заедут, или дебилы конченые, как бы война не началась за сферы влияния.

Видимо, в тот момент наши чакры открылись, и мы конкретно предсказали будущее, ну или попросту накаркали, бля.

Наутро приехали первые молодые студенты. Мы стояли у окна и кусали кулаки в ужасе — в здание заходили крепкие быки, и они явно не имели проблем со здоровьем. Затем какие-то беспризорники приехали, у всех рожи бандитские. Смотришь на таких и сразу начинаешь карманы проверять, как бы не спиздили чего.

В общем, первое впечатление было негативным. В прошлом году пополнение на людей было похоже, а тут из ада бесов выгнали на землю.

Меня отвлек звонок всеми вами любимой Екатерины:

— Але! Слушай, сделай доброе дело, встреть нас с сестрой, пожалуйста, в Екатеринбурге. У нас сумок так много, что мы точно не доползем.

В любом другом случае я бы ей отказал, но смотреть на заселение больше не было сил, и я молча сорвался встречать колхозных барышень. По пути меня угораздило зайти в приемную комиссию, поздороваться с преподавателями. Я открыл дверь и увидел какого-то странного парня, он заполнял бумаги. Преподаватели, увидев меня, тыкнули пальцем в мою сторону:

— Вот, молодой человек, обратите внимание — это ваш земляк, он тут уже третий год, думаю, он вам поможет обустроиться.

Я обомлел от таких слов. Город у меня небольшой, на лицо я знаю почти всех ровесников, ну или хотя бы на слуху точно. Парень повернулся ко мне и спросил примерно следующее (а теперь прочитайте предложение голосом сельского рэпера):

— Эй, йоу! Ты типа землячок, да? Все четко, браза, будем контачить, епи-ай…

Я ни хрена не понял его диалект, но его жестикуляция, она была, как у конкретного рэпера, и говорил он, как рэпер, и одет был в спортивный костюм. Но ни его лица, ни его имени или фамилии я ни разу не видел, не слышал. Впоследствии я узнаю, что он живет от меня через две улицы!

Выслушав его реп-речитатив, я кивнул головой и сказал:

— Добро пожаловать!

И мигом свалил прочь. Спустя пару часов я был на любимом южном вокзале Екатеринбурга. В летнем кафе я встретил весь колхоз Екатерины. Там была ее соседка Котома, подружка, сестра и бла-бла-бла. Не хватало только Рыжего Сука Тракториста.

Я присел возле ее сестры, и — Боже, она была реально симпатичней. Мы успели с ней неплохо побеседовать, и я заметил ее интерес ко мне. Поэтому девушки, которые меня сейчас читают, знайте — ваши парни иногда заглядываются на ваших сестер, это правда. В общем, вечером того же дня путем уговоров, пыток, угроз и слезных унижений Катя добилась того, что ее заселят вместе с сестрой в одну комнату. Наглость неслыханная — первокурсник не имеет права жить в двухместной комнате, но Катя умела уговаривать.

Поднявшись на третий этаж, я встретил Мела с сигаретой в зубах. Бля, где-то я это уже видел раньше. Он ее как раз прикуривал, и с задумчивым видом констатировал неприятный факт:

— Ну и молодежь заселяется, бычье сплошное. Двери ногами открывают, ходят, как у себя дома. Чую, туго нам придется с этим контингентом.

Но я был настроен почти позитивно и сказал:

— Не сцы, Мел, у нас костяк дружный, люди проверенные, в пьянках закаленные, а это просто сброд, в котором каждый сам за себя. Если что, будем воспитывать.

Вечером к нам в гости пришел Папа. Он выцепил в умывалке двух молодых чмошников, которые тушили окурки об новенький пластиковый подоконник.

Я как раз проходил мимо, когда он раздавал хорошую пиздюлину, его командирский голос было слышно на улице. Я не буду писать, какие эпитеты он употреблял, но в выборе слов он не стеснялся. Молодые ушлепки наложили в штаны и клятвенно обещали все оттереть.

Я зашел в умывалку, и мы встретились с Папой.

— О-о-о! Вот ты мне как раз и нужен! Взгляни на этих красавцев и рожи их запомни, если будут пакостить еще раз — наказывай по полной программе, ясно?

Я выпрямился по стойке смирно и крикнул:

— Так точно!

Пока два чухонца оттирали следы от окурков, Папа объявил общий сбор в столовой, чтобы провести профилактическую беседу для всех вновь прибывших пида… молодых студентов.

Я вышел на улицу и увидел, как у столовой уже ебашатся двое студентов, от всей души наваливая друг другу кулаками по еблищу. Это и было наше новое пополнение: они не успели провести в ЦРИ даже сутки, а уже устроили драку.

Увидев директора, они мигом прекратили потасовку и разошлись по сторонам. Я очень хорошо запомнил дерущихся, и вам советую тоже, это интересные ключевые персонажи моего рассказа. Один парень был высокий в камуфляжном костюме, родом из Нижнего Тагила, он получил прозвище Фаис, а второй был смуглый и в очках, отчего получил прозвище Линза.

Нас согнали в столовую, и Папа начал вещать хлеще Совестливого Комиссара:

— Увижу вандалов еще раз — полетите первым же рейсом домой! Не дай бог, чего сломаете — купите все новое и сами же поставите! Увижу курящих в умывалке — выселю без разговоров. Всем курить на улице до первого снега! Узнаю, что кто-то вздумал нажраться — вывезу и пристрелю!

Папа загибал от души, а молодежь сралась в штаны и слушала. Лично я был в восторге от таких жестких речей, это как раз то, что нужно для дисциплины.

Я был бесконечно благодарен директору за такую пиздюлину. Молодежь наконец-то протрезвела, а после его отъезда мы старой гвардией пошли попить пивка, благо, погода располагала.

И вот тут с нами увязался очень важный чудик. Его звали Миша, он был низкого роста, хрупкого телосложения, но языкастый, сука. Я вот сразу почуял — пизды он будет выхватывать весь год. И вот идем мы, не спеша, а этот Миша бегает вокруг нас и приговаривает:

— Вы че так медленно ходите, глядите, как я быстро умею ходить! Э-э-э, пацантрэ, шевелите ногами, ептать!

Мы переглядывались с парнями, и я ответил:

— Кажется, я знаю, кто будет бегать за пивом весь год!

От этих слов раздался смех, но Миша продолжал придуриваться. От своих резких телодвижений он получил прозвище Шустрик.

Мы оторвались от всех молодых и пошли в сосновый бор попить пивка. Рядом стояла вся гвардия: Лущан, Зырян, Игара и так далее. По ходу дегустации пива мы поделились первыми впечатлениями:

— Набор нынче проблемный, будут драки сто пудов, много драк.

Лущан ответил:

— Они уже были: с утра у крыльца двое схлестнулись, и у столовой вечером еще одна пара подралась, но не сильно, без особых травм.

Из вновь прибывших студентов запомнились одни парни, которые заселились напротив моей комнаты. Там жил языкастый Шустрик, какой-то смуглый парень с бандитской рожей и очень сложной фамилией, затем какой-то спортивный типок. И самая главная проблема — плотный подкаченный парень в наколках, его с первого дня называли Токсон, почему — я понятия не имею.

Вот этот Токсон ходил вразвалочку и конкретно нарывался на драку с кем угодно. Кто-то подтвердил, что слышал от него угрозы в адрес старшего курса, то есть, в наш адрес!

Зырян молчал всю беседу, а затем выступил с заключительной речью:

— Парни, мы тут уже третий год, как ни крути, мы — сила. В случае чего, оперативно собираемся и гасим очаг сопротивления, иначе молодежь нас задавит.

Слова Зыряна были очень ободряющими, и лично меня радовал тот факт, что ему разрешили нынче жить в общежитии, то есть, если что — подмога рядом.

Мы все вернулись в общежитие, и вот, кстати, забавный момент: вахтерша и воспитатели сделали вид, что не заметили нас, но тут же схватили и повязали группу молодых, которые шли за нами следом. Их уличили в том, что они пьяные, и их тут же записали в журнал происшествий. Это означало, что они без пяти минут вылетели нахуй из ЦРИ.

Вы спросите, зачем так поступили сотрудники? Затем, что молодых нужно любым способом заставить жить по уставу. И тот факт, что ты теперь почти вылетел из общежития, заставляет вести себя тихо и мирно. Как говорится, на войне все средства хороши.

А тем временем Катя припала к моей груди и кричала о вечной любви. А если серьезно, то она просила прощения за свое тупое поведение и говорила о том, как ей сильно не хватало меня. Ее слова были просто музыкой для ушей, я даже поплыл, но рассудка не терял и вел себя холодно по отношению к ней. Мы делали много общих дел, и на этом наша близость заканчивалась. Я откровенно ей не доверял.

Поняв, что я не такой лопух, как она рассчитывала, Катя закатила скандал. О, боже, это так по-деревенски. Поводом для скандала стало мое безразличие к пылающему сердцу Екатерины.

— Йа тебя люблю! А тебе на меня похуй, ты совсем уже оскотинился. Я всем сердцем к тебе, а ты плюешь мне в душу, — и зарыдала.

Я не выдержал такого накала страстей и объяснил:

— О чем ты тут говоришь, родная? Ты там все лето не пойми чем занималась в своем колхозе, шаталась, где попало, а теперь мне про любовь чешешь?

От слез Екатерины не осталось и следа. Она с максимальным презрением объявила:

— Да я все лето дома проторчала! Дальше двора — ни ногой! Спроси у кого угодно!

В комнату зашла Оля (сестра Кати), и — удивительная вещь — истерика моментально прекратилась. О, да! Катя была та еще актриса, а я был тот еще следователь. Пока Катя бегала и прибиралась в комнате, я спросил сестренку:

— Олечка, а помнишь, я летом приезжал рано утром?

Оля оживилась:

— Ой, конечно помню, ты нам поспать не дал в то утро!

А я продолжал свою хитрую игру и спросил:

— Ага, и Катя еще с диким запахом перегара мне в нос дышала, ей, видать, тяжело было?

И тут Оля заговорилась и ляпнула:

— Дак и мне тяжело было, мы до самого утра на острове бухали на дискотеке с парнями!

Я резко бросил взгляд в сторону Кати, а та на всю комнату заорала:

— Ты чего болтаешь, дура!

Глава 4. Да придет спаситель

В предыдущей главе: младшая сестра случайно заложила старшую, всплыла неприятная правда.

Я бросил резкий взгляд в сторону своей девушки: ну что, мадам, вот ты и попалась на гнусном пиздобольстве. Что делают бабы, когда их поймали на вранье? Лучшая защита — нападение, вот и в этот раз Катя закатила скандал, проклиная всех и вся.

Особых пиздюлей выхватывала младшая сестра Оля.

— Ты че болтаешь! Тебя кто за язык тянет, молчи, дура, и не лезь ваще!

Я наблюдал за этим цирком и смеялся от души. Меня раздирало от удовольствия: я только что раскусил очередное вранье Кати, а ведь она так профессионально убеждала в своей правоте. Для себя я сделал самый обыкновенный вывод — Кате я не доверяю, пусть тусуется со своей «большой любовью» подальше от меня. В наших отношениях опять настал кризис.

Кто-то из читателей спрашивал: а куда подевались суровые лялинские парни? Вот как раз про них и пойдет речь. Они всей компанией завершили обучение на операторов ЭВМ и благополучно уехали в родные края, но связь с ними мы не теряли. Как-то вечером мне позвонил один человек из их суровой шайки, чье имя по этическим соображениям я назвать не могу.

В разговоре я поинтересовался, кто нынче из Ляли едет к нам поступать? Лично я надеялся, что от лялинских прибудут свои люди, силовая поддержка никогда не помешает. Но этот человек меня чуток огорчил:

— Братан, мужиков нынче нет, но к вам из Ляли едут две барышни, одна Зюзя–карандашница, вторая Бага–Мага.

Прозвища этих девушек не вызывали доверия, и я поинтересовался, отчего их так называют?

Зюзя–Карандашница получила прозвище благодаря тому, что в подростковом возрасте увлеклась мастурбацией и воткнула в себя карандаш, затем по глупости поделилась этим подвигом с подругами, а те дуры все растрепали. Бага–Мага получила прозвище от своей фамилии и от буйного нрава, схожим с Кавказским, отсюда и приставка Мага.

В целом охарактеризовали этих девушек следующим образом: «Зюзя не опасная и красивая, а Бага-Мага, наверное, бабский этаж раком поставит. Смотри, еблом не щелкай, она хорошо плетет интриги». Во время разговора я еще не догадывался, насколько точно мне дали описание этих барышень.

А тем временем интриги и подлянки плела Катенька. Я шел по своим делам, как вдруг мне «совершенно случайно» попалась она, вся в слезах и истерике.

— Ты че ревешь, случилось чего-то?

И тут эта сука мне выдает:

— Меня только что два парня клеили, как шлюху, предлагали вывезти на трассу!

От этих слов у меня планка упала. Мне было похуй, что мы в ссоре, поступать так с моей девушкой было непозволительно.

— Где эти парни?

Катя продолжала красиво плакать, и говорит:

— Ади! На улице! Ади привезли каких-то двух девочек, выйди и разбей им еблище!

Вот эти слова меня как раз и отрезвили. Катя внаглую требовала, чтобы я устроил расправу сходу, без выяснения обстоятельств, по беспределу. Иди и расхуярь их? Вот так не слабая заявка. И тут я почуял неладное, уж больно неправдоподобно звучали ее обвинения.

Я отправил сопливую Катю в комнату, а сам вышел на крыльцо. Там стояли две девушки: одна красивая и стройная брюнетка с очень смазливым личиком, а вторая полноватая девушка в спортивной одежде, как гопник. Я сразу понял, кто передо мной стоит — Зюзя и Бага-Мага, не иначе.

— Приветик, вы, девчонки, с Ляли, верно?

Стоящие позади два веселых парня возле машины крикнули:

— Да-да! Мы все лялинские. Вот, девочек вам привезли учиться. А ты как узнал, откуда мы?

— Мне о вас уже доложили.

Ребята оказались более чем адекватные, и по ходу беседы я поинтересовался насчет конфликта с Катей. Они сначала не поняли, о чем я вообще спрашиваю. Я аккуратно изложил историю, которую мне только что поведала Катя, и те пришли в ужас:

— Чувак, ничего подобного мы не говорили, мы не враги своему здоровью.

С каждой секундой я понимал, что эта тупая сука меня специально провоцировала. И вахтерша, курящая рядом, подтвердила, что подобных разговоров не звучало вообще. Оказывается, Катя вышла на крыльцо, покурила и молча ушла обратно, а вот дальше случился весь цирк. Я пожал руки парням, и они уехали, оставив меня с Зюзей и Бага-Магой на крыльце.

Я проводил девушек к коменданту, а сам пулей полетел к Кате. Во мне кипела злость:

— А ну выкладывай, сука, как дело было!

Она начала сначала оправдываться, что парни соврали. Но после того, как я предложил сходить до вахтерши, которая была свидетелем, Катя сдалась и выдала ебать какую правду:

— Я просто хотела проверить, любишь ты меня или нет…

От этих слов я пришел в бешенство. Вот, наверное, с этого момента я начал рвать глотку на всю катушку:

— Какая нахуй любовь! Ты дура ебанутая! Своей тупой башкой думаешь, что ты творишь?!

Мои крики слышал весь этаж. Оно и к лучшему — пусть молодежь думает, что я психопат, авось побоятся связываться.

Говорю совершенно откровенно — я тогда пришел в ужас от поступка Кати. Ей просто хотелось проверить мои чувства, и она пыталась натравить меня, как собаку, на невиновных людей! Это сегодня в пабликах сайта ВКонтакте есть куча приколов на тему «тупой пизды», которая кричит своему парню: «Набей ебло этому мудаку!». Так вот, я с этим сталкивался вживую! И, более того — моя баба была таковой!

Атмосфера гнева и всеобщего напряжения нарастала с каждым днем все сильнее. Новый призыв был самым худшим за последние несколько лет. И, потеряв всякую надежду встретить хоть одного нормального человека, я вышел на улицу и увидел странного парня с деревянными костылями.

Он сидел в летней курилке на скамейке. Это был брюнет стройного спортивного телосложения. Его внешность, она была, как из фильма: он был фактурным колоритным персонажем, он бросался в глаза и запоминался раз и навсегда. Вот такой чувак сидел передо мной с сигаретой в зубах.

Я подошел ближе и по-хозяйски первым протянул руку:

— Здорова, как зовут, откуда родом?

Парень представился:

— Стас Чолах, из Карпинска.

«Ну и фамилия, — подумал я, — да и имя редкое». Это был первый Стас на моей памяти в ЦРИ.

А теперь запомните эту строчку: у этого парня не было ноги по колено, понимаете? У него была одна нога. И вот теперь сформируйте первое впечатление об этом персонаже и запомните его, потому что далее все будет меняться до неузнаваемости.

Я присел ближе и слушал байки, которые он травил:

— Парни, вы даже не представляете, с кем меня заселили! Утром собираюсь на занятия, а сосед банку варенья в рюкзак кладет! Я думал, он прикалывается, а он реально так и ушел с ней на занятия!

Мы откровенно засмеялись, ситуация была забавная.

В этот момент подошел какой-то парень и картавым голосом стал говорить:

— ПГивет, Гебята, я вижу, вы хоГошие подГостки, с вами можно дГужить.

Стас воскликнул:

— А вот и мой любимый сосед! Ребята, это тот парень, про которого я вам рассказывал — удивительный сосед Костя!

Костя сел и стал сам с собой рассуждать, что нужно сейчас сделать перед сном. Я осознал, что у парня настоящие проблемы с головой, и стал спрашивать, кто он и откуда.

Выяснилось, что он с Екатеринбурга, и в детстве его голову прокусила бойцовская собака, которую так сильно любил папа. Итог печальный: у Кости были конкретные проблемы с восприятием внешнего мира, и плюс, он боялся «плохих подростков». Дело в том, что в Екатеринбурге нашлись ублюдки, которые воспользовались умственной неполноценностью Кости и ограбили его, при этом хорошенько избив. С тех пор он у всех спрашивает: «А вы хоГошие подГостки?».

Стас отвлек Костю и сказал:

— Слушай, пойдем уже спать? Кстати, я тебе помогу рюкзак на завтра собрать.

Костя обрадовался и побежал в общежитие. В этот момент Стас взял костыли и пошел за ним следом. На его руках с задней стороны каждого плеча красовалась надпись: «Украдите меня, девки молодые».

Этот шрифт и цвет я узнал сразу. Это была не простая наколка, такие «фирменные штуки» делают только в тюрьмах. Тогда я понял, что очень мало знаю о том, кто такой Стас.

Я зашел в умывалку, и парни как раз обсуждали молодняк:

— Ребят, а вы видели этого, без ноги который?

— Да, кстати, неплохой паренек по общению.

Поделившись впечатлениями, мы пришли к общему выводу — Стас был единственным молодым, кто хоть как-то вызвал симпатию.

В коридоре меня поймал Игара и сказал:

— Слушай, там какой-то рыжий парень кричит, что знает тебя с детства, прикинь?

Любопытно. Я узнал, в какой комнате живет этот ржавый тип, и, постучавшись, зашел в комнату. Там я встретил двух парней: про одного персонажа я уже писал, это был земляк-рэпер, я его в приемной комиссии видел. Звали его Гребень. А вот рядом сидел рыжий, как медная проволока, парень. Он был такой рыжий, что у него даже глаза были узкие, а голос такой скрипучий, словно заржавел. И, кстати, да, это был тот парень, который всю жизнь рос со мной на районе, только он был мелким, и тут — на тебе, вырос, бля.

Этого ржавого кента звали Жека, и они с Гребнем сразу подскочили, как только я вошел в комнату.

— Привет, земляки, как вы тут?

— Обустраиваемся, чувак. И вот хорошо, что тебя встретили, ты расскажи нам про местные порядки: что можно, а что нельзя?

Вот оно, воспитание — молодые нашли земляка и поинтересовались о местных порядках. На мой взгляд, этот поступок заслуживает похвалы. Я объяснил суть некоторых правил: «Все, как обычно: живите так, чтобы не мешали другим, проблемы с администрацией решайте самостоятельно. Сами попались — других не закладывайте, старших уважать, беспредела не допускать. Правила максимально простые, и их соблюдение должно быть беспрекословным, иначе начнется анархия».

Как только я завершил свою речь, ребята задали мне очень щекотливый вопрос:

— А че будет тому, кто нарушит порядки?

Стало понятно — парни хотят узнать методику борьбы со злостными нарушителями, и я, не подбирая слов, выдал, как есть:

— Нарушители будут получать в ебло, ровно столько раз, сколько потребуется.

