электронная
18
печатная A5
449
18+
Банкир

Бесплатный фрагмент - Банкир

Книга вторая: Камни мира Ваалдам

Объем:
258 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-6012-9
электронная
от 18
печатная A5
от 449

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1. Вечер в тесном кругу

Конечно, яркий свет, и сорокачасовой день мира Ваалдам вполне позволял Александру уже этой ночью разобраться с обретенным богатством — автомобилем неведомых пока характеристик, и другим имуществом, на которое он успел бросить лишь беглый взгляд. Но он решил — отныне никаких поспешных действий; все четко по плану.

— Который, кстати, еще надо разработать.

Шеф сейчас неторопливо беседовал с Джесси и Умником; все остальные в полутемном зале трактира были захвачены действом, разворачивающемся на стене; на импровизированном экране размером три на шесть метров. Даже невозмутимый обычно эльф порой вскакивал, когда один, или сразу три былинных русских богатыря, нарисованных в мире, о котором здесь никто и никогда не слышал, оказывались в очередной переделке. И не случайно — ведь первую скрипку в этих приключениях играл тезка ушастого Искателя — Илья Муромец.

Громче всех реагировали на фантазии авторов мультипликационного фильма гоблины, которых в оккупированном ими углу стало намного больше. Александр не случайно обращал самое пристальное внимание именно в этот угол. Не потому, что ждал от коротышек каких-то неприятностей. Мастер Общения почему-то был уверен, что не меньше взглядов, чем на экран, гоблины бросают в сторону столика, где никак не заканчивался ужин у клана. Шесть Разумных достаточно свободно расположились за столом, несмотря на габариты огромного тролля и достаточно широкие плечи юной гномы. Вот на этот дубовый столик, заставленный посудой, и глазели соплеменники Гобла с Доблом — кто тайком, а кто и совершенно в наглую. С чем это было связано — со сторублевой купюрой, на которой, оказывается, был изображен «утерянный» в веках храм отважного зеленокожего племени, который целый мир называл Большим театром, или теми фантастическими событиями, что начались здесь с появлением Александра?

— А может, — усмехнулся Шеф, перехватывая взгляд очередной длинноносой и ушастой «красавицы», и отвечая ей откровенным подмигиванием, — они просто опасаются, что завтра я им устрою еще один субботник? И прикидывают сейчас — чего от меня ждать? Я, ребята, и сам пока точно не знаю, чем завтра буду заниматься. Ночь длинная — вот и решу!

В этот момент зазвучали финальные аккорды мультфильма, в котором, как и ожидалось, наши победили. Зал взорвался ликующим ревом и топотом башмаков о пол. Впрочем, шлепанье голых пяток гоблинов о дубовые доски пола легко перебило все остальные звуки.

— Все! — решительно поднялся с места Александр, игнорируя умоляющие взгляды трех девушек — демоницы, троллихи и гномы, — хорошего понемногу. Завтра рано вставать, так что… Ты с нами?

Это Шеф спросил у эльфа, который пока никак не мог решиться влиться в дружный клан полностью — то есть, переехать в общие апартаменты. Саша сам разрешил его сомнения — добавил в следующую фразу загадку:

— У меня к вам, ребята, есть серьезный разговор.

— Так что, друг эльф, — Зай легонько ткнул кулачищем в плечо Ильярриэля, отчего тот едва не оказался на коленях гномы, — шагай за нами. Заодно и в баньку сходим.

Сестра рядом с подозрением, а Малышка с откровенной усмешкой уставились на него. Зея, поднимаясь, толкнула брата в спину, отчего он придворно зашипел, потирая «ушибленное» место, и заявила, не оставляя никаких сомнений в своем праве руководить хозяйством и нравственным климатом клана:

— Баня — это хорошо. Только с сегодняшнего дня новое правило — девочки отдельно, мальчики отдельно! И пиво с гномьей настойкой буду выдавать лично!

— У вас есть гномья настойка?! — Банка даже остановилась, отчего задумавшийся о чем-то эльф едва не наткнулся на нее.

— Есть немного, — пожал могучими плечами тролль, — а закончится — Глава еще сделает.

