электронная
488
18+
Безжалостный, опасный но... Только мой!

Бесплатный фрагмент - Безжалостный, опасный но... Только мой!

Объем:
142 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-5877-6

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

1

Ночь. Поздняя непроглядная ночь. На небе сгустились тучи того и гляди пойдет дождь. Станет еще холоднее. Но маленькую девочку десяти лет это не волновало. Холод и прочие погодные катаклизмы ее не пугали, так как красивый особняк, за которым она наблюдала из-за кустов и со страхом ждала, когда ее кинуться искать и что с ней сделают, когда найдут.

Надо было остаться там… Но там страшно. Там чудовище. Страшные уродливые злые. Не внешне, а внутри… Ну почему они выбрали именно меня? В детдоме было и так полно детей. Взять хотя бы Верку. Фу! Противная и злая. Такая же, как эти ненормальные психи. Только и делают что кричат, бьют и издеваются. Мамочка ну почему я не такая как все? Будь я другой, обычной все было бы по-другому.

Ксюша, во всяком случае, так назвали ее новоиспеченные, истязатели боялась пошевелиться. В очередной раз она умудрилась попасть под горячую руку своего, так называемого отца-садиста Антона Афанасьев и его жены Евгении. Эти двое были самыми отвратительными людьми, которых она знала и видела, и честно говоря, не понимала для чего им богатым и успешным людям она девочка из приюта. Не любви ни ласки она от них за все полгода не видела. Как только ее сюда привезли то сразу дали понять, что место у нее не лучше чем у собаки.

Постоянно наказывали, срывали злость, били. Не понятно только за что. Особенно Женя. Эта женщина с красивой внешностью внутри была настоящим дьяволом. Каждый день от нечего делать она над ней. А Антон этот толстый индюк вечно приходил домой пьяный, и если Ксюша не спала, начинал кричать и сажать ее в темную комнату, где девочка сидела до утра. Облегчение было лишь, когда в этот дом приходили гости и Антон с Женей начинали вести себя с девочкой как с самым любимым ребенком. Жуть.

Ксюша поморщилась и натянула на колени перепачканное платье. Сегодня Антон снова напился и ударил ее. Не выдержав, Ксюша ударила его фарфоровой куклой по спине и убежала вере задний вход и спряталась в кустах, где сидела уже три часа.

Она не хотела, чтобы ее нашли. Лучше умереть от холода, чем вновь вернуться в этот ад.

Время шло, а из дома так никто и не вышел. Даже охраны расставленной по всей территории не было видно.

Может они решили лечь спать? Хоть бы это было так!

Стал срываться дождь. Девочка шмыгнула носом от боли и обиды на свою жизнь. За что судьба к ней так? Чем она провинилась перед этим миром?

Дождь стал моросить. Черные волосы, выбившиеся из косы, прилипли к лицу. Дрожащими от холода и страха пальчиками Ксюша убрала их с лица. В этот момент она увидела, как из окна нижнего этажа кто-то выпрыгнул и стремительно побежал в ее сторону.

Сработал инстинкт самосохранения и маленькая девочка решила сменить свое убежище. Вскочила и незаметно стала боком передвигаться в левую сторону при этом, постоянно нагибаясь и следя за тем, кто почти поравнялся с ней. Его движения чем-то напоминали ее собственные. Хоть и двигаясь быстро, он постоянно оглядывался по сторонам и что-то держал в руке. Этот человек явно чего-то опасался.

Повезло. Незнакомец пробежал мимо нее и не заметил.

Но именно в этот момент, когда она уже расслабилась, ее нога зацепилась за что-то в темноте. Девочка потеряла равновесие и упала и вскрикнула от боли в ноге, чему даже сильно удивилась. Она никогда не кричала, не произносила других звуков вот уже пять лет. Одним словом была немой.

Сделав над собой усилие, она попыталась отползти в сторону, но успела. У мужчины, пробежавшем, мимо нее, был явно очень хороший слух. Через несколько секунд послышались сперва его мягкие шаги, а потом появился и он сам.

Ксюша хотела закричать, но могла. Голос вновь парализовало.

Мужчина вблизи был очень высокий. Его фигура была как у боксёра или другого борца. Почти, наверное, два метра, и широкоплечий. Одет в черную форму как у спецназовцев и черную маску с прорезью для глаз. На поясе ремень с различным оружием, а в руке большой пистолет, нацеленный на нее.

