электронная
162
печатная A5
443
18+
Артур Грэй

Бесплатный фрагмент - Артур Грэй


5
Объем:
260 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-4183-9
электронная
от 162
печатная A5
от 443

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1. Начало

Ночная улица, мощеная дорога из гладко тесанного камня, запах сырости и пыли. Тусклый свет фонарей танцевал на стенах зданий, прыгая от окна к окну, озаряя желтым светом мостовую. Лошадиные копыта стучали, отбивая ритм по мокрому камню, останавливаясь у обветшалого здания, где собралось невероятно большое количество людей. Женщины, мужчины и маленькие дети улыбались друг другу, предвкушая что-то грандиозное.

— Быстрее, Алекс. Давай быстрее, а то мы из-за тебя не успеем, оно вот-вот начнется! — кричал мальчишка лет тринадцати отставшей от него сестренке.

Кудрявая девочка подобрала подол своего желтого платьица и побежала со всех ног к старенькому театру. Двухэтажное здание с облупившейся красной краской сверкало множеством огоньков. Гирлянды, развешанные по случаю представления, заманивали зевак за несколько сотен метров. Купившие билеты счастливчики стояли в ряд, ожидая своей очереди.

Билет на представление представлял собой небольшой черный бархатный кусочек плотного картона с набитой позолоченной датой и названием представления. Посетители доставали его из карманов и, приближаясь к входу в театр, протягивали стоявшему в дверях человеку.

Высокий седовласый мужчина в черном фраке, по всей видимости билетер, собирал билеты у посетителей, отрывая корешок от приглашения, после чего возвращал одну из частей обратно. Толпа оживленно обсуждала грядущее выступление, которое обещало быть незабываемым и единственным в мире — так гласила афиша у входа.

Изображение во весь рост мальчика возрастом не больше десяти лет, державшего стеклянный шар с золотой окантовкой, расклеили на всех стенах города. На левом плече ребенка сидел питомец — эдакая белая мышка, правда, размером с молодого кролика. Уши пушистика были очень нестандартных размеров: он спокойно мог укрыться ими в холодную ночь или использовать как зонтик в дождливый день. Мальчишка, одетый в белую рубаху и обычные штанишки, как у всех детей, улыбался каждому проходящему мимо плаката. «Артур Грэй, мальчик-гений, покоривший сердца миллионов, выступит впервые в нашем театре. Спешите купить билет и не забудьте привести детей», — красовалась размашистая надпись ниже.

— Да, ладно тебе, ну хоть одним глазком, — парнишка прошептал еще что-то под свою куртенку.

Фигурка маленького мальчика притаилась в тени, он держал за пазухой что-то мягкое и пушистое. Малыш перебегал по мостовой от одного места к другому, наблюдая за посетителями.

— Пора возвращаться, — он поспешил к черному входу обветшалого от времени здания.

— Артур, мальчик мой, опять бегал посмотреть на посетителей? — пожурил ребенка невысокий пожилой мужчина, отпирая деревянную дверь.

— Простите, не удержался, — Грэй со свистом забежал в коридор, скидывая на пол маленький плащ-куртку.

Запах сладкой кукурузы распространялся по улице от самого входа в здание.

Опаздывающие парнишка с кудрявой девчушкой вбежали в толпу и, по всей видимости, нашли своих родителей. Отец семейства погладил мальчонку по голове, а мать поправила желтое платьице малышки и ее немного растрепавшуюся прическу.

Очередь двигалась довольно быстро, и вскоре запах воздушной кукурузы и конфет стал сильнее. Билетер попросил билет у следующего в очереди. Внимательно посмотрев на стоящего перед ним, мужчина оторвал корешок и протянул билет обратно, затем пригласил войти внутрь здания.

— Ваше место в центре, пожалуйста, наслаждайтесь представлением.

Богатый убранством холл с красной ковровой дорожкой с белым орнаментом по краям вел в просторный зал.

Проходя внутрь по коридору, люди ахали.

Сам театр, несмотря на то что снаружи казался обшарпанным, внутри превосходил все ожидания. Огромная люстра из хрустальных капель, чистых, как слеза, опускалась с потолка. Она струилась вниз, словно водопад с ледяных гор. Красные сиденья с окантовкой из редкого дерева манили посетителей своим комфортом и внешним видом. Лепнина на потолке и стенах подчеркивала хороший вкус хозяина заведения.

