электронная
86
печатная A5
346
0+
Богдо-геген IX

Бесплатный фрагмент - Богдо-геген IX

Объем:
100 стр.
Возрастное ограничение:
0+
ISBN:
978-5-4490-2156-4
электронная
от 86
печатная A5
от 346

Его Святейшество
Богдо-геген
Халха Джецун
Дамба ринпоче IX

Линия перерождения Его Святейшества Богдо-гегена начинается от Таранатхи Кунга-Ньингпо (1575—1634) — великого тибетского йогина, ученого, философа, и историка. Таранатха достиг высших духовных реализаций в различных тантрических практиках, и по просьбам монгольских учеников часто посещал Монголию. Однажды во время учений Таранатха предсказал, что переродится в Монголии. Так и произошло, в ханской семье родился выдающийся ребенок, который был признан Далай ламой реинкарнацией Тарантатхи, Первым Джецун Дамбой. Так начинается линия перерождений Богдо-гегена.

С каждым перерождением увеличивалось его религиозное и политическое влияние в Монголии. Его Святейшество объединил и светскую и духовную власть в одном лице.

Девятое перерождение Богдо-гегена, Его Святейшество Джецун Дамба Хутухта Джампел Намдрол Чоки Гялцен родился в 1932 году в Лхасе. Он был признан реинкарнацией Халха Джецуна Дамбы (Богдо-гегена, или Богдо-хана Монголии) уже в 4-летнем возрасте.

Но в связи с политической ситуацией в Монголии, в связи с репрессиями духовных лиц, которые проводились в то время в Монголии, факт его признания скрывался долгое время.

В возрасте семи лет Его Святейшество поступил в монастырь Дрепунг как простой монах. Там он изучал философию 14 лет, до уровня Мадхьямики. Его наставниками были геше Тубтен Нима и геше Таши Гяцо, бурят и монгол, соответственно. Он получил линии преемственности Дхармы от Его Святейшества Далай-ламы.

Когда ему исполнился двадцать один год, Халха Джецун Дамба оставил монастырь Дрепунг и провел несколько лет в горах, занимаясь практикой чод. В 21 год он посетил монастырь Тактен Пунцоглинг, где его попросили принять мирское и духовное водительство школой Джонанг. Его Святейшество принял приглашение, восстановил монастырь. В двадцать пять лет он снял с себя монашеские обеты, и продолжал жить в монастыре еще четыре года до 1959 года. Следуя за Его Святейшеством Далай-ламой он покинул Тибет и переселился в Индию, после того как произошло вторжение китайских войск в Тибет. В Индии он до 1991 года жил как простой мирянин, испытывая все тяготы и лишения беженцев.

После устранения угрозы репрессий, в 1991 году в Дхарамсале Его Святейшество Далай-лама официально возвёл его на трон Джецуна Дамбы. Ринпоче тогда был шестьдесят один год. Его Святейшество давал многочисленные учения в Монголии, в России и во многих других странах, основал в Дхарамсале Тактен-хаус — в центр для изучения и практики буддизма, главным образом практики чод.

Его Святейшество считается воплощением Чакрасамвары и Ваджрайогини. Школа гелуг признает в нем Джамьяна Чойже, который основал монастырь Дрепунг; в линии ньингма — это Ронзонг Лоцава Чоки Гялцен; в кагью — Баромпа Дхарма Вангчук; в сакья он известен как мастер Кунга Дролчог (после этой инкарнации он переродился как Таранатха, основавший линию Джонанг).

В 1998 году Его Святейшество Далай-лама поднёс ринпоче монастырь рядом с гималайским городом Шимлой для восстановления линии Джонанг вне Тибета. Монастырь действует по сей день, в нем обучаются многочисленные ученики и последователи традиции Джонанг.

