электронная
7
печатная A5
324
12+
Большие мальчики

Бесплатный фрагмент - Большие мальчики

Объем:
182 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4493-8987-9
электронная
от 7
печатная A5
от 324

***

Майский дождь принес в город сырость и свежесть. После душного дня дышалось легко и свободно. Испуганные ливнем люди, начинали вылезать из своих убежищ, отряхивая с зонтов и одежды капли воды. На некоторое время угомонившийся город вновь продолжал свою шумную, суетную жизнь. Люди спешили по своим делам. Машины, разбрызгивая в разные стороны лужи, неслись по дороге, сигналя на светофорах зазевавшимся пешеходам.

Среди потока машин умело лавировал мотоциклист на стареньком мотоцикле в ярко-красном шлеме и с пассажиром позади себя в таком же красном шлеме. Мотоциклистами были молодые ребята, учащиеся одного из местных городских институтов. Водителя звали Андреем. Типичный горожанин, немного взбалмошный, но устоявший в свои годы против всех городских соблазнов. Пассажира звали Глебом. Родом из деревни, практичный и спокойный по характеру, за время, проведенное в городе, он так и не успел привыкнуть к его нравам. Андрей напоминал одну из бесчисленных мужских фотомоделей, какими пестрели обложки журналов, но невысокий рост и немного нескладная фигура не позволяла ему пользоваться свободно этим преимуществом. Глеб, напротив, при крепком телосложении и росте, был невзрачен. Абсолютно не похожие внешне, они были схожи по характеру. Глеб поступил в институт на два года раньше Андрея, но из-за армии, учился в одной группе вместе с ним. Несмотря на разницу в возрасте они быстро сошлись и стали неразлучными друзьями. Почти всегда и везде их видели вместе. Их дружба не заканчивалась институтскими аудиториями. После занятий они вместе бродили по городу, убивая время. За год совместной учебы они хорошо изучили увлечения и интересы друг друга, без стеснения обсуждали самые щекотливые темы. Единственное, о чем они старались не упоминать — это их семьи. Глеб жил в деревне и Андрей еще не успел побывать у него в гостях. Андрей, хотя и жил в городе, старался не приглашать Глеба к себе. То ли стесняясь чего-то, то ли что-то скрывая.

— А черт! — вскрикнул Андрей, притормаживая возле бордюра.

— Чего чертыхаешься? — Глеб соскочил с сиденья.

— Хлеба забыл купить. Мои меня съедят. Погоди. Я мигом, — Андрей заскочил в первую попавшуюся булочную, через пару минут выскочил оттуда с пакетом и бубликом в зубах.

— Будешь? — спросил он, показывая на бублик.

— Давай.

Андрей выудил из пакета бублик и протянул его Глебу.

— Сейчас заскочу домой. Отдам хлеб, возьмем диски, а потом рванем…

Петляя узкими улочками, Андрей остановил мотоцикл возле обшарпанного подъезда. Вежливо раскланялся с сидевшими на лавочке старушками, которые тут же стали что-то обсуждать, шушукаясь между собой и украдкой указывая пальцами на Андрея и его спутника.

— Зайдешь? — Андрей кивнул в сторону подъезда. Глеб, удивившись предложению друга, пожал плечами.

— А удобно? — он догадывался о сложных отношениях Андрея и его семьи.

— Мы быстро. Туда и обратно.

Глеб снова пожал плечами.

— Пойдем, — Андрей подтолкнул Глеба к двери. — Не бойся.

— Я и не боюсь, — Глеб зашел в подъезд.

— Только лифт не работает, — констатировал Андрей, заходя следом. — Придется пешком.

— Высоко?

— Не очень. Пятый этаж.

Быстро взбежали на пятый этаж. Андрей выудил из кармана ключ, открыл дверь.

— Проходи, — сказал он, учтиво распахивая дверь перед Глебом. — Будь как дома. Да не обращай внимания на мою бабулю. Она у меня со странностями.

Услышав возню в прихожей, семейство вылезло посмотреть.

— Андрюшенька пришел, — заверещала бабка.

— Хлеба купил? — полусонным голосом спросила мать.

— Да, держи.

— Здравствуйте, — вежливо произнес Глеб.

Мать молча кивнула, взяла пакет с хлебом и пошла на кухню, бабка, улыбаясь и шаркая ногами по вытертому линолеуму, проследовала за нею.

Сестра загнала малышку в комнату:

— Не толкись под ногами.

— Андрей, — подскочила младшая сестра. — Помоги мне с математикой. У меня задача не получается.

— Отстань! — бросил Андрей, проводя Глеба в комнату, которую он делил вместе с сестрой.