В зале стояли гул, детский смех и обсуждение грядущего.

— А ты видела, какой у него питомец? — хихикал мальчишка в костюмчике, разворачивая мини-афишу.

— Я тоже такого хочу! — заканючили сразу две девочки, сидящие в соседних креслах.

— Да ну, питомец… Лучше вон тот светящийся шарик, ведь это, без сомнений, и есть главный секрет! — предположил мальчонка в круглых очках, слегка шепелявя из-за отсутствия передних молочных зубов. Поправив оправу на носу, он сложил ручонки на груди, чем сильно позабавил девочек.

— А я слышала, что он может летать!

— Да ну! А ребята сказали…

— Дорогие дамы и господа, пожалуйста, займите свои места, мы начинаем!

Довольно колоритный мужчина в бордовом фраке, с цилиндром на голове произнес стандартную фразу, оповещающую о начале преставления, после чего снял свой головной убор, поклонился и исчез за кулисами, попросив тишины.

Разговоры детей и некоторых взрослых оборвались. Зрители сели на свои места.

После того как погас свет, занавес подняли вверх, открывая возможность наконец увидеть героя с афиши.

Заиграла музыка: скрипки, флейты и другие инструменты.

Густой туман, обволакивая все, чего касался, мягко стелясь, спускался со сцены. Дымка под ритм музыки обвивалась вокруг кресел, поднимаясь вверх к балконам. Секунда — и белая масса рассыпалась миллионами золотых блесток, выпуская на свободу разноцветных светящихся бабочек. Словно управляемый поток, они летали от одного человека к другому, создавая причудливые образы различных животных и растений.

Малышка лет пяти протянула свои маленькие пальчики к одной из крылатых красавиц, и, когда девочка коснулась ее, бабочка, лопнув, как мыльный пузырь, оставила после себя шлейф из блесток и конфет. Золотая пыльца, вместо того чтобы упасть на пол, начала подниматься вверх, образуя мелкие светящиеся шары, выстраивающиеся над сценой, освещая ее со всех сторон.

Зал замер.

Сгустки тумана, что не успели покинуть сцену, скапливались к центру, образуя единое целое. Вытянутый овал приобретал непонятные очертания, формировалась фигура, пока из парящей молочной густоты не появился мальчик.

Зрители одарили юного мага бурей оваций.

Артур Грэй поклонился.

Улыбнувшись во весь рот и выпрямившись, мальчонка обвел глазами зал, достал из кармана светящийся шар и посмотрел на свое левое плечо.

— Хм, а где же Данди?! Какой проказник: опять спрятался!

Заглянув во все углы, Грэй поднял пальчик вверх и, изобразив, что ему только что пришла гениальная идея, зажал себе нос и начал дуть. Щеки парнишки раздувались, но, когда он выдыхал изо рта, над его головой проявлялась фигурка животного. Он надувал щеки до тех пор, пока белый пушистый комок не упал ему на макушку.

— Вот ты где, соня! — заулыбался он, держа Данди в руках и опуская на сцену.

Зал ахнул вновь.

— Данди, просыпайся, твой выход.

Мышонок поднял мордочку вверх, расправил уши и начал взлетать.

— Дамы и господа, добро пожаловать на выступление Артура Грэя! — знакомый мужской голос громко и четко представил публике новое дарование.

Артур, поклонившись и выпрямившись, поднял руку с шаром и что-то прошептал. Из стеклянной сферы полетели искры, феи, бабочки, разноцветные слоники и другие сказочные существа. Детишки повставали со своих мест и пытались поймать хоть какой-то кусочек необычной магии. В этот момент взрослые ничем не отличались от детей: так же горели глаза, улыбка радости и счастья на лице и, главное, подаренный вкус детства, забытый за многие годы. Каждый на несколько минут превратился в мальчика или девочку лет пяти.

Артур Грэй показывал бесконечные фокусы и трюки, раздавая подарки направо и налево, получая взамен искренние улыбки зрителей.

Каждому присутствующему казалось, что мальчишка со сцены мог исполнить любую заветную мечту их детства. Сердца, переполненные счастьем, бились чаще, а заботы внешнего мира больше никого не интересовали. Артур Грэй, мальчик-гений, сегодня покорил сердца всех.