Но даже после такого ответа прозвучал еще более острый вопрос:

— А че, если со стороны братва, или подмога приедет, как тогда бороться?

Я понял, что от моих слов сейчас зависит не только поведение земляков, но и их одногруппников и всех молодых, которые будут с ними учиться. Я знал — все мои сказанные слова будут донесены до ушей первокурсников во время следующего перекура, поэтому нужно сейчас так изложить информацию, чтобы у молодых даже мысли не было пробовать ставить свои порядки. Надо не запугать, а убедить в бессмысленности сопротивления.

Набрав в грудь воздух, я изложил:

— Какая нахуй братва? Кто сюда еще впустит эту братву? Любая братва сюда приедет и уедет, а зачинщик останется и будет получать пизды еще раз. Жить ему не дадут, пусть хоть роту ОМОНа приводит.

Эти слова возымели замечательный эффект, потому что многие молодые дебилы любили хвастаться, что, в случае чего, позвонят, куда надо, и приедет сюда толпа отморозков, бла-бла-бла. И вот я доходчиво объяснил, что никакая толпа не решит проблему, потому что жить всем в одном здании до конца учебного года, и жить я рекомендую дружно.

Но, как известно, в семье не без урода. Вот и мои замечательные соседи напротив в первые же дни после отбоя устраивали шумные посиделки с криками, битьем посуды и даже драками. Бычье, одним словом.

Игара, услыхав этот шум, предложил:

— Пошли угомоним молодых?

Я, не раздумывая, согласился. Если не пресечь этот бардак на корню, потом вообще жить не дадут. Мы ворвались в комнату к соседям, и они замерли. Все-таки наш статус старшекурсников для них кое-что значил, потому что они вмиг завалили свои рты.

— Хуле шумим, господа?

Этого вопроса было достаточно, чтобы соседи заткнулись, и до утра от них ни единого звука не было слышно.

И если на основную массу первокурсников удавалось воздействовать словесно, то были и те, которые вообще нихуя не понимали по-хорошему. Есть такие товарищи — я их называю «отрицалово» — они не придерживаются общих устоев и принципиально живут против всех правил. Натура у них, знаете ли, говенная от природы.

В нашем случае «высрались» двое непокорных: первый — мой сосед, живший напротив, Токсон, второй — уже знакомый вам персонаж, Линза. И оба эти говнюка косили под блатных, ходили вразвалочку и частенько гнули пальцы. Мне в первые дни было совсем не до них, но в какой-то момент я обратил внимание и удивился:

— Это че за шерифы у нас по зданию гуляют, порядки наводят?

И вот тут в игру вступает наш любопытнейший персонаж Стас Чолах. Он успел за пару дней крепко сдружиться со Сладким. Не знаю, что он в нем нашел, но они конкретно скорефанились. Больше всего меня обрадовало то, что Чолах был двумя руками «за» порядок в здании.

Как-то в первые дни Линза нагрубил Сладкому. Этот случай никому не понравился. И вот случилась встреча, Линза и Чолах сошлись в беседе:

— Слушай, Линза, а ты че такой приблатненный ходишь, ты че, срок мотал?

Линза расправил плечи и гордо заявил:

— Я, браток, много за какие дела срока имел. Ты че-то хочешь с меня спросить, что ли, э-э-э?

Я прекрасно понимал наглость Линзы, ведь перед ним стоял одноногий парень обычного телосложения. Но он не учел, что этот парень — матерый волк в чистом виде.

Стас всегда улыбался. Он позвал Сладкого и спросил:

— Ты слыхал, че этот мудак мне втирает? Что у него дохуя ходок! Восемнадцать лет и дохуя ходок! А ну-ка, пойдем в умывалку, дорогой.

Линза блатной походкой зашел в помещение, Сладкий закрыл дверь. И вот тут Стас показал свою натуру. От его улыбки не осталось и следа, с совершенно серьезным видом он строго спросил:

— За какой подвиг срок мотал?

Линза опешил, но продолжал строить из себя блатного:

— Угон автомобиля, ебать! Тебе это о чем-то говорит, э?

— Говорит, еще как говорит. А теперь ты скажешь: срок, статья, место отбывания наказания!

Я просто охуел от такого напора, но Чолах был неумолим. Линза назвал статью наугад, надеясь отъехать, но Стас переспросил:

— Что? Еще раз хорошо подумай, сука, я тебя в последний раз спрашиваю!

Линза замялся.

— Ты, значит, блатной у нас, да? Руки крыльями, и порядки свои тут, сука, вздумал ставить? Еще и пиздобол на поверку оказался, так? Ты вот щас согласись, что ты спиздел?

Линза кивнул головой, Стас одобрительно улыбнулся:

— Ну вот и славненько…

В следующую секунду Линза выхватил охуенную подачу с кулака прямо в пятак — у Стаса был хорошо натренированный удар. Линза попытался брыкаться и выхватил вторую подачу уже от Сладкого, из носа хлынула кровь.

Его оттащили за шкварник к раковине, и, пока Линза смывал кровь, Стас хорошенько его обработал на словах:

— Ты же по понятиям живешь, верно? А по понятиям пиздоболов ебашить надо, правильно? Вот я тебя и прописал по букве твоего же закона, согласись, справедливо? Еще раз услышу твою блатную романтику — разнесу ебло в клочья, договорились, блатной?

Линза растирал кровь водой, сплевывал жирные сгустки в раковину и кивал головой:

— Претензий нет, все хорошо.

С Линзой на время было покончено, оставался Токсон. Но сначала его надо было поймать…

Глава 5. Кровавая баня

Буквально в тот же вечер Стас выловил выебистого Токсона. У них состоялся интересный диалог. Дело в том, что Стас любил подкалывать оппонентов, задавая провокационные вопросы. И вот, при встрече он увидел у Токсона какие-то синие наколки.

— Ого, ну и «портаки» у тебя! Ты, видать, это, бывалый арестант, да?

Токсон вообще никак не реагировал на слова Стаса. Он сохранял хладнокровие, тем самым создавая вид своей охуенной важности.

Стас не унимался:

— По какой статье чалился-то?

И тут Токсон выдает:

— Да так, хулиганка.

— И сколько тебе сроку отвесили за этот подвиг?

— Нисколько, в СИЗО пару дней продержали и отмазали.

Стас оживился и задал контрольный вопрос:

— СИЗО? На централе в Екатеринбурге, что ли?

И вот здесь Токсон допустил ошибку, он сказал:

— Нет, меня закрывали по месту жительства, в деревне…

Вся соль заключалась в том, что Токсон перепутал деревенское КПЗ со следственным изолятором. Это означало, что перед Стасом стоит чувырло, по сути, мудак-самозванец, который вообще не имел отношения к местам лишения свободы.

— И давно у вас в деревне СИЗО открыли?

— Дак это, всю жизнь, ептать!

— Да ты че? И сколько же ты там отмотал интересно, суток пятнадцать, да?

— Да не, пару дней всего.

— И ты, бля, еще наколки себе хуяришь после двух суток ареста? Нихуя ты крутой, а на спине, поди, еще купола набил, за каждый день ареста?

Я стоял рядом и еле сдерживал смех — Стас отлично юморил и четко подкалывал псевдо-блатного. Но Токсон не повелся на провокацию и молча ушел к себе в комнату. А Стас не унимался:

— Люди, вы только посмотрите, какие опасные элементы у нас в общежитии проживают! Это же Отец преступного мира, не иначе.

Стас конкретно осаживал всех молодых, кто хоть как-то нарушал дисциплину в общаге, хотя сам являлся первокурсником. Наверно, поэтому он снискал всеобщее уважение среди старшего курса. Лично я был доволен его действиями — он принципиально не позволял блатовать никому и ставил на место любого, кто пытался менять порядки.

Примерно в то же время в общежитии случился забавный прикол: кто-то из наших ребят удачно пошутил, и среди молодых распространились слухи, что есть какой-то парень по прозвищу Лущан, и как только он приедет в ЦРИ, то все девушки хапнут горя. Весь прикол был в том, что Лущан уже давно был в общежитии, а мы обращались к нему по отчеству — Петрович, поэтому молодняк не догадывался ни о чем. И вот стоит Лущан на кухне и слушает про себя страшную байку от первого курса, что скоро один беспредельщик явится, и всем девкам туго придется. Лущан ловко подхватил эту байку и влез в разговор:

— Ребят, вы с этим товарищем аккуратней, он тот еще дурачок! В том году никому покоя не давал, я сам, знаете, как натерпелся горя от его пьяных выходок, жуть!

Девушки, разинув рты, хлопали напуганными глазами:

— И что, с ним никто справиться не может?

В этот момент я зашел на кухню и говорю:

— Здорова, Петрович, слыхал, Лущан скоро приезжает? Ох, и тяжко всем придется.

А Лущан подыгрывает и продолжает:

— Да разве с ним справишься? У него кулаки, как кувалды, всех мальчишек поколотил!

И тут мимо проходит Мел и кричит:

— А бухает этот Лущан, как черт! Спасу нет!

Я кое-как смех сдержал, а девушки напряглись, и давай шушукаться:

— Я ему сразу по голове сковородой ударю, пусть только попробует подойти этот ваш дурачок.

Мы зашли в Гараж и согнулись пополам от смеха, вот так хохма. Шутка пришлась по вкусу всем старшекурсникам, а к вечеру этот прикол подхватили даже сотрудники администрации. Идем мы на ужин, а социальный педагог и говорит:

— Ох, как не хочу, чтобы этот Лущан сюда возвращался, опять милицию вызывать по ночам придется.

Я шел позади и просто умирал от смеха, а молодежь вообще пребывали в диком страхе, что за ублюдок сюда приедет.

Таким нехитрым образом мы дурачили первокурсникам голову примерно неделю, и только потом все раскрылось. Ох и, повеселились мы тогда от души.

А тем временем в гости к Лущану заглянул старый «дружок», и вот знаете, мне стало нихуя не смешно. Уверенной походкой по коридору общежития шагал Джерри, тот самый местный наркоман-психопат, плотно сидевший на метамфетамине. Я прекрасно помнил, что у него конкретно сносит крышу, и он реально опасен для людей.

Вахтерша молча пропустила его в здание, и он явился к старым товарищам. Кстати, Лущан и Зырян были рады его видеть, лично у меня с ним были хорошие отношения, мы вместе ходили в тренажерный зал. Но все же, наверное, я один понимал, какого зверя мы сейчас запустили в свое жилище.

Джерри пил чай и спрашивал:

— Ну че, как нынче жизнь у вас, ребята?

— Да вот, молодняк борзый прибыл, пытаемся по-тихому воспитывать, но как-то туговато получается.

Джерри поставил кружку и уверенно заявил:

— Дак отдайте их мне. Вы только за территорию их выманите, и я каждого вкопаю в землю. Только одно условие — все, что я у них отожму, это мой трофей, договорились?

Я от услышанного предложения язык прикусил, вот это нихуя себе расклад: Джерри планировал грабить борзых студентов, чтобы обменивать краденое на наркотики. Я был категорически против таких заказных расправ, но Лущан кивнул головой:

— Если будет туго, обратимся за помощью.

Прошло пару дней, наступила пятница. Этот вечер я запомню на всю жизнь. В гости явился наш любимый Джерри. У меня при его появлении яйца стыли, но виду я не подавал. Ему нужно было переночевать, и, поскольку Лущан уже тогда жил в комнате с девушкой, Джерри аккуратно определили переночевать в комнату к Зыряну. Естественно, все это неофициально.

Джерри сильно знобило, у него была явная ломка. Я старался вообще близко не стоять рядом, потому что в такие моменты наркоман сделает что угодно, чтобы раздобыть дозу.

В тот вечер Зырян попытался ухлестывать за Зюзей-Карандашницей. Эта девочка на самом деле была очень красива и пользовалась большой популярностью. Наши парни тихонько собрались в Гараже и стали не спеша потягивать пиво. Градус ударил в голову, и пьяный Зырян пошел добиваться расположения Зюзи. И каково было его удивление, когда в ее комнате он обнаружил конкурента, да еще какого! Это был сам Токсон! Этот борзый тип тоже пытался ухаживать за красавицей, и тут состоялась неожиданная встреча. Зырян сильно огорчился, но максимально пытался держать себя в руках.

А дальше я скажу так: все бабы — это зло, потому что из-за них все чаще и начинается. У них состоялся диалог:

— Ты, красавица, уже определись, кто тебе нравится, а то неудобно как-то получается.

И Зюзя отвечает:

— Дак в чем моя вина, если Токсон сам сюда пришел. Он мне тут нахер не нужен, убери его отсюда.

Это была конкретная команда «фас».

— Токсон, ты слышал девушку, проваливай отсюда!

Но Токсон был очень борзым и никуда уходить не собирался. Так родилась взаимная неприязнь. Я не знаю, как дальше проходила беседа, но точно знаю, что они в течение вечера неоднократно боролись друг с другом. Зырян очень уравновешенный человек, но жутко любил бороться, не всерьез, а чисто спортивный интерес. А Токсон был очень крепкий парень. И вот, после нескольких дружеских схваток, Зырян ему и говорит:

— А ты молодец, блин, слушай, Токсон, я смотрю, ты неплохой парень. Давай не будем держать зла, и я уступлю тебе девушку, забирай Зюзю себе.

Вам могло показаться, что это был жест проявления слабости, но, зная широкую душу Зыряна, скажу так: он уважал сильных соперников и считал, что нехуй мужикам из-за бабы сраться. Поэтому жест Зыряна стоит воспринимать как попытку завязать дружеские отношения. Напомню вам, что на первом курсе мы с Зыряном по пьяни тоже устраивали схватки, так и сдружились. Но Токсон был обыкновенным бычьем, он нихуя не понял и тупо затаил на Зыряна злобу.

А в это время я находился в комнате Екатерины. Она в очередной раз нашла повод, чтобы позвать меня ей чем-то помочь. И вроде все хорошо, и даже Катя завела старую шарманку:

— Ну хватит уже дуться, я тебя люблю, дурачок, а ты все дуешься.

Я был непреклонен:

— Ты там загуливала не пойми с кем, я больше, чем уверен, что со своим ебаным Трактористом, а теперь клеишься ко мне — нет уж, спасибо!

Но Катя давила на свое:

— Я люблю только тебя, и нет никакого тракториста!

Ее слова были, словно музыка. И тут, как в плохом боевике, позвонил телефон. Катя заметно напряглась, я кинулся к трубке первым.

В моих руках был ее телефон, и на дисплее красовалась сладкая запись входящего вызова — Жуков. Для тех, кто не понял — это и был Рыжий Сука Тракторист!

Еще секунду назад я вновь хотел любить и быть любимым, но спустя мгновенье все вновь было разрушено. Планка упала, и гнев наполнил мою душу целиком. Я не успел произнести слово, а Катя уже кричала:

— Йа ни при чем!

Я вскипел за долю секунды:

— Да ты заебала меня обманывать! Я тебя на пиздеже ловлю ежедневно! Живи ты со своим колхозником, а мне мозги прекрати ебать, дура!

Катя билась в истерике оттого, что в очередной раз я спалил ее на обмане. А я от злости ударил кулаком в стену, и в соседней комнате отвалилась полка.

В дверь постучались несчастные соседи. О, боже, как я им не завидовал — им приходилось выслушивать эту Санту–Барбару регулярно.

— Извините, у вас все в порядке? А то у нас полка с петель слетела.

Я долго извинялся за доставленные неудобства и повесил полку обратно. В этот момент девушки мне говорят:

— Мы думали, ты Катю об стену хуяришь.

— Нет, что вы, я не посмею ударить девушку.

И тут они мне в лоб говорят:

— Такую, как Катя, полезно пиздить для профилактики. Ты что, не видишь — она сама на кулак лезет, ей без приключений не живется.

Я вернулся в комнату к Кате и продолжил ее морально давить, как таракана:

— Ну что, актриса, успокоилась?

И пока шла моя воспитательная беседа, к нам в комнату зашел Джерри. Я откровенно не был рад его видеть:

— Че надо?

— Кружку, дайте под пиво кружку, а то в Гараже вся тара занята, я вам позже верну! И вот еще, ребят, вы отличная пара, я болею за вас!

Джерри ушел бухать в Гараж, а я задумался над его словами. Представляете, наркоман болеет за нашу любовь?

Спустя пару минут в комнату зашел пьяный Зырян, он затащил с собой пьяного Токсона.

— Зырян, ты нахуя его сюда приволок, не видишь — я с Катей разговариваю?

Сегодня я понимаю, как больно стало Зыряну после этих слов, ведь он страдал от безответной любви к Кате еще с первого года обучения. В то время, как у всех вокруг складывались любовные отношения, Зырян оставался одиноким. К тому же, сегодня он вновь потерпел поражение на фронте любви, пытаясь добиться расположения Зюзи-Карандашницы.

В общем, Зырян опустил голову, а потом, обхватив Токсона за шею, говорит:

— Взгляни на этого чувака, нормальный парень в целом. Токсон, ты со мной согласен?

А борзый Токсон только мычал:

— Хуле ты, заебал, бля!

Со стороны ничего не предвещало беды, ни одного намека. Я выпроводил их из комнаты, Зырян извинился за свое поведение, и они оба ушли.

Мы остались наедине с Катей. Я не знаю, сколько времени прошло, но точно помню, что был отбой, все улеглись спать. Я заварил себе крепкий чай. Наши переговоры с Катей подходили к логическому завершению — пора расходиться во всех смыслах.

Как вдруг с третьего этажа раздался душераздирающий женский визг, затем еще раз, еще более протяжный крик — это напоминало вой. Так кричат, когда кого-то убили, или убивают. Катя вскрикнула:

— Кажется, это Бага-Мага визжит, она как раз в Гараже с парнями пиво пила.

В ужасе я подорвался из комнаты. Как сейчас помню — я бегу по темному коридору второго этажа, а сверху раздается оглушительный женский вой:

— Мама! Ма-а-а-м-а-а-а!

От этих криков у меня холодок по спине прошелся. Наконец, я забегаю на третий этаж и вижу, как ко мне навстречу шагает Джерри. Его руки по локоть забрызганы кровью, а на его ногах не было обуви.

Он молча прошел в комнату Зыряна. Я повернул голову и увидел, как следом бежит Зырян с ножом в руке. Его белая футболка в области живота была вся залита кровью, ее было так много, что это пиздец!

— Зырян, тебя подрезали, что ли?

Он ничего не ответил, а просто ворчал:

— Блядь, пиздец, сука, ебаный насос!

Тем временем в коридоре визжала Бага-Мага, ее рот крепко зажимали парни:

— Тихо ты, дура! Хуле ты орешь, сука!

Это было, как в кино, все кадры замедленные. Я проходил мимо Гаража, напротив которого была площадка — рекреация. На полу красовалась жирная лужа крови, ее было очень много. Я поднял глаза и увидел брызги крови повсюду — на стене слева, справа, по центру, часть брызг была на потолке.

Я повернулся к парням — они носились в панике. Я нихуя не понимал, что произошло:

— Пацаны, кого порезали?

— Никого!

— А хуле Зырян с ножом в крови бегает?

— Он его у Токсона из комнаты забрал от греха подальше!

Токсон? В моей голове мелькнула мысль: «Слава Богу!». Я думал, наркоман Джерри опять устроил бойню с Игарой за старые дела. Но где этот долбоеб Токсон? Я заскочил в умывалку, и все раковины были заляпаны кровью. Я не шучу, каждая раковина была в крови, и со всех кранов хлестала вода. Она брызгала на пол, размывая капли густой крови в лужи. Со стороны это походило на кровавую баню.

Я прошел дальше и заскочил в туалет. Все двери были заляпаны кровью, и дорожка из крови вела в комнату к моим «любимым» соседям напротив.

Я открыл дверь и увидел бледного, как смерть, Токсона. Он валялся на кровати и хрипел. Мое первое шоковое состояние мгновенно прошло, я совершенно хладнокровно подошел ближе и спросил:

— Колотые, резаные раны на теле есть?

Токсон хрипел, как будто хрюкал:

— Нет… нету! Нос! Нос не чувствую!

Еще бы, его нос был конкретно разхуярен в говно! А со всех щелей текла кровь, она стекала на постель.

В комнату влетела Катя:

— Он жив?

Я совершенно спокойно ответил:

— Он жив. Вот полотенце — смочи его быстро, затем тащи перекись, бинты. И смотри, чтобы вахта не зашла.

Катя убежала, а я вышел в коридор, где со шваброй в руках скакал Мел, затирая лужи крови.

На этаж поднялась вахта, старая прожженная бабка по прозвищу Начальник

— Это что за ебаный пиздец у вас тут?

Мел с кровавой шваброй и с сигаретой в зубах сказал:

— У нас все нормально, без происшествий.

