электронная
144
печатная A5
314
12+
Беру от неба — тишину

Бесплатный фрагмент - Беру от неба — тишину

Объем:
124 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-9661-8
электронная
от 144
печатная A5
от 314

* * *

Часы… я каждый раз их сердце —

Пружину нежно завожу,

И бьют и тикают, за дверцей —

Часы настенные — живут.

Я видел, и не раз, как Ангел-

Хранитель — ангел-часовщик

Ночами правил в сердце анкер,

Часов, давая им служить.

Душа при этом ждёт и грезит,

Перебирая чётки снов,

Пока прохруст сорвётся с чресел,

Как шестерёночный засов.

Меха качаются, и… хрипы,

И стоны слышимы подчас.

И на губах — солоновато,

И нервное круженье глаз —

Под пеленой прикрытых век.

И безобидно санитарна

Всегда дежурящая смерть,

Но, по привычному, вульгарна,

Когда на дни считают век.

2009

* * *

А вот и снег…

Ну что ж, писать о снеге —

Мне не впервой, хоть он и первый снег.

Я закрываю дневники о лете.

На сотни долгих, долгих зимних лет

Тетрадь бела, невинна как невеста,

И за окном бело по-зимнему, как встарь.

Отныне с пледом — в кресле моё место,

Отныне — улица, позёмка и… фонарь —

Вот первая строка, почти по Блоку.

Итак, сегодня — снегопадный стиль:

Был лист — осенним,

был лист — одиноким,

Теперь всё — снег, лист в безопасности.

Беру его, пишу, скрипя по снегу,

Веду тропинку-строчку по листу

Соединился цвет,

став вновь единым светом,

Зима рисует бе-ло-ра-ду-гу

2009

* * *

Беде не говорите «да»,

Она коварна — ждёт согласья.

Она, что ржавчина для счастья,

Она прилипчива — да, да…

Она желает повторений.

Два слога, эхом — только «да».

И вот предстала тенью,

Той, что гуляет по пятам.

Беде не говорите «да»,

Не повторяйте это слово,

Иначе боль — вернётся снова,

Ещё к тому ж и не одна.

Беда на «да» — всегда готова —

Всплыть чёрной горечью со дна.

2009

* * *

А за окном зима без снега,

Коль знать, где взять, давно бы сбегал,

Давно бы выпросил его.

Чтоб было всем — белым-бело.

Чтоб снеговик стоял у дома,

И чтоб скрипело под ногой

Зимой и снежная корона —

Искрилась дальнею звездой.

Совсем нет снега, только ёлки —

Стоят на старых площадях,

И превратились санки в «сонки»

И крепко на балконе спят.

Снегурка — оттепелью стала,

А дед, совсем ослаб, видать,

И на печи, в избушке старой,

Он новый год решил встречать.

И серый волк с Ягою вредной

Бесцельно бродят по дворам,

Где так недавно было детно,

И верещала детвора.

Зима, зима! Давай по-русски,

Завьюжь и заметель пургой,

Стань, по-рождественскому, вкусной-

Превкусной ма-туш-кой Зимой.

2009

* * *

Жить одному и быть одному —

Совсем не одно и то же.

Когда я в пути по полгода —

Я тоже — всегда один.

Но знаю, что есть на свете,

Места, где не тянет ноша,

Где я обязательно нужен,

Да, что там!.. Где я — любим!

То зная, иду же дальше,

Дарюсь нехоженым тропам,

По жарким пескам и гатям,

По дягельным мхам, камням.

Я вовсе не самообманщик,

Бродить — не моя работа.

Кому-то — чудной романтик,

Себе — судьбы капитан.

2009

* * *

И вот, вдали от чьих-то глаз,

На жалкой почве рассуждений,

Непринуждённой парой фраз

Нас посещает час прозрений.

И, в небом отведённый миг,

Души истерзанной наброски,

Как в волшебстве — легко и просто,

Слагаются в единый лик.

И в чём бы ни было творенье

Чудесных сил воплощено,

Там, безусловно, только гений,

Мог многое собрать в одно.