— Анна, где ты? Аннушка, немедленно выходи, нельзя тебе здесь находиться! Что же это за ребенок такой?! — невысокая пухленькая старушка с красными щечками ползала по полу, заглядывая за театральный инвентарь. — Ух! Сил больше нет. Вот как только отвернусь, так она сразу исчезает. Все отцу расскажу — в угол поставит, — пригрозила старушка.

Встав с колен, она отряхнула длинное коричневое платье с серым фартуком и поспешила искать непоседу в другой части театра.

— Фух-х-х, пронесло… — маленькая девочка зашевелилась за шторой. Еще бы чуть-чуть, какой-то один метр — и нянюшка схватила бы ее. — Не заметила? Вроде нет… — малышка с опаской посмотрела по сторонам и, убедившись, что за ней никто не наблюдает, поспешила ближе к сцене.

Аня, девочка семи лет от роду, единственная дочь хозяина театра, спряталась за кулисами, наблюдая за мальчишкой с шаром. Ее белые кудряшки золотыми струйками падали с маленьких плеч. Платьице с кружевами отлично сливалось со шторой, ничем не выдавая ее. Она хихикнула как раз в тот момент, когда мышонок делал очередной трюк.

— Ой! — спохватилась она и закрыла ротик ладошкой. Посмотрев по сторонам, она присела на корточки.

Аня, будучи воспитанной множеством разных нянек, терпеть не могла, когда ей указывали, куда пойти и что делать. Батюшка, конечно, взял ее с собой на балкон, но там же неинтересно, да и слишком высоко.

«Куда хочу, туда и иду, делаю что хочу, и вообще, зачем мне эти няньки!» — подумала она, в очередной раз услышав, как кто-то вдали зовет ее по имени.

Артур жонглировал огненными шарами, Данди летал в воздухе и исполнял всякие трюки. Дети и взрослые, поглощенные выступлением, с радостью поднимались на сцену. Каждый хотел поучаствовать в разнообразных конкурсах и сценках, после которых всем участникам выдавались игрушки и пакетики разнообразных сладостей. Юный маг доставал вкусности из воздуха, и, самое главное, конфеты были именно теми, которые больше всего любил участвующий.

Анна стояла неподвижно с открытым ртом.

Когда наконец выступление закончилось, буря аплодисментов и восторженных криков заполнила зал. Люди кидали цветы и подарки на сцену, Артур кланялся, а Данди летал неподалеку и ловил опадающие лепестки.

— Мм? — мальчик заметил невысокую тень, которая тут же исчезла.

«Странно», — подумал он.

— Ой, — девочка присела на корточки. Она чудом избежала поимки с поличным. За спиной раздались знакомые тяжелые шаги.

— Артур, мальчик мой! — мужчина, объявлявший о начале представления, с протянутыми руками шел к мальчонке. — Ты наша звезда, такой фурор, такой успех! Отличное выступление, ты поразил всех! — он широко улыбнулся.

Артур опустил глаза:

— Я старался…

Раздался чих, мальчик повернулся к шторе и аккуратно ее отодвинул. За ней стояла растерянная девочка в красном платьице с белыми кружевами и золотыми волосами. Малышка посмотрела на мальчугана, а затем на отца.

— Аня, ты что здесь делаешь?! Где твои няньки? Сколько раз тебе говорить: не убегай от них. Ох, беда, а не ребенок. Геннадия Семеновна, где Геннадия Семеновна?! — раздался мужской бас, вызывая бедную старушку к себе.

Голубые глазки девочки слегка намокли.

— Я здесь, Федор Станиславович, вы меня звали? — женщина преклонных лет, держась за подол, подбежала к хозяину театра. В глазах и голосе звучала вина. Добежав до своей подопечной, она остановилась.

— Для начала, юная леди, не смейте больше убегать от Геннадии Семеновны, — отец сел на корточки и посмотрел дочери в глаза. — Она уже старенькая, а ты ведешь себя неподобающе для маленькой леди, особенно твоего возраста и происхождения, — укорил он ее, затем достал платок и вытер намокшие глаза ребенка.

— Что до вас, Геннадия Семеновна, впредь попытайтесь не терять ее из виду, — он выдохнул. — Ладно, можете идти, я пока сам за ней присмотрю.

