электронная
360
печатная A5
455
18+
Cказки цветов, или Истории, которые не расскажут женщины

Бесплатный фрагмент - Cказки цветов, или Истории, которые не расскажут женщины

Объем:
146 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-1135-0
электронная
от 360
печатная A5
от 455

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

От автора

Я очень люблю цветы. Благодаря им родился мой метод в психологии Psychoflowers. Но ничего бы этого не было, если бы я не встретила Ирину. Мою Ирку. Я работала на радио, она — оформителем в ГУМе. В тот раз она выиграла городской конкурс по оформлению витрин. Я как новостевик передачи «Микрофорум» должна была взять у нее интервью. Оно и было записано. А потом оказалось, что живем мы рядом, и началась наша многолетняя дружба.

Благодаря ей я влюбилась в цветы. Вначале я приходила к ней в мастерскую в ГУМ, потом на съемную квартиру, где она создавала свои первые композиции, позже уже в салон. Я могла часами смотреть, как она работает, как компонует букет, как подбирает оформление. Действо это завораживало. Я влюбилась в цветы. Я научилась, как она, общаться с ними, слушать их голоса и их истории. Поэтому в моих сказках для взрослых так часто цветы становятся главными героями.

Дома у меня зимний сад. Я начинаю утро с приветствия моим любимым орхидеям, моим фаленопсисам, которые так любила Ира. Сказки про орхидею у меня нет. Пока нет. Но скоро будет. Потому что об этом уже несколько месяцев твердит моя белая орхидея. Она родилась не здесь, но она белая, как снег, она такая же открытая и нежная, какой была моя Ирка. И я напишу эту сказку.

Спасибо тебе, Ира, за любовь к цветам. Спасибо за счастье их понимать. А теперь и за радость быть услышанной многими.

Наталья Берязева

Сибирская орхидея

Лес в Сибири поздно просыпается. Зимы в последнее время стоят лютые. Даже шустрые белки да длинноногие зайцы, которым в радость зимой попрыгать, пока их никто не видит на белом снегу, по дуплам и норам прячутся. Сильно холодно.

Особенно тяжело молодым деревьям и растениям. Сил пока не набрались, тельца слабенькие. Оттого головы к земле склоняют, чтобы под снегом спрятаться-укрыться. Спит лес, и даже не верится, что когда-то может проснуться. Больно уж холодно и пусто. Вымерло всё.

Ан нет, приходит время, и просыпается солнце. Оно своими лучами с силой пробивает туманную ледяную завесу, и холодный мрак начинает постепенно рассеиваться. Только чуть потеплеет — и оживает лес.

Вот и в том году, когда эта история произошла, так же было.

После сильных холодов, после долгого-долгого сна пробудился лес. Вначале высокие деревья стряхнули снег со своих веток, потянулись, приподнялись на цыпочки, чтобы к солнцу поближе быть. Потом березки, осинки проснулись. Ожили, оттаяли, начали тоже потягиваться, освобождаясь от зимней дремы.

Чу! Вот уже и первый ветерок побежал по лесу.

— Ш-ш-ш-ш-ш, слышите, слышите, весна идет!

Под березкой в смешанном лесу листик из земли пробился. Непонятно, пока что за создание. То ли ландыш, то ли осока какая. Листочек вытянутой формы, с мясистыми прожилками. Как его зовут — и сам пока не знает. Очень долго спал. Пока клубень не созрел, всё сил набирался. И вот пришло время. Вылез на свет.

— Ух ты, красота-то какая! Небо над головой голубое. Рядом деревья в белых красивых платьицах. Березками представились. Спрашивают, как зовут. Но растеньице имени собственного пока не знает. В первый раз на этом свете. Мама-луковица сказала, что. всему свое время.

Смотрит росток по сторонам. Всё удивительно. И как кто-то жужжит рядом, и как кто-то ползет мимо. Всё интересно.

Дальше еще любопытней. Сил всё больше становится, солнце всё ярче светит. Хочется листья к нему протянуть и погладить. Да, прямо так взять и погладить. Поблагодарить за тепло и любовь. Всем ведь слов любви хочется. Даже солнцу.