Обращение Девятого Богдо Джецун Дамба-хутухты к монгольскому народу об охране природы

Девять наставлений
1. Надо молиться Трем Драгоценностям (Будде, Дхарме и Сангхе). Молиться ради существ шести миров (боги, асуры, люди, животные, преты, существа ада), чтобы не случались природные катаклизмы, пожары, наводнения, войны и другие несчастья.
2. Каждый монгол должен получать знания о природе. Помимо получения знаний о природе, об экологии, надо постоянно изучать науку об охране природы, а также свою традицию.
3. Каждый человек должен жить просто. Человеческие страсти не знают границ, а природные богатства имеют предел. Поэтому надо умерить безмерные человеческие страсти и поставить границы для роскошной жизни. По возможности надо вести простую жизнь.
4. [Социально-экономическое] развитие должно происходить с благожелательным отношением к природе. Не отрицая прогресс, надо продвигаться по пути сохранения природы. При развитии надо стремиться сохранять природное равновесие.
5. Надо создавать благоприятные условия для жизни. Не загрязненная природа — залог человеческого счастья и здоровья, основа национального развития.
6. Надо ценить воду, она дает жизнь мириадам существ. Озера, реки, речки, родники — их надо охранять и избегать любого их загрязнения. Каждый человек, каждая семья, каждая организация должны экономно потреблять воду и правильно относиться к ней.
7. Надо охранять и любить животных. Осознавая ценность всего живого, надо воздерживаться от убийства живых существ и не накапливать плохую карму. Особенно надо охранять и любить редких животных. Надо воздерживаться или уменьшать использование изделий из шкур и меха животных, не покупать и не использовать одежду и другие вещи, сделанные из шкур и меха животных.
8. Надо охранять леса и восстанавливать их. Для борьбы с загрязнением воздуха и опустыниванием каждый человек должен посадить дерево. Кроме того, бережное использование леса очень важно для заботы о будущих поколениях.
9. Надо разумно использовать недра земли и полезные ископаемые. Очень важно использовать природные богатства земли, думая о сегодняшнем и завтрашнем дне. Всегда надо помнить и понимать, что горные выработки и шахты опасны для экологии, они могут привести к плохим последствиям.
Итак, я, Хутухта, глубоко надеюсь, что вы все — монгольский народ, верующие — приняв в свои сердца мои девять наставлений, будете следовать им в жизни. От всей души желаю, чтобы в нашей великой Монголии воды были прозрачными, воздух — чистым, земля — полной, люди и животные без страха жили и были счастливы.
Пусть существа шести миров живут в покое и полном благополучии.
Девятый Богдо Джецун Дамба-хутухта Джампел Намдол Чоки Гялцен

Как Тарнатха переродился в Монголию

Линия перерождений Джецун Дамбы Хутухты начинается от Таранатхи Кунга-Ньингпо (1575—1634) — выдающегося тибетского йогина, философа, ученого и историка. Существует легенда о том, что Тарнатха в преклонном возрасте собрал своих учеников и спросил, куда ему лучше переродиться. Все молчали пока один из них не встал, а им оказался монгол, предложил:

— Приглашаю вас к нам в Монголию.

— Ну раз других предложений нет, то придется мне родиться в Монголии.
Так у монгольского Тушэту-хана родился ребенок, которого потом определили как Первого Богдо-гегена Занабазара.

Он родился в 1635 году 25-го числа девятого лунного месяца, в местности Есензуйлэ (ныне аймак Уверхангай), в семье халхаского Тушэту-хана Гомбодоржа, принадлежащего к роду Борджигинов. Гэгэн-Сэцэн-хан Шолой, приехавший навестить родителей, высказал мнение, что из него смог бы выйти хороший лама, а также «подарил» ему часть своего собственного титула — «Гэгээн» (монг. светлый, святой, возвышенный). Было решено отправить к Далай-ламе и Панчен-ламе посланника, чтобы прояснить эту возможность.