Он отправил старушку обратно на кухню, а сам встал за спиной дочери и слегка подтолкнул ее вперед.

— Артур, прошу простить за этот неловкий момент, — он улыбнулся. — Я бы очень хотел представить тебе мою дочь Аню.

Девочка, всхлипнув еще раз, наклонила голову и слегка присела, держась за край кружевного платья.

— Рада познакомиться, — немного обиженным голосом произнесла она.

— Привет, — Артур протянул ей руку.

Девочка вместо того, чтобы ответить, спряталась за папиным фраком.

— Ну что, трусишка, как одной по театру бегать — так это мы можем, а как знакомиться, так прячешься, — отец, смеясь взял малышку за плечи и подтолкнул ее к Артуру.

— Хочешь фокус? — спросил Грэй, наблюдая, как девочка краснеет.

Аня кивнула. Достав из кармана шарик, мальчик загадочно посмотрел вглубь дымки внутри.

— Смотри внимательно, — он шепотом подозвал девочку и указал на стекляшку. Туман сгущался и менял цвет от золотого к красному и обратно. — А теперь… — Грэй свистнул, и над шариком навис Данди.

Малышка растерялась от неожиданного появления мышонка.

— Ух ты! А можно мне его потрогать? — спросила она, потупив голубые глазки.

Артур посмотрел на своего друга и, подмигнув, указал пальцем на плечо Анюты.

Мышонок сделал сальто в воздухе, а затем приземлился на голову девочки.

— Данди, а поздороваться?

— Ур-р-р-ур-р-р-ур-р! — пропищал пушистый проказник, протягивая маленькую лапку.

Когда Аня коснулась его, малыш чихнул — и словно по волшебству на нее посыпались ромашки.

— Хи-хик, — Аня захлопала в ладоши. — Он такой милый, — она улыбалась во весь рот, совершенно позабыв о своем недавнем приключении.

Федор Станиславович обнял дочь, поцеловал в щечку и сказал:

— Ладно, давай беги к себе, мне с этим юным джентльменом, — он покосился на Артура, — нужно обсудить некоторые вопросы.

Малышка поцеловала отца в ответ и побежала в комнату, сжимая подаренные цветы.

— Пока… — сказала она, обернувшись.

— Пока… — ответил Грэй.

Время шло, Аня и Артур стали лучшими друзьями. Федор Станиславович оставил попытки контролировать каждый шаг этой маленькой непоседы. Аннушка не убегала от нянек, а если и исчезала куда-то, то ее всегда можно было найти в компании юного мага.

Дети постоянно придумывали что-то новое, например истории для выступлений, воссоздавали героев сказок, костюмы и игры. Из этих фантазий они смогли построить собственный мир.

Двенадцатилетняя белокурая малышка вовсю улыбалась со сцены, держа за руку своего лучшего друга. Посмотрев на Грэя, она тихо сказала:

— У нас получилось!

Улыбка счастья не сползала с ее губ.

Поклонившись зрителям, дети одаривали воздушными поцелуями каждого, кто выходил на помост, чтобы поздравить их.

Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Аннушка сжала ладонь Артура. «Ты мой лучший друг!» — подумала она, вкладывая в прикосновение максимальное количество благодарности и любви, которые переполняли ее.

Грэй ответил ей тем же.

— Знаешь, а ты молодец, — повернулся он к ней. — Ты так виртуозно танцевала на этих облачках, что я подумываю над тем, чтобы взять тебя в компаньоны, — он прищурил глаз, ожидая реакции.

Аня, открыв рот, буквально на пару секунд застыла. Не веря своим ушам, она очень медленно подняла глаза на своего лучшего друга.

— Правда-правда?

— Ага, — улыбнулся он в ответ.

Девочка улыбнулась еще шире.

Подняв руки вверх, ребята еще раз поклонились зрителям и ушли за кулисы. Посетители приняли дуэт на ура!

Федор Станиславович, наблюдая за детьми со своего личного балкончика через небольшой бинокль, даже пустил отцовскую слезу. Гордость за дочь и своего протеже переполняла сердце и душу.

— Ах, Ася… Жаль, что тебя нет рядом. Она вся в тебя… — он поднес правую руку к лицу и поцеловал серебряное кольцо. Кольцо — символ вечной любви, сплетение двух толстых веток с сидящими в обнимку двумя голубками.

