электронная
160
18+
Асфодель — цветок Тьмы

Бесплатный фрагмент - Асфодель — цветок Тьмы


5
Объем:
312 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-5906-8

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Часть 1. Тьма

Заплаканная осень, как вдова

В одеждах чёрных, все сердца туманит…

Перебирая мужнины слова,

Она рыдать не перестанет.

И будет так, пока тишайший снег

Не сжалится над скорбной и усталой…

Забвенье боли и забвенье нег —

За это жизнь отдать не мало.

Анна Ахматова

Глава 1. Тот, кто владеет мраком

Осень приходит медленно и властно. Она и сама благоразумна, и другим не позволяет сумасбродничать. В ее присутствии все наполняется смирением и спокойствием. Она знает, что за ней идет зима, и готовит всех к ее приходу. Осень — время прощания с зеленой травой, с ярким солнцем, с безоблачным небом; она позволяет насладиться всем этим. Шуршащая под ногами листва напоминает о быстротечности времени, бесконечный моросящий дождь заставляет помолчать и подумать, посидеть дома, укутавшись теплым пледом, вспомнить содеянное, помечтать о грядущем. Осень намекает, что старость должна быть красивой, а не пугающей. Пугает смерть, вернее, ее неотвратимость. Осень же говорит, что уходить надо красиво, не боясь смотреть в глаза неизбежности.

Огненно-рыжая листва заполонила все видимое пространство, и только вечнозеленые растения застенчиво и нелепо выделяются на желто-красно-коричневом фоне, напоминая, что вчера еще было лето, а сегодня осень гордо и властно воцарилась повсюду: одновременно прекрасная, нежная, безжалостная, но оставляющая шанс проститься с летом, солнцем и беззаботностью. Она ощущается в воздухе, ею пахнет даже в темноте.

Наступило время размышлений и оценки. Нужно успеть все разложить по полочкам — вовремя и аккуратно. Но у меня нет времени готовиться. Нужно реагировать быстро и без раздумий. Наверное, у меня это не очень хорошо получится. Хотя…

***

Лететь было просто, понимать, что происходит, — трудно. Тягучая боль, от которой ныло все тело, медленно, но все-таки уходила, а вот голова кружилась не переставая. Ветра я не чувствовала. Казалось, кто-то нежно поглаживает мои волосы. Я не пыталась открыть глаза, чтобы узнать, кто это и где я. От этих прикосновений и от окутывавшего уютного запаха внутри меня разливался покой. Я не шевелилась, и о том, что я все еще жива, свидетельствовало только дыхание. Сил бороться не осталось. Да и как бороться? Видно же, что силы неравны. Крепкие руки сжали меня так, что дышать было почти невозможно. Ну и что? Я не буду жалеть себя и уж точно не заплачу! Выдержу и это. Я знаю, я смогу! Мне же столько твердили, что я сильная и все смогу выдержать.

Правда, поверить в это сейчас очень тяжело. Его руки — или крылья? плащ? — обвили меня будто коконом. Я перестала даже думать о сопротивлении: то ли окончательно умерла, то ли притаилась, чтобы все-таки выжить. Не помню, как дышала, не знаю, как воздух проникал в легкие.

Я приоткрыла глаза и увидела свое кольцо, хотя оно не мигало и не светилось. Странно, обычно его видно только тогда, когда нет солнца, но сейчас, хоть и наступал вечер и начинались сумерки — предвестники серебряной ночи, светило еще не полностью скрылось за горизонтом, разливая сияние червонного золота по небу, морю и земле.

Море… Горы… Совсем недавно, прямо перед испытанием, я наслаждалась ими, была весела, легка, а главное — свободна. Тогда я могла свободно дышать и думать. А сейчас мой долг — спасти мир. А если он не заслуживает этого? Пусть свершится то, что должно произойти?

— Отдохни, маленькая богиня!

Слова прозвучали громом среди ясного неба, огорошили, будто снег в середине июля. Я попыталась заглянуть в черные и мутные, завораживающие и затягивающие, как океанская пучина, глаза.

— Я не обижу тебя. Ты моя судьба, моя жизнь и моя…

Он замолчал, а мои мысли вдруг вновь стали ясными. Я почувствовала, что снова могу быть свободной.

— Меня зовут Джесс. И, признаюсь, я жутко тебя боюсь.

