электронная
80
печатная A5
320
12+
Чтецы. Книжная тайна

Бесплатный фрагмент - Чтецы. Книжная тайна

Объем:
82 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-4969-0
электронная
от 80
печатная A5
от 320

Лизе, моей любимой и самой дорогой сестре

Пролог

Тёмные ветви деревьев расступались, трава покорно освобождала ноги от своих мягких пут, солнечный свет, пробиваясь сквозь густые кроны, был близко, уже так близко… Но внезапно какая-то случайная ветка зацепилась за её тонкую ножку в маленькой красной туфельке, потянув за собой, назад, всё дальше и дальше в лес.

— Мери! — Джулиан резко остановился и, обернувшись, сделал два шага назад по направлению к ней, тянущейся рукой к нему, и тоже потянулся к ней. — Книгу, Мери! Сначала книгу!

Она покачала головой, пытаясь сопротивляться, чувствуя, что её затягивает всё сильнее… Или ей так только казалось? Или это только было такое странное чувство?

 Ты не справишься,  Джулиан выглядел испуганным и расстроенным. — Просто отдай мне её, я обещаю…

Она снова покачала головой, но и сама понимала, что с книгой в руке погубит и себя, и его. Им обоим уже вряд ли суждено вернуться, но если бы она могла спасти хотя бы его…

 Мери, пожалуйста! Я обещаю, что вытащу тебя,  он снова протянул руку.

Вздох протяжно вырвался из её груди, и она, из последних сил сгребая ногтями рыхлую лесную землю, выпустила книгу из рук — выпустила свой, наверное, последний шанс на спасение. Толстый пожелтевший том плавно перевернулся в воздухе и, не успев коснуться земли, очутился в руках Джулиана, который в тот же миг улыбнулся. Смех пронёсся над всем лесом, оглушил Мери, закрался в её мысли и чувства, пока к ней медленно приходило страшное осознание, что всё это было ошибкой — ужасной и непоправимой ошибкой.

— Никто не выбирается отсюда, — произнёс он, но это был уже не голос Джулиана, и страшная гримаса на его лице была тому подтверждением. — Никто кроме этой Книги. И тех, у кого она есть.

Он засмеялся так громко и так жутко, что у любого бы быстро и сильно, как в лихорадке, забилось бы сердце, как оно забилось в тот момент у маленькой Иры, когда она любопытными маленькими глазками пробегала по книжной странице от строчки к строчке, и тревога тем временем нарастала всё сильнее и сильнее, превращаясь уже во что-то большее, ещё не ясное маленькому ребёнку и уже так непонятное обычному взрослому. И в тот момент она бы дочитала уже концовку, если бы её старший брат, так любивший делать подобное (кто из старших братьев этого не любит), со всего размаху не вбежал бы на кровать и не испугал бы её. Лиза вздрогнула и тут же заплакала, и Кириллу так вдруг жалко стало маленькую сестру, что он обнял её за плечи и легонько прижал к себе, и слёзы, до этого времени медленно падающие на книжные странички, теперь перенеслись на его свитер.

— Ну всё, Ира, хватит, — примирительно улыбнулся ей брат, чувствуя, что слёзы уже перестали, и она только слабо и ещё слегка испуганно всхлипывает. — Давай я тебе лучше почитаю, а эти ужасы отложим в сторону.

И снова её посетило чувство, которое нельзя было передать никакими словами, точно она с головой окуналась в какую-то неведомую пещеру, и, несмотря на неизведанность, погружение это было приятным и ни с чем, абсолютно ни с чем не сравнимым. Она не просто любила читать. Книги были всей её жизнью.

— А теперь засыпай, — Кирилл улыбнулся, откладывая книгу в сторону. — И пусть тебе приснятся только хорошие сны.

— Такие же, как книги? — Ира подняла голову с подушки, но брат тут же опустил её назад. — Они ведь настоящие, Кирилл? Правда настоящие?

— Конечно настоящие, — он усмехнулся, но попытался скрыть свою усмешку и оставить эти мысли при себе. — Когда ты вырастешь, ты это поймёшь.

