электронная
216
печатная A5
428
18+
Благодарю за боль

Бесплатный фрагмент - Благодарю за боль


4.3
Объем:
222 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-3706-0
электронная
от 216
печатная A5
от 428

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Введение

Эта книга основана на реальных событиях. История и образ главной героини являются собирательными. Со многими мы начали общение ещё до того, как я стала проводить сеансы. Некоторые моменты взяты из жизни моих клиенток с их позволения. Благодарю каждую, кто стал прообразом моей героини.

Чем шире становился круг моего общения и чем больше девушки делились со мной своими переживаниями, тем больше я понимала, что их проблемы схожи.

Что-то я добавляла от себя, потому как и в моей жизни были запутанные ситуации. К примеру, мне раньше было очень сложно сказать «нет», и на моём жизненном пути встречались люди, научившие меня отказывать и сохранять свой внутренний комфорт. Какие-то моменты и эмоции я описывала так, словно испытывала их сама, ведь очень близко знала тех, кому они принадлежали, и помогала им выйти из этого состояния, переживая вместе с ними.

Не понаслышке мне известно, каково пройти путь самооценки от отвращения к собственному отражению в зеркале до безусловного принятия каждой клеточки тела. Поэтому я знаю, что каждая из вас может к этому прийти.

Я посвящаю эту книгу тем, кому эта боль окажется близкой, во имя их исцеления.

Благодарю всех, кто прошёл со мной путь от зародившейся мысли написать книгу до её издания. Ценю и люблю каждого.

Особая благодарность моему любимому мужу Алексею за веру в меня; моей сестрёнке Ирине Студеникиной за душевные разговоры и помощь в определении пути благодаря консультациям, которые она со мной проводила; Олесе Дорофеевой за её поддержку, подсказки и мотивацию; Ольге Батрашкиной за редакцию книги, идеи и вдохновение; Валентине Пуляевой за её конструктивную критику и предложения.

Так же благодарю всех, кто принимал непосредственное или косвенное участие.

Пролог

Молодые побеги уже украсили стволы пробудившихся деревьев, сочные зелёные листья радовали глаз, а в воздухе царил аромат бушующей яркими красками майской весны…

Милана, молодая, красивая, стройная девушка, с открытым сердцем, с бездонными тёмно-карими глазами и с развивающимися по её плечам лёгкой волной каштановыми волосами, поднималась по стариной витой лестнице книжного магазина, размышляя о том, что её ждёт самая важная встреча в жизни — встреча с самой собой.

Кроме виртуального общения и заданий онлайн-курса «Возвращение к себе истинной» на сайте harmonyplace.ru., ей хотелось ещё и глубокой работы с продуманным до мелочей инструментом в её руках — «Волшебным блокнотом», в котором она начнёт писать очередную главу своей жизни, своей новой эпохи.

Её выбор осознанно пал на специалистов по работе с подсознанием, поскольку она знала, как подсознательные программы и установки влияют на жизнь.

Она слышала, что благодаря подобного рода «проработкам» можно изменить жизнь буквально за один сеанс, и была в предвкушении целого курса.

Ей было одновременно и радостно, и страшно. Она знала, что её жизнь изменится, и более того, Милана прекрасно понимала, что ей придётся отказаться от того, что приносило в её жизнь больше всего счастья и больше всего боли.

Счастливая и наполненная от осознаний вчерашнего вечера, едва успев выйти из магазина с заветным блокнотом, она зашла на сайт harmonyplace.ru и написала сообщение:

«Здравствуйте! Меня зовут Милана. Я очень хочу познакомиться с собой истинной и научиться наслаждаться жизнью! Запишите меня, пожалуйста, на курс! Сегодня я купила Ваш волшебный блокнот и готова действовать! Я не опоздала?»

Очаровательные девушки — основатели этого восхитительного онлайн-пространства — просматривали письма, и невольно улыбнувшись, переглянулись «Бог никуда не торопится и никуда не опаздывает». Как же они радовались тому, что пошли за зовом своего сердца и не поддались своим страхам затеряться в огромном количестве тренингов и специалистов!

«Ещё одним счастливым человеком на Земле станет больше!» — с неподдельным чувством искренней радости и любви к людям произнесла одна из них.

У Миланы своя история. Своя, уникальная, но схожая с тысячью других. Каждый по-своему приходит к пробуждению. Но всё же многие, попадая под влияние коллективного сознания, проигрывают похожие жизненные сценарии. Решение есть. И оно ближе, чем кажется.

Как раз для этого и создавалось это пространство. Исцеление Души, познание себя истинной, желание жить «здесь и сейчас» появлялись у тех, кто уже отчаялся и потерял всякую надежду на счастье, благодаря тренингам и марафонам, которые девушки проходили на сайте harmonyplace.ru

И Милана не стала исключением, пройдя свой нелёгкий путь поиска, она нашла то, что поможет ей обрести внутреннюю гармонию.

Часть I

Глава 1. Знакомство

В один из ноябрьских морозных деньков Милана проснулась позже, чем обычно. На работу именинникам было разрешено припоздниться на час. Она сладко потянулась, вспомнив, как в детстве в этот день её поздравляли мама и папа, и захотелось, как тогда, бежать к журнальному столику разглядывать подарки.

Она провела рукой по пустой холодной кровати, понимая, что её муж уже часа два как уехал на работу. Пофантазировав, что, наверняка, он нежно поцеловал её и поздравил, а она улыбнулась во сне и даже не проснулась, Милана заключила:

«Да, так оно и было!»

Только почему-то тут же вздохнула и снова закрыла глаза:

«Годы идут, а ты так и остаёшься оптимистичной мечтательницей!»

В детстве, возвращаясь домой из школы, она часто мечтала, разговаривала вслух с невидимыми друзьями, представляла своё будущее, в подробностях расписывая жизнь, похожую на жизнь своих родителей, ведь других примеров перед глазами и не было. И тогда у неё не было ни тени сомнений, что мечты могут не сбыться. В чём-то ведь так и произошло. Она копировала родительский сценарий на подсознательном уровне, но не придавала этому особого значения.

«Да уж, годы-то и вправду идут, а ты так же продолжаешь разговаривать сама с собой!» — рассмеявшись, она соскочила с кровати и побежала на кухню, кажется, убедив себя в том, что она ничего не ждёт от своего мужа.

Радостная, вприпрыжку она кинулась к кофеварке, как бы мельком бросив взгляд на барную стойку. Ни букета цветов, ни записки.

«Почему детские мечты сбывались, а сейчас, сколько ни визуализируй, ничего этого нет?» — Милана призналась себе, что обмануть саму себя не удалось и она всё же ждала какого-то знака внимания. Ждала. А значит, сомневалась, что это может произойти. В отличие от детских грёз, когда не было месту сомнениям, а было лишь чёткое знание, что это непременно произойдёт.

Заглушая свою печаль ароматом свежесваренного кофе, Милана вспомнила ещё один свой детский день рождения. В преддверии его она рассказывала всем своим воображаемым, да и реальным, друзьям, что мама и папа приготовили для неё невероятный сюрприз. Они подарят ей платье, о котором она так мечтала, потому что оно ей снилось. И описывала его во всех подробностях: оно розового цвета, на рукавах воланы, а на груди жемчужины, юбка многослойная, как у принцессы, а ещё белые носочки с розовыми бантиками и лакированные туфельки с золотистой пряжкой на настоящем каблуке! Она вспомнила, как в этот момент она мечтательно закатывала глазки и описывала его так, словно уже видела этот подарок вживую. Да, действительно, тогда у неё не было ни капли сомнения, что так оно и будет. И описывала она его в настоящем моменте, в произошедшем времени, словно он уже куплен.

Однажды мама к своему изумлению услышала, как Милашка рассказывает об этом подарке гостившей у родителей своей старшей сестре. Как потом выяснилось, подарок в самом деле уже был готов и хранился у родственников. Но это не было заказом дочери, и раньше она никогда о нём не говорила. Родителям это платье и туфли достались совершенно случайно, они их не выбирали, да и не из чего было выбирать в постсоветские времена. Их привезли для дочки председателя, но они не подошли по размеру, и дядя Миланы, папин брат, занимавший высокий пост, благодаря дружбе с чиновником смог выпросить эту диковинку.

Милана погрузилась в размышления об исполнении желаний, но вдруг снова вспомнила о своём муже.

«Конечно, он просто не захотел меня будить! — уже собирая пакеты с угощениями для сотрудников, она продолжала себя уговаривать. — Ведь не мог же он просто забыть про день рождения своей жены!»

Мила неспешно позавтракала и собралась на работу, попутно отвечая на десятки сообщений и звонков. Её всегда поздравляли с самого утра все родные люди и друзья.

Милана снова грустно вздохнула: «А самого важного поздравления так и нет…»

С трудом подавляя свою грусть, она приехала в офис. С самого порога девушку встретили с шарами, цветами и тортом. Охранник и менеджер с соседнего отдела перехватили её пакеты, и вся команда сотрудников слаженно отправилась в столовую пить чай и продолжать поздравления. Она любила свой дружный коллектив, здесь все относились к ней хорошо, так же и она спешила всегда всем помочь.

Радоваться не получалось, от натянутой улыбки сводило скулы, отвечала невпопад, автоматически смеялась над юмористическими поздравлениями, а в горле стоял ком. И сложнее всего было не расплакаться, когда кто-то спрашивал о муже и о его, наверняка, незабываемом поздравлении.

Искренние же слова коллег превратились в испытание, которое, казалось, никогда не закончится. Уже в кабинете, оставшись одна, выжатая эмоционально девушка рухнула в кресло. Проверив ещё раз вызовы и сообщения в телефоне, она заплакала от жалости к себе и обиды на мужа. В приоткрытую дверь с бумагами на подпись зашла Полина из рекламного отдела.

Это была самая тактичная девушка из всех, с кем довелось Милане общаться за всю свою жизнь. И её тактичность проявлялась не в строгом следовании моральным нормам, чопорности и безразличии, а в готовности всегда поддержать и словом, и делом, но только тогда, когда её об этом попросят. Поля никогда не лезла в душу человеку. И коллеги её называли внештатным психологом.