Начальник оглядела брызги на гипсокартонных стенах:

— Это теперь не оттереть, надо закрашивать. Так, мое чутье мне подсказывает, что это дело рук Джерри, который не покинул здание. Где он?

И тут Бага-Мага заложила всю контору:

— Он у Зыряна в комнате! Он там! Уберите его отсюда!

Катя влетела в комнату с аптечкой и мокрым полотенцем. Я закрыл двери — зрители нам нахуй не нужны.

— Так, Катя, обтирай ему лицо, а я с бинтами поработаю.

Я не знаю, как называется повязка, которую я смастерил, но опишу ее так: это пару тампонов из бинта в ноздри и лента бинта, которая завязывалась на затылке. Короче, получилось хорошо.

Токсон лежал и все терпел. Он обмолвился лишь раз:

— Не успел… (не знаю, что он под этим имел в виду, решайте сами).

Я еще раз спросил Токсона о его самочувствии.

— Хочешь, скорую вызовем? А то ты дерьмово выглядишь.

Но он наотрез отказался. На следующий день, когда я проснулся, его уже не было в общаге. Он уехал домой в больницу, где ему будут собирать по кускам его расхуяренный в говнище нос.

Я увел Катю в умывалку, где заставил ее тщательно обработать руки хлоргексидином, ну мало ли. Затем зашел в Гараж, где парни поведали мне суть истории:

— Сидим мы толпой и пьем пиво. Тут к нам Джерри пришел, где-то кружку под пиво раздобыл. Ну и тут Зырян из комнаты вышел покурить. Сидим, весело общаемся, и тут слышим — возня какая-то в рекреации. Джерри дверь открывает, а там Токсон пытается Зыряна задушить. Ну и Джерри сорвался, как молния, и так втащил ему с ноги в еблище, что аж кроссовок слетел прочь. Токсон попытался брыкаться, но Джерри уже на пару с Зыряном оперативно отработали по несколько ударов. По стенам разлетелись брызги крови то туда, то сюда. Вот тут Джерри лишился последнего кроссовка.

Ну, тут Бага-Мага как давай выть, мы аж в штаны наложили. И самое главное — ни один, сука, молодой из комнаты не вышел, все обосрались. Зырян увидел уползающего в комнату Токсона и заскочил следом, забрав со стола нож от греха подальше. Ну и тут ты прибегаешь, у тебя шары по пять рублей, мы еще сильнее в штаны наложили!

Вахтерша еще пару часов вела переговоры с Зыряном и Джерри. Не знаю, о чем они говорили, но знаю, что в ту ночь ни один из молодых даже пописать не выходил из комнаты. Все были жутко напуганы, и теперь каждый знал, что будет, если не подчиняться порядку.

Этот случай очень сильно повлиял на отношение молодых к старшим — с нашей группой никто не хотел связываться. Именно этим и воспользовался Лущан, и поступок этот был не очень хорошим, но об этом в другой раз…

Глава 6. Успешный успех

Кровавая бойня с борзым первокурсником произошла аккурат вечером в пятницу, и вся молодежь имела «удовольствие» в течение всех выходных любоваться брызгами крови на стенах, на потолке, на дверях туалета. Даже краны в умывалке были заляпаны густой кровавой жижей, прежде, чем уборщицы пришли в понедельник и вытерли эту жуть.

Эти жуткие следы морально давили на молодой призыв. Они приходили в ужас, когда узнавали, чья это кровь. На их месте я бы кирпичей наложил, ведь буквально вчера был расхуярен самый крепкий и борзый парень из всего пополнения. Это означало, что других пиздюков сломают и подавно.

Лично меня все устраивало — нам нужен был порядок в здании, и мы его получили. Пусть кровью, но теперь молодежь даже пискнуть боялась в нашу сторону. С этого дня наступило временное затишье, и вот вам пару забавных историй из тех горячих дней.

Суббота прошла без видимых происшествий, а вот в воскресенье началось в колхозе утро. Первым отличился Борман. Дело было так: он возвращался с выходных из дома, по пути напился пива, и ему приспичило пописать, да так сильно, что он молча выскочил из автобуса на первой же остановке.

Но, видимо, скорость вылета из автобуса была настолько большой, что водитель даже не заметил пропажу пассажира и, высадив пассажиров, молча поехал дальше. В это время Борман облегчился и довольный вышел из кустов, а автобус уже на горизонте жопу показывает. И вроде ничего страшного нет, только вышел Борман посреди челябинской трассы у какого-то поселка, а его вещи уехали вперед хозяина. И вот стоит Боря на трассе без денег, без документов, и сотовая связь не ловит. Хуже не придумаешь, правда?

На его счастье, в автобусе ехали ребята с общежития, и они-то мне и рассказали, что Борман внезапно выбежал из автобуса и ускакал в лес. «Мы даже сначала не поняли, что это он, а когда осознали, было уже поздно». В общем, эти ребята вещи-то привезли в общежитие, но без хозяина.

Я спрашиваю:

— А Борман где?

— А он в лес убежал посреди трассы. Честное слово, молча встал и убежал.

Я мигом сообразил, в чем дело, и начал собирать экспедицию для поисков нашего фрица. Но вдруг в коридоре раздались шаги — это ковылял Борман, весь в грязи и репейнике.

Оказалось, он успел прошагать немало километров и скушать не один килограмм дорожной пыли, прежде, чем его подобрал какой-то добрый дедушка и довез аж до общежития. На лице Бормана был толстый слой пыли. Было ощущение, что он вылез из окопов — вылитый немец конца 1945 года. Еще весь вечер мы смеялись, слушая его рассказ о том, как он пописать вышел.

Следующими отличились первокурсники. Я спустился на первый этаж и услышал, как воспитатели закатили скандал.

— В чем дело, чего ругаетесь?

Оказалось, две девочки (поднадзорные из проблемных семей) все выходные пробухали в каком-то клоповнике и притащили с собой полную голову вшей! Тот, кто проживал в общежитиях, должен понимать, что вши в таком месте — это настоящая катастрофа! Девочек тут же определили в карантин и запретили им покидать помещение до прихода врачей. А молодые синявочки даже не понимали, какую заразу притащили. Они наивно просились выйти покурить на крыльцо или сходить в телевизионный зал кино со всеми посмотреть, что в этом такого? Я смотрел на них со стороны, и мне казалось, что по моему телу тоже забегали вши. Я весь вечер еще чесался, но это все от нервов.

Дальше по списку отличилась ваша любимая Катенька. Она прибежала ко мне и радостно заявила:

— Зая, я нашла охуенную работу, прикинь! Не выходя из общежития, время от времени совершаешь звонки клиентам, и все.

Я сразу же почуял подвох:

— Это что за работа такая, и как ты ее нашла?

И тут всплывает тупая история. Кате позвонил с незнакомого номера мужчина и спросил примерно следующее:

— Антонина Степановна, это вы?

— Неть, это Катя!

— Оу, видимо, Антонина Степановна неправильно указала свой номер. Ну что ж, видимо, ей деньги не нужны. А вы, девушка, случайно не желаете поработать?

— А что для этого нужно?

— Сущие пустяки. Приезжайте завтра в Екатеринбург, я вам все расскажу. Но, чтобы не было лишних вопросов, скажу так: вам выдадут телефон, по которому нужно время от времени звонить. Оплата от одной тысячи рублей в день.

Лично я все понял сразу:

— Катя! Да это же развод для конченых лохов, ты в своем уме?

Но Катя, почуяв запах легких денег, лишилась разума:

— Дорогой, умоляю, съезди завтра со мной в эту контору. Если это развод, то хуй с ним. А если нет — йа разбогатею!

Я ругался и плевался:

— Какой я тебе дорогой? Мы с тобой по-прежнему в контрах! И пойми, эта работа — бесполезная трата времени! Тебя запрягут книги или сим-карты продавать. В лучшем случае, секс по телефону будешь устраивать.

Но Катя была тупой, как пробка. Она весь вечер скакала за мной по пятам. И, дабы уважить «зверя», я согласился с ней съездить после занятий.

Сумасшедшее воскресенье подходило к концу, и вот чего не хватало для полного колорита, так это еще какой-нибудь херни перед сном. Видимо, наверху услышали мои мысли, и поздно вечером раздался телефонный звонок:

— Братишка, это я!

Звонил татарин Раис! Надеюсь, вы помните такого пиздуна с первого года обучения? Я, признаться, был удивлен его звонком, и поинтересовался, как он поживает и чего звонит? Раис включил старую шарманку:

— Ах, брат! Нелегка моя жизнь на белом свете! Ты представляешь, снял я квартиру в Екатеринбурге с товарищем, а он брата привез из деревни пожить на недельку. А затем этот брат тоже позвал своих друзей жить в Екатеринбург. И теперь нас в квартире живет хуева гора народу, и никто за жилье не платит, я один тяну эту лямку, братишка!

Я посочувствовал его положению и спросил:

— Как у вас там с гигиеной?

— Братишка, а нам воду отключили еще в том месяце, у нас нет денег, чтобы погасить долг.

Я сначала пропустил мимо ушей эти слова, а затем вдруг охуел:

— Как в том месяце? Вы что там, теперь не моетесь, вообще?

И Раис подтвердил мои опасения — они уже третью неделю не мылись, не чистили зубы, не стирались и т. д.

Я даже на время замолчал, а Раис добавил:

— Мы сейчас носки тупо на балкон на ночь вывешиваем, чтобы сильно в комнате не воняло, а то в помещении находиться невозможно.

Я слушал Раиса и медленно приходил в ужас. Ему не было смысла меня обманывать или прикалывать, он просто конкретно объяснил положение своих дел.

Я спросил:

— И нахуй ты терпишь этот бичевник, сваливай уже нахер оттуда!

Раис ответил:

— Мне зарплату задерживают уже на две недели, хозяин на стройке кинул, идти тупо некуда. Продолжаем работать в надежде на лучшее.

Я выслушал его трэшовую жесть, и он меня спросил:

— А ты сам как поживаешь, братишка?

И тут мне стало даже как-то неудобно говорить, как комфортно я живу, поэтому сказал:

— Да так, тоже проблемы есть — молодняк нынче буйный пришел, так что у нас тоже не сахар.

Мы завершили беседу, я поведал эту историю Игаре, и мы оба конкретно прихуели. Раис просто шокировал своей историей. Мы попытались разобраться в ней детальней, и стало понятно, что Раис по своей глупости сам себе создает проблемы. Нам оставалось лишь сочувствовать его нелегкой участи.

Я повернулся на бок и еще долго не мог заснуть. Так завершился дебильный воскресный день.

Наступил понедельник, и в течение всего дня Кате звонил этот проклятый работодатель:

— Катенька, вы точно придете на собеседование? Вас точно ждать? Учтите, у нас очень загруженный график и очень серьезная организация. Нам нужны серьезные люди, которым мы щедро платим серьезные деньги.

Вот лично я уже после такого разговора послал бы нахуй этого мошенника, но Катя — это ходячий колхоз, она повелась на все сто процентов, ее невозможно было переубедить. В какой-то момент она до такой степени заебала меня своей глупостью, что я даже сам захотел быстрее поехать в Екатеринбург, чтобы скорее увидеть лицо Кати, когда она поймет, что ее наебали.

И вот вечером, после занятий, мы прибыли в Екатеринбург. Катя звонила «работодателю», чтобы уточнить адрес «серьезной организации», а я готовил живот, чтобы от души посмеяться ей в лицо. И вот мужик по телефону сообщает координаты:

— Короче, подъезжайте к Цирку, там подходите к центральному входу игровых автоматов «Джокер», я вас встречу.

В то время игровые автоматы были уже запрещены, но хитрые предприниматели пытались сохранить бизнес, меняя название деятельности, например — «лотерея».

Мы подошли центральному входу, и нас встретил суетливый пидорок, который всем своим видом строил из себя важного человека. Но этот мудак прятал глаза, а это отличительная черта неуверенных в себе людей и неопытных мошенников.

Он завел нас в шикарный зал игровых автоматов. Мне стало любопытно, где же пройдет собеседование? И вдруг он повел нас в подсобку. Его остановили охранники:

— Ты куда прешь!

Педик занервничал и забормотал:

— Мне это, пройти надо, вот люди у меня это…

И вдруг я понимаю, что этот педераст не имеет никакого отношения к этому залу игровых автоматов. Он вывел нас из подсобки на лестничную площадку и увел на пару этажей выше, затем провел через коридор, соединяющий здания вообще в другой корпус. Я посмотрел в окно — ебать, да мы вообще в другом здании и даже на другой улице!

Он вел нас по здоровому коридору какого-то конструкторского бюро! На стенах я видел советские лозунги и бюст Ленина. Было очевидно, что мы идем по зданию управления какого-то завода! И вот, наконец, он увел нас на хуй пойми какой этаж, где на одной из сотен дверей висел лист формата А4 с черно-белой надписью «Успех-Тренд», или что-то подобное.

Я, как увидел этот цирк, аж вслух засмеялся: так это лох-контора! Я специально сверлил глазами Катю, мне о-о-очень хотелось увидеть ее взгляд — взгляд лохушки.

Но они оба прятали от меня взгляды. Катя до последнего хотела верить, что это серьезная организация, а педрила просто очковал, что я сейчас буду задавать лишние вопросы.

Он открыл дверь в кабинет, и я охуел! Там сидела ебаная куча бабушек! Просто сборище пенсионеров! И тут этот пидор говорит:

— Катенька, проходите, а вот молодой человек не записан на собеседование, поэтому ему придется подождать в коридоре.

Я аж засмеялся повторно, ну и комедию он ломал передо мной.

Я подошел ближе к кабинету, и тут случилась жуткая ситуация: меня увидели бабушки, и как давай пиздеть хором:

— Молодой человек, зайди, пожалуйста! Зайди, мой хороший, послушай, что говорят, посиди с нами, я тебя прошу.

Еба-а-ать! Им промыли мозги! Понимаете? Я не шучу — они были конкретно обработаны, и они свято верили в какую-то хуету. И вели себя, как душевнобольные люди, о боже! Мне стало жутко, и, поняв, что вежливо отказаться не получится, я включил режим быка.

Нахмурил брови, и мычу:

— Я в коридоре постою, ясно вам?

И тут этот пидор говорит бабушкам:

— Этот молодой человек не записался предварительно на лекцию, поэтому он не допускается в бизнес-проект, все деньги достанутся нам!

И бабушки хором подхватили:

— Ох, дурак молодой, такую выгоду упускает, глупый! Глупый мальчишка!

Я ушел в сторону и еще пару минут переваривал увиденное. Дверь закрылась, и лекция шла добрых сорок минут. Я гулял по коридору и понял, что этот мошенник тупо арендовал кабинет в огромном здании обанкротившегося завода. Судя по тому, что на дверях всюду были листы с названиями фирм-однодневок, это здание было настоящим раем для мошенников — в центре Екатеринбурга!

Наконец, Катя вышла из кабинета. Я ждал этот взгляд, и вот она мне говорит:

— Поехали домой, это лох-контора.

И я шагал по ступенькам, заливаясь диким смехом.

— Ка-а-атя! Ну что, ты готова разбогатеть? Ты хоть расскажи мне, простому неудачнику, в чем секрет успеха, как стать богатым? А то я заебался кукурузу охранять, может, тоже в вашу шайку вступлю.

Катя поведала мне, что этот суетливый пидорас рассказывал о модели «успешного бизнеса», которая уже «успешно работает» в семидесяти двух странах мира. И вот, необходимо срочно взять в руки телефоны и привлекать новых участников, получая за это бешеные деньги. Но есть одно маленькое условие: количество мест ограничено, и для вступления в «бизнес-группу» нужно вложить двенадцать тысяч рублей.

Я слушал этот бред сумасшедшего и заливался смехом. О, боже, ну каким идиотом надо быть, чтобы поверить в эту чепуху! Катя шла, опустив голову вниз, ей было стыдно. Зато мне было очень весело, я до сих пор не могу понять, почему люди ведутся на эту бессмысленную хрень?

Уже вечером в общежитии я задумался — а ведь суетливый пидор молодец, для промывки мозгов он нашел наиболее уязвимый контингент общества — пенсионеров! Но если слабоумие пожилых людей хоть как-то их оправдывает, то как объяснить, что на этот развод ведутся молодые ребята? Катя — живой пример. Если бы я не оказался с ней рядом, эта тупая пизда легко бы залезла в кредит, и в тот же вечер отдала бы эти 12 тысяч рублей. Вот я уверен в этом на сто процентов.

Самое ужасное — есть у меня друг детства, и вот этот товарищ по-прежнему верит в сказки. За последние четыре года он поучаствовал во всех финансовых пирамидах, лох-разводах и вообще везде, где только можно. И каждый раз он с неподдельным презрением говорил мне: «Скоро я поднимусь и разбогатею, а ты так и продолжай учиться в своих университетах и работать на государство». Кстати сказать, ни одна попытка не увенчалась успехом, и лично я уже перестал смеяться над ним. Наверное, это психическое заболевание, иначе, как объяснить такое поведение — тебя кидают, а ты снова лезешь в эту блуду.

На следующий день состоялся «совет общежития», где мы решали различного рода вопросы. И вот на повестку дня был поставлен вопрос — «досуг». Мы предварительно посовещались с Игарой, и я, как представитель бухгалтеров, выдвинул предложение:

— Господа, уже на протяжении нескольких лет в телевизионном зале телевизор показывает только два канала: один с рябью, другой только шипит. Мы пересмотрели уже все фильмы на DVD, и порой вечерами просто нечем заняться. Поэтому я предлагаю жителям общежития сложиться по сто рублей, это выйдет свыше десяти тысяч, и купить спутниковую тарелку. Так сказать, украсить себе жизнь и сделать хороший подарок для будущих студентов.

Мое предложение было воспринято на «ура» всеми представителями учебных групп. Эту затею давным-давно пытались реализовать предыдущие курсы, но дальше разговоров дело не пошло. И вот за дело взялись такие матерые специалисты, как мы.

После совета общежития у нас прошла деловая встреча в Гараже, где мы с Игарой разработали стратегию сбора средств для покупки техники и сроки реализации проекта. Звучит круто, но это и было по-настоящему круто. Мы брали ситуацию в свои руки, администрация предоставила нам «карт-бланш» — делайте, что хотите. И мы смело взялись за это дело.

Конечно, я понимал, что собрать пусть не большие, но все же деньги со всего общежития — это задача непростая. Но тогда я даже не представлял, насколько это будет сложно, и какие ядерные последствия произойдут.

Шаткий мир будет вновь нарушен, в ход пойдут кулаки и кровавые расправы. Наверное, именно там я закалял свой характер.

Глава 7. Характер

Перед нами стояла задача собрать по сто рублей с каждого жителя общежития. Купюра, по сути, небольшая, да и деньги потрачены будут на благое дело — будем покупать спутниковую тарелку для самих себя же. Но в тот год студенты-первокурсники были на редкость жадными, наглыми и тупыми, как сибирские валенки, их просто невозможно было не отпиздить.

Представители различных учебных групп доложили студентам о добровольном сборе средств. И первые, кто кинулся сдавать деньги, это старшие курсы, то есть мы, бля! Остальные же педерасты тактично сделали вид, что ничего не слышали и ничего не знают.

Ну что ж, к таким педо-выходкам мы были готовы, и, собравшись в боевую троицу, — Игара, Катя и я, пошли по этажам, заглядывая в каждую комнату. Так сказать, решили донести информацию лично в уши каждого и попутно собирали деньги, записывая в журнал каждого, кто пожертвовал бешеную сумму, аж целых сто рублей.

На мужском этаже процесс сначала шел гладко, половина этажа добровольно отстегнули нам купюры, а вот остальные уперлись рогами и стали сочинять байки: «Простите, ребята, денег нет, потом как-нибудь отдадим». Игара жутко не переваривал пиздоболов и принципиально их ломал на месте, естественно, морально: «А когда сможешь отдать, братишка?». «Дак со стипендии отдам, честное слово!». Игара делал ход конем и говорил: «А давай я тебе займу, а ты потом мне должен будешь?».

Игара был крепким и вспыльчивым парнем, и никто не желал с ним связываться, а уж тем более влезать к нему в долги. Поэтому при таком предложении многие внезапно находили средства. Короче, всюду были пиздоболы, сука, аж вспоминать противно.

И вот мы протрясли весь этаж и составили список «должников» — это те, кто клятвенно обещал дать денег, но позже. Также был список «отсутствующих» — это те, кто тупо пропал без вести, как только мы стали обходить этаж. И в этом списке бегунков я увидел нашего дорогого друга Линзу! Вот с этого блатного надо по-любому содрать купюру, иначе остальные могут взбунтоваться.