Ксюша подобных ему видела только по телеку, поэтому во все глаза смотрела на него как диковинку. Тот надо признаться смотрел на нее так же.

— Твою мать! — грубо выругался он и опустил пистолет, видимо поняв, что перед ним ребенок. — Ты что здесь делаешь?

Ксюша и рада бы ответить, но язык и голос отказывались ей повиноваться.

— Ты что оглохла?! Ты кто и что тут делаешь? — голос его был холодным и властным.

Девочка не знала что делать. Обычно она все писала на бумаге, но где здесь найдешь листок с ручкой.

Нога сильно болела, и она стала морщиться от боли. Мужчина, стоявший напротив нее, тяжело дышал. Это было видно, как вздымается его грудь.

— Ты будешь отвечать?

Она отрицательно покачала головой и снова сморщилась от боли и потянулась к ноге и снова зашипела от боли.

Незнакомец толи поняв ее проблему с речью, толи спешил куда-то, развернулся и ушел. Девочка снова осталась одна и понятия не имела что делать дальше. Попыталась встать, но стало еще хуже. Ногу словно пронзили иголки и вынудили ее вернуть свою худощавую фигуру на место. Дождь усиливался. Платье вовсе намокло, а пронизывающий ветер грозился надуть простуду. Ксюша изо всех сил старалась не плакать и не думать о том, что будет дальше.

Раздались очередные, мягкие шаги и перед ней снова появился тот мужчина. Сел на корточки и уже более мягко спросил:

— Болит?

Она кивнула, не понимая зачем, он спрашивает.

Незнакомец посмотрел на ногу, за которую она держалась, протянул руку и слегка надавил на место, чуть ниже колена, на место где был источник основной боли.

Ксюша зашипела от жуткого ощущения.

— Я конечно не врач, но думаю что это вряд ли перелом. Где твои родители? Я позвоню, они придут.

От упоминания Антона и его жены ее глаза округлись. Больше от страха встречи с ними.

— Так, где ты живешь?

Вздохнув, она показала на дом.

Мужчина проследил за ее пальчиком и сразу весь напрягся, а Ксюше показалось, что он точно так же не любил этот дом ну или людей живущих там.

— Раз ты там живешь то у нас проблемы. Я не смогу туда позвонить, даже если очень сильно захочу. Не спрашивай пока почему.

Эта новость девочку обрадовала, и она слегка улыбнулась.

— Ты что развеселилась?! Не хочешь идти туда?

Девочка отрицательно замотала промокшей головой.

— Ты меня озадачила. Не знаю, почему ты молчишь и не хочешь туда идти, но у меня нет времени искать на ответы. Поэтому, — он обреченно вздохнул, — если ты не против то я сам отвезу тебя к врачу. В ближайшее пять-шесть часов тебя точно искать не станут, а здесь под дождем ты можешь заболеть. Я отвезу к врачу, а там они уже сами решат, что с тобой делать только у меня одна просьба — если спросят, то ты меня не видела. Окей?

Вместо ответа она улыбнулась и кивнула. Только после этого мужчина осторожно взял ее на руки и понёс дальше от этого дома.

Он был сильный. Очень сильный. Это было заметно, потому с какой легкостью он нес ее. Так словно она была не тяжелее пакета стряпками. А волна мощи и тепла, исходившая от него приятно действовали на девочку. Видя его впервые в жизни, она почувствовала, что для нее он точно не опасен. Ведь он вернулся за ней а не оставил на произвол судьбы.

Они быстро пересекли ограждение в виде решетчатого забора, где не хватало одно прута и подошли к спрятанному среди деревьев большому автомобилю. Там мужчина умудрился открыть дверцу и усадил девочку на заднее сиденье и только после этого сам уселся за руль. Завел двигатель и поехал.

— Слушай, — произнес, не отрывая взгляд от дороги, — ты точно ничего никому не скажешь?

Ксюша быстро закивала.

— Не знаю, почему, но я тебе верю, — он стянул с маску.

Видя его профиль, Ксюша осознала, что мужчина был симпатичен. Даже красив по ее мнению. Черные волосы как у нее угловатые черты лица прямой нос тонкие губы волевой подбородок. Цвет глаз она не рассмотрела.