Гнома теперь рванулась вперед, и вцепилась в рукав Александра:

— Ты владеешь секретом клана Подгорных Гномов? И до сих пор жив?!

Вообще-то старший менеджер банка «Восточный» теоретически мог нагнать самогонки, и выдержать ее в дубовых бочках, получив через пару-тройку лет напиток, который условно можно было назвать коньяком, или «гномьей настойкой». Больше того, он владел куда более страшной тайной, которая всплыла сейчас в одном из уголков его обновленной памяти. Где-то когда-то он случайно вычитал в Интернете о «подвиге» советских ученых, отмеченных солидной для своего времени Государственной премией. То, что они называли коньяком, можно было получить, не выдерживая годами в бочках. Этот процесс, как оказалось, было легко ускорить в десятки, и сотни раз.

— Нужно просто насыпать в спирт дубовые опилки, и запустить эту ядреную смесь в центрифугу. Чем дольше крутишь — тем больше звездочек можно рисовать на этикетке.

Этим секретом, он, конечно же, с гномой делиться не стал; не исключал того, что в будущем общении с Подгорными гномами это может стать козырным тузом в рукаве. От цепких же пальцев гномы он отделался легким касанием руки, которая посредством маны и простенького плетения стряхивала с куртки все посторонние предметы, включая живые. Ну, и шуткой:

— Какая гномья настойка?! Я же не волшебник — я только учусь…

В оранжерее, которая поразила не только разинувшую рот гному, но и видавшего, скорее всего, гораздо более величественные ландшафты Ильярриэля, их уже ждал… очередной столик с легкими закусками. Банка, которую весь вечер усиленно пичкали сразу в несколько рук, печально вздохнула; душа же Мастера возрадовалась. Он первым сел в удобное полукресло, и подвинул к себе самое большое блюдо. И только потом махнул остальным: «Присаживайтесь!».

— Ну что, — сказал он наконец, насладившись первым куском чего-то, больше всего похожего на свиную отбивную, — теперь можно и поговорить… без лишних ушей.

Скорчившего чуть заметную осуждающую мину эльфа он проигнорировал — сейчас Мастер общения чуть провоцировал надменного внешне остроухого — и упоминанием об ушах, и словами, которые вылетали в пространство вместе с запахами пережевываемой пищи, чего эльф, приученный с детства к благородным манерам, конечно же, никак не приветствовал. Он даже вознамерился высказать Главе что-то очень едкое и язвительное, даже открыл рот…

— Вот, — обрадованно улыбнулся Александр, в нарушении всех норм поведения большинства обитаемых миров ткнув в его сторону вилкой, на которой был наколот очередной кусок, — я как раз хотел предложить всем познакомиться поближе. А Ильярриэль уже и сам, оказывается, готов сделать это. Рассказывай!

В голосе Мастера резко добавилось повелительных ноток, и эльф смешался, ответил не с укоризной, как собирался, а с четкостью младшего по званию воина:

— О чем рассказывать?

— Как принято, — подсказал Глава, — «Откуда, куда, зачем!». Откуда прибыл, по какой причине, какое горе здесь мыкаешь. И самое главное — как собирался выбираться из этого Проклятого Угла? Ведь ты же собирался вернуться домой, Ильюша?

Эльф с глубоким вздохом кивнул, и начал рассказ:

— Родом я с мира Ульявилль, что расположен с самого края Центральных миров. О моем мире — о бескрайних лесах, удивительных нивах, чистых ручьях и пении птиц на рассвете можно рассказывать часами, и даже целыми днями, но…

— Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — бесцеремонно перебил его Александр, — считай, что ты нас пригласил к себе домой, и мы твое приглашение с благодарностью приняли. Давая излагай факты. Голые факты. А поэзию с музыкой послушаем попозже. Вон они послушают.

Он показал вилкой, теперь уже пустой, поочередно на раскрасневшиеся в предвкушении волшебного повествования лица девушек, и эльф, бросив все-таки на Главу укоризненный взгляд, продолжил; уже сухим, деловым тоном:

— Наш мир небольшой, и населяют его исключительно эльфы. Чужаки появляются на Ульявилле очень редко, и только по приглашению одного из Первых Десяти.

