электронная
80
18+
Брошенные

Бесплатный фрагмент - Брошенные

Объем:
230 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-3577-2

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Вступление

25 июня 2005 г. Суббота.

В жуткой и душной школьной столовой из колонок лилась громкая музыка, от которой нестерпимо закладывало уши. Тайно подвыпившие выпускники уже вовсю приставали к своим подругам, в дорогих платьях, купленных родителями, ради банального показа собственного благосостояния. Повсюду царило ощущение бесконечного веселья, и в крови вчерашних старшеклассников надежда на новую жизнь плескалась вперемешку с алкоголем. Мужской туалет был занят и, судя по доносящимся звукам, на долго, от чего парню пришлось идти в женский, но сейчас, это уже было неважно. Рванув за ручку и распахнув дверь, ему под ноги выкатился густой табачный дым, словно туман из фильма ужасов. Выпустив его, он зашёл в полутемное помещение с забавной табличкой на стене с перечеркнутой сигаретой, и от её вида на лице выпускника просияла кривая ухмылка. В туалете тусклым желтым светом горела единственная лампочка, торчащая из ржавых остатков плафона, до замены которого никак не доходили собранные на ремонт деньги. Зажигалка в руках парня издала звонкий щелчок, выпуская на волю слабое пламя. От красного уголька сигареты потянулся серо белый дымок, тут же растворяясь в местной «атмосфере». На языке выпускника появился кисловатый привкус никотина, и сбросив пепел в доверху забитую окурками раковину, он посмотрелся в зеркало. В отражении, посреди грязного полумрака, на него смотрел высокий, худой семнадцатилетний парень, чьи красные глаза слезились от густого дыма. Гул басов стих и ди-джей объявил медленный танец, зазвучала приглушенная грустная музыка, и бывшему школьнику стало как никогда страшно, от того, что теперь придется принимать решения самому, в этом сумасшедшем мире.

Сигарета медленно тлела в его пальцах, пока он все еще смотрел сам себе в глаза обещая достигнуть чего-то большего, чем это серая толпа за дверью, о которой через год в его памяти останутся лишь мутные очертания. За дверью раздался восторженный рев голосов, сменившийся громким стуком каблуков, все двинулись посмотреть на салют, что обещал перебудить всех жителей в округе. Разбавленный спирт, принесенный его одноклассником, туманил сознание, но не мог затуманить одну яркую мысль: он во что бы то ни стало поступит на «Журфак». В его голове кружила буря смятенья, все превратилось в адреналиновый взрыв, на смену которому пришло ледяное спокойствие с ноткой страха от будущей неизвестности. Выпускник затушил сигарету в импровизированный урне, и покинул каменный мешок, насквозь пропитанный табаком и хлоркой, еще до конца не осознавая, сколько всего интересного ему принесет это его первое полностью самостоятельное решение в жизни…

Часть первая

Глава I

25 июня. Понедельник.

Темный, длинный, сырой коридор, конца которому не было видно, и только луч фонарика спасительной искрой выхватывал из темноты пустые дверные проемы, в стенах облицованных кафелем. Алексей стоял в холодном поту, отчаянно пытаясь сориентироваться, в этом помещении.

— Морг — подумал он.

Будто молния ударила в него, когда за его спиной раздался глухой хрип, он резко обернулся, направляя дрожащей рукой фонарь в сторону звука, но в глаза ему ударил резкий свет. Леша рванулся в сторону спасительного света, но в этот момент за спиной из темноты разжался усталый болезненный голос, слов которого, было не разобрать…

Динамик мобильного телефона громко запищал, обрывая очередной кошмар, оповещая, своего спящего владельца о том, что пора просыпаться, и он, хоть и не сразу, но сделал это, по обыкновению не придав никакого внимания очередному дурному сну, который к обеду уже забудется.