Дети росли, и из обычного мальчика Артур превратился в крепкого высокого юношу с поджарым телом и прозорливым умом. Аннушка стала еще прекраснее. Большие голубые глаза, словно два океана, смотрели на этот мир, а непокорные детские кудряшки превратились в роскошные русые локоны. Маленькая непоседа выросла в милую, умную и талантливую девушку.

— Не поймаешь, не поймаешь! — среди голубых, желтых, розовых и белых цветов, наполнявших своим ароматом огромное пространство, раздавался нежный девичий голосок.

Необъятное разноцветное полотно раскинулось позади театра. Высокие деревья с могучими ветками создавали густую прохладную тень, скрывая всех от яркого солнца.

Это место давно стало пристанищем веселой парочки, так что специально для них был построен маленький домик на дереве.

В этом волшебном месте лучше всего игралось и думалось. Особенно хорошо это получалось в дождливые и холодные дни, когда улицы тускнели, а в маленьком домике пылал камин, согревая и даря вдохновение для новых выдумок.

Федор Станиславович лично вбивал гвозди в половицы, крыл крышу и делал камин. Также он повесил качели, которые, по его утверждению, с легкостью могли выдержать и слона.

— Не догонишь! Артур, не будь черепахой! — заливалась звонким смехом Аня, в который раз обегая ствол дерева.

Грэй улыбался. Легкий ветерок поигрывал с его темными волосами, не давая парню увидеть, куда спряталась девушка.

— Черепаха, говоришь?

Он схитрил: досчитав до трех, побежал в противоположную сторону.

— Бу! — крикнул он.

— А-а-а-а! Так нечестно, ты жульничал!

Артур поймал ее за руку и потянул к себе. Не удержавшись на ногах, подростки упали в траву.

— Ха-ха-ха, — заливалась она, не в силах остановиться.

— Всегда работает, — подметил он.

— Если бы я не хотела, ты бы меня не поймал.

— Ах так? Может, еще кружок?

— Подожди, дай отдышаться, — сквозь смех взмолилась она. — Смотри, вон то облако… — девушка протянула руку к небу.

— Какое?

— Вон то…

— Да оно неинтересное, ты лучше на это посмотри, — парень указал направление пальцем.

Аня наклоняла голову из стороны в сторону, морща свой лоб в попытке понять, что точно ей напоминает этот силуэт.

— Не вижу…

— Да вон там! Кстати, очень на тебя похоже, — Артур расплылся в подозрительной улыбке.

— И вовсе не похоже, бесформенное какое-то, — обиделась девушка.

— Это почему же? Ну ты посмотри внимательнее! Вон платье и пятачок. Жаль, что не…

— Ах ты… Ну все, на этот раз тебе точно конец! — Аня набросилась на Артура с кулаками.

— Я пошутил, пошутил, перестань, щекотно же, — парень одним движением руки изменил положение дел.

— Сдаюсь, сдаюсь, сдаюсь! Ты тоже перестань, — взмолилась девушка.

— Хорошо, на раз-два-три… — щекотки закончились.

— Слушай… — очень робко и тихо сказала она, ложась обратно на мягкую траву.

— Эм? — Артур прилег рядом, положив свою голову на живот девушки.

— А ты меня любишь?.. — голос ее дрожал.

Грэй застыл. Стук его сердца разбавлял опустившуюся тишину. Ритм учащался. Прошло не больше секунды, но и это показалось вечностью.

Аня на доли секунды перестала дышать. Ее сердце сладко щемило в ожидании ответа. «Что он скажет или подумает…» — она закусила губу от волнения. Девушка чувствовала, что, возможно, прямо сейчас они могут стать намного ближе, чем просто друзья.

Артур улыбнулся, перевернулся на живот и, привстав на локтях, посмотрел в ее голубые глаза.

Он больше не был маленьким мальчиком, а она не была маленькой девочкой. Их дружба давно переросла в нечто иное… В первую любовь, такую наивную и чистую, что о таком можно было только мечтать.