— Значит, — негромко прошептала Зея, — нам в этот удивительный мир не попасть?

— Не так ставишь вопрос, сестренка, — гораздо оптимистичней заявил Шеф, — надо было спросить: «А ты, Ильярриэль, входишь в число этой десятки?».

Эльф замолчал; очень надолго. Потом с трудом вытолкнул из себя несколько слов:

— По праву рождения я должен был быть Первым…

— Но что-то не срослось, — прервал его очередную паузу Шеф, — и ты решил искать правду. Только почему в мире Ваалдам?

— Не срослось, — вздохнул Ильярриэль, — никто не оспорил моего права, но… в Десятке могут быть лишь Владеющие Маной, а я, увы… Хотя все мои предки были очень сильными Владеющими… А почему этот Проклятый Угол? Из-за Лука Первого Эльфа, конечно. Из-за величайшего артефакта нашего племени, который был утерян… больше шестисот лет по исчислению мира Ваалдам. Куда он пропал, и кто его унес, неизвестно. Но эльфы очень редко покидают Ульявилль. Лишь уходя в другой план, или Изгнанники. В последнее время несколько групп таких несчастных были отправлены именно в Проклятый Угол. Клану, конечно, пришлось почти уполовинить сокровищницу, но…

— А что, — вот так нельзя было? — Александр совершенно бесстрастно, даже с улыбкой на устах провел большим пальцем по собственной шее.

— У нас так не принято, — с очередным вздохом произнес Искатель, — просто природа не позволяет. К тому же в последних партиях Изгнанников было несколько высокородных из Первой Десятки. Я думаю, что кто-то из них и унес сюда Лук.

— И что тебе дало бы обладание этим артефактом, — Глава не позволил ему углубиться в себя, — тебя приняли бы обратно в высшую лигу? То есть в Десятку? Или есть легенда, что Лук дарует владельцу какие-то чудесные свойства — например, право Владеть маной? Ну, и последнее — как ты все-таки собирался вернуться в свой мир… Ульявилль, если я не ошибаюсь… Придумали же!

Эльф склонил голову, словно подтверждая — Александр прав. Но обратно к родичам ее не поднял.

— Понятно, — констатировал Шеф, — вопросы есть, ответов нет. И на этом спасибо. Теперь к вам.

Он повернулся к троллям, и те непроизвольно поднялись со своих кресел.

— Садитесь, — усмехнулся Глава, — начальство у вас либеральное. Что можете рассказать еще о себе, об окружающем вас мире? Может, какие-то жуткие клановые тайны имеются? Выкладывайте все — не стесняйтесь.

— Нет, — Зай, как старший брат (на пять минут!), ответил за двоих, — никаких тайн. Были, конечно, но ты, Старший, их все уже разгадал. А так — все как обычно: трактир, гоблины, Искатели… Только вот охотников теперь нет. Нет, не так! Есть, но другие.

Он как-то ловко поклонился сразу и Главе, и эльфу — хотя они сидели по разные стороны стола.

— Да-а-а…, — протянул про себя Саша, — опыт не пропьешь. Сразу видно — настоящий трактирщик. Ну, Гнома нам о себе уже все рассказала (продолжил он вслух), а это Малышка. Сама расскажешь о себе, или мне предоставишь такую возможность?

— Рассказывай, — коротко буркнула демоница, очевидно посчитав, что особо ей хвалиться нечем.

— Тогда прошу любить и жаловать — наша сестра из клана Призрачных демонов. Зовут Малышкой, но это не имя, данное при рождении. Это имя ей дал я — до того времени, пока она не вспомнит истинное.

— Мне и это нравится, — опять буркнула демоница.

— Возраст — чуть больше четырех тысяч лет, — продолжил Александр, не моргнув глазом, — но большую часть этого времени она просидела в сумке.

На удивленные восклицания троллей и гномы (эльф лишь согнул домиком брови, не шелохнувшись телом) он повторил:

— Да-да! Именно четыре тысячи лет, и именно в сумке. Той самой, — Александр повернулся к Заю с хитрой улыбкой, — которую я купил у Гобла с Боблом («За пятнадцать полнокровных российских рубликов, между прочим!»).

