электронная
54
печатная A5
509
18+
Чай со Слоном. Третья чашка

Бесплатный фрагмент - Чай со Слоном. Третья чашка

Объем:
460 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-8072-3
электронная
от 54
печатная A5
от 509

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Абвов Алексей Сергеевич

— Расскажите о себе. Чем Вы занимаетесь, чем увлекаетесь?

Преимущественно занимаюсь я ремонтом различной сложной электроники. Сетевое оборудование, блоки станков, да и банальные ноутбуки тоже порой попадают на рабочий стол. Второе занятие связано с психологией. Вряд ли его можно назвать чистой психологией, ибо то чем я занимаюсь, заметно выходит за привычные рамки. Хотя по факту порой может быть очень похоже на работу психологов телесно-ориентированного направления.


2. Почему Вы вдруг начали писать? О чем было самое первое произведение, которое Вы написали?

Писать мне приходилось много и часто. Примерно с тех пор, как серьёзно занялся психологией. Писанина по теме, активное участие в форумных диспутах позволяло лучше понять себя и разобраться в сложных темах, где ответы только угадываются. Что-то понял, угадал, напиши об этом и открой интересный диспут. Или же объясни очередному болвану, как сильно он не прав. Знаете ли, в интернете всегда кто-то неправ. Умение письменно излагать простые и сложные вопросы, умение вести дискуссии и выигрывать эмоциональные поединки хорошо развивают мозги. Было написано немало статей научно-популярной направленности, множество методического материала для психологических тренировок и целые обучающие курсы. И в один прекрасный момент хорошие люди мне предложили попробовать написать связанный художественный текст. Раньше в голову часто приходили интересные сюжеты, я любил рассказывать их собравшимся у вечернего костра друзьям так и началось.

Первое моё художественное произведение можно найти на моей же странице сайта «Самиздат». Оно называется «Тропа в сингулярности». Это добрая сказка для взрослых в космическом антураже. И, признаться — только при работе над художественным текстом я понял, как это сложно. С той поры началось моё самосовершенствование уже как писателя, продолжающееся по настоящий день.


3. Вы тяжело раскачиваетесь, чтобы что-нибудь написать?

Когда как. Всё зависит от настроения, улыбки музы и загрузки другими делами. Иногда двадцать страниц текста могут легко вылететь за один вечер, а потом на десять строчек уйдёт целая неделя. Иногда текст просто перестаёт писаться, ибо к нему не лежит душа. Впрочем, это не означает его окончательной смерти — пройдёт время, и он снова глубоко затягивает меня. Просто не всегда есть возможность писать именно то, что хочется. Увы, работу и параллельные ей занятия тоже требуют времени и интеллектуальных сил.


4. Если у Вас вдруг что-то не клеится с произведением, как Вы поступаете?

Сначала я его откладываю, а затем начинаю вести редактуру. Прочитать текст ещё раз, выловить блох, добавить новых, перестроить кривые фразы, искривив их ещё больше. Затем вспоминается изначальный план, ибо любой мой текст начинается с продумывания от пролога до эпилога, пишется скелет и отдельные яркие сцены. Если и после такого текст не идёт, то он откладывается до лучших времён. Грешен, у меня хватает литературных незавершенок. Но мне хочется непременно исправиться.


5. Где вы черпаете идеи для своих произведений?

Порой в окружающем социуме. Пусть я и пишу фантастику, однако, любое произведение — это описание человеческой жизни и людского взаимодействия. Подкидывают идеи и другие авторы, книги которых я периодически читаю. Ещё меня иногда радуют друзья, рассказывая интересные придумки. Писать сами они вряд ли возьмутся, вот закинуть мне интересную тему, которую хочется красиво обыграть печатными словами — вполне.


6. Какое из своих произведений Вы считаете наиболее удачным?