Кто же он? Почему помогает мне? И что он делал ночью в том доме? Ведь я раньше его никогда не видела среди друзей Антона.

За весь оставшийся путь до больницы мужчина не произнес больше ни слова. Лишь когда подъехал к входу, вышел из машины и открыл ее дверцу, сказал:

— Вот мы и приехали. Сейчас я отнесу тебя, а потом уеду. Ты же должна забыть меня.

Зеленые. Вот какие были у него глаза, при свете от фонарей.

— … Врачи отвезут или позвонят кому надо. Ты им сама скажешь адрес.

И они снова отдадут меня этим монстрам. Не хочу. Лучше на улице. А может попросить его? Глупая! Я же говорить не могу. Да и станет ли он со мной возиться?.. Надо что-то придумать.

Вжавшись в сиденье, когда он протянул руки, чтобы ее вытащить она протестующе замахала руками.

— Эй?! Ты чего? Давай девочка без фокусов! У меня и так нет на это времени. Я уже давно должен быть в другом месте!

Он сделал попытку снова вытащить ее, но Ксюша схватилась за кожаное сиденье и помотала головой.

Мужчина начинала уже закипать как чайник.

— Так тебе что от меня надо? Что за шутки? — прорычал он, ударив кулаком о потолок автомобиля. — Я уже пожалел о том, что взял на себя ответственность отвезти тебя сюда. Вылезь! И так своих дел по горло! А тут еще ты! Надо было оставить тебя там, и ждала бы, когда тебя найдут. Нет же! Влез. Выходи!

Ксюша всхлипнула от отчаяния. Попасть в больницу, а потом в тот ад! Ну, вот почему она не может говорить? А это так называем спаситель, не может ее понять, что она просто не хочет вернуться за тот высокий забор. Стоит, рычит на нее и смотрит своим разгневанным взглядом, будто хотел тут же вернуть там, где взял.

Эмоции, от всего, что ей в ее возрасте пришлось пережить, все-таки взяли верх, и девочка, закрыв лицо ладошками разрыдалась.

От такого порыва чувств мужчина растерялся.

— Твою мать только не реви! Терпеть не могу слез и соплей. Ты слышишь? Прекрати рыдать!

Но Ксюша никак не могла остановиться. Слезы катились по ее щекам, не переставая.

— Ты хоть можешь сказать, в чем дело а?

Она в очередной раз замотала головой.

— Да что же это такое! — окончательно вскипел незнакомец. — Выходить не хочешь говорить тоже. Как я могу понять, что тебе от меня надо? Так все с меня хватит! Сейчас схожу за врачом, и пусть он сам вынимает тебя от сюда.

Ксюша тут же схватила его за руку, чтобы остановить. Она хотела сказать «не уходи» но ее губы лишь открылись и закрылись.

Мужчина замер и внимательно посмотрел на нее. В глазах наконец-то возникло понимание.

— Идиот! — он хлопнул себя по лбу. — Ты что немая что ли?

Поджав губки, она кивнула.

— Ясно! Так бы сразу и… Извини, вырвалось, — он шумно выдохнул, выпрямился и забарабанил пальцами обтянутыми перчаткой по дверце автомобиля. — Слушай, меня не учили общаться с такими как ты… Ну, ты поняла меня, — он посмотрел по сторонам, — Тебе сколько лет?

На этот вариант она смогла найти способ ответить, продемонстрировав десять пальцев.

— Ну, хоть что-то. Десять значит. Так с возрастом разобрались. Но этого мало. Мне надо понять, почему ты не хочешь выходить. Конечно, можно вытащить тебя силой, но это будет слишком по отношению к человеку, который не может сказать причину, — эти слова он сказал в основном себе. — Надо найти другой способ с тобой поговорить. Хм. Вот что я буду задавать простые вопросы, а ты только будешь кивать.

Вообще-то вариант был не плохой, но девочке вдруг пришел в голову более, лучший способ изъясняться. Приложив руку к уху, она попыталась изобразить телефон, а затем так же жестом показала на мужчину, а потом на себя.

— Тебе нужен мобильник?

Кивок.