Я поймал Линзу на крыльце и объяснил, что нужно сдать сто рублей на покупку тарелки. Сумма-то маленькая, но этот блатной пидорас прикинулся шлангом, и говорит:

— А я телевизор не смотрю ведь, для зрения вредно.

Я стоял и ухмылялся его хитрожопости.

— Линза, ты ж пиздишь, сука. И месяца не пройдет, ты залетишь в телевизионный зал и будешь смотреть этот телевизор.

Линза крестился и уверял, что вообще не смотрит и не планирует посещать телевизионный зал, и ему эта тарелка в принципе не нужна, и денег нет.

Я понимал, что это чумазое говно (а он смуглый, кстати, был) тупо пиздит, и его отказ привел к тому, что многие из первокурсников стали шептать за спиной:

— А че, можно было деньги не сдавать, что ли?

— А нахуя мы тогда сдали? Вон Линза не сдал, и ему ничего не сделали, надо тоже не сдавать, да и все.

Эти разговорчики мигом разлетелись по общежитию и мощно ударили по всей нашей операции. Мы заскочили на женский этаж собирать средства, и вот тут бабы повели себя хуже мужиков. Ну я давно говорил: бабы — это зло.

И если старшие курсы целиком и разом скинулись по деньгам, то наглые первокурсники женского пола мне заявляли: «Я телик ваще, нахуй, не смотрю, ебать». У меня перед глазами до сих пор этот наглый взгляд толстожопых жирух и толстух с первого курса. Эти мокрощелки наотрез отказывались сдавать средства: «Мы не смотрим телевизор, идите нахуй, и точка».

Время поджимало. Вечером приехал директор, он подошел и спросил:

— Деньги уже собраны?

Я достал пачку купюр и сказал:

— Почти все собрали, но еще должники есть!

Директор нахмурился:

— Это плохо, ребят. Я только что ездил в магазин этих тарелок, они в цене дорожают. Для нас отложили комплект по старой цене — семь тысяч рублей, и купить надо сегодня. Если не купим, то в понедельник будем покупать уже за десять тысяч, понимаешь?

У меня на висках вышибло пот, новость была хуевой. Это сегодня я понимаю, что директор мог вложить вообще свои деньги, или еще чего-нибудь, но этот бывший вояка просто проверял нас. Он поставил меня в нестандартную ситуацию, где я должен был проявить твердость характера и лидерские качества. В целом, он не прогадал. Я залетел к Игаре и объяснил ситуацию. Мои слова имели эффект искры на сухой порох.

Мы поймали Катю, и я внес, на мой взгляд, опасное, но гениальное предложение:

— Так, ребята, у нас не хватает две с половиной тысячи рублей. Основные должники — это бабы, поэтому я сейчас вкладываю свои деньги, и мы с директором едем покупать комплект спутникового телевидения. А ваша задача — сделать рейд по бабскому этажу. Вышибайте бабло, мотивируя тем, что комплект уже куплен в долг! Хочешь, не хочешь, а платить надо.

И вот тут, ребята, пригодилась природная наглость Катеньки! Ей впору было работать коллектором: уж чего-чего, а долги она вышибать умела. Пока я ездил с директором в магазин, эта колхозница такой шухер на этаже навела, такой шум, бля, что Игара там пяткой крестился от ужаса. Катя делала свое дело, как на женском этаже, так и на мужском. И если Игара не мог давить на девушек, то на парней он давил максимально жестко. Через пару часов они вышибли почти всю сумму.

А тем временем мы с директором зашли в магазин, нам выдали комплект, и я расплатился по чеку:

— Все-таки успели всю сумму собрать? — удивился директор.

— Успели, это ж мы! — с ухмылкой добавил я.

Мы обговорили сроки установки и настройки тарелки с продавцом, и меня привезли обратно в общежитие. Я поблагодарил директора за оказанную помощь в нашем мероприятии, и он тогда впервые крепко пожал мне руку. Для меня это было словно наградой — знак того, что оправдал его надежды.

В комнате меня ждали Игара и Катя. Они наперебой рассказывали, как мощно и задорно провели карательный рейд по тылам должников. Бабки почти все собраны, но теперь нас ненавидит половина общежития. Я пересчитал добытые деньги — не хватало пятьсот рублей.

— Ладно, выбьем остатки позже. Уже завтра тарелка будет транслировать хорошие фильмы, а на гнев жителей общаги — плевать, они еще спасибо скажут.

Я вышел в коридор, и ко мне подбежал какой-то парень. У него был очень добрый взгляд, и при этом он имел спортивное телосложение, его звали Андрей Валов. Он расплылся в улыбке и сказал:

— Ты, говорят, на тарелку деньги собираешь?

— Ага, есть такое, а что?

— Ну я, это, только приехал из дома, и хочу внести свою помощь в это дело! А еще я спортивные каналы жутко люблю, и затея у вас супер, поэтому вот тебе деньги!

Этот парень вызывал улыбку своей добротой, она была неподдельной, и вскоре Валов завоевал всеобщую симпатию. Он был правильным человеком и всегда сам приходил на помощь. В то время это было редкостью.

Этим же вечером молодежь тайно провела совещание, и они выслали ко мне парламентера. Это был мой земляк-рэппер по прозвищу Гребень.

— Слушай, чувак, тут братва волнуется. Среди студентов есть люди, которые хуй сложили на вашу затею, и они не собираются отдавать деньги, понимаешь? И они сейчас смеются над нами, и нам как бы обидно: почему кто-то должен сдавать бабло, а кому-то это сходит с рук? Вы же обещали, что каждый будет складываться, так? А если вы слово не держите, то, выходит, вы конкретно не правы, и к вам возникает куча вопросов.

Я молча с каменным лицом выслушал Гребня и спросил:

— И какие у твоей братвы ко мне вопросы?

Гребень немного замялся, но вымолвил:

— Какие последствия будут для тех, кто вас нахуй послал?

Вопрос был с ядерным подтекстом: молодняк конкретно хотел знать и видеть механизм наказания непокорных элементов, и если с нашей стороны не будут предприняты действия, то мы автоматически лишимся уважения.

Лишиться уважения в глазах молодых — это страшное дело. Когда тебя уважают, это хорошо, когда тебя боятся и люто ненавидят — это тоже хорошо. И в том, и в другом случае ты имеешь рычаги воздействия на толпу, но если ты опустишься в их глазах — тебе просто пиздец.

Я знал, что за любое сказанное мною слово мне придется отвечать в любую секунду. Но даже при таком раскладе я помнил, кто стоит за моей спиной, и спокойно ответил:

— Передай парням, что должников мы не забудем и побеседуем индивидуально с каждым.

У Гребня округлились глаза — это была не слабая заявочка. Он откланялся и ушел прочь.

Рядом сидел Игара, и мы оба молчали около минуты. Затем он наконец спросил:

— Ты готов идти до конца?

Я без раздумий ответил:

— Конечно, готов, у меня выбора нет. Потому что, если мы сейчас хоть где-то обосремся, нам всем придется туго до конца года. Молодняк надо держать за глотку, и, если потребуется, я лично буду решать проблему с непокорными. На худой конец у нас есть цепной пес Джерри.

Но помощь наркомана-психопата Джерри не потребовалась. На следующий вечер приехал директор вместе с установщиком:

— Итак, парни, сейчас прикрутим тарелку к стене. И надо, чтобы кто-то сползал на чердак и протянул кабель через крышу в телевизионный зал.

Задача была по сути простая, но даже тут не нашлось добровольцев. Я молча схватил ключи и побежал вскрывать вход на крышу. Кстати, я не пожалел, что взялся за эту работенку. На чердаке я нашел много интересных вещей и прочее, а также за моими действиями неусыпно наблюдал весь состав первого курса. Именно в эти моменты делается авторитет: ты берешь все в свои руки и делаешь задачу до конца, молча и хладнокровно. Удивительно, но проявление такой хозяйственности вызывает восхищение у девушек и уважение среди парней.

Через тридцать минут я стоял возле телевизора и листал десятки каналов. Настройщик подключил нас к сибирскому времени, и мы могли перед отбоем смотреть фильмы, которые транслировали глубокой ночью. В общем, все, как надо, и все довольны.

В течение всего вечера студенты не скрывали своего удивления:

— Вы что, так быстро все организовали? Мы думали, это развод на деньги, а оказывается, вот оно как! Ай, молодцы!

Я вышел с директором на улицу, мы перекинулись с ним парой фраз, и он сказал:

— Хорошая работа, вы все здорово постарались, я доволен вами, ребят.

Эти слова были, наверное, лучшей наградой. Директор за все года моего пребывания никогда никого не хвалил, и тут свершилось чудо.

Кстати, с того дня Игара, Катя и я пользовались особым уважением в глазах директора. В чем это выражалось, я расскажу позже.

А пока я вернулся в телевизионный зал, и — о, my fucking God! Кого же я вижу — на диване прямо перед телевизором развалился, как царь и бог, господин Линза! Я даже дар речи потерял и не знал, что ему вообще сказать. И тут в зал влетает Игара и охуевает от такой наглости. Еще секунда, и мы оба взрываемся:

— Ты слышь, чумазый! Ниче не перепутал тут?

Линза отлично прикидывался шлангом и отвечал:

— А в чем, собственно, дело?

Я кипел, как чайник, а Игара уже зубами скрипел:

— Ты че, сука, дурачка из себя строишь! Ты же пиздел, что никогда не смотришь телевизор, уверял и клялся, что близко к залу не подойдешь! А сейчас еще часа не прошло, ты уже, сука, развалился тут! Да ты охуел, Линза! Ебать, ты пиздобол, ты же пиздобол, вот согласись, что ты чмо и пиздобол! Зажал вшивую сотку, наебал людей аж на целых сто рублей! А теперь, педрила, сидишь тут и делаешь вид, что все хорошо?

Линза ни капли не смутился, его природная наглость поражала и удивляла. Он относился к тому типу людей, которые все понимают только через силу, через грубую физическую силу.

Я подошел ближе и сказал:

— Ты же понимаешь, что ты щас все отдашь?

Линза поправил очки и спокойно ответил:

— Денег нет, и взять негде, парни.

Игара взвыл на весь зал:

— Да он издевается, сука! Завтра стипендия, слышишь, чмо? И вот завтра ты все отдашь! Отдашь, или я тебе ебло сломаю!

Наш скандал слышали все, и это было замечательно — пусть все знают, что мы, два больных психопата, никому не дадим спуска, выбьем бабло с любого и любым способом.

На следующий вечер после занятий все свалили в город снимать с карточек свою стипендию. Молодые кружили вокруг меня, как шакалы. Они каждые пятнадцать минут спрашивали у меня:

— Ну что, Линза отдал бабки?

Если вы думаете, что дело было в деньгах, вы ошибаетесь — дело было в принципе. Если Линза сейчас нас опрокинет, то кинут все должники, и пиздец мне и всему моему авторитету. Я скрыл тот факт, что долг почти загашен, этого знать не нужно никому. Если я скажу: «Парни, можете не отдавать бабло, мы перекрыли задолженность», то взбунтуются те, кто сдавал деньги. Короче, ситуация принципиальная — мы должны выбить все, а от Линзы — в первую очередь!

Я шел на ужин, и вокруг меня шла толпа первокурсников. Они ждали выполнения моих обещаний, и я обязан был сдержать свое слово. Я догнал Линзу и, обняв за плечо, спросил его:

— Ну че, братан, как там насчет денег у нас?

Линза шел совершенно спокойно, он всем своим видом срал на меня большую кучу.

— Нет денег, представляешь, не проверял я еще карточку.

Это была последняя капля.

— Так, сука, слушай сюда: щас мы сладко трапезничаем, затем выходим и садимся как раз на проходящий автобус и едем до центра. Там ты, сука, снимаешь бабло и отдаешь его в мои руки, тебе ясно?

И тут Линза выдает:

— Но у меня нет денег на проезд!

Я кипел от злости и прошипел:

— Я тебе дорогу-то оплачу, потом как-нибудь вернешь.

Я жевал пищу, не ощущая вкуса. Злость переполняла меня. Я взглянул на часы — автобус вот-вот подойдет.

Я встал из-за стола и крикнул:

— Линза, поехали!

Но эта чумазая сука специально жевала медленно пищу.

— Ты что, не видишь, я еще не доел.

Я проходил мимо его стола и за шкварник потащил его с собой:

— Завтра доешь, а теперь достань карточку и покажи ее.

Он достал ее, я убедился, что пин-код тоже с ним. Наконец, я затащил его в автобус, и тут, сука, в салон залетает почти десять молодых парней. Это были первокурсники во главе с Гребнем. Они хотели лично увидеть, что будет с непокорным. Ну что ж, народ хочет зрелищ — будет им зрелище.

Мы вышли на центральной остановке и никак не могли найти банкомат. Я вспомнил, что он есть прямо у здания администрации города. Вот туда мы сейчас и сходим.

Я был настолько злым, что в какой-то момент это был уже не я. Как говорят, «шторки упали». Взяв за грудки Линзу, я диктовал ему условия:

— Сейчас мы сходим до банкомата, и смотри мне, сука, если что не так — я тебя уделаю на месте, тебе ясно?!

Моя истерика внушала страх поголовно всем, я это позже осознал. А пока я тащил Линзу за угол, парни, испугавшись, просто остались ждать на месте. Линза подошел к банкомату, вставил карточку и разыграл отличную сценку:

— Ой… А денег нет! Вот, смотри — их просто нет. Наверное, стипендию не перечислили.

Все, это был финиш. Я огляделся по сторонам: у здания администрации кругом висели камеры, пиздить его тут — себе дороже.

Я наклонился к банкомату и нажал функцию «показать историю выплат» — на экран вышел список дат, когда снимались деньги с карточки. Там красовалось сегодняшнее число, время снятия денег — двенадцать часов дня, как раз в обед. Линза просто хотел меня наебать, взять на дурачка. Но он не подумал, что у СКБ-банка есть такая хитрая функция.

Это был чистой воды проигрыш Линзы. Его затрясло:

— Это не я! Я не снимал!

Я молча потащил его в сторону. Я шел, как в тумане, крепко сжав его капюшон, а он плелся и спотыкался, пытаясь оправдаться:

— Я все отдам! Я обещаю, я не хотел так!

Я развернулся и еще раз припомнил, как эта сука вымотала мне нервы за последние пару дней. Затем резко сдернул левой рукой его очки, дабы не разбить, и с доброго размаху уебал ему прямо в его чумазое еблище. Раздался приятный и сладкий щелчок. Следом удар ноги по коленному суставу, и Линза присел, выставив лицо. И еще от всей души удар по его гнусному лживому еблищу. Готов поклясться, я испытывал неописуемое удовольствие от того, как сладко раздавались щелчки.

Линза повалился на землю и громко закричал мое имя… Этот крик заставил меня протрезветь: я оглянулся вокруг, мне стало жутко. Я избивал его у спортивной площадки. Какие-то дети бежали врассыпную, а прохожие переходили на другую сторону дороги. Никто не хотел ввязываться в это.

Я положил его очки ему в нагрудный карман, поднял с земли и, крепко держа за шиворот, сказал:

— Это был аванс, продолжение будет сегодня вечером, снова и снова. Мне похуй, где и как, но ты достанешь — займешь, украдешь, но ты принесешь мне эту ебучую, сраную сотку. Да так, чтобы это видели и знали все, ты меня понял?

Линза сплевывал кровь и кричал:

— Я все верну, все верну!

Я притащил его, как псину, на остановку. Нас ждали перепуганные первокурсники. Они увидели Линзу, и повисло гробовое молчание. На лице красовалась хорошая гематома, а по его губам текла кровь. Он сплевывал ее на землю, и каждый видел эту вкуснятину.

Я видел, как молодые просто срались от ужаса. Подтащив его ближе, я спросил:

— А теперь, сука, при всех скажи, что ты мне там пообещал?

— Я пообещал… Пообещал, что все верну, сегодня… Сегодня…

— А теперь проваливай отсюда на все четыре стороны.

Линза отошел в сторону, и молодые, как шакалы, начали на него наезжать:

— Ну что, чмо, все усвоил?! Блатной, бля! Сука, ебло бы тебе сломать, да руки марать не хочется…

Молодежь вела себя по-свински, а я не вмешивался, он это заслужил.

И тут Линза говорит:

— А куда мне идти-то? Я города не знаю.

Я схватил его за шиворот и утащил в сторону, показал, куда свернуть и куда идти, а он только приговаривал:

— Все понял, все понял…

В течение следующих суток все должники внезапно нашли деньги и передавали их Игаре. Со мной почему-то никто видеться не хотел, в том числе и Линза.

Я писал ранее, что дедовщина делится на два типа: беспредел и профилактика. С беспределом надо бороться, а вот профилактика порой жизненно необходима, иначе не будет порядка. Не знаю, правильно ли я тогда поступил, но знаю, что я нисколько этим не горжусь. Просто у меня не было другого выбора…

Глава 8. Тальков камень

После кровавой разборки с Линзой все должники внезапно нашли деньги и передали их Игаре. К нашему удивлению, все затраты на спутниковую тарелку окупились, и на руках остались лишние пару тысяч рублей. К тому моменту я регулярно посещал тренажерный зал, и ребята неоднократно заикались, что было бы замечательно прикупить боксерский мешок, уж больно штука полезная.

Мы посетили пару местных магазинов спорт-товаров, и тут скупая мужская слеза прокатилась по моей щеке — минимальная цена за боксерский мешок начиналась от пяти тысяч рублей. И такая картина была повсеместно, что же нам делать?

Наш разговор случайно услышал одногруппник Праздник. Он вклинился в беседу и просто обрадовал супер-новостью:

— Парни, у меня в Ревде большой мешок продается всего за 1700 рублей. Если хотите — давайте деньги, я его куплю.

Я до последнего момента не верил, что такой девайс продается по такой низкой цене, но Праздник не соврал. По его звонку с Ревды был привезен новенький, настоящий, здоровенный боксерский мешок! Просто фантастика! Я до сих пор не понимаю, почему такая маленькая цена, но я запомнил название производителя — «Лидер».

Нашему счастью не было предела, а особенно удивились студенты:

— Ребят, а это ваш мешок? Вы где его достали?

И мы с гордостью отвечали:

— Это не наш, а общий спортинвентарь, купленный на собранные деньги. И, как только мы раздобудем крепление, сразу же повесим его в тренажерном зале.

И вот, спустя пару дней эта красота висела на положенном месте. Мы вновь сдержали свое слово, и наш с Игарой авторитет окреп еще сильнее. Теперь все знали — эти парни держат свое слово.

Вечером я сбегал в аптеку и купил эластичный бинт, чтобы, как Джон Рембо, повязать им свои кулаки и от души побоксировать. Желающих побить мешок была куча, но вот забавный момент: при работе с мешком оказалось, что почти 100% студентов вообще не умеют бить.

Вот тут и стал понятно, кто на что способен. Выходит, значит, крепкий парень, кулаки, как кувалды, размахивается, бьет один раз. Мешок раскачивается, и все остальные разы он либо промахивается, либо вообще никак бить не умеет. Совершенно никакой техники.

Все умеют наносить один удар, а вот делать серию или комбинацию ударов попросту никто не умел. И тут вышел поработать с мешком мой сосед Алиев. Он вытащил откуда-то свои перчатки, и в следующую минуту показал грамотную технику работы.

Он наносил удары очень профессионально, и, к тому же, грамотно. Лишь позже он сознался, что занимался боксом много лет. «Вот с этим пареньком как раз надо дружить», — пронеслось в моей голове, и я без тени стыда попросил его показать пару упражнений для отработки техники ударов. Уж больно круто он работал. В тот вечер я узнал, что такое «двойка/тройка».

И пока я внимательно слушал Алиева, молодые студенты, как обезьяны, скакали вокруг мешка и старались ударить его как можно круче и красивее. В результате один так сильно махнул рукой, что его закрутило вокруг своей оси, и он упал на задницу. Мешок-то раскачивался, и не каждый мог в него попасть. И если мы с Алиевым хоть как-то защитили свои кулаки эластичными бинтами и перчатками, то молодые макаки важно заявляли:

— Нахуй эти бинты, нахуй эти перчатки, надо голый кулак набивать, так эффект больше.

В результате они повыбивали себе суставы на пальцах, сбили к ебеням свои казанки, и их обезьяньи ручонки распухли, как надувные шарики. В общем, заставь дурака Богу молиться.

На следующую тренировку пришли только три человека: я, Игара и боксер Алиев. Остальные зализывали раны и еще долго не могли даже руку сжать. Вот так, не спеша, я начал отрабатывать технику под чутким руководством Алиева, и мне казалось, что я пиздец крутой. Но чуть позже будет по-другому, об этом я еще расскажу.

Учебная неделя подходила к концу, и тут ко мне подбежал Зырян:

— Братан, мне позвонил Некит (толстый пиздобол с первого года обучения) и пригласил меня погостить в Екатеринбурге!