Сложный критерий оценки. Удачным для чего? Для заработка? Тогда это то, что издано в бумаге. Для халявщиков с «Самиздата»? Смотрите оценки произведений и их количество на моей литературной странице. Взять критерий, что больше всего мне сейчас нравится самому? Во-первых, он нестабильный. Раньше мне больше нравилось одно, теперь другое. Сейчас нравится именно то, что я пишу — цикл под названием «Сталкер-2». Хотя и цикл «Власть Цифры» весьма неплох, я пару раз его сам перечитал с превеликим удовольствием. Впрочем, скажу банальность — самое удачное произведение ещё только задумывается. Такое вот моё писательское кредо.


7. Можете ли вы в одно время писать несколько вещей?

Да. Порой так и поступаю. Помогает переключаться с одного на другое, дабы сюжеты не опротивели. Но выкладываю обычно только что-то одно.


8. Есть ли среди Ваших творений такие, за которые Вам стыдно?

Стыдно? Нет. Есть текст под названием «Третий шанс» в стиле альтернативной истории. Тема вообще спорная и прямо говоря — сильно затасканная. И, признаться — произведение получилось достаточно слабым, хотя сюжетно насыщенным и вполне динамичным. Просто в какой-то момент оно перестало радовать меня, да и работать над продолжением сюжета стало лень. Я убрал его, хотя желающие прочитать вполне могут найти его в сети. Пираты всё быстро растаскивают.


9. Как Вы считаете, что важнее всего в литературе?

Как это ни странно — главное это движение. Новые книги, новые авторы, новые читатели. Литература — это особая живая субкультура человеческого сообщества.


10. Кого из писателей или поэтов вы считаете достойным уважения?

У меня весьма пристрастный и тенденциозный взгляд, если говорить об отдельных личностях и даже целых направлениях литературы. И, тем не менее, я считаю достойными уважения всех писателей, кто тратит немало личного времени и сил для того, чтобы порадовать массы читателей. Пусть они и порой пишут откровенную пургу, но уже сама их настойчивость вызывает моё уважение. К кому-то больше, к кому-то меньшее. Ещё больше моего уважения заслуживают развивающиеся писатели, произведения которых от книги к книге становятся всё лучше и интереснее. Таковых, к сожалению, совсем мало.


11. Что Вы считаете самым трудным в жизни?

Как психолог, я легко выдам набор типичных психологических защит, однако скажу лишь о том, что, так или иначе, иногда затрагивает меня. Самое сложное — это принятие своей неправоты, ограниченности в чём-либо и признание реальной ответственности за сказанное или не сказанное вовремя слово. Принятие себя таким как есть и понимание, что ничего принципиально изменить в себе быстро не удастся. Да и вообще вряд ли удастся.


12. Что Вам дает творчество? Вы чем-то жертвуете ради него?

Жертвую, как это ни странно — временем и деньгами. То есть тот ресурс, который тратится мною на творчество, мог принести значительную материальную выгоду. И раз я его всё же трачу именно на творчество… Есть у меня такое верование — каждый действительно разумный индивид должен принести миру хоть какую-то значимую пользу. Посадить дерево, построить дом и вырастить сына способен любой малограмотный сельский житель. А вот написать книгу, которую будут добровольно и с большим желанием читать множество людей — это настоящее достижение для современного горожанина. И пусть писателю порой достанется лишь чувство собственной значимости, оно позволит ему идти по жизни с высоко поднятой головой.


13. Над чем Вы работаете сейчас? Каковы дальнейшие творческие планы?

Сейчас в работе завершение финальной книги цикла «Сталкер-2» и ещё одно произведение, пока сокрытое от глаз широкой общественности. А планы… вот, хочется завершить несколько старых недостроев. Цикл «Алхимик», финальная книга и ещё «Полосатый» цикл. Вот после них и подумаю, куда дальше копать.


14. Ощущаете ли Вы принципиальную разницу между женской и мужской литературой?

Естественно. Вообще мышление мужчин и женщин сильно разное. Это банальная физиология. Признаться — мне трудно переваривать женскую литературу.


15. Не кажется ли Вам, что нынешнее засилье женского фэнтези, иронических детективов, лит-RPG, фанфиков и «попаданцев» убивает серьезную литературу?