— Зачем?.. А ты хочешь написать! Отличная идея! — он порылся в карманах достал навороченный андроид и, найдя в нем нужную программу для написания, вручил девочке. — Кажется, я старею, раз не смог догадаться о таком простом способе.

Получив заветную вещь, Ксюша быстро стала набирать краткий текст:

«Я не хочу в больницу. От туда меня отправят обратно в то ужасное место. Не хочу обратно. Это не мой дом. Я приемная.»

Она отдала телефон и увидела, как мужчина от прочитанного нахмурился.

— Вот это уже проблема посерьезней, — сказал он. — Ты травмирована, а мне некогда с тобой возиться. А ты как я, наконец, догадался, своими словами хочешь, что я помог. Конечно, я все теперь понимаю, но и помочь ничем не могу. Не служба спасения и… — он осекся, увидев как девочка, снова готова расплакаться. — Так, а вот этого не надо! Слез и взглядов. Пойми я, правда… Дьявол!

Дверца громко захлопнулась. Ксюша видела как он, хватаясь за волосы, мечется вокруг автомобиля.

Ну, вот я волей неволей навязала ему проблемы в виде себя. Что он сейчас сделает?.. Наверное, вытащит меня, бросит на асфальте и уедет. Так в этом мире, похоже, поступает каждый.

Дверца джипа снова распахнулась. Мужчина схватил маску с переднего селенья и нацепил ее на себя.

— Значит, так мы сейчас пойдем в больницу, где тебе сделаю рентген.

Ксюша замотала головой, на что мужчина просто вытащил ее из машины и сказал:

— Да не рыпайся! Я просто покажу тебя врачу и заберу обратно. Не останешься ты там.

Он не лгал. Ксюша это почувствовала и успокоилась.

Они проникли в здание больницы как две тени избегая попадаться на глаза медсестрам и другим ненужным людям. Блага сейчас была ночь, и встретить кого-то было маловероятно. Мужчина донес ее до отделения дежурного врача и бесшумно вошел с ней в кабинет.

Врач средних лет мужчина, сидевший за столом, встрепенулся и уставился на вошедших. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать вошедшим, но не успел. Ее незнакомец нацелил на него дуло пистолета.

— Ни слова! Мне надо чтобы ты осмотрел ногу этой девочки, и мы уйдем. Спокойно и бесшумно. Но только если конечно не станешь выкидывать глупостей типа крика и звонком. Да и ты никому не скажешь о нашем приходе, в противном случае я найду тебя и пристрелю. Ясно?

***

Кирилл Игнатьев покинул больницу вместе с девочкой полчаса назад и теперь ехал по ночному городу в место, где уже давно должен был быть. В заброшенный парк на окраине. Там его ждал Игорь его напарник и коллега по опасной работе.

Всю дорогу он оглядывался на спящую, на заднем сиденье девочку похожую на затравленного звереныша, и пытался понять, какого черта он ее за собой потащил. Он же действительно не сотрудник службы спасения. Вот Игорь сто процентов бросил бы ее в тех кустах, да и сам он Кирилл никогда не оторвался особой добротой к людям. Работа не позволяла и его натура. А уж детей он вообще всегда считал проблемой. Собственно говоря, так оно и есть. Эта девчонка смешала все карты. Вот зачем он ее оставил? И что теперь с ней делать?

Он снова обернулся. Спутанные черные волосы худощавая в мокрой грязной одежде и с перебинтованной ногой она тихо спала, подложив ладошку под щеку. Кирилл понятия не имел, кто она, но именно ее ему стало жалко.

Его взгляд вернулся к дороге, повернул руль и выехал на грунтовку. Через пять минут заглушил двигатель и вышел из машины.

Подошел к другой тачке, возле которой его ждал высокий широкоплечий блондин. Игорь. Вообще-то мужик он был не плохой, но сейчас просто кипел от гнева

— Ты где был Кир? — накинулся на него Игорь. — Я уже начал думать, что тебя повязали. Какого беса ты не отзвонился?

— Не ори! — Кирилл достал пачку сигарет и закурил. — Работу я выполнил. Афанасьевы уже спокойно лежат друг на друге с пулей в головах, как и их охранники. Так что все прошло нормально, — он опустил взгляд в мокрую землю и добавил: — Почти.

— Что значит «почти»?