Когда посольство прибыло в Лхасу, Далай-лама V и Панчен-лама объявили мальчика перерождением их недавнего политического противника Таранатхи Джецун-Дамба-хутухты, после смерти которого в 1634 году возникли ненужные пересуды. Государственный оракул Тибета, Чойджонг-лама, подтвердил правильность опознания, а сам Далай-лама V обратился по этому поводу к народу со следующей речью:

Джецун-Таранатха был великий святой, помогавший религии и живым существам. Ныне он закончил дело по привлечению народа нашей страны к высшей стезе религии, и наступило время для осуществления им руководства жёлтой религией в северной стране. Его последователи в «нижних» равнинных царствах, имеющие связи с нами, предопределённые древними предсказаниями, ожидают ламу, не сводя своих блестяжих глаз с нашей страны. Мы, сжалившись над этими бедными, слабыми существами, отправляем Его Святейшество Джецун-Таранатху к его последователям на севере. Кажущиеся раздоры между нашими хутухтами существуют только в водянистых глазах обывателей, в действительности же их нет.

Таким образом, в 1640 году в возрасте 5 лет он был заочно признан в качестве перерождения Таранатхи, получив во время посвящения в монахи имя Джнянаваджра (санскр. Jñānavajra — «Алмаз знания»; в монгольской транскрипции — Занабазар). Примечательно, что широкое употребление получил именно санскритский вариант имени: имя его предшественника, «Таранатха» (санскр. Защищаемый Тарой), — также санскритское.

Духовный и политический преемник первоиерарха, Богдо-гэгэн II, родившийся в 1724 году, также происходил из семьи Тушэту-ханов. Он был внучатым племянником Занабазара.

«Джинлаб Чокцол»

Молитва, взывающая к состраданию Трёх Драгоценностей, которую по первым словам тибетского текста обычно называют «Джинлаб Чокцол» (Просьба о благословении), была написана первым Джецун Дамбой — Занабазаром и адресована к его Учителю — Великому Пятому Далай-ламе Лобсану Гяцо. Молодой Ранжюн Еше Дорже, позже прославившийся, как Занабазар, получил блестящее монастырское образование в Лхасе и, не смотря на огромное желание остаться в Тибете, посвятив жизнь личной практике, по настоянию Великого Пятого, вынужден был вернуться на родину — в Монголию, для принесения пользы народам её населявшим. В начале своей деятельности, столкнувшись со множеством препятствий, чинимых шаманами и другими, как религиозными, так и политическими оппонентами, Ранжюн Еше Дорже, не будучи готов к этому, впал в отчаяние и начал писать в стихотворной форме письмо к своему Учителю, вылившееся в «Молитву, взывающую к состраданию Трёх Драгоценностей». Но, по мере написания, дух его крепчал, что мы можем наблюдать по тексту. Так он начинается с традиционного Семичастного ритуала, который составляет первые три с половиной куплета. Далее идет просьба к Гуру, Идамам и Трём Драгоценностям, о проявлении своего сострадания к нему и всем остальным странникам сансары, чтобы были устранены все страдания, исчезла междоусобная вражда и воцарились дружелюбие и гармония. Далее целое четверостишие состоит из призывов о скорейшем оказании помощи. После чего четверостишия благопожеланий о скорейшем достижении всеми существами Пробуждения, о воплощении благих чаяний в силу истинности Трёх Драгоценностей и безошибочности закона взаимозависимости — пратитьясамутпады. И, в завершении, идет четверостишие о спонтанном, естественном воплощении процветания, как преходящего, так и окончательного.

Как напечатали словарь Богдо-гегена

Исторически после Будды Шакьямуни доминировала палийская традиция. В Пакистане существовал монастырский центр Таксила, а в первом столетии в Бихаре возник университет Наланда, который затем на протяжении нескольких веков был основным институтом буддийского знания. Очень многие наставники Наланды использовали санскрит. В целом существовало два канона — палийский и санскритский. В Бирме, Шри-Ланке, Тайланде, Лаосе была в основном распространена палийская традиция. В Китае, Вьетнаме, Японии, Корее, Тибете и Монголии была распространена санскритская традиция.