Невозмутимый эльф первым отреагировал; кстати, с вполне уместным вопросом:

— Ну, и кто ее туда засунул?

— Это долгая история, — покачал головой Глава, — думаю, как-нибудь за чашкой чая она нам ее расскажет во всех подробностях. Кстати, Страшила, а где чай?

— И мороженое, — пискнула со своего места троллиха.

Шеф в ожидании десерта откинулся на мягкую спинку полукресла, и продолжил, оглядываясь вокруг; остальные не сводили с него взглядов, явно ожидая продолжения рассказа — не менее занимательного. И он их не разачаровал:

— Наверное, мне нужно расказать и о себе. Зовут Александром, работал в последнее время старшим менеджером банка «Восточный».

— Мастер…, — чуть слышно прошептала Гнома, — Истинный Мастер-банкир.

А непосредственный тролль громыхнул голосом:

— Это где такой находится?

— Мир Земля, — усмехнулся Саша, — вы о нем ничего не можете знать, потому что он расположен в другой существующей реальности.

— Плане? — уточнил Ильярриэль.

— Можно сказать и так. Я не родился здесь, и не проходил Портал. Можно сказать, что официально меня в мире Ваалдам не существует.

— Как же ты оказался здесь? — это раньше других не выдержала гнома.

— Точно и сам не знаю, — усмехнулся Александр, — точно может знать один Разумный — Алекс вась Худоб. Не слышали про такого?

Все дружно замотали головами — даже Малышка, которая в компании с чародеем провела бог знает сколько времени. Шеф усмехнулся, и продолжил:

— Да — вчера днем я из своего мира, где сейчас зима, и города заносит снегом, оказался на улице, перед Гоблом с Доблом — с чего, собственно, и началась вся эта история. Будем считать, что знакомство состоялось. Есть еще кому что добавить?

— Вопрос можно?

Глава представил себе, как чопорный эльф тянет руку кверху, подобно прилежному ученику, и усмехнулся: «Валяй!».

— Ты говорил, Старший, что мы еще не готовы… к чему? И почему не готовы?

— Молодец, — не удержался от похвалы Александр, — зришь, как говорится, в корень. Не зря, значит, на дубе сегодня посидел.

Лицо Ильярриэля, и без-то не отличавшееся округлостью, вытянулось еще сильнее. Глаза — напротив — округлились; в них при желании можно было прочесть вопрос: «А при чем здесь дуб?». Глава этот вопрос оставил без ответа, а на первый, более важный, пригласил к ответу Малышку. Точнее — для наглядной агитации.

— Зай, — обратился он поначалу к трактирщику, — ты вчера вечером Малышку внимательно разглядел?

Тролль стремительно побледнел, становясь из просто серовго в светло-серого, что сейчас означало высокую степень смущения; сестра рядом тоже изменилась в лице, и что-то прошипела. Александр это шипение прекрасно расслышал, и перевел на Общий — громко и для всех.

— Да, Зай, сиськи у нашей сестренки что надо. А вот что между ними болталось? Не помнишь?

Тролль стал практически совсем белым. А Саша его добил, велев Малышке: «Покажи!». Причем лицо сделал такое строгое, что младшая сестренка без всяких слов поняла — если она сейчас выкинет очередной фортель, быть ей прилюдно битой по тому самому месту, которое Шеф с Заем тоже рассматривали во все глаза. Цепочку с камнем демоница вытянула, и предъявила общему вниманию, практически не расстегивая обтягивающей куртки.

— Камень-Накопитель, — вынес общий вердикт эльф.

— Не просто Камень, — поправил его Глава, — в этот камень мы закачали содержимое одного из этих.

Он сунул руку в карман поясного ремня и, преодолевая какое-то сопротивление внутри, вытащил наружу шкатулку. Другой рукой он успел сдвинуть пустую посуду перед собой так, что на освободившемся месте можно было свободно расположить дюжину таких хранилищ. Шкатулка медленно раскрылась, и Александр принялся перечислять, начиная с красного, верхнего левого: «Мастер Боя, Мастер Разведчик-Исследователь… и так до последнего, зеленого в правом нижнем углу: «Мастер Стихий!».