Тяжелое утро понедельника, которое по своей природе и так безрадостное, отдавалось колокольным звоном в висках молодого человека, а во рту обосновался несанкционированный кошачий туалет. От всего этого создавалось ощущение пробуждения после нескольких дней собственной клинической смерти. Солнце веселым летним лучом пробивалось сквозь пыльное окно, украшенное пожелтевшими шторами, на древней гардине времен Ивана Грозного, освещая собой холостятскую квартиру. В ней висела атмосфера одинокого веселья, в виде запаха пива, табачной вони и останков «закуски». При попытке найти источник звука, худая рука парня смахнула мобильник с затертой, потрескавшейся тумбочки куда вниз, и тот ударился об пол с глухим звуком, ознаменовав начала «Доброго утра». Диван скрипнул уставшими пружинами, и на липкий от разлитого пива пол, опустились волосатые мужские ноги. Мобильник стих, не дождавшись реакции владельца, и перенёс свою звуковую казнь, еще на пару минут.

Найдя сотовый телефон между ножек тумбы, он отключил будильник, после чего двинулся к кухонному столу, который располагался в противоположном углу комнаты. Алексей медленно шёл в заданном направлении, а под его ногами поскрипывал пол, нарушая скучную тишину жилища. Подойдя к единственному окну и нащупав ручку, покрытую вековыми слоями краски, Алексей дернул ее, что есть силы, рама хрустнула, от чего стекло в ней задрожало, открыв доступ бодрящему утреннему холодку. Маленькая квартирка начала наполняться свежим утренним воздухом. С улицы доносилось щебетания птиц, а на мусорных контейнерах, громко каркая, выясняли отношения пара грачей. Мир за окном казался ему, каким-то сказочным, нереальным, от чего он ощущал себя словно узник темницы, наблюдающим за проходящей мимо него жизнью сквозь решетку, обрывающую свет, оставляя за его спиной лишь холодную тьму камеры. Кислород поступил в мозг, ослабевая похмельную, звенящую хватку. Леша сел на табуретку и окинул взглядом свою квартиру, напомнившую ему пару минут назад тюрьму, а затем включил чайник. Каждое движение давалось ему с трудом, отдаваясь ноющей болью, где то глубоко в мозгу. Достав из груды звенящей в раковине посуды любимую кружку, парень сыпанул, почерневшей ложкой, порцию растворимого кофе и залил ее кипятком. Сделав глоток получившегося напитка в его голове сквозь боль начал прорываться голос разума несущий с собой здравые аргументы вперемешку с чувством вины.

— Ну ты и дурак — закрутилась типичная для него мысль.

Допив кофе и поставив чашку на стол, парень машинально переместился в ванную, хотя, это слишком громко звучало для такого помещения. Оно выглядело скорее как декорации к дешевому фильму ужасов, а одиноко болтающаяся на беленом потолке лампочка 60 ватт, удачно завершала мрачный образ. Сегодня все звучало отголоском того выпускного дня, после которого радостные планы сменились разочарованием реальной действительности, только теперь он лишь молча смотрит на свое постаревшее отражение в зеркале, без каких либо надежд. Из открытого крана в раковину побежала струйка холодной воды, шипение которой перебивалось лишь хрустом тупого лезвия по крепкой щетине. Натянув на себя видавшие виды джинсы с футболкой, он надел носки, далеко не первой свежести, ему бы хотелось одеть чистые, но за неимением лучшего пришлось брать то что есть. В голове всплыло субботнее «очередное» обещание самому себе — навести порядок и устроить глобальную стирку, но решив перед этим подкрепиться словно Вини-Пух, при этом заменив мед на пиво, после которого его разум ушёл в глубокую спячку на все выходные. Прихватив ключи и телефон, Леша покинул квартиру, дверь за его спиной громко хлопнула, словно отрезав пути отступления. На тесной узкой лестничной площадке не было ни души, что не могло не радовать, ибо желание видеть, кого-либо сейчас отсутствовало напрочь, и парень понесся в низ, стуча ботинками по бетонной лестнице.