— А то и значит. Возникли непредвиденные обстоятельства, по которым мне и пришлось опоздать, — он показал в сторону машины.

Не дожидаясь приглашения, Игорь подошел к джипу и пока открывал дверь и смотрел на привезенный, так сказать подарочек, Кирилл стал готовиться к крикам и чтению нотаций.

— Ты что обалдел?! — громко прокричал Игорь, захлопывая дверцу и в один миг, оказываясь перед напарником. — Кто это?

— Ребенок. Ты что детей никогда не видел? — иронично произнес Кирилл.

— В твоей машине нет! Где ты ее взял?

— Не кричи! Девчонку разбудишь. Взял я ее там же где и порешал этих уродов. И вообще что ты мне не сказал, что у них ребенок есть? — идя на задание, Кирилл получил всю информацию на Афанасьевых на их охрану проект дома, но ничего не знал о девочке.

— Так это их? — Игорь посмотрел на тачку напарника

— Точно не знаю. Вряд ли. Скорее всего, приемная. Я нашел ее в кустах, где она пряталась. У нее оказалась трещина в ноге и забрал ее. Отвез в клинику, — рассказал Кирилл.

— И что она вот так просто согласилась идти? — казалось Игорь, сам не верил в то, что спросил.

— Я сам сперва удивился, а потом она написала, что не хочет возвращаться домой.

— Как это написала?

— В мобильнике. Игорь она немая.

— Прекрасно! — всплеснул руками напарник. — И ты, судя по тому, что она здесь превратился в доброго ангела и решил притащить ее с собой. Ты точно чокнулся. Нет, я просто поверить в это не могу. Как такой как ты совершить такую глупость? За то время что работаешь со мной, у тебя всегда были отличные показатели. Ты последний от кого я такое ожидал. Ты… Мать твою! Тебе что по голове попали?

— Игорь не мог я ее там оставить, — Кирилл понимал реакцию друга, так же как и все то, что он говорил. — Не мог! Сам не знаю почему. Может из-за ее взгляда или из-за вида. Честное слово я хотел оставить ее там, в больнице, но когда сказал ей об этом, в ее глазах был такой животный страх… — он затянулся второй сигаретой и потер виски. — Мне не хватило духу так поступить. Игорь, — он бросил взгляд на друга который уже сам давно прожигал дыру на его лице, — она боялась этих сволочей. Не знаю, что они с ней делали, но представляю. Что мне делать теперь ума не приложу.

— Об этом надо было думать раньше! Кир, почему ты ее просто не пристрелил? — выдал вдруг Игорь.

Игнатьев даже сигарету выронил от услышанного. Он давно знал Игоря и никогда не думал что тот такой жестокий. Пристрелить ребенка! Слова эхом отдавались в голове, когда он схватил напарника за грудки, встряхнул и яростно произнес:

— Только то что ты мой друг останавливает сейчас меня от того чтобы не забить тебя до смерти. Ты в своем уме? Ей всего десять лет. В своей жизни она не успела сделать ничего плохо, что получить пулю в лоб. Тебя что окончательно испортила наша работа?

— Кир успокойся! — уже не так воинственно произнес Игорь и попытался освободиться.

— Я тебе сейчас так успокоюсь! Запомни, если я еще раз услышу от тебя нечто подобное, то ты меня знаешь! Закончится не только наша дружба, но твоя работа. Я выбью из тебя все это дерьмо касательно жестокости. Дети есть дети. А если бы это был твой ребенок, и какая-то мразь захотела бы его убить только потому, что он оказался не в том месте? Чтобы ты не сказал?

Игорь судорожно сглотнул и побледнел. Наверно до него дошло, что он только сказал.

— Отпусти. Я все понял. Не прав был.

Игнатьев выпустил напарника и прислонился к машине. Наступила тишина. Игорь встал рядом и сделал то, что делал недавно Кирилл. Закурил. Они оба два здоровенных молодых мужика стояли и пялились на джип. В любой ситуации, в какой бы они не оказались они могли найти выход. Ведь всегда все было просто. Когда возникала опасность, они просто брали пушки и стреляли в лоб тем, кто создавал проблемы. Но сейчас был совсем другой случай. Эта девочка. Хрупкая беззащитная. Она даже общаться не может нормально. Как она выживет в этом гадком и жестоком мире? Перед глазами Кирилла встал ее образ, и впервые за все свои двадцать пять лет у него что-то ёкнуло в груди. В голове возникло, казалось дикое решение проблемы.