— Обучающие Камни, — охнул в дальнем о противоположном углу Ильярриэль, — я видел такой один… в сокровищнице отца. Камень восьмого уровня знаний. Правда, он был уже пуст.

— Эти все полные, — Глава провел по Камням внешне небрежно, а на самом деле очень бережно, ощущая, как артефакты отзываются микроскопическими уколами маны, — и все двенадцатого уровня. Полную копию вот этого (он остановил палец на самом первом Накопителе) Малышка носит на своей… в общем, носит. И не просто носит, а обучается — даже когда спит. Хочет кто-нибудь составить компанию ей в этом… скажем так, университете?

— Я хочу! — опять первым вскочил на ноги эльф, тут же, впрочем, поникший плечами, — только бесполезно… Я уже говорил, что не работаю с маной… Точнее, мана не хочет работать со мной.

— Это мы проверим, — пообещал Глава, — есть еще желающие? Становитесь в очередь.

Естественно, что выразился он фигурально, но клан практически сразу вскочил на ноги, и выстроился в колонну по одному. Без своего Главы, естественно, и без демоницы, которая тоже вскочила на ноги, спеша занять место за широченной спиной тролля, и села лишь, чуть смущенная, после короткого смешка Шефа.

— Больно не будет, — побещал Александр, — показывая на кристалл, который Умник вырастил на месте шкатулки, уже надежно спрятанной в сумке.

В руке Шефа абсолютной чернотой поблескивала Правая мизерикордия; Ильярриэль без всякого страха подставил свою ладонь. Александр, как на медкомиссии в военкомате, ограничился указательным пальцем эльфа, с которого на Камень стекла тягучая капли крови.

— Свободен, — скомандовал Глава, — уступи место следующему. Извини, но ни ватки, ни спирта нет. А поливать твой палец гномьей настойкой…

— Еще чего! — шумно фыркнула Банка, в своей шустрости уступившая лишь эльфу; второй, после него, она и подставила свой палец под острое жало мизерикордии, продолжая ворчать, — гномью настойку на палец! Да я в своей жизни всего один раз пробовала ее — на свадьбе Главы клана… вообще-то два раза, но…

Поняв, что невольно выдала один из своих «страшных» девичьих секретов, она ойкнула, покраснела (естественным, красным цветом), и отошла в сторону, уступая дорогу Зее. Боли от мгновенного укола она, скорее всего, так и не ощутила. Так же мужественно перенесли «экзекуцию» тролли.

— Ну, вот пока и все, — вполне будничным тоном объявил Саша, — завтра с утра вывешу списки успешно сдавших вступительные экзамены на доске объявлений; увидев ошарашенные лица вокруг, он рассмеялся, и звонко хлопнул себя по лбу, — и как я мог забыть — доски-то еще нет. Ну, ничего — значит, объявлю устно. Все — всем отбой. А я тут еще… (он оглядел алчным взглядом стол с пустой посудой) поработаю немного.

И тут неохиданно звонко хихикнул эльф:

— Чапай думать будет!

— Вот-вот, — поощрил его умственные изыскания Александр, еще раз подумав при этом: «Действительно, не зря на дубе сидел!».

Зай рядом «поощрил» умного Ильярриэля по своему — хлопнул несильно по плечу. А когда несчастное длинноухое существо с трудом выправилось, поглаживая плечо, трактирщик пробасил:

— Ну что, в баньку?!

Предупреждая очередной взрыв негативных эмоций троллихи, Глава встал, привлекая всеобщее внимание. Он мысленно подкрутил пружину, заставлявшую циферблат перед глазами медленно крутить секунды все время, когда это не запрещал Основной Носитель. Теперь цифры замелькали с немыслимой скоростью, а фигуры вокруг Главы застыли, словно утопленные в меду — Александр перешел на ускоренное восприятие реальности, где мог свободно общаться с помощниками.

— Джесси, Умник, сможете перенести на экран мои мысленные образы?

— «Это ты про фильмы с клубничкой?» — хихикнула Джесси голосом Ольги Ивановны.