— Мам, Андрей мне с задачей помочь не хочет! — завопила сестра.

— Сама решай! — прикрикнула мать из кухни. — Своей головой думать когда будешь?

— А я не понимаю.

— А в школе ты что делаешь?

— Нам в школе такого не объясняли.

— Не сочиняй!

— Правда, не объясняли. Мам, скажи Андрею, пусть поможет. Он меня не слушает.

— Сама решай.

— Андрюшенька, — в проем между дверью и косяком просунулась бабкина голова. — Помоги Лизоньке решить задачку. Что тебе стоит?

— Отстань! — буркнул Андрей, копаясь в дисках. — Пусть сама решает. Тупица.

— Мам, он меня тупицей обозвал! — заголосила Лиза.

— И правильно!

— А я не тупица! Он сам тупой!

— Лизонька, ну нельзя же так о брате говорить, — вступилась бабушка.

— А ему можно? Если он старший, то ему все можно? Да?

— Я тебе помогу, — предлагала бабка свои услуги.

— Ты не знаешь, как решать. Ну вот. Никто мне не помогает. Завтра получу двойку. И все из-за вас.

— Прекрати! — прикрикнула на нее мать. — Иди, делай сама!

Лиза, поняв, что помощи не дождется, отправилась в комнату.

— Ты чего приперлась?

— Уроки делать, — невозмутимо произнесла Лиза, раскладывая на столе книжки и тетради.

— Нашла время. Иди отсюда! Потом сделаешь.

— Я не успею.

— Успеешь.

— Мам, Андрей мне уроки делать не дает, — снова заголосила Лиза, но, встретив грозный взгляд брата утихла и, схватив какую-то книжку, вышла из комнаты и юркнула в комнату сестры.

— Иди отсюда, — донеслось оттуда.

— Не пойду? — упрямилась Лиза. — Мне уроки делать надо.

— Мам, убери Лизку! Мне Полинку нужно спать укладывать.

— Сама убери.

— Лизонька, сходила бы ты погулять? — бабка выступила в роли парламентера.

— Не хочу.

— Ну, поди, в зал, почитай, — предложила бабка.

— Я читала уже.

— Телевизор посмотри.

— Там нечего смотреть.

— Ну, займись хоть чем-нибудь, — поставила точку мать.

Лиза притихла.

— Андрюшенька, — снова показалась бабка. — Проводи своего гостя на кухню. Чай уже готов.

— Некогда нам, — отрезал Андрей. — Мы уже уходим.

— Как же так? — удивилась бабка. — Только пришли и уже уходите? Нет, нет. Без чая я вас не выпущу. Проходите на кухню. У нас все готово.

— Пошли по быстрому. От нее все равно не отвяжешься.

Прошли на кухню. Мать налила чаю, примостилась в уголке. Бабушка лебезила перед гостем.

— Берите, что хотите. Конфеты, печенье, варенье. Не стесняйтесь.

— Спасибо, — вежливо произнес Глеб, отхлебывая горячий чай.

— Ну что же вы только одну конфетку взяли? Берите больше, — бабка положила возле Глеба горку из печенья и конфет. — Я ведь знаю, как студенты живут.

— Мама. Не лезь.

— А ты мне не указывай! — отрезала бабка. — Ешьте мальчики. Вот варенье берите. Вишневое.

— Мама!

— Ну что мама? Что мама? — вспыхнула бабка. — Если я лишняя, так и скажи. Я здесь для всех лишняя. Всем мешаю. Вы только и ждете, когда я умру. А вот вам, — старушка сунула фигу под нос дочери. — Не дождетесь. И за что мне такие мучения?

И, причитая, бабка вышла из кухни.

— Не обращайте внимания на нее, — мать попыталась сгладить неприятную обстановку. — Старость ничего хорошего не приносит. Все мы такими будем. Если не хуже. Вы, я полагаю, в одной группе с Андреем учитесь?

— Да, — Глеб кивнул головой.

— А как вас зовут, позвольте узнать?

— Глеб.

— Глеб, — задумчиво протянула мать. — Редкое имя. Сейчас больше Саши, да Володи встречаются.

— Мам, — в дверях кухни показалась Лиза. — Пусть Андрей мне с задачей поможет. Он все равно ничем не занят.

— Отвали, тебе сказали, — буркнул Андрей.

— Ну не стоит так, — мать пыталась показаться ласковой. — Что о нас гость подумает? Помоги сестре.

— Ладно. — Андрей махнул рукой и последовал за сестрой. — Тупица!

— Я вижу вы с Андреем друзья? –продолжила мать Андрея, едва тот скрылся за дверью.