Я напряг свою память и вспомнил, что он коренной житель Каменск–Уральского. При чем тут вообще Екатеринбург?

Затем я вспомнил, что как-то летом этот долбоеб мне звонил и хвастался, что он директор крупной строительной фирмы, и в Екатеринбурге его бригада занимается строительством жилых домов. Я тогда понял, что он пиздит, но ради интереса спросил: «А какие дома вы вообще строите?». Ответ Некита был, как всегда, на высоте:

— Мы строим всякие дома — и высотные, и частные, у меня в штате сто двадцать человек. Все устроены официально, а технику я тупо беру в аренду.

Затем я задал контрольный вопрос:

— А у тебя какая форма организации, ИП или ООО?

Некит ответил:

— У меня ИП оформлено, братан.

Этот тупой идиот не учел одного — что я учился на бухгалтера и знал все нюансы тех или иных форм организаций. Ведь по закону, если у индивидуального предпринимателя штат сотрудников превышает сто человек, он должен перевестись уже на ООО (общество с ограниченной ответственностью). Но тупой пиздобол этого не знал и продолжал мне чесать, а я делал вид, что верю.

И вот Зырян мне говорит:

— Сейчас после занятий поеду к нему в гости!

Зырян очень радовался, а я сразу почуял подвох:

— Слушай, ты же помнишь, как в прошлый раз ты неудачно съездил в его «шикарный коттедж». Ты не боишься, что и в этот раз случится какая-нибудь хуета?

Зырян отмахнулся рукой и сказал:

— Дак это ж Екатеринбург! Если чего — обратно в общежитие уеду, и точка.

С этими словами Зырян укатил к Некиту в гости.

А тем временем кто-то из молодых поймал меня в коридоре и спросил:

— А где тут знаменитый Тальков камень?

Я сначала не понял вопроса, но потом вспомнил, что рядом с городом есть красивое место, где когда-то давно добывали тальк. На месте шахты образовалось красивое озеро, и это место в определенных кругах считается культовым.

К своему стыду, за все года обучения я ни разу там не бывал. В тот же вечер я принял твердое решение присоединиться к молодым, чтобы сходить в поход. Про это мероприятие узнала Катя и, как банный лист, прицепилась ко мне:

— Любимый, я тоже хочу на Тальков Камень, возьми меня!

Эти телячьи нежности у меня вызывали гнев. Я по-прежнему находился в контрах с Катей, и ее острые словечки, типа «любимый», «дорогой», совершенно не доставляли мне удовольствия. И не обольщайтесь добротой Кати — она липла с целью банальной выгоды, ей нужен был спонсор для этого мероприятия. Ведь кто-то должен ей купить сигареты и бухло, оплатить дорогу и бла-бла-бла.

У меня было максимально положительное настроение, и рано утром мы собрались большой толпой у крыльца. Желающих пойти было много, а дорогу знал только один парень, и тот был из числа местных. Он согласился выступить проводником, но предварительно спросил:

— А вы, собственно, как туда собираетесь добираться?

Автобусы туда не ходят, и топать минимум пятнадцать километров — вот тебе и поход, бля. На помощь пришли связи. Нет, не половые, а студенческие. Товарищ Лущан позвонил местному выпускнику ЦРИ и чисто по-братски попросил отвезти нашу пехоту к месту назначения. На месте выпускника я бы послал всех нафиг, но парень уважал Лущана и всех по очереди привез на какую-то лесную дорогу.

— Все, ребята, дальше шесть километров по лесу пешком. Как увидите кучу туристов — значит, вы пришли куда надо. А если нет, то пиздуйте по тропе дальше.

Мы шли целую вечность, я проклял все! Эта тропа шла по горам и оврагам и никак не кончалась. Особенно масла в огонь подливал проводник:

— Веселей, ребята, тут рукой подать, верст десять, не больше!

Но боги услышали меня, и вдруг в лесу раздалось пение:

— Золотые купола душу мою радуют!

Мы наткнулись на палатку с туристами. Это означало, что мы почти у цели.

Через пару минут мы вышли к очень красивому месту. Посреди горы была прорублена здоровенная шахта, на месте которой было шикарное озеро. Проводник воскликнул:

— Ребята, все камни, которые вы видите — это не камни, это тальк!

Если честно, то я впервые видел, что такое тальк. С виду он был похож на обычную серую скалу. Но, как только ты брал камушек в руки, то складывалось ощущение, будто в твоих руках кусок мыла — уж больно скользкий материал. А его природный цвет на самом деле белый! Просто берешь и ногтем соскребаешь серый налет, и в твоих руках уже белый скользкий камень.

Мы долго ползали по горе, фотографировались. Слава богу, нас предупредили туристы:

— Парни, вы только не вздумайте по скалам лазить. Тут все кругом скользкое, упасть со скалы проще простого.

На вершине горы я взглянул вниз — высота была жуткой. Закралась мысль: «А что будет, если отсюда с разбегу нырнуть в озеро?». Ответ я получил тут же. Мы наткнулись на могильную плиту памяти какого-то парня. Он прыгнул со скалы в озеро, но высота была слишком большая. В итоге он погиб.

Нас отвлек проводник:

— Ребята, я нашел отличное место для лагеря, пойдемте уже бухать!

К нашему счастью, туристы кругом оставляют сборные мангалы и прочие походные штуки. Вплоть до того, что мы нашли целый мешок с углем!

Расположившись рядом с обрывом (техника безопасности отсасывала в сторонке), мы принялись наливать водку по стаканам, а девочки — готовить салатики. Это был очень приятный момент в моей жизни. Мы дружной компанией сидели на природе, рядом открывался шикарный вид. Я был счастлив.

Мы отлично провели время и, возвращаясь домой, каждый взял себе на память по одному камушку природного талька. Угадайте, кто отобрал мой камушек позже в общежитии? Конечно же, Катя. Этой ленивой заднице было в лом положить в карман свой камень, поэтому решила отжать мой.

И пока мы возвращались из леса, я вновь проклял все! Эта дорога была бесконечной. Мы шли, бежали и ползли, а тропа никак не заканчивалась. И тут Лущан, сука, достает из рюкзака два с половиной литра «Жигулевского». Он специально ее сохранил на обратный путь, чтобы идти было веселее.

Хитрый хохол как в воду смотрел. После пары глотков напитка наша прогулка внезапно преобразилась. Еще бы, с водки начать жрать пиво — это ж тот еще коктейль. Я не помню, сколько мы выходили из леса, но когда вышли, у меня, кажется, успела вырасти борода!

Мы стояли на дороге совершенно пьяные, и Лущан важно объявил:

— Сейчас я позвоню товарищу, и нас мигом увезут в общежитие.

Затем он взглянул на телефон и произнес:

— А хуй вам, товарищи! Тут не ловит сотовая связь, поэтому мы все умрем!

Нам пришлось топать в сторону города хуй пойми сколько километров, прежде чем мы смогли позвонить водителю. В итоге, бывший выпускник ЦРИ забрал нас. Самое удивительное — Лущан предлагал ему деньги, но он отказался их брать, мол, дружба — это святое!

На следующий день в общежитие приехал Зырян. Он был жутко измотан и неважно выглядел. Я спросил лишь одно:

— Некит?

И Зырян ответил:

— Да пошел он нахуй!

От этих слов я согнулся пополам от смеха:

— Рассказывай, братан, чего приключилось-то?

История была простой, но поучительной. Некит и Зырян встретились в Екатеринбурге. Весь вечер они пили пиво, и Зырян спросил:

— Слушай, скоро последний автобус в ЦРИ, пора уезжать.

На что Некит добродушно ответил:

— Не проблема, братан, у меня заночуешь!

Время близилось к ночи, и настал момент, когда нужно было идти спать. Некит привел Зыряна в какой-то непонятный дом, где была куча гастарбайтеров. Спустя пару минут Некит вышел и объявил:

— Короче, договориться с братвой по поводу ночлега не получилось, так что давай на этом попрощаемся. Рад был тебя видеть, как-нибудь созвонимся-спишемся.

Некит закрыл дверь, а Зырян остался совершенно один в ночном Екатеринбурге. Рейсов до ЦРИ больше не было. Идти тоже некуда. На автовокзале Зырян узнал, что сейчас идет последний автобус в хрен пойми какой город, где, на его счастье, жила дальняя родственница. Выбор был невелик: либо спать на улице, либо уехать к родственникам.

Зырян наскреб денег и поехал. Глубокой ночью он прибыл к родне, которая его вообще не ждала. Там он провел остаток выходных, не имея при себе ни сменной одежды, ни зубной щетки, ничего. В воскресенье, заняв денег у родни, Зырян поехал в Екатеринбург, и оттуда уже в ЦРИ.

Я слушал это трэшовую историю и заливался смехом. Некит, как обычно, не подкачал и опять натворил хуйни. Затем я спросил:

— А правда, он там большой начальник строительной фирмы?

Зырян плюнул в сторону и сказал:

— Маляр он на стройке, живет с таджиками, вот и все.

Вот так завершились очередные выходные в ЦРИ: для кого-то ярко, для кого-то не очень. В целом, я осознал одно — некоторых людей исправит только могила…

Глава 9. И сизый полетел по лагерям

Учебная неделя начиналась, как в сумасшедшем доме. Я проснулся от криков и скандалов. Это сосед Шустрик уже с утра устраивал разборки. Я вышел в коридор, и молодые мигом замолкли, а затем тут же кинулись ко мне жаловаться. Я ощутил себя нянькой, а они, стало быть, дети. Шустрик прыгал возле меня и кричал на соседа:

— Верни мои носки! Я точно знаю, это мои носки, а ну, снимай живо!

Оказалось, сосед Шустрика втихаря надел его чистые носки, а взамен подкинул свои грязные — дурдом конкретный. Не знаю, чем закончились разборки, но на мой телефон позвонила Катя. Сама живет на этаж ниже, видимо, наглость совсем зашкаливала. Я поднес телефон к уху и тут же его убрал. Катя что-то истошно визжала:

— Уа-а-а! Я умираю-у-у-у! Приди сюда быстро!

От такого крика весь сон как рукой сняло. Уже через мгновенье я стоял в ее комнате, а Катя валялась на кровати, уткнувшись в подушку, и выла, что есть силы. Ее сестра Оля молча собиралась на занятия.

— Оля, что случилось, почему она воет и исходит соплями?

Оля совершенно спокойно ответила:

— А у нас папу дома в тюрьму сажают, — и без всяких эмоций она молча ушла на занятия.

Как только закрылась дверь, в игру вступила актриса погорелого театра Екатерина. Она повернулась ко мне, показывая свое страдальческое лицо, и кричала:

— Ну, вот и все! Вот и закончилась наша любовь! Папу в тюрьму закрывают, теперь мне придется бросить учебу, чтобы родным помогать! А я ведь тебя так люблю-у-у! А-а-а! Люблю, не могу!

Случилась не совсем приятная история. Ее отец оказался, скажем мягко, неблагонадежным элементом общества. Как-то по пьяни он отхуярил бабу («selskiy style», ептать) и разбил ей сотовый телефон. Баба накатала заявление, и на отца завели уголовное дело. В итоге, по решению суда ему назначили «жесточайшее» наказание — три месяца колонии поселения. Короче, девяносто суток поработать на государство.

Я не совсем понимал, почему Кате придется бросить учебу и помогать родным. Ведь дома есть еще и средняя сестра Аннушка, вполне трудоспособная (да, дорогой читатель, их три сестры: Катя, Аня, Оля). И, в конце концов, почему ее мать вдруг потеряла возможность трудиться?

И вот тут началась конкретная «санта-барбара». Выяснилось, что мать беременна четвертым по счету ребенком, и ей вот-вот рожать (ебать, колхоз, я, откровенно, сам был в шоке).

Я развел руками, ну хуле тут скажешь:

— А когда батю по этапу отправят?

— Завтра на централ увезут, а там фиг пойми куда, страна-то большая!

Катя продолжала заливать соплями подушку, а я прекрасно понимал — с таким маленьким сроком дальше Свердловской области точно не уедет. Будет чалиться на ближайшем поселении. Но Катя вела себя так, будто отцу дали двадцать лет особого режима в «Белом Лебеде», без права на переписку и с попутным расстрелом всех членов семьи.

Весь день она трахала мне головной мозг:

— Я ведь все, уеду же. Вот все, сегодня ведь, понимаешь, любимый?

Я слушал ее бабский бред и кивал головой. Не знаю, чего она ждала от меня. Я в тот момент был с ней в контрах из-за ее Рыжего Сука Тракториста. Но она вела себя так, будто я ее мужик, и должен теперь взять на содержание всю ее семью.

Ближе к вечеру меня подзаебал этот «мексиканский сериал», и я включил режим «жесткого парня»:

— Так, слушай сюда, хорош ныть без повода. У тебя в деревне есть средняя сестра. Уже кобыла взрослая, пусть валит и работает. А мать твоя в декрете, между прочим. От колхоза ей должны какие-то бабки выплачивать. И не пизди мне, что это не так. 1996 год уже закончился, Ельцина больше нет, сегодня всем все выплачивают! И если ты свалишь в свою деревню, то первую зарплату ты получишь через месяц. А там уже и батя из «лагерей» приедет. И какой смысл тебе учебу бросать, ты мне скажи?

Эти слова заткнули Катю до конца дня. И пока эта актриса искала новый повод поплакать, чтобы привлечь к себе внимание, я встретил Игару и Мела. Они что-то бурно обсуждали в умывалке.

— О-о-о! Братан, прикинь, мы сейчас так повеселились конкретно.

— Чего вы опять учудили, парни?

— Короче, дело такое: в комнату к Зюзе-карандашнице только что заселили девушку. Новенькая, она жутко красивая, но при этом у нее башня свистит — аля-улю! Мы попытались с ней поговорить, но она нас ввела в ступор своим поведением. Мы даже не нашли слов, чтобы ей хоть что-то ответить!

Игара с грустью сказал:

— Эх, так-то жаль девку. Хорошая такая, а с головой проблемы. Жизнь порой жестокая штука.

Я не совсем понимал, в чем выражается фраза «башня свистит», и принялся подробней расспрашивать парней:

— Чего она исполняет-то?

Мел активно махал руками и громко выражал суть проблемы:

— Она вообще неадекватно реагирует на вопросы. И у нее поведение конкретного шизофреника. Я сейчас пытался с ней поздороваться, та огрызается сходу. Затем я попытался максимально промыть ей мозги, так сказать, загрузить ее базаром (Мел это делал профессионально), но она вообще ноль! Никакой реакции, на своей волне, блин.

Меня сразу заинтересовала эта девушка. В течение вечера я еще пару раз слышал от парней отзывы о новенькой:

— Там у девки с головой проблемы. Красивая, правда, но кукушка свистит. Жаль девку.

Меня просто раздирало любопытство — ну что же в ней такого? Поэтому я взял кружку и пошел в гости к Зюзе, типа чай попить, по душам поболтать, заодно на сумасшедшую посмотреть.

Я вошел в комнату и увидел ее. Это была очень симпатичная девушка с ярко-голубыми глазами и русыми волосами. Ее кожа от природы была чуть смуглой. И главная деталь — у нее была шикарная фигура и, мать ее, здоровенные сиськи! Я не спец, но это был минимум третий размер титек, смугленьких титечек. Прям, как я люблю!

Я сперва даже забыл, зачем пришел — уж больно она притягивала взгляд. Затем, подобрав слюни, спросил:

— Зюзя, бля, давай по-братски, по-сестрятски чаю попьем? Заодно поболтаем хоть, а то редко я к вам в гости захожу.

Зюзя была умницей, поэтому быстро смекнула и подыграла:

— Ой, как вовремя ты зашел, я как раз чайник хотела поставить. Присаживайся за стол.

Новенькая девушка сидела на кровати, и, как маленький ребенок, держала перед собой большую книжку, делая вид, что читает.

Мы перекинулись с Зюзей парой слов, и, наконец, я обратился к новенькой:

— Чего читаешь, о чем книжка?

Она опустила книжку и поучительно ответила:

— Мужчина, я читаю энциклопедию!

Затем резко подняла книжку обратно на прежний уровень. Это выглядело забавно.

Я продолжил общение:

— Слушай, а ты ведь только заселилась, верно? Давай знакомиться, как тебя зовут?

Она вновь опустила книжку и сказала:

— Меня зовут Анастасия, приятно познакомиться, — и вновь она закрылась книжкой.

Я быстро смекнул, что она не сумасшедшая, а просто дурачится. Этот факт меня очень забавлял. Я заварил себе вкусный крепкий чай, поболтал с Зюзей о том о сем, и в нужный момент тактично спросил:

— Анастасия, я совсем забыл предложить чаю. Хочешь, я заварю тебе его?

Она ничего не успела ответить, потому что в комнату вошли пару девчонок, проживавших с ней. Они начали галдеть, как сороки, шуметь и без умолку болтать. У меня, честное слово, голова кругом пошла от такого шума.

И мне все стало понятно — девушке просто жутко некомфортно в этой комнате. Она не в своей тарелке, потому и ведет себя так. Я наклонился к ней ближе, и, пока соседки что-то обсуждали, тихонько спросил ее:

— А хочешь, я договорюсь, и тебя переселят в другую комнату?

Глаза Насти мгновенно загорелись, и они были такими яркими! Видимо, мои слова звучали, как фраза из фильма «Терминатор-2»:

— Пойдем со мной, если хочешь жить.

Она улыбнулась и тихонько кивнула головой. Мы друг друга поняли. Я попрощался с девушками, поблагодарил за чай и свалил прочь. Впервые за учебный год я шел по общежитию с каким-то непонятным приятным чувством. Хрен его опишешь: бабочки, что ли, в животе. Не знаю, но настроение поднялось мигом, на моем лице была улыбка здорового человека.

Но эта улыбка быстро сошла, когда Игара сообщил:

— Чувак, тебя Катя искала, она в слезах была.

Мое настроение молниеносно исчезло. Ну что там опять приключилось? Эти глупые выходки мне порядком надоели! Я тогда в очередной раз осознал, что крепко влип с этой Катей. Так просто она от меня не отстанет.

Наконец, я нашел ее в привычной скорбящей позе.

— Что случилось?

И тут она мне выдает:

— Ах, любимый, мне так грустно и одиноко, побудь со мной рядом.

Вот в любом другом случае это выглядело бы мило, но только не в этот раз. Катя внаглую требовала к себе внимания, я еле сдерживался, чтобы не сорваться. Я сидел в комнате с Катей, она что-то мне зачесывала про вечную любовь, а я думал о том, что в Гараже парни пиво без меня пьют.

Мое положение спасла Оля. Она внезапно вломилась в комнату и отвлекла Катю:

— Ой, сестричка, давай обсудим, какого парня я себе загребу в общежитии?

Вы не ослышались: это бабье племя еще и сообща решает, кого в рабство брать будут. И самое смешное — им ваще похуй на мнение мужского пола. Коварные создания, мать их за ногу.

И вот, жребий пал на Сладкого (из-за его смазливой внешности) и на второго персонажа по прозвищу Опарыш. Лично я проголосовал за Опарыша, потому что Сладкий зарекомендовал себя, как мудак. И пока девочки обсуждали план захвата Опарыша в плен, я по тихой грусти сбежал прочь. Тем временем парни в Гараже выпили все пиво, я опоздал. Это было настоящей трагедией. Мое сердце сжалось, а настроение окончательно испортилось.

Еще днем я забрал из кладовки коменданта гитару. И вот, поздно вечером, сидя в коридоре на кресле, я вспоминал аккорды песни из сериала «Солдаты».

Гитара была жутко расстроена. А я, к своему стыду, так и не научился настраивать ее на слух, и поэтому старался играть тихо, чтобы никто не слышал этих отвратительных звуков. Мне просто нужно было вспомнить порядок аккордов.

А сидел я, кстати, на втором этаже. Там как раз кресла стояли, свет был погашен, и меня, по сути, не было видно. Вдруг появляется та самая новенькая девушка Настя. Она тихонько садится в кресло, и я слышу, как она всхлипывает. По ее щекам потекли крупные капли слез, их блеск было видно даже в темноте.

Я убрал гитару в сторону и подсел к ней ближе:

— Ты чего плачешь, тебя обидел кто-то?

Она мотала головой, а я тогда подумал:

— Ну и денек сегодня — все плачут и все ревут, да что ж такое.

После пары вопросов она ответила:

— Мой парень сейчас не может меня хоть как-то поддержать. Ему просто лень. Он сейчас дома, а я в совершенно незнакомом месте. Мне страшно и непривычно, и сейчас хочется услышать родной голос, чтобы хоть кто-то поддержал, а ему просто плевать.