Саша не покраснел, и не расердился. В конце концов, он взрослый мужчина, имеет право… Да и не любитель был всего такого… Хотя, конечно, в компании с парнями, да под водочку всякое бывало…

— Нет, — спокойно заявил он, — гораздо интереснее. Сейчас покопаюсь в памяти. Ага — вот это.

Перед глазами старшего менеджера банка «Восточный» словно наяву предстала твердая коробочка, черная с серебряным тиснением. Точно в такой он упаковывал еще… позавчера комплект документов для очередного ВИП-клиента. И в ней, с другими блестящими золотом и яркими красками буклетами, была «Карта путешественника премиум-класса». С шикарными бонусами от банка, а главное — еще более восхитительными видами пляжей того самого премиум-класса. Александру сейчас нужны были фигурки отдыхающих — стройных девушек в бикини и плечистых загорелых парней в стильных плавках. Почему-то толстяков с бумажниками, выпирающими из шортов и закрывающих покрасневшие от солнца колени, на таких картинках никогда не было — хотя они в основном и составляли сильную половину постояльцев отелей уровня пяти звезд и выше.

— Вот эти картинки сможете показать?

Джесси с Умником показали больше. И лучше. На экране, который появился на стене, картинка, выбранная помощниками, ожила. Чуть слышно шумели волны, набегающие на белоснежный песок; вот они взорвались мириадами брызг, и звонким смехом — когда в ласковую теплую воду вбежала целая стайка красавиц в бикини разных расцветок и фасонов. Следом вальяжно, явно давая фору подругам, передвигали накачанными мускулами их бой-френды, облаченные в наряды не менее известных фирм. И все это на уровне далекой музыки, яркого, слепящего солнца, и ветерка, донесшего запахи океана сюда, в зал, столь реально, что Саша даже ощутил, как он ласково взлохматил его короткую прическу.

— Молодцы! — не выдержал он, — это лучше, чем я просил.

— «Мы старались…».

Это тоже было чудом — внедрить в короткую строку красного цвета перед глазами и море скромности, и океан гордости, и совсем уже бесграничное пространство лукавства. Но Джесси с Умником это удалось, и Шеф, еще раз довольно кивнув, остановил мельтешение цифр. Он повернулся к фигурам, вынырнувшим из своей липкой заторможенности, и открыл ррот, чтобы…

Нет — первой открыла рот Малышка. Издав какой-то воинственный демонический клич, от которого все, включая Главу, невольно присели, она повернулась к нему с сияющими глазами и вопросом, отражающим изумление и восхищение всего клана:

— Это твой мир? Он прекрасен! Ты возьмешь нас с собой туда?!

— Закатай губы, детка, — чуть печально ответил ей старший менеджер; ответил про себя, конечно — и продолжил вслух, — так у нас отдыхают, сестренка — после долгих, и порой опасных трудов. И то далеко не все. Обещаний никаких давать не буду. Нет, дам — возьму и тебя, и всех остальных с собой — если вы, конечно, захотите. Возьму туда, куда сам пойду.

Он не дал излиться на его собственную голову, чуть гудевшую от дикого крика демоницы, еще одному воплю — уже общему, с заверениями типа: «Да мы!… Да ты только скажи!… Да мы с тобой!…». Скучным голосом — словно уже начал первую лекцию в обещанном университете — Александр сообщил:

— А показал я вам это кино с единственной целью — можно одеваться так, чтобы купаться, загорать, веником в парилке похлестаться без проблем, не задевая при этом чувств особо впечатлительных персон. Ну, еще и общепринятых норм нравственности. Всем понятно? — предвосхищая град вопросов, готовых излиться прежде всего из ротиков девушек, он закончил, — а откуда вы возьмете эту красоту, меня не касается. Как говорится — кто ищет, тот всегда найдет. Все — отбой!

Глава 2. Тиха ваалдамская ночь

Как только за широкой спиной тролля захлопнулась дверь, ведущая на лестничную площадку, из угла неслышно шагнул Страшила. Александр ограничился легким кивком, включившим в себя и приветствие, и констатацию факта: «Ну, ты и сам знаешь, чем побаловать мой желудок!». Уже направлясь к окну, которым сейчас стал весь периметр наружних стен оранжереи, он прислушался к себе внутри, оценил состояние организма, который практически весь вечер беспрерывно потреблял изысканные яства. Нет — ничто не беспокоило, и тот самый желудок (как оказалось — один из важнейших органов человеческого тела) лишь благодарно урчал, готовый трудиться и дальше.