Полина была замужем, но детей у них с мужем не было — не получалось. Она очень много времени посвящала чтению книг и духовным практикам, она была тем самым колодцем, из которого хотелось испить студеной воды, когда жгло всё естество от непонимания, обид и несправедливости. Никогда не кичилась своими результатами, не лезла на передовую с предложениями, спокойно и с принятием относилась ко всем изменениям. Многие доверяли ей свои самые сокровенные разговоры, иногда, очень редко, она рассказывала что-то о себе, чем, не желая того, вызывала зависть:

«Тебе просто повезло с мужем,» — говорили ей коллеги.

А дело было в том, что Полина просто никогда не жаловалась, о муже говорила исключительно в положительном ключе, но не для того, чтобы похвастаться, а потому что понимала, что она выбрала себе такого человека, живет с ним и любит его, а значит ей нужно учиться его принимать и понимать, поэтому всегда старалась делать акцент только на его хороших качествах, замечать и благодарить его за самые незначительные мелочи. Не все могли осмыслить эту позицию, и многим казалось, что девушка живёт в какой-то параллельной реальности.

Внешне Полина выглядела очень юной, несмотря на то, что ей было уже около тридцати. Стройная, невысокого роста, с густыми тёмными волосами до плеч, которые чаще всего она собирала в хвост, за счёт чего выглядела ещё моложе. Чёткие брови, большие открытые глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц делали её лицо выразительным даже без макияжа. Наверное, поэтому она очень редко красилась, лишь иногда освежая губы сочным блеском.

Они были похожи с Миланой внешне: ростом, фигурой, длиной и даже цветом волос. Только, в отличие от Полли, Милане нужно было краситься ярче, чтобы подчеркнуть свою природную красоту, иначе вид у неё был достаточно болезненный. И так как она делала макияж крайне редко, коллеги часто интересовались её здоровьем.

Отличались девушки ещё и внутренним состоянием, отражённом в глазах. Полина жила с неисцелённой болью в Душе, это чувствовалось, и можно было разглядеть эту боль, если она откроется в разговоре чуть больше, чем обычно, но, тем не менее, она всегда старалась смещать фокус на позитив, генерировать внутренний свет и заряжать им окружающих.

Милана же чаще всего ходила мрачнее тучи, в состоянии жертвы, не принимая свою жизнь, и не понимая, почему у неё всё происходит наперекосяк. Работа не приносила ей удовлетворения, девушка теряла энергию, зарываясь в бумагах и цифрах, с каждым днём всё больше понимая, что выбор, сделанный в пользу этой профессии, был ошибкой. И она не принимала этот опыт, обесценивая этим свой путь, а лишь сожалела об упущенных возможностях, потраченном времени, ещё больше уходя в негатив и самобичевание.

Её устраивала зарплата, отношение начальства и тот авторитет, что давала ей её должность. Всё это в совокупности создавало иллюзию её ценности и значимости, которой внутри не было совершенно. Девушка держалась за эту работу, потому что прежде не пробовала себя ни в чём другом, и считала непозволительной роскошью променять стабильную высокооплачиваемую работу на то, что ей может ещё и не понравиться. Милана не представляла, как можно быть в постоянном поиске работы по душе. Глядя на своих самых близких людей, она ставила их себе в пример и была убеждена — на одном месте нужно отработать всю жизнь, заработать себе достойную пенсию, а там уже можно и «жить начинать».

Полина тихонечко положила бумаги на стол и на секунду остановилась, чтобы понять, требуется ли её помощь. Милана, всхлипывая, попросила её закрыть дверь на ключ и остаться. Ей было просто необходимо выговориться. Она всегда чувствовала, что может довериться этой чудесной открытой девушке, но слишком не хотелось терять свой авторитет хотя бы даже перед одним человеком в коллективе.

Милана уже несколько лет была в браке. Для многих они с Николаем были идеальной семьей. У них были дружеские отношения, большая уютная двухуровневая квартира, у каждого по достойному авто, стабильная работа, поездки на отдых раз в год. Детей они пока не хотели и даже не поднимали эту тему, просто предохранялись по привычке, как в самом начале отношений. Но романтики давно не стало, быт и телевизор поглотили обоих.

Милана достала фотографию из кошелька, где они, ещё совсем юные, стоят в обнимку: Коля стройный, статный парень, с широкой улыбкой и горящими голубыми глазами, в самой модной в то время одежде. Он был по уши влюблён в щекастую девчонку, а та недоумевала, как такой красавчик смог обратить на неё внимание. Он же просто схватил её в охапку, как добродушный медведь Балу, зная, что никогда и никому не отдаст свою девочку.

Глядя на эту фотографию, Мила рассказывала Полине, что тогда она не верила своему счастью. За ним бегали все девчонки, он мог крутить интрижки с несколькими одновременно, умыкал их у других ребят, развлекался и ни к кому не привязывался. Как уже потом он сам рассказывал ей, многие девчонки обозлились на Милану, когда поняли, что он влюбился по-настоящему, что боготворит Милу, пылинки с неё сдувает, чего никогда не было в отношениях с другими.

Она ужасно боялась его потерять. В первые же дни их зарождавшихся отношений она мысленно вышла за него замуж и нарожала кучу детей. Самооценка Миланы была ниже плинтуса, как, впрочем, и сейчас, а желающих отхватить такой лакомый кусок и увести Колю у неё было предостаточно. Поэтому очень быстро счастье и радость сменились страхом и тотальным контролем. Милана звонила ему несколько раз в день, и они часами разговаривали, она подарила ему телефон, сама пополняла баланс. Только сейчас Милана призналась, что, скорее всего, делала она это для того, чтобы держать его под контролем, зная, раз он говорит с ней по телефону, значит, он в этот момент не с какой-нибудь из своих бывших красоток.

Во время своего рассказа она начала осознавать, что непринуждённости в их отношениях не было с самого начала. Бесшабашный и лёгкий на подъём, во многом безответственный и по-детски непосредственный Коля, в которого она влюбилась, буквально на глазах превращался в скованного, безразличного, убегающего в работу и алкоголь среднестатистического мужа.

При всём при этом безответственность, инфантильность, выражающаяся в нежелании быть ответственным за принятие каких-либо важных семейных решений, остались ещё с того времени, и это тоже было на руку Милане, ведь в этом случае всё было под её контролем, но, тем не менее, это же и раздражало в нём больше всего. Ушли его лёгкость и позитив, но взрослее, как представлялось это Милане, он от этого не стал. И не оправдывал её ожиданий. Не становился тем, каким ей хотелось его видеть. В чём-то растеряв себя, он по-прежнему оставался собой. Иногда забывчивым, часто не обращающим внимание на какие-то мелочи. Он не думал о том, какие отношения ему хотелось видеть в своей семье, может быть, потому, что он в силу своей мужской природы не задумывался об этом, а может быть, потому, что слишком рано женился, не разобравшись, чего он в целом хотел от жизни.

Все эти размышления лишь привели к тому, что Милана выговорилась и перестала плакать, но обида так и не ушла. Она вспомнила праздники, на которые она ждала от него внимания, но он ничего не дарил ей, аргументируя это тем, что подарок должен быть дорогим и солидным, что ему стыдно дарить какие-то побрякушки или цветочки, а возможности подарить что-то дорогое пока нет. Он не понимал, как можно радоваться шоколадке или, к примеру, варежкам, подаренным своевременно. По его мнению, хороший подарок — это машина, телефон последней марки, золото, часы, шуба, путевка или что-то подобное.

Милана же постоянно делала ему разные подарки: упахивалась в приготовлениях романтического ужина, бегала по всему городу в поисках презента, упаковывала его необычным образом, договаривалась с его друзьями, чтобы сделать ему сюрприз. И почему-то никогда не видела особой радости. Или ждала определенной реакции. Да и взамен ждала того же самого. А он даже и не думал об этом.

— Представляешь, Полин, однажды я ему устроила сюрприз, купила красивое белье, в ожидании, что он набросится на меня с ласками! И знаешь, как он отреагировал? Потрогал его и сказал, что хорошее, качественное! — по щекам Миланы снова потекли слезы. — Мы такие разные, Полин. И куда я только смотрела, когда выходила за него замуж? Приспичило же мне… И это ведь была по большей части моя инициатива, я его к этому подтолкнула!

Полина знала, что сейчас девушку нужно просто поддержать и пожалеть, та ещё не готова принять какую-то информацию. Полина приняла решение поговорить с ней в другой раз, если выдастся такая возможность, и произнесла:

— Милана, дорогая, я тебя прекрасно понимаю, и знаю, что тебе очень обидно, но всё, чем я тебе сейчас смогу помочь — это попросить тебя перестать ждать чего-то от Николая и посвятить этот день себе. Ведь это твой день рождения. Кто может знать, как ты хочешь его провести лучше тебя самой?

Но Милана не знала. Ни того, что она хочет, ни того, чем бы могла поднять себе настроение. Ей не хотелось делать что-то в свой день рождения самой, по её мнению, кто-то другой должен был устроить ей сюрприз, а так как самым близким человеком был муж, то именно он обязан был сотворить для неё праздник.

Полина лишь мысленно развела руками и подумала, что в таком состоянии жертвы её коллега точно не сможет наладить отношения в семье, как бы ей того ни хотелось.

— Тогда давай мы с тобой закончим с делами и прогуляемся по магазинам, а потом поужинаем в каком-нибудь уютном месте. Договорились? — решив хоть как-то исправить ситуацию и спасти девушку, предложила Полли.

Милана тяжело вздохнула и поблагодарила Полину, согласившись на её предложение. Ей неудобно было продолжать жаловаться, и она не могла отказать человеку, бросившему ей спасательный круг. Но это, конечно, совсем не то, чего бы ей хотелось. Она еще втайне надеялась, что вечером её ждёт грандиозный сюрприз от мужа, который просто обязан это сделать.

«Иначе зачем мне вообще такой муж?» — промелькнула тенью мысль.

Девушки отправились по магазинам, что удручало их обеих, потому как Полина в принципе не любила по ним ходить и предпочитала заказывать всё через интернет, а Милане было жалко тратить на себя деньги, поэтому она лишь смотрела на ценники и проходила мимо. Лучшей идеи у Полины не было, ей казалось, что это стандартная «процедура», которая должна поднимать настроение любой девушке. Но, даже примеряя что-то и видя в отражении свою кислую мину, именинница мрачнела всё больше. А постоянное отслеживание экрана телефона, на котором Милана боялась пропустить хоть какую-то весточку от Николая, тоже бесконечно разочаровывало.

