электронная
36
печатная A5
365
16+
Бальзам от суеты

Бесплатный фрагмент - Бальзам от суеты


5
Объем:
222 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-0960-9
электронная
от 36
печатная A5
от 365

Для неё

Я рисую тебя золотистым узором…

Я рисую тебя золотистым узором

На небесно-лиловом холсте,

Ты глядишь на меня удивительным взором

Интригующих звёзд в пустоте.

Я играю тебя в диссонансе аккордов,

На манжетах либретто пишу,

И скрипичным ключом обвиваемый гордым

Я к финалу по струнам спешу.

Я читаю тебя в ненаписанной книге

Меж страниц, что витают в мечтах,

Забираюсь по склону непушкинской лиги,

Что насыпан в зелёных стихах.

Я играю на сцене твоим арлекином,

Ты отправишь меня на костёр

И оплачешь потерю в наряде старинном,

Чем закончишь изысканный спор.

Что со мной? Будто сплю и не вижу я света,

Помоги мне, родная, скорей,

Прогони этот сон, что приснился поэту,

Будь со мною на ласки щедрей.

Обними, поцелуй и скажи только слово,

Я из бездны услышу тебя,

Пусть всё это обыденно, просто, не ново,

Но спасти можно только любя.

Я любуюсь тобой и не вижу узоров,

Только милый улыбчивый взгляд,

И не надо мне пошлых пустых разговоров,

Лишь тебе я по-прежнему рад.

Если всё начать сначала…

Если всё начать сначала,

Приоткрыть бы дверь назад,

В дни, когда душа не знала

Ни сомнений, ни преград,

    Я бы сделал всё иначе:

    В Гималаях побывал,

    На Камчатке порыбачил,

    С парашютом полетал,

Изучил санскрит, китайский,

Математику, гипноз,

И массаж бы делал тайский,

Вечерами пас бы коз,

    Обыграл бы чемпионов

    По хоккею и в футбол,

    На глазах у миллионов

    Я б забил победный гол,

А потом на сцене главной

Спел классический куплет

И походкой быстрой, плавной

Возродил большой балет,

    Управлял бы поездами,

    Самолёты поднимал,

    И морскими кораблями

    Островов наоткрывал,

Посадил деревьев рощу,

Понастроил бы домов,

Сделал жизнь намного проще

Для детей и стариков,

    Запретил бы войны, ссоры,

    Всех военных на покой

    Вмиг отправил бы без споров

    Я уверенной рукой,

И конечно, космос тоже

Я тогда бы посетил,

Только скучный он, похоже, —

Слишком много там светил.

    Столько мне совсем не нужно,

    И секрет открою я:

    У меня своё не хуже —

    Это милая моя.

Пусть любые перемены

Сменят жизненный уклад,

Это будет неизменным

И слегка несовременным —

Лишь с тобою, несомненно,

Этой жизни буду рад!

У тебя во рту смешинка…

У тебя во рту смешинка,

Ты смеёшься надо мной?

А в глазёнках чертовщинка —

Что-то будет, боже мой…

Видно, каверза какая

Приключится скоро тут,

Я чего-то ожидаю,

Если в глазках этот плут.

Кнопка, может быть, на стуле,

Чтоб ужалила меня,

Или шарик мне надули,

Чтоб летал за мной полдня?

Ну а может клею в тапки

Мне налили невзначай,

Сахар в суп, чтоб был он сладкий,

Соли пару ложек в чай?

На компьютере для смеха

Поменяли мне пароль?

Ну какая тут потеха,

И моя какая роль?

Нет, ты сделаешь хитрее:

Подкрадёшься в тишине

И подуешь мне на шею,

И погладишь по спине.

А потом твои пушинки

Нежно двинутся вперёд,

Потихонечку от спинки

Проберутся на живот.

С дрожью влажной опустились…

А потом взметнулись ввысь!

На груди вдруг очутились

И на ней же обнялись.