И цвет, и свет, и мрак, и тени,

И муз неведомый напев,

Как кроткий агнец в час прозрений,

К тебе приходят, человек.

Быть может, станется и взглянешь,

Ты в небо с земляных глубин

Где сложатся в единый амен

И тварь,

и раб,

и Господин.

2009

* * *

Стал мокрым снег — дар непогожий,

И словно пену для бритья,

Скребком счищает осторожно

Со щёк московская земля.

И как услужливый цирюльник,

С восточным блеском чёрных глаз,

Таджикский дворник караульный

Мне дарит утро каждый раз.

«Ге, с добрим утрам, дня харёший» —

С улыбкой вымолвит вослед.

Спецовка новая — не в пору,

Но, мандариня, её цвет —

Напоминает, вот уж скоро,

Нам год придется провожать.

Не с новым, а с прошедшим годом!

Хочу я в этот раз сказать.

Год — прожит — не хочу с печалью:

Год прожит, значит жизнь — была!

С прошедшим годом — поднимаю,

С прошедшим! Дамы, господа…

2009

* * *

Она ждала его всю жизнь.

Лишь замуж изредка ходила.

Вот так, обыденно-красиво,

Она ждала его всю жизнь.

И разве грех — простое дело,

Что в ожиданиях успела,

Абы кого любя, родить?

Она ждала его всю жизнь.

С детьми сидела, позже — внуки

Её водили за собой.

Спасали хлопоты от скуки,

От разногласия с судьбой.

Она ждала его всю жизнь.

Кого? — Потом уж и не знала,

На сердце выпало носить

Призывника иль генерала.

Он — не пришёл. Остался где-то

Лежать парнишкой средь полей.

Быть может, я и стал поэтом,

Чтоб хоть в стихах побыл он с ней…

2009

* * *

Это — жизнь, я часто слышу,

Там, где смерть стучится в дом.

Это — жизнь — потеря близких,

Это — жизнь, когда, как сон,

Как во сне — проходят чувства,

Как в огне — сгорают дни.

В жерлах плавятся искусства —

Вместе с ними короли.

Это жизнь, а ты — стареешь,

Это жизнь — когда болит,

Все, что жизнью не успеешь —

Тенью на сердце лежит.

Это — жизнь, когда «последний»

Не пройдёшь, а — пронесут.

Это — жизнь, когда однажды,

Листья, всё же, опадут.

И сотрётся то, что было

Этой жизнью добела,

Но начнёт писать картину

Вновь…

пришедшая весна.

2009

Зимняя суббота

Светлой памяти моей сестры, Стюшеньки…

Было много декабря

В этот день холодный.

Жался лист календаря,

Сжался, как негодный.

И кругом на много вёрст

Белым покрывалом,

Даль морозная внахлёст

К декабрю лежала.

А ещё такая синь

Вкрадывалась в душу,

Что привычное: аминь

Не хотелось слушать.

А ещё, такая высь

В вечность зазывала

Что казалось, там есть жизнь,

Там — под покрывалом.

А еще, как будто выжал

Кто-то все поля —

Пахла жирным чернозёмом

Свежая земля…

19 декабря 2009

Будущему — быть

Милой Стюше…

А будет ещё завтра

И много-много снега.

Так много, что на время,

Укроет им все беды.

И на ресницах — звёзды,

И в варежках — тепло,

Сугробы и заносы

И всем — белым-бело.

И сказка тоже будет

И те двенадцать раз,

В которых, что-то сбудется

Для каждого из нас.

И хрусталём касания,

И… ёлочка — зажгись.

Наветы, предсказания

И… счастье на всю жизнь.

А, может, раз… и — сбудется

На то и — новый год.

Идёт зима по улицам,

И с нею снег… идёт.

20 декабря 2009

* * *

Загнуть крючок, поставить точку

И, с непременным — «как дела?»

Набраться сил и… срезать кочку,

Что счастью под ноги легла.

Чтоб счастье больше не споткнулось,

А достучалось вновь до нас.