Когда они уставшие добрались до ближайшей «Кофемании», Милана пребывала в расстроенных чувствах и продолжала изливать душу Полине. По словам Милы, дело, похоже, пахнет разводом, потому что уже на протяжении десяти лет они с Колей живут как соседи: ни секса, ни совместных прогулок, ужин перед телевизором молча. Разговоры только на бытовые темы. А выходные он проводит с друзьями или перед телевизором, а она за книгами.

На её уговоры развеяться и уделить время друг другу супруг не поддавался. Поэтому она стала задерживаться в библиотеке неподалёку от работы и поглощать одну за другой книги по психологии. Ей казалось, что эти знания спасут её брак. Но чем больше она изучала, тем больше понимала, что направлений великое множество, однако ни один метод почему-то не срабатывал.

Полина просто понимающе кивала головой. Хотя, конечно, видела, что Милана пыталась найти причину в Николае и от этого ещё глубже зарывалась в своих проблемах. А состояние жертвы, в котором она постоянно пребывала, лишь усугубляло ситуацию.

Милана продолжила изливать на Полли своё негодование и желание себя оправдать в её глазах:

— Я уже стала искать информацию в интернете, перебрала всё от женских тренингов и искусства орального мастерства до курсов по манипуляции людьми! И ничего не помогает! Его не пробьёшь! Хотя, ты знаешь, я нашла для себя отдушину. Для участия в одном из марафонов по изменению жизни мне нужно было зарегистрироваться в социальной сети. И меня поглотил этот мир: цитаты великих людей в пабликах, фотографии постаревших одноклассников и, будто назло мне, похорошевших одноклассниц, — Милана нервно засмеялась, — там же, конечно, и рецепты, музыка, игры…

На самом деле это был «ход конём» в ответ на то, что Николай был поглощен телевизором. Прибегая с работы домой, приготовив наспех ужин, она садилась за старенький компьютер и отправлялась в плавание по просторам всемирной паутины. Время от времени Милана пыталась практиковаться в своих новоприобретённых знаниях, но это приводило к ещё большему непониманию и разладу.

Она снова рассказала Полине, как в первые дни знакомства грезила о встречах с Николаем, как всегда с собой носила его фото, как они могли часами напролёт говорить по телефону. Ей казалось, что тогда она была самой счастливой.

— И только сейчас, анализируя, я понимаю, что мне хотелось любви больше, чем ему…

Полина впервые за вечер решилась высказать своё мнение по этому поводу:

— Миланочка, ты же тонула в нём, отдавая всю себя, забывая о своих желаниях, о своей внешности. Всё, чего тебе тогда хотелось, — раствориться в нём и ни на секунду не расставаться. Это была маниакальная зависимость, а не любовь, только так ты чувствовала себя счастливой, правда?

— Да… Я была готова прощать ему все попойки с друзьями, отсутствие внимания, подарков, заботы — только бы он был рядом, только бы выйти за него замуж.

Полина вздохнула, она предвидела этот ответ. И продолжила:

— Что же произошло потом? Растворившись в нём и потеряв себя, ты подсознательно стала требовать того же и от него. Тебе хотелось, чтобы муж всё своё время проводил с тобой, чтобы был тебе благодарен за всё, что ты для него сделала. Но он ведь не требовал от тебя этого? Не желал, чтобы ты отдала ему всю себя? Ему просто хотелось жить со своей любимой?

— Я упрекала его и говорила ему об этом при каждом удобном случае. Уж не знаю, чего он хотел. Но точно не хотел ничего делать, чтобы поддерживать романтику в наших отношениях.

Полина замолчала. Она видела, что Милана продолжает оставаться в роли жертвы и перекладывать всю вину на мужа. И сейчас ей было бесполезно говорить, что поведение её мужа было отражением её ухода от себя, полной её потери себя как личности.

Времени было уже много, Полине несколько раз написал Андрей, её муж, и уже сам предложил их забрать и подбросить Милу домой. А Милана, вздрагивая от каждой смски, так и не дождалась ни одной весточки, тихо завидуя своей сегодняшней спутнице.

То ли своими мыслями, то ли поведением и отношением к себе Милана притянула всю эту ситуацию. Как она и полагала, хоть и продолжая в глубине души надеяться на сюрприз, Николай действительно забыл о её дне рождении. Когда она зашла домой, он уже спал с пультом в руке и даже не собирался беспокоиться о том, почему её так долго не было дома.

Милана, убитая его поведением, захлёбываясь в желчи ненависти, злости, обиды и жалости к себе, уснула в рыданиях, перед этим загадав желание, чтобы Бог, если он существует, послал ей какой-нибудь знак, как ей поступить с её браком.

Утром закатить истерику Николаю не удалось, она забыла поставить будильник, а он её даже не разбудил. Проснулась она от неизвестного звука, который издал её телефон. Это было уведомление из социальной сети, в которой она прежде ни с кем не переписывалась.

Приглашение в друзья. Незнакомый парень. Макс Донцов. Осторожно пройдя по ссылке, девушка убедилась, что не знает этого человека. Машинально и возмущённо отправив сообщение: «Я замужем, не пишите мне больше никогда!» — она вспомнила о том, что никогда не изменяла своему мужу и даже не позволяла себе флирт ни в каком его проявлении.

Знака в этом она тоже не разглядела, потому что и вовсе забыла о желании, которое загадала в свой день рождения.

Глава 2. Калейдоскоп чувств

Николай всё же вспомнил о том, что не поздравил жену, и на следующий день пришел домой с подарком, цветами и извинениями. Милана к тому времени уже остыла, эмоции поутихли. Она вообще редко взрывалась и что-то высказывала. После ссор и конфликтов они, никак не урегулировав проблему, просто начинали снова общаться, как ни в чём не бывало.

Так произошло и в этот раз. Милана растаяла, как только увидела мужа на пороге с цветами, и, прежде чем распаковывать подарок, побежала накрывать на стол, потому что до этого у неё не было настроения и ей не хотелось кормить ужином мужа.

«Хоть я уже и не обижаюсь, но он не заслужил сегодня ужин», — таким образом она думала его «наказать», размышляя так до того, как Коля вернулся домой.

А теперь уже было как-то стыдно:

«Ну забыл, с кем не бывает, закрутился, в конце концов, у него много работы», — Милана уже и думать забыла, что вчера она засыпала в рыданиях, хотела развестись и молилась, чтобы ей пришёл ответ, как поступить.

Коле не терпелось увидеть, когда же она наконец развернёт его подарок, ведь он так тщательно его выбирал сегодня. В нём даже заиграли какие-то ребяческие нотки: солидно поправившийся за десять лет брака дядя, чем всё больше походил на большого доброго медведя из мультика, переминался с коробкой в руках возле жены на кухне, пока та накрывала на стол.

— Солнышко, ну, открывай уже, брось ты это всё, я не голоден!

Милана поставила остатки лазаньи в микроволновку и повернулась, с торжественным видом протягивая руки за подарком:

— Я готова! Давай!

Она аккуратно развернула упаковку, стараясь ничего не помять и не порвать (вдруг пригодится?), и увидела стильный элегантный красный телефон. Глазами, полными слёз, она посмотрела на своего любимого, потом бросилась к нему на шею, сгорая от стыда от вчерашних мыслей.

— Спасибо тебе огромное! Он такой красивый! И, наверное, такой дорогой! Зачем ты так потратился? Мы же собирались делать ремонт.

— Милана, вот что ты такое говоришь? — расстроился Николай. — Ты не рада подарку?

— Рада… Очень рада… Но это слишком дорогой подарок… Для меня… — неожиданно на неё напала грусть вселенского масштаба, она почувствовала острое ощущение недостойности себя всего, с ней происходящего, но не подала вида. Ещё раз чмокнув в небритую щёку мужа, она укололась, поморщилась и пригласила его к столу.

Николаю, казалось, новый гаджет был интереснее, чем жене и чем жена, быстро отужинав, он схватил телефон:

— Давай я помогу тебе всё установить!

Она смотрела на него, не понимая своих чувств, с некоторой долей зависти:

«Почему у меня нет ни к чему интереса? Почему я делаю всё на автомате и живу, как робот? Почему я не могу испытывать эти искренние чувства и радоваться таким мелочам? Я жду, что произойдёт что-то глобальное, наверное, только тогда я смогу быть по-настоящему счастливой… Только я даже не знаю что должно произойти».

— Идём, я покажу тебе, как им пользоваться, и давай перенесём сюда все номера и установим приложения, которые тебе необходимы. Здесь возможностей больше, и экран больше — сможешь читать книги! Для тебя же это важно, моя буквоежка! И не обижайся, я в хорошем смысле этого слова! — расплылся в улыбке счастливый Николай. Он был доволен своей покупкой и был уверен, что Милане подарок придётся по душе.

Он не умел говорить красивых слов, никогда не делал комплименты, проявляя свою заботу больше действиями, причём совсем не так, как того ждала Милана. Поэтому суть её претензий, когда она требовала от него знаков внимания, ему была непонятна. И сейчас он был просто убеждён — он сделал лучшее, что только мог придумать в её день рождения, пусть и с опозданием.

Милану поглотили размышления, она молча зависла в этом состоянии, пока Николай развлекался с «игрушкой», периодически выдергивая её из состояния транса фразами типа:

— Смотри! А он ещё вот так умеет! Это вообще суперполезная функция для тебя!

Милана тщетно пыталась разобраться в своих чувствах. С одной стороны, радовалась — он всё же вспомнил и сделал подарок. С другой стороны, смотрела на всю эту картину со странным равнодушием, будто уже решив внутри себя, что больше не хочет быть с этим человеком, понимая: они совершенно разные. В то же время ей было стыдно за свои мысли, ведь они уже столько прошли вместе, столько пережили. И вот сейчас, когда он в таком расположении духа, не занят телевизором, готов идти на контакт, воодушевлённый, живой, как в юности, и она могла бы радоваться вместе с ним, ей больше всего хотелось уйти и закрыться в другой комнате.