Поцелуев жарким градом

Уши, шею обожжёшь

И обнимешь так как надо —

Лучше каверз не найдёшь!

Благодарю

Давным-давно, когда мокрее

Вода как будто бы была

И колбаса была вкуснее,

Случились чудные дела.

Судьба билетик лотерейный

Мне подарила от щедрот,

То был намёк прямолинейный:

Мол, счастье прямо у ворот.

Теперь подробно и по сути:

Я поселился в институте,

Работал там с утра весь день,

Учился, уставал до жути,

И был похож, скорей, на тень

Лицом и кожей цвета ртути.

Встречал вечерников усталых,

Им понемногу помогал,

Они учились как попало —

Не до учёбы, коль устал.

Всё это длилось бесконечно,

Застыли в беге времена,

Но вдруг воздушно и беспечно

В аудиторию она

Вплыла, и я пропал навечно!

Её улыбка, смех, походка,

Изгиб плеча, искренье глаз —

Во всём игривая кокотка

Затмила пламенный алмаз.

Кружил как волк вокруг добычи,

Забыл учёбу и друзей.

Поправ условия приличий,

Я глаз не мог отвесть от ней.

Но пробил час и я решился,

Одеколоном надушился,

Штиблеты модные надел,

В толпе поклонников пробился,

Сказал: «Простите, что посмел,

Мадмуазель, но я решился

Вас оторвать от важных дел.»

Она небрежно посмотрела

И томным голосом пропела:

«Всё дело в том, что я мадам…

Хотя пустое это дело,

Прошу вас излагайте смело,

Вы так скромны не по годам.»

То было первое свиданье,

Я изнывал, её любя,

Но выдавить своё признанье

Не мог никак я из себя.

Весь мир покрылся пеленою —

Поверит тот, кто был влюблён;

Она была чужой женою,

А я был попросту смешон.

Ходил сомнамбулой за нею,

Она же, получив меня,

Несла любую ахинею.

Я слушал, перебить не смея,

И так день ото дня

Я приближался к апогею…

Мы с ней встречались на рассвете

И в полдень, и в полночный час;

В музее, в парке, на балете

Всяк увидать сумел бы нас.

Лукавый Эрос вместе с нами

Бродил столичными дворами,

И незаметно помогал —

Своими нежными руками

Он пальцы нам переплетал.

И вот настал тот день волшебный —

Сорвал я первый поцелуй,

Прервался нити бег судебный…

Амур, пляши и торжествуй!

Я на колени пал пред нею

И молвил: «Я твоей руки

Прошу, и будь теперь моею.

С отказом горьким не спеши;

Хоть за душой моей гроши,

Луну достать тебе сумею,

И все узнаю языки.»

Мгновенье шло, но так неспешно!

Как будто день иль даже год.

Я духом пал, но вдруг — «Конечно!»

И вот душа моя поёт.

Она уносится на небо

И камнем вниз — к тебе летит,

Душе не надо зрелищ, хлеба,

К тебе одной её манит.

А жизнь помчалась, закрутилась,

За часом год, за годом век,

Всего так много приключилось;

И много в жизни изменилось,

И убыстрился жизни бег.

Одно осталось неизменно:

Моя любовь к тебе одной,

Моей мечте одушевленной,

Что жизнь украсила собой.

С тех пор уж годы пролетели,

Посеребрилась голова,

Но те мгновенья не истлели,

Не позабылись те слова.

Мой брак, на небе заключённый,

Я до сих пор боготворю,

Тебе, супруге наречённой,

В душе с восторгом говорю:

Благодарю тебя за счастье,

За руки нежные твои,

За солнце, дождь и за ненастье,

За дни с тобой и ночи страсти,

За годы, полные любви.

За дочку нашу дорогую

Тебя любовью изнурю;

За жизнь прекрасную такую

Тебя я нежно расцелую.

За всё тебя благодарю!