Его Святейшество Далай-лама XIV

Библиотека Агинского дацана имела в своих фондах лучшие образцы буддийской научной мысли, этому в немалой степени способствовала собственная издательская деятельность. По всему Забайкалью и далеко за его пределами славилась печатня Агинского дацана. По описанию краеведа Г. Нацова, она располагалась в отдельном деревянном двухэтажном здании. В её библиотеке хранились 47 525 ксилографических досок с тибетскими и монгольскими текстами. Кроме того, имелись доски с рисунками и культовыми изображениями (592 штуки). Буряты переняли опыт ксилографического книгопечатания у монголов и тибетцев и этот процесс был очень трудоемким.

Здесь печатались книги по буддийской философии, логике, медицине, астрономии, астрологии, тантрические трактаты на тибетском языке, издавалась популярная дидактическая литература, словари, справочники на бурятском и монгольском языках.

В Монголии до революции был знаменит тибето-монгольский словарь Богдо-гегена. Был он самым точным и имел четыре уровня перевода: дословный, литературный, философский и глубинный, объясняющий пустотность бытия. Находился словарь в библиотеке Богдо-гегена, и его запрещалось выносить за пределы здания. Агинский лама, будучи в Урге, совершал паломничество и, прочитав этот словарь, решил любыми путями напечатать его у себя в дацане. Он сошелся с библиотекарем и подарил ему золотое кольцо, за что тот разрешил ему каждый день выносить по листочку, а на следующий день он должен был его возвращать. Так он в течение трех месяцев переписал весь словарь и привез его в Агинский дацан. Через год там издали его с деревянных ксилографов. Видимо, такая благая карма у словаря. Так, во время революции библиотеку Богдо-Гегена сожгли, и монгольский вариант навсегда был утерян. А вот агинский вариант до сих пор существует и приносит пользу переводчикам!

Грабители Богдо-гегена

Кланяюсь Бхагавати Праджняпарамите!

Кланяюсь Матери Победителей трех времен — Праджняпарамите, ни речью, ни мыслью невыразимой, нерожденной, непрекращаемой таковости пространства, объекту практики различающе-самопознающей мудрости!

СВЯТОЕ СЕРДЦЕ БХАГАВАТИ ПРАДЖНЯПАРАМИТЫ

Года жизни Богдо-гегенов:

1. Джнянаваджра (1635—1723)

2. Тенпи Донме (1724—1757)

3. Еше Тенпи Нима (1758—1773)

4. Джигме Гяцо (1775—1813)

5. Темпи Гялцен (1815—1841)

6. Чоки Гялцен (1842—1848)

7. Тинле Гяцо (1849—1869)

8. Тензин Ванчук (1869—1924)

9. Чоки Гялцен (1932—2012)

Халха Джецун Дамбу I-го звали Занабазар. Он был прославленным ученым, богословом, врачем, танкописцем и мастером изготовления статуй. Иногда он оставался на ночь в медитации до самого утра. И вот в один из таких ночей забрались к нему грабители. Они крались мимо него и шептались:

— Давай, заберем эту шкатулку! Еще вот эту картину со стены, видно что она дорогая!

«И поэтому Мантра Праджняпарамиты, Мантра великого ведения, Бесподобная Мантра, Мантра, уравнивающая с несравненными, Мантра, полностью утихомиривающая страдания не ложна, а потому знай же, что истинна.

Мантра Праджняпарамиты произносится так:

ТАДЬЯТХА, ОМ ГАТЕ ГАТЕ ПАРАГАТЕ ПАРАСАНГАТЕ БОДХИ СВАХА».

Это в этот момент Богдо-геген медитировал на пустотность и, прочитав про себя мантру Праджняпарамиты, трижды хлопнул в ладоши. Воры от неожиданности испугались и стали исчезать. Это увидели вбежавшие на шум помощники Богдо-гегена. В какой мир попали непутевые грабители история умалчивает, скорее всего в рай, но с тех пор никто и никогда их не видел.