«Почему так? Почему? Может, это не ему, а мне не нужны эти отношения? Эта нежность в них. Может, это я стала чёрствой и фригидной, и поэтому у нас нет секса? Да у нас даже нет общих тем для разговоров. Все мои чувства к нему основаны на воспоминаниях из прошлого и на благодарности за всё, что он для меня сделал. А любви-то и нет. Не осталось. Наверное. Как во всём этом разобраться?»

Когда Милана вызволила себя из пучины размышлений, взгляд супруга уже был устремлён в телевизор.

— Вот тебе и праздник, — съязвила Милана, — ты даже мой день рождения празднуешь со своим лучшим плоским широкоформатным другом, — обозлённая на себя, на мужа и на ситуацию, она соскочила с кровати и ушла на кухню.

Николай только вздохнул. Он вообще не понимал Милану и её поведение. И уже даже не пытался в этом разобраться.

***

Жизнь Миланы потекла в прежнем русле. День за днём она ходила на работу, скоро, в преддверии нового года, нужно будет закончить все дела и сдать отчеты.

Прошло несколько дней, прежде чем Милана осмелилась установить приложение той самой соцсети на телефон и зайти в свой профиль. Она одновременно и боялась, и ждала ответ незнакомца.

Непрочитанное сообщение. От него. Страшные угрызения совести терзали её, но любопытство было сильнее. Сердце бешено колотилось. В сообщении было две песни и больше ничего. Никогда раньше с ней не знакомились так нахально, в интернете. Несмотря на то, что она была совсем молода, взгляды её были весьма консервативны.

Николай в этот вечер задерживался, предупредив, что у него деловая встреча. Милана трясущимися от волнения и страха руками нажала кнопку «play». Из динамика полилась мелодия, и нежный мужской голос запел о любви.

«Да что себе позволяет этот наглец? Я его даже не знаю!»

Не помня себя от злости, она накатала ему гневное послание о том, что неуважительно писать замужним девушкам, и сообщила, что он не на ту напал, если ему хочется поразвлечься.

В этот момент повернулся ключ в замочной скважине. Свернув все приложения, в смешанных чувствах и эмоциях Милана бросилась встречать мужа.

Они уже ужинали, когда раздался телефонный звонок. Звонила Миланина коллега с работы, директор по производству:

— Милана, у меня к тебе просьба, нужно съездить на работу, забрать пакет документов, который я приготовила и благополучно забыла на столе, и отвезти его Артёму Ивановичу, он завтра улетает в командировку, самолёт в 7.40

— Но… Ангелина Петровна, время одиннадцатый час ночи, я уже в пижаме…

— Я понимаю, конечно, но я сегодня сделала косметическую процедуру, и мне нельзя несколько часов появляться на морозе, я не могу поехать сама. Милан, выручай, вопрос жизни и смерти, ему обязательно нужны эти бумаги. Без них ехать бессмысленно.

— Хорошо, я всё поняла. Надо так надо. Сейчас я съезжу, не переживайте.

Милана положила трубку со словами:

— Коль, мне на работу нужно.

Он не стал задавать ей лишних вопросов, она всегда делала всё так, как считала нужным сама, не советуясь с ним. А даже если и советовалась, то редко принимала его мнение во внимание и делала по-своему.

И Милана не умела отказывать. Сказать «нет» для неё было неприемлемым. Ей всегда хотелось всем угодить, показаться в их глазах хорошей, доброй, готовой помочь. Она очень боялась обидеть, а ещё боялась получить отказ, когда помощь понадобится ей самой. Хотя таких случаев она не припоминала, может быть, потому что никогда никого и не просила, а всё делала сама.

Домой Милана приехала уже глубоко за полночь, Коля сладко спал, ни разу ей не позвонив и не переживая о том, что жена где-то мотается посреди ночи. Это, конечно, её жутко раздражало. В очередной раз она ложилась спать без настроения, но сон всё не шёл. Под подушкой завибрировал телефон:

«Привет☺ Чего не спишь?»

Первой реакцией была злость:

«Тебе-то что надо от меня ещё? Баб что ли мало?»

Но впервые в жизни ей захотелось выплеснуть свою боль незнакомому человеку, с кем-то поделиться, после того разговора с Полиной ей было значительно легче, но больше не было возможности поговорить. Было страшно и волнительно, рядом под другим одеялом спал муж, повернувшийся, как обычно, спиной. Несколько раз написав и удалив текст сообщения, она просто ответила:

«Не спится».

«Что это тебе не спится? Завтра же на работу?»

У Миланы появилось ощущение, что за ней следят. Всё, что происходило, было для неё совершенно новым и необычным. И она воспринимала всё очень наивно.

«Откуда ты знаешь? Ты следишь за мной?»

В следующем сообщении она почувствовала насмешку:

«Нет, логически догадался ☺».

Появился какой-то привкус горечи, и захотелось съязвить:

«Если ты такой умный, зачем тогда такие вопросы задаёшь? Ни на что больше фантазии не хватает?»

«А ты острая на язычок. Хотелось бы мне его попробовать».

Милане резко стало противно и мерзко от этого сообщения, она ничего не стала отвечать, удалила переписку и швырнула телефон под подушку.

«Господи, да зачем мне вообще это надо? Как-то жила же без этого раньше и сейчас обойдусь. Если уж совсем приспичит, поделюсь с Полиной. Чувствую себя использованной. Сначала эти бумаги, а я всё-таки финансовый директор, а не „принеси-подай“, потом безразличие родного мужа, теперь и этот сопляк со своими намёками. Издеваются надо мной все? Сговорились?»

Глава 3. Случайная встреча

Прошёл практически месяц с тех незначительных, но волнующих её событий. В семье по-прежнему был день сурка. Этот загадочный парень, Макс, из соцсетей не сдавался, он писал Милане каждый день. Сначала она этому агрессивно сопротивлялась, оскорбляла его, не отвечала, а потом потихонечку начала привыкать и ждать его сообщений. Он вдохнул свежий воздух в её повседневную рутину.

На первый откровенный разговор с ним она вышла после очередного звонка подруги, в просьбе которой она не могла отказать и высказать ей, боясь обидеть, тоже, но это переходило уже все границы. А поделиться негодованием ей было не с кем. Муж сначала делал вид, что слушал, но, когда она в ярости схватила пульт, чтобы выключить телевизор, он взмолился:

— Давай на рекламе поговорим, пожалуйста? Я сейчас самое интересное пропущу! Это же не так срочно?

***

Катя, бойкая, смелая, настойчивая, хамоватая, внешностью в чём-то даже мужеподобная, выкрашенная в блондинку брюнетка, никогда за словом в карман не лезла, очень резко обозначала свою позицию, никому не давала себя в обиду, а бывало, и сама могла зацепить кого-то.

Она часто просила Милану о помощи, причём многое из того, что она делегировала подруге, могла сделать сама, но ей было комфортно, когда за неё решают её проблемы, вплоть до оплаты коммунальных услуг, а она в это время могла сходить в солярий или на наращивание волос. Всегда находились дела «поважнее». И в отличие от Миланы она знала себе цену, вот только перегибала палку, обесценивая при этом других.

Уставшая от предновогодней суеты и замученная годовыми отчётами, Милана ехала домой, когда ей позвонила Катя и словно пулемётная очередь начала быстро-быстро говорить:

— Милана, привет! Срочно! Срочно приезжай ко мне! Слышишь? Меня выселяют из квартиры! Мне нечего есть! И я умираю с голоду! Подруга, спасай, выручай! Только ты мне можешь помочь! И по пути в банкомате сними деньги, мне нужна наличка. Сорок тысяч рублей, — она сделала паузу. ­ — Нет, пятьдесят. Хотя десять можешь скинуть на карту, — Катя снова немного помолчала. — Ещё же этот сраный Новый год, чтоб его! Давай восемьдесят, Милан! Или сто! У тебя же есть? Я знаю, что есть, ты мне рассказывала, что вы собираетесь делать ремонт, значит, ты копишь, да и премию вам должны были выплатить! В отличие от наших уродов! Нет, ну ты прикинь, я потратила всю зарплату, привела себя в порядок, купила себе Гуччи на половину зарплаты для корпоратива, а они его отменили! И мало того, что отменили, так ещё и премии лишили! А я уже аванс за путёвку на Сейшелы внесла, мы с Людкой с работы собираемся в феврале, извини, не успела тебе сказать раньше! Сейчас по дороге расскажу подробнее, ты же меня свозишь до хозяина квартиры отдать деньги? А на обратном пути заедем в магазин, куплю продуктов и вина, выпить хочется до ужаса. Только ты, наверное, компанию мне не составишь? Ты же за рулём, да и домой тебе уже будет пора ехать. Ну, ничего, успеем наговориться пока ездим, давай подруга, жду тебя. Целую.

И отключилась.

Милана словно в каком-то тумане доехала до ближайшего отделения банка, сняла сто тысяч и поехала в сторону дома своей закадычной подруги, не понимая, что же связывает их, таких противоположных друг другу людей. Она привыкла уже к нахальным выходкам Кати, ни разу ещё ей не отказала. Только если раньше она делала это беспрекословно, бросала все дела и ехала ту спасать с любовью и без всяких сомнений, то сейчас что-то изменилось, она впервые почувствовала, что ей не хочется этого делать. Но почему-то сказать что-то против она не могла.

«Милана, что за мысли у тебя? Она ведь твоя лучшая подруга. Похоже, ты совсем загналась со своими книжками, раз позволяешь себе так думать. Что за эгоистка в тебе просыпается? Что за нежелание помочь родному человеку?» — разговаривала она сама с собой.

«Тебе за это должно быть стыдно!» — эхом отозвался бабушкин голос из далёкого детства.

Милана привезла деньги, свозила подругу по всем делам и, не дождавшись приглашения хотя бы на чай, поехала домой. Уже по дороге ей пришла смска:

«Ой, закрутилась, „спасибо“ забыла тебе сказать, дружочек. Я, правда, не знаю, когда смогу с тобой рассчитаться, но тебе же не срочно. Целую. Пока».

Милана уже во второй раз отследила незнакомое ей ранее чувство: «Такое ощущение, что меня использовали!»