— Успокойся, душа моя. Я хочу, чтобы ты отдохнула и набралась сил.

Только сейчас я увидела его. Он был огромен. Я и сама довольно высокого роста, но он нависал надо мной, как утес над морем, заполняя своим черным плащом все пространство. Я тонула в его иссиня-черных глазах. Божественная сила исходила них, и я чувствовала себя в полной безопасности. Я готова была поклясться жизнью, что его короткие черные волосы мягкие, как шелк. Мне хотелось дотронуться до них. Моя грудь ждала его прикосновения. Мои губы раскрывались навстречу его губам и жадно хватали воздух, потому что нужно было дышать, чтобы выжить.

— Кто ты? — единственное, что я смогла произнести.

— Зови меня Тар.

— Это не ответ. — Я попыталась наступать, хотя чувствовала, что лучше просто сдаться и признать его победителем. Но сдаваться мне не по нутру. — Я хочу знать, кто посмел меня украсть!

— Если бы ты не пошла ко мне добровольно, я не смог бы тебя забрать!

Вот так новости! Интересно, могу ли я так же добровольно от него уйти?

— Я бы не стал этого делать! — сурово произнес Тар.

— Почему мои мысли может читать практически каждый встречный? — воскликнула я. — Почему я не могу читать твои?

— Ты хочешь читать только мои мысли? Или мысли всех? Поверь, тебе это не понравится, а только усложнит жизнь! Ты захочешь изменить то, что не подлежит изменениям или не заслуживает их. Новые способности не облегчат твою участь!

Такого ответа я не ожидала. С каждым словом его голос все больше завораживал, мне хотелось слушать только его. Я просто остолбенела.

— Извини, не хотел околдовывать тебя, — как-то даже смутившись, сказал Тар, увидев мое состояние. — Это получилось случайно.

Гипноз голоса пропал, но мне было неловко признаваться, что все в порядке.

— Я хотела бы… Мне следует… — запиналась я, как маленький ребенок, а он, не перебивая, спокойно наблюдал за мной. Я закусила нижнюю губу и, нервно теребя пальцы, предложила: — Давай попробуем начать все с начала!

Я отвернулась, чтобы рассмотреть, куда он меня принес. Место показалось мне суровым, живописным и странным. Скалы и камни; ни травинки, ни дерева; полная тишина и нежное прикосновение ветра — все вокруг было и живым и мертвым одновременно, будто осенний луг. Вместо травы — камни, вместо цветов — пар, медленно и лениво поднимающийся из больших луж и растворяющийся в воздухе. Вдруг из одной лужи в паре метров от меня с пронзительным звуком выстрелил паровой столб. От неожиданности я непроизвольно попятилась, обо что-то споткнулась и чуть не упала на разбросанные повсюду острые камни. Он придержал меня за локоть и, как только я прочно встала на ноги, сразу же убрал руку.

— Спасибо. — Если бы не Тар, я вряд ли бы отделалась синяками и царапинами. — Иногда я бываю такой неуклюжей.

— Хорошо, давай начнем все с начала, — тихо произнес он, игнорируя последнюю фразу.

— Расскажи о себе. Обо мне ты и так все знаешь.

Мое сердце забарабанило так часто, что, наверное, даже платье заколыхалось. Пытаясь спрятать усиливающуюся дрожь, я машинально обхватила плечи.

— Давай присядем, — он заметил мое волнение, но даже не подал виду. — Твои ноги, наверное, устали от таких высоких каблуков?

Странно, но только после этого я почувствовала, что натерла правую ногу. Сразу же захотелось куда-нибудь присесть и окунуть ступню в теплую воду. Воды и камней вокруг было предостаточно, но я сомневалась, можно ли делать так, как хочется.

— Снимай туфли, вода успокоит боль. — Он сразу понял мое смущение. — Здесь неглубоко, а вода такой температуры, как ты любишь.

Не поверить ему было бы глупо. Сняв обувь, я присела на более или менее гладкий камень и медленно опустила ноги в лужицу. Вода действительно была такой, как мне хотелось: теплой, нежной и ласковой. Я закрыла от удовольствия глаза, приподняла подол длинного платья, откинулась назад, поставив локти на гладкий камень. Тепло остановило дрожь тела, расслабило напряженные мышцы. Несдержанный вздох наслаждения слетел с моих губ и… вернул меня в реальность. Кто же этот темный бог, сумевший украсть меня у всех остальных?