А что вообще можно назвать «серьёзной литературой»? «Войну и Мир» Толстого или «Большую Советскую Энциклопедию»? Может — «Полное собрание сочинений» Владимира Ильича Ленина? Если так — то да. Массовому читателю же нужны не «высокие смыслы», а банальные эмоции, которыми так и брызжут упомянутые вами жанры. Читательский и писательский интерес определяют доступные именно СЕЙЧАС смыслы и сюжеты. Даже хорошие «классические» произведения девятнадцатого и двадцатого века уже не цепляют, хотя тот же Салтыков-Щедрин порой выглядит пугающе современно. С моей колокольни — любой жанр это всего лишь банальная обёртка, куда автор заворачивает интересный сюжет о людях и их взаимоотношениях. С развитием и изменением общества меняются и популярные жанры. Это нормально. А на всякую «классику» найдётся свой читатель.


16. Сериальность это благо или вред для автора?

Кому как. Сериальность загоняет автора в ограниченные рамки. Заставляет тащить тяжелую вагонетку надоевшего сюжета, которую так хочется бросить. И многие бросают. Но полноценно раскрыть большую тему в одной книге… лично для меня это чертовски сложно.


17. Отличается ли по-Вашему увлекательная книга от «чтива»?

Умозрительная категория. Хотя тут можно действительно разделить. «Чтиво» — эмоции в чистом виде и больше ничего. Прочитал, порадовался, и забыл. А «увлекательная книга» может заставить читателя о чём-то серьёзно задуматься, а порой и изменить что-то в своей жизни.


18. Что пожелаете своим коллегам по перу?

Регулярности и постоянства в творчестве.


19. Если бы Вы могли выбирать, в мире какого из своих произведений жить, что Вы выбрали бы?

А пройти по нескольким вариантам никак? А ведь так хочется…


20. Если бы кто-то взялся писать фанфик к какой-либо из Ваших книг, как бы Вы к этому отнеслись?

Позитивно. Независимо от того, кто и как возьмётся писать. Ибо тем самым он продолжит литературное движение.


21. А если бы Вам предложили экранизацию Вашей книги, но какой-то одной, то какую бы Вы выбрали?

Под экранизацию проще написать что-то новое. Фишка в том, что в моих книгах много размышлений главного и второстепенных героев, которые экран не передаст. Выкинуть их — значит, многое потерять от книги. Киносценарии же пишутся совершенно иначе и вообще на Западе есть особый литературный стиль, основанный именно на сценарном подходе. Я умею так писать, но, признаться — мне этот стиль не особо импонирует. Если же выбор из уже написанного, то, пожалуй, цикл «Алхимик» вполне экранизируется после небольшой обработки части сцен.


22. Какого своего героя Вы бы хотели сыграть в экранизации? И почему?

Сыграть? Нет, сыграть героя я категорически не хочу. Хочу героя прожить, но проживание вряд ли красиво ляжет на видеоряд.


23. Хотелось бы Вам написать книгу в соавторстве? Если да, то с кем?

Хотелось, но только с тем, кто захочет реально вложиться в совместное произведение. Да, я вполне могу взяться за обучение упорного новичка писательскому ремеслу, благо обучение — одна из моих профессиональных тем. Но с соавторами мне пока не особо везёт, хотя кое-кто и пытался присоединиться. Отваливались после разговоров о том, какова эта совместная работа над сложным текстом.


24. Какие концовки книг у вас любимые?

Условные хеппиэнды с намёком на возможное продолжение сюжета или заставляющие задуматься над тем, как дальше мог бы развиваться сюжет.


25. Снятся ли вам персонажи Ваших книг?

Раньше было. Собственно — первое произведение как раз и написано по мотивам одного длинного сна. Сейчас же — нет. Хотя я могу вполне заказать себе «осознанный сон» по любому сюжету. Но такая практика показала низкую эффективность именно для последующего написания.