Соблазны

Мне снится сон: иду, мечтаю,

Вдыхаю сладкие дымы.

Навстречу — дева молодая

Явилась из полночной тьмы.

— Привет тебе, мой рыцарь славный!

Прерви свой путь, идём со мной,

Взгляни — ты мне не сыщешь равной,

Я стану верною женой,

Любовницею буду справной

И заменю весь мир собой.

Младые перси трепетали,

Под дымом шёлковым теснясь,

Уста желаньем изнывали

И рай сулили не стыдясь.

— Я видел всё, не ново это,

И ты меня не удивишь,

С моей любимой мало света,

Не описать её поэту,

У ног её лежит планета,

А ты о шалостях твердишь.

Поникла дева головою,

Исчезла вмиг она во тьме,

И вот теперь уж предо мною

Исчадье ада на коне.

— О, смертный, я к твоим услугам,

Твои желанья — радость мне;

Захочешь, стану лучшим другом,

Твоих врагов прибью недугом,

Богатым станешь ты вполне,

И станет жизнь благим досугом,

Коль ты со мною наравне.

— Твои сокровища — пустое,

Со мною рядом ты — бедняк,

Моя любовь своей красою,

Заботой, лаской, добротою

Стократ богаче всех деляг,

Что видят в жизни лишь златое, —

Им не понять меня никак.

В дыму смердящем растворился

Небесный враг, а предо мной

Через минуту появился

Крылатый ангел неземной.

— Всё тлен, тебя я заклинаю,

Идём со мной на небеса,

Где жизнь забудется земная,

Земные смолкнут голоса,

И ты блага узнаешь рая,

Где в кубке божия роса

Коснётся уст твоих лаская,

И ты познаешь чудеса.

— Чудес хватает мне с избытком,

Я знаю рай и знаю ад,

Мой путь чудной рукою выткан,

Но я пути такому рад.

Со мною дева — всех милее.

И в небесах и под землёй

Всегда я буду только с нею,

Она мой ангел дорогой.

Исчез крылатый без доклада,

А всех, что следом, я молю:

— Оставьте! Мне другой не надо,

Ведь я одну её люблю!

К врачу

Ты сегодня очень рано

Встала с нашего дивана,

У тебя поход к врачу,

Я с тобой пойти хочу.

Пусть он мне полечит зубы,

Даже если будет грубо,

Пусть он сделает укол,

Потерплю, раз я пришёл.

Будет больно, я-то знаю,

Там ведь зубы удаляют,

А ещё их сверлят там —

Дупла нравятся врачам.

Не подумайте, что это

Очень нравится поэту,

Наш районный протезист

Знает — я не мазохист.

Я стерплю любые боли,

Натерплюсь я в кресле вволю,

Всё я вытерплю любя,

Чтоб не мучили тебя.

Понедельник

Понедельник — день тяжёлый,

Многим хочется поспать,

Только я с утра весёлый —

День люблю я начинать.

Вижу я в таком подходе

Обещание делам:

Сам решил начать я, вроде,

Должен и закончить сам.

Только что-то приключилось,

Вышел сбой в моих делах,

Вся программа развалилась

На куски, увы и ах!

Начинаю я работу,

Только что-то не идёт.

Может мне мешает кто-то

И работать не даёт?

Я надумал убираться,

Но бастует пылесос,

Что же делается, братцы?

Кто ответит на вопрос?

Мою окна — не выходит,

Приготовить не могу,

Электричество подводит,

Телевизор ни гугу.

Катастрофа! Всё сломалось!

Я уж лучше полежу.

Вдруг случилась эта малость…

По порядку расскажу:

Ты вошла, и свет зажёгся,

Телевизор заиграл,

Пирожок в печи испёкся,

Пылесос заубирал.

Всё в тебе, моей любимой.

Знаю я лишь об одном:

Без тебя я половина,

А с тобою — целиком!