— Вроде, — Глеб пожал плечами.

— Это хорошо. Андрей неплохой мальчик. И по дому поможет и добрый. Хотя вспыльчив, и совсем не разбирается в людях. Его прежние друзья имели на него дурное влияние. Но, слава богу, все обошлось. Вы же я вижу человек самостоятельный и серьезный. Может быть, вы как-то повлияете на него? Глядя на вас, он может, станет немножко самостоятельнее. Правда, он сам копил деньги на мотоцикл. Откладывал каждую копейку. Это была его мечта. Вы не возражаете, если я закурю?

— Вы же у себя дома.

— Да, но не все переносят запах табачного дыма. Мой муж, отец Андрея, терпеть его не мог. Его раздражало то, что я курю. А я ничего не могу с собой поделать. Сколько раз пыталась бросить и все без толку. А, впрочем, наша жизнь настолько бестолкова, что не стоит отказывать себе в некоторых слабостях. Не так ли?

— Может быть.

— А вы курите?

— Нет.

— И правильно делаете. Не стоит и начинать. Это вредно. Хотя, что теперь не вредно?

Андрей снова показался на кухне.

— Ну, о чем разговариваете?

— Обо всем, — Глеб отодвинул пустую чашку.

— Обо мне, наверное, трепались?

— А что о тебе говорить? — мать загасила сигарету. И хотя Андрей знал об этой привычке матери, при сыне она тушевалась и старалась поскорее убрать сигареты.

— Ну, нам пора, — Андрей подтолкнул Глеба к выходу.

— Когда будешь? — как-то безразлично спросила мать.

— К вечеру.

— Точнее.

— Мам, я уже не маленький.

— Для меня ты всегда маленький. Не задерживайся слишком поздно. Бабушка будет волноваться.

— Постараюсь.

В коридорчике, ведущем на кухню, послышалась возня.

— Ну, чего ты боишься? Там же бабушка.

— Не пойду, — отвечал тоненький детский голосок.

— Почему?

— Там большие мальчики.

— Они же не кусаются.

— Все равно не пойду! — упрямилась малышка.

Глеб вышел вслед за Андреем в коридор. Пока обувались, все семейство вышло их провожать. Полина пряталась за юбку матери. Бабушка давала наставления Андрею:

— Не гони слишком быстро. Не возвращайся слишком поздно. Позвони, если задержишься.

— Заедь к тетке, — сказала мать. — Она что-то от тебя хотела.

— Хорошо, — отмахнулся Андрей, и они с Глебом выскочили из квартиры.

Когда они вышли на улицу, старушки на лавочке снова зашушукались.

— Вот так я и живу, — Андрей запрыгнул на мотоцикл. — Каждый день одно и то же. Ну, готов?

— Готов.

— Поехали! — Андрей крутанул ручку газа.

Мотоцикл вздрогнул, фыркнул и понесся по кривым улочкам. Оставляя за собой едкий запах гари.

***

Тетка Антонина, родная сестра матери Андрея, была полной ее противоположностью, как внешне, так и по характеру. Смуглая, черноглазая, общительная, она совсем не походила на свою сдержанную и строгую сестру.

— Андрюша, как хорошо, что ты заехал! — затараторила она, едва открыла дверь. — Мама тебе ничего не говорила?

— Нет, удивленно произнес Андрей. — Сказала только, чтобы я заехал.

— Ну да ладно! — махнула рукой Антонина. — Проходи. Ты не один? Нет, не разувайтесь. У нас здесь бардак. Слава, не забудь корзинку с едой, — крикнула она мужу, возившемуся с сумками в соседней комнате.

— Проходите в зал. Я сейчас.

Мальчики прошли в зал. Повсюду были разбросаны вещи. Было видно, что хозяева собирались в дорогу.

— Угощать нечем, — сказала тетка, появившись в дверях.

— Мы уже поели, — сказал Андрей. — Ты же знаешь бабулю. Не выпустит, пока не покормит.

— Как она там?

— Как всегда.

Глеба немного смутило обращение Андрея на ты с теткой. Хотя это ТЫ носило скорее уважительный характер, нежели простецкий.

— Представь своего друга.

— Глеб.

— Антонина, — тетка Андрея протянула руку. — Тебя это смущает?

— Нет, но как-то непривычно.

— Я еще не в том возрасте, чтобы называть меня на вы. Да и нужно быть проще. На западе никто не говорит друг другу вы. Это у нас так. Субординация.

— Я что хотела, — обратилась она уже к Андрею. — Мы тут на юга собрались, так я хотела, чтобы ты за квартирой присмотрел. Цветы, рыбки. Я бы соседку попросила, да с тобой надежнее.