26. Возникает ли у Вас желание переписать какое-то из своих произведений?

Ну, просто неодолимое желание, когда я открываю старые тексты. Старый стиль, Построение фраз и сюжетные ходы… короче — я стараюсь их просто не открывать.


27. Хотя, по словам классика, «голодать русские писатели привыкли» ©, все же задам вопрос: способен ли писатель прокормиться в нынешних реалиях своим творчеством?

Только после капитальной внешней раскрутки. Или удачно попав в какую-либо издательскую серию, сумев создать себе громкое имя, после чего тиражи всех его книг резко скакнут вверх. И да — чудеса возможны. Читательский интерес весьма забавное нестабильное явление, особенно материально подкреплённый читательский интерес. Или вариант с написанием англоязычных текстов. Там вполне можно выйти на устойчивый приток авторских отчислений с того же «Амазона».


28. Что можете сказать насчет участия в различных конкурсах? стоит ли этим заниматься или это лишь бесполезная потеря времени?

Кому как. Лично я пока от всех конкурсов держусь в стороне. Мне нравится писать то, что я сам пишу. Но я не загадываюсь наперед. Вдруг случайно подвернётся конкурс с интересной мне темой, под который в голове уже есть заготовка сюжета.


29. Есть ли, по-Вашему мнению, смысл в различных тренингах для писателей, мастер-классах от корифеев жанра?

Только новичкам. Фишка в том, что реально полезный мастер класс — это как раз продолжительное соавторство. Но, если кому-то захочется пройти серьёзный тренинг по теме — я готов его рассчитать и даже провести. И даже гарантировать определённый позитивный эффект по результату тренинга. Вряд ли корифеи в литературе являются ещё и профессионалами в деле передачи знаний и практического опыта. С коммерческими предложениями обращаться сами знаете куда.


30. Как Вы видите свое личное писательское будущее? Скажем так, какой вершины в писательстве планируете достичь?

Я не строю таких планов. Я пишу, как живу, как живу — так пишу. Творчество составная часть моей жизни. Потому я планирую лишь продолжать в том же духе и дальше.


31. Чего больше в писательском успехе: упорного труда или таланта?

На голом таланте без упорного труда далеко не уйдёшь. Но без таланта будешь заниматься написанием рекламных текстов для интернета за прайс скромный. Как-то так.


32. Какова, по-Вашему, формула удачной книги?

Попасть в тренд массового читательского интереса, во многом связанный с актуальными на текущий момент процессами в обществе, известными фильмами и литературными произведениями других популярных авторов. Тогда книга принесёт автору несомненную удачу. А ведь можно попасть лишь на одного читателя или читательницу, и личная жизнь автора удачно изменится до полной неузнаваемости.


33. Вы не против того, чтобы Ваше интервью было включено в готовящийся сборник интервью?

Нет. Если посчитаете его интересным — поступайте, как хотите.


34. Вы не против того, что Ваше интервью будет фактически коммерчески использоваться в сборнике, а Вы не получите за это ничего, кроме рекламы?

Тоже нет.


Моё фото секретно. А писательская страница с актуальными произведениями живёт по адресу:

http://samlib.ru/a/abwow_a_s/

Буридамов Сергей

— Расскажите о себе. Чем Вы занимаетесь, чем увлекаетесь?

Я преподаю в одном из московских вузов. Подобного рода работа, как правило, определяет круг интересов. Исключением я не стал. Львиную долю моего времени занимает написание докторской диссертации по истории. Остальное время — семья, кино и другие простые человеческие радости.


2. Как давно Вы пишете?

Первый свой рассказ я написал в 7-летнем возрасте. Второй — в 32 года. Как видите, я совсем не тороплюсь. Последний свой рассказ я написал два года назад.


3. Почему Вы вдруг начали писать? О чем было самое первое произведение, которое Вы написали?

Почему?.. Наверное, всему виной — «писательский зуд», с которым знакомы миллионы людей по всему миру. Наступает момент, когда ты садишься и пишешь. Можно оттягивать, сопротивляться, но это всё равно происходит.