Ты, только что мне улыбнулась,

Читая стих, как — в первый раз.

Нет?.. Я ошибся?.. Ты — серьёзна?

Задумчива? Нет, смущена?

Тогда в другой раз будет — слёзным

Моё прошение в стихах.

2009

Памяти Анастасии Вольной

Я напишу тебе, родная.

Ты ведь — живая… Да — живая.

Смотри, — снежинки. Понимаю…

Сегодня — всё я по-ни-ма-ю!

Всё, что не скажешь — понимаю.

Конечно! Да!.. Всё, — что захочешь…

А хочешь, гномика слеплю?

Жизнь не равняется нулю.

Он оживёт, как лист из почек,

Нет, что ты, Настя, не кричу.

Я не кри-чу!!! Ты — слышишь, знаю…

Ты ведь живая… Да!.. Люблю!…

Сестрёнка… Стюшенька… родная…

20 декабря 2009

Завтра будет — завтра

светлой памяти моей сестры
Стюшеньки
(поэтессе Анастасии Вольной)
посвящается…

Не отменить, не изменить,

А только — жить…

Продолжить смену

И выволочь себя на сцену,

И в медь прекрасную трубить.

И все цветы, что будут в тему,

К её ногам склонясь, — сложить…

17 декабря 2009

* * *

Печаль, густая, как смола —

Текла, текла, текла, текла…

Меня спросили: «Как дела?»

А я приклеился к печале.

И молчаливо, на восток,

С печалию печально тёк.

А за окном уже цвела

Сирень и пахло Рижским взморьем.

От досуха и до бела

Писалось мне в Первопрестольной.

И доводя строку до звона,

Я резался своей строкой…

Заточенной, до полуслова,

Измученной, до запятой…

2009

* * *

светлой памяти
моей сестры Стюшеньки…

Я допишу, я допишу,

Я — допишу твои стихи,

А ты — плыви, а ты — лети,

Теперь, родная, это — можно…

Я объясню карандашу,

Что истончились грифели

Он строг, но мудрый, он — поймёт.

Поверь, мне это всё — несложно.

Я запрягусь в двойную лямку,

Я снова вызубрю букварь

И выйду в поле спозаранку…

Как шаромыжник, как кустарь.

Я доточу строку до точки,

И ей проткну последний лист,

А ты… лети по междустрочью,

А ты… по белому лети.

16 декабря 2009

Смерти тихое творенье

Ни вздоха и ни буквы

Смерть сделать не даёт.

Скупа она на всякое стремленье.

А дальше — всё равно,

А дальше — переход,

А дальше — смерти тихо-е-творенье.

Молчит кладбища скованная сцена,

Молчит погост — неровная гряда,

И только, в самых, в самых тонких венах,

По-ка-пель-но рождается весна.

Смерть — безупречна, вот какое дело.

Есть у неё и меры, и права.

Она давно бессмертие воспела

И вечностью незримо расцвела…

2009

Моя сестра

Она ходила — еле-еле.

Она жила — в тщедушном теле.

Измученная вечной болью —

В стихах подписывалась… — волей.

Анастасия Вольная —

Распятая — сестра моя.

16 декабря 2009

Канун 2009…

Беспомощно стоял и плакал,

Когда стучали молотком.

И раскажденный сладкий ладан

Вис седоголубым дымком.

И бубенцы звенели скорбно,

И пахло ёлкой от венков,

И хор казался бесподобным —

Наипечальным из хоров.

И время, вырвавшись из плена,

Всё бросило, уйдя вперёд…

И не скомандовал отмены

Ни Дед Мороз, ни… Новый год.

19 декабря 2009

* * *

Зима… Она пришла — вся в белом,

Чтоб снегом замести следы.

Крошащимся с волненья мелом,

Исправить выкладки беды.

И на доске, под строгим взглядом,

Экзаменующей судьбы

Сменить надрывные расклады,

Всегда отличницы — беды.

Зима… Она пришла вся в белом —

До самых кончиков волос.

Всё снежным выкрашено мелом

И стужей в кружево вплелось.