— Рассказывай. Извини, что тороплю, но скоро стемнеет, а я хотела бы вернуться домой до темноты. — Фраза далась мне нелегко, но, слава богине, я ее произнесла вслух.

— Обещаю, что как только стемнеет, мы сразу же полетим к тебе, — сказал Тар, присаживаясь рядом.

Его ответ мне не понравился. В этом мире просто так такие подарки никто не делает. Чтобы ненароком не спугнуть его желание рассказывать, я закусила губы, успокоила дыхание и подняла на него глаза в ожидании продолжения.

— Мое имя Тартар, но ты меня можешь называть Тар, — начал он спокойно и тихо. — Мне принадлежит Тьма. Я и есть Тьма.

Он замолчал, как бы оценивая эффект, а я принялась повторять про себя: «Я ничего не боюсь, мне не страшно». Глупо, конечно, но это было единственное, что меня удерживало от крика. Он слегка усмехнулся и продолжил:

— Когда-то давным-давно я хотел завоевать богиню Любви, но она игнорировала меня. Я злился, не находил покоя. И не придумал ничего лучше, чем украсть ее… — Он ненадолго замолчал, будто вспоминал, что случилось потом. — Похищение удалось, но моя радость была недолгой. Богиня Ночи оказалась хитрее меня и забрала свою подругу из Тьмы. Я возненавидел Ночь, а она — моя сущность.

Он поднялся и стал в задумчивости ходить вокруг меня. Историю Тара я уже слышала, но рассказывал ее совсем другой человек. В памяти тут же всплыли голубые глаза, строгий костюм, и сердце так сильно сжалось, что слезы сами потекли из глаз. Я выпрямилась, и почему-то сразу перестала ощущать целебное действие воды.

— Я это давно знаю, — еле слышно прошептала я.

— Нет, выслушай до конца!

От голоса, вдруг ставшего стальным и холодным, у меня перехватило дыхание. Я, как рыба, хватала губами воздух, но он почему-то не поступал в легкие. Тар подошел, коснулся рукой моего плеча, и я снова задышала, а вода в луже потеплела.

— Извини, — он опять присел рядом.

— Это ты, извини, я не хотела тебя перебивать.

— Я обманул ее и предал. Только после ее гибели я понял, что мне нужна была Ночь, а не Любовь. Теперь мне суждено вечно скитаться и мучиться, пока снова не найду свою богиню Ночи.

Он замолчал. Молчала и я.

— Мои сыновья не имели права причинять тебе зло. Это был мой первый закон для них. Второй — не влюбляться в тебя.

— А ты? — снова не выдержала я. — Ты можешь причинить мне зло?

— Ты принадлежишь мне. Ты — Ночь, а Ночь — это Тьма. Очень скоро ты научишься это понимать, ценить и любить. — Тар схватил меня за плечи и закричал прямо в лицо: — Ты моя и принадлежишь только мне!

Его крик меня разозлил. Страх мгновенно исчез, и я закричала в ответ:

— Я не богиня Ночи! Ты не позволил мне ею стать!

— Ты моя богиня Ночи! И больше не будем об этом!

Страх, горький на вкус и липкий на ощупь, снова овладел мной.

— Зачем я тебе нужна?

Я ослабла, тело болело, мелкая дрожь безысходности заполнила меня целиком. Непонятная невидимая сила окружала меня. Все мои чудесные доспехи молчали и даже не пытались помочь. Только кольцо тускло замигало, будто в предсмертных судорогах.

— Оно тебе больше не поможет! — Тар коснулся кольца, и оно окончательно потухло.

Мне никогда еще не было так страшно. Даже когда Минотавр и трехглавый пес приближались ко мне. Даже перед пастью громадной змеи, когда ее длинные клыки почти касались меня. Я хотела плакать, но не было слез; молить о пощаде, но в горле пересохло.

Одной рукой он, как котенка, вытащил меня из воды. Теплые капли плакали вместо меня, падая с ног на острые камни. Если он разожмет ладонь, то я наверняка разобьюсь о камни и останусь здесь навсегда. Я не хочу умирать молодой, хоть смерти и наплевать на возраст. Я готова на все, чтобы жить. Абсолютно на все.