4. Вы тяжело раскачиваетесь, чтобы что-нибудь написать?

В последние годы стало популярным приводить в пример Стивена Кинга с его обязательными тридцатью страницами в день. Но среди моих знакомых из пишущей братии таких трудоголиков не наблюдается. Мы все «раскачиваемся», прежде чем выдать текст. Да, это было бы великолепно — сесть и сходу набросать тридцать страниц. И такое даже бывает… жаль, что очень редко. Когда я писал «Чужие камни Ноккельбора», меня и правда захлестывал азарт многочасовой работы. Я сопереживал своему герою Векше настолько, что тратил уйму времени, чтобы завести его в сложную, диалектическую ситуацию. Потом ломал голову над тем, как вывести его с наименьшими потерями. А бывало, что небольшой рассказ занимал у меня недели только потому, что азарт отступал. Приходилось с трудом, через «не хочу» двигаться дальше.


5. Если у Вас вдруг что-то не клеится с произведением, как Вы поступаете?

Делаю перерыв. Или бросаю писать. Я убежден, что наше творческое Я, обитающее в подсознании, само успешно решает: нужно ли заканчивать рассказ или же к чёрту его!


6. Где вы черпаете идеи для своих произведений?

Да где только не черпаю… Что-то приснилось, что-то пришло в виде вспышки-идеи во время просмотра фильма или чтения. Идея рассказа «Сега МегаДрайв» пришла ко мне во время поездки в Подмосковье. Я ехал в электричке, смотрел в окно на проплывающие пейзажи. Брошенные старые дома, арматура, торчащая из деревьев… И постепенно сформировался сюжет рассказа. Словом, держим разум открытым, а уж идеи (особенно, для хоррора) проникнут в него сами.


7. Какое из своих произведений Вы считаете наиболее удачным?

Не совсем понятно, как понимать формулирову «удачные». Судьба произведений? Или моё личное отношение? Мне лично очень нравятся роман «Чужие камни Ноккельбора» и рассказ «Злая судьба полковника Давыдова». Однако самыми успешными считаю «Двужильных», занявших третье место в конкурсе «Пролёт фантазии» в 2016-м году, и рассказ «Шесть порций», понравившийся читателям журнала «Redrum» и собравший огромное количество прослушиваний в своих аудио-версиях в Сети.


8. Можете ли вы в одно время писать несколько вещей?

Да, почему бы и нет. Мне приходилось так делать. Конечно, шесть рассказов и три романа одновременно вы вести вряд ли сможете, однако два — легко. Слава Богу, наш мозг является довольно гибкой системой и умеет быстро переключаться между разными сюжетными парадигмами.


9. Есть ли среди Ваших творений такие, за которые Вам стыдно?

Стыдно перед кем? Перед собой? Точно нет… Перед читателем? Сложно ответить. Я могу предположить, что мне может быть несколько неудобно из-за нарушения сроков и срыва дедлайнов, оговоренных с редактором или издателем. Но за творческий акт стыдно быть не должно. Я в этом уверен.


10. Как Вы считаете, что важнее всего в литературе?

Свобода самовыражения. Без свободы не может быть литературы. И, конечно, оригинальность идеи. Вот оно и есть — самое сложное и самое важное. Мне приходилось читать много добротных рассказов, стилистически и сюжетно выверенных, но являющихся при этом вторичным продуктом. Фанфиком. Худшее, что с вами как с писателем может произойти — это шаблон. Лучше описать бред и галлюцинации, нежели выстроить произведение по затасканному сюжетному шаблону.


11. Кого из писателей или поэтов вы считаете достойным уважения?

Я считаю, что любая творческая единица достойна уважения за сам факт своей духовной активности.


12. Что Вы считаете самым трудным в жизни?

Придумать для рассказа монстра, который бы пугал.


13. Что Вам дает творчество?

Творчество позволяет ощутить свою особость, «самость». Скорее всего, именно ради этого люди начинают творить.