Чудо Богдо-гегена

Во времена правления VIII Богдо-гегена в одном из монгольских монастырей, а именно в Гандантекчелине, было 10 тысяч монахов гелонгов. Гандантекчелин находился тогда в центре г. Урги (современный Улан-Батор), и был под личным управлением Богдо-гегена. Он был одновременно духовным и светским правителем Монголии, что предполагало наличие супруги. Некоторые из монахов, видя что Богдо-геген женат, начали просить разрешить им последовать его примеру, так как это делает сам Богдо-геген. На что Богдо-геген срочно приказал созвать всех монахов на внеочередную службу. Поварам приказал вскипятить полный чан воды и сам прошел на кухню, что бы руководить процессом. Помощникам он раздал корзины и приказал собрать собачий помет, обильно разбросанный за забором монастыря. Помощники принесли полные корзины, и он приказал все это засыпать в чан. Как только все это вскипело, то послушники по приказу Богдо-гегена разнесли варево по чашкам монахов, словно это был ароматный рис. Вонь во всем храме стаяла отменная, аж глаза слезились. Когда все прочитали молитву о подношении еды, то Богдо-геген взял ложку и начал есть благоухающую похлебку. Еще он рядом с собой на скамейку посадил свою супругу и та тоже вкушала это блюдо, словно самый вкусный суп из баранины. Затем Богдо-геген встал и провозгласил, что те кто смогут как они съесть это варево, со спокойной совестью могут жениться как сам Богдо-геген. Никто из монахов не смог повторить его неординарный поступок, и пришлось им продолжать соблюдать обет безбрачия.

Случай на пароме

Нет нужды в храмах, нет нужды в сложной философии. Мой мозг и мое сердце являются моими храмами; моя философия — это доброта.

Далай лама XIV

Я был свидетелем одного случая во время визита Богдо-гегена в Бурятию в 1997 году. Однажды по дороге в Курумкан мы должны были пересечь на пароме реку Усть-Баргузин. Во время переправы, когда у нас было достаточно времени любоваться красотой этой сибирской реки, из толпы пассажиров к нам скромно подошла женщина, примерно одного возраста с Его Святейшеством. Она обладала особой зрелой красотой, и от неё словно исходило приятное излучение. Она вежливо попросила разрешения спеть песню в дар Богдо-гегену. Его Святейшество согласился.

Когда женщина запела, мы были очарованы красотой мелодии протяжной старинной песни. Звук высокого звонкого голоса разливался по затихающей реке и отдавался эхом где-то вдали. Все находившиеся на пароме заворожено слушали старинный мотив. Несомненно, она была очень талантлива. Её изумительный природный голос не был испорчен искусственной шлифовкой, как у профессиональных певиц. Это был настоящий «глас народный», неповторимый в своей уникальности. Когда она спела, Его Святейшество попросил меня перевести слова песни. Вот те слова, которые я запомнил:

Святой Богдо-геген — наш Покровитель,

Сиятельный Богдо-геген — наше Прибежище,

Снизойдите к нам, Ваше Святейшество,

И нектаром-амритой нас благословите.

На священных конях-хулуках

Пожалуйте к нам с далекого Юга!

На трон золотой взойдя,

Драгоценную Дхарму даруйте!

Тогда Его Святейшество в знак признательности подарил ей тибетский шарф-xадак и спросил, кто написал эту прекрасную песню?

— Её сочинила моя мать, когда была молода, и всю жизнь пела её с надеждой, что когда-нибудь сможет получить благословение у самого Его Святейшества, но так и не получила, хотя прожила до глубокой старости. До Октябрьской революции караваны паломников нередко отправлялись в Ургу (современный Улан-Батор), чтоб хотя бы издалека посмотреть на Его Святейшество. Но для этого были необходимы средства, а она была из семьи простолюдинов, и у неё не было возможности присоединиться к ним. Она свято верила в то, что, если, глядя на юг, будет распевать эту песню, то сможет пригласить Его Святейшество на бурятскую землю. Желанию моей матери препятствовал тогдашний манчжуро-китайский двор, который запретил Его Святейшеству выезжать за пределы Монголии. Перед смертью она завещала эту песню мне, своей единственной дочери, наказав петь её всё время. Она говорила что, тогда я смогу получить благословение Его Святейшества для себя и для неё. Ближе к старости больше беспокойства было у меня, как у второго поколения, что так и не удастся получить благословения. И все чаще и чаще звучала моя песня-молитва, вплоть до сегодняшнего дня.