Правда, стебельку никто про любовь не говорил. Но, видимо, пока не время. Мама-луковица много раз повторяла: надо уметь ждать, и пока ждешь, как можно больше делать хорошего. Это значит никого не обижать, добрых слов не жалеть и помогать другим чем можешь.

Так и жил стебелек. С березками об их красоте говорил, пролетающих бабочек благодарил, потому что с ними жить ярче и веселее, а с солнцем и вообще каждый день здоровался и мысленно гладил.

Шло время. И однажды случилось неожиданное. Прежде всего для самого стебелька. Он зацвел!

Было немножко больно, а потом стебелек испытал огромное счастье. Над розеткой листьев возник цветок. Странный, не похожий на другие, он напоминал башмачок из сказки про Золушку. Когда она еще была бедная и носила деревянные башмаки. Именно такой формы. С тупым носком и очень глубокие. Сказку эту стебелек слышал от мамы-луковицы.

— Может быть, и меня Золушкой зовут? Иначе почему мой цветок такой необычный и сказочный?

Соседние растения тоже диву давались. Давно такой красоты в их лесу не было.

А стебелек совсем даже не воображал! Его-то какая тут заслуга? Маму-луковицу надо благодарить.

Хороший характер был у этого лесного жителя.

Но в один летний день случилось вот что. В лес пришли две женщины. Одна постарше, другая помладше. Та, что постарше, травы собирала, для чая и настоек. Та, что помладше, всё больше цветами любовалась. Не ленилась, к каждому цветочку наклонялась. Для каждого ласковые слова находила. Лес от ее слов благоухать начал. Так цветы ее за любовь к ним благодарили.

Дошла очередь и до стебелька. Девушка, увидев его, всплеснула руками: «Ах, какое чудо! Венерин башмачок! В нашем лесу — и такая редкость, сибирская орхидея!»

Девушка присела, потом встала перед цветком на колени, наклонила голову и.. прикоснулась к лепесткам губами!

От поцелуя у стебелька даже голова закружилась. Ведь девушка так хорошо пахла, а ее губы были такими мягкими и нежными.

— Венерин башмачок, ты пойдешь жить ко мне? А в честь тебя я назову свой магазин цветов.

— Нет, нет, ты не бойся. Я аккуратно выкопаю тебя, я не поврежу твоего клубенька, а твоих братьев и сестер оставлю здесь..

— Знай: растение ты редкое, если тебя не спасти, весь твой род может погибнуть. А у меня ты будешь под присмотром. В моем саду тебе будет хорошо.

Цветок был согласен. Потому что узнал, что такое первая любовь. А в девушку он влюбился с первого взгляда.

Потом девушка аккуратно выкопала цветок, не повредив ни единого, даже самого мелкого корешка, и положила в специальный контейнер, предварительно устроив растению маленький дождь. Так, сказала она, будет спокойнее добираться до нового дома.

Пока возвращались, Ира — так звали девушку — рассказала своему новому другу, откуда у него такое чудное название. Потому что от слова чудо.

А дело было так. Давным-давно богиня Венера небесным путем убегала от преследователей и в спешке где-то над Сибирью обронила свой башмачок. На память о богине любви и расцвел здесь необычный цветок, который был позже назван Венериным башмачком.

И самое главное. Он — из семейства орхидных. То есть он — орхидея! Красивейшее растение на свете. Орхидеи живут в теплых экзотических странах, их еще называют цветами-бабочками. Венера была из тех мест, поэтому из ее башмачка и выросла орхидея. Но где? В холодной Сибири! Вот уж диво так диво!

— Ты у нас редкость! Ты чудо-чудное, ты божественная красота, — не уставала повторять Ира на пути из леса домой.

Теперь Венерин башмачок живет в саду. Красочном и необычном. Ира собрала в саду тех обитателей лесов и лугов, кого любит. Здесь и сибирские жарки, которые в народе называют огоньками, и лесной папоротник, и даже сон трава. Те самые подснежники, символ весны.

Каждый вечер Ира навещала цветок. Рассказывала, что уже открыт салон, который назван его именем — «Сибирская орхидея». Что его изображение — в журналах, на афишах и плакатах. Что теперь все сибиряки знают про Венерин башмачок.