Глава II

Дверь подъезда широко распахнулась, и глаза Алексея закололо от яркого света сменившего полутьму, а его взору открылся небольшой дворик, что сейчас пустовал. В центре него располагалась простенькая детская площадка с горкой и песочницей, да пара деревянных лавочек для родителей, что присматривали за детьми. С правой стороны в тени древних, как сам дом, тополей находились покосившиеся сараи, забитые хламом, от которых противно несло кислым запахом древесной трухи. Преодолев двор своей угловой трехэтажки, что стояла на перекрестке, он вышел на остановку из ныне модного пластика, и нащупав рукой мелочь в кармане, Алексей начал выискивать взглядом нужную ему маршрутку. Дорога раскинувшееся перед ним уходила прямиком, в самый центр города, поэтому с номером автобуса ошибиться было нельзя «ведь он был тут один — единственный».

По улице бродил еще спящий народ, женщины красовались пестрыми платьями, а в воздухе кружил бодрящий аромат лета. Большинство мужиков выглядели после праздников именуемых выходными ничуть не лучше самого Леши, что давало ему легкое утешение, что ни один он такой. На остановке кроме него самого, стояла старушка, бубнящая что-то себе под нос, на которую он не обращал никакого внимания, а на противоположной стороне улицы, у дверей магазина, терся в ожидании открытия опухший пьяница, в грязных синих шортах и красной майке. Мозг парня, как и его старый рабочий компьютер, начал медленно загружаться, от чего в сознании, начался тяжелый внутренний диалог с извечным русским вопросом «Кто виноват и что делать?». И если с первой его частью все было более менее понятно, то на вторую ответ никак не находился, а попытки вспомнить что же стало причиной такого срыва тормозов — ни к чему не приводили. Память упорно отказывалась работать, пытаясь сберечь его от ненужных подробностей. Сделав, все же, волевое усилие он напряг спящие извилины, но ничего кроме накатившего приступа боли так и не получил. По перекрестку пролетела синяя шестерка, подняв столб дорожной пыли, от которой Леша невольно чихнул, и в этот момент в его ушах раздался отвратительный кастрюльный треск глушителя «Газели», что натужно везла пассажиров. По взмаху руки, рыжее чудовище, покорно, со скрежетом тормозов остановилось рядом с ним. Открыв дверь «маршрутки» в нос Леши ударил знакомый по своей квартире запах, к которому словно в дополнение прибавился неприятный «блатняк», звучавший из хрипящей кассетной магнитолы. Залезая в позе «орла», в очень «удобный» дверной проем, и ловя на себе «добрые» взгляды едущих на работу граждан, он сел на потрепанное сиденье и запинаясь, проговорил:

— П-п-ередайте п-п-ожалуйста.

Пугаясь собственной дикции, парень протянул дрожащей рукой мелочь вперед, которая любезно отправилась по рукам к водителю. Рванувшись с места, чудовище понеслось, куда-то вперед, вжимая пассажиров в кресла.

«Да в такой тряске, либо лечить геморрой, либо тренировать космонавтов» — саркастически подумал про себя парень.

В кармане у него завибрировал телефон, не дав перевести дух, и по его телу пробежал холодный разряд, а в голове вновь воцарился болезненный звон.

— Это не к добру — сказал он сам себе холодным голосом, предвидя недоброе.

На монохромном дисплее, с желтой подсветкой, отразился знакомый абонент, который видимо, почувствовал неладное и решил прозвонить ненадежному сотруднику.

— Да Сергей Петрович, здравствуйте — пробормотал он, с тревогой на лице.

— Алексей, рад тебя слышать! Как здоровье? — спросил вежливый, сильный голос на том конце провода.

— Все прекрасно Сергей Петрович, на работу вот еду — ответил Алексей, пытаясь говорить четко, не смотря на головную боль и тряску.

— Смотри, я ведь тебя жду, ты же помнишь свою недавнею статью по статистике безработицы в нашем регионе? — и вежливость абонента перетекла в давление.