Ей хотелось с кем-то обсудить это. Полине звонить было уже поздно, муж отмахнулся, выделив ей время для разговора на рекламной паузе. И тут удивительно своевременно пришло сообщение от Макса:

«Доброго вечера! Уже поужинала? Как настроение?»

Ощутив внутри тепло от этих слов, Мила ответила:

«И тебе хорошего вечера. Хоть кто-то заботится о моих чувствах и моём желудке!»

«А как же муж?»

«Его больше волнует, кто кого подставит в очередном боевике».

«Ты не ответила. Что кушала?»

«Макароны по-флотски. Не было времени готовить, приехала поздно».

«Как обычно, задержалась на работе? Как прошёл в целом твой день?»

«Да, на работе… И не только… Понимаешь… Тут такое дело… Мне хочется кое-что тебе рассказать…»

И в следующих сообщениях Милана выложила всю историю с Катькой. Упомянув о том, что раньше она делала это бескорыстно, сама того желая, а с тех пор как её посреди ночи выдернули на работу, потому что кое-кто забыл передать бумаги и свалил в салон красоты, у неё появилось ощущение, что ей пользуются, и ей очень стыдно за такие мысли.

«Милана, ты же понимаешь, что нельзя так? Ты совершенно о себе не думаешь? Ты же говорила, что ты читаешь книги по психологии и проходишь разные тренинги?»

«Ну да, читаю и прохожу, только я не понимаю, о чём ты говоришь. Почему не думаю о себе? Я это я, а помощь — это помощь, разве нет?»

«Давай я просто скажу, как я это вижу. Может, я и ошибаюсь, конечно. Но ты же делаешь это против своей воли?»

«Понимаешь, в этом-то и дело. Мне стыдно, что я не хочу помогать близким людям. Сегодня я вспомнила даже слова бабушки, которая стыдила меня, когда я не хотела помогать».

«Мне кажется, что ты живёшь для других людей. Ты же выросла и уже не та девочка, которую журила бабушка. Ты взрослый человек, который вправе жить так, как он хочет. А ты забиваешь на свои желания. И бежишь, спасаешь кого-то. Не надо так, Милан. Ты думаешь, они без тебя не справятся?»

«Хороший вопрос. Я будто чувствую себя нужной при этом. Знаю, что потом мне тоже помогут».

«Ты, правда, думаешь, что помогут? Попробуй ответить честно».

«Конечно! А что, может быть как-то иначе?» — искренне удивилась Милана.

«Да вот как ты не поймёшь? Как раз, когда ты прогибаешься под людей и пляшешь под их дудку, они только и будут тобой пользоваться, потому что ты делаешь это, чтобы почувствовать себя нужной. Ты сама говоришь. Значит, ты делаешь это не из-за искреннего желания помочь, а для того, чтобы тебя полюбили, согласна?»

«Не знаю, Макс, такие странные вещи ты говоришь. Мне пока сложно это понять. Ты психолог?»

«Нет, но это прописные истины, на мой взгляд».

«Спасибо тебе. Мне стало легче после разговора, хотя я пока не понимаю, о чём ты говоришь. Наверное, мне нужно время, чтобы это осознать. А сейчас мне пора спать, у нас завтра корпоратив. Спокойной ночи!»

Ночью Милана спала плохо, думала о своём странном, непонятно откуда взявшемся онлайн-собеседнике и, самое главное, она ощущала, что он очень вовремя появился в её жизни. Она замечала, как ей становится легче после разговоров с ним. У неё начали закрадываться мысли о том, что она хотела бы познакомиться с ним вживую и что уже начала привязываться к этому загадочному персонажу в её жизни. И, конечно, она считала, что живёт чужой жизнью. Об этом она никогда прежде не задумывалась.

Одну из песен, которые были в самом первом сообщении Макса, Милана поставила в качестве рингтона на свой новенький красный iPhone, и при каждом звонке она вспоминала своего виртуального собеседника. Так же она понимала, что теперь и вовсе не ждёт и не требует от мужа, чтобы он уделил ей время и внимание. Они ещё больше отдалились друг от друга. И чем хуже становились отношения с Николаем, тем больше она улетала в мечты о реальном знакомстве с Максом.

***

Милана работала в большой компании, коллектив её был дружным и весёлым, корпоративные вечера устраивались очень часто, но выпивала девушка редко, чаще была за рулём. Отправляясь сегодня на празднование Нового года, она оставила машину дома, чтобы пропустить пару бокальчиков красного вина.

Как правило, после недолгого вечера все сразу расходились по домам, и Милана в том числе, но в этот вечер её душа требовала отвлечься, тем более что видеть Николая ей совсем не хотелось. Милана набрала номер Кати, она уже не злилась на неё за ту выходку, и подруга с радостью согласилась за ней заехать, предупредив, что будет со старым другом, с которым как раз празднуют покупку его джипа.

Взбудораженная после хорошего вечера и вина, Милана выскочила на улицу, и, поскользнувшись на лестнице, громко выругалась отборным матом в несвойственной для себя манере. Новёхонький автомобиль уже поджидал у крыльца здания, окно было приоткрыто, и в машине были отчётливо слышны её ругательства. Взобравшись на заднее сиденье, она продолжала отряхиваться и ворчать, но стоило ей угомониться и поднять взгляд, она оторопела. Это был ОН. В городе-миллионнике. С её лучшей подругой.

— Милан, знакомься, это Макс. Макс Донцов, может слышала? Он знатный Дон Жуан, всех девчонок в городе уже перебрал. И ты это, осторожнее с ним, он и замужними не брезгует! — затараторила Катька.

Милане показалось, что Макс густо покраснел, по крайней мере смущение изобразить у него отлично получилось.

— Кать, вот что ты такое говоришь? Напугаешь девушку. И вовсе я не такой. Милана, располагайся, рад с тобой познакомиться лично!

Его голос оказался совершенно не таким, как в её представлениях. Почему-то ей казалось, что он обязательно должен быть брутальным, громким, под стать высокому росту владельца, его мускулистому телу, широким плечам, смуглой коже и чёрным, как смоль, чуть волнистым волосам. Но когда он заговорил, ей подумалось, что ничего восхитительнее этого тембра она раньше не слышала. Каждая клеточка её тела предательски завибрировала.

Весь вечер они смеялись, шутили, пили шампанское, общались так, будто знали друг друга много лет. Милана чистила мандарины себе и Максу, а он ухитрялся есть из её рук.

Катя не раз толкала локтем в бок подругу, предостерегая. Уж она-то очень хорошо знала все приёмы этого любвеобильного самца, называвшего себя её другом. Поэтому и настояла на том, что Милану отвезут домой первой.

Выйдя из машины, Макс галантно открыл дверь и подал девушке руку. Их взгляды пересеклись: Милана не могла оторвать от него глаз, а он жадно смотрел на неё. Провожая её до подъезда, Макс достал из кармана пальто мандаринку:

— Символ нашего сегодняшнего вечера. Как-нибудь повторим?

Милана загадочно улыбнулась, но ушла от ответа:

— Это был прекрасный вечер. Спасибо тебе. Я до сих пор не верю в это случайное знакомство, — и, разоткровенничавшись окончательно, Милана краснея произнесла: — Я грезила об этом всю ночь.

Макс расплылся в улыбке и подмигнул:

— Будь осторожна, мечты сбываются. И мои грёзы сегодня будут куда смелее после такого общения. Неспокойных вам снов, девушка!

Сердце Миланы предательски выпрыгивало из груди, в ней проснулась женщина, страстная, жаждущая, незнакомая ей прежде. И успокоилась она, только стоя под холодным душем.

На следующий день Катя приехала к Милане в разгар рабочего дня.

— Дорогая, я тебя во всём поддерживаю, но вчера мне совсем не понравилось, как ты строила глазки Максу. Я давно его знаю, отшила сразу, и теперь у нас с ним дружеское общение. Но Маринкину семью он чуть не развалил. Да и Света до Паши с ним встречалась. Знаешь, сколько лапши он ей навешал? Я тебя на растерзание ему не отдам, ты меня знаешь, любого за тебя порву.

Милана с нежностью обняла подругу и поблагодарила за беспокойство, заверив, что этой единственной встречей всё и закончилось. Но не думать о нём она уже просто не могла.

Глава 4. Борьба с собой

В преддверии Нового года, когда город затопила предпраздничная суматоха, на работе накопилось столько дел, что Милана, придя вечером домой, не могла вспомнить, ела ли она сегодня хоть что-то.

— Коль, не понимаю, время одиннадцать часов, я только с работы, там завал! Я же с ног валюсь! Неужели нельзя хотя бы макароны сварить к моему приходу? — Милана рухнула на кровать и разрыдалась.

Николай лежал на диване, в одной руке была банка пива, а в другой пульт. Он молча посмотрел на Милану. И снова уставился в телевизор.

— Я так понимаю, тебе вообще по барабану, да, ела я или нет? Ты же знаешь, что я устроилась на эту работу только для того, чтобы нам проще было выплачивать ипотеку! В итоге всё погашено, меня за это время повысили, я зарабатываю теперь больше тебя! А ты даже ухом не ведёшь! Какой ты вообще мужик после этого? — Милана переходила на крик.

— Мила, я работаю и зарабатываю, это было твоим выбором — пойти на эту должность, — спокойно ответил муж.

— Ты издеваешься надо мной? Да любой нормальный мужик пошёл бы и нашёл вторую работу или хотя бы попросил повышения на этой! У тебя уйма свободного времени, которое ты растрачиваешь впустую! Тебе вообще не жалко свою жизнь? — уже во весь голос кричала Милана. — Я должна ишачить, ковыряться в цифрах, которые меня бесят, общаться с людьми, которые ничего не понимают, тащить всё за всех, а в благодарность любоваться на твой профиль, когда ты пялишься в телевизор? Господи, как же мне хочется его разбить уже! Мы с тобой вообще когда-нибудь будем хоть о чём-то разговаривать? Ты не хочешь спросить, как у меня дела? Устала я или нет? Или хотя бы обсудить отпуск, на котором ты, между прочим, будешь кайфовать и загорать пузом кверху, а я в это время продолжать дистанционно работать, потому что никто без меня не справляется! Я не понимаю, что за жизнь у меня такая! Все только и делают, что на мне ездят! В том числе и ты!