— Игорек, — нарушил тишину Кирилл, — мне нужна твоя помощь. Ты же можешь сделать любые документы?

— Могу, — ответил тот. — У меня есть хорошие знакомые, которые за бабки состряпают даже заграничный диплом. Тебе зачем? Что паспорт потерял?

— Скорее свидетельство о рождении. Но не мне, а ей, — он, не отрываясь, смотрел на тачку.

Друг перевел взгляд с машины на друга и снов едва не заорал.

— Это то, о чем я думаю?

— Да!

— Нет, тебе точно башню снесло! Зачем она тебе? Что в ангела не наигрался?

— Игорь послушай…

— Нет, это ты послушай! Кир я все понял жалко девчонку, но она ребенок. Как ты себе вообще это представляешь?! Да у тебя даже жилья нормального нет.

— Я куплю! Мои финансы мне позволяют, — и это было мягко сказано. За его услуги платили столько, сколько и президент не получает.

— И что дальше? Кир опомнись! Это не собачка и не игрушка. Это человек. Тебе что скучно и одиноко жить стало? Если так, то найди себе бабу. Ее когда бросишь не жалко. А ребенок… Друг напарник жизнь папаши-одиночки не для тебя.

— Это почему еще?

— Смеёшься что ли? Ты киллер! С семнадцати лет убиваешь людей. Это твоя жизнь твоя работа. Да ты сам каждый день подвергаешься опасности, как и все мы. Такие же, как и ты убийцы и наемники. Храм и опасность вот что тебя окружает. Как в этом во всем будет жить она. Сам сказал, что она даже говорить не может. Что если, когда ты будешь на задании, к ней придет чувак похожий на тебя? Да она даже закричать не сможет. Кир отвези, послушай моего совета и отвези ее в детский дом.

Детский дом. Кирилл сам все детство там прожил, пока его не усыновили, так что он хорошо знал, что это такое. Лично ему хотелось сбежать оттуда каждый день. Да там нормальному тяжело, а уж немой и подавно.

— Я уже все решил. Найду ей путевого врача, глядишь и заговорит. Куплю квартиру в центре поставлю навороченную охранную систему, а подрастет, научу защищаться. Переубедить меня ты не сможешь, так что либо помоги, либо просто забудь об этом. Я сам справлюсь.

Игорь выдохнул. Он знал упрямый характер Кирилла. Если тот, что решил то так и сделает и стоять у него на пути себе дороже.

— Я помогу. Только ты что решил ей сказать, кто ты и чем занимаешься? Не станешь выдумывать себе профессию и тому подобное?

— Нет. Это не к чему. Жизнь такая штука, что любая ложь рано или поздно раскрывается. Правда, страховка от проблем в будущем. Я скажу ей кто я.

— Но есть еще одна проблема Игнатьев. Она сама-то согласиться с тем, кто перестрелял ее приемных родителей?

Шестое чувство подсказывало ему, что ответ будет положительным.

— Вот сейчас я у нее и спрошу.

Он приблизился к машине и открыл дверцу. Девочка все еще спала мирным сном. Ему не хотелось ее будить, но другого выбора не было. Чем раньше он получит ответ, тем лучше.

— Эй! — мягко позвал Кирилл и потряс ее за плечо. — Проснись.

Кажется, сон был не настолько крепкий. Девочка открыла глазки, они были у нее такие же черные, как и волосы. Потянулась и посмотрела на сидящего, на корточках мужчину.

— Ты еще не забыла меня пока, спала? — спросил он.

Она отрицательно покачала головой.

— Это хорошо. У меня к тебе серьезный разговор. Ты насколько я понял не хочешь возвращаться в то место где жила и идти тебе некуда кроме как детдома где обстановка ничуть не лучше той где ты жила. Поэтому предлагаю тебе один вариант — ты будешь жить со мной. Как с приемным отцом. Как такой вариант?

Она сперва пожала плечами, а потом согласно кивнула. У Кирилла сразу возникло чувство облегчения. Но ненадолго, так как ему надо было еще рассказать о себе.