Но цветок совсем не заважничал и не зазнался. Он просто был счастлив.

К тому же теперь Венерин башмачок не один. Рядом целая семья. Четыре новых куста.

Но..

Уже несколько весен подряд Ира не приходит, не здоровается, не спрашивает, как перезимовал. Да, он слышит ее голос, он ощущает ее дыхание, но почему-то ее не видит. Почему? Ведь она — вот она. Он слышит шорох ее длинного платья, чувствует прикосновение ее волос к листьям, даже ее нежные губы он ощущает. И ее запах. Ее незабываемый запах. Но где она сама? Где прячется?

Может, она стала другой, сменила обличье, и он ее больше не узнает? Разве люди могут менять оболочку? Об этом цветку ничего неизвестно. Но каждое утро Венерин башмачок ждет Иру. Ведь это она дала ему настоящую жизнь. Жизнь не только для себя, а для всех. Потому что жить только для себя — совсем не интересно. А когда ты приносишь радость многим, вот это и есть счастье.

Да, он живет на сибирской земле благодаря Богине Любви Венере.

Однако его Богиня Любви — Ира. Это она дала ему понять, что такое счастье.

И он будет ее ждать каждый день, каждый год, всегда. Потому что любовь не умирает.

Значит — жить они будут вечно.

Бильбергия

Холод накрыл город. Мегаполис нахохлился, задышал чаще, натужнее, погружаясь в туман своего дыхания. Выхлопы транспорта клубами покатились по дорогам, прижимаясь к асфальту. Люди на улицах торопятся — побыстрей бы достичь заветного тепла.

У окна стоит женщина. Она рассматривает узоры на стекле. В который раз она их разглядывает? И всякий раз удивляется по-новому их кружевному плетению. Как рождается такая красота? Да, они учили по физике про молекулы воды, которые замерзают при определенной температуре и их структура позволяет… Да какая разница, кто и что кому позволяет? Главное — вот такая красота получилась.

А вот ее узор не сложился. Хоть она старалась свои молекулы уложить в структуру мужа.

Он ушел перед Новым годом: «Мне нет места в этой квартире. Здесь все по-твоему. Ты разрушила наш дом».

Почему разрушила? Она всего лишь хотела, чтобы им было комфортнее, чтобы у каждого был рабочий кабинет, а она наконец-то смогла бы обустроить свой зимний сад.

Цветочный магазин. Колючее невзрачное растение жмется у стенки. Впереди красуются орхидеи, тут же — гордые багрово-красные антуриумы, даже шлюмбергера, родственник кактуса, гордо выбросила свои цветы и потому тоже стоит в первых рядах. Только на это растение с кожистыми длинными колючими листьями, которые пытаются цепляться за длинные полы дамских шуб, никто не обращает внимания.

В магазин вошла женщина с уставшими глазами. На ней не было дорогой шубы, она была в пуховике, который называют унисекс. Не поймешь, для кого он пошит, — то ли для мальчика, то ли для девочки.

Конечно, женщина тоже направилась к орхидеям. Ах, как она на них смотрела! Она их просто ласкала взглядом. Она рассматривала желтые прожилки на белых цветах, она нежно прикасалась к их тонкой и восковой кожице, она вдыхала тонкий аромат.

Продавшица не выдержала: «Женщина, вы будете покупать или нюхать? Испортите мне цветок. А он аж, 900 рублей стоит!»

Женщина вздохнула и поставила цветок на место.

— В следующий раз обязательно куплю.

Она засобиралась уходить, но неожиданно заметила в углу неказистое растение.

— Ах, ты такое же одинокое и непривлекательное существо, как и я, — сказала женщина, наклоняясь над растением. — Да и цена у тебя в сравнении с красавцами рядом совсем смешная. Всего 110 рублей. Заберу-ка я тебя с собой. Пойдем жить ко мне!

Растение завернули в газету, а женщина, боясь его заморозить, расстегнула пуховик и прижала горшочек к груди.

— Смотри, не сердись и не уколи меня. Это я тебя спасаю от холода. На улице мороз. Иначе ты погибнешь.

И они зашагали из магазина.