— Ты принадлежишь мне! — прорычал он, и я поняла, что он меня услышал. Своими гигантскими крыльями Тар окутал меня. — Я не хочу делать тебе больно! Я хочу, чтобы ты не боялась меня!

Теперь слезы сами потекли, будто прорвали сдерживающую их плотину.

— Я хочу домой… Пожалуйста, отпусти меня! Пожалуйста… — Я беспрестанно повторяла это и, как марионетка, бессознательно дергала руками и ногами.

— Тише, тише, маленькая моя, — нашептывал он, прижимая меня, как ребенка.

Я не сопротивлялась, всхлипывала и шмыгала носом. В его объятиях страх прошел, но остались какая-то безысходность и одновременно удовлетворение от того, что кто-то меня защищает. И неважно, кто именно.

— Ты же и в самом деле не хочешь сделать мне больно? Ты же правда не хочешь, чтобы я боялась? — бормотала я с закрытыми глазами, уткнувшись в его плащ и успокаиваясь до полного расслабления.

— Вот умница. Все будет хорошо… — донеслось до меня откуда-то издалека, будто сквозь сон.

Солнце уже скрылось, когда я очнулась у него на коленях. Он нежно гладил меня по голове, возможно все то время, что я была в забытьи. Ох, как мне не хотелось возвращаться оттуда! Я приподняла голову и осмотрелась: пейзаж изменился, света поубавилось, но и луны не было видно.

— Нам пора домой, — буднично произнес Тар.

— Куда?

Я понимала, что мы не вернемся ни в клуб, ни в дом моих родителей.

— К нам домой, — он легко поднялся и аккуратно поставил меня на ноги. — Туда, где тебя уже заждались. Туда, где ты станешь настоящей богиней.

— А если я не хочу?

Он резко развернул меня к себе.

До этого я, оказывается, не понимала значения слов «могильная темнота». Блестящая чернота его глаз стала уплотняться и выбираться наружу, заполняя холодом и ужасом все вокруг, включая меня. Судорожно цепляясь за его плащ, я опустилась на колени, будучи не в состоянии оторвать взгляд от его беспощадных и бездонных глаз. Как за последней надеждой, я протянула руку и коснулась его Тьмы. Он дернулся и отступил на шаг. Чистый воздух в одно мгновение сдул всю мглу. Я сжала руками голову и стала медленно раскачиваться вперед-назад, не издавая ни звука. Еще одного такого представления мое сердце, боюсь, не выдержит. А может, это и к лучшему? Не придется больше мучиться. Раз — и навсегда.

— Нам пора отправляться. Я не могу тебя заставить идти через Долину смерти, но это единственный путь. Так что давай без глупостей.

Он снова говорил ровно и спокойно, будто и не было взрыва пару минут назад. Я тоже пришла в себя, попыталась сконцентрироваться и понять, что меня ждет.

— Куда мы все-таки идем?

Я не собиралась спорить или сопротивляться. Мне нужна была только правда.

— В мой дом, который теперь и твой.

— Это далеко?

— Если я скажу: «В аду», тебе это вряд ли понравится. Но я так не скажу, потому что наш дом еще дальше.

Похоже, он пытался шутить.

Я сделала шаг назад и во что-то уперлась спиной, будто в бескрайней пустыне вдруг выросла невидимая, прозрачная и непроходимая стена. Конец? Обратной дороги нет? Наконец-то всё решилось само собой. Не нужно себе врать и уговаривать, что всё получится. Финита! Здесь и сейчас.

— Я никуда не пойду. Не хочу! Не желаю! — Я опустилась на колени и гордо подняла голову. — Перестань издеваться надо мной и просто убей!

— Ты не поняла, маленькая моя, — Тар медленно направился ко мне. — От твоего выбора зависит не твоя жизнь, а существование всего мира. Ты же, что бы ни случилось, будешь жить. Если ты не пойдешь со мной, то будешь наблюдать, как я уничтожу все живое на этой планете. И начну, пожалуй, с городка, где живут твои родители и друзья.

Он распростер огромные крылья, и густая Тьма поднялась над ним.

— Подожди! — я начала понимать, что происходит. — Чтобы спасти мир, я должна уйти в преисподнюю, а не умереть? А там я буду жариться в котле со всеми остальными грешниками?