Я выслушал ее, и хуле тут скажешь? Отчасти парень, конечно, говнюк, но меня больше волновал тот факт, что она занятая девушка. Хотя, в целом, я тоже почти занятой парень. Мысли окончательно загрузили мою голову. И вдруг мимо меня прошла сестра Кати.

Спустя минуту прилетела Катя:

— Ты чего тут сидишь, а? Это кто такая? Ты чего с ней разговариваешь?

И тут я прихуел. Оля, увидав меня, сидящего в коридоре с девушкой, полетела мигом докладывать. А Катя, судя по всему, проявляла наглое чувство ревности.

Я тогда еще раз осознал, что даже если разойдусь с Катей, она мне жить спокойно не даст. Я подошел к ней и сказал:

— Чего орешь, люди уже все спят, и ты иди…

Катя опять сыграла на публику и крикнула:

— Так-то ниче, что мы встречаемся?

Я повернулся и спросил:

— С кем? С Рыжим Трактористом? Я за вас рад, спокойной ночи…

Глава 10. День Лицеиста

На следующий день я подошел к коменданту общежития и поинтересовался, есть ли возможность одной хорошей девушке переселиться в другую комнату, если у нее не складываются отношения с новыми соседями? Комендант хорошо относилась ко мне и часто делала поблажки — то постельное белье поновее выдаст, то полезные вещи с кладовки подкинет. Вот и в этот раз она не отказала.

Комендант открыла журнал комнат и тыкнула пальцем:

— В двести семнадцатой комнате живет всего одна девочка, тихая и спокойная. Пусть твоя знакомая заселяется туда.

Я поблагодарил за оказанную услугу и после занятий выцепил Настю в коридоре. Она ковырялась в телефоне. Понятия не имею, что она там нашла: на дворе был 2008 год, никаких крутых игр и мощного интернета тогда еще не было. На мой взгляд, она просто старалась себя занять чем угодно, лишь бы не находиться в комнате с девочками.

— Привет, Настя, ты чего в коридоре сидишь?

Когда она увидела меня, ее глаза вновь загорелись. Блин, они были такими голубыми.

— Ой, приве-е-ет! Рада тебя видеть, а то я, кроме тебя, никого не знаю. Садись рядом, поболтаем немножко.

Я поинтересовался, как обстоят дела в ее комнате, ведь ее соседка Зюзя, по сути, была хорошей девкой. И тут Настя объясняет суть проблемы:

— Зюзя-то нормальная девчонка, а вот остальные жить вообще не дают. Уезжают вечером куда-то с мужиками, приезжают ночью пьяные, до утра шатаются, кричат, шумят. Спать невозможно, и это все в будние дни. И я понимаю, что жаловаться нельзя, иначе вообще жить не дадут. Вот поэтому я стараюсь поменьше с ними контактировать.

Настя говорила чистую правду. А теперь, дорогой читатель, напряги память. Помните, я рассказывал про Сладкого и его псевдо-подружку Ирину, которая крутила шуры-муры с местным малолетним дебилом по прозвищу Мыло?

Так вот, Ирина продолжала свои загулы. Жила она как раз с Настей в комнате, поэтому я достоверно знал, что в их комнате творится пиздос! Кстати, Сладкий на эти загулы как бы закрывал глаза, но об этом позже.

Я выждал паузу и спросил:

— Наверное, трудно живется с такими соседями, правда?

Она молча кивала головой:

— А хочешь переехать сегодня в другую комнату?

Настя оживилась:

— Очень хочу, только куда?

И тут я обрадовал ее хорошей новостью, что договорился с комендантом о переезде в двести семнадцатую комнату. Каково же было ее счастье, когда выяснилось, что новая соседка Насти оказалась еще и ее одногруппницей, к тому же порядочной девушкой.

Моя маленькая помощь сделала Настю счастливой. Наверное, с этого момента я стал для нее хорошим другом, ибо других друзей она не заводила.

В тот же вечер я прибежал в любимый тренажерный зал, где под чутким руководством Алиева я занимался с боксерским мешком. С каждой тренировкой я улучшал технику ударов, и мне жутко нравилось его колошматить. Очень, кстати, успокаивало нервы.

Именно в тот вечер в тренажерном зале я увидел двух местных парней. Оба отличались крепким телосложением (два богатыря). Я без стеснения подошел и завязал общение с этими двумя крепышами. Одного звали Канава, он чем-то напоминал Шварцнеггера. Второй был очень плотный, и звали его Поп.

И вот его лицо было до боли мне знакомо. Я напряг память и вспомнил:

— На первом году обучения, в марте, мы ходили с ребятами на Крест. А ты — тот самый парень, который там крутил сальто и делал всякие прыжки в сугроб. Точно! Мы с тобой еще толпой фотографировались. Вот так встреча, ты че тут делаешь?

Оказалось, что Поп учится на оператора ЭВМ, а его друг Канава просто за компанию пришел в качалку размяться. Так завязалось мое знакомство с очень важными персонажами всей истории. А пока я, как Джеки Чан, скакал вокруг мешка и отрабатывал «двойки/тройки».

После тренировки я шел с этими парнями по территории ЦРИ и, прощаясь, договорился с ними как-нибудь попить пивка. В тот день я еще не знал, как сильно изменится жизнь в ЦРИ после знакомства с этими парнями. Я бы сказал, это была эра до и после знакомства с Канавой, но об этом я расскажу позже.

Я подходил к крыльцу общежития и увидел там Настю, точнее, ее смуглые титечки. Мое настроение вновь поднялось на максимальный уровень. Эта девушка творила со мной что-то невообразимое.

Увидев меня, она спросила:

— А девочка Оля — это сестра твоей девушки Кати, да?

Я кивнул головой, еще не понимая, к чему она это спрашивает.

— После того, как они нас увидели в коридоре вечером, Оля постоянно за мной следит. И каждый раз пытается всячески придраться к любым мелочам. Я ее начинаю побаиваться, если честно.

Я сначала подумал, что Настя преувеличивает, ведь с момента нашей встречи прошли всего сутки! Но вечером Катя мне лично призналась, что ее раздражает факт моего общения с Настей. И теперь младшая сестра Олечка сделает все, чтобы отравить ей жизнь, потому что «нехуй чужим бабам возле моего мужика ошиваться!».

— И вообще, эта сучка меня бесит, я ей ебло расшибу, пусть только повод даст! Не общайся больше с ней вообще!

От услышанного у меня волосы на голове зашевелились:

— Дорогая, ты ничего не перепутала? Это, мать его, смешанное общежитие, тут кругом бабы! За тобой хуева туча косяков и нехилых залетов, мы с тобой в ссоре и без пяти минут разойдемся из-за твоих сраных выходок. И ты смеешь мне указывать, с кем общаться, а с кем нет? Да ты охуела вконец!

Лицо Кати излучало гримасы сатаны. Она неистово блажила, как одержимая:

— Ты мой, и точка! А этой бабе я еще устрою сладкую жизнь!

Вот тут я окончательно охуел. Катя включила «режим собственника». Ей было глубоко похуй, что мы вообще в ссоре, ей было похуй на все. Я словно превратился в товар и перешел в разряд ее собственности. Она совершенно серьезно была готова расправиться с любой бабой, которая посмеет на меня посмотреть.

Это уже было нихуя не смешно. Мне стало жутко, и я всерьез задумался над тем, как бы избавиться от такого хорошего подарка судьбы по имени Катя.

Поскольку все разборки и разговоры проходили наедине, то никто толком и не знал про косяки Катеньки. Для всех она была ангелом, а я был типа бесчувственное говно и подонок, который просто по-свински ведет себя по отношению к ней. Вот такой хитрый расклад. Бабы умеют мутить воду. Ты можешь быть неплохим человеком, но с помощью пары ловких манипуляций ты превращаешься в тирана и злодея. И многие ребята с группы стали на меня наезжать с упреками:

— Как же тебе не стыдно, ты должен срочно поддержать бедную девочку, ведь ее отец оказался за решеткой.

Кстати, про ее отца. Забавная ситуация вышла. Катя встретилась с Настей в курилке и устроила ей допрос:

— Ты че, откуда родом будешь?

Настя ответила, что она с Каменск-Уральска. На что Катя ответила примерно следующее:

— В такую гнилую дыру я бы ни за что не поехала, мля!

И в этот же вечер приходит сообщение, что отца Кати отправили с централа на колонию поселения в Каменск-Уральский! Вот это я называю — мгновенная карма.

Неделя близилась к концу, и мы ожидали День Лицеиста. Это своего рода формальный перевод молодых в разряд студентов. Меня поймал земляк-рэпер Гребень, он был чем-то взволнован.

— Слушай, тут братва волнуется опять. В конце недели День Лицеиста, это означает, что у нас должно быть посвящение, верно?

Я спокойно кивнул головой, а он продолжил:

— Слушай, но мы все понимаем, посвящение — дело строгое, и чисто хотелось бы заручиться гарантией, что вы не допустите лютого беспредела во время этого ритуала.

И тут я сообразил, что он имеет в виду. Все дело в том, что никакого посвящения никогда не существовало. Это был лишь официальный праздник с небольшим концертом, и все. Но молодняк был дикий и тупой, они где-то услышали страшные легенды о кровавых посвящениях в студенты и решили, что их ждет настоящий пиздец.

И теперь передо мной стоял Гребень, и его очень волновал процесс посвящения. Они все решили, что мы будем их «прописывать». Если выражаться по-русски — ебашить!

Прямо на ходу я сообразил, что ни в коем случае нельзя говорить правду. Если молодежь хочет посвящения, значит, надо устроить. Я молча выслушал его и ответил:

— Посвящение — это святое! Никто от этого не уйдет, мы доберемся до каждого, так что лучше не сопротивляйтесь, парни.

Гребень в молчаливом ужасе ушел прочь, а я с диким смехом ворвался в Гараж. Там сидели все наши парни, и я поведал им всю историю. Мы оперативно посовещались и решили максимально распространить слухи, что молодых ждет голимый пиздец. Тот факт, что мы не стесняемся ломать ебальники всяким Токсонам и Линзам, говорил о том, что мы нихуя не шутим.

Молодежь замерла в ожидании расправы. Я даже боюсь представить, чего они там напридумывали себе, ведь неизвестность всегда пугает.

Наступил День Лицеиста. Нас собрали в спортзале, провели небольшое выступление и какой-то концерт, а затем вышел Папа. Он взял микрофон и объявил ну ваще крутую новость:

— Уважаемые студенты и сотрудники ЦРИ! Не секрет, что мы выпускаем учеников с корочками техникума. Но наше заведение по документам по-прежнему лицей. Вчера я вернулся из областного Управления Образования, где мне удалось добиться разрешения на перевод ЦРИ в статус техникума! Впереди большая работа по переводу, и она начинается с этой минуты. Я даю слово, что в этом учебном году студенты закончат обучение уже в новом заведении.

Раздались оглушительные аплодисменты. Повышение статуса ЦРИ в первую очередь увеличивало зарплату всем сотрудникам. Совсем иное финансирование — значит, по сути, вливание бабла усилится, и мы заживем еще лучше прежнего. Также повышался статус наших будущих дипломов.

С этого дня Папа скакал, как черт на сковороде. Он много курил и был максимально загружен, всегда работал до позднего времени. Поскольку он имел юридическое образование, то собственноручно написал новый устав, который позже утвердили на самом верху. Если вы имеете представление о документообороте, то должны понимать, какой серьезный объем работы теперь предстояло выполнить.

Если выражаться на пальцах, то нужно было с нуля создать новое учебное заведение. Старыми оставались только строения, а вот вся документация, программное обеспечение — вообще все нужно было делать с нуля. И при этом выполнить поставленную задачу нужно было в максимально короткие сроки. В те дни нашему директору пришлось проявить себя гораздо больше, чем на 100%. Это было настоящее испытание, и справиться с ним было под силу только эффективному менеджеру.

А тем временем День Лицеиста завершился, и я прибежал к своему дорогому коменданту за свежим постельным бельем. Она как раз что-то перебирала в кладовке, и мой взгляд упал на специальный несмываемый штамп, которым клеймили все постельное белье. На нем красовалась надпись — «Собственность ЦРИ».

«Да это же гениально!» — пронеслось в моей голове. Я выпросил этот штамп и простые синие чернила у коменданта на один вечер. Эта хорошая женщина, как всегда, не смогла мне отказать. Я прибежал в комнату и показал штамп Игаре:

— Смотри! Во-о-от!

Игара сначала не понимал меня, и я внес разъяснения:

— Сегодня с помощью этого штампа мы будем посвящать вшивую молодежь. Они сейчас трясутся от страха в ожидании того, что мы для них приготовили. Уверен, они останутся довольны.

Игара аж завыл в экстазе от моей затеи:

— Да это же гениально! Въебем каждому штамп «Собственность ЦРИ» на тыльную сторону шеи, и будет выглядеть, как татуировка из фильма «Три Икса». Молодежь оценит добрый юмор, а мы повеселимся.

В назначенный час после отбоя мы собрались в Гараже основным костяком и обсудили план действий.

— Итак, парни, весь молодняк думает, что мы будем их гасить, и они реально боятся. Поэтому до последнего ведем себя максимально грозно и серьезно. Сейчас будет весело…

Глава 11. Посвящение

Я заправил чернилами печать с надписью «Собственность ЦРИ». На часах было 23 часа — время отбоя, в коридоре ни души.

— Ну что, мужики, пора делать «грязь».

В этот момент в гараж заглянул Стас Чолах, как раз вовремя. Мы тут же взяли его в кольцо, и он сначала не понял, в чем дело.

Наши лица были максимально серьезными.

— Ну что, Стас, вот и наступил час, когда тебе придется расстаться с прежним укладом жизни. На этот раз тебе не отвертеться.

Я говорил эти слова с каменным лицом, и я даже не представляю, что творилось в голове Стаса в этот момент, но держался он молодцом. Парни схватили его крепко и повернули ко мне спиной. Я тут же зарядил ему печатью, на шее осталась красивая прямоугольная надпись. Я хлопнул ему по плечу и сказал:

— Ну здравствуй, студент!

И парни хором заорали:

— А-а-а-а-а-а!

Глаза Стаса надо было видеть, он улыбался и приговаривал:

— Ох, чертяги! Ох, чертяги!

А тем временем наш крик услышали молодые студенты. Мы выскочили всей толпой в коридор и стали ломиться в каждую комнату. Парни долбили кулаками и рычали что-то типа: «Открывай, сука, по-хорошему, бля!».

Мы врывались в комнаты и видели бешеные глаза первокурсников. Кто-то истерично хихикал, а кто-то просил пощады — да, были и такие парни.

Вся крутость ситуации заключалась в том, что после того, как студенты получали штамп, они присоединялись к нам и еще хлеще запугивали своих сокурсников, еще сильнее ломились в дверь. Этот процесс быстро превратился в стихийное шествие по этажу. Со стороны походило на то, как футбольные болельщики устраивают бунт.

Молодежь вытаскивали из комнат парней и тащили их к Лущану, который стал вместо меня орудовать печатью, и весь процесс в целом был очень сумасшедшим. Мы подняли весь мужской этаж, и тут на шум в коридор вышел ничего не подозревающий Линза! И толпа ломанулась к нему, а этот бедолага решил, что его сейчас будут ебашить!

Он побежал из здания прочь, но его поймали и скрутили на лестничной площадке, а тот мертвой хваткой вцепился в перила и визжит:

— Отпустите меня! Я никуда не пойду! Не надо!

А парни вошли во вкус и орали ему в ухо:

— Отпусти перила, не то хуже будет! Кому сказано, сука! А ну, тащите его сильнее!

И Линза истошно орал:

— Не пойду-у-у!

Через десять минут по этажу бегала толпа парней, все утыканные синей печатью. Кто-то делал фото на память, и вот настал черед штурмовать женский этаж. Лущан скомандовал:

— Вперед, орлы мои!

И толпа полетела вниз.

Я шел следом и слышал оглушительный визг девочек. Это был разнос на все 100%, и зачинщиком этого бардака был ваш покорный слуга. Вот так порой провокаторы устраивают погромы, настраивая массы людей на агрессию, в моем же случае вся затея носила миролюбивый характер.

По женскому этажу парни врывались в комнаты, и тут я вспомнил про смугленькие титечки. Интересно, где же Настя? Ее комната была закрыта, и я крикнул:

— Настя, открой, это я!

Из-за двери послышалось:

— Никого нет дома!

Она в страхе закрылась с соседкой в комнате и так и не открыла дверь до утра. Они до последнего думали, что по общежитию идет бунт или смена власти.

Наконец мы спустились на первый этаж, и вахтершу чуть не хватил удар — нас было так много, что она даже не пыталась нас угомонить. В конце концов мы заклеймили почти всех жителей общежития, и еще долго никто не мог уснуть. Люди что-то обсуждали, о чем-то смеялись, вспоминая, как прошло посвящение. Все были безумно довольны.

Апогей настал утром, когда вся молодежь явилась на занятия с печатями на лбу, на лице, на руках, да вообще по всему телу. У преподавателей возник резонный вопрос: «Что с вами случилось?!». И все с гордостью отвечали: «Было посвящение!». Весь преподавательский состав знал, чьих рук это дело:

— Ага, бухгалтера опять учудили!

На дворе стояла пятница, и меня выцепил физрук Степаныч:

— Слушай, тут такое дело. Завтра будут городские соревнования по футболу, я собрал уже команду желающих поиграть, а вот группы поддержки у нас нет. Ты уж возглавь это дело, заодно парням будет легче играть.

Этот разговор услышал директор и сказал:

— Завтра в 9 утра я заезжаю в общежитие, а вы, уже готовые и счастливые, стоите на крыльце, ясно?

Я выпрямился по стойке смирно и ответил:

— Так точно!

И все рассмеялись. Конец учебной недели начинался с отличных планов, но еще более крутой момент заключался в том, что завтра был мой день рождения!

Изначально я планировал справить именины по уже проверенной схеме — все, как обычно: природа, мясо, водка, Макс наблюет в кастрюлю с салатом, девки молча это съедят, как это было в том году. Но уже вечером стало понятно, что погода окончательно испортилась, и вариант празднования на природе неумолимо отпадает. На улице шел снег с дождем, досадно.

Вечером я зашел к Кате по каким-то делам и вижу, что она разговаривает по телефону. В трубке звучал мужской бас, и тут она говорит в трубку:

— Папуль, а вот и мой мальчик зашел, у него завтра день рождения!

И в трубке я четко услышал характерный блатной речитатив. Я подсел ближе и стал слушать, чего там папочка говорит.

От его слов мои уши завяли: это был целый поток блатной жаргонной речи, максимально пропитанной уркаганскими словами. Я сначала решил, что у Кати папа юморист и придуряется перед дочерью. Но все было, как в плохом боевике — он на самом деле разговаривал «по блатной фене». Я прислушался еще сильнее и попытался разобрать, точнее перевести его блатной диалект на русский язык, и там звучало примерно следующее:

— Фони-мони, базар-вокзал, западло галимое, колбасу не кушаю, на хуй похожа… И так далее.

Катя завершила разговор и светилась от счастья:

— Папу на поселении из карантина уже откинули, сейчас телефон взял шумануть у соседа по шконке, просит не стоять на морозе и приехать в воскресенье, кабанчика загнать.

Я выслушал эту блатную блевотину и попросил перевести на человеческий язык. И оказалось, что ее папу уже определили на поселении в отряд разнорабочих (как его из карантина так быстро выпустили, я не знаю). Он просит ее не отказать в услуге, приехать на свидание к отцу и заодно привезти с собой посылку с продуктами, а также сим-карты для телефона.

— Что за ебаный бред я сейчас услышал? У тебя отец в своем уме? У него в деревне семья страдает без кормильца, а он требует «загнать кабанчика» и просит дочь пронести на зону сим-карты для телефона!

Ну и батя, бля, мудак, честное слово.

Я стоял и переваривал этот тюремный жаргон и стал спрашивать:

— Ты что, реально в воскресенье поедешь в Каменск-Уральск, чтобы передать отцу посылку и симки для телефонов?

Катя кивала головой:

— Конечно, поеду, сейчас мать денег займет, перекинет мне на карту, а я уже организую все по списку.

— Слушай, Катя, а стоять на морозе — это что означает?

— Это значит «отмораживаться»: отказываться или менять свое решение, а «шумануть» означает сделать звонок по телефону.

Мне стало любопытно:

— Твой папа, он всегда так разговаривал, ну, по «блатной фене»?

Катя рассмеялась и говорит:

— Да не-е, это он уже в тюрьме успел нахвататься. Он у меня мужик серьезный, общий язык с людьми найти может, где угодно.