— Помню — с грустью в голосе ответил Леша.

— Я думаю особого желания попортить статистику став безработным, у тебя нет? — И на этом вопросе абонент бросил трубку, оставив Алексея в горьких раздумьях о его нелегкой судьбе.

Выпускной вечер был давно позади, но данные себе обещания остались при нем, и от их неисполненности на него накатил приступ тошноты, которые ему с трудом удалось подавить. Многие из тех, кто его так бесил в школьные или университетские годы, уже добились не малых высот, как ему казалось по их интернет страничкам, а он все еще топтался на месте, ненавидя свою жизнь. Алексей чувствовал себя загнанной лошадью, которая как ни бежала, всегда приходила последней, получая в конце ровным счетом ничего! Все что у него сейчас есть эта работа, и дрянная квартирка, больше тянувшая на карцер. Даже не смотря на то, что прошло уже семь лет, и за его плечами университет он все еще возвращался к тому дню, когда дал себе обещание. Тоннельное зрение парня уперлось в увиденные им факты, что он даже не удостоверился проверить, что так важно в его профессии. Не найдя лучшего решения, он пошёл по простому пути ставшему для него в последнее время единственным правильным. Почему то вспомнилась песня, услышанная давным-давно текст, которой гласил «Самый лучший вариант всем глаза залить», что он успешно делал на свою заработную плату, не пытаясь изыскать силы к переменам в лучшую сторону. Поток неприятных мыслей резко оборвался, превратившись в одно слово:

«Остановка!» — прозвучало в его мозгу, возвращая журналиста в реальность.

— Остановите! — крикнул он, во весь голос, взбодрив сонных пассажиров.

Вылетев пулей из машины, Алексей оказался прямо перед дверями серого здания в центре города. Газета, где он работал, располагалась на втором этаже под самой крышей, раскаленной сейчас, словно сковородка. Рванув с силой белую дверную ручку, он влетел в здание, и его тело окутала приятная прохлада, исходившая от толстых бетонных стен украшенных гипсовой плиткой с ракушками.

— Здравствуйте! — поздоровался он на автомате с вахтером, что сидел за хиленьким письменным столом у лестницы, и, не дожидаясь ответа, побежал дальше.

Леша влетел пулей в душный офис, по привычке не поздоровавшись ни с кем. Коллеги уже привыкшие к такому буднему зрелищу так же по привычке не обратили на него никакого внимания, продолжая монотонно, словно заводные игрушки стучать по клавишам. Успокаивая свое сердце после забега, он медленно пошёл к своему изрядно потертому столу, стоявшему напротив двери в кабинет шефа. Совершив привычный пинок по компьютеру, Алексей услышал вой куллеров, до отказа забитых пылью, и на экране громоздкого монитора засветилась загрузка операционной системы. К этому моменту его мозг уже полностью оживился, и был готов приняться за работу, в которой он находил свое душевное успокоение. Несмотря, на первый взгляд, на раздолбайское поведение, работу он не запускал, словно балансируя на лезвии ножа. Упав на свой скрипучий стул, Алексей тут же открыл не законченный документ, лежавший в центре рабочего стола. Клавиатура тут же загрохотала, как заводской пресс, и в окне текстового редактора закипела работа. В этот момент в душную редакцию из своего кабинета выплыл Сергей Петрович. Подтянутый и крепкий мужчина высокого роста лет сорока, в недорогом, но красивом сером пиджаке, он направился к Лешиному столу, словно акула, учуявшая раненную жертву. Заглянув через плечо, он с напряженным лицом рассматривал его пылкую, и не поддельную трудовую деятельность. Положив тяжелую ладонь на его плечо, начальник многозначительно улыбнулся. Алексей, дрогнув от испуга обернулся и, увидев улыбку начальства, тут же понял тонкий намёк.

— Повезло! — раздалось в голове журналиста.