Растение прижалось покрепче к новой хозяйке и замерло. Оно привыкало к новому запаху. Ведь для растений очень важно, как пахнет человек. Если запахи совпадают, то растение живет долго и не болеет. Если нет, то …Но об этом лучше не думать.

Аромат новой хозяйки был чуть сладковатым, здесь также присутствовали запахи других растений, немного — старых книг и еще, кажется, ребенка.

— Причем тут ребенок? — подумало растение и задремало.

Проснулось растение от шума разворачиваемой газеты.

— Выходи, малыш. Мы пришли. Давай попей воды и пойдем устраиваться на новое место.

Растение огляделось. Хорошая большая квартира. Картины на стенах. Очень чисто и не заметно никаких игрушек или детей. И во всех углах цветы. Самые разные. Большие и маленькие. Дорогие и не очень.

— Странно, вон сколько красивых и дорогих растений, а она меня с собой взяла. Почему? Я же далеко не лучшее создание природы.

Тем временем вернулась хозяйка. Когда она разделась, перед недавним обитателем цветочного магазина предстала немолодая женщина с девичьей фигурой. За очками прятались грустные глаза.

— Видимо, не только мне, но и ей живется несладко, — подумалось растению.

Хозяйка между тем начала напевать. Она переставляла цветы на подоконнике, протирала листья, обращаясь к каждому цветку по имени.

— Ах, ты моя ненасытная санхеция. Вечно ты хочешь пить и требуешь к себе повышенного внимания. А вдруг мне придется уехать, что будешь делать?

Соседнее кофейное дерево хозяйка повернула другим боком к окну, а то слишком оно вытянуло свои ветки к свету и стало ассиметричным.

И вот освободилось место и для него, нового питомца. Растение огляделось. Светлый подоконник. По соседству белый антуриум, пахистахис и фуксия.

«Но зимой они тоже не ахти какие красавцы. Можно не стесняться своего уродства», — подумал новый житель квартиры.

И началась новая жизнь.

По утрам хозяйка приходила на балкон и здоровалась с каждым питомцем. Кого-то поглаживала, кому-то давала попить, кого-то хвалила за неожиданно появившийся цветок. Никогда так комфортно себя не чувствовало растение, у которого пока не было имени, никогда ему не было так хорошо.

То ли от тепла в доме, то ли от ласковых слов хозяйки в растении начали происходить изменения. Оно не могло взять в толк: «Что это?».

Что-то новое набухало в нем. Не давало спокойно спать, волновало и даже тревожило. Нет, это было не больно, но очень необычно.

Однажды ночью новый обитатель подоконника никак не мог заснуть. Внутри него что-то происходило, и он прислушивался и старался понять, что это с ним. А потом, как ему показалось, потерял сознание.

— Какое чудо! Какое чудо!

Растение пришло в себя от этих слов. В чем дело? Про кого это говорит хозяйка?

Растение открыло глаза и не поверило себе. Из кожистых листьев, как хвост экзотической птицы, перед изумленной хозяйкой свисала цветочная гирлянда. А та была счастлива. Просто светилась от радости перед этой необыкновенной красотой.

— Вот тебе и гадкий утенок, — продолжала удивляться женщина. — Надо же! Пойду, посмотрю в справочнике, что это за чудо-птица. Я взяла его из жалости, больно это создание там, в магазине, было похоже на меня ту, прошлую. А сейчас его просто не узнать. Как, впрочем, и меня.

Через некоторое время хозяйка вернулась с толстой книгой и объявила на весь зимний сад: «Друзья, познакомьтесь, это бильбергия. Она расцвела, потому что мы ее полюбили. Если любить и заботиться — происходит чудо. Любуйтесь!»

И все растения радостно зашептали, запереговаривались, стали поздравлять бильбергию с первым ее цветком и желать долгого и счастливого цветения.

А потом у бильбергии появился еще один цветок, затем еще один. И она очень была счастлива.

Однажды над ней наклонилось лицо малыша. Крохотного. Бильбергия сразу узнала тот запах, что почувствовала в первый день знакомства с хозяйкой.

— Какой же он прелестный, этот малыш, — подумалось цветку. — Как бы его не поцарапать.