14. Вы чем-то жертвуете ради творчества?

Приходиться жертвовать временем. Это основная проблема всех авторов, с которыми мне приходилось общаться. У всех — работа, семья, иные увлечения. Выгадать время на творчество не всегда удаётся.


15. Над чем Вы работаете сейчас? Каковы дальнейшие творческие планы?

В настоящее время я взял творческий отпуск. Однако в ближайшей перспективе планирую закончить роман в жанре «хоррор» и поучаствовать в паре-другой литературных конкурсов. Идей много, желания — тоже, однако со временем, к сожалению, всё непросто.


16. Ощущаете ли Вы принципиальную разницу между женской и мужской литературой?

Пусть меня закидают камнями, но очень часто можно угадать пол автора. В большинстве случаев, это удаётся сделать в фэнтези и хорроре, в меньшей степени — научной фантастике или космической опере. Конечно, есть исключения. Например, один из моих любимых авторов отечественного хоррора Ольга Рейн, чей стиль — холодный и жесткий — принципиально несводим к каким-либо гендерным особенностям.


17. Не кажется ли Вам, что нынешнее засилье женского фэнтези, иронических детективов, лит-RPG, фанфиков и «попаданцев» убивает серьезную литературу?

«Серьезную литературу» уже давно убила сама «серьезная литература». Своей серьёзностью. Пространство языковых форм меняется. В эпоху постмодерна вообще глупо писать что-либо полностью серьезное, преисполненное пафоса.

Что касается женского фэнтези, ироничных детективов и всего остального, перечисленного вами, то ничего страшного в этих поджанрах нет. Высокая кухня никогда не будет конкурировать с фаст-фудом. Кто сказал, что гурману от литературы нельзя сделать небольшой отпуск и «сожрать» что-нибудь «полуфабрикатное»? А вот скатывание крупных отечественных издательств и учреждённых ими конкурсов в пошлую коммерциализацию меня действительно печалит. Приведу пример: в прошлом году фантастом года была объявлена Елена Звёздная. Елена. Звёздная. Комментарии здесь излишни.


18. Сериальность это благо или вред для автора?

Не знаю, что ответить.


19. Отличается ли, по-Вашему, увлекательная книга от «чтива»?

Сложный вопрос. Давайте разбираться. Увлекательная книга — это книга, которую интересно читать. «Чтиво» — это «низкопробная» литература, написанная примитивный языком и состоящая из шаблонов. Может ли чтиво быть увлекательным? Предполагаю, что для кого-то — вполне.


20. Что пожелаете своим коллегам по перу (клавиатуре, карандашу — нужное подчеркнуть)?

Своим коллегам я могу и хочу пожелать крепкого здоровья, отличных и оригинальных идей для рассказов, а также — развития отечественного издательского дела. Желаю вам много печататься и издаваться!


21. Если бы Вы могли выбирать, в мире какого из своих произведений жить, что Вы выбрали бы?

При условии того, что пишу я, в основном, хоррор в тех или иных его формах, то вряд ли готов ответить на ваш вопрос. Впрочем, я бы не отказался побывать в мире «Чужих камней Ноккельбора»… до геноцида людей, само собой.


22. Если бы кто-то взялся писать фанфик к какой-либо из Ваших книг, как бы Вы к этому отнеслись?

Я бы отнёсся к этому с плохо скрываемым восторгом. Если к твоему произведению пишут фанфик — значит, твои миры серьёзно волнуют читателя. Кто бы отказался встать в один ряд с Джоан Роулинг, Стивеном Кингом, Андреем Крузом или братьями Стругацкими?


23. А если бы Вам предложили экранизацию Вашей книги, но какой-то одной, то какую бы Вы выбрали?

На полнометражный фильм (и даже — сериал) неплохо подошёл бы роман «Чужие камни Ноккельбора».


24. Какого своего героя Вы бы хотели сыграть в экранизации? И почему?

Да, пожалуй, никого. Даже не думал никогда о подобном.