— Тебе никто не рассказывал про Подземный мир?

Тьма вернулась в него, как дым в кухонную вытяжку. Тар подошел вплотную, протянул мне руку, на которую я, не задумываясь, оперлась и встала. Он оказался очень близко.

— Расскажи…

— Знаешь, это как раз то, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. — Он улыбнулся, и я впервые увидела его ровные зубы. — Ну, что ты решила?

Он уже все понял, но хотел услышать это от меня.

— Мне будет больно?

— И это все, что тебя интересует?

Я молча кивнула.

— Ничего не бойся, я всегда буду рядом. Тебе никто и ничто не навредит, обещаю.

— Но страшно будет? — не унималась я.

— Ну, дорогая, в таких местах весело не бывает, но ты же большая девочка.

— Значит, будет, — вслух произнесла я. — Когда мы должны туда отправиться?

— Немедленно, — коротко ответил он.

— И у меня нет никакого шанса это отсрочить?

«Ничего не бойся, маленькая богиня. Я всегда с тобой. Всегда!» — раздалось у меня в голове. Он стоял рядом, протягивая мне руку.

Пару минут назад мне казалось, что назад меня не пускает прочная стена. Теперь я понимала, что стена — это мир, который я знала и любила…

Я взяла его за руку и сделала первый шаг навстречу новой судьбе.

Глава 2. Царство Аида

Перед нами лежала бескрайняя Долина смерти длиной в жизнь. Я должна была пройти ее добровольно, но особого желания у меня, естественно, не было. Я, ни капельки не стыдясь, сжала руку Тара еще сильнее, повернула к нему голову и решительно посмотрела в его глаза.

— Ничего не бойся. Я буду всегда рядом.

Он так часто повторял эти слова, что я уже верила в них.

Еще один вдох. Еще один выдох. Крепче сжать руку повелителя Тьмы и вперед. То, что я забыла обуться, стало понятно, как только нога коснулась холодной поверхности: неприятно, но не смертельно. Хуже, что темнота стала совершенно непроглядной — я ничего не видела под ногами. Впридачу то тут, то там слышались странные резкие звуки, будто воздух со свистом вырывается из узкой щели: то ли прорвало какую-то трубу, то ли вот-вот начнет извергаться вулкан. Я еще крепче сжала руку своего спутника.

— Не бойся, это салют в твою честь! Подземный мир радуется, что королева возвращается домой.

Мы долго шли во Тьме. Я устала, перестала реагировать на залпы салюта, брела, держась за Тара, время от времени наступала на острые камни, ранившие мои босые ноги. Похоже, моя усталость была не только от долгого пути, но и от потери крови.

Вдруг я ощутила под ногами траву — сочную, нежную, зеленую. Конечно, я не видела цвета, но точно знала, что она зеленая и целебная: ее прикосновения моментально залечивали раны и снимали усталость.

— Это Деметра старается изо всех сил! — с ухмылкой в голосе проговорил Тартар. — Мы уже пришли.

— Она здесь? — обрадовалась я

— Конечно, нет. Мы с тобой на границе миров и теперь должны спуститься в пещеру Ада.

Я попробовала осмотреться, но сквозь кромешную тьму ничего не увидела. Зато почувствовала руку Тартара на талии. Я слегка прикоснулась к нему щекой — и ощутила невероятный жар. Инстинктивно я резко отпрянула, но он крепко держал меня. Наверное, ему хватило одного взмаха крыльев, чтобы перенести нас к входу в пещеру. Где-то далеко внизу горели свечи, и мне почему-то было больно смотреть на них. Еще один взмах крыльев, и вот мы молча уже идем по сужающемуся освещенному коридору. Я чувствую легкую тошноту, но стараюсь не обращать на нее внимания.

Когда мы подошли вплотную к стене, Тартар сказал:

— Я знаю, что тебе плохо, но потерпи еще немного. Я пока не смогу тебе помочь, а сил Деметры здесь не хватит, чтобы залечить твои раны.

— Скажи, почему ты не заставил меня обуться, когда мы вошли в долину? Ты же знал, что острые камни навредят мне.