Я даже ничего не стал говорить Кате, потому что родителей не выбирают. Но для себя я усвоил, что ее отец — полный мудак. Этот идиот отсидел всего тридцать дней на поселении, в зону даже не заезжал, видеть ее не видел, а в разговоре с дочерью вел себя, как закоренелый уголовник. Это было поведение типичного мудака, я даже других слов подобрать не могу.

Это ж каким ебланом нужно быть, чтобы с родными людьми (!), не с уголовниками, не с друзьями, не с посторонними людьми, в конце концов — а с родными людьми по блатной фене базарить! Показывая, какой ты ебать крутой стал за тридцать суток заключения. Ему оставалось сидеть буквально два месяца, это всего шестьдесят дней, и я не удивлюсь, если этот «крутой авторитет» себе еще и купола нахуярил на груди. Но в этом был весь папа, и теперь я понимал, в кого пошла доченька, и еще раз прихуел оттого, с кем свела меня судьба-злодейка.

Возвращаясь к себе в комнату, я встретил Настю. Она несла в руке кожуру от банана, и я тут же пошутил:

— Вы что с соседкой с бананами делали, а ну, колись!

Она тут же подхватила прикол и говорит:

— Я ничего, а вот у соседки, кажется, большой опыт, у ее ротика большие возможности.

После этих слов я стал чаще поглядывать на ее соседку, вроде, порядочная девушка была.

— Слушай, Настик, а ты чего в комнате заперлась во время посвящения?

— Да ну вас нафиг, вы так громко кричали и прыгали. Мы решили, что лучше переждать бурю в изоляции.

Внезапно глаза Насти округлились. Я обернулся назад и увидел перед собой Катю. Ее глаза наливались кровью, до ее собачьего бешенства оставались секунды. И я тут же обхватил ее за плечи и потащил в сторону, на ходу сочиняя ей какой-то важный вопрос о нелегкой судьбе ее отца в тюрьме, о моем предстоящем дне рождения, и бла-бла-бла, лишь бы эту дуру больную увести подальше от смуглых титечек.

У меня получилось прикинуться шлангом и загрузить ее бытовыми вопросами типа, чего для салатов нужно докупить, и стоит ли брать пельмени под водку, ведь шашлык на улице жарить холодно. И пока Катя переваривала поставленные вопросы, Настя убежала прочь, а я с облегчением вздохнул. Мне жутко не хотелось, чтобы из-за меня пострадали невинные люди. Я понимал, что такие блядо-отношения пора завязывать, но пока у меня были и другие, не менее важные дела.

И вот наступило субботнее утро. Наша футбольная команда загрузилась в автобус и уехала на стадион, а за нами приехал Папа и сгрузил нас в свой джип.

На улице стояла отвратительная погода — снег с дождем плюс порывистый ветер, это что-то с чем то. А тем временем наши парни разминались. Я, кстати, вообще не знал, кто у нас в команде играет. Приглядевшись, узнал своего одногруппника, башкира по прозвищу Праздник, и классного парня, Андрея Валова. Это тот самый первокурсник, который меня поддержал в сборе средств на спутниковую тарелку. В команде был тряпка Опарыш, который, кстати, уже плотно находился под каблуком Ольги.

Да, мужики, эти бабы оперативно захватывают мужской род, а семейство Кати это делало максимально быстро и хладнокровно.

Наконец, наша команда вышла играть с учениками школы Павла Бажова, был такой сказочник на Урале. И вот пошла игра, Валов носился, как танк, сшибая школьников к ебеням. Ну а хуле, двадцать пять лет парню было. Затем игра приняла жесткий оборот, Праздник споткнулся и со всего размаху заехал с головы по лицу школьнику! Лбом под глаз, нахуй. Раздался крепкий щелчок, и Праздник побежал дальше, а школьник уже лежал пластом и не подавал признаков жизни. Я не спец по правилам футбола, но нам за это ничего не сделали.

Я отвлек директора от игры и позвал его в сторону для беседы, где изложил суть проблемы, мол, так и сяк, погода плохая, на природе именины не вариант отмечать. Может, мы как-нибудь аккуратно в общежитии отпразднуем, ну, естественно, с разрешения воспитателей и вахтерши.

Директор выслушал и сказал:

— Празднуйте, но если попадетесь, я вам ничего не разрешал, тебе ясно?

Я встал по стойке мирно и ответил:

— Так точно!

Мы досмотрели футбол, наши заняли, вроде, третье место по городу среди учебных заведений. И вот я пошел договариваться с вахтершой, мол, бухать сегодня будем, вы не против? И она говорит:

— Бухайте, ребят, но если попадетесь — я вам ничего не разрешала.

Точно такие же слова сказали и воспитатели. Все делали вид, что ничего не происходит, но, в случае залета, будь любезен держать ответ.

Мы собрались в комнате Стаса Чолаха, его жилище располагалось, скажем так, в географически выгодном месте. Мы поставили там столы, порезали арбуз, салатики, сделали пельмешек — ну а куда без них, и загудели с ребятами от души.

Но недаром я каждый год старался вывести людей в лес, потому что празднование и массовые пьянки в здании — это всегда заканчивается дерьмово. Вот и в этот раз случился голимый пиздец…

Глава 12. Карма

Празднование моего дня рождения шло полным ходом. Я заранее попросил ребят постараться ничего не сломать в общежитии, потому что, в случае чего, вся администрация знала, у кого празднуют именины, и с кого будет спрос.

Веселье было в самом разгаре, когда в комнату заскочил Борман и крикнул:

— Мужики, там в сортире кто-то сломал унитаз!

Эта новость была очень дерьмовой, я бы сказал — супер-дерьмовой, потому что возмещать унитаз теперь предстояло мне.

Мы заскочили в мужской туалет. В одном из трех унитазов лежала здоровенная какаха, толщиной и длиной, как копченая колбаса. От этого зрелища мы ахнули:

— Ебаный стыд! Ну что за свинья за собой смыть забывает?!

А парни, глядя на это безобразие, поражались:

— Вот это размер! Бедолаге, наверное, жопу порвало! Точно! Говно все в крови!

Это было отвратительное зрелище, меня чуть не стошнило. Колбаса была залита густой кровью, фу, бля, до сих пор передергивает от воспоминаний. Но при этом все унитазы были целые.

— Так, Борман, сука, ты же сказал, что тут унитазу пришел пиздец, а если меня не обманывает зрение, то здесь все в порядке. Или ты считаешь, что здоровенная какаха, политая кровью, это и есть пиздец?

Борман оправдывался, как умел:

— Мужики, да не в говне дело, на этаж ниже женский туалет затопило, а течет как раз отсюда!

Мы кинулись осматривать трубы водоснабжения и канализации — все сухо и все целое, бля, в чем же дело? Я спустился на этаж ниже — и вправду, весь пол женского туалета был залит по щиколотку водой, а текло явно сверху. Выходит, труба лопнула ровно между этажами, вот же западло, бля! Видимо, тот, кто срал на горшке, так сильно бился в конвульсиях, выдавливая своего гиганта, что сломал трубу водоснабжения, вот засранец, сука.

Тут же подскочила воспитатель:

— Ага! Я же говорила! Опять нажрались и поломали все! Кто это ремонтировать будет?!

Я размахивал руками, пытаясь объяснить, что мы не имеем никакого отношения к этому инциденту, что мы аккуратно сидим в комнате и отмечаем культурно. Я кипел от гнева, потому что где-то по общаге разгуливал чувак с порванной задницей, а возмещать ущерб за поломку теперь предстояло мне! Воспитатель кричала:

— Завязывайте пьянку, я вам приказываю! Вы не оправдали моих надежд! Утром будешь с директором разбираться и объяснять, как это случилось!

Но это было началом пиздеца. Я возразил воспитателю:

— Мы очень аккуратно сидим и никому не мешаем, дайте немного времени, и мы все уберем и приберем, я вам гарантирую.

Воспитатель задумалась на мгновение и сказала:

— Ладно, давайте потихоньку закругляйтесь, я позже загляну к вам, все проконтролирую.

И если молодежь проявила уважение и старалась не пакостить, то наш старина Лущан обожрался водки и принялся исполнять поебень в комнате. Он схватил ложку и закричал:

— Батарея! Враг наступает! Приготовиться к отражению атаки!

С помощью ложки и подставки он соорудил катапульту и зарядил ее куском арбуза. В этот момент кто-то из ребят открыл дверь, и Лущан завизжал:

— А-а-а-гонь!

Затем стукнул по ложке, и кусок арбуза хорошенько влетел кому-то в голову.

Рядом сидел Стас Чолах и рапортовал:

— Прямое попадание, товарищ капитан!

А Лущан, увидав в дверном проходе еще одно лицо, взвыл:

— Враг наступает, заряжай! Трубка пятнадцать! Прицел сто двадцать! Батарея, огонь!

И кусок арбуза угодил в гипсокартонную стенку, оставив след, который невозможно было оттереть. Я влетел в комнату и прекратил эти игры артиллеристов. Увидав испачканную стену, у меня сердце прихватило:

— А ну живо, бля, оттирайте эту хуету! У нас времени в обрез, щас воспитатель с проверкой нагрянет!

Эти слова отрезвили артиллерию, и все кинулись прибирать комнату. Я поймал в коридоре пьяную Катю с сигаретой в зубах:

— Ты че тут трешься! Вали посуду мыть!

Я пробежался по этажу и вставил пиздюлей всем, кто отлынивал от уборки. Через пять минут на этаже все носились туда-сюда: девочки мыли посуду, парни растаскивали столы, стулья, я паковал мусор, пустые бутылки и арбузные корки. Мел перекрыл подачу воды в мужской туалет, и вода с потолка тут же прекратила капать. Девчонки кинулись убирать скопившуюся воду на полу женского туалета. Процесс уборки шел полным ходом, по моим вискам стекали ручьи пота.

Я до сих пор не знаю, какая сука сломала трубу водоснабжения. Надеюсь, у этой скотины жопа по швам треснула оттого, что он там высрал, сука такая. А наутро я повстречался с директором, который резонно спросил, кто сломал дверь.

Мои глаза округлились:

— Простите, какую дверь? У нас труба между этажей лопнула в туалете, виновника так и не нашли.

И тут Папа поведал мне еще более дерьмовую историю — ночью, пока мы спали, какая-то скотина еще и дверь в мужской туалет сломала, и теперь это нужно возместить.

Это был эпический пиздос! Но Папа меня тут же обрадовал, сказав:

— На водопровод мне плевать, его уже сделали, а вот дверь! Я уже узнал, кто ее сломал, и поговорил с этим человеком, и знаю, что вы тут ни при чем. Но, учитывая, что вы вчера всем этажом бухали, я считаю, будет справедливо мужскому этажу сообща купить новую дверь.

По сути, все справедливо, сломали — возмещайте, но Папа при этом соблюдал солидарность — он так и не выдал говнюка, сохранив имя виновника навсегда в тайне. В тот же день все покорно скинулись по пятьдесят рублей, и сумма как раз покрывала стоимость межкомнатной двери, которую тут же доставили и установили.

Вот так я отметил свой третий по счету день рождения в ЦРИ. Кстати, наутро в воскресенье Катенька свалила в Каменск-Уральск на свиданку к своему «блатному» отцу, который за тридцать дней пребывания в заключении освоил блатной жаргон на «пять с плюсом».

И пока она каталась по лагерям, я опять встретил Настю, точнее, напоролся в коридоре на ее здоровенные сиськи.

— Привет, Настик, ты где пропадала все выходные?

— Я у папы была, мы пили пиво и смотрели футбол!

Пиво и футбол? Вот это девушка, прям мечта любого парня! Как оказалось, ее отец давно разошелся с семьей и жил как раз в том же городе, где располагался ЦРИ. Он очень любил Настю и старался максимально ей помочь, каким образом — вы узнаете чуть позже.

А я тем временем огляделся вокруг и осознал — кругом тишина, и в коридоре никого нет, ну грех было не напроситься на чашку чая. На мое удивление, Настя очень обрадовалась и мигом затащила меня к себе в комнату.

Я вошел в ее жилище и был немало удивлен чистотой. Комната была конкретно девчачья, но больше всего меня удивила настоящая кегля, которая стояла на подоконнике, а также был отдельный угол для большого плюшевого медведя. Он был явным фаворитом.

— Какой забавный медведь, тебе кто его подарил?

Настя тыкнула пальцем в сторону кровати, где на тумбочке стоял портрет какого-то, сука, рыжего парня.

— Это мой молодой человек подарил мне его, поэтому медведь вроде как мой оберег и защитник. А кеглю мне друзья подарили, украли из боулинг-клуба и подарили.

В этот момент я подумал, что рыжие чуваки — это проклятье. Кажется, они всю жизнь будут меня преследовать, ведь у Кати был Рыжий Сука Тракторист, у Насти тоже рыжий, а спал я в одной комнате с рыжеволосым Игарой.

Но, тем не менее, мне очень нравилось просто находиться рядом с этой красивой девушкой. У нее был парень, у меня были хрен пойми какие отношения, однако мы сидели в одной комнате и пили чай, глядя друг на друга.

Я выходил из ее комнаты и заметил какие-то разводы на внешней стороне двери.

— Это что за хрень размазана?

Настя, опустив глаза, сказала:

— Это бывшие соседи харкают на дверь. Я уже устала с ними разбираться, они просто делают это специально.

Эта новость меня взбудоражила — бабы харкают на дверь!

— Но за что?!

— Наверное, за то, что Сладкий за мной ухлестывает, а Ирина его ревнует, плюс сестра Кати тоже недолюбливает. Вот они объединились и теперь стараются пакостить мне, как умеют.

Я поблагодарил Настю за чай и потопал в свою комнату. Меня очень сильно напрягла новость о том, что бабы начали откровенно гнобить Настю, но я понимал, что прежде, чем что-либо предпринять, нужно поинтересоваться, в чем причина, у другой стороны конфликта.

И тем же вечером я зашел в гости к Ирине, которая лежала и обжималась с тупым башкиром Илычем (тот самый тупой дебил, который на втором году обучения удалил видеозаписи нашего фильма с цифровой камеры, и позже струсил со мной выйти поговорить с местными малолетними хулиганами). Одним словом — ничтожество.

Тут же в комнате терлась Оля, отлично, вся педо-шайка в сборе. Я аккуратно поинтересовался, зачем они на соседнюю дверь харкают? Но эти дамы прикинулись дурочками и делали вид, что не понимают, о чем я говорю. После того, как я в лоб сказал, что лично видел (соврал, конечно), они, наконец, дали пояснения.

— Ну а хуле она овца-то такая, а? К ней Сладкий все заходит, он так-то мой парень бывший, если чо!

Я нахмурил брови, глядя на Илыча.

— А то, что ты с новым типом обнимаешься при мне, это как бы похуй, да?

И тут в игру включилась Оля:

— Ну она просто бесит всех, понимаешь? Она тупая! И бесит!

Я выслушал кучу оскорблений в адрес Насти.

— Ну хорошо, она плохая, а дверь тут при чем? Вы думаете, она ее вытирает? Ее уборщицы вытирают. Вы харкаете, а убирают пожилые женщины, вам не стремно?

Оля ответила:

— Да ваще как-то похуй, ты че впрягаешься за нее? У тебя Катя ваще есть так-то, а она просто тупая!

Мои слова и доводы были, как горох об стену, эти тупые суки просто не любили Настю за то, что она была на порядок их красивее, привлекала внимание всех парней и не стремилась контактировать с девочками. Бабы — это подлые создания, вот таким нелепым способом они решили ей портить жизнь. Они тупо харкали на ее дверь, считая это святым поступком, а я же, в свою очередь, не мог активно повлиять на их поведение, потому что Настя была мне никем.

Будь они парнями, то разговор с ними был бы короткий — достаточно было бы припугнуть, а тут я имел дело с бабами, да еще с мощными стервами.

Поздно вечером вернулась Катя, и я, признаться, ни разу не обрадовался. Она принялась рассказывать о поездке к отцу и о том, как круто в лагере. Ее откровенно восхищала блатная романтика.

— А я сим-карты отцу знаешь, где протащила?

В моей голове мелькнула мысль — наверное, в пизде, ведь на проходной полностью обыскивают.

— Я положила их в подкладку джинсов, и тупая вертухайка (сотрудник колонии) нихуя не нашла их, я ваще крутая, так папа сказал!

Я слушал и морщился от этой блатной блевотины.

— Как папа поживает?

— Ой, у него все хорошо, они все время разбирают и собирают беседку и перетаскивают ее на новое место. Это делается для того, чтобы зеки были постоянно чем-то заняты. А еще у меня папа бабу там соблазнить пытался, она почти ему дала.

Я еще сильнее сморщился:

— Какую, нахуй, бабу?

Оказалось, сотрудница службы внутренней безопасности была женщиной, и со слов Екатерины, ее отец почти охмурил ее, но она, сука такая, чего-то ломается.

Тут в комнату заскочила сестричка Оля:

— Ах, Катя, мы всю дверь этой тупой дуре обхаркали, прикинь, ха-ха-ха!

Катя похвально кивала головой и приговаривала:

— Молодцы, правильно, так ей и надо, суке тупой.

На мгновенье я представил, что я и Катя стоим в ЗАГСе, рядом ее папаша, под окнами маячит Рыжий Сука Тракторист, и мне стало так дурно от такой солнечной перспективы жизни, что я молча свалил пить пиво к парням в Гараж.

Но я уже не раз писал — существует закон кармы, и за каждый хуевый поступок рано или поздно придется отвечать. Поздним вечером ко мне в комнату ворвалась Катя:

— Дай денег, быстро!

Я прихуел от такой наглости, а Катя, осознав свою некомпетентную просьбу, пояснила:

— У Оли зуб жутко разболелся, она на весь этаж воет, даже лежать не может. Нужны деньги на лечение, медицина-то платная.

Я отстегнул пару купюр и пошел поглядеть, как Оля страдает от зубной боли. Ее вой я услышал на лестничной площадке, а когда я вошел в комнату, то еле сдерживал смех. Оля, как медведь, раскачивалась по комнате в слезах и выла примерно вот так:

— Ы-ы-ы-ы-ы-ы! Ы-ы-ы-ы-ы!

Все понятно — острая зубная боль, врагу не пожелаешь такое схватить ночью, придется терпеть до утра. Но поскольку я был добрым парнем, то сбегал к вахтерше и выпросил у нее сильное обезболивающее для Оли. И когда поднимался, то встретил Настю. Она спросила:

— А кто так страшно воет на весь этаж?

Я улыбнулся и сказал:

— Угадай с одного раза. Даю подсказку, этот человек харкает на твою дверь, и она сестра Кати.

Настя рассмеялась, прикрывая лицо руками:

— Ну ничего себе, справедливость, оказывается, существует! Я даже не могла об этом мечтать! Ей что, так сильно плохо?

Еле сдерживая смех, я ответил:

— Еще как, она очень страдает, а терпеть будет до самого утра.

Настя посмотрела на меня своими ярко-голубыми глазами и сказала:

— Пожалуй, это лучшее, что могло случиться за этот день.

И со звуком «Муа-ха-ха!» она попрыгала в свою комнату. Мне жутко нравилось, как она дурачится, в этом плане мы были с ней на одной волне.

Я отнес таблетки Оле, но они не смогли успокоить боль, и ей пришлось терпеть до самого утра, прежде чем она отправилась в больницу, но об этом в следующий раз…

Глава 13. Мразь атакует

На следующее утро Катя увезла сестру к стоматологу с острой зубной болью. Буквально через пару часов они уже вернулись. При встрече я спросил, как самочувствие у Оли? И тут глупая сестра спалила контору в очередной раз:

— Представляешь, мне все сделали бесплатно и без очереди!

Катя, услыхав ее слова, крикнула: «Рот закрой, дура!». Я засмеялся и подошел к Кате:

— Ничего мне отдать не хочешь?

Катю гнуло и колбасило от жадности и злости на сестру.

— Я не отдам тебе деньги, которые ты дал на лечение. Точнее, отдам, но позже, нам с сестрой надо много чего прикупить, а тебе все равно не к спеху, так что войди в положение!

Я, признаться, прихуел от такой наглости.

— Катя, мне денег не жалко, но мне чисто любопытно, с каких пор я должен содержать ваш семейный подряд?

И Катя тут же начала играть на публику, как полагается в деревнях:

— Ах, жизнь моя тяжелая! Отца в тюрьму посадили по беспределу, мать одна семью тащит, и та беременная! А ты уже и помочь не можешь, я ведь для тебя последнее отдаю! (Вот пиздит и не краснеет).

Ее крутая деревенская фишка сработала — на нас уставились все в радиусе километра, уж больно громко она рвала глотку. Я не выдержал и сказал:

— Хорош блажить, я не собираюсь у тебя ничего отнимать. Мне обидно, что даже в таких мелочах ты стараешься меня наебать.