25. Хотелось бы Вам написать книгу в соавторстве? Если да, то с кем?

У меня уже был опыт соавторства. Не скажу, что мне понравилось, хотя определенные преимущества такой формат работы даёт. Что касается «с кем», то какого-то конкретного имени я не хотел бы называть.


26. Какие концовки книг у вас любимые?

Мне очень нравится, когда концовка — а) неожиданная, б) циничная, в) без намёков на продолжение. Словом, концовка должна ошарашивать, ошеломлять, но обязательно ставить точку.


27. Снятся ли вам персонажи Ваших книг?

Нет, никогда. И я этому рад.


28. Возникает ли у Вас желание переписать какое-то из своих произведений?

Нет. Я стараюсь доводить до читателя только такой сюжет, в логичности и продуманности которого я полностью уверен. Если не уверен, лучше не пытаться.


29. Хотя, по словам классика, «голодать русские писатели привыкли» ©, все же задам вопрос: способен ли писатель прокормиться в нынешних реалиях своим творчеством?

Насколько я знаю, в России чуть больше десятка писателей, полностью содержащих себя продуктами своего творчества. Реалии книгоиздательского дела таковы, что большинство авторов творят и реализуют свои произведения на просторах Сети. И большая часть авторов прекрасно понимает, что монетизировать своё творчество при нынешнем положении дел у них не удастся. Напечатать книгу и выпустить её хотя бы небольшим тиражом — уже огромное достижение даже для признанных мастеров пера.


30. Что можете сказать насчет участия в различных конкурсах? Стоит ли этим заниматься или это лишь бесполезная потеря времени?

Могу сказать только одно: если вы хотите, чтобы ваши рассказы (про крупную форму я вообще молчу) читал хоть кто-то, кроме ваших друзей и близких, участвуйте в конкурсах. В самых разных — начиная от небольших, внутрипортальных, и заканчивая конкурсами федерального масштаба. Благо последних — очень много. Литературный конкурс — это единственный путь для начинающего автора довести до потенциального читателя произведение, познакомиться с писательской средой, увидеть, как надо писать и как не надо писать, и, что самое главное, обратить на себя внимание представителей издательских домов. Конкурс — это наше всё!


31. Есть ли, по Вашему мнению, смысл в различных тренингах для писателей, мастер-классах от корифеев жанра?

Да, конечно. Прежде всего, необходимо как можно больше уделять внимание тренингам по стилистике текста. Вы удивитесь, сколько «подводных камней» и ловушек в виде стилистических ошибок и недочётов ждёт вас в пространстве вашего же рассказа! Мой опыт подсказывает, что даже отличную идею можно испортить некачественно составленным текстом.


32. Как Вы видите свое личное писательское будущее? Скажем так, какой вершины в писательстве планируете достичь?

Каких-либо амбициозных задача я никогда не ставил. И я не лукавлю, так как мои жизненные приоритеты лежат в сфере научной деятельности.


33. Чего больше в писательском успехе: упорного труда или таланта?

Безусловно, таланта. Однако талант без усилий подобен ружью без патронов. Вроде выглядит устрашающе, а стрелять нечем.


34. Вы не против того, чтобы Ваше интервью было включено в готовящийся сборник интервью?

Без проблем.


35. Вы не против того, что Ваше интервью будет фактически коммерчески использоваться в сборнике, а Вы не получите за это ничего, кроме рекламы?

Согласен.


Ссылки на творчество — http://www.proza.ru/avtor/buridamovhttps://ridero.ru/books/chuzhie_kamni_nokkelbora/


Остальное можно погуглить.

Талани Кросс

1. Расскажите о себе. Чем Вы занимаетесь, чем увлекаетесь?

Пишу, рисую, веду вместе с Робином Штенье ютуб-канал «Непыльная полка».


2. Почему Вы вдруг начали писать? О чем было самое первое произведение, которое Вы написали?

Первое произведение было написано в детском саду. Это была сказка про зайчика с белочкой и включала авторские иллюстрации. Это был шедевр!