И цветок прижал поближе к себе кожистые листья.

Малыш радовался, агукал и тянул ручки к цветку.

— Красавицы вы мои, — это хозяйка обращалась уже к цветку и малышу. Ты — Владуся, моя Дуся, моя Дусенька — бусинка. Смотри, это сказочная бильбергия. Ты подрастешь, и мы с тобой вместе сочиним про этот цветок сказку. Потому что он такой же красивый, как ты, и такой же желанный, как ты.

Хозяйка берет свою драгоценную ношу и идет в спальню, что-то нашептывая малышке.

— Хозяйка стала совсем другой, — думает цветок. — Она часто смеется, много работает за компьютером, куда-то убегает по вечерам. Наверное, это оттого, что у нее есть я, мои друзья-цветы и маленькая бусинка, девочка, что так вкусно пахнет.

— Как здорово жить! Как мне повезло, что я попал в этот дом! И как замечательно, что так ласково стало светить солнышко. И на подоконнике так сладко дремать в его лучах.

В окна большой девятиэтажки в огромном городе заглядывала весна. Удивлялась: она еще не вступила в свои права, а за этими окнами она давно уже хозяйка.

— Какая сила любви в этой квартире! Здесь все цветет. Она ласково прикоснулась к растениям, протянувшим к ней листья, и поспешила туда, где нужна была ее помощь. Где не хватало тепла, ласки и любви. А за этот дом она была спокойна. Тут все в порядке. Если даже скромница-бильбергия и суровые кактусы усыпаны цветами, то можно лететь дальше.

Было первое марта! Весна заглядывала в окна.

Подсолнух

Огород был огромный. И больше всего места здесь занимал картофель. А как же? Зима в Сибири долгая, а картошка — первая еда. Так уж повелось в этих холодных краях. Из картошки любое блюдо можно приготовить. А когда еще есть грибы и другие разносолы, то никакая зима не страшна.

В Сибири по картошке всегда садят подсолнухи. Совсем не для красоты. Сядешь осенью на крылечке, провожая последние теплые дни, и щелкаешь семечки. Здорово! Ведь пока всяких там «Бабкиных семечек» в упаковке не продавалось, семечки всегда из подсолнуха вышелушивали и щелкали.

Правда, ногти потом черные. Но это не беда! Вкус свежих семечек, что пахнут солнцем, летом, немножко смолой — просто непередаваем. Да и сидеть на последнем осеннем тепле такая радость. Потому и кидают семена подсолнечника по картошке. Они друг с другом отлично соседствуют.

На нашем огороде никто специально подсолнухи не садил. Оно и понятно, мы здесь редкие гости, не до семечек. Подсолнухи у нас самосевные. То ли птички принесли, то ли от соседей семена налетели.

Но дело не в этом. В июле несколько подсолнухов резко раскинули лепестки своих желтых причесок. Или лучше сказать — лучи? Или еще как? Ну, вы поняли. Посреди огорода зацвели огромные подсолнухи. Яркие, желтые, красивые. Они даже солнце по утрам собой затмевали.

Днем все обитатели дома, если приезжали на выходные, приходили полюбоваться на это ярко-желтое чудо. Кажется, даже коровы, что по утрам отправлялись на пастбище, засматривались на подсолнухи. Уж больно они были красивыми.

Как и положено подсолнухам, жили они по правилам солнца, по его законам. Потому и под-солнухи. Куда бы солнце ни двигалось, головы подсолнухов вслед за ним поворачиваются. Прямо как бычки за маминым выменем. Только так они могут собрать всю энергию солнца и превратить ее во вкусные-превкусные семечки. А если не успеют зарядиться этой энергией, то не вызреют, и даже птицы вряд ли обратят на них внимание. Не говоря уже о людях. А зачем тогда жить? Надо поспевать и радовать тех, ради кого они и пришли на эту землю.

Подсолнухов было восемь. Среди них выделялся один — самый большой и красивый. На шляпке у него был не один ряд лепестков, а целых четыре. Это огромная редкость! Хозяйка, когда утром приходила на огород поздороваться с цветами и с домовенком Ануфрием, всегда возле красавца останавливалась и говорила: «Ну не подсолнух, а прямо-таки гигантская японская хризантема. Чудо как хорош!»