2009

* * *

Год прошёл и исчез в веках.

Что досталось слезам и почестям —

Нацарапалось на сердцах,

Написалось незримо в совестях.

Год прошёл… и учитель — время

В ноль часов, ноль минут, как в школе

Всё, что было в году, разделит

На хорошее и плохое.

Год прошёл и приблизил старость.

Жизнь едина и неразменна.

Для Вселенной она — не малость,

Для Вселенной она — бесценна.

Год за годом, за годом год —

Всё уходит и всё… приходит.

Жизнь — живая, она — живёт:

По-космически хороводит

Среди ядер и звёзд она,

Средь галактик и даже мета… —

Ниоткуда и в никуда,

Без вопросов и без… ответов.

1 января 2010

Зимнее

Что может быть тише, чем снег за окном

В январское утро, к тому же в деревне —

Кружится…, ложится снежинками в сон

И, вторя ему, в старом доме всё дремлет.

Не спится… И вместе со мною часы —

Не спят, отбивая пружинное время,

А где-то за лесом — начало весны,

И не на словах, а начало — на деле.

И я подхвачу его строчкой-намёком.

Пишу, как хочу. Ну и что, что зима.

Я стих пропитаю проталенным соком —

Пусть сходит лавинообразно с ума.

Весна — напишу я… ещё раз, ещё!

Хоть бабушка надвое где-то сказала,

Пройдусь по морозцу апрельским лучом,

Пусть станет строка

той тропинкой — к Началу.

2010

* * *

Иные появляются нагими. Другие — сразу же во всеоружье…
Леонид Мартынов

И жизнь, казавшаяся длинной,

Вдруг перешла за половину.

То, чему было суждено,

Случиться в юности и в детстве,

Навечно кануло в глубины

И превратилось в неуместность.

И, незаметно, вслед за этим,

Сквозь истончённость бытия,

Иной реальности навстречу

Незримо растворилось «я».

Шли дни. Недели? — те бежали,

И год, сжимаясь, как изюм,

Всё тем же безупречным далям,

Готовил вина наобум.

Он жил проверенной надеждой,

Жил новогоднею мечтой,

И даже смерть являлась нежной,

Всепринимающей сестрой.

Сиянье звёзд гранило время —

Гарантом цюрихских часов

В нём высекало миг творенья —

Основу призрачных основ.

2010

* * *

Беру от неба — тишину,

Пишу стихи в закатном цвете.

«Воспоминанием о лете» —

Я эту книгу назову:

Всё будет — сочно-изумрудно

В оправе золотых полей.

И станет маленьким, но чудом

Она для Родины моей.

В ней я признаюсь словом в чувствах

Тебе, родная Русьсия,

И лягу строчкой безыскусной

К твоим подножиям, Земля.

И стану тропкою вплетённой

В полынь крапивных лопухов,

Припав к иконе обновлённой

Лесов, оврагов и лугов,

Киотов деревень, окладов,

Звенящих, синевой озёр…

Что писарю для счастья надо?! —

Покой, свобода и… простор.

2010

* * *

Всё, как положено, и вот —

За новым — старый новый год

И за окном метель метёт,

И молоточком время бьёт,

И с рыбой на столе пирог.

И, ни печалей, ни… тревог.

А только снег со всех сторон.

И ранним утром, тихий звон,

В первопрестольной — колокольный

Запорошённый тихий звон.

Зима теперь — со всех сторон.

Ох, заварил январь же кашу.

И только мерное: бом… бом…

Стекая с колокольных башен,

Напоминает — всё пройдёт,

И даже — снег пройдёт однажды…

2010

* * *

Даже в самой наполненной строчке
Безвоздушные паузы есть. Владимир Соколов

Уплываю на лодке без вёсел

В бесконечную синюю гладь.

До меня были, будут и после

И весна, и стихи, и тетрадь.

Я ж останусь строкою нетленной

В безыскусной огранке строфы,

Воплощённой дыханьем поэта

Из его — самой светлой мечты.

2010

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 314