— Тоня, где чемодан? — донеслось из соседней комнаты.

— На антресолях.

— Не вижу.

— Поищи хорошенько. Погоди, я сама, а то ты все перероешь, — Антонина скрылась, спустя минуту она вернулась к мальчикам. — Да и еще не забудь заглянуть на дачу. Полить там. А то насадили всего, жаль, если пропадет.

В прихожей что-то громыхнуло. Антонина выскочила из комнаты.

— Ничего поручить нельзя! — послышалось оттуда. — Когда это все убирать?

В ответ донеслись обрывки оправданий. Антонина не стала их слушать и снова вернулась в комнату.

— Как учеба? — тетка забрасывала в шкаф ненужные вещи.

— Нормально.

— Сессия скоро?

— Через неделю.

— Ну, ни пуха, ни пера, — Антонина слегка убрала бардак.

— К черту.

— Бабке ничего не говори, — продолжила Антонина. — А то будет стонать. Что да как.

— А ты надолго? — Андрею явно не хотелось ухаживать за теткиными цветами, которых было слишком много. Они стояли на всех подоконниках, на книжном шкафу и просто на полу.

— Недели на три. Так что квартира и дача в полном твоем распоряжении. В холодильнике кое-что осталось. Пользуйся. Я на тебя надеюсь.

— Будь спокойна, — заверил тетку племянник.

— Вот ключи. От дома, от дачи. Кажется все. Ну, а теперь выметайтесь. Мне еще собираться и собираться. Что тебе с юга привезти?

— Море, — пошутил Андрей.

— А если серьезно?

— Что хочешь.

— Ну, ладно, пока, — тетка чмокнула Андрея в щеку и выставила мальчишек за дверь.

— Мировая тетка, — проговорил Глеб, выходя на улицу.

— Ага, — согласился Андрей. — Только невезучая.

— Это почему?

— Богатая, но без детей. И что они только не делали. Так и живут. Помогает всем. Вот и мне на мотик подкинула. Ну, поехали!

***

Оставив мотоцикл под окнами, мальчики поднялись в комнату Глеба. Строгая вахтерша, раскладывавшая почту, при виде Андрея закричала:

— Куда идешь?

— Это ко мне, — пояснил Глеб.

— У нас до одиннадцати, — снова крикнула вахтерша, и продолжила раскладывать почту.

— Крикливая, — заметил Андрей, заворачивая на лестницу.

— Не обращай на нее внимания. У нее манера такая, кричать. А так она нормальная.

Поднялись в комнату.

— А где твой сосед? — спросил Андрей, глядя на кровать, на которой кроме матраса и подушки ничего не было.

— Нет соседа.

— Как это нет? — удивился Андрей.

— Вернее был. А потом его выперли. А за что и не знаю.

— Так ты тут один живешь?

— Один.

— И не скучно?

— В общаге скучно не бывает, — сказал Глеб, и тут же в комнату без стука вошла высокая, красивая девчонка.

— Глебушка, — с порога произнесла она. — Одолжи хлебушка.

— Сама возьми, — Глеб кивнул на шкаф.

— Спасибо. Я верну при случае, — девчонка открыла шкаф, отрезала кусок хлеба.

— А чем это вы занимаетесь?

— Диски собираемся слушать, — сказал Глеб, вставляя диск в проигрыватель.

— Уроки делать надо, а не диски слушать, — строго произнесла гостья.

— Хлеба взяла? — в ответ на замечание произнес Глеб. — Ну и до свидания.

— Хам, — сказала Люба и вышла из комнаты.

— Сама не лучше, — вдогонку крикнул Глеб.

— Красивая, зараза, — Андрей оценивающе посмотрел вслед девушке.

— И дура, — добавил Глеб.

— Это почему? — не понял Андрей.

— При ее данных ей самое место где-нибудь на подиуме, а не в нашем институте.

— Или на панели? — съязвил Андрей.

— Туда она всегда успеет.

— Я бы на твоем месте приударил за ней.

— Вот еще! — вспыхнул Глеб.

— А что! Девица что надо.

— Но не для меня. Слишком красивая, слишком высокая, слишком доступная.

— Ты это о чем?

— У нее таких, как я, пальцев не хватит пересчитать.

— А я бы приударил, — томно вздохнул Андрей. — Кстати, а как ее зовут?

— Любка.

— Подходящее имя. Люба- любовь. Как ты думаешь, она на меня клюнет?

— Жди! — усмехнулся Глеб. — Она таких как ты в упор не видит. У нее свой контингент.

— Жаль, — снова вздохнул Андрей. — Хороша Маша, да не наша. Слушай, у тебя карты есть?