Милана хлопнула дверью и убежала в слезах, Николай так и остался в прежней позе, он уже привык к таким истерикам и особо на них не реагировал. А она, окончательно испортив себе и без того плохое настроение, с головной болью легла в постель. В тот момент, когда в руках был телефон для того, чтобы поставить будильник, ей пришло сообщение:

«Не спит ещё Миланочка? Успею пожелать самой красивой девушке сладких снов? ☺».

В груди стало тепло, на лице появилась улыбка:

«Не спит, ещё успеешь ☺».

«Как прошёл твой день?»

«Честно, ужасно болит голова, устала. На работе эти долбанные отчёты. Дома полное равнодушие и непонимание».

«Милан, а можно задать тебе вопрос?»

«Да, давай».

«Почему ты живёшь той жизнью, которая тебе не нравится? Ты не любишь свою работу, с мужем разлад. Почему ты ничего не меняешь?»

Милана задумалась, ей так хотелось поддержки, а единственный человек, от которого она могла её получить, начал читать ей нотации. Ей хотелось сбежать от разговоров, от ответственности, она не считала себя виноватой в своих проблемах:

«Макс, ну зачем ты начинаешь сейчас? Я так устала сегодня. А сейчас как на приёме у психотерапевта! Давай не будем, а?»

Он тут же понял, что перегнул палку, и мигом пустил разговор в другое русло:

«Расскажи мне, что ты сегодня кушала ☺».

Но снова «надавил на больную мозоль». По щекам Миланы опять потекли слёзы, ей стало до одури жалко себя:

«Ничего, Макс! Ничего! Мужу просто наплевать на меня. Он весь вечер провалялся на диване и не соизволил ничего приготовить!»

«Милана! Так ведь нельзя! Почему ты даже не пообедала? Рядом с твоей работой есть несколько приличных заведений, или воспользовалась бы доставкой хотя бы! Почему ты сама так наплевательски к себе относишься?»

Так и не дождавшись поддержки, в которой она так нуждалась в этот вечер, расстроенная девушка написала сообщение:

«Я не знаю, что тебе ответить Макс. Никому до меня нет дела. У меня никчёмная жизнь. Такая же, как я сама. Пока», — отключив интернет, Милана спрятала телефон под подушку и забылась беспокойным сном.

Декабрь стоял морозный, машина утром завелась с трудом. Промёрзшая до костей, совершенно без настроения Милана приехала на работу. Сквозь морозные узоры на стеклянной двери она увидела машущую ей обеими руками Полину, которая пришла сегодня на работу раньше всех и встретила курьера. Не обращая внимания на ворчливого вахтёра, Полли радостно закричала на весь холл:

— Доброе утро, Милана! Ты чего такая хмурая? У вас с Колей медовый месяц? Он решил тебе настроение поднять или сегодня какая-то дата? Я так рада за тебя! После нашего разговора чуть больше месяца прошло, а у тебя такие изменения!

Не понимая, о чём говорит коллега и о каком медовом месяце может вообще идти речь, Милана передёрнулась от воспоминаний о вчерашнем вечере и о последних месяцах их умирающего брака. А потом она зашла в кабинет. Рот открылся непроизвольно. Рабочий стол украшали её любимые цветы, а возле них лежала шоколадка.

По щекам потекли слёзы, а в голове пронеслась мысль: «Неужели сначала нужно было убить во мне все чувства, а потом пытаться исправить ситуацию?» Но под слоем обид и претензий чувства ещё теплились.

Она достала из сумочки телефон. Избранные. «Счастье моё». Пошёл вызов. Послушав долгие гудки, она с облегчением сбросила и положила телефон рядом с вазой. Говорить ей совсем не хотелось, а поблагодарить казалось необходимостью.

Милана обошла стол и уселась в своё мягкое кресло, перед ней лежала кипа бумаг — работа уже давно не приносила удовольствие. Шумно втянув воздух в лёгкие и не успев выдохнуть, она услышала знакомый до дрожи рингтон. Потянувшись за телефоном, задела букет, из которого выпала записка:

«Мандаринку будешь?»

Милана перестала дышать, из трубки доносился нетерпеливый голос мужа:

«Зачем звонила? Говори быстрее, я занят!»

Она смогла только вымолвить:

«Уже не актуально», — и завершила вызов.

В этот момент зашла Полина, и, как оказалось, очень вовремя. Милана стояла, опершись на стол, в предобморочном состоянии, она только что чуть не подставила себя перед мужем. Полли усадила её обратно в кресло и принесла воды.

— Полин… Я, кажется, влюбилась… Я думаю о нём постоянно… Я ни разу не изменяла мужу… И не хочу… Но не могу жить без мыслей о нём…

— Подыши, пожалуйста, и попей водички. Успокоишься, и мы с тобой поговорим.

Милана смотрела в одну точку, а перед глазами проносилась вся её жизнь. Она ведь любила своего мужа, но сейчас всё это могло полететь в бездну. Совсем недавно ей претила мысль о том, что её может коснуться другой мужчина, а теперь она только об этом и мечтала.

С Полиной поговорить не удалось, её отправили на встречу с рекламодателем. Работать не получалось, мешали бесконечные мысли, далёкие от деловых. Жёсткая борьба разума и сердца разрывала душу на кусочки.

Телефон издал до боли знакомый звук, вырвав девушку из пучины размышлений. С этим звуком ассоциировался только Макс, потому что кроме него никто не писал ей в этой социальной сети. На экране высвечивалось уведомление о сообщении:

«Так ты мне не ответила. Будешь? ☺»

Милану пробрала мелкая дрожь. Да, она консервативна, но это же не серьёзно, так? Это же просто флирт? Но сердце колотилось как бешеное. До мужа она ни с кем не встречалась и даже с ним не умела флиртовать. И теперь она вдруг допускает мысли об измене!

За то недолгое время, что они начали общаться, Милана уже привыкла к тому, что это единственный человек, с кем она может быть настолько откровенна. Недолго думая, она набрала текст:

«Пойми меня, пожалуйста, правильно. Я считаю, что принимая твои подарки, я словно изменяю мужу! А это ведь страшный грех. Мне нельзя об этом думать и тем более делать. Ни в коем случае. Макс, ты даже не представляешь, в какую ситуацию ты меня сейчас ставишь. Родные меня не поймут, осудят и откажутся от меня!!!»

Немного посомневавшись, она отправила его. Ответа не было минут пятнадцать, после чего пришло длиннющее сообщение:

«Милана, я, безусловно, не хочу навязывать тебе своё мнение. Но мне странно слышать это от тебя. Ты сама загнала себя в рамки. И я удивлён тому, что в твоей светлой голове нет файла о том, что грехов не может быть по определению. Ведь если есть грех, значит, за ним должно последовать наказание? А кто же выполнит роль палача? Бог? Сложно представить себе родителя, осознанно отправляющего своих детей в ад. Или что там обычно пророчат?»

Милана была шокирована таким ответом, уж такого она от Макса точно не ожидала. Разговоры о Боге она никогда ни с кем не вела. И ей стало даже как-то жутковато от того, что человек, пытающийся её соблазнить, говорит такие слова. Она перечитала текст несколько раз. И тут же получила следующее сообщение:

«Почему ты говоришь, что от тебя откажутся родственники? Опять же могу ошибаться, но мне кажется, что тобой управляет сильнейший страх остаться одной. Но и здесь палка о двух концах. Для чего тебе этот страх? По себе знаю, что за ним скрывается ресурс свободы и позволения себе жить своей жизнью. Тебе не кажется, что ты проживаешь жизнь в соответствии с теми установками, что были заложены раньше? Что ты вообще живёшь чужими мыслями?»

От мыслей о перспективе быть осуждённой и изгнанной из семьи её затошнило, да и какое Макс имеет право вести с ней разговоры на подобные темы и указывать ей на её страхи?! Эго её было задето и растоптано, включился режим защиты. Она взяла телефон и набрала сообщение:

«Мне не нужны твои нравоучения, без тебя как-нибудь разберусь. Ты вообще-то на себя посмотри и на своё поведение. Если ты такой умный, что ж ты никак не устроишь свою жизнь, а только лишь разрушаешь чужие семьи? Я тебе уже раньше говорила, что я замужем. Между нами ничего не может быть. И не пиши мне больше».

Она снова сомневалась несколько минут прежде, чем всё же нажала кнопку «отправить». Ответ пришёл сразу же:

«А разве я требую от тебя чего-то? Ты сегодня завтракала?»

Последний вопрос снова отозвался теплом в душе Миланы, и она уже не могла сдерживать себя, разрыдалась. Громко всхлипывая и сотрясаясь, она думала:

«Почему меня не спрашивает об этом Коля? Почему его никогда это не заботит? Неужели совершенно чужому человеку я дороже, чем ему? Я же просто хочу человеческого отношения и заботы! Я люблю его! Или уже не люблю?…»

И заплакала ещё сильнее.

Домой Милана вернулась рано, совершенно разбитая и потерянная, однако в полной решимости поговорить с мужем. Но разговор, как и всегда до этого, закончился непониманием Николая, какие к нему могут быть претензии. У него был свой взгляд на это.

— Я работаю, по бабам не шатаюсь, сижу дома! Даже с мужиками встречаюсь раз в пятилетку! Одна радость в жизни — телевизор! И то ты снова недовольна!

— Но я же хочу проводить с тобой время, гулять, разговаривать, заниматься любовью не раз в полгода! Господи, какой кошмар! Ты помнишь, когда у нас был секс в последний раз? Неужели я такая ущербная, что у тебя даже не стоит на меня? — Милана уткнулась в подушку и снова разрыдалась. — Я просто хочу быть счастливой! С тобой!

Но последних слов Николай уже не слышал, он нервно курил на балконе, не понимая, что же снова нужно этой всем недовольной женщине. Он её любил и не изменял, и этого, по его мнению, было достаточно.