Грэй что-то ей сказал, заставив ее улыбнуться, а затем наклонился и поцеловал, поцеловал так нежно, что даже время замерло. Наступила тишина, и только звук бьющихся сердец наполнял своим ритмом этот мир. Тук-тук, тук-тук…

Дети выросли, юноше уже девятнадцать, а ей пока еще шестнадцать, и они оба счастливы.

Запах цветов ударял в голову, шелест листьев и прохладный ветерок разносили веселый смех двух влюбленных по округе. Лежа на мягкой траве, они смотрели друг на друга, улыбаясь и наслаждаясь лучами теплого солнца, мечтая о будущем

Глава 2. Зло порождает зло

Федор Станиславович внезапно заболел. Врачи ничего не могли поделать, лишь озвучили срок — не более полугода…

Весь театр погрузился в траур. Задернуты шторы на окнах, отменены все выступления. Не было ни одного работника, кто бы не скорбел по этому великому человеку.

— Он всегда был так внимателен и великодушен к нам, — всхлипывала Геннадия Семеновна, вытирая небольшим платочком морщинистые щеки, по которым, словно маленькие ручейки, бежали слезы.

Ей, как никому, было известно, что на все праздники он, не жалея скопленных денег и сил, устраивал грандиозные выступления с подарками для семей работников театра, не забыв пригласить малышню и из соседнего приюта. Он всегда помогал тем, кто в этом действительно нуждался.

Люди приносили цветы, деньги, специальные письма с пожеланиями лучшей жизни в новом мире… Весь город стоял у стен театра, чтобы проводить Федора Станиславовича в последний путь.

— Это так несправедливо… — хрипел билетер, прикрывая ладонями раскрасневшиеся от слез глаза.

Спустя год после смерти отца театр перешел к Анне. Ей тяжело далась разлука с батюшкой, но она держалась изо всех сил, не прекращая работать над предстоящими представлениями. Лишь данное отцу обещание помогало ей и дарило силы выступать.

— Аннушка, доченька… — из последних сил Федор Станиславович успокаивал девушку. — Послушай, все мы смертны, рано или поздно это должно было произойти. Мне жаль, что я не могу остаться чуть дольше… Но ты у меня сильная и сможешь продолжить работу над нашим семейным делом, — он погладил Аню по голове и поцеловал в лоб. — Я скоро встречусь с твоей матушкой, поэтому, прежде чем мы воссоединимся все вместе, пожалуйста, проживи, долгую и счастливую жизнь.

Девушка, вытирая слезы, кивнула головой.

Она помнила… Вскоре жизнь вернулась в прежнее русло, боль утраты утихала и совершенно новая программа оживила театр.

— Встречайте, великий и неповторимый Артур Грэй и обворожительная Анна!

Бурные аплодисменты зрителей…

— Дамы и господа! Мы начинаем! — прокричал мужской голос из-за кулис.

Раздалась барабанная дробь, погас свет, и заиграла музыка, оживив пространство. Зрители ахнули: паря в воздухе, на сцене появились двое — молодой человек и девушка.

Фокусы изменились, оставив детство позади. Опасные и необычные номера — вот что стало хитом. Особой популярностью пользовался деревянный шкаф. Зрители охали и ахали, наблюдая, как множество шпаг вонзались в тонкие стенки и выходили с другой стороны, не причиняя вреда девушке. Интерес к этому фокусу подогревал тот факт, что любой желающий мог лично вонзить острие, предварительно проверив лезвие на яблоке. Всю работу делал Данди: он сидел внутри вместе с Анной и магией изменял металл, делая его очень мягким и послушным, поэтому, как только острие попадало внутрь, он аккуратно огибал его вокруг девушки, не давая тем самым причинить ей вред. Исчезновение, появление в толпе зрителей, опасность — вот что привлекало зрителя.

— Браво! Браво, мой друг! Как всегда, выше всяких похвал. Может, по стаканчику, отпразднуем очередной триумф? — высокий парень в черно-фиолетовой форме каэльского солдата, состоящего на военной службе при городе, подошел к сцене. Его папенька, будучи уважаемым человеком в городе, протолкнул сынишку повыше и в самое безопасное место, куда только смогла дотянуться его рука. Лучше уж резерв и под крылом у родителей.

— Кирилл! Братец, а я думал, ты не придешь, — Артур, спрыгнув со сцены, раскинул руки, а затем крепко обнял приятеля.