Букет

Сегодня у меня свиданье,

Я знаю всё и наперёд —

Мой ангел с нетерпеньем ждёт

Меня, и я весь в ожиданьи…

К тебе помчался что есть силы,

И представляя образ милой,

Купил невиданный букет —

Ему в столице равных нет,

Одних лишь роз десятков пять;

Забрал в цветочном всё, что было,

И приказал упаковать.

Кричит отчаянно звонок,

Как разыгравшийся щенок;

И вот уж я в твоей гостиной,

Где гобелен висит старинный,

Букет вручаю, и к ногам;

Уж ручку подношу к губам,

Но вижу, что-то тут неладно:

Не мог я догадаться сам,

Что здесь не так, но очень хладно

Ты отнеслась к моим цветам.

Мы поболтали три минуты,

А я готов был целый день,

Но ты сослалась на мигрень,

И я за дверью почему-то

Стою побитый, как кремень.

Что ж, время — лекарь главный,

И я опять к тебе спешу,

Моей подруге своенравной,

Но прежний опыт мой бесславный

Меня толкает к торгашу:

— Старик! Продай мне тот букет,

Что обойди весь белый свет,

Но лучше не найти. Прошу!

Недолго думал тот кудесник:

— Возьмём немного хризантем, —

Провозгласил мой добрый вестник,

— Духами сбрызнем их, затем

В пергамент обернём старинный

И свяжем лентою недлинной

Мы ножки царских диадем.

И вот я снова у тебя,

Свой ус гусарский теребя,

Букет протягиваю милой,

Но вижу — то же, что и было:

Холодный взгляд, надменный тон…

Быть может, ты меня забыла?

Мой бог, зачем же я влюблён!

Прошла неделя, я решился

Тебя с надеждой повидать

И ту загадку отгадать,

Над коей уж немало сил

Потратил, чуть ума лишился,

Но тайну так и не открыл.

Стучусь, пустили, я в смятеньи

Стою, смущённо пряча взгляд,

Ужель никто мне здесь не рад?

Преодолев своё волненье,

Я отступил чуть-чуть назад

И протянул тебе с сомненьем

Букет ромашек полевых —

Нарвал сегодня утром их

Своею собственной рукой

Я за оградой городской,

И жду теперь от глаз твоих

Ответ. Как лист перед грозой

Дрожу, и снова сам не свой…

Случилось чудо! На меня

Ты смотришь, будто бы жалея,

А я, молчание храня,

Стою и рта раскрыть не смею,

Но тут раздался голос твой,

И это было мне наградой:

— Мой милый, нежный, дорогой,

Тебе всегда я очень рада,

Но не могу я быть другой,

Цветов мне умерших не надо,

Лишённых луга или сада,

Убитых жадною рукой.

Сии создания земные

Любимы мною, но живые.

Люблю цветочные поля,

Где благодатная земля

Родит их с первозданной силой,

И ты полюбишь их, мой милый,

Природе-матушке внемля.

С тех пор прошло уж много лет,

Но крепко я держу обет

Цветов нигде не покупать,

Ни в коем случае не рвать.

И провожая к алтарю,

Моя волшебница земная,

И руку с сердцем предлагая,

Я в том тебя благодарю.

У меня растёт на полке…

У меня растёт на полке

Колдовской дремучий лес,

Там медведи, зайцы, волки

И деревья до небес.

Рядом с лесом плещет море,

Там большие корабли,

Что с волнами гордо спорят

В долгих поисках земли.

Чуть подальше горы с небом

Спорят, кто из них главней,

Вот туда забраться мне бы —

Сверху многое видней.

А ещё озёра, реки,

Антарктида и Сухум,

Льды, замёрзшие навеки,

И пустыня Кара-Кум.

Что стоит в шкафу на полке,

И о чём толкую я?

Не нужны нам кривотолки —

Это всё мои друзья.

Книги там живут не тужат,

Дружно выстроившись в ряд,

Все они со мною дружат

И о многом говорят.