Так и случилось. И то ли слова брата оказались неким предсказанием на будущее, то ли это действительно правда, что любое слово имеет силу, но Ира навсегда запомнила тот вечер, и из всех её детских воспоминаний это впоследствии окажется самым ярким, хотя она и не будет понимать, почему. «Из-за любви к брату», — думала они, будучи уже большой, практически взрослой. Но не все знают, что книжные дети на самом деле не вырастают. Почти никогда.

Глава 1. История трёх детей

Маленький воин

Юра быстрым шагом пересёк библиотеку. Это было, наверное, самым прекрасным занятием — залазить в закрытый архив. Издалека он всегда представлялся ему как тёмный закрытый коридор, затуманенный для полной секретности, полный таинственности и вечных загадок. Там сильнее, чем во всём библиотечном зале, пахло книгами и старой пылью, сильнее хрустели страницы, и продавливался пол. И причина у всего этого была только одна, хотя Юра о ней и не догадывался — туда меньше всего заходили.

Обыкновенная школьная библиотека, всегда полная детских голосов, улыбок, тихих перешёптываний (потому что древние пожелтевшие таблички, призывающие молчать, говорили сами за себя) теперь превратилась в одно из самых тихих мест во всей школе. Иногда здесь сновали старшеклассники, и в этом время в библиотеку таким, как Юра, лучше было не заходить. Однако нашего героя интересовали отнюдь не старшеклассники, наводящие со своим приходом атмосферу скуки и одновременно страха, и совсем не то, что библиотека пустовала из-за наличия у детей гаджетов и других более интересных и увлекательных занятий, чем книги. Юра улыбнулся тихой и довольно спокойной своей улыбкой, снова переводя взгляд на ту часть библиотеки, где заканчивались солнечные и яркие отделы с детскими книжками, оставляя позади себя и пускаемых солнечных зайчиков, и тёплые лучики, выпрыгивающие из окна. Дальше шёл коридор — запретный коридор. Закрытый архив библиотеки, куда ему был запрещён вход. Он на секунду оглянулся и сделал было шаг по направлению к клубящемуся сизому туману, как раздавшийся прямо у него над ухом голос, практически парализовав его, заставил остановиться, а затем — обернуться.

— Молодой человек, куда это вы направляетесь?

Так могла сказать только их злостная библиотекарша, которая становилась доброй только в то время, когда старшеклассники приходили к ней и, строя глазки, приносили новые книги взамен на учебники, которые якобы случайно потеряли.

Юра лишь потупил взгляд, не зная, что сказать или возразить. Взрослые всегда имеют над детьми какую-то им одним понятную власть, и неподчинение этой власти может привести к ужасным последствиям. Наверное. Так ему рассказывали некоторые старшеклассники.

— Извините, Евангелина Валентиновна, — невнятно произнёс он. — Я уже ухожу.

Евангелина Валентиновна! Фу! Одно имя этой библиотекарши уже вызывало у Юры отвращение и в то же время страх.

Он натянул на плечи свой тяжёлый портфель и прошёл к выходу. Совершенно пропало настроение провести остаток морозного дня в библиотеке, греясь в улыбках книжных героев и переживая все события рука об руку с ними, и Юра, как только вышел из здания библиотеки, тут же направился к выходу с территории школы.

Его сразу же встретила заржавелая детская площадка, на которой уже давно никто не играл. Огромные качели мерно стояли на месте, из-под своих опущенных век, прищурясь, смотря на мальчика, который при виде их тут же боязливо отстранился и как можно быстрее поплёлся к дому. Но не тут-то было. Яркий свет скользнул где-то совсем рядом с ботинками Юры, и он как можно быстрее забрался под горку, чтобы не видеть, как свет фонарика бежит по начинающей покрываться тьмой земле. А ещё — чтобы не видеть, кто идёт с этим фонариком.

Голоса всё приближались. Свет фонаря становился всё ярче, и уже довольно скоро Юра расслышал, о чём говорили. Это были дети. Без сомнения, дети. Осторожно высунув голову из-под горки, он вслушался в их разговор, всматриваясь при этом в их очертания и пытаясь вспомнить, не видел ли где он их.

— Здесь будет располагаться наша школа, — говорил мальчик в очках, обводя указательным пальцем всё пространство от качелей до горки, под которой прятался Юра. — А прямо за моим домом — я вам покажу — есть огромный корт, на котором могло бы быть поле… — внезапно его взгляд упал на горку, и Юра, прислонившись к железной поверхности головой, с ужасом осознал, что его заметили.