Таким образом мы стали живыми свидетелями того, что в тот день сбылись мечты двоих женщин: дочь смогла исполнить последнюю волю матери. Она сказала, что теперь, после встречи со своим истинным Учителем, ей не страшна даже смерть…

Все, кто был на пароме, зачарованно слушали эту историю о жизни этих женщин-матерей и, изумляясь, плакали, а затем радовались тому, что исполнились их заветные желания.

Вот как ждали буряты приезда Его Святейшества на свою землю.

Чудо ламы Сопа

Строительство большой статуи Майтреи — не цель. Это метод для достижения цели. Цель — принести благо стольким людям, скольким только возможно — на протяжении столь долгого времени, которое только возможно!
Ведь Майтрея (Дружественный, Джампа по-тибетски) — следующий Будда в нашей мировой системе, предсказанный Буддой Шакьямуни. Он будет пятым из Будд, которые обретут высшее просветление в этой кальпе. Сейчас Майтрея пребывает в девалоке (небесном мире) Тушита (Ганден по-тибетски). В далеком будущем, когда волны учения Шакьямуни угаснут, на Землю, приняв человеческий облик, спустится Майтрея, он провозгласит путь Пробуждения и будет проповедовать Дхарму на благо богов и людей.

Лама Сопа

Лама Сопа Ринпоче родился в 1946 году в местности Солу Кумбу в Непале. В возрасте трех лет он был признан перерождением великого мастера медитации Лаудо Ламы. Ринпоче принял монашество и получил образование в монастырях Непала и Тибета. В 1959 году Ринпоче прибыл в Индию и стал учиться у ламы Тубтен Еше. Сам Ринпоче стал учить в 1970 году после того, как провел первый медитационный курс для европейцев в монастыре Копан, расположенном в долине Катманду. В настоящее время лама Сопа Ринпоче является духовным главой Фонда сохранения традиций Махаяны (ФСТМ). Так называется объединение более шестидесяти Дхарма-центров в Азии, Европе, Америке, Австралии и Новой Зеландии.

Как-то я был помощником у Его Святейшества Богдо-гегена. Он, несмотря на свой преклонный возраст, был бодр и энергичен. Рядом с ним я ощущал себя ребенком и как будто попадал в некое мощное защитное поле, где нет места суете, заботам и страхам. Его Святейшество Богдо-геген всех встречал очень радушно. Он проявлял заботу о паломниках, интересовался их планами, путешествиями, предлагал помощь в организации поездок по Дхарамсале. Этот человек — весьма значимая фигура в буддизме, но общаться с ним было легко и просто. Он обладал великой добротой, и в его поведении не было никакого намека на его исключительность. Мне всегда было интересно понять, как проходят встречи учеников с Учителями. Каждый человек — это учитель и ученик одновременно. Если Учитель достиг реализации в практике, он передает знание совершенно особым, невидимым со стороны, но действенным способом, который мощно ощущает ученик. Я смотрел на Богдо-гегена и понимал, какое значение в простой повседневной жизни имеет понятие Бодхичитты (сознание, направленное на достижение пробуждения во имя блага всех существ). Это отношение к людям без оценки, без разделения на плохих и хороших, своих и чужих, отношение к людям с открытым сердцем, с любовью и добротой, состраданием и заботой. Именно в этом и проявляется преодоление дуальности, «разделенности на субъект и объект», от которой страдает большая часть людей. Конечно, одного лишь наблюдения за жизнью человека, сумевшего достичь такого отношения к людям, недостаточно, чтобы развить эти качества и в себе. Но само общение с ним становится импульсом к тому, чтобы начать спрашивать себя: «Кто я?», анализировать свое отношение к жизни и окружающим тебя людям. Он учит людей быть счастливыми, отсекая все привязанности, объясняет сложные философские вопросы простым и доступным для понимания языком. Своим отношением к жизни и людям, желанием жить, помогая людям найти свой путь и развить в себе Будду, он подает нам пример. В этом он и стал для меня Учителем. Другим удивительным моментом было, что я ни разу не услышал от него никакой пропаганды буддизма, никакого намека на разницу в верованиях. Я увидел не на словах, а на деле проявление терпимости и принятия всех людей независимо от их вероисповедания. Наверное, когда ощущаешь в себе высшие силы, то позволяешь людям идти к просветлению разными путями, лишь бы дойти. И хвала Учителям, что живут на нашей земле такие Мастера, что позволяют нам прикоснуться в высшему умиротворению.