— Кровь — это пропуск, своеобразная дань Долине смерти за твою жизнь. Меня она и так пропускает, но ты должна была заплатить кровью. К тому же я знал, что Долина тебя ждет и не будет сильно мучить. Ей просто нужно было почувствовать тебя через кровь. — Он произнес это с улыбкой, как будто речь шла о будничных вещах. — А знаешь, здесь, совсем недалеко, есть пещера Рая. Разве не странно, что Ад и Рай соседствуют?

Тартар повернулся к стене, и та начала медленно раздвигаться, впуская в коридор раскаленный воздух. Открывшиеся каменные ступени уходили вниз, откуда поднимался адский жар. Невыносимое пекло снаружи и ледяной ужас изнутри охватили меня.

— Я туда не пойду, там слишком горячо. Да, — обрадовалась я внезапной мысли, — я там сгорю!

— Глупенькая, я же говорил, что вокруг тебя будет такая температура, какой ты сама захочешь. — Тартар смотрел в мои просящие пощады глаза. — Потерпи еще чуть-чуть, и мы будем дома, где тебя ждет целебная ванна и вкусный ужин.

Зря он напомнил о еде. Я вдруг поняла, откуда берутся эти поочередные приступы страха и безразличия.

— Кровь, — медленно и четко проговорила я. — Мне нужна кровь! Ты знаешь, что я умру, если не получу ее…

— Знаю, но сейчас дать ее тебе не могу, — он говорил отрывисто и как-то сурово. — Все будет, надо только пройти путь до конца.

— Я не смогу спуститься туда!

От одного вида каменной лестницы у меня в очередной раз закружилась голова. Это не был ни страх перед испытанием, ни ужас перед неизвестностью. Чувство, которое мною овладело, еще не имеет названия.

Тартар крепко, но нежно обнял меня за плечи и поднял на руки. Романтики в этом не было, как не было ее и внизу, куда вели острые каменные ступеньки, рядом с которыми то вспыхивало пламя, то шипел вырывающийся откуда-то ошпаривающий воздух. Стена за спиной Тартара закрывалась, будто на глазах зарастающая рана: легко, беззвучно и, видимо, навсегда. У меня защемило сердце, а Тар снова расправил крылья, и мы стремительно полетели вниз. Я закричала то ли от ужаса, то ли от неожиданности: такого не испытаешь ни на каких американских горках. И только приглушенный смешок вернул меня к реальности.

— Я решил, что спускаться по ступенькам очень долго, а нам дорога каждая секунда.

В этом он, конечно, был прав.

Мы подлетели к озеру, окруженному плотной стеной огня. Выглядело это грандиозно: языки пламени, уходящие высоко-высоко, выше, чем могут разглядеть глаза, а за ними такие же бесконечно высокие скалы без единого просвета.

— Мы в западне? — в ужасе от увиденного спросила я.

— Не переживай! Здесь есть перевозчик. Он может раздвинуть пламя и скалы.

— А ты разве не можешь их перелететь?

— Этого не может никто, даже я.

Он ласково улыбнулся и, повернувшись к огненной стене, закричал:

— Харон! Приди ко мне! Тьма призывает тебя!

Огонь присмирел, а вдали показался маленький плотик, на котором стоял то ли старик, то ли ребенок.

— Кто это?

— Это наш перевозчик — Харон. Он возит души мертвых на ту сторону, а возвращается оттуда всегда один. Ни одну душу он не повезет обратно к солнечному свету.

— А как же ты? — с надеждой поинтересовалась я.

— Я не мертвая душа, я — бог Тьмы, я — сама Тьма. Я могу проходить здесь столько раз, сколько пожелаю.

Тартар медленно складывал свои могучие крылья, и я подумала, что сейчас он больше похож на уверенного сильного мужчину, чем на мрачного бога.

— Кстати, мрачным здесь называют Аида. А я — Тартар. Для тебя — просто Тар.

Он снова читает мои мысли! И еще улыбается.

— А я… смогу? — нерешительно спросила я вслух.

Лицо Тартара резко изменилось. «Вопрос неправильный», — поняла я.

— Очень неправильный! — Его глаза налились злобой. — Мы еще не дошли до дома, а ты уже планируешь побег?

— Для меня это все ново. — Я коснулась его руки, чтобы предотвратить взрыв. — Я ничего не знаю о твоем мире. А в своем я очень любила солнце, и мне интересно, увижу ли его снова!

Я и не думала, что смогу простыми словами все объяснить.