Обход вдоль окон Мастер боя начал от того самого места, где прошлой ночью он помог Куполу выстоять в битве с так и оставшимся неизвестным магом. Он передвигался неторопливым шагом, одновременно беседую с помощниками.

— Как же так?! — обвинял он и Джесси с Умником, и, прежде всего, самого себя, — Мастер Боя, Тактик, Аналитик, двенадцатый Уровень!… А свершили простейшую ошибку, которой избежал бы солдат-первогодок. Даже не осмотрелся на местности, хотя вот она — смотри, да любуйся!

Он остановился напротив той части Равнин, куда от трактира, и от Купола, защищавшего его, тянулась широкая нить Дороги Ушедших. Александр уже знал, что заканчивается она километров через двести — в единственном городе мира Ваалдам, его столице Хруниге. Еще немного погоняв внутри себя (ну, и внутри сумки, где было постоянное место прописки Умника) самобичевание пополам с возмущением, он резко тряхнул головой, и возвестил:

— А вот теперь я думаю, что поступил совершенно правильно.

— «Как!, — вскричали сразу два виртуальных гения, — Почему?!».

— Все очень просто, — пожал плечами Шеф, немного красуясь, — если бы мы прошлой ночью сделали такой обход, куда бы мы пошли?

Ответил, после недолгой паузы, Умник:

— Скорее всего, вдоль этой дороги, Шеф!.

— Вот и я так думаю, — согласно кивнул Александр, — а значит, мы бы тогда не наткнулись на Банку. И бесценного опыта боя с крилом, хрюком и Большим Змеем не приобрели бы. Я уже не говорю о куче артефактов… и мясо — самое главное, мясо!

Он повернулся к столу, и скорым шагом направился к центру зала, под дуб, ловко огибая неведомые, но от этого не менее прекрасные цветы.

Уже за столом, набив рот, он выслушал внутри чуть слышные, с придыханием, слова Джесии:

— Это невероятно, Шеф… Невозможно…

Шеф проглотил кусок, вкус которого был ему совершенно незнаком, и усмехнулся:

— Тебе напомнить про Диму Билана?

— «Я помню, Шеф, — Джесси вернулась к интерфейсному общению — очевидно, чтобы в разговоре принял участие и Умник, — только…».

— Что-то ты сегодня говоришь загадками, — чуть рассердился Саша, — или, скорее, недомолвками. Еще бы и мимику взяла на вооружение! А кстати — это хорошая идея. Раз уж вы так ловко прокрутили фокус с пляжем, не повторите ли его — с собой? Или это тоже из категории невозможного?

Джесси, явно уже вернувшая себе спокойствие и рассудительность виртуального разума, усмехнулась в ответ, возвращая Шефу насмешку:

 «Тебе напомнить про Диму Билана?».

И тут же начала доказывать, что для могучих разумов, объединенных в кластер, и творящих в мире, пронизанном маной, действительно многое возможно. Александр деликатно отвел взгляд, не подглядывая за волшебным действом, каждое мгновение которого он мог, при желании, разобрать на запчасти, а потом снова собрать.

— Еще и лишние останутся, — чуть не расхохотался он, поднимая голову к собеседникам, принявших виртуальный, но весьма близкий к натуралистическому образ.

И едва не подавился этим смехом и очередным куском мяса — так, что от натуги даже слезы из глаз брызнули. А изумляться было чему — напротив него, чуть отступив от столика, в креслах сидели два старинных знакомца — Альберт Эйнштейн и Ольга Ивановна. Причем оба — и великий мыслитель, и первая учительница Александра — были едва прикрыты теми самыми одежками, что недавно демонстрировали на экране клану, пораженному картинками чужого мира.

— Впрочем, — пригляделся он к такому мускулистому и загорелому телу родителя теории вероятностей, — дедушка себе достаточно скромные шортики подобрал. Но вы-то, Ольга Ивановна! Как вы могли!