***

Чем меньше времени оставалось до Нового года, тем более мрачным становилось настроение Миланы. Макс не сдавался, писал каждый день, и она уже не могла ему не отвечать. Каждое сообщение вызывало в ней бурю эмоций от наивысшего наслаждения до самоуничижения и осознания себя падшей женщиной. Он присылал ей подарки, каждый раз попадая в точку, заказывал доставку еды. Каждое утро начиналось с приятных слов и пожеланий хорошего дня, а в течение дня он мог бесконечное количество раз спросить, поела ли она, пока не получит фотоотчёт.

Делая очередное селфи с полным ртом и улыбкой до ушей, Милана не заметила, как кто-то вошёл в кабинет, к её счастью, это была Полина.

— Понимаешь, Полли, я узнала, как это, когда о тебе заботятся. Я наконец-то почувствовала, что я нужна кому-то. Боже, как мне тяжело и стыдно, я ненавижу себя за это. Я недостойна того, чтобы меня так любили. Но я верю в то, что это настоящая любовь. Меня разрывает чувство стыда, грызёт совесть, но я не могу не общаться с ним. Я влюбилась по уши. Он вернул меня к жизни. Мы с ним ни разу не встречались за это время… Но… ­ — Милана радостно зажмурилась. — Я пообещала сходить с ним в кино!!!

Полина всё понимала, она жалела Милану, но всё же не могла не спросить:

— А Николай?

Милана стала чернее тучи. Отложив в сторону телефон и проглотив остатки вкуснейшей пиццы, она заговорила:

— Я не понимаю, как я к нему отношусь сейчас, любви не чувствую точно. И, похоже, я уже и не знаю, что такое любовь. Кроме благодарности за всё, что между нами было за эти годы жизни, я не испытываю больше ничего. Иногда мне кажется, что я его ненавижу. Кто я сейчас? Ни внешности, ни фигуры, ни одежды… Самооценка ниже плинтуса. Девчонки из отдела маркетинга подкалывают меня постоянно, что мне шестьдесят, а не тридцать. Я ненавижу смотреть в зеркало. Похоже, что я и сама себя ненавижу. Сплошная ненависть и самобичевание. Я устала так жить. Если мне жизнь дала шанс попробовать что-то изменить, я не могу его упустить. Мне кажется, что я и смысла жизни-то уже не вижу без Макса.

Пришло сообщение, Милана замолчала и взяла телефон:

«Я побежал на объект. Хорошего дня. Целую».

Она приложила телефон к груди, улыбнулась и мечтательно закрыла глаза.

— Полин, мне, конечно, хочется подольше побыть в этом состоянии блаженства, но у меня к тебе вопрос, ответ на который мне, возможно, и испортит настроение. Я всё время думаю о том, что периодически Макс лезет ко мне с какими-то нравоучениями. И меня это не может не раздражать. Думаю уже выписывать себе в блокнот то, что он пишет, чтобы на досуге об этом подумать, переписку же я удаляю. Но именно в тот момент, когда от него приходят сообщения, у меня поднимается агрессия и мне хочется наговорить ему каких-нибудь гадостей.

— А в чём твой вопрос?

— Он говорит мне, что я сама к себе наплевательски отношусь, и от этого все мои проблемы. И вообще, что я живу чужими мыслями!

— И ты с ним не согласна?

— Ты туда же? Думаешь, корень зла кроется во мне самой?

— Милана, а на твой взгляд, в ком? Ты выбрала этого мужа, и насколько я помню, в свой день рождения ты рассказывала мне о том, что до свадьбы он был совсем другим. Как ты думаешь, почему он изменился? Вспомни о своих страхах его потерять и о бесконечных уловках, чтобы удержать. Тебе просто выгодно было сотворить из него тюфяка и вить верёвки. А теперь ты наигралась в эту игру и требуешь перемен от него, а не от себя.

Милану уже начало потряхивать, и ей совсем не нравилось то, что говорила ей Полина, но она старалась держать себя в руках.

— Вы будто сговорились с Максом. Мне неприятно, когда обо мне говорят такое, и уж тем более сложно поверить в то, что всё это правда. Если вам верить, то зачем я всё это сделала? Я что, больная, чтобы так испоганить свою жизнь?

— Милана, я не хочу тебя обидеть, не горячись, пожалуйста! На самом деле всё немного сложнее, чем ты себе это обрисовала сейчас. Я ни один год уже изучаю не только психологию, но и работу с подсознанием. Если ты этого хочешь, то мы обязательно с тобой поговорим на эти темы. Но только если ты будешь спокойно реагировать и перестанешь впадать из крайности в крайность: защищать себя, вооружаясь щитом и мечом, или же винить себя, уходя при этом в жертву. Ах да, и ты не должна забывать о благодарности, а не просто пользовалась мной.

Милане стало стыдно за своё поведение:

— Да, конечно, прости меня, пожалуйста, я очень хочу разобраться в себе. И я готова учиться у тебя. По поводу благодарности не переживай, сколько это будет стоить? Я готова оплачивать, сколько ты скажешь.

— Ты, пожалуйста, не преувеличивай и не обижай меня, предлагая оплату, до наставника мне ещё далеко, но вот делиться знаниями я буду с радостью. Ты знаешь, мало кому вообще понятна моя позиция и редко с кем удается найти общий язык. Обычно меня воспринимают как жилетку, в которую можно поплакаться и слить негатив, люди привыкли так жить. А вот реальной помощи очень мало кто просит. Точнее, до тебя не попросил ещё ни один человек.

Милана вспомнила свой день рождения и почувствовала укол совести:

— Прости меня за то, что я повела себя так в свой день рождения. Я признаю свою вину… — вздохнула девушка.

— Ну вот, ты уже нарушаешь нашу договорённость. С этого дня я прошу тебя перестать винить себя за что бы то ни было. А я всего лишь попросила тебя пока о соблюдении трёх моментов: не жертвить, не агрессировать и благодарить.

— Так я же тогда стану и вовсе наглой и буду вести себя, как конченая эгоистка?! Если мне всё будет дозволено и ни за что не будет стыдно!

— Во-первых, скажи мне, пожалуйста, разве я говорила тебе снять с себя ответственность за свои поступки и поведение? Я говорю тебе о том, что тебе нужно научиться прощать себя за то, что уже не исправить. Прошлое прошло. А ты, осуждая себя и не давая себе права на ошибку, загоняешь себя в рамки каких-то навязанных самой себе идеалов, до которых ты не дотягиваешь по своим же меркам. Да и ошибок, собственно, тоже не бывает. Это опыт. Твой опыт, познать который тебе просто необходимо. И если это случилось, значит иначе и быть не могло.

— Но разве я не должна вести себя как-то определённо?

— Например, как?

— Ну… Не знаю… Быть правильной, верной в конце концов. Не обижать людей. Помогать им.

— Если ты будешь делать всё это только потому, что ты кому-то что-то должна, ничего хорошего не выйдет. Это делается из состояния желания внутреннего.

— Вроде есть же желание. Или хотя ты права… Это больше долг, чем моё желание. Делаю то, что надо делать. А когда я поступаю иначе, меня, конечно, мучает совесть и одолевает страшнейшее чувство вины.

— Пока просто запомни то, что обвиняя себя, ты притягиваешь наказание.

— Ты знаешь, Макс думает иначе. Он недавно написал мне что понятия «грех» не существует. И нет карателя, который бы наказывал. Получается и наказания не может быть?

— Я тоже так думаю и согласна с ним полностью. Наказываешь ты сама себя. Кроме тебя, нет того, кто бы тебя наказывал. Пойми, что обвиняя себя, ты сама создаёшь в своей реальности ситуации, в которых потом чувствуешь себя плохо. И, кстати, ты знаешь, что у тебя есть выгода себя обвинять?

Глаза Миланы округлились, она ещё не до конца осознала выгоду в том, чтобы сделать мужа тюфяком, не принимающим самостоятельные решения, а тут ещё один неожиданный поворот. Она молча отрицательно помотала головой и Полина продолжила:

— Когда ты себя обвиняешь, подсознательно ты надеешься на то, что обвинений в твой адрес со стороны других уже не будет. Из тех соображений, что: «я же себе уже и приговор вынесла, и наказала, посмотрите, я уже бедная, несчастная, с меня наказаний достаточно, лучше пожалейте меня вместо того, чтоб в чём-то обвинять».

Обе девушки молчали. Полина дала время Милане переварить информацию, а та, в свою очередь, анализировала своё поведение и понимала, что, несмотря на весь парадокс и нелогичность, она, как оказалось, действительно часто так делала. После недолгой паузы, Милана наконец заговорила:

— То есть получается, я сама себе и судья, и палач, и адвокат?

Полина рассмеялась и напела:

— Да, дорогая! И ты в этой жизни не только актёр, но и сценарист в ней, и режиссер! Есть и другая песня, ещё глубже отражающая суть, но я спою тебе её как-нибудь в другой раз, договорились? — Полли улыбалась, и не только губами, в кабинете словно стало светлее, и Милану окутало непривычным теплом.

— Полиночка, ты как солнышко! И, кажется, я поняла, что ты имела в виду, говоря о благодарности. Я благодарю тебя от всей души за те знания, что ты мне передаёшь и буду применять их на практике, чтобы время, подаренное тобой мне, не было потрачено впустую.

— Ты быстро схватываешь! Далеко пойдёшь! — снова засмеялась Полина. — Ты помнишь, с чего мы начали этот разговор? Кажется, я так и не ответила на твои вопросы.

— На сегодня размышлений мне и так предостаточно, но да, я помню… Макс говорит, что все мои проблемы от того, что я сама к себе наплевательски отношусь. А больше всего меня взбесило его высказывание о том, что я живу чужими мыслями!

В кабинет заглянула помощница:

— Милана Игоревна, через 10 минут у Вас встреча. Артём Иванович просил передать, что он пригласил партнёров в свой кабинет и просил Вас подойти туда.

— Я напишу тебе в WhatsApp, — шепнула Полина и неслышно выскользнула за дверь.

Милана отправилась в кабинет к директору, погрузилась в работу и отвлеклась от их разговора с Полиной. Только придя вечером домой, она вспомнила, что во время совещания отключила звук на телефоне. Там было 64 сообщения от Макса, 36 пропущенных от него же и сообщение от Полины. Первым делом, она решила прочесть последнее:

«Я согласна с Максом, что ты относишься к себе без любви и уважения, постоянно наступаешь себе на горло, жертвуешь своими желаниями в угоду другим, не умеешь отказывать, когда тебе чего-то не хочется делать. Постоянно себя осуждаешь, ругаешь, но стоит это сделать кому-то другому, ты сразу же скатываешься в жертву и начинаешь себя защищать.