— Ну я же обещал, да и потом — что не сделаешь ради лучшего друга, — парень, улыбнувшись, положил руку на плечо Грэю. — Хорошее выступление, как и всегда, — он опять улыбнулся. — Слушай, у меня тут одна идея возникла. Близнецы сегодня возвращаются в город, так что, — он слегка наклонился к уху товарища, — дамы и «Золотой лев» ждут… — он покосился на сцену. — Ну так как? Или твоя девушка будет против?

— Кирилл, ты же знаешь, она мне не более чем подруга, а если она этого не понимает… — Артур громко выдохнул. — Ну, впрочем, не будем о прошлом…

— Узнаю старину Грэя — молод и свободен! — Кирилл хлопнул друга по плечу. — Ну, раз вы только друзья, ты же не будешь против…

— Даже не думай. Твои наглые ручонки и так уже полгорода облапали, и, вообще, ты же жениться не хочешь.

— Ты бы еще чего вспомнил… Жениться… Конечно, нет, — буркнул Киря. — Кстати, чуть не забыл, не одолжишь денег? А то мы вчера гуляли так, что, кажись, я перебрал лишнего и просадил все деньги. А до зарплаты еще… далеко… Поможешь?

Артур прищурил глаз:

— Ага, даже вижу, как вы гуляли: дамы, карты, выпивка… Угощаю всех за свой счет… Эх, Киря! Жениться тебе надо! — Артур рассмеялся.

— Интересующие меня дамы, — Кирилл украдкой посмотрел на сцену, — еще не родились или не нашлись. А тех, что предлагают, так они даже с мешком на голове вряд ли завоюют мое сердце, — он задумчиво улыбнулся, наблюдая, как Аня принимает цветы от зрителей.

— Ладно, шутник, подожди меня на улице, я только переоденусь и выйду к тебе.

Артур, поднявшись на сцену, взял девушку за руку и утянул за собой за кулисы.

— Ты разве сегодня не останешься? Ты обещал…

— Нет, у меня встреча, — перебил ее Грэй. — Много важных вопросов накопилось, близнецы приезжают, так что сама подумай над новым номером и подбери костюмы, хорошо? Я уверен: Данди с радостью тебе в этом поможет, — холодно добавил парень.

Аня вырвала свою руку из захвата Артура. Потерев запястье, на котором остался красный след, она взяла на руки Данди, после чего чмокнула малыша в нос.

— Холодный такой… — приподняв уголки губ и улыбнувшись, прошептала она.

Мышонок заурчал.

— Нежности, — фыркнул Грэй, пинком открывая рассохшуюся дверь в раздевалку. — Ладно, приятного вечера, я ушел… — процедил он сквозь зубы и, схватив пальто с вешалки, закрыл дверь перед самым носом Ани. — Пока! — послышалось вдалеке.

Девушка промолчала. Досчитав до тридцати, уперлась одной ногой в пол, а второй в дверь и, навалившись плечом, толкнула ее вперед. Раздался скрип сухих досок, скребущих пол. Аня вошла в комнату. Протянув руку в темноту, она ухватилась за небольшой канатик, свисающий с потолка.

По комнате разошлась волна света, разгоняя тьму по углам.

— Данди, ну зачем он так… Я же ничего ему не сделала… — она поникла и села на стул у зеркала с баночками для грима. — Разве любить — это плохо? Он ведь сам мне в этом признался, а теперь ведет себя так, словно мы и не знакомы даже…

— Ур-р-р, — пропищал малыш и прислонился мордочкой к щеке девушки.

— Прости, я знаю… Нельзя плакать, может, если я стану больше работать над собой, все изменится. Как раньше… — она вспомнила детство и вытерла рукой небольшую слезу. — Ой, ты только посмотри, грим размазала.

Она взглянула на ладонь, на которой остались следы черной краски.

— Ничего, все нормально… — она улыбнулась и, посмотрев на свое отражение в зеркале, показала сама себе язык.

— Ур-р-р, — Данди сделал то же самое. Двое посмотрели друг на друга. Девушка хихикнула.

— Хочешь поиграть или, может, почитать чего? — она приподняла уголки губ.

Данди утвердительно мотнул головой, а затем запрыгнул на старый пыльный шкаф.

— Уруру, — пискнул он.

— Догонялки, значит… Ну давай, — девушка закружилась по комнате, пытаясь поймать малыша.