Стройная девушка с таким знакомым лицом развалилась в кресле, заложив ногу на ногу так, что нижней части ее бикини совсем не было видно — что давало фантазиям молодого человека такие крылья, что… Впрочем, и верхняя часть ее туалета с трудом справлялась со своими прямыми обязнностями — удержать на месте то, что так и лезло само наружу, навстречу голодному взгляду Александра.

— Голодному, — Саша, как за шанс последней надежды («Знали — проходили совсем недавно») ухватился за эту мысль, с шумом втянул в себя аромат остывающего блюда, и показал прямо в кусочки тряпочки на груди собеседницы; показал вилкой с нанизанным на нее куском мяса.

И это тут же перевело формат общения, пока не начавшегося, из эротического в гастрономический. Тут Шеф чувствовал себя, как в своей тарелке — в прямом и переносном смысле этой фразы. Так что он вполне спокойно заявил, постаравшись, чтобы на соблазнительные коленки не брызнуло каплями жира:

— Думаю, что в таком виде нам трудно будет что-то решать. Головой я вполне управляю; особенно с вашей помощью, Ольга Ивановна, а вот гормонами…

«Ольга Ивановна» довольно усмехнулась, потянулась очень провокационно, отчего Александру все таки удалось рассмотреть расцветку нижней части купальника, а потом чисто по женски потребовала: «Отвернись!.. И повторяю еще раз — я Джесси!».

Парень послушно отвернулся, не забыв сунуть в рот вилку с мясом. А когда вернулся взглядом к собеседникам… не знал — смеяться ему, или возмущаться. Пока не понял, что эти образы Джесси вытянула из его памяти лишь потому, что они закрепились там в числе самых часто повторяющихся. Саша не был любителем политическмх ток-шоу, но вот погонять ящик, пощелкать пультом управления телевизором любил. Иногда чисто машинально. Так что удивляться сейчас тому, что напротив в креслах сидели Ольга Скобеева и ее соведущий (кажется, еще и супруг) Евгений Попов, он не стал. Лишь кивнул в знак того, что теперь ничто не мешает вдумчивому, и плодотворному анализу. Единственное — не удержался от очередной шпильки в адрес Джесси:

— Начинай ты. У нас КАТАСТРОФИЧЕСКИ не хватает времени!

Джесси подняла голову к высокому потолку, вздохнула, и начала; точнее — продолжила тему, так взволновавшую ее совсем недавно.

— Судя по выводу, который сделал ты, Шеф, в тебе проснулись умения, которые дюжиной камней никак не объяснить.

— Это какие? — «Евгений Попов» в соседнем кресле резко повернулся к ней, отреагировав раньше самого Александра.

Ему Джесси и ответила, отведя Шефу роль… максимум подопытного кролика:

— Думаю, что в нем проявилось умение Мастера-Оракула, или даже Мастера-Создателя Реальностей.

— Я слышал о таком, — чуть задумчиво протянул Умник, — но это же доступно лишь богам. А наш Шеф — самый настоящий человек. Не совсем обычный, конечно, но в этом я уверен. Конечно, мана Темного Бога внедрилась в его тело, но была полностью переработана и изменена. Что тоже удивительно.

— Кажется, он призвал к жизни новый закон, — усмехнулась Джесси, — и этот закон работает. По крайней мере, в этой реальности.

— И что это за закон? — еще сильнее подался к ней Умник.

— Он его формулирует так: «Невозможное — возможно!».

Александр постучал вилкой по опустевшему блюду:

— Алё, народ! Это ничего, что я тут сижу? Я вам не мешаю? А то ведь могу и уйти, а вы тут без меня меня и обсуждайте.

 «Прости, Шеф!», — фигуры телеведущих канала «Россия» растаяли вместе с креслами без всякой команды, а перед глазами зажглась привычная красная строка.

Глава посчитал такую метаморфозу проявлением стыда и искреннего сожаления помощников. Хотя, скорее логичней тут выглядел другой вывод — им так было привычней и удобней мыслить сообща.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 18
печатная A5
от 449