Катя, наконец, заткнулась, и, довольная победой, свалила прочь. Я стоял, как оплеванный, и чувствовал себя далеко не комфортно. День продолжался, и после обеда случилась пиздец какая неприятная история, но обо всем по порядку.

Как только закончилось время обеда, я отправился на занятия. Я, как обычно, спускался с третьего этажа, и по привычке заглянул на женский этаж. Признаюсь честно — я так делал, чтобы мельком увидеть Настю. Не понимаю, почему, но только от одной встречи мое настроение максимально поднималось. Наверное, тогда началась моя неосмысленная привязанность к ней.

Я увидел, как в пустом коридоре прогуливалась Оля. На ее лице красовался флюс, который еще не прошел после острой зубной боли.

— Ты чего тут шарахаешься, Оля, ты разве не идешь на занятия?

Она спокойно ответила:

— Я сегодня не в состоянии учиться, голова все еще болит, вот пошла отлеживаться.

Ну что ж, раз так, ну и хуй с тобой, — подумал я, и пошел на занятия.

Когда завершилась последняя лекция, я еще на подходе к общежитию услышал до боли знакомые крики Ольги, они, кстати, мало чем отличались по звуку от криков Кати. Я влетел на женский этаж и забежал на кухню. Там стояла толпа девушек, а посередине стояла Оля и блажила, как ненормальная:

— Я ей ебло расшибу! Сука ебаная! Хуле она пиздит, шлюха!

Мое появление мгновенно заткнуло ебло этой колхозницы.

— Ты че разоралась, что опять случилось?

И тут Оля вновь с криками поведала мутную историю.

— Эта тупая сука Настя, она обвинила меня в том, что я лазаю по комнатам и пытаюсь воровать! Она меня за крысу посчитала, я ее щас ушатаю нахуй, проститутка ебаная!

История Ольги была жутко мутная. С ее слов, она во время занятий бродила по коридору и зашла в комнату Насти, которая, кстати, тоже прогуливала занятия, и попросила сигарету. А затем Настя уже в курилке кому-то из девочек сказала вот такую нелицеприятную вещь, и слух разошелся очень быстро. И вот теперь Оля требовала сатисфакции (возмещения ущерба): либо публично взять слова назад, либо получить в ебальник за свой тухлый базар.

И самое ужасное, что большая часть баб кричали:

— Ебашь ты эту суку, она достала уже всех!

Я осознал, что история ну никак не клеится, хоть ты тресни, и мигом побежал в комнату к Насте.

И вот тут я узнал совершенно другую историю. Оказывается, Настя втихаря осталась после обеда в своей комнате, решив прогулять последние занятия, и чтобы ее никто не обнаружил, она тихо закрылась изнутри и легла спать.

Затем в какой-то момент она просыпается от странных звуков и наблюдает, как кто-то пытается вскрыть ее дверной замок, подбирая то один ключ, то другой. Настя решила, что это санитарная проверка комнат, и открыла дверь. На пороге стояла обосранная от страха и удивления Оля. Она не знала, что в комнате кто-то есть, и на мгновенье вообще лишилась дара речи.

Затем, после длинной паузы, Настя спросила:

— Ты чего тут ковыряешься?

Ответ Оли был оригинальным:

— Да я это, стучусь к тебе сигаретку попросить, в общем.

Настя была не глухой девушкой и явно могла различить стук в дверь от звука ключа в замочной скважине. Испугавшись не на шутку, она поделилась этой новостью с одногруппницей в курилке. Это услышали местные стервы, которые мигом все доложили Ольге, и та, поняв, что отступать некуда, решила применить лучшую тактику — нападение, и закатила скандал.

Лично мне было все понятно: Настю гнобили все местные стервы, они старались всячески напакостить ей банально за то, что та красивее их.

И, видимо, Оля решила поднасрать окончательно. Дело в том, что некоторые ключи подходили к другим замкам. Это знали все, и она, вооружившись парой ключей от комнаты Кати и своих подруг, решила вскрыть Настино жилище, как раз, когда все были на занятиях, чтобы спиздить чего-нибудь полезное или ценное, но тупо попалась.

Но чтобы разобраться окончательно, нужна была помощь специалиста, и я привлек к этому делу разоблачителя пиздоболов — его величество Игару!

Он молча выслушал обе версии и, ничего не говоря, увел меня в сторону:

— Братан, вердикт один, и он железный. Оля — крыса, и это я могу сейчас доказать. Но ты пойми, она сестра Кати, и мы от такого расклада все перекусаемся, а это война до конца года, так что нужен план «Б».

Узнав о том, что стервы пытаются устроить самосуд над Настей, Игара заявил:

— Не допущу!

Точно так же рогами уперся и я. Мы оба понимали, что это чистый бабский беспредел, и допускать его было нельзя.

А в это время Оля скакала по коридору и визжала:

— Где эта сука?!

Я спустился на этаж девочек и увидел жутко довольную Катю, она шипела:

— Давай, давай! Въеби ей от души, а я тебя поддержу, ни одна сука вякнуть не посмеет.

Все эти слова Настя слышала из своей комнаты, и я даже боюсь представить, что ей пришлось пережить в этот момент. Они принялись ломиться в ее комнату, до начала расправы оставались секунды, когда в коридор вышли я и Игара.

Наше появление расшугало всех сучек по углам.

— Рассосались, суки!

И стервы, словно шакалы, разбежались по комнатам. Катя продолжала что-то кричать, и я заткнул ей пасть самым жестким образом:

— Ебло завали, дура! Куда толпой на одну бабу полезли? Пусть один на один разберутся!

Это мощное условие тут же осадило Олю. Она была готова забивать Настю толпой, но совершенно не была готова меряться с ней силой один на один. Повисло гробовое молчание.

Катя вновь заблажила:

— Хуле ты за нее впрягаешься, она тебе кто ваще? Я твоя девушка, хуле ты на ее стороне ваще?

Это был жесточайший напор и накал страстей. Настя побледнела.

В разборку вступил Игара:

— Катя! Какая разница, что он твой парень, вы сейчас беспредел устраиваете, и я его не допущу!

Пока Игара грамотно осаживал Катю, я схватил Настю за руку и потащил прочь из комнаты. В коридоре стояли испуганные жители соседних комнат:

— Разошлись нахуй отсюда!

Я затащил Настю на третий этаж в свою комнату и сказал:

— Сиди тут и не дергайся, мы тебя в обиду не дадим.

Затем, вернувшись, я обнаружил, что Игара заткнул всех своим базаром. На весь этаж стоял его бас, и ни одна сука не смела вякнуть слово против. Меня остановила испуганная девочка со словами:

— Мальчики, сделайте что-нибудь, нам страшно, успокойте этих сумасшедших. Мы же понимаем, что они это специально затеяли, не допустите расправы!

Я влетел в комнату и схватил Ольгу за руку:

— А ну пойдем со мной, вот щас все по понятиям будет.

Оля заблажила в сторону сестры:

— Катя, помоги-и-и-и!

Игара кинулся расталкивать зевак и придерживал Катю.

— Куда ты мою сестру потащил!

Игара понял мой расчет без слов и продолжил осаживать озверевших баб, а я затащил Ольгу в свою комнату и усадил ее напротив Насти.

— А вот теперь поговорим, как положено!

От былой наглости и смелости Ольги не осталось и следа. Без поддержки сестры она заглохла и не знала, что сказать, зато я знал.

— Ну что, расскажи, Оля, в чем косяк Насти?

Она что-то пыталась связать, типа:

— Она меня обвиняет в воровстве.

Но я поправил:

— Не обвиняет, а говорит, и не в воровстве, а в том, что ты в замочную скважину ключ пыталась вставить, верно?

И после моей поправки Оля совсем заглохла.

— Я не вскрывала, а так получилось просто, ключом стучала, понимаешь?

— Ну а раз так, какого хрена ты решила, что тебя обвиняют в воровстве? Таких слов со стороны Насти не звучало, ты на себя наговариваешь или сознаешься?

Оля поняла, что пудрить мозги некому, и согласилась с моим раскладом. Тягаться со мной — себе дороже.

Я обратился к Насте:

— У тебя претензии к ней имеются?

Настя помотала головой:

— Нет, не имеются.

— А раз такой расклад, тогда и разбираться нехуй. Я считаю, вы друг друга неправильно поняли, но мы эту проблему уже уладили, верно?

Оля качнула головой, Настя сидела, как парализованная от страха. Она не верила, что два парня только что спасли ее от неминуемой расправы отмороженных баб.

Я открыл дверь и отправил Олю на все четыре стороны, затем лично отвел Настю в комнату, опасаясь, что по пути какая-нибудь пизда кинется ей волосы драть. Но Игара уже разрулил это дьявольское сборище, в коридоре никого уже не было.

Настя виновато улыбалась и тихо говорила:

— Спасибо… Спасибо…

Я зашел в Гараж, где меня ждал Игара, и вдруг почувствовал, что по моим вискам текут капли пота.

— Это было трудно, но мы справились.

Игара улыбнулся и добавил:

— Согласись, с мужиками проще разборки наводить?

И на всю комнату раздался наш смех. Еще весь вечер мы обсуждали и анализировали этот инцидент, и тогда Игара мне поведал все в деталях, четко и строго обоснованно, как он раскусил Ольгу. Я сейчас уже не помню достоверно, какие аспекты Игара приводил, но в его правоте я был уверен на 100%. Он в очередной раз подтвердил свой статус разоблачителя пиздоболов.

Буквально на следующий день я встретил Сладкого, он был чем-то напуган.

— Братан, тут такое дело, помнишь, в том году малолетки приезжали на мопеде? Так вот, они, короче, опять быкуют, встретиться хотят.

Я сразу вспомнил, что год назад Сладкий проявил себя, как последний мудак. Вспомнил, как он прогнулся под школьника, и мы дали им уйти безнаказанно. Вспомнил, как предупреждал его, что эти ублюдки вновь вернутся, и у нас будут проблемы.

— Сладкий, я же тебе говорил! И че ты от меня сейчас хочешь?

Он опустил глаза и что-то промямлил:

— Ну, если что, нам нужно быть начеку…

— Кому нам-то? Ты эту кашу опять заварил, а мне предлагаешь ее разгребать? Как так получилось, ты мне объясни? Твоя Ирина уже с Илычем ошивается, а предъявы все равно тебе кидают?

Сладкий еще что-то пытался мне объяснить, но мне было плевать. Местные малолетние ублюдки повзрослели на год и почуяли безнаказанность. Знаменитый малолетний педрила по прозвищу Мыло и его крепкий дружок по прозвищу Клен вновь, по непонятным мне причинам, стали наезжать на Сладкого, и их визит был не за горами.

Вечером я зашел в тренажерный зал, чтобы отпиздить свой любимый боксерский мешок, и там я встретил уже знакомых вам персонажей — двух богатырей, Канаву и его друга детства Попа.

В ходе тренировок мы разговорились, после чего я пригласил их в общежитие попить чай. Но поскольку местным запрещалось находиться в общежитии, я договорился, что ребята постоят на первом этаже, а сам убежал за кружками.

Я притащил чай и печеньки, мы расположились при входе, и беседы пошли рекой. Болтали, кажется, обо всем на свете. В ходе разговора к нам присоединялись другие парни, и наша чайная посиделка приняла масштабный характер.

В ходе разговора я вспомнил про слова Сладкого и поинтересовался:

— Слушайте, парни, а вы знаете таких чуваков, как Мыло и Клен?

Поп улыбнулся и сказал:

— Конечно, знаем, они минувшей весной к нам обращались, просили, чтобы мы приехали с ними в ЦРИ на разборки, хотели тут кому-то пиздюлей дать. Но мы их послали нахуй, нужно быть конченым дебилом, чтобы избивать инвалидов.

Я не верил своим ушам и принялся расспрашивать детальней:

— А что за парни хоть? Серьезные, или так, апельсины?

Поп и Канава сообщили, что это двое местных чуханов, которые дохуя выебываются, и впряги за них никакой нет.

Я был безумно рад услышать такие слова. С тех пор Канава и Поп стали регулярно заскакивать на чай после тренировок, а я осознал, что, кажется, завел очень полезные знакомства. Но даже тогда не мог представить, насколько серьезные…

Глава 14. «Фешн из май профешн»

Учеба шла полным ходом, и в один из октябрьских дней 2008 года мне позвонили из дома с конкретным наездом:

— Сынок, ты когда паспорт менять собираешься? Еще чуток — и тебе полагается штраф! Так что давай, поднимай задницу, и при первой возможности езжай домой.

Я тут же прикинул примерную дату моей вынужденной поездки — где-то ближе к концу недели, а до этого времени мне как раз нужно было обновить свой гардероб, буквально прикупить пару вещей. Во время перемены я проболтался Игаре, что мне нужно на местный рынок заскочить, прикупить кроссовки и пару вещей на повседневный выход (это сегодня все в магазинах одеваются, а в то время рынок очень выручал). Эти слова невероятным образом услышала Катя, мать ее, сука, за ногу, и она тут же прикопалась ко мне:

— Дорогой, любимый мой, давай поедем на рынок вместе, тут как раз мать денег выслала для Ольги, заодно и ее приоденем чуток.

Я жутко не хотел брать этот семейный подряд с собой. Я прекрасно знал, как будет складываться ситуация: с меня просто будут выжимать деньги, а зная, как Катенька умеет закатывать истерики, я решил обрубить всю движуху на берегу.

— Катя, у меня лишних средств нет, и, в случае чего, не смогу финансово помочь твоей сестре, так что извиняйте.

Но, на мое удивление, Катя не сдавалась, она выступила с гениальным предложением:

— А давай мы просто поможем выбрать тебе вещи? Ну, типа, выступим в качестве стилистов, и подскажем, что на тебе лучше сидит.

Мне бы, дураку, отказаться, а я взял да кивнул головой. И вот после занятий мы оказались на местном вещевом рынке, и я принялся выбирать себе обувь.

Все начиналось в лучших традициях плохого индийского боевика — до нас докопались цыгане! Но не их мне надо было бояться, а этих двух колхозниц, что увязались за мной. Мы наткнулись на старого знакомого торгаша, который всегда делал нам большие скидки, и тут, сука, началось.

Торгашу главное что? Продать товар, и похуй, что покупатель после приобретения вещей станет выглядеть, как вокзальный ханыга. Катя и Оля кинулись выбирать мне обувь, и если я всегда старался брать более-менее трендовые вещи, то эти бабы стали толкать мне под нос вещи только черного цвета.

На любой мой упрек они отвечали:

— Ты че, в натуре, черный цвет, бля, для пацанов нормальных, ты же не педрила какой-нибудь, ты будь мужиком! Вот, погляди, какие хорошие кроссовки!

А рядом стоящая Ольга подсирала:

— Да-да-да! Ваще круто, у Витьки такие же, ваще крутые. Ну-ка, померяй скорее, давай-давай!

Я нацепил один кроссовок абсолютно черного цвета, и они хором закричали:

— О-о-о-о! Ваще как влитые на ноге сидят, и к лицу подходят!

Я повернулся к торгашу, а тот кричит протяжно, как ворона из мультфильма «Попугай Кеша»:

— Преле-е-естно! Преле-е-е-естно-о-о!

Ну ебать вас всех в сраку. Поглядел я на себя в зеркало, вроде кроссовки как кроссовки, но раз все тащатся от их вида, так уж и быть, беру! И Катя, сука, хватает коробку и давай складывать обувь. Затем я расплатился, но на этом приключения только начинались.

Торгаш спросил:

— А разве к такой красивой обуви не нужная верхняя одежда?

И Катя, не давая мне вставить слово, заорала:

— Да-да! Мы как раз ему на повседневку шмотки выбираем!

Торгаш раскинул руки в сторону и замычал:

— О-о-о! Дак вы по адресу, я предлагаю подобрать молодому человеку отличный спортивный костюм!

В моей голове мелькнуло — какой еще, нахуй, спортивный костюм? Но было поздно, эти суки вырядили меня в абсолютно черный костюм «Адидас»! Торгаш кричал:

— На повседневный выход самое оно!

И мы долго спорили о размере. В итоге я подошел к зеркалу. Ебаный стыд, я выглядел угрожающе и никак не мог сообразить, кого я себе напоминал, но внешне я выглядел, ебать, «четко». Видимо, массовое воздействие толпы повлияло на мое решение, потому что я согласился взять этот «набор красивого парня».

Эпический пиздец настал тем же вечером, когда мы с парнями отправились пить пиво. Я нацепил новые кроссовки, и всю дорогу у меня одна нога свободно болталась в ботинке, ну что за хуйня, господа? Наверное, шнурки плохо затянул. И только когда я, пьяный, топал обратно в галимой темноте, я сообразил, что кроссовок не родной!

В общежитии я принялся внимательно рассматривать кроссовок, ну что за хрень такая — вроде одинаковые, а сидят на ноге по-разному. И тут, сука, я смотрю на размер обуви: один кроссовок сорок первого размера, а второй сорок третьего. Ну ебаный ты стыд, теперь понятно, почему ботинок болтался. Удивительно, как он вообще не слетел с моей ноги, когда я пьяный шарахался по лесополосе.

Я сначала не понимал, как такое могло случиться, а потом вспомнил, что обувь в коробку складывала Катенька, диверсант хуев! Но при последующем допросе она все отрицала:

— Я не виноватая, хоть убей, это не моих рук дело!

На следующий день Катя, решив загладить вину, предложила постирать новый спортивный костюм, а то от него пахло синтетикой подпольных китайских цехов, ну а я, дурак, согласился. И пока я бегал менять кроссовки и объяснять торгашу, что это он напутал, Катя все выстирала в горячей воде.

Учебная неделя подходила к концу, и я решил свалить домой за новым паспортом в четверг. А в этот день как раз была физкультура, и я нацепил чистенький спортивный костюм. Я сразу почуял что-то неладное, уж больно рукава мне показались короткими, но Катя уверяла:

— Все нормально, сидит шикарно. Ты ваще четкий!

Я уже стоял на вокзале, когда мне позвонили родные и спросили:

— Ты фото на паспорт сделал? Учти, у нас единственный магазин срочного фото закрыли на ремонт, так что делай все заранее!

Я положил трубку и прикусил губу. С-су-у-ука-а-а!

Мало того, что до автобуса оставалось пятнадцать минут, так на мне был этот сраный спортивный костюм! Выбора не было, и я побежал фотографироваться на паспорт в спортивном, мать его, костюме! И, как назло, фотограф попался — мудачило последней стадии. У него тряслись руки, и он четыре раза меня сфотографировал криво — лицо было размыто, либо глаза были полузакрыты.

Я шипел от злости, а у него нихуя не получалось. В итоге, на хрен пойми какой попытке, я увидел более-менее адекватное лицо и крикнул:

— Вот! Его печатай!

Поздно вечером я зашел на порог родного дома, скинул куртку, и родные ахнули:

— Это что за гопник в дом приехал? Ты где купил это убожество? Ты себя в зеркало вообще видел? Да у тебя же рукава до локтей! Костюм явно не твоего размера, а эта обувь! Это что за калоши, и почему ты, как уголовник, во всем черном?

Я слушал упреки родных и проклинал Катеньку с ее блатными замашками. Это был чистой воды проигрыш, я выглядел, как убогое чмо! С точки зрения «Реальных пацанов», я был невзъебенно крут. И моя четкость зашкаливала — я сам себя боялся в зеркале, но, с точки зрения цивилизованных людей, меня в этом наряде ни в одно приличное заведение не пустят.

С чистой совестью заявляю, что это была самая неудачная покупка за всю мою жизнь! Этот проклятый семейный подряд поклонников шансона в лице Кати и Ольги вырядил меня по образу и подобию их славного отца, который был тот еще чудило.

Утром в пятницу я зашел в паспортный стол, отдал все документы, заполнил какие-то анкеты. И вот кто паспорт менял, должен помнить, что эта процедура достаточно длительная, пару дней минимум. Однако ко мне подошел человек и сказал: «Погуляй пятнадцать минут». Я вышел на улицу и увидел знакомого, мы разговорились, и он даже не успел выкурить сигарету, как вдруг человек вышел и сказал:

— Обратно зайди, быстро…

Спустя минуту я стоял с новым паспортом в руке, где красовалась моя идиотская фотография! Наверное, так быстро паспорт делали только президенту или спецагентам в шпионских фильмах. В моем случае все оказалось проще — помогли связи. Вот так порой знакомства могут сыграть вам на руку. Я, кстати, всегда считал и считаю, что в нашей жизни связи решают все.

А тем временем на мой телефон названивала любимая Катя:

— Ах, дорогой, представляешь, меня пригласили на день рождения, но я отказалась, потому что без любимого никуда не пойду, вот такая я у тебя хорошая, правда?

Я задумался и ответил:

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 574