Ты ищешь причины отсутствия своей внутренней ценности во внешних факторах: событиях, людях. Поэтому и перекладываешь на них ответственность за свою жизнь. Соответственно, при появлении лишь малейшей возможности, на твой взгляд, почувствовать себя нужной и ценной, ты ухватилась за эту «соломинку». Сейчас для тебя это Макс. И ты в очередной раз шагаешь в ту же бездну — пытаешься закрыть брешь в своём сердце другим человеком, так и не пытаясь познать и осознать себя истинную.

А что касается чужих мыслей… Привычная зависимость от чужого мнения — это прикрытие твоей внутренней пустоты. Не осознавая собственной значимости и самоценности, ты прислушиваешься к тому, что говорят окружающие. Когда молчит муж, ты чувствуешь себя пустышкой, когда на работе говорят тебе о том, что выглядишь ты, мягко говоря, неважно, ты видишь в зеркале несчастную старуху. Сейчас, когда появился Макс, ты, хоть и с осторожностью и недоверием, всё же учишься смотреть на себя с какой-то новой стороны, но опять же, только лишь его глазами.

Надеюсь, что теперь я ответила на твои вопросы. Если что, пиши».

У Миланы голова шла кругом от этой информации, и совсем не хотелось думать на эту тему. Николай задерживался на работе, она налила себе чаю с чабрецом, поставила рядом с собой тарелку с пирожными и засела за телефон успокоить Макса, что с ней всё в порядке, и поднять себе настроение перед сном, получая от него комплименты. Им всегда было о чём поговорить, не нужно было выдумывать темы.

Уже попрощавшись с ним, укрывшись мягким одеялом в своей просторной и от этого ещё более пустой и неуютной кровати, Милана завела разговор с собой:

«Мне хочется пройти этот опыт, даже если это и неправильно по отношению к Коле. И пусть я сейчас ненавижу себя за то, что обманываю его, так хорошо мне никогда ещё не было. Я не знаю, что будет дальше, но сейчас я не хочу прекращать общение с Максом».

Глава 5. Прикосновение

Новый год не принёс сказку в жизнь Миланы. Затяжные праздники казались каторгой. Она возненавидела глупые сериалы пуще прежнего. Подарков, как обычно, ей никто не подарил. Злость, обида и раздражение росли с каждым днём. Она не понимала и не принимала слова Полины из их последнего разговора, потому как не верила, что собственными руками могла создать ненавистную ей жизнь. Её тошнило от еды, от телевизора, от мужа, от отражения в зеркале и от собственной никчёмности.

Одним из праздничных вечеров Николай засиделся в кабинете, перебирая бумаги, и вышел оттуда со словами:

— С завтрашнего дня придётся выйти на работу на пару дней, после праздников приезжает проверка.

Это была лучшая новость в новом году! Милане еле удалось скрыть свою радость, она схватила телефон и написала смс:

«Привет! Если твоё предложение всё ещё в силе, мы можем поехать завтра в кино».

Ответ пришёл сию же секунду:

«В 11.00 или 13.15?»

Он будто знал все сеансы наизусть и ждал этого сообщения. Милана чуть было не расплакалась от умиления. Но тут же на неё накатила волна стыда, и вдруг больше всего ей захотелось отменить встречу. Она чувствовала себя виноватой перед мужем, перед собой и перед родными, она знала точно, что мама её не поймёт, осудит — страшно было стать изгоем.

Невольно вспомнились слова Макса о том, что на самом деле ей хочется свободы, которой, по всей видимости, она тоже боится. И уж точно не знает, что с ней делать.

«За страхом одиночества кроется ресурс свободы… М-да… Чего же я хочу или чего боюсь больше всего? Почему всё так запутано и сложно? То есть по логике моих мудрых собеседников, я создаю себе ситуации и сама себя подставляю ради своей же выгоды? Интересно, смогу ли я вообще когда-нибудь разобраться в этих лабиринтах?»

Вся её семья очень любила Колю, ей даже казалось, что её же родные его любят больше. Он был идеальным для всех. Он очень любил детей, и они отвечали ему взаимностью, на всех семейных праздниках он веселился и играл вместе с ними. Причём вспоминая это, Милана поймала себя на мысли, что раньше её это очень умиляло, а потом стало раздражать, что он ведёт себя, как ребёнок. Она же, в свою очередь, была очень сдержанной и не позволяла себе такие шалости.

С большим сердцем и открытой душой он приходил на помощь тем, кто его об этом попросит, и практически никогда не отказывал. Он был прекрасным компаньоном, частенько мог позволить себе выпить на праздниках, за что был почитаем среди мужской половины родственников.

Да и для неё тоже он был чудесным человеком, по крайней мере, родным. И предавать его совсем не хотелось.

Милана вспомнила один эпизод с первого месяца их отношений. Это была весна, и на улице было сыро и слякотно. Снег ещё не сошёл, но бурно таял. Они отправились на прогулку пешком и забрели в какие-то дворы, где протекал широкий ручей. Коля попробовал перепрыгнуть через него первым, понял, что Милане не хватит роста сделать такой большой шаг и предложил перенести её. Но почему-то она не обрадовалась этому предложению, побоялась показаться слабой, и вместо того, чтобы забраться к нему на спину, отважно заявила, что справится сама. Собравшись с духом, она прыгнула. Итогом стали промокшие до колен ноги, чувство стыда и ощущение проигрыша. Наотрез отказавшись от повторного предложения взобраться на него, Милана стыдливо, но в то же время гордо, промерзая насквозь, семенила с ним за руку, наспех вспомнив, что можно погреться и высушить вещи у сестры Николая, которая жила в этом районе.

«Получается, в самом начале он всё-таки пытался быть мужиком, а я своим поведением показывала, что не верю в него, в его способности, и доказывала ему, что я не хуже? Боже… Что я несу… Пытался быть мужиком… Вообще-то он и есть мужик! И я вышла за него замуж!»

Уже в полной решимости отменить встречу и попробовать снова заговорить с мужем, она отправилась в комнату, но увидела, как Коля снова практически сросся с диваном и пультом. В отчаянной попытке наладить отношения, Милана позвала мужа посидеть с ней на кухне, пока она хозяйничает там, но встретила взгляд, полный недоумения, он разве что не покрутил пальцем у виска.

Разозлившись и плюнув на чувство вины, она развернулась и выдохнула:

«Значит встрече быть! — а в мыслях поселился червячок сомнений. — Неужели мне и вправду выгодно, чтоб он себя так вёл, а я не винила себя и позволила себе то, на что просто так, не разозлившись на него, не решилась бы?..»

Все воспоминания о начале их отношений с Николаем как ветром сдуло. Пребывая в своих мыслях, одновременно фантазируя о завтрашнем дне, Милана принялась мыть посуду, когда зазвонил телефон. Это Катя соскучилась, хотела увидеться с подругой и уговаривала пойти вместе в клуб. Попытка отговориться усталостью, чтобы выспаться перед завтрашним днём, провалилась, когда Милана услышала в трубке:

«Так, я ничего не знаю, Макс уже едет за тобой, собирайся и выходи, я у мамы за городом, заберёте меня».

Сердце радостно забилось, выплёскивая адреналин в кровь. Она что-то объясняла мужу, сочиняя неотложные дела, правда, ни за что бы не вспомнила, что именно говорила, потому как, надевая свою самую короткую юбку, мыслями Милана была уже в ЕГО машине.

Спотыкаясь и проваливаясь в снег каблуками, она спешила обойти дом со стороны, куда не выходили окна их квартиры. Пульс зашкаливал. Они не виделись много времени, но в мыслях Макс был с ней каждую секунду. Ни стыда, ни угрызений совести в этот момент не было, только дикое желание быть рядом с ним.

— Привет…

— Ты чего так запыхалась? Тебя кто-то напугал? Замёрзла? Давай я включу обогрев сидений!

Макс не сводил с неё глаз, а она не могла потушить пожар, разгорающийся по всему телу. Такого желания она прежде не испытывала. Даже к мужу. По крайней мере, она не помнила подобных ощущений.

— Ну что, поехали? Давай я помогу тебе пристегнуться, там заедает ремень, не разработался ещё, на этом месте мало кто ездит.

И он нагнулся над ней, делая вид, что пытается усилием сдвинуть с места пряжку. Милана сглотнула, вдохнув его аромат. Она сходила с ума, пульсация была в каждой клеточке. Всё, чего она хотела, это ощущать его прикосновения на своём чувственном теле. Оно ведь и действительно не потеряло ещё чувствительность, и ей, оказывается, вовсе не шестьдесят. Мужчина нежно потянул ремень, слегка задев рукой её грудь. Кажется, ещё одно движение, и она испытает оргазм. Она перестала дышать. И он не мог этого не заметить.

Всю дорогу до Катиной мамы они о чём-то говорили, Макс рассказывал о себе, о несчастной любви и несложившихся отношениях. Обрывок фразы «…на этом месте мало кто ездит» всё ещё висел в воздухе, Милана не могла об этом не думать, ведь это никак не соответствовало Катиному рассказу о нём.

— Макс… Ты, сам того не осознавая, стал для меня виртуальной жилеткой. Я уже не представляю, что бы я делала без наших разговоров. Спасибо тебе за то, что ты открываешь мне глаза на то, что происходит в моей жизни и даже в моих отношениях с мужем. Мне иногда кажется, что ты хочешь, чтобы у нас с Колей всё наладилось. Хотя это очень странно с учётом того, что ты явно имеешь на меня какие-то планы…

— Милана, я просто хочу, чтобы ты была счастлива…

— Макс…

— Я на самом деле этого хочу. Я полюбил тебя, привык к тебе. Мне не нужен никто другой. Но я не строю на тебя никаких планов, ты ошибаешься.

— Скажи, пожалуйста, почему ты такой? Почему ты разбиваешь сердца замужним? Ты не думаешь, что причиняешь им страдания?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 216
печатная A5
от 428