Только есть пустое место

Справа, прямо у окна,

Может, книга в знак протеста

Скрылась, прячется она?

Если хочешь, по секрету

Тайный план открою свой:

Будет жить на месте этом

Книга о тебе одной.

Будет там душа родная,

Сердце нежное твоё,

Руки, что меня ласкают,

Песня, что любовь поёт.

Напишу я всё сначала —

С обручального кольца,

Будет в ней всего немало,

Но не будет в ней конца.

Какое чудное мгновенье…

Пора чудесная настала

Своих любимых поздравлять

И рифмой новой удивлять.

Тут не напишешь как попало —

И складно надо бы сказать,

И похвалить царицу бала,

И все восторги передать.

Какое чудное мгновенье…

Ой! Это, право, не внове,

Но так и пляшут в голове

Следы чужого вдохновенья.

Итак, продолжим: я у ног

Сего небесного творенья!

Ловлю ресничек дуновенье

И полон весь благоговенья,

Преподношу тебе цветок.

Нет, вырос мой цветок не в поле

Под сводом нежно-голубым,

Не знал он ласковой неволи,

Где был садовником храним,

В горах не видели бутона,

Где распевают баритоны

И коз пасут, и вина пьют,

И беззаботно хлеб жуют,

А жизнь скучна и монотонна.

В каких бы ни были лесах,

Вам не найти цветка такого,

Не поискать ли, право слово,

Его на самых небесах?

Но там его, увы, не знают

И безмятежно почивают

В блаженно-белых облаках.

Мой друг, тебе приоткрываю

Я тайны сумрачный покров,

И доказать тебе готов,

Что я любые тайны знаю,

Но говорят, что не бывает

Таких невиданных цветов…

Давай же руку, ангел нежный,

Я провожу тебя туда,

Где цветик мой так безмятежно

Проводит долгие года.

Открою настежь эту дверцу,

Ступай, любимая, вперёд,

Он вырос в обнажённом сердце

И для тебя он там живёт.

Тебе одной он предназначен,

Коль хочешь, просто поливай

Любовной влагой, и срывай,

Когда гадаешь на удачу,

И лепестки все обрывай.

Тебе вручаю сердце, душу

И чувства нежные свои,

Твои печали пусть разрушит

Весенний день моей любви,

А тот цветок — он твой всецело,

Не отвергай его, молю,

И чтоб душа твоя запела,

Я говорю тебе — люблю!

Ты сегодня от меня далеко…

Ты сегодня от меня далеко,

Ты уехала в ореховый лес,

Там, где реки — в киселе молоко,

Там, где сосны достают до небес.

Потаённые дубравы молчат

И дивуются твоей красотой,

А муравы изумрудом манят,

И вещует Гамаюн над тобой.

Ты идёшь, касаясь ножками рос,

Поклоняешься дубам вековым,

Веселишься с королевой стрекоз

И к ореховым идёшь часовым:

«Часовые, пропустите меня,

Мне бы горсточку орехов лесных,

Поджидает на печи ребятня,

Принесла бы я гостинцев для них.»

Охранители спросонья глядят,

А в глазах зелёных мука-печаль:

«Ты орехи забирай для ребят,

Ничего-то нам для малых не жаль,

А потом же возвращайся назад

В наш зелёный да ореховый край,

Отдавай-ка нам должок за ребят —

Душу женскую ты лесу отдай.»

Как орехов набрала в рукава,

Принесла их ребятишкам домой,

Но клонится до колен голова —

Не забыть тебе приказ лесовой.

Ты послушай и меня не брани:

Я кручинушку твою прогоню,

Отшумят мои весёлые дни,

Только радуюсь последнему дню.

Отгуляем мы с тобой ввечеру,

Словно в сказке будет весело нам,

А потом уж я сбегу поутру

По зелёным да лесным муравам.

Я к ореховым тем стражам пойду,

Поклонюсь аж до земли старикам:

«У любимой забираю беду,

А свою-то душу лесу отдам.»