— Меня радует твой ответ, но я хочу, чтобы ты, прежде чем окончательно принять решение кое-что обо мне узнала. Предупреждаю, что информация обо мне может шокировать. Меня зовут Кирилл Сергеевич Игнатьев и я… киллер. То есть тот, кто убивает людей.

Он замолчал и с волнением стал ждать ее реакции.

Девочка изобразила телефон и дала знать, чтобы он дал его ей. Кирилл следил за тем, как она сосредоточено что-то писала, прикусив губу.

«Сегодня в том доме были на работе? Там где я жила.»

Прочитал Кирилл на большом экране.

Что ж если начал признаваться так надо до конца.

— Да! В том особняке я выполнял свою работу. Поэтому я не хотел отводить тебя туда. Если ты сейчас меня возненавидишь я пойму и отвезу в детдом, и мы больше не встретимся. Тебе меня бояться не нужно.

Девочка снова стала что-то сосредоточено писать. Пальчики ловко набирали буквы, а Кирилл внимательно вглядывался в ее детское личико. Радовало и удивляло то, что она не выглядела расстроенной. Это говорило о том, что девочка либо не совсем поняла, что он сделал либо она просто ничего не питала к приемным родителям. Последний вариант ему нравился больше, потому что как можно что-то чувствовать к тем, кто тайно занимается продажей органов. Все равно, что свинья любила бы мясника.

Девочка повернула экран, и ответ произошел все его ожидания.

«Спасибо! Правда, эти люди заслужили это. Может и не хорошо так говорить, но я рада, что вы их убили. Мне все равно, чем вы занимаетесь. Главное что вы не такой как они. Я согласна, чтобы вы взяли надомной опекунство.»

Как он и предполагал Афанасьевы действительно были жестокими родителями и скорее всего, издевались над девочкой. Жаль, что он их уже пристрелил. Сейчас он хотел сделать это повторно.

— Как тебя зовут?

«Ксюша. Но мне это имя не нравится. Его дали мне Афанасьевы.»

— Ну, тогда я тебя поздравляю. Теперь у тебя есть шанс, которого не было ни у кого. Можешь сама выбрать себе имя, какое пожелаешь. А этот добрый дядя, — он показал на стоящего позади Игоря, — запишет в твое свидетельство о рождении. Кстати его я о дне рождении мы можем тоже выбрать. Что скажешь?

Девочка расплылась в улыбке, задумалась и что-то снова стала писать.

«Вита. Я слышала это имя по телеку. Мне понравилось. А день рождение пусть будет сегодня. Ведь сегодня у меня начинается новая жизнь. Как думаете?»

Игнатьев прочитал текст и улыбнулся. Разумная девчонка. Жаль говорить не может.

— Ну что ж мне все нравится. Особенно имя. Не обычно. Только давай еще договоримся… Вита ты не будешь обращаться ко мне на «вы». Все-таки я не такой старый, да и мы с тобой вроде как друзья теперь. Зови меня по имени! Окей?

Вита закивала и сразу поняла, что это прозвучало немного глупо с его стороны. Она же не умеет говорить.

— Вот и договорились! — хлопнул в ладоши Кирилл. — Теперь ты немного меня подожди, я поговорю с Игорем, а потом мы поедем отдыхать. Ты устала и промокла. Нужна теплая ванна.

Вита прямо засияла, а Кирилл закрыл дверцу.

— Ты все слышал? — обратился он к мало веселому Игорю.

— Все, — буркнул он. — Эх, Кир не нравится мне все это. Ощущение такое что ты сам того не зная подписал себе приговор. Девочка милая я не спорю… Кирх аукнется тебе еще это все. Но я твой друг и раз обещал помочь, то помогу. Завтра или уже, наверное, сегодня я займусь документами. Папаша.

— Все будет отлично. Не переживай. Я знаю что делаю.

— Очень на это надеюсь.

Друзья поговорили еще некоторое время, условились созвониться днем и только после этого Кирилл запрыгнул в автомобиль и повез Виту в ближайший отель. Своего жилье у него не было, да и при его работе оно было лишним. Снимать номера от недели до месяца было удобно. До сегодняшнего времени. Теперь его жизнь хоть и не кардинально, но измениться. Теперь у него есть за кого отвечать.