Акула отвела взгляд, поплыв дальше по офису, а затем вовсе скрылась из виду, выйдя за дверь куда-то в глубины прохладного коридора. Сегодня ему как никогда не хотелось нарываться на приключения создаваемые им самим. Голова вновь начала болеть, и раскаркавшаяся за открытым окном ворона начала выводить его из себя, вся окружающая действительность стала ненавистной до предела, еще вот-вот и он взорвется от непонятной ему злости. С холодком по спине пробежала мысль, от которой Алексей так старательно убегал. Его поведение стало как у типичного алкоголика, что раздражался на пустом месте, ради того что бы потом был повод успокоить нервы «огненной водой». Зазвонивший в кармане телефон оборвал его мысли, не дав все продумать до конца.

Глава III

Мобильник непрерывно вибрировал от входящего вызова, а на экране высвечивался номер с пометкой «инкогнито». Леша посмотрел на дисплей и поставив аппарат на беззвучный режим, закинул его с гулким стуком в темную глубину ящика рабочего стола. Выместив злость на телефоне он хоть немного успокоился, ему дико хотелось курить, а во рту царила пустыня, организм бросало в озноб, и желая привести себя в норму журналист попытался сосредоточится хоть на чем то, но ему это не удавалось, текст расплывался а пальцы словно нарочно попадали не в те буквы. Решив, что пара глотков воды ему не помешает, он правился к фильтру, который оказался почти пуст, воспользовавшись моментом пока все заняты, журналист незаметно осушил кувшин и вернулся на рабочее место, удовлетворенный временным утолением жажды. С уходом шефа в офисе воцарилось привычное гудение, и малочисленный коллектив, преимущественно женский, эмоционально обсуждали аварию, что произошла на этих выходных.

Мерседес черный как осенняя ночь, не вписавшись в поворот, пропорол как торпеда старую «Баржу», и протащив пару метров, впечатал её в стену дома, в котором проживал Алексей. В его ушах и без того хватало лишнего шума, поэтому вся входящая информация кусками проваливалась куда-то в глубины мозга, теряясь в его темных закоулках навсегда. Входная дверь печально скрипнула. На пороге появился Сергей Петрович, и в поисках очередной жертвы снова проплыл по притихшей, редакции, после чего удалился в свой кабинет. Время плавно и медленно катилось к обеду, и солнце, достигнув зенита, поливало землю палящем светом, заставляя людей скрываться в тени. Свежий утренний воздух растаял, и ему на смену пришла духота, с запахом пота спрятанного за духами.

— А спонсорского кондиционера как не было, так и нет — прозвучало сварливо в голове Алексея.

Стрелки на циферблате, наконец-то, показали полдень, и все места опустели — как сберегательные книжки граждан в начале 90х. Вдоль стены располагался потрепанный письменный стол, на котором гордо возвышался чайник с микроволновкой, а в засаленной красной подставке для посуды, торчали как колья вечно немытые ножи, доставаемые по праздникам в виде принесенного на чей-нибудь день рождения торта. Женщины, скопившиеся возле него, задорно обсуждали насущные проблемы, попутно доставая припасенные заранее обеды из маленького улепленного магнитами холодильника, стоявшего под столом.

— Вот опять воды в фильтре нет! Леш мог бы и налить, ты тут не один работаешь! — раздался чей то голос, и Алексей решил сделать вид что это не он.

Среди пестрящих красками нарядов дам, выделялась одна старая дева в неком подобии черного балахона, чей поток нытья и морали никогда не иссякал, которая видимо и была недовольна пустым фильтром.

— Могла бы и сама сходить! — подумал он.

Алексей с остервенеем шарил по карманам своих джинс, в поисках денег на пищу богов, в виде пакетика с растворимым супом, и наскребя нужную сумму, отправился в знакомый киоск, который был в двух шагах от работы.

— Что ж мне спокойно не стиралось то, угораздило меня так напиться, ведь держался же! Лучше бы поехал на пляж, а не торчал дома как сыч — мысленно корил себя Алексей за свое нынешнее положение.