А если серьезно, то первое произведение — мой постапокалиптический роман «До и После». Писать начала, потому что герои сами нагрянули. Кто-то робко и тихо что-то рассказывал, кто-то распахнул дверь с ноги и с воплями: «Я тебе сейчас такое про зомбарей рассказу, закачаешься!» уселся в кресло, начал вещать. А мне только и нужно было успевать все записывать. Потом пришлось увязывать эти истории в единый сюжет, рисовать схемы и планы. И вот, спустя множество бессонных ночей, черновик романа готов.


3. Вы тяжело раскачиваетесь, чтобы что-нибудь написать?

Иногда да. Бывает, что слова не идут, и требуется настроиться, перечитать предыдущие главы, чтобы поймать атмосферу и влезть в шкуру героя. Проблема в том, что у меня персонажей довольно много. У каждого свой характер, свои привычки, цели, манера общаться. К тому же, в каждой отдельной сцене определенное настроение. Иногда приходится сначала подстроиться под все условия, войти в резонанс, а потом уже писать. Но бывает и так, что сажусь, и слова бегут сами, только успевай записывать.


4. Если у Вас вдруг что-то не клеится с произведением, как Вы поступаете?

Если появляется, чувствую, что не могу пока вытянуть какой-то сюжетный поворот (если идея витает рядом, но не дается), я откладываю роман, чтобы отлежался, или просто переключаюсь на другую главу. На ту, которую могу вытянуть в данный момент. Просто мне кажется, всему нужно вызреть. Если пытать описать то, что еще не настоялось как следует, то глава получится сухой и безжизненной.


5. Где вы черпаете идеи для своих произведений?

Я бы не сказала, что у меня есть кой-то конкретный источник. Обычно я смотрю что-то соответствующее атмосфере того, что я пишу. Это могут быть фильмы, сериалы, рисунки. То же самое с книгами и музыкой. Никогда наверняка не знаю, что сработает. Идеи они такие, своевольные. Приходят, когда захотят. Иногда за мытьем посуды может родиться что-то прекрасное. Иногда на прогулке. Главное, вовремя схватиться за ручку.


6. Можете ли вы в одно время писать несколько вещей?

Могу, но это сложно. Как я уже говорила, в моем сольном романе много персонажей. Мне иногда хочется сравнить свою голову с коммунальной квартирой. В ней поселилось множество персонажей, и каждый неслабо так обжился, пустил корни.

Когда мы решили соавторствовать с Робином Штенье (мы пишем роман «Демон Максвелла»), то я поняла, что в коммунальной квартире жильцов добавилось и это начало превращаться в балаган. Приходилось приструнивать одних и тянуть на свет других. Поэтому сейчас соавторский проект отложен. Мы решили сосредоточиться на своих сольных романах, а потом уже вернуться к соавторству.


7. «Демон Максвелла»? Я вроде уже встречал книгу с таким названием? Вас это не смущает?

У нас это скорее название цикла, а не книги. Первая часть называется «Творцы». Об остальных частях пока ничего не скажу. Это слишком долгосрочные планы.


8. Кого из писателей или поэтов вы считаете достойным уважения?

Я обычно не берусь судить, кто чего достоин. Могу сказать только, кто из авторов нравится лично мне. Очень люблю, например, творчество Стивена Кинга. Его книги атмосферны, а герои правдоподобны. Я им почти всегда верю. А к тем, кому верю — привязываюсь.


9. Что Вам дает творчество? Вы чем-то жертвуете ради него?

Жертвую временем. И нередко общением с друзьями, за что они на меня иногда обижаются. Но никуда не деться, если в голове сидит история и требует, чтобы ее немедленно записали.


10. Над чем Вы работаете сейчас? Каковы дальнейшие творческие планы?

Сейчас редактирую черновик «Миражей» (второй части романа «До и После»). Дальше заглядывать пока не хочу. Идей много, планов тоже. Осталось расставить приоритеты.


11. Сериальность это благо или вред для автора?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 54
печатная A5
от 509