— Есть? А что?

— Давай в тысячу что ли сыграем?

— Вдвоем?

— Ну, в дурака.

— Давай. — Глеб достал карты, перетасовал, раздал.

Андрей внимательно изучил свои карты, стараясь подглядеть в карты Глеба.

— Я хожу.

— Ходи.

— А у тебя девчонки были? — вдруг спросил Андрей, подбрасывая карты.

— Нет, — ответил Глеб.

— Как нет?

— Просто не думал об этом, — Глеб отложил в сторону отбой. — Не до этого было.

— И чем же ты был занят? — Андрей набрал карты из колоды.

— Сначала школа, потом в институт поступал. Дом, огород, хозяйство.

— Неужели ни разу не тянуло? — не унимался Андрей.

— Не мухлюй, — сказал Глеб, указывая на карты.

— Ты не ответил.

— А ну тебя, — Глеб подбросил карту. — Все. Твой дурак. Еще разок сыграем?

— Не хочу, — Андрей отбросил в сторону карты. — Сколько времени? Ого! Мне уже пора, а то моя бабуля опять выть начнет.

— Веселая у тебя семейка, — заметил Глеб.

— Ага. Одни бабы. Тронуться можно.

— И тебя еще на других тянет? — улыбнулся Глеб.

— Ты, знаешь, не тянет, — Андрей потянулся. — Дома одни бабы, в институте тоже.

— Мужика хочется? — пошутил Глеб.

— Хочется, — шутя ответил Андрей. — Ну, я пошел.

— Погоди, — вскочил Глеб. — Я тебя до вахты доведу. А то вахтерша опять прицепится.

Андрей собрал диски и они вышли в коридор. Возле окна с сигаретой в руках стояла их однокурсница Петрова Татьяна.

— А здесь курить нельзя, — язвительно сказал Глеб, проходя мимо Татьяны.

— Да пошел ты! — отрезала та, не обращая никакого внимания на замечание.

— Грубо, — произнес Глеб. — Ты чего здесь стоишь? Ждешь кого?

— А тебе дело?

— Нет, — Глеб пожал плечами.

— Ну и иди себе, куда шел, — Татьяна не была настроена на разговоры.

— Не ссорьтесь, — вставил свое слово Андрей. — Привет Петрова.

— И ты здесь? — Татьяна окинула взглядом Андрея.

— Все дороги ведут в общагу, — ответил тот. — Позвольте узнать, мадам, какими судьбами вас занесло в эту обитель?

— Такими же, как и тебя.

— Я здесь по делам.

— Я тоже.

— Если не секрет, какие дела могут быть у королевы на задворках империи?

— Отвали, — Татьяна погасила сигарету о край подоконника.

— Королева умеет ругаться? — удивленно воскликнул Андрей.

— Чего ты хочешь? — спросила Татьяна, поняв, что Андрей не намерен оставить ее в покое.

— Смерти, — послышалось в ответ.

Татьяна удивленно вскинула брови.

— О, пусть сейчас умру у ваших ног, — театрально проговорил Андрей. — Пусть бедный прах мой тут же похоронят. Не тут, а дале, где-нибудь Там, у дверей, у самого порога, чтоб камня моего могли коснуться вы прикосновеньем нежным ноги или одежды.

— А, может, ты помолчишь? — Татьяна нервничала.

— Я замолчу, — продолжал Андрей. — Лишь не гоните прочь того, кому ваш вид всему отрада. Я не питаю дерзостных надежд, но видеть вас должен я, когда на жизнь я обречен.

— Завтра в институте и увидимся, — Татьяна повернулась к окну.

— А телефончик вы мне не дадите? — наседал Андрей.

— Я телефонов не даю! — ответила Татьяна и подскочила навстречу, выходившей из комнаты девчонке. — Наконец-то. А то меня тут Пушкиным задолбали.

— Чего они хотели? — спросила девчонка у Татьяны, застегивая на ходу сумку.

— Телефончик просили.

— И ты дала?

— Вот еще! — вспыхнула Татьяна и вместе с подружкой начала спускать по лестнице.

— Увы! — разочарованно произнес Андрей. — Горячие признания не растопили ее ледяное сердце.

— Как она тебя отбрила! — восхищенно произнес Глеб.

— Ну и что! — Андрей тряхнул головой. — Не такие крепости брали. И эту возьмем!

— Зачем она тебе?

— Из принципа.

— Слушай, — спросил Глеб, когда они спускались по лестнице. — А ты откуда Пушкина знаешь?

— А ты откуда знаешь, что это Пушкин? — ответил вопросом на вопрос Андрей.