Они бегали друг за дружкой.

— Ага! — крикнула она, нагнав малыша как раз в тот момент, когда он попытался спрятаться от нее в плащ Грэя.

— А ну вылезай, проказник, — скомандовала она, слегка прищурив глаз.

Данди замотал головой.

— Эм, что это? — девушка опустила голову, услышав, как что-то звонко упало на пол.

— Данди, вылезай, — скомандовала она и, пригрозив тонким пальчиком, указала на пол.

Дождавшись, когда малыш спустится с вешалки, она аккуратно отодвинула ее в сторону. Сев на корточки, она посмотрела под шкаф.

— И точно, что-то выпало из кармана. Подожди, нужно достать, а то вдруг это что-то важное, еще попадет нам… — Аня просунула руку под шкаф и, нащупав округлый предмет, замерла.

Это что-то невидимой иглой пронзило ее руку насквозь, впиваясь в кожу. Девушка вместо того, чтобы бросить предмет и отдернуть руку, сжала ладонь.

— Как странно… Данди… — не понимая, что происходит, Аня в полном дурмане выбежала прочь из комнаты, забыв надеть верхнюю одежду и уличную обувь.

Предмет шептал: «Вот он — источник твоих бед! Впусти меня! И ты вернешь то, что тебе дорого». Голос звучал все громче: «Да! Сколько боли и неразделенной любви… Идеально!»

Девушка, не замечая никого, мчалась по улице в известном только ей направлении, сбивая попадающихся на ее пути людей. Голос командовал. Боль пронзала насквозь, черная жидкость сочилась из стеклянного шара, впитываясь в рану на ладони, находя путь к венам и проникая все дальше и глубже в тело.

— И как я мог не заметить, что взял не то пальто… — Артур задумчиво вернулся в театр и, добравшись до тугой двери, пинком открыл ее.

— Если эту дверь не починят в ближайшее время, я ее выкину… — выругался он про себя и бросил пальто на пол.

— Хм… — он осмотрелся. — Аня где? — он посмотрел на Данди.

Малыш вел себя очень странно. Носился по комнате, словно чумной, заметив Артура, он подбежал к нему и начал что-то пищать и тянуть его за штанину.

— Подожди, мне нужно кое-что найти.

Он подошел к вешалке и взял свое второе пальто.

— Да где же он, где?! Я же положил его сюда! — Артур занервничал. — Ты видел шар?! — глаза его наполнились страхом.

Он посмотрел на мышонка, теребящего его штанину.

— Ур-р-р, ур-р-р, ур-р-р! — пищал он.

— Что?! Куда? — Грэй, не успев ничего толком понять, помчался вслед за малышом, который выскочил из комнаты и побежал на улицу.

Грэй бежал за Данди по мокрой мостовой, расталкивая зазевавшихся прохожих, и даже приложил одного зеваку кулаком по лицу, пока натягивал пальто.

— Совсем совесть потеряли! — орал мужчина, поднимаясь из лужи и держась за разбитый нос.

— Простите! — прокричал Арт. — Аня, подожди! — он увидел, как она вдалеке босиком бежит по дороге практически нагишом в осеннюю морось.

«Да стой ты, чтоб тебя!» — пульсировало в голове.

— Если ты потеряешь свою силу, мы наконец-то будем вместе! — прокричала она.

Тени мелькали по узкой улочке, куда забежала девушка.

— Не смей! Вернись! — заорал Грэй, осознав, что его волшебный шар у нее. — Аня, не глупи, давай поговорим! — задыхаясь, кричал ей вслед Артур.

Шум от бегущих ног по мокрому камню разбудил жителей спального района левого берега Каэлии.

Высокий худой мужчина подошел к окну, вытер рукавом пижамы запотевшее от дождя стекло. Прищурил глаза и начал всматриваться в темноту улицы.

— Вернись, давай поговорим! — кричал вслед светловолосой девушке молодой человек.

Выбежав на мостовую и подойдя к краю моста, Аня остановилась.

— Все кончено, я уничтожу!..

Выскочивший следом из переулка Грэй замер буквально в ста метрах от нее.

Аня, подняв правую руку вверх, со всей силы швырнула что-то о каменную кладку моста.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 162
печатная A5
от 443