И она прикасалась к лепесткам своего любимца. А иногда так близко приближала к нему свое лицо, что подсолнух млел от удовольствия. Ее дыхание было таким теплым и приятным. Ни с кем другим хозяйка так не обращалась. И подсолнух возгордился. Как же! Он самый красивый. Он как хризантема. И когда появлялось солнце, подсолнух не хотел больше жить по его правилам. Он ведь особенный. Зачем? Пусть солнце следует за ним.

Соседи-подсолнухи предупреждали: «Глупыш, ты не успеешь созреть, а значит — никому не будешь нужен. Следуй за солнцем. Оно нам дарит тепло и будущее. Без солнца мы ничто».

Однако подсолнух и слушать не хотел. Он ждал только хозяйку, чтобы та окунала лицо в его махровые лепестки и вдыхала его молодой пряный запах.

Шло лето. Соседи-подсолнухи сбросили свои лепестки и стояли жёлтые и тяжелые от поспевших семечек. Каждое утро птицы выстраивались в воздушной очереди и спорили, кому первым вкусить чудо-семечек.

Только наш подсолнух, который еще недавно был на огороде самым крупным и красивым, так и остался зеленым. Лепестки опали, и ничего больше не напоминало о былой красоте растения. Шейка, которая не научилась поворачиваться по призыву солнца, была слабой и совсем тонкой. Семечки, не успевшие набрать силу, так и не почернели. Подсолнух выглядел дряхлым подростком.

Давно уже хозяйка не обращала на него внимания. Ей больше нравились соседние подсолнухи, лоснившиеся от черноты своих семечек. Теперь она восхищалась ими и собиралась забрать с собой в город.

Бывший красавец сердился, гневался, поносил соседей нехорошими словами: это, мол, они отняли у него любовь. Ведь раньше он был намного красивей солнца. Сама хозяйка так говорила. Но никто не слушал спесивца, он надоел всем жителям огорода своим нытьем и недовольством.

Вечером, когда веселые птички общались с соседними подсолнухами, к грустному и поникшему солнечному цветку, как продолжал называть себя бывший красавец (ведь подсолнух — это звучит так по-плебейски), прискакала старая жаба. Она страдала одышкой и передвигалась с трудом. Жаба увидела, как с подсолнуха сыплется несозревший цвет, и заговорила первой: «Было такое прекрасное лето. А ты почему-то не поспел. Сам расскажешь или я тебе поведаю твою историю?»

Подсолнух склонился еще ниже.

— Да, я возомнил себя хризантемой. Большой, желтой и яркой. Хозяйка сказала мне, что я сродни тому махровому желтому цветку, который почитается в Японии как королевский. А я ведь таким и был. Я не был похож на моих соседей. Они были обыкновенными. И я захотел подольше сохранить мое цветение. И перестал поворачивать голову вслед за солнцем. Мне казалось, что я даже красивее солнца, и все, даже само светило, должны следовать за мной. Потому что я редкий и прекрасный цветок. Я — хризантема! И что же? Теперь я попросту никому не нужен. Даже пролетные воробьи не обращают на меня внимания.

Жаба вздохнула.

— Я тоже когда-то вообразила себя царевной-лягушкой. Потому что для мамы такой и была. Итогом стало одиночество. Никто не желает со мной общаться, потому что я была высокомерной гордячкой. Всех обижала и над всеми надсмехалась. Сейчас вот ищу укромное местечко, где смогу переночевать, чтобы никто не видел моих ужасных бородавок. Оказывается, я далеко не красавица, если не сказать больше.

Целую ночь проговорили подсолнух и жаба. Уже ничего нельзя было исправить в их жизни, но слова взаимной поддержки, казалось, согрели и ободрили их.

Они расстались лучшими друзьями, удивляясь, как раньше могли жить друг без друга.

Подсолнух легко встретил первый снег и впервые заснул спокойно и навсегда.

И снова пришла весна. Солнышко вновь осветило и согрело большой деревенский огород. Из-под оттаявшего остова подсолнуха стал пробиваться новый росток. Отмершие корни сохранили тепло для новой жизни, возникшей из семечка, принесенного ветром.