— Читал, — Глеб пожал плечами.

— И я читал.

Спустились вниз. Пожали друг другу руки.

— Завтра на первую пару? — спросил Андрей, задержавшись у выхода.

— Ага. Первым Петровича поставили. А его не пропустишь.

— Ну, тогда до завтра, — Андрей вышел на улицу.

Глеб постоял немного, подошел к вахте, посмотрел почту. Писем не было, и он поднялся к себе в комнату.

***

Сидеть на занятиях было скучно. Тем более что и первой и второй парой поставили Петровича. Окунаясь в глубины науки, он что-то усердно объяснял сам себе. Никто его не слушал, все были сосредоточены на мысли, что после этой пары смогут пойти в столовую, а потом можно смыться с остальных лекций. Петровича не воспринимали серьезно. Увлеченный своей наукой, он сохранил детскую наивность и вместе с тем приобрел странную привычку к выполнению всяких указаний и правил. К отсутствующим он относился сносно, но по своей наивности или из ехидства не забывал сообщать об этом в деканат. Декан был суровым, несговорчивым человеком и каждый прогул был чреват непредсказуемыми последствиями. Опасаясь этих последствий, студенты неохотно высиживали на парах, слушая болтовню Петровича, поглядывая на часы в ожидании, когда это все закончится.

— Петр Петрович, — не выдержал Андрей. — Отпустите нас, пожалуйста, в столовую.

Андрей ходил у Петровича в любимчиках, и такая фраза из его уст была воспринята преподавателем довольно спокойно.

— Что? — переспросил Петрович, отрываясь от своих формул.

— Очень кушать хочется, — повторил Андрей.

— А как же занятия? — Петрович недоуменно приподнял очки.

— Все равно, кроме вас этого никто не понимает.

— А как же вы будете сдавать экзамен? — не переставал удивляться Петрович.

— Мы к экзамену все выучим.

— Ну, — Петр Петрович растерянно пожал плечами. — Идите. Только тихо.

Все шумно кинулись складывать конспекты в сумки и через несколько мгновений аудитория опустела. Несмотря на то, что их отпустили задолго до звонка, в столовой уже было много народу. Выстояв очередь, Глеб с Андреем с подносами в руках искали, где бы пристроиться. Заметив за одним из столов Татьяну с подружкой, и возле них свободное место они направились к ним.

— Девочки к вам можно? — учтиво произнес Андрей.

— Садитесь, — Татьяна кивнула на свободные места. — Опять Пушкина цитировать будешь?

— Нет, — ответил Андрей, ставя поднос на стол. — Когда я ем, я глух и нем. Но если хочешь, можем и поговорить.

— Не хочу, — сказала Татьяна, отламывая кусок от котлеты.

— Тогда придется есть, — вздохнул Андрей и принялся за еду.

Глеб последовал его примеру.

Напротив них сидела шумная кампания. Бросая косые взгляды на Татьяну, они о чем-то переговаривались и посмеиваясь швыряли хлебные шарики. Татьяна старалась не обращать на них внимания, вынимая из волос хлебные крошки и продолжая трапезу. В конце концов, ее терпение лопнуло и она, повернувшись к кампании, строго произнесла:

— Слушай, Сидоров, может, хватит?

— А я еще и не начинал, — ответил один из бросавшихся.

— Козел! — негромко выругалась Татьяна.

— Это кто? — спросил Андрей. — Твой друг?

— Козел он, а не друг.

— Это Сидоров с физфака, — пояснила подружка. — Татьянин ухажер.

— Так уж и ухажер, — вспыхнула Татьяна. — Просто учились в одном классе.

— Ну и одноклассники у тебя, — заметил Глеб.

— Какие есть! — буркнула Татьяна. — Я их не выбирала.

Сидоров продолжал бросать шарики. Татьяна гневно вскочила из-за стола:

— Прекрати, придурок!

— Это комплимент? — съязвил Сидоров.

— Для тебя и этого много! — отрезала Татьяна.

— А может, ты мне нравишься, — язвил Сидоров.

— Слушай, — Андрей повернулся к Сидорову. — Вырос под небеса, а ума не набрался.

— Это кто это там пищит? — Сидоров театрально посмотрел по сторонам. — У нас здесь комары завелись?

Его компаньоны загоготали.

— Смотри, чтобы тебя этот комар не укусил, — воскликнул Андрей, готовясь к стычке.

— Не связывайся с ними, — Татьяна схватила Андрея за рукав. — Они этого не стоят. Пойдем отсюда.