Стараясь не натыкаться на бегущих неизвестно куда людей, он все-таки дошёл до заветного ларька. Покупая себе обед Леша попутно смотрел горящими глазами на вожделенную бутылку минералки, изредка перебрасывая взгляд на сигареты, но стесненный в финансах в итоге ограничился обедом. Журналист вернулся обратно с изнывающей от жары улицы в офис весь покрытый капельками пота, а одежда на нем напоминала по жесткости наждачную бумагу, и натирала кожу, доводя его до истерики!

— Понедельник, и все словно против меня — с досадой подумал парень.

Достав из второго ящика стола кружку, когда-то белого цвета, Алексей заварил смесь, и в воздух поднялся знакомый химический аромат концентратов. Медленно сев на стул парень вытянул верхний ящик и нащупал в нем телефон. Судя по количеству вызовов тот, беспрерывно звонил почти до обеда. От этой ситуации ему стало как-то не по себе.

— Вроде никому, денег недолжен, ладно черт с ним, если надо и так найдут! — огрызнулся он в своих мыслях.

Над чашкой поднимался едва заметный пар, взяв ложку в руку, журналист уже приготовился есть, как боковым зрением заметил, что над мим повисла чья-то знакомая тень.

— Привет! — раздался веселый женский голосок.

— Привет — не поднимая глаз, недовольно пробубнил Алексей.

— Что-то ты какой-то сегодня, весь помятый — продолжил голос, пытаясь проявить сострадание, и привлечь внимание к своей персоне.

— Погладить забыли — ответил Леша тем же тоном.

Он поднял глаза, ожидая реакции на дешевую шутку, от которой даже ему было не смешно, и увидел, стоявшую рядом девушку, славянской внешности с кругленьким и милым лицом, на котором сияла добродушная улыбка. Просторная футболка с тропическим лесом скрывала ее пухленькое тело, от посторонних глаз, оставляя простор для фантазии. Реакции все же не последовало, и поэтому он решил перейти к сути.

— Так что хотела то? — холодно сказал он, и в этот момент и недр его брюха вырвался дракон изжоги, создав ему антураж полной свиньи.

— Аня, ау?! — продолжил он, раздражаясь от её молчания, и чувствуя себя дураком. Девушка вернулась в реальность, подавив неприязнь к произошедшему, и собрала мысли в одно предложение.

— Да я просто хотела спросить как твои дела — решив не продолжать бесполезный разговор, она повернулась и пошла к своему столу, заманчиво виляя бедрами.

Чувство вины в душе Алексея расцвело буйным цветом, и он начал жадно поглощать уже частично остывший обед, стараясь не вспоминать о своём неудачном опыте общения с женским полом. В его сердце уже хватало ржавых гнутых гвоздей, шляпки которых обрывались, если их неаккуратно тащить, и оставались там навсегда, от чего он старался, хотя бы, не добавлять новых ран. Возможно поэтому, Леша неосознанно отталкивал её, не смотря на то, что она ему безумно нравилась. Частенько в глубине души он ловил себя на вранье самому себе, пытаясь оправдать свое нынешнее состояние личной жизни, предыдущими неудачами. За дальним столом вновь разбурчалась «старая дева» неся какую-то раздражающую чушь о том, каким хорошим человек был её ныне покойный муж, и переводя внимание Леши со своих проблем на нее.

— Уж не ты ли ему сократила жизненный срок, своей болтовней! — пробурчал себе под нос Алексей.

Время неумолимо текло вперед, приближая конец рабочего дня, где-то за окном вдалеке тарахтел трактор, изредка воцарялось гудение женского коллектива, а клавиши стучали отбойным молотком в ушах журналиста. В скором времени природа сжалилась, и на улице подул легкий ветерок, а жаркое солнце постепенно скрылось за тучами. Работа продвигалась в заданном ритме, верстка статьи, и добавление рекламы были практически закончены. К трем часам остались последние штрихи перед отправкой шефу, который внезапно как ядерный гриб на ясном небе, вырос за плечом из неоткуда, не неся в своем появлении ничего хорошего. Алексей чуть дернулся, ощутив тяжелую руку начальства, у себя на плече, но оборачиваться не стал.