В мае к ростку прискакала старая жаба. Рядом с ней было двое зеленых лягушат. Она поздоровалась с ростком и сказала своим воспитанникам:

— Сейчас я вам расскажу сказку о цветке солнца и мудрости жизни. Жаль, что иногда она приходит слишком поздно.

— Что такое мудрость? — спросил самый бойкий лягушонок.

— Это ты узнаешь из моей сказки.

И жаба рассказала лягушатам о встрече с подсолнухом поздней осенью, об их ночном разговоре и о том, что иногда, даже став мудрым, ты уже ничего не можешь исправить.

Юный подсолнушек и молодые лягушата слушали сказку, затаив дыхание. С ними такого никогда не случится. Ведь они уже чуть-чуть мудрые.

О золотом осеннем листе

Жил-был лист. Еще не лист. Пока листочек. Он родился на городском клёне вблизи от многоэтажного дома. Район был далеко не лучшим из тех, что есть на земле. Но клён этого не знал. Он просто родился здесь и думал, что это лучшее место на свете. По крайней мере, поблизости больше не было таких замечательных деревьев, каким он считал свой родной клен.

Листочек родился весной. Он вкусно пах, был зеленым, нежным и клейким.

По утрам под деревом на лавочке сидели бабушки. Они ворчали, обсуждали соседей и своих детей и внуков. И почему-то вздыхали.

Листочек не понимал: «Ну как можно вздыхать, если на улице тепло, светит солнышко, ходят степенные мамы с колясками, резвятся птенцы. Блаженство, да и только!».

«Наверное, я еще молодой и чего-то не понимаю», — думал листочек и тянулся к солнышку.

По вечерам под кроной клена собирались парочки влюбленных. Они обнимались, шептали друг другу ласковые слова, шушукались, хихикали и, конечно же, целовались. Они были такие счастливые! Листочек радовался за них и старался повернуться к ним самой блестящей своей частью, той, где по краю шла ажурная бахрома.

Листочек себя считал особенным. А как же! Ведь родился он не с двумя, как у всех, а с тремя вырезами по краям. У него такая изумительная зазубринка. Да и весь он — грациозный, изящный и легкий!

Время от времени к нему прикасались руки девушек, которые, чтобы остудить свои щеки, брали листочек в руки и прижимали к горячему лицу. О! Это были волшебные моменты! А одна девушка в восхищении даже поцеловала его! В этот день ей объяснились в любви. Она так этого ждала!

Листочек тоже запомнил этот день.

Хорошо было весной, замечательно было летом. Листочек повзрослел, огрубел, его прожилки стали более видимыми, бахрома по краю потеряла изящество и гибкость.

«Ничего, — думал листочек. — Зато теперь я уже взрослый лист. Теперь я мудрый. Могу рассказать массу историй, которые слышал и видел здесь. Ведь передо мной прошло столько разных людей».

Листочек стал чаще дремать, ему уже не хотелось, как раньше, перешептываться с соседями, а солнце казалось чересчур горячим.

«Что со мной? — недоумевал листочек. — Ведь еще вчера я мечтал летать, притрагиваться к влюбленным под деревом, подпевать песенке ветра. Еще вчера. Что происходит?»

Приближалась осень. По ночам листочек вздрагивал от порыва холодного ветра, бахрома на его кончиках начала жухнуть, а стебелек, на котором он крепился к ветке, заметно ослаб.

«Наверное, я старею, — думал лист. — У меня больше нет сил сопротивляться ветру». И замирал от страха перед будущим.

Как-то утром листочек проснулся от холода. Он весь дрожал и не мог согреться. Он огляделся по сторонам и понял, что лежит под деревом. А рядом еще сотни таких же листьев, как он. Только, о ужас! Все они были уже не зелеными, а разноцветными — желтыми, багряными, оранжевыми.

Всё изменилось за ночь.

«Как страшно! Что делать? Ведь надо куда-то лететь, что-то предпринимать. Иначе меня просто затопчут!»

И листочек стал ловить порывы ветра, чтобы улететь в более безопасное место. Он очень старался, поймал воздушный поток, и его отнесло в сторону. Прямо на зеленую траву рядом со скамейкой, где по весне любили сидеть влюбленные.