Татьяна встала из-за стола, посмотрела на подружку. Та без слов поняла, что нужно уходить, чтобы избежать нежелательных последствий. Они составили тарелки с недоеденной едой на подносы и, отнеся их на стол, куда составляли грязную посуду, направились к выходу. Андрей с Глебом поспешили сделать то же самое. Не из трусости, а скорее из-за нежелания связываться с болванами. Андрей поспешил догнать Татьяну, чтобы перекинуться парой фраз, но та куда-то исчезла. Ничего не оставалось делать, как отправиться на занятия.

***

После занятий все шумно покидали институт. Распрощавшись с Глебом, Андрей при выходе из института столкнулся в дверях с Сидоровым, в сопровождении своих товарищей.

— Эй, ты! — окликнул он Андрея. — Отойдем в сторонку? Поговорить надо.

— Мне не о чем с тобой говорить, — ответил Андрей, стараясь проскользнуть мимо верзилы. Но его сотоварищи перегородили ему путь.

— А мне есть о чем, — сказал Сидоров, помахивая связкой ключей и отстраняя Андрея в сторону. — Ты зачем это наших девочек цепляешь?

— Кого это я цепляю? — удивленно воскликнул Андрей.

— Таньку Петрову.

— Нужна она мне!

— Не нужна была бы, то ты бы возле нее не увивался.

— Когда это я увивался?

— А в столовой кто ей глазки строил?

— Да показалось тебе! свободное место было, вот я и подсел.

— Короче, — Сидоров подошел вплотную к Андрею, прижав его к стене. — Еще раз так подсядешь, ноги повыдергиваю.

— Ой, испугал!

— Я не пугаю, я предупреждаю.

— Смотри сам без ног не останься, — Андрей толкнул Сидорова.

Тот отлетел на пару метров, и если бы его не подхватили его друзья, то он бы шлепнулся на клумбу.

— Так ты драться? — крикнул Сидоров, подскакивая к Андрею.

Размахнувшись, Сидоров хотел двинуть кулаком в лицо Андрею, но тот вовремя увернулся и удар пришелся по плечу. В ответ Андрей двинул Сидорову в живот. Началась потасовка. Сотоварищи Сидорова тесным кольцом обступили дерущихся, но в драку не встревали.

— Что тут происходит? — раздался сзади чей-то крик.

Дерущиеся на мгновенье прекратили драку, но, заметив Татьяну, выходившую из дверей института, продолжили выяснять отношения.

— А ну прекратите! — Татьяна, растолкав кольцо наблюдавших, принялась молотить драчунов сумкой.

Живо стала собираться толпа. Сидоров решил ретироваться, и вместе со своими спутниками поспешил скрыться. Видя, что драка прекратилась, толпа стала расходиться.

— А ты молодец, — Татьяна склонилась над Андреем. — Здорово дерешься.

— Не впервой, — ответил Андрей, поднимаясь с земли.

— Синяк, наверное, будет, — заключила Татьяна, разглядывая подбитый глаз Андрея. — Пойдем ко мне. Я тут недалеко живу. Дойдешь сам?

— Дойду.

Татьянин дом действительно находился рядом с институтом. Минут пять ходьбы. Поднялись на третий этаж. Татьяна открыла дверь, пропуская вперед пострадавшего.

— Вот тут я и живу

— Неплохо, — произнес Андрей, разглядывая обстановку. — А родители твои где?

— В поездке. Вернутся через пару дней. Дай я посмотрю твой глаз, — Татьяна повернула голову Андрея к свету. — Надо холодное приложить, а то синяк будет.

— Так пройдет, — Андрей махнул рукой. — Шрамы украшают мужчину.

— Шрамы, а не синяки, — Татьяна принесла с кухни ложку. — На, приложи.

Андрей приложил ложку к глазу и, расхаживая по комнате, рассматривал висевшие на стене фотографии.

— Хорошо живешь. Музыкальный центр. Видик. Посмотреть можно?

— Смотри. Кассеты внизу, — Татьяна исчезла на кухне. Андрей выгреб кассеты, стал рассматривать надписи на этикетках. Вскоре появилась Татьяна с бутылкой пива.

— Хочешь? — протянула она бутылку.

— Холодное?

— Только что из холодильника.

— Можно, — согласился Андрей. Татьяна достала из серванта бокал, налила пива и протянула его Андрею.

— Чего видик не включаешь?

— Да я это уже все видел, — ответил Андрей, складывая обратно кассеты. — А у тебя есть еще кассеты?

— А что тебя интересует?

— Ну… — Андрей замялся.

— Понятно. Всех мужчин интересует только одно. Надо посмотреть у папаши. Это он любитель таких кассет. Я ими не увлекаюсь, — Татьяна принесла из соседней комнаты стопку кассет.