Встречи, расставания…

Встречи, расставания,

Радость и печаль,

Нежные свидания,

Грустное «прощай…»

Письма с телеграммами —

Призрачная связь,

Новости обманные

Дарим не скупясь:

— Я живу не жалуюсь —

Радостей мешок,

Скромно, и не балую,

В общем, хорошо.

Трели телефонные,

Хрипы проводов,

Все звонки никчёмные,

Можно и без слов:

— Здравствуй. До свидания.

Как твои дела?

Хорошо ль питание?

Ладно ли спала?

К чёрту эфемерное!

Собираюсь в путь,

Доберусь, наверное,

Я когда-нибудь.

А приду, не стану я

Попусту болтать,

Все слова обманные —

Лучше целовать.

Под ногами вертится

Шарик голубой,

Лишь в одно мне верится —

Встречусь я с тобой.

Не привык с тобою расставаться…

Не привык с тобою расставаться,

Пусть уже прощались мы не раз,

Просто я не в силах оторваться

От твоих прекрасных нежных глаз.

Я слова неловко подбираю,

Задержать стараюсь хоть на миг,

И тебя к вокзалу провожаю,

Чтоб услышать паровоза крик,

Помахать негнущейся рукою,

Что-то на прощание сказать…

Не хочу прощаться я с тобою,

Ведь «прощаться» — это от «прощать».

Я прощать тебя не собираюсь,

Не за чем и не за что, поверь,

За тобою двери закрываю

И прощаю только эту дверь.

Ну а ты прости меня, родная,

Расплачусь однажды я за всё —

Паровозным дымом обвивая,

В даль тебя разлука унесёт.

Не желаю с милой расставаться,

Дни прощанья выросли в года,

Мне в последний раз бы повстречаться

И забыть разлуки навсегда.

Письмо

Я тебе письмо пишу

И в волнении спешу

Рассказать о том, что мне

Показалось в жарком сне.

Вижу луг из края в край,

И цветов хоть отбавляй,

Воздух мёдами пьянит,

В колдовскую даль манит.

Ветер, вот ведь озорник,

Под рубашку мне проник,

На бегу пощекотал

И на ухо прошептал:

— Прогоняй тоску-печаль

И беги скорее вдаль,

Путь твой прямо на восход,

Там тебя зазноба ждёт.

Я к восходу побежал,

Лучик первый увидал —

Он смеётся и горит,

И со мною говорит:

— Поворачивай назад,

Отправляйся на закат,

Там отыщешь под луной

Образ девы дорогой.

Я немедля повернул,

Только слышу — что за гул?

Надо мною шмель летит

И сердито мне жужжит:

— Перестань цветы топтать!

А ещё хочу сказать —

Ты на север обратись,

Ждут тебя, поторопись!

Я бегу, а надо мной

Стриж проносится стрелой,

Чуть коснувшись головы,

Он кричит из синевы:

— Верно знаю — южный край

Счастья полон, поспешай!

Там в лазоревом раю

Встретишь милую свою.

Я опять несусь, лечу,

Повстречать тебя хочу…

Вдруг споткнулся и упал,

И проснулся! Как? Я спал?

Глаз открыл, за ним другой,

Где же образ дорогой?

Вспомнил! Надо мне вставать —

Побегу тебя встречать.

На вокзале неспроста

Беготня и суета —

Паровоз уже пыхтит

И стремглав ко мне летит.

Он копытом рельсы бьёт

И тебя ко мне несёт

Через тёмные леса,

Горы, реки, небеса.

Вижу! Вижу — вот же он

Прибывает на перрон,

Паром жарким окатил,

Бег железный прекратил.

Я бегу, вагонов ряд,

Сердце бьётся невпопад,

Взмах руки, твои глаза,

На перрон летит слеза.

— Здравствуй! — Здравствуй, дорогой!

— Как я счастлив быть с тобой!