Однажды к нам в гости пришел Сопа Ринпоче. Во время чаепития Богдо-геген попросил Ламу Сопу положить внутрь статуи Будды Майтреи ингредиенты, которые он приготовит. Лама Сопа дал согласие и, попрощавшись, удалился. Но после его ухода Богдо-геген вспомнил, что не передал Ламе Сопа тибетские сладости в дорогу. Пришлось мне отправиться в резиденцию Ламы Сопа в ретрит-центр Тушита. Когда я преподнес сладости, Лама Сопа удивленно спросил меня:

— Так быстро! Это шун для статуи?

— Нет, нет, Ринпоче, это угощение от Его Святейшества.

— О, передай ему спасибо! Но сначала выпей тибетского чая, — по-детски засмеялся Лама Сопа, а я не переставал восхищаться его оптимизмом и жизнерадостностью.

Шун — это мантры для наполнения статуй, напечатанные на бумаге и скрученные в трубочку для удобства закладки внутрь статуи. Когда я собрался уходить и вышел во двор, я увидел, как Лама Сопа приготовился для проведения ритуала Туйсол. Его лицо закрывало мигдре, дословно с тибетского — это сетка для глаз, бахрома закрывающая лицо, применяется в тантрических практиках.. Только он взмахнул травой из куша и окропил окружающее пространство святой водой, как тут же пошел дождь… Чем больше очищал природу Лама Сопа, тем больше лил дождь. Так как зонта у меня не было, я встал под крышу беседки, построенной для ступы. Оттуда я завороженно наблюдал за магическим ритуалом и за тем, как тонны очистительной воды омывают землю. Была засуха, и у местных крестьян погибал урожай, поэтому понятно, что они очень обрадовались дождю.

Белая раковина в Дрепунге

Возле Лхасы в монастыре Дрепунг была священная реликвия — белая раковина с завитками вправо. По преданию Будда Шакьямуни отдал её своему ученику Ананде, и велел спрятать в высоких гималайских горах. С наставлением, что через определенное время там родится Великий Учитель равный умом ему самому, и возродит там его учение, очистит учение от неверных догм, и построит монастырь, которому не будет равных в мире. Через пару тысячелетий родился в Тибете Дже Цонкапа, нашел эту раковину и передал своему ученику Жамьян Чойже (1379—1449), наказав ему построить в Тибете самый главный монастырь для изучения буддийской философии. Так был основан монастырский комплекс Палден Дрепунг в 1416 году, т.е. в этом году дацан отмечает 600-летний юбилей. Согласно преданиям, Жамьян Чойже по наставлению учителя отправился искать подходящее место для создания нового монастыря. В поисках такого места он пришел к горе Гепель — Ри, расположенной к северу от города Лхасы, столицы Тибета. Было поздно, и Жамьян Чойже решил провести ночь у подножья этой горы. Под утро он увидел сон, что если построить монастырь на вершине этой горы, то в нем будет очень много монахов, которые достигнут высоких духовных реализаций, но сам монастырь будет материально очень бедным. Если посередине, то всего будет поровну. А если у подножья горы, то будет мало ученых монахов, но монастырь будет очень богатым. Проснувшись, он понял, что сон пророческий и решил построить монастырь посередине этой горы. При освящении первого храма в монастыре было всего семь монахов. Но вскоре он стал быстро расширяться и в зените своей славы насчитывал около 12000 монахов. По числу тех первых семи лам появились семь дацанов-факультетов, которые все вместе составляют один большой монастырский комплекс Палден Дрепунг.