— Ты не сможешь переплыть обратно без моего разрешения, — уже спокойнее ответил Тартар. — Я же говорил, что ты — моя, и я ни с кем не намерен тебя делить.

— Тартар, ты не один? — прервал нас хриплый голос. Я взглянула на старика в темном балахоне, обреченного вечно перевозить души мертвых только в одном направлении: седой, худощавый, ниже меня ростом.

— Харон, неужели ты не узнаешь богиню Ночи? — сурово и жестко спросил Тартар.

Взгляд старика был таким ледяным, что по спине побежади мурашки, но я выпрямилась и, глядя прямо на него, гордо протянула руку:

— Ты можешь меня звать Джесс.

Харон удивился, но на рукопожатие ответил и помог взойти на плот.

— Никто и никогда не подавал Харону руки, маленькая богиня. Обычно его пассажиры плачут и умоляют перевезти обратно.

Тартар восхищенно посмотрел на меня, а потом повернулся к перевозчику:

— Богиня вернулась надолго. Перевезти ее обратно ты можешь только по моему разрешению. Надеюсь, Харон, мне не придется это повторять.

— Я никогда не нарушал приказы и впредь не собираюсь, — жестко, но с почтением ответил старик, равномерно гребя веслом.

Плот плыл по темной воде, вид которой притягивал меня. Я пошла к краю — перил на плоту не было — и стала смотреть под ноги. Видимо, я слишком опасно склонилась над водой, потому что Тартар, не говоря ни слова, обнял меня за талию. Почему-то от этого мне стало тепло и уютно, а еще приятно запахло домом. Ну, тем ароматом, что ассоциируется с домом. Я мечтательно прикрыла глаза…

— Маленькая богиня, мы уже подплываем.

Огненная стена поднималась, как театральный занавес. В скале медленно расширялся проход, ведущий в сказочный сад с множеством изящных светильников. Огни постепенно окружали нас. Харон причалил плот к берегу.

— Спасибо, — Я снова протянула ему руку. — Может, мне повезет, и мы увидимся.

Он улыбнулся, но не ответил. Тартар готов был снова разозлиться, но я взяла его за руку и мы сошли на берег. Я с восторгом осматривала новое место.

— Ты хочешь все здесь осмотреть или все-таки пойдем домой? Там тебя ждет ванна, одежда и ужин, — любезно осведомился Тартар.

— Ты же знаешь, как мне нужна кровь. В другое время я бы, конечно… — меня прервало чье-то чавканье: кто-то одновременно лизал мне и руку, и ногу. Я вскрикнула, увидев жуткого трехглавого пса.

— А я-то думал, что вы знакомы, — засмеялся Тартар.

Ну, конечно! Это был Кербер, лизавший мои ноги во время испытания, когда Минотавр приносил мне один бокал за другим. Я собралась было погладить страшное и милое чудовище, но вовремя вспомнила про ошейник и отдернула руку.

— Тебя ведь просто так не погладишь, — засмеялась я впервые за долгое время, по-настоящему. — Помню, что будет очень больно.

— Погладь, не бойся. Здесь тебя не укусит ни одна гадюка, — Тартар приблизился и шепнул на ухо: — Укусить тебя здесь могу только я.

Я резко отстранилась и потрепала за холку собаку, которая снова лизала мои ноги.

— Ну привет, мой хороший!

Поскуливая от удовольствия, огромный Кербер собрался поставить передние лапы мне на грудь, но Тартар вовремя поднял меня на руки.

— Может, мы все-таки пойдем домой?

— Я думала, мы полетим, — слукавила я

— Как скажешь, моя королева.

— Пожалуйста, не называй меня своей королевой, — попросила я и сразу заметила, что его глаза наливаются кровью. Он опять прочитал мои мысли: при словах «моя королева» я всегда вспоминаю лицо Алекса.

Я погладила Тартара по щеке.

— Ты мог бы читать не все мои мысли? А то от этого мы страдаем оба.

Он взял мою руку и поднес ее к губам. Не поцеловал, а прижался. Наши глаза встретились. Зашелестели крылья, обдавая меня прохладой, а мы продолжали смотреть друг на друга. И только когда приземлились, он поставил меня на ноги и развернул от себя. Я пошатнулась и довольно-таки неуклюже навалилась на него спиной.