Свет фонарика становился всё ближе, скользя сначала по земле, потом — по перилам горки и в конце концов добрался до самого Юры, застав того врасплох.

— Ага! — воскликнул мальчик, победно поднимая фонарик вверх, и Юре на секунду показалось, что это факел, устремлённый в небо. — Господа, за нами шпионили, — он обернулся к своим сопровождающим, и Юра наконец смог их разглядеть.

За самым главным — тем, который держал в руке фонарик, подобный факелу, робко прятались две девочки. Одна из них, самая маленькая и по внешности и по росту, во все глаза смотрела на Юру — видимо, признавая в нём самого настоящего шпиона.

— И что мы будем с ним делать? — спросил у остальных мальчик, но, не получив ответа, приблизился к Юре, направив на того фонарик. Глаза заслепило, и Юра поспешил увернуться от яркого света, при этом не отворачиваясь от противника. Да, от противника! Как поступил бы рыцарь на его месте? Он представил себе короля Артура, который так же, как он, сжался бы от одного лишь света фонарика. «Но у меня ведь даже нет оружия», — огорчённо подумал он, однако на сей раз бесстрашно повернул своё лицо к мальчику.

— Ну что ж, теперь, когда ты знаешь нашу тайну, — грозно начал мальчик, — мы должны либо убить тебя, либо принять к себе в команду.

Юра сглотнул, чувствуя, что бесстрашие внезапно начало покидать его, и с последней оставшейся силой храбрости произнёс:

— Я совсем ничего не слышал из того, что вы говорили!

— Ничего? — мальчик улыбнулся странной улыбкой (и только позже Юра сможет признать, что в свете фонарика эта улыбка была поистине ужасающая) и на секунду обернулся к девочкам, а затем снова посмотрел на него. — А если тебя подослали к нам наши враги?

— Никто меня не подсылал! — возразил Юра. — Я прятался, потому что решил, что вы старшеклассники.

— Ну, что ж, Маленький воин, — мальчик кивнул, делая шаг назад. — Нам надо посовещаться всей командой, что мы будем делать с тобой дальше.

Когда они отошли, Юра вмиг ощутил небывалый прилив сил и в ту же секунду убежал бы (одна лишь узенькая, покрытая темнотой дорожка отделяла его от его дома), но любопытство взяло вверх, и он, так и не смея пошевелиться, наблюдал, как ребята обсуждают его дальнейшую судьбу.

— Решение принято, — мальчик подошёл к Юре, и снова тот увидел, как фонарик в его руке превращается в высоко поднятый факел, который освещает своим сиянием всю детскую площадку — пещеру, в которую его, Юру, забросила судьба. «Если бы я был величайшим мореплавателем и вдруг попал на необитаемый остров, я зашёл бы в точно такую же пещеру. И там меня нашли бы эти чужеземцы…»

— Решение принято, — снова провозгласил мальчик, словно привлекая к себе внимание. — Мы оставляем тебя, Маленький воин, но перед этим тебе суждено пройти череду испытаний.

«Испытаний? — удивлённо подумал Юра. — Ну да, так я и знал. Они заставят меня обливаться холодной водой и перелезать через забор».

И от этой мысли мурашки снова побежали у него по коже.

— А сейчас мне и моей команде пора, — провозгласил мальчик. — До новых встреч, Маленький воин, и, надеюсь, они будут более приятные, чем эта!

Он улыбнулся. Юра видел, как свет факела погас, забирая с собой, в темноту, мальчика в очках, рыжеволосую девочку и маленькое белокурое существо, робко жавшееся к куртке мальчика.

Глава 2. Чтецы

вСТРЕЧА

И, наверное, никогда бы он себе не смог признаться — он даже думать об этом не смел — что всё вчера произошедшее могло хоть в какой-то степени оказаться сном. Он прокручивал у себя в голове те события как нечто волшебное, но совсем не нереальное. Так, читая книгу, мы можем представлять себе её героев и события, но не можем твёрдо утверждать, что этого не было, и в тот момент мы не находились вместе с ними.

Юра хотел снова встретиться с ребятами, но скрывал это желание далеко-далеко у себя в душе. То, что они не такие, и их нельзя сравнить с его одноклассниками, (с которыми, впрочем, наш герой общался, но не так уж хорошо, как хотелось бы), что они, наверное, привязаны таким же сильным чувством к книгам, как и он, только усиливало это желание.