Андрей стал их просматривать. Татьяна села рядом с ним на диван.

— Не пойму, что тут интересного? Сплошная техника и никакой романтики.

— А я и не знал, что ты любишь романтику. Я думал…

— Что ты думал?

— Да так. Просто о тебе говорят разное.

— Интересно что? Что я стерва и шлюха?

— Я этого не говорил.

— Зато подумал. Ну и пусть говорят. Мне все равно, что обо мне думают. Меня это даже устраивает. Глупые боятся, другие уважают. А ты?

— Что я?

— Ты меня боишься или уважаешь?

— Не знаю. Не думал.

— Неужели ты на меня не заглядывался? Или я тебе не нравлюсь?

— Нет. То есть нравишься.

— А ты хотел бы?

— Что хотел?

— Со мной переспать?

— Тебе что заняться нечем?

— А что. Дома никого. Я не занята. Да и ты вижу, не торопишься, — Татьяна села Андрею на колени.

— Слезь, — Андрей отстранил Татьяну. — Мне не видно.

— Да ну его, — Татьяна выключила видик. — Что зря смотреть, когда этим можно и заняться. Ведь ты этого хочешь. По глазам вижу, хочешь. Да не бойся ты. Ничего не будет. Сейчас можно. Да расслабься ты.

В это время из прихожей донеслась возня. Кто-то открывал дверь. Это пришли родители Татьяны. Татьяна соскочила с Андрея и бросилась навстречу родителям.

— Вы откуда? — удивленно воскликнула она. — Я вас не ждала.

— Автобус на полпути сломался, — пояснила мать, ставя на пол баулы. — Так что съездили напрасно. Одни убытки. А ты не одна?

— Нет. Это мой однокурсник Андрей.

— Здравствуйте, — произнес Андрей, высунувшись из комнаты.

Он хотел воспользоваться случаем, чтобы улизнуть, но его путь преградил отец Татьяны. Высокого роста, крепкого телосложения, он чем-то напоминал гориллу.

— Это кто? — строго спросил он, осмотрев Андрея с ног до головы.

— Однокурсник. Андрей, — ответила Татьяна.

— Тогда пусть поможет вещи занести в дом, — пробубнил отец.

Андрей послушно последовал за ним. Внизу стоял микроавтобус из которого Татьянина мать доставала огромные баулы и сумки. Андрей с отцом таскал их на третий этаж, составляя в прихожей и в одной из комнат. Когда с вещами было покончено, родители проследовали на кухню. Мать поставила чайник и стала на скорую руку делать бутерброды.

— Я пойду? — спросил Андрей у Татьяны.

— Погоди. Сейчас чай будем пить, — Татьяна потянула Андрея в комнату.

— Да я не хочу, — отказывался Андрей. — Мне пора.

— Да брось ты. Ты что? Моих испугался?

— Никого я не испугался, — отнекивался Андрей. — Мне действительно пора.

— Чай готов! — донеслось из кухни. — Таня, зови своего гостя.

Подчинившись, Андрей проследовал за Татьяной на кухню. Ее отец уже восседал за столом, нажимая на бутерброды. Кивком головы он предложил Андрею сесть. Андрей присел на табуретку. Татьяна поставила перед ним чашку с чаем и положила на тарелку пару бутербродов.

— Так, значит, вы с Татьяной на одном курсе учитесь? — спросил папаша с набитым ртом.

— Да, — промямлил Андрей, обжигаясь горячим чаем.

— Это хорошо, — пробурчал отец, глядя на синяк под глазом Андрея. — Мы люди простые. Без особых претензий. Но я тебя сразу предупреждаю, если что с моей дочкой, то от тебя одно мокрое место останется. Она у меня одна.

— Папа, прекрати.

— А ты помолчи. Я не с тобой разговариваю, — и папаша снова налег на бутерброды.

Андрею чаю не хотелось. Но, видя перед собой гору мускулов и минимум интеллекта, он не решился уйти. Спасло положение то, что раздался телефонный звонок. Папаша достал из кармана мобильный телефон и о чем-то громко беседуя, с бутербродом в руке, вышел в другую комнату. Андрей встал из-за стола.

— Я пойду, — тихо произнес он.

— Я тебя провожу, — сказала Татьяна.

Она вытолкнула его в коридор, открыла дверь.

— Пока.

— Пока, — ответил Андрей и выскочил на площадку.

Быстро спустившись по лестнице и оказавшись на улице, он почувствовал облегчение.

— Слишком много впечатлений для одного дня, — произнес он и отправился домой.

***

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 7
печатная A5
от 324