— Сергей Петрович, вы что-то хотели? — официально спросил он, успокаивая дыхание.

Шеф чуть помолчал, оценивая работу и многозначительно морща лоб, наконец прикинув рентабельность, выдал могучим басом:

— Ну, вот поэтому ты и не пополнил ряды безработных, пока — многозначительно сказал Сергей Петрович, опираясь крупным кулаком на стол, от чего хлипкая столешница начала едва слышно трещать.

Распрямившись, шеф дальше начальственно поплыл по офису, держа руки сцепленными за спиной. Лицо Алексея так и осталось в напряженном виде, а на лбу вновь проступили капельки пота. Богатое воображение рисовало ему красочную картину, как он опаздывает на работу, приходя поддатым, и дыша перегаром на шефа, пытается безуспешно оправдаться. Никчемные попытки адвокатской защиты в его исполнении, заканчиваются тем, что в лицо ему прилетает все тот же кулак руководства, и, придя в себя, последнее, что он увидит на этой работе, это приказ об его увольнении. В голове поплыли знакомые мысли с пылкими обещаниями, что именно в этот раз он точно все приведет в порядок, и заживет по новому, при этом сам прекрасно понимая, что не выполнит его.

Рабочий день подошёл к концу, и коллектив начал собираться домой. Сохранив плоды своего труда за день, Алексей выдвинулся к выходу, прихватив телефон из ящика стола. Вся одежда на нем липла к телу, источая неприятный запах, задумавшись о своем внешнем виде, парень на секунду отвлекся, и чуть не влетел с разгона лбом в стену. Увидев это, у Ани, шедшей позади, на лице появилась милая улыбка, а глаза заблестели, и с чуть слышным девичьим смехом она и выскользнула в коридор, пока он приходил в себя. Ударив со злости дверной косяк ладонью, он ухитрился добавить себе проблем в виде ноющей боли от ушиба. Спустившись вниз и попрощавшись с вахтой, Алексей вышел на улицу, потирая ладонь. Перед его глазами расстелилась усталая, после рабочего дня улица, люди вяло топали на остановку, что бы попасть домой, в надежде упасть там на любимый диван перед телевизором. Он пробежал по пешеходному переходу, и оказался на противоположной стороне оживленной улицы.

— Но если есть в кармане пачка сигарет… — мысленно пропел он, в желании покурить.

На остановке маячил разномастный народ, кто-то стоял, забываясь в собственных мыслях, а кто-то уже и в хмельном угаре. По небу ветер гнал синеватые тучи, которые грозились вот-вот обрушить на город ливневый шквал, и журналист поежился от потока холодного ветра. Но его внимание неожиданно привлек человек, что никак не вписывался в общею массу людей, одним простым фактом он стоял и улыбался, думая о чем-то своем и видимо был просто счастлив, на миг этот факт вызвал зависть у парня, и он тут же перевел взгляд. На служебной парковке, куда пал его взор, красовался намытый внедорожник шефа, что поблескивал серебристыми боками кузова.

— Работает мужик — сказал он себе под нос.

Алексей перевел взгляд с джипа на транспортный поток, где среди легковушек появилось синее пятно, с номером 78. Хрипя и вибрируя, перекошенная трудовыми буднями машина остановилась и, рванув с силой входную дверь, Леша начал протискиваться в тесный душный салон, где было лишь одно свободное место в самом хвосте. Передав деньги за проезд, и отвернувшись к окну, Алексей попытался перестроиться на позитивные мысли, поддаваясь такому модному течению как «позитивное мышление», что ставило запрет на жизненный негатив, но ему это слабо удавалось, и как в любой трезвый день проблемы навалились всей толпой. Прямая связь между дорогой и сиденьем лупила, откуда-то снизу, прямо по позвоночнику на каждой яме, и ноющая боль мгновенно растекалась по всему усталому телу, изредка перебивая его думы. На своей остановке Леша с радостью покинул транспортное средство, и, дойдя до края перекрестка, перешел дорогу в сторону своего дома. Сейчас ему очень не хотелось идти в пустую квартиру где его ждет лишь одиночество, и, решив прогуляться, проветрив мозги, он сделал пару десятков шагов обогнув угол дома, после чего оказался возле огромной вмятины в стене, которую наспех замазали цементом что уже успел дать трещину…

Глава IV

23 июня. Суббота.