Листочек успокоился и задремал. Его разбудили сдавленные рыдания. Он открыл глаза. Плакала, да, та самая девушка, что когда-то прижимала его к себе, гладила его и смеялась от радости. И даже поцеловала его!

А сейчас она вытирала горькие слезы и безутешно плакала.

«Что-то случилось. Неужели тот парень бросил ее? Я же помню его. Он был таким нежным, искренним, по-настоящему влюбленным. Не может быть!».

Девушка продолжала лить слезы. Она была похожа на нахохлившегося воробья, что совсем озяб на ветру.

«Как помочь ей? Как поддержать?»

Листочек напряг все свои силы, поймал воздушный поток и закружился перед девушкой в осеннем танце. Затем он осторожно опустился на ее колени.

Она заметила это.

«Ах, какой ты стал! Рыжий, как солнышко! И прожилки твои светятся бордовым цветом». Девушка увлеклась, рассматривая лист.

«Возьму-ка я тебя с собой. Ведь именно здесь я была счастливой. Ты свидетель нашей любви».

Девушка аккуратно расправила листочек и прижалась к нему губами.

«Пойдем, ты будешь мне напоминать о лучших днях моей жизни. Да, мы расстались, но моя память сохранит всё хорошее, что между нами было. Ты будешь частичкой моей первой любви».

Сейчас листочек живет в большой и толстой энциклопедии. Девушка учится в университете и часто открывает ее.

«Привет! — говорит она листочку. — Как ты тут? Здорово, что я тебя сохранила. Это был замечательный год. И это была моя первая и настоящая любовь. Неудачная? Ну так что же! Всё впереди. Будут новые встречи и новые листопады. Всё будет. Но ты, как и он, мой первый».

Листочек, а он совсем засох и стал весь светиться из-за старости, радуется каждой новой встрече с девушкой и старается не делать лишних движений. Ведь он может рассыпаться. А этого допустить никак нельзя.

«Я ей нужен. Я часть ее души. Я буду рядом, чтобы всегда дарить ей хорошие воспоминания. А когда-нибудь эту книгу откроют ее дочь или сын. И она расскажет им обо мне и почему я здесь. Про свою первую любовь и разочарование, про молодость и зрелость. Про жизнь, какая она есть. И про то, что у каждого листочка, как и у человека, свой срок. И свои радости.

«Какая у меня счастливая жизнь», — думает листочек и засыпает под шепот слов в энциклопедии».

Всему! Свой! Срок! Всему! Свой! Срок! Это старинные часы отбивают ритм времени.

И семейные фотографии кивают им в такт. А листик спит и видит счастливые сны. Его жизнь прошла не зря. Он это точно знает.

А что еще может быть лучше?

Шиповник и роза

Роза. Она стоила очень дорого. Женщина долго приценивалась, пересчитывала деньги в кошельке, что-то прикидывала, а потом махнула рукой, взяла красиво упакованный саженец и пошла рассчитываться на кассу.

— Ничего, думала она, — как — нибудь проживу до конца месяца, зато смогу посадить эту красоту у себя на даче.

На участке женщина выделила заморской гостье самый хороший уголок сада. Здесь была очень хорошая земля, поэтому она отводилась только под цветы и экзотические растения.

Красавица, как это следовало из описания, требовала дополнительного внимания, много солнца, тепла и подкормок, а еще наблюдения за подвоем..

Что это такое хозяйка не знала. Она поступила как всегда. Вырыла ямку, добавила удобрения и перегноя и посадила туда иностранное чудо, обильно полив его водой.

Роза долго капризничала и не желала приживаться на сибирской земле.

Её укрывали на ночь, привозили специальные удобрения и к концу лета, наконец-то, южная мерзлячка зацвела.

Да, она была, действительно, очень красивой!

Нежно белой с розоватой оторочкой по краю лепестка. Она выбросила всего один цветок. Но он был прекрасен.

Все птицы, что жили в округе, прилетали посмотреть на розу.

Даже коршун Кеша, который считал себя хозяином на участке, привел своих птенцов полюбоваться на чудо-цветок.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 455