Мы стояли у дворца странной архитектуры: казалось, крыша у него была внизу, а подвал наверху. Да и входная лестница вела не наверх, а вниз. Здание было украшено желтыми цветами и такого же цвета свечами. Свечей — больших и маленьких — было, наверное, не меньше миллиона. «Интересно, а электричество здесь есть? — подумала я. — А телевидение, Интернет? Если от солнца еще можно хоть как-то отказаться, то от компьютера… Ну я не знаю!»

— Не перестаю тебе удивляться, — произнес Тартар. — Какие же странные и нелогичные вопросы тебя одолевают.

— Да, я не такая, как все!

Что еще я могла добавить, если все остальное он уже прочитал в моих мыслях.

Тартар снова подхватил меня и понесся внутрь дворца с сумасшедшей скоростью. Единственное, что я успевала рассмотреть, перелетая из зала в зал, это множество огромных люстр, свисающих с очень высоких потолков.

— Я люблю быстро перемещаться, и высота потолков может сыграть решающую роль, — пошутил он.

Я улыбнулась, но смеяться не могла: силы кончились.

— Напиток для богини! — приказал он, мгновенно заметив мое недомогание.

И хотя дворец казался совершенно пустым, бокал с напитком тут же оказался у моих губ. Первые капли подействовали на меня, как удар электрического тока, но стало значительно легче. Через секунду я уже могла пить самостоятельно. Вкус напитка казался очень знакомым. Где я пробовала его? Алекс? Нет! Оливер? Надеюсь, что нет.

— Хватит! — голос Тартара был страшен.

— Так нечестно, — прошептала я. — Я не могу все время контролировать свои мысли, а ты всегда меня наказываешь за это. Слышишь, так нельзя!

— Вижу, что тебе уже лучше, — заговорил Тартар спокойным голосом. — Я долго сдерживал твою жажду, но в последнюю минуту не справился, прости. Обещаю, что больше такого не случится, все должно происходить вовремя.

— Значит, я жива только благодаря тебе?

Он не ответил, как будто прислушивался к кому-то, а потом неожиданно спросил:

— Ты пойдешь к себе в комнату, примешь ванну перед ужином или побежишь к Персефоне, которая устраивает для тебя пикник на Елисейских полях? Хотя о чем я спрашиваю. Беги!

— Куда? — я радостно и растерянно озиралась.

— Тебя проводят. И умоляю, никуда не ходи одна. Я, конечно, постараюсь быть всегда рядом, но даже мне нужно время.

Он взял меня, уже готовую убежать, за руку, дотронулся до кольца, и оно сразу весело замигало:

— Дарю тебе свой подарок еще раз.

— Спасибо! А оно защитит меня от тебя?

Я сверкнула глазами и, не дожидаясь ответа, побежала к большой лестнице.

Выскочив из дворца, я остановилась в растерянности: никаких дорожек не видно, куда идти — непонятно. Звук тяжелых шагов заставил меня оглянуться. Испуг, появившийся при виде надвигающейся фигуры, почти сразу сменился радостью: равномерно покачивая огромными рогами, ко мне приближался Минотавр. Тот самый, из совсем недавнего прошлого.

— Имею честь сопроводить вас, богиня, — сказал он, грациозно поклонившись.

Он подхвати меня и понес удивительно быстро и бесшумно, а я стала рассматривать окрестности. На земле красиво, странно и как-то нелепо были разбросаны бледно-желтые цветы, такие же акварельно-неяркие, как задумчивая нежно-голубая дымка, покрывавшая все вокруг. Конечно, здесь не самое веселое место, но чуть больше свежести и разнообразия красок явно не помешали бы.

— Мы прибыли, моя богиня! Дальше мне нельзя.

Минотавр остановился у еле-еле светящейся полоски, конца которой не видно было ни справа, ни слева.

— Что это? — я попыталась дотронуться до линии.

— Это граница между Тартаром и Аидом, моя богиня. Такие, как я, не могут ее пересекать.

— А я?

— Вам можно, но не задерживайтесь, вам тоже нужна постоянная подпитка от бога Тьмы. Когда вы пойдете обратно, я буду поблизости.

— А не подскажешь ли, в какую сторону мне сейчас идти?

— Туда, — Минотавр указал на деревья за светящейся чертой. — Там вас ждет Персефона.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.