На улице царил идеальный, летний выходной день, но синоптики обещали скорую смену погоды, и не в лучшую сторону. Город тут же встал на подъездах к пляжам, и многие сидящие в тесных железных «банках» люди пытались вкусить чарующий аромат лета, что пробивался сквозь выхлопные газы. Небольшая, тихая городская улочка, состоящая из милых желтых трехэтажек, еще сталинской постройки, опустела. Лишь на противоположной стороне, среди мирно стоявших небольших частных домиков, огражденных деревянными заборами, шумела бензокоса. А между жилыми секторами легла, серой змеёй, старая дорога, что сейчас ожидала своих гостей. Тишина и покой рухнули под злобным свистом, будто от падающей авиабомбы. Этим свистом оказалась турбина огромного, двенадцати цилиндрового монстра, который яростно пожирал бензин и воздух в огромном количестве. Грациозный, черный авто мчался по дороге, блики света весело играли в изгибах его кузова, и не смотря на окружающий машину шум, в салоне стояла библиотечная тишина. Великолепная приборная доска с красными стрелками информировала водителя обо всем необходимом, а спидометр показывал запредельную для города скорость. В мультимедийной установке была включена громкая связь, по которой шёл незамысловатый разговор:

— Да сейчас милая, я уже в пути — сказал молодой человек.

— Хорошо дорогой, жду тебя, целую и не задерживайся, а то я заскучаю! — ответил приятный женский голос на другом конце линии.

Сеанс связи закончился, и нога водителя надавила на педаль газа с еще большим усилием, вжимая её практически в пол, мотор на время притих, автомат послушно переключил скорость, после чего двигатель вновь взревел и автомобиль продолжил стремительно разгоняться. Подлетая к крутому повороту, владелец даже не думал сбрасывать скорость на пустой дороге, а знак сорок выглядел для всего лишь нелепой шуткой.

— Наверное для велосипедов — подумал водитель…

Из дворика дома выезжала старенькая изумрудная «Волга-ГАЗ 24», советская гордость из чистой стали, не уступающая по весу легкому танку, и получившая в народе за свою вальяжность кличку «баржа». Краска на ней давно поблекла, а салон местами протерся, но хром по-прежнему величественно блестел, отражая окружающий мир. Слабенькие фары тускло горели желтым цветом в ярком свете дня, а багажник был забит садовой утварью до предела. Старый нижнеклапанный мотор мирно урчал, и машина потихоньку подкатывалась к выезду со двора, шурша колесами на мелком гравии.

— Эх жаль ребятишки не поехали — раздалось в голове пожилого водителя — у них теперь есть этот, как его раз так… Вспомнил! Интырнет! И ведь охота сидеть в такую жару в тесной квартире, мать его, рассматривая всякую гадость на экране — рассуждал водитель сам с собой.

На вид нельзя было сказать, что у этого, полного сил мужика, уже есть внуки. Его крепкие руки сжимали тонкий руль, седые волосы были коротко подстрижены, а ровная осанка не давала даже намека на возраст. На добродушном лице советского человека проступали глубокие морщины, а чистые карие глаза внимательно рассматривали окружающую действительность. Дедушка, как и положено хорошему водителю оглянулся по сторонам, и, не увидев опасности, начал движение.

— Вот ведь дурной поворот, ничерта невидно! — ругался дед в сотый раз, зарекаясь тут не выезжать.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.