Он прислонил голову к рукам, думая, что уже окончательно уснёт на уроке, потому что мыслей от дрёмы становилось всё больше и больше, но внезапный школьный звонок унёс ощущение сна далеко-далеко, и Юра, схватив в охапку все учебники, а в другую руку — полуоткрытый ранец, выбежал из класса под общий смех и гомон одноклассников.

Он уже давно перестал считать ступеньки, которые пробегал по направлению к выходу из школы и мчался так быстро, как только мог. Поскольку Юра был довольно таки необычный мальчик (что замечали не только учителя и одноклассники, но и его собственные родители), ко всем его странностям примешивалась и ещё одна — большая перемена была для него не просто переменой. Это было нечто.

От здания школы он быстрым шагом пересёк заснеженную тропинку, ведущую к стадиону, и уже довольно скоро перед его глазами предстал небольшой заснеженный парк, (который якобы ещё считался территорией школы) и наполовину заброшенное здание. Не подумайте, что Юра был глупым мальчиком, раз считал библиотеку заброшенной только потому, что туда никто не ходил. На самом деле, по пути к ней из здания школы он всегда представлял себе, что проходит не обычный путь в треть мили, а попадает в целое путешествие, где за зданием разрушенного стадиона следует огромный, запрещённый для всех учеников лес. На самом деле это был всего лишь маленький парк, закрытый для посещения. Почему закрытый, ясно не было. Затем он входит во зловещие владения, где нужно было вести себя тихо и осторожно: заброшенную школьную библиотеку.

Как и в остальное время, школьников здесь почти что не было. Четверо детей, немногим младше его, с интересом перелистывали книгу с картинками, пухлый маленький мальчик, не знакомый ему, сидел перед компьютером и жевал бутерброд, и, похоже, занятие это казалось ему таким развлекательным, что он вытаскивал из своего ланч-бокса бутерброд за бутербродом, не отвлекаясь в это время и от компьютера. И небольшая группа старшеклассников. Юра уже не раз удивлённо замечал, что старшеклассники всё чаще и чаще стали собираться в библиотеке, точно это место стало для них новым предметом развлечений. Однако услышав несколько слов из их разговора, он с облегчением вздохнул. Ещё не суждено попасть этим прекрасным печатным созданиям, живущим в библиотеке, в руки этих ребят — старшеклассники готовились прогуливать какой-то очередной урок, и это мальчика и успокоило, и позабавило одновременно. Главное правило: ты не трогаешь их — они не трогают тебя.

Перестав рассматривать всех находившихся в библиотеке, Юра снова опустил взгляд в книгу, вчитываясь всё больше и больше и, как это всегда и бывало, точно начиная погружаться в книгу, проходить сквозь её страницы и погружаться в мир, пахнущий свежей краской, падающим с неба первым снегом и… и чем-то ещё очень-очень вкусным. Он даже перестал уже обращать внимание на картинки, представляя всё прочитанное явственно, прямо перед собой. Время тянулось невероятно долго и медленно и, казалось, перемене не будет конца (хотя Юра уже совершенно и забыл про неё), как внезапный грохот заставил его встрепенуться. Он мгновенно отвёл глаза от строчек, осматриваясь, ища глазами причину странного, только что произошедшего… Но лишь тишина ответила на его немой вопрос.

Юра снова принялся читать, на сей раз ещё сильнее погрузившись в книгу, всё быстрее и быстрее перелистывая страницы, но и на этот раз ему пришлось вздрогнуть. Лампа на потолке слабо замигала. Юра посмотрел на библиотекаршу, но та, опустив очки на нос, лениво и сонно глядела в книгу. Хруст яблока, которое жевал пухлый мальчик, разносился по всей библиотеке. Другие, похоже, тоже не замечали часто моргающего света. Юра, уже не на шутку обеспокоенный, опустил испуганный взгляд обратно в книгу. «Мне кажется, кажется, кажется», — быстро повторял он. Но мысли не давали читать дальше. Страх почти полностью сковал его. Новый грохот где-то за пределами здания окончательно убедил его в том, что больше здесь оставаться нельзя.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 80
печатная A5
от 320