Я тебя так долго ждал,

Даже что-то написал…

Ветер дунул и само

Полетело вдруг письмо,

Облетит оно весь свет —

Просто адреса в нём нет.

Мы и они

Ушастое счастье

Шантрапа с ушами

Смотрит на меня

Умными глазами,

Кроет уж полдня:

Что ж ты не играешь?

Что ж не веселишь?

Мячик не бросаешь,

Просто так сидишь.

Я явился прыгать,

Бегать и скакать

И ногами дрыгать,

И хвостом махать.

Брось свою работу,

Стань самим собой,

Расскажи мне что-то,

Поиграй со мной.

А не то по следу

Двину — так и знай!

И сбегу к обеду

В свой собачий рай.

Не успели…

Эта история случилась на самом деле. Всем было нужно чудо, но спасти его просто не успели.

Под нашим под окошком

Проклюнулся росток,

Зазеленела крошка,

А к небу путь далёк.

Глядит она на небо

В далёкую мечту:

«Водицы только мне бы,

А я уж дорасту…»

Весна явилась кстати,

И дождик тут как тут,

И к первомайской дате

Уже цветы поют.

Росток окреп, раздался

Пушистою красой,

Он ёлкой оказался,

Красавицей лесной.

Его полило летом

И осенью польёт,

И вот зелёным светом

До окон достаёт.

Как город изумрудный

Украсился наш дом,

Зелёной веткой чудной

От пыли ограждён.

Соседи с Новым годом

Спешили поздравлять,

Чудесный дар природы

Любили наряжать.

Один несёт игрушку,

Другой огни включил,

А кто-то на макушку

Корону водрузил.

Она не унывала,

Стройна и весела.

Тут всякое бывало,

А ёлочка росла.

Этаж, второй и третий —

Для всех её уют,

Под ней играют дети,

На ней птенцы поют.

Беда пришла вальяжно:

Толстяк, нарцисс, «эстет» —

Сосед первоэтажный

Сказал: «Подайте свет!

Мне ёлку за оконцем

Обидно наблюдать,

Хочу я видеть солнце,

На зелень мне плевать.»

Он кляузу составил,

Прибавил к ней деньжат,

Печать на ней поставил

Пройдоха депутат.

И вывел подпись чётко

Бездушный управдом,

Приговорил красотку

Он к казни топором.

Опилки полетели,

Раздался голосок:

«Вы просто не успели,

И вот пришёл мой срок.

Не плачьте, не рыдайте,

Но только день придёт,

Я обещаю, знайте,

Опять росток взойдёт!»

Четыре лапы…

Четыре лапы, хвост трубою,

Раскосый азиатский взгляд,

Глядишь задумчиво порою,

Поговорить со мною рад.

А если бегать, то без меры,

Носиться, лаять и рычать —

Всё это с искреннею верой

В людей, что любят предавать.

Тебя похвалят — затанцуешь,

Погладят — счастьем изойдёшь

И с чувством нежным расцелуешь,

И даже что-то запоёшь.

Мой верный друг, скажи, откуда

Твоё умение прощать

И ожидать всё время чуда,

Часами только взгляда ждать?

Хочу сказать тебе по чести,

Хоть честь людская — ерунда,

Ведь то, что мы с тобою вместе,

Не заслужить мне никогда.

И знай, любезный мой приятель:

Ты верность сохранишь навек,

Но в жизни есть один предатель —

Твой ненаглядный человек.

Друзей он с лёгкостью бросает

И вдохновенно предаёт,

И бесконечно обожает

Себя и собственный живот.

А ты лежишь и мерно дышишь,

Сопишь тихонько возле ног,

Надеюсь, ты меня не слышишь,

Мой верный маленький дружок.

Но вот проснулся, ушки встали,

Ты потянулся и зевнул,

Глазёнки вмиг затрепетали

И ты навстречу мне шагнул.

Прости, мой брат, забудь дурное,

Давай с тобой поговорим,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 365