***

Они остановились возле сверкающего высотного здания. Таких Вита еще никогда не видела в живую. Ее жизнь проходила сперва в пошарпанном детдоме, а потом в золотой клетке с высоким забором. Ее никогда не вывозили за пределы, так что этот отель стал для нее некой диковинкой.

Только подумать теперь этот мужчина будет мне как отец, которого никогда у меня не было. Хотя, наверное, он больше друг. Да друг. Звать по имени можно только друга. Хм. Вообще надо над этим подумать.

Кирилл припарковался. Обошел автомобиль, взял Виту на руки и понес к раздвижным дверям отеля «Лас-Вегас». Внутри все сверкало и блестело как днем. Ковры люстры отделка. Все было запредельно дорогое. Сколько стоит переночевать здесь, даже спрашивать не надо. И так понятно — немыслимые деньги. Но раз Кирилл привез ее сюда, значит, он может себе это позволить.

Девочка не сразу сообразила, что рассматривает всю эту красоту с открытом ртом. Поняв тут же его, закрыла и вцепилась пальчиками в ворот куртки Кирилла.

Он тем временем подошел к администратору, девушке с каменным лицом, которая едва не отпрянула от стойки, увидев грязную мокрую девочку.

— Добрый вечер! — презрительно поздоровалась администраторша. — Чем могу помочь?

— Мне необходим трехместный номер на неопределенный срок. Желательно самый лучший, — ответил Кирилл.

Его вид сейчас был не лучше чем у Виты такой же вымокший и грязный. Поэтому девушка чуть ли не с насмешкой ответила:

— Уверены! У нас дорогой отель и вам обоим ночь здесь обойдется не меньше вашей зарплаты. Могу посоветовать вам гостиницу в трех кварталах от сюда.

Надо было видеть лицо Кирилла, когда он стальным голосом дал девицы отпор.

— Ваш отель не стоит и половины моей зарплаты, так что немедленно давай ключи или что там у вас пока я не поднял с постели твоего босса. Вит будь добра достань из кармана с правой стороны карточку и дай этой кукле.

Вита полезла в карман, вытащила черную пластиковую карточку и отдала ее девице.

Та с удивлением взяла ее, и по ее лицу стало понятно, что она едва не влипла.

— Извините. Просто к нам часто прих…

— Заткнись и давай ключи! — оборвал ее Кирилл. — Да и когда будешь регистрировать номер, имя мне сама придумай.

Обескураженная девушка быстренько взяла плату за номер и вернула ее вместе с ключами.

Вита взяла все это. Карточку положила обратно в карман, а ключи зажала в руке, перед этим продемонстрировав Кириллу номер комнаты.

— Это на двадцать пятом этаже, — подсказала администраторша.

Кирилл лишь кивнул и отправился со своей ношей к лифту, но тут же развернулся и вернулся к девице.

— Забыл. Мне еще нужна детская одежда.

— На кого? — захлопала ресницами та.

— На нее! — он кивнул на Виту.

— Но сейчас час ночи!

— Я не ясно выразился. Повторю: мне нужна на эту девочку одежда, чтобы на ночь и на день. Сообразите и быстро! Или нам поехать в другой отель, где смогут выполнить мои требования, а вы вернете все деньги на счет?

— Я поняла. Мы что-нибудь придумаем.

— Отлично, — Кирилл переместил свой взгляд на Виту, подмигнул и сказал: — Ну что пошли?

Вита кивнула.

По пути девочка еще раз убедилась, что Кирилл очень сильный мужчина. От самой машины и до самого номера он нес ее на руках и опустил только на мягкие подушки дивана. Номер был роскошный. По размерам с половину нижнего этажа особняка Афанасьевых. Да здесь легко могла жить целая семья из пяти человек.

— Ну, вот сегодня мы здесь переночуем, а завтра я поедем приобретать нам постоянное жилье, — сказал Кирилл и как словно старший брат принялся разувать ее.

Вите стало немного стыдно. Она все-таки не такая маленькая и может сама раздеться, да и нога не так уже болела. Когда он расстегнул платье и хотел помочь ей его снять она отстранилась.

— Ой! Извини. Ты да… это… — он замялся. — Короче сама. Нога как?

Вита улыбнулась и, сжав кулачок, выставив большой палец, вверх дала понять что отлично.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.