Цонкапа предсказал, что во всех местах, где будет распространяться дхарма, там будут строить монастыри Палден Дрепунги, это Эрдэни-дзу в Монголии, Цонгольский дацан в Бурятии (монг. Балдан Брейбун) и новый Дрепунг на юге Индии, но самым главным будет тот, в котором находиться эта раковина.

После китайской оккупации Тибета в монастыре Дрепунг возле Лхасы оставалось несколько сотен монахов, и они продолжали в первый день каждого нового года выходить на улицу и по очереди дуть в эту священную раковину. В это же время там проезжал один индийский купец, он внезапно проникся страстью к раковине и темной ночью проник в храм и украл её. Приехав в Индию, он стал продавать её за 50 000$. Об этом узнал Его Святейшество Далай-лама и, не раздумывая, купил её.

Однажды весной 2003 года монахам монастыря Дрепунг сообщили, что Его Святейшество Далай Лама на следующий день прибывает с визитом в монастырь. Обычно такого рода поездки планировались задолго, и монахи месяцами готовились к приезду своего Учителя. Такой внезапный приезд Его Святейшества был связан с тем, что он привез в подарок монастырю как раз эту святую раковину. Все монахи, а их было не меньше 5 тысяч, выстроились и получили благословение от нее. Мне тоже посчастливилось там присутствовать, подуть в святую раковину и увидеть радостные лица монахов, по поводу того, что сбылось предсказание Цонкапы, индийский Дрепунг теперь стал самым главным.

По свидетельству А. М. Позднеева, культ и ритуальная практика докшитов в Монголии также были восприняты довольно поздно — в конце XVIII в., благодаря усилиям седьмого настоятеля монгольского монастыря Эрдэни-дзу номчи-цорджи Дагба Дорже (1734—1803). Как пишет русский учёный, «докшитские хуралы ввёдены в Монголии гораздо позднее эпохи распространения в среде монголов буддизма, построения первых храмов и начала служений по отделу рабсалов. Что касается отправления докшитских хуралов в той блестящей форме, в которой совершается оно в настоящее время, то оно началось в Монголии не ранее 70-х годов прошлого столетия (имеется в виду XVIII век), и этот знаменательный в истории монгольского буддизма факт тесно связывается в преданиях лам с личностью седьмого наместника Эрдэни-цзуского монастыря, гэлуна Дагба-доржи». Однако строки, посвящённые истории строительства монастыря Эрдэни-дзу, свидетельствуют о том, что в конце XVI в. Балдан Лхамо была одним из самых почитаемых божеств в Халхе. Строительство первого буддийского не кочевого храма в Северной Монголии было инициировано Абатай-ханом в 1586 г. С этого времени и до конца XIX в. монастырь неоднократно реконструировался, ремонтировался, расширялся, в комплексе добавлялись новые храмовые и другие постройки. Но уже в первом храме, построенном Абатай-ханом, «наиболее почитаемыми святынями были: … мощи Будды поднесённые Е. С. Далай-ламой; другие благословленные и нерукотворные святыни — статуя Будды Шакьямуни …Будды трёх времён, Падмасамхава, Сакья-панчен Гунгаджалцан, Карма-лама, восемь бодхисаттв и высшие бодхисаттвы– эти два изображения; гений-хранитель Гомбогур… а также четырёхрукая Лхамо, четыре махараджи; кроме того — семь Будд трёх времён, шестнадцать индийских старцев, тысяча будд небесного закона хорошей кальпы». Святыни были установлены по окончании строительства первого храма в 1587 г. Таким образом, во второй половине XVI в. культ Лхамо уже существовал в Северной Монголии так как Эрдэни-дзу был первым стационарным храмом Халхи (ранее существовали кошмовые, кочевые молельни).

Фотография у Богдо-гегена

